Текст книги "Хозяйка таверны "Драконий клык" (СИ)"

Автор книги: Александра Мауль

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 15 страниц)

Глава 9

Смотрю на девчушку и делаю вид, будто ничего особенного она не сказала.

Не стану же трястись и лихорадочно оглядываться по сторонам, умоляя её не выдавать мой секрет.

– Не понимаю, о чём ты – спокойно произношу я и пожимаю плечами, на что Ноэль широко улыбается и подаётся вперёд, чтобы стать ещё ближе ко мне.

– Не волнуйся, я об этом никому не скажу, но и ты пообещай, что о моём имени никто не узнает. Не то твой друг, герцог Вон сразу поймёт кто я и вернёт меня домой. А я туда не хочу. Пообещай! —просит она, но в её тоне скользит приказ.

– Обещаю. – киваю я и прищуриваюсь – Не хочешь рассказать мне кто ты и откуда. Раз уж моя тайна тебе известна.

– Ничего мне не известно, – фыркает она и отстраняется, а затем снова проводит рукой по волосам – Знаю только, что ты не Инес. А кто на самом деле и откуда пришла для меня тайна. Но пусть всё именно так и останется. Если бы я не была уверена, что ты не из нашего мира, ни за что не назвала бы тебе своё имя. – деловито произносит она и разворачивается спиной —Ну так что? Сделаешь мне косичку?

Киваю, хотя девочка меня не видит и двигаюсь ближе к ней.

Я испытываю странные эмоции, но в основном замешательство. Снова беру в руки деревянный гребень и принимаюсь за дело.

Волосы Ноэль по-прежнему колют мои пальцы, но теперь уже не так сильно, как прежде.

– Только никогда не называй меня по имени! – вдруг резко разворачивается она и округляет на меня глаза. – Не забудешь? – спрашивает с надеждой и облёгченно выдыхает, когда я снова киваю.

Когда заканчиваю, Ноэль трогает свои волосы и довольно улыбается, а после благодарит и укладывается рядом со мной. Трогает пальчиками мою руку и что-то говорит, а я лишь наблюдая за ней и её действиями. Не знаю, сколько времени проходит вот так, но когда она засыпает, я поднимаюсь и снова возвращаюсь в таверну.

Сейчас меня на кухне встречает запах жареного лука и мяса, а в кастрюле булькает что-то ароматное.

Ирма кивает мне, когда замечает моё появление и продолжает хлопотать на кухне, нарезая овощи и хлеб. Тут же рядом оказывается Карина и переставляет тарелки со стола на поднос, а затем исчезает, оставляя после себя запах свежих огурцов.

– Пришли мои гости на обед, – говорит Ирма и обращает внимание на своё аппетитное варево – За счёт них до сих пор и в строю. Один постоянно приносит мясо, чтобы пустую похлёбку им не варила – дарит улыбку и кивает в сторону, а сама щедро зачерпывает из кастрюли рагу и накладывает в глубокую миску. Следом ещё две, которые Карина также переставляет на свой поднос и уносит. – Каждый день приходят ко мне на обед и оставляют деньги. Иногда даже больше, чем следует, но я не жалуюсь – снова улыбается – По старой памяти, наверное.

– Что это значит? – спрашиваю и присаживаюсь на стул, рядом со столом, где Ирма убирает остатки овощей и крошки хлеба.

– А ты разве забыла? – спрашивает, и я даже могу уловить на её лице тень обиды, когда она вытирает руки о свой фартук и присаживается напротив. Шумно выдыхает, тыльной стороной ладони вытирает лоб и склоняет голову набок, осматривая меня – У нас с мужем и твоей матерью таверна процветала, а по выходным у дверей стояла очередь. Весело здесь всегда было, сытно и вкусно. А мать твоя, кстати, как ты выдумщица была. Все эти сиропы и прочие вещи здесь от неё ещё остались. А я потом бутылки эти по старой памяти покупала, пыталась, как она смешивать их с напитками, но у меня видать, на то никакого таланта.

– Моя мать делала коктейли? – спрашиваю я и чувствую, как внутри становится тепло.

– Коктейли? – фыркает Ирма – Нет. У неё вся фантазия на напитки ушла, потому никакого названия у них не было, но ты бы видела, как лихо она смешивала жидкость из разных бутылочек. Это точно талант, видать, и тебе досталось немного. Правда, когда она такую идею придумала, мы с мужем скептически отнеслись, а уже как вспомню чего она там намешивала. До сих пор изжога вот здесь – прикладывает руку к груди и начинает смеяться. – Я её первые.. – замолкает она – как ты там их называешь? Всё никак не запомнить.

– Коктейли – подсказываю я

–Вот-вот. Я этих коктейлей столько напробовалась, что до тошноты бывало. Но Адель не сдавалась, и однажды всё получилось. Вкусно и красиво. Цветами разными её напитки переливались, а иногда цвета слоями укладывались, ну точно магией она владела какой-то, а мы и не знали. За её напитками все в нашу таверну и шли. А потом она стала и эль с этими сиропами смешивать и пиво. Эх, прекрасное было время. А однажды здесь появился Бритт – кивает в сторону, наверное, там где-то сейчас бродит или спит пьяный отец. – Влюбились они друг в друга, а потом всё и изменилось. Мать Бастиана рассердилась. Тёмные времена у нас настали, и гостей от нас отвадила, и мать твою погубила – едва слышно произносит она и поднимается. Начинает что-то бесцельно перекладывать, но я вижу, как смахивает слёзы.

– Я когда увидела, что ты стала все эти штуки смешивать, у меня сердца вот так сжалось – разворачивается ко мне спустя какое-то время и сжимает кулак – До чего ты мне Адель напомнила. Я её, как родную любила. Тоже хотела эти напитки делать, но у меня ничего не получилось. Пробую я, да только Карину смешу, она мою бурду и вовсе пробовать отказывается. А у тебя замечательно получилось. Может.. – замолкает и упирается рукой в стол – Может, у нас и правда получится. Многие ещё помнят, глядишь, и впрямь вернуться за напитками волшебными.

– Было бы здорово – отвечаю я и улыбаюсь, – Да и в создании напитков у меня .. —замолкаю, когда понимаю, что едва не сморозила глупость. Откуда у Инес опыт с создании напитков и в содержании бара. Прикусываю язык и лихорадочно выдумываю на что бы сменить тему.

– А если и впрямь дело пойдёт, – помогает мне Ирма, когда пауза затягивается, превразщаясь в неловкое давящее молчание, – то в первую очередь заменим столы и стулья. Те, что сейчас у нас чего только не поведали – посмеивается она и качает головой —Ох расскажу тебе однажды, и ведь я сама на столе танцевала – машет рукой и вижу, как краснеют её щёки – Да и вывеску нам не помешает сменить и покрасить пол, а то смотреть страшно.

– А ещё совсем немного уюта навести, а ведь могу в это дело вмешаться? – спрашиваю, и Ирма неуверенно кивает. Хочет что-то добавить, но мы обе смотрим на дверь, когда на кухне появляется Бастиан.

Мой отец.

Помятый, да и пиджак испачкан землёй.

Молча проходит и усаживается на стул у двери, упираясь руками в колени, а следом роняя голову на руки.

Ирма тяжело вздыхает и смотрит на него с такой жалостью, что сердце болезненно сжимается. Да и я впервые сейчас смотрю на него иначе. Слова Ирмы всплывают в памяти о том, что возможно Батори его опоил.

А что, если так?

Тем временем отец поднимает голову и фокусирует взгляд на мне. Шумно вздыхает и меня накрывает запах табака, алкоголя и мужского одеколона, отчего резкая боль простреливает затылок, а затем поднимается к вискам, и когда отец неуклюже поднимается, топая ногами, я окончательно отключаюсь.

Резко соскакиваю и едва не падаю с кровати.

В своих покоях в доме Батори.

Глава 10

Глубоко вдыхаю утреннюю прохладу и кутаюсь в плащ, в котором приехала от Батори.

Зябко, а от влажности одежда неприятно липнет к телу.

Раннее утро встречает меня прохладой, и я прячу холодные пальцы под тонкую ткань плаща.

В воздухе стоит сильный запах леса и опилок, а вокруг густым туманом висит влажность, в которой утопают ели и деревья вокруг. Туман улёгся даже на крышу таверны.

Небо заволокло тёмно-серыми тучами, сквозь которые солнце тщетно пытается прорваться, разрезая его кое-где бледными жёлтыми полосками.

– Как ты себя чувствуешь сегодня? Совсем не спалось? – спрашивает Ирма, и я вздрагиваю от неожиданности, потому что снова утонула в потоке собственных мыслей – Выглядишь неважно.

– Всё хорошо. – лгу я – Выспалась. – дважды лгу и растягиваю губы в улыбке.

– Может, тебя стоит лекарю показать? Боюсь я, Инес, что Батори мог твоему физическому здоровью навредить своей несдержанностью. Он известен, как жестокий и вспыльчивый дракон. – говорит она и медленно подходит. Становится рядом и так пристально осматривает, что мне становится не по себе. – Бледная —добавляет и качает головой, а у самой на щеках румянец, а вот в глазах тоска. – Совсем не помог тебе мой отвар?

Вчера, когда воспоминания Инес неконтролируемым потоком обрушились на меня, я потеряла сознание.

В чувства меня привели уже в моей комнате, туда же мне принесли обед и стакан воды. А после Ирма настояла, чтобы я осталась в кровати до конца дня и через несколько часов принесла мне какой-то успокаивающий отвар. Но признаюсь, что эффект у него был прямо противоположный.

Всю ночь меня терзали кошмары, не сны, а страшные воспоминания моей предшественницы.

Батори оказался не просто пьяница и транжира, а настоящий мерзавец и тиран.

Меня до сих пор бьёт мелкая дрожь, и я чувствую слабые отголоски боли в затылке. Каждое воспоминание Инес я пропустила через себя и словно побывала на её месте. На месте молодой девчонки не больше девятнадцати лет от роду, которую унижал и крепко обижал негодяй-муж. Оскорблял только потому, что считал себя лучше и причинял физическую боль, потому что сильнее.

Шумно выдыхаю и потираю свои запястья, чувствую фантомную боль везде, где он меня хватал в одном из последних воспоминаний. Тело ломит, болит каждая его клеточка, но хуже всего, что меня разрывает на части от внутренней боли и тоски.

Кто-то обидел Инес, и эта обида куда сильнее, чем та, что каждый день её ненавистного замужества причинял Батори.

Инес действительно лишили магии, я была в этот момент вместе с ней, и чувствовала, какую мучительную боль она испытывает.

Не так давно я оказалась в этом мире, но понимаю теперь, что кто-то сильно постарался, чтобы скрыть эти воспоминания навсегда. Они были самыми болезненными и выматывающими. И, к моему сожалению, абсолютно бесполезными. Безсвязные и болезненные обрывки.

Как бы я ни пыталась снова вспомнить этот момент, как бы я не просила Высшего дракона, который здесь вроде какого-то божества, помочь мне узнать хоть что-то о том генерале, который не просто забрал магию, но и опозорил меня – всё оказалось тщетным.

Пустота.

– А давай займёмся уборкой, – произношу и брови Ирмы ползут вверх от удивления. – Если Вон действительно поможет и приведёт гостей, то и встретить их надо как полагается. Чтобы они потом захотели вернуться. – осматриваюсь, и мой взгляд цепляется колодец, что стоит рядом с небольшим деревянным домиком, что служит кладовой. Опускаю взгляд на стоящие рядом ведра и улыбаюсь. Лучше всего отвлечься от ужасных мыслей и дурноты мне поможет уборка. – Я помою окна на улице. Вижу, что рук тебе не хватает. – двигаюсь и скидываю с себя плащ – Не стой столбом, пока я воды набираю, ты тряпки мне принеси. – бросаю через плечо и отправляюсь к колодцу.

Как пользоваться им, к счастью, точно знаю. Когда была совсем маленькой, меня родители отправляли к бабушке в деревню, а там для девчонки всё было в диковинку, и я кругом проявляла инициативу и пыталась всё и сразу опробовать.

– Святые небеса, Инес, – говорит Ирма, наблюдая затем, как я наполняю водой сначала одно, затем другое ведро. – Я бы сама подсуетилась, чего ты схватила, тяжело ведь!

Как назло, оступаюсь и ведро тоже косится и падает набок, проливая мои старания, а Ирма испуганно озирается.

– О-ох, – шумно выдыхает она и отпихивает меня – Разбудишь его ни свет ни заря, весь день маяться будем. – бубнит себе под нос, но я её слышу и прищуриваюсь, когда она ловит мой взгляд. – Жалко мне его, Инес, жалко. Ещё до того, как у Адель и Бастиана ты родилась, он словно другой человек был. Сердце моё рвётся и болит всякий раз, когда он вот тут – она указывает на пространство перед собой – появляется. Прокляла его твоя бабка, ох поверь мне прокляла, она чернокнижница точно. И глаза у неё как у ведьмы чёрной. Прокляла за то, что он её ослушался и теперь мается Бастиан. – едва слышно добавляет и вжимает голову в плечи – Она и Адель прокляла, вот моя девочка и зачахла. А затем и за тебя принялась, да ты ей не по зубам оказалась.

– Что ты имеешь в виду? – спрашиваю и забираю у Ирмы из рук тряпку, что она мне протягивает, и вижу по глазам, что сильно жалеет о своих словах.

– Ничего не имею, – бросает она и снова набирает воду, а затем тяжело вздыхает и кивает мне. Намекает мол, иди работай, раз вызвалась.

Так, я и поступаю.

Принимаюсь отмывать пыльные окна и погружаюсь в свои мысли, вытирая стёкла от дождевых разводов, от грязи, пыли и паутин. Протираю стены, несколько раз меняю воду.

Натираю стёкла, отмываю рамы.

Когда заканчиваю на улице, кажется, что в таверне даже становится светлее.

И уборку продолжаю уже внутри.

По-прежнему занимаюсь окнами, затем иду за барную стойку и вымываю от пыли каждый угол, перебираю все бутылочки, скляночки, нахожу, даже красивые стаканы, которые прячутся в дальних углах под стойкой, и принимаю решение использовать их на будущем празднике.

Вскрикиваю и прикладываю руку к груди, когда резко поднимаюсь и натыкаюсь взглядом на стоящего у стойки Вона, он даже отшатывается из-за моей реакции.

Несмотря на то что напугал меня до головокружения, выглядит всё равно очень красивым и свежим. Белоснежная, накрахмаленная рубашки обтягивает широкие плечи и твёрдую грудь. Густые брови сведены вместе и низко опущены на глаза, а губы сжаты в тонкую линию.

– Я тебя звал и решил, что ты слышала меня, – растерянно произносит он и делает шаг назад – Я не хотел тебя пугать, – добавляет, а затем кивает в сторону, и я замечаю Ирму в компании трёх молодых девиц, судя по всему, Вон действительно привёз помощь.

Солнце всё же прорвалось сквозь тяжёлые тучи и уже вовсю хозяйничает в большой комнате, заливая её тёплым светом.

– Хорошо у вас тут стало, – улыбается Вон и осматривается – а я уже сообщил о небольшом празднике. Кто-то придёт добровольно, —усмехается он – а кому-то я приказал. Хвала Высшему дракону, могу себе это позволить – улыбается он по-мальчишески и так заразительно, что я улыбаюсь в ответ. – Уверен, что всё пройдёт замечательно. Ирма теперь не одна, поэтому мы с тобой можем отправиться на рынок, чтобы подготовиться к празднику. – выдыхает Вон и подходит ближе, кладёт руки на столешницу, и я опускаю на них свой взгляд. Красивое кольцо на одном из его пальцев, из белого золота с замысловатыми узорами похожими на драконьи крылья, привлекает моё внимание. И я пытаюсь вспомнить, видела ли его вчера.

Вон резко одёргивает руки и прячет их в карманы тёмных брюк, и я растерянно поднимаю на него свой взгляд, кажется, и он растерян своей реакцией.

– Прежде чем ты отправишься готовиться к отъезду, у меня для тебя новости, Инес.

Глава 11

Вон двигается, подаётся вперёд и кладёт на столешницу передо мной бумагу, а затем поднимает свой взгляд к моему лицу и улыбается.

– Надеюсь, ты не рассердишься, что я не стал дожидаться твоего решения. Ты не представляешь, что я вчера почувствовал, когда увидел эту несправедливость. Я хотел разорвать Батори за наглость. Тридцать золотых это огромные деньги для тебя. Поэтому я отправился к отцу, Инес. – произносит он и склоняет голову набок, изучая мою реакцию.

Сержусь ли я на Вона, что он действовал за моей спиной?

Сержусь.

– Отец оказался солидарен со мной. Здесь всё указано, и ты больше не должна семье Батори ни копейки. Учитывая нынешнее положение и ещё кое-какие нюансы, я уверен, что Оран не станет это оспаривать. – говорит Вон и отстукивает пальцами какой-то ритм по столешнице рядом с бумагой, что он принёс для меня.

– Спасибо – наконец произношу и Вон кивает мне – Но прошу, больше не поступай так. – добавляю я, и он прищуривает один глаз.

Безусловно, я благодарна ему за помощь и чувствую себя так, словно у меня упал груз с плеч, но если быть честной с самой собой: я совсем ничего не знаю о мужчине, точнее о драконе, что стоит сейчас напротив меня и внимательно изучает, словно мечтает прочитать мои мысли, а может быть, он и это умеет?

Кто знает, какие возможности у драконов в этом мире.

Не знаю из каких побуждений он помогает мне и что сделает сам Батори, потому что его я тоже не знаю.

Протягиваю руку и забираю документ, а затем возвращаюсь к себе и прячу его под матрац. Я испытываю странные чувства.

Пусть документ побудет пока там, а как вернусь – изучу его, а также узнаю у Ирмы, где бы могла хранить важные документы.

Привожу себя в порядок, переодеваюсь в одно из платьев, что забрала из дома Батори и уже через несколько минут стою у кареты Вона, а он протягивает мне руку, чтобы помочь забраться в экипаж.

Когда он усаживается напротив, я чувствую приятное волнение. Но ни от его близости, а от нашего путешествия. Портальные камни, магия и возможность увидеть другой городок и их волшебный рынок вызывают во мне странные эмоции.

Поджимаю губы и отворачиваюсь к окну, потому что мне не удаётся скрыть довольную улыбку.

– Рад видеть, как ты улыбаешься, – произносит Вон и протягивает руку, чтобы меня коснуться. Поворачиваюсь к нему, опускаю взгляд на его пальцы и замечаю, что кольцо, которое привлекло моё внимание в таверне, вдруг пропало с его пальца. Не знаю, что чувствую по этому поводу, но признаюсь, что мне это не нравится. – Мы отправимся на рынок в Белеш, там сможем купить не только продукты, но и твои эти сиропы, я думаю. Это удивительное место. Казалось бы, ты видел всё, но торговцы непременно найдут чем тебя удивить. – добавляет он и, похоже, заметив перемену во мне, выпрямляется и кладёт руки на свои бёдра.

Почти всю дорогу мы едем молча, а я наблюдаю в окно, как мимо проплывают густые деревья, ели, кое-где стоят деревянные домики не больше десяти рядом и снова густой лес.

Портальным камнем в этот раз пользуется не Вон, а его кучер, что тоже меня расстраивает, но я боюсь выдать себя, если станут расспрашивать о камнях и перемещениях.

Будет у меня ещё на это время, я уверена.

– Вот мы и на месте, – вырывает меня из моих мыслей Вон и выбирается из кареты, а затем протягивает руку мне. Вкладываю в неё свою, и он крепко сжимает в своей ладони, после того как выбираюсь из экипажа.

Сердце замирает от красоты и живости вокруг: кругом толпится народ, деревянные палатки и прилавки до отказа забиты угощениями, тканями и какими-то травами. В мой слух врезаются крики, звуки барабанов, смех и, кажется, какие-то местные напевы.

– Идём-идём. Признаюсь, я точно не знаю, где нам искать твои волшебные бутылочки. – говорит Вон и тянет меня на себя.

Глубоко вдыхаю и топаю за ним, сильнее сжимая его руку, понимаю теперь, почему он меня не отпустил: мы едва протискиваемся сквозь толпу и если бы он меня не держал, я уже давным-давно потеряла бы его из виду.

Торговцы хватают за руки и тянут к своему товару, а прохожие второпях толкают и едва не сносят с ног. В воздухе стоит аромат жареного мяса и чего-то сладкого, манящего.

– Возьмём немного мяса, фруктов и эля – наклонившись ко мне кричит Вон и выжидающе смотрит, ожидая моей реакции. – Если вдруг они не сразу воспримут твои коктейли, то вы сможете сначала угостить их элем. С насыщенным, плотным вкусом. Тёмный с приятным горьковатым послевкусием. Чтобы ничего лишнего, оттеняющего истинный вкус и тебе повезло, что я знаю торговца, у которого эль идеальный. Можно сказать, – усмехается Вон – раскрываю тебе свой секрет. – добавляет и наклоняется ко мне, заглядывает в лицо, пока вокруг нас то и дело проскальзывают люди, задевая то его, то меня.

Киваю ему, выдыхаю своё волнение, теперь уже от предстоящего праздника, и он сильнее сжимая мою руку, тянет меня, выглядит таким довольным, словно и в самом деле собирается открыть мне великую тайну.

Пробраться сквозь толпу удаётся не сразу, как только начинаем двигаться, меня хватает за руку и тянет на себя пожилой мужчина с седыми усами и смешной косынкой на голове. Хватка у него крепкая, словно клешни и болезненная, поэтому я несколько раз потираю свою руку, а он виновато поджимает губы и протягивает мне что-то похожее на пирожное из слоёного теста и я, прежде чем принять, бросаю взгляд на Вона, который уже успел порычать на торговца.

– Не пожалеете, госпожа, – говорит торговец и снова подталкивает ко мне своё пирожное – У меня самые лучшие сладости здесь, а вы так торопились, что и не заметили меня. – пожимает он плечами и бросает взгляд на то, как я потираю руку. Не привыкла я к такой суете. Но после того как Вон одобрительно кивает, я принимаю угощение и, кажется попадаю в рай. Не пробовала здесь ещё ничего подобного, но это пирожное лучшее, что я вообще когда-либо ела за всю свою жизнь. Слоёное мягкое тесто, пропитанное чем-то сладковато-пряным и нежный крем с лёгкой кислинкой, что так умело разбавляет сладость.

Стону и закрываю глаза, ну просто невозможно вкусно.

В реальность меня возвращает Вон, когда его голос гремит на моим ухом, а рука находит мою и он не просто берёт меня за руку, а переплетает наши пальцы, теперь, чтобы наверняка меня не потерять.

Торговец протягивает ему небольшую коробочку, но когда замечает наши сцепленные руки, на мгновение замирает. Неуклюже принимает у него из рук золотую монету и быстро ретируется, обращая внимание на других гостей.

Когда всё же очередь доходит до эля, я чувствую себя так, словно вот-вот лопну. Потому что теперь мы никуда не спешим и пробуем всё, что только возможно. Сладкое, солёное, кислое.

Вон не тянет меня, а просто крепко держит за руку и протискивается сквозь толпу то к одному, то к другому прилавку и предлагает попробовать разные сладости, фрукты, здесь даже находится что-то похожее на яблоки в карамели, вот только их зачем-то заранее поджаривают на огне.

Чувствую себя удивительно счастливой, забытое чувство меня окрыляет, щёки горят, а с лица не сходит улыбка.

– Три бочки давай, Дагар, – посмеивается Вон, когда мы оказываемся в небольшом помещении, напоминающем мне деревянный гараж моего дедушки. Здесь темно и прохладно. Но пахнет не машинным маслом и выхлопным газом, а пшеницей, виноградом и хмелем. Глубоко вдыхаю и горьковатый привкус напитков, что здесь изготавливают остаётся на языке.

Вздрагиваю, когда передо мной появляются три больших деревянных бочки и, закусив внутреннюю сторону щеки, смотрю на Вона, который обходит их внимательно разглядывая, а затем ещё какое-то время переговаривается в торговцев. Протягивает ему три золотых, а после мы покупаем копчённости, овощи, и немного мяса.

Наблюдая то и дело, сколько на наш праздник потратил Вон, чувствую, как в груди тлеет ярость.

Набрали мы с ним, должна сказать не мало, но монет этот дракон потратил от силы не больше восьми.

Это сколько же я должна была выплатить своему мужу?

– Прости Инес, но я понятия не имею, где ещё мы могли бы посмотреть твои сиропы – выдыхает Вон и пожимает плечами.

Не знаю, сколько времени мы потратили, но, похоже обошли весь рынок, однако сиропов так и не нашли. Закрываю глаза и вспоминаю о своих запасах. Судя по всему, нам придётся довольствовать тем, что имеется в запасах Ирмы.

– Предлагаю устроить праздник в субботу. Может быть, попытаемся заманить гостей акцией? – спрашивает Вон, когда мы, наконец, добираемся до его кареты. Я лениво откидываюсь на спинку сидения и тяжело вздыхаю. Должно быть, мы потратили весь день. Солнце уже совсем низко, небо окрасили розовые полосы. У меня гудят ноги, а голова словно квадратная от какофонии всех здешних ароматов, кажется, что и одежда моя насквозь пропахла жареным мясом, фруктами и благовоние.

– Можете подавать третью кружку эля бесплатно. И ещё нужно как-то хитро заманить их попробовать коктейли. Не стоит вот так сразу объявлять, что они у тебя волшебные. Нехорошо это, можем привлечь ненужное внимание. А так, они сами об этом узнают, а слухи иногда лучше любой рекламы работают. – продолжает говорить Вон – Можно на барной стойке поставить несколько готовых коктейлей. Ты ведь сможешь сделать так, чтобы разноцветная жидкость слоями была? – спрашивает и подаётся вперёд, сокращая между нами расстояние – Можно даже кому-то заплатить, чтобы наигранно проявил интерес. Впрочем, отец сказал, что если ты обладаешь таким же талантом, как твоя мать, то таверна твоя уже через месяц на всё королевство прославиться. Точнее, о ней снова вспомнят. Отец рассказал мне, что герцог Бритт именно так с твоей матерью и познакомился. Он отправился по поручению, вместе с моим отцом и решили заодно заглянуть в таверну, где волшебные напитки подавали. О чём я тебе рассказываю, уверен, что ты и без меня эту историю знаешь.

– Могу я спросить у тебя кое-что? —после долгого молчания снова говорит Вон, и я киваю. Головная боль усиливается, а усталость накатывает неприятной волной. – Ты ведь мою головную боль убрала с помощью своего коктейля. А могут твои коктейли сделать так, чтобы мужчина крепко полюбил женщину?

– Это ты о привороте, что ли спрашиваешь? – поднимаюсь я и выпрямляю спину. Не знаю, почему так сержусь, когда подозреваю, что он так на мою мать намекает. – Если после нескольких коктейлей мужчина и думает, что он безвозвратно влюблён, то поверь мне, чаще всего наутро эффект от этого проходит вместе с головной болью. Если только любовь ненастоящая, конечно – говорю я и отворачиваюсь к окну.

Больше Вон со мной не говорит, и я этому рада, потому что когда мы, наконец, добираемся до таверны на улице уже совсем темно.

Но это никак не мешает мне разглядеть убранную на совесть таверну. Здесь теперь и чисто, и уютно и будто даже светлее стало. Вон покидает нас сразу, как только его помощники выгружают все наши покупки, а Ирма скрестив руки на груди, бросает на меня странные взгляды.

Завтра с ней разберусь, потому что сейчас чувствую себя уставшей.

Смываю с себя усталость и эмоции насыщенного дня и укладываюсь в постель, даже не замечаю, как проваливаюсь в сон, но будто бы сразу резко соскакиваю от громкого шума и сильного грохота.

Кажется будто гром сотрясает небо и оно вот-вот рухнет на землю.

В комнате ещё темно, солнце только поднимается.

Осматриваюсь, чтобы понять, что именно меня разбудило, как снова вздрагиваю от сильного грохота и выбегаю на улицу.

Обхватываю себя руками, когда меня окутывает влажность и прохлада раннего утра. Сердце замирает, когда далеко в небе я вижу огромного, чёрного дракона, что размахивая мощным крылями, рассекает воздух, направляясь прямо к нам.