444 000 произведений, 109 000 авторов.

Электронная библиотека книг » Александра Лисина » 18. Последний бой мастера (СИ) » Текст книги (страница 3)
18. Последний бой мастера (СИ)
  • Текст добавлен: 19 ноября 2026, 14:00

Текст книги "18. Последний бой мастера (СИ)"


Автор книги: Александра Лисина



сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 32 страниц)

Глава 2

Признаться, давненько мне не доводилось оказываться в такой поганой ситуации и при этом практически не иметь возможности на нее повлиять.

Субреальность.

Серьезные ограничения по магическому дару. Плюс чисто физические ограничения в виде плотно охватывающего меня со всех сторон кокона.

Проклятые «пиявки», которые все еще жрут меня заживо.

Девять трупов и пять едва способных дышать, находящихся на грани истощения магов.

Некстати выживший враг, которому я позволил уйти.

Настежь открытый разлом, который уже должен начать с устрашающей силой вытягивать на себя не только магию, но и найниит.

Ну и в качестве вишенки на торте – толпа обезумевших, вечно голодных, отчаянно рвущихся из промежуточного и уже заметивших нас дайнов, количество которых превышало все мыслимые и немыслимые пределы.

Против такой толпы, впятером, будучи ослабленными и фактически прикованными к одному месту… шансов, как вы понимаете, у нас не было никаких.

По крайней мере, не здесь.

Не в субреальности.

Полагаю, именно на это и рассчитывал наш враг, когда, уходя, не стал нас добивать. За него это распрекрасно сделали бы мертвые души.

Однако кое-какие шансы можно было выцарапать у судьбы даже сейчас. Многопотоковое мышление я ведь открыл не зря. И как только третий поток мышления завершил свою часть работы, я закинул туда еще одну, не менее важную задачу… точнее, свой последний вопрос, который плавно истекал из трех предыдущих: что мы можем предпринять, чтобы выжить?

Поэтому к тому моменту, как из разлома хлынули нематериальные пока еще дайны, у меня уже имелся список наиболее вероятных сценариев развития событий. А также достаточно подробно прописанные варианты для решения возможных проблем.

«Перестройка гортани завершена, – подчеркнуто нейтральным тоном сообщила Эмма, пока я занимался тем, что снова убирал внутрь кокона управляющее поле, чтобы разлом не дестабилизировал его раньше времени. – Голосовые связки видоизменены и способны выдать звуковую волну с заданными параметрами».

Я мысленно кивнул.

Отлично.

В условиях субреальности и при такой близости к разлому способов воздействия на дайнов у обычных людей практически не имелось. Ничто живое тут в принципе не росло и не водилось. Чудом уцелевшие маги особой погоды не сделают, а трупы в качестве источника пищи тварям не подходили. Поэтому они, пока находятся здесь, будут оставаться сугубо нематериальными. А в таком виде против них и магия, и оружие, и даже найниит были бесполезны.

Другое дело – звуки…

Когда я несколько лет назад персонально для Хатхэ сделал запись крика своего йорка, они потом благополучно испытали ее в действии. Более того, получили очень хороший эффект против «матов» – точно такой же, как и в мою первую практику в крепости Ровная. А заодно обнаружили, что «нематы» тоже в определенной степени подвержены новому «супероружию». В том плане, что на части, как «маты», они, конечно, не разваливались, помирать в полной мере не помирали, однако специальным образом видоизмененная и доработанная специалистами Хатхэ звуковая волна все же оказывала на нематериальных дайнов негативное воздействие. Проще говоря, теперь, попав под нее, «нематы» не замирали, как раньше, а тут же бросались врассыпную, и именно эту особенность я и планировал использовать.

Сложность заключалась в том, что, пока я находился внутри кокона, сделать это было проблематично. Сквозь какие бы то ни было границы, включая границу миров, звуковые волны, как и магия, в принципе не проникали.

Управлять такой границей я пока не умел.

Мастер Майэ, насколько я мог видеть, был практически истощен и помочь мне не мог. Остальные чувствовали себя не лучше, так что одно-единственное, даже самое крошечное усилие могло вогнать их в глубокий стазис, из которого они потом точно не выберутся.

Однако с уходом мага, который заварил всю эту кашу, контролировать положение границы субреальности стало попросту некому. Сама по себе она, как любая другая граница, искусственное положение долго поддерживать не могла. Поэтому параллельно с тем, как Эмма заканчивала работу с моими голосовыми связками, добиваясь полного сходства со связками нашего йорка, я торопливо изучал обстановку. Обнаружив, что кокон давит уже не так сильно и сидит не так плотно, как поначалу, я так же спешно принялся из него выпутываться. А едва высвободив верхнюю половину тела, запрокинул голову и еще до того, как выбравшиеся на свободу дайны успели до нас добраться, испустил такой вопль, что если бы тут были стекла, они точно разлетелись бы вдребезги.

Ух, как я тогда заверещал…

Аж у самого уши заложило, и чуть барабанные перепонки не лопнули к дайновой матери.

Хорошо еще, что слух я приглушил заранее. А вот мастеру Майэ, Далну и остальным не повезло. Потому что порожденная моим измененным горлом звуковая волна оказалась настолько мощной, что коллеги, которые от слабости уже могли только лежать, дружно скривились, дернулись и даже сделали вялую попытку отползти в сторону, чтобы черепушка случайно не лопнула.

Дайнам же мой вопль не понравился настолько, что они, едва рванув в нашу сторону, примерно на полпути резко остановились и, словно разогнанная задорным мальчишеским свистом стая воробьев, дружно прыснули во все стороны. Правда, поскольку назад, к разлому, вернуться они не могли… страх перед следующим за ними по пятам пожирателем был слишком силен… то рванули они от нас не столько назад, сколько вверх, вниз, а также влево-вправо, старательно огибая зияющее алой глоткой жерло разлома и словно боясь лишний раз к нему приблизиться.

Некоторые, правда, вскоре попытались вернуться. То ли по инерции, то ли с голодухи, а то ли в надежде, что на второй вопль сил у меня уже не хватит.

Однако я их быстро разочаровал, набрав на этот раз воздуха побольше и наорав на них еще пару разиков. Причем наорал так, что у самого в башке зазвенело. И вот после этого обескураженные, откровенно дезориентированные твари заполошно заметались по субреальности. Уже без явной цели, без какой-либо стратегии, лишь бы куда-нибудь скрыться от порожденной мною звуковой волны.

Часть из них при этом даже умудрилась столкнуться в воздухе и чуть ли не подраться, торопясь свалить куда подальше. Некоторые нырнули под портальные нити и попытались спрятаться там. Часть, обогнув разлом по большой дуге, попыталась укрыться от меня за его лепестками. Кто-то постарался просто отлететь подальше. Однако небольшая часть тварей все же нашла другой выход. И, словно понимая, что в субреальности деться им попросту некуда, что пищи и, соответственно, новых тел они здесь не найдут, несколько самых умных (или догадливых?) направились… увы, не столько прочь от меня, сколько к поврежденной разломом границе. И, нырнув в нее, словно тараканы в слоеное тесто, со всей доступной скоростью помчались вон. Прямо так, внутри границы, между ее слоев. Отыскав единственно возможный, можно сказать, прямой путь в мир живых, пускать в который их было нельзя ни в коем случае.

Я, к сожалению, не сразу понял, что происходит.

Я в это время был больше занят тем, чтобы отогнать тварей как можно дальше и от себя, и от истощенных магов.

Но потом я увидел, как дайны один за другим, словно муравьи по феромоновому следу, начали нырять в поврежденную границу. Увидел, как между прозрачными слоями скользят и стремительно мчатся куда-то наверх их бесформенные, но все еще прекрасно видимые тела. И лишь тогда запоздало сообразил, что, похоже, совершил непоправимую ошибку.

К сожалению, я не учел, что во время открытия разлома граница миров была не просто повреждена, а, по сути, расщеплена на несколько слоев.

А что такое расщепленная граница?

По сути, это проход… потайной путь в наглухо перекрытом тоннеле. Открытая магистраль между двумя точками пространства. В нашем случае – между субреальностью и обычным миром.

Проблема заключалась в том, что, пока граница оставалась целой, попасть в то самое пространство между слоями было нельзя. Разрушить просто так хотя бы один слой – тем более, на то она и граница миров, чтобы просто так не рваться и не поддаваться обычной магии.

Думаю, наш враг знал об этом. Более того, готов поклясться, что повредить ее было не дано даже ему. И это правильно. Граница миров и должна быть такой. Надежной. Цельной. Прочной как скала. Ведь только так можно было полностью исключить прямой контакт между миром живых и миром мертвых и тем самым сохранить их стабильное существование от безумцев, любопытных и сомнительных экспериментаторов вроде Даруса Лимо.

Однако в тот момент, когда разлом наконец открылся, граница все-таки порвалась. Вернее, расщепилась. Сама. Под действием энергии разлома она, как ламинат под действием влаги, начала неумолимо расслаиваться. А в результате между слоями появилось не только пустое пространство, но и сквозной проход, о котором я, к сожалению, сразу не подумал.

У меня даже мелькнула мысль, что дайны всегда попадают в наш мир именно таким образом – сначала открывается разлом. Одновременно с этим повреждается граница между мирами. Дайны, соответственно, первым же делом попадают в этакий предбанник, то есть в субреальность, где вынужденно болтаются в ожидании, когда поврежденная разломом граница начнет расслаиваться. Ну а как только между слоями становится возможно пройти, дайны начинают выбираться в наш мир, попутно отодвигая слои все дальше друг от друга и открывая себе прямой путь к пище.

Вы спросите, почему же мы никогда этого не видели? И почему никто и никогда не замечал, чтобы между открытием разлома и появлением разлома проходит довольно много времени?

Да потому, что в субреальности время нулевое. И сколько бы дайнам его ни понадобилось, чтобы отыскать дорогу наверх, мы его не ощутим. Для нас этого периода времени попросту не существует. Поэтому и кажется, что все случается одномоментно: разлом, граница, дайны… хотя, если мерить нашими мерками, на самом деле между этими событиями могут пройти и дни, и недели, и даже годы.

Но если сами по себе дайны, будучи откровенно безумными, могли бы еще долго тыкаться в границу в поисках выхода, то я им, можно сказать, сам его подсказал. И открыл прямой путь наверх, в мир живых, хотя никогда этого не планировал.

От последней мысли мне стало несколько некомфортно. Но беспокоила она меня совсем недолго.

Ведь, если подумать, а что еще я мог сейчас сделать?

Если бы я не сумел себя защитить, помогло бы это Верхнему городу?

Если бы я опустил руки и позволил себя убить, это хоть как-то повлияло бы на ситуацию? Помогло бы отсрочить неизбежное?

Что-то мне подсказывает, что нет. Будь я живым или же мертвым, дайны так или иначе все равно нашли бы дорогу наверх. Это было неизбежно. Но поскольку, как я уже говорил, время в субреальности нулевое, то на самом деле никто из обычных людей, включая одаренных, никакой разницы не ощутил бы и не понял, пришли они туда раньше или позже положенного срока.

Для жителей столицы это в любом случае был бы всего один миг.

Поэтому нет. На самом деле ничего криминального я не совершил. И ничего не испортил. Напротив. Подарив шанс на выживание себе и другим магам, я тем самым подарил этот шанс и Таэрину. Осталось только правильно его использовать, но, кажется, я уже понял, как это сделать.

* * *

К тому моменту, как стенки моего персонального кокона ослабли в такой степени, чтобы я смог спокойно из него выбраться, большая часть дайнов уже устремилась в границу, поэтому сейчас они тарнами[1] и десятками тарнов покидали субреальность, напрочь забыв обо всем остальном.

Правда, не все.

Поскольку сами по себе дайны были, мягко говоря, не особо сообразительными, то, найдя одно-единственное место в границе, через которое можно было покинуть субреальность, они уже не искали ничего другого. Ну а поскольку пропускная способность границы, как и ширина «тоннеля» между ее слоями, оказалась невелика, то сразу все твари туда не поместились. И пока самые шустрые торопливо мчались вперед, а самые наглые, распихивая соседей, ломились следом, то самые медлительные… ну или же невезучие… вынужденно ждали снаружи, столпившись у проделанной в границе дыры, и откровенно не зная, чем заняться.

Плюс из разлома все еще продолжали прибывать новые твари, и, само собой, неподвижно лежащие маги привлекли их внимание практически сразу. И пусть ауры портальщиков почти погасли, пусть сами они были не в силах пошевелиться, но для дайнов это была легкая добыча. Вернее, единственная доступная в субреальности добыча. Плюс рядом активно барахтался я, и моя аура, в отличие от аур коллег, светилась достаточно ярко, чтобы вновь прибывшие смогли ее заметить и первым же делом ринуться к нам.

Церемониться с ними я, разумеется, не стал.

Вопль йорка действовал на дайнов, как обычный отпугиватель. Тогда как я, отогнав их подальше, наконец-то скинул с себя дурацкий кокон и… совершенно неожиданно оказался перед лицом новой проблемы.

Проблема заключалась в том, что многочисленные «пиявки» так и продолжали цепляться за мои ноги, жадно вытягивая на себя силы. Причем кокон им в этом абсолютно не мешал. Но, пока сидел на мне, дотянуться до них я не мог. Ни найниитом, ни полем, ни так. А вот когда я его все-таки сбросил и, казалось бы, благополучно освободился, меня вдруг как током пронзила одна нехорошая догадка.

Судите сами. Вот открылся у меня, считай, под боком полноценный разлом. Майнов сто с небольшим до него было, не больше. Само собой, управляющее поле я заблаговременно свернул, найниит тоже припрятал, но при всем при том до сих пор не заметил, чтобы магия вдруг начала уходить из меня быстрее, чем раньше.

Когда со мной случилась точно такая оказия во время первой практики, близость разлома я ощутил мгновенно. Силы и магия начали покидать меня с неимоверной скоростью, словно их высасывал гигантский пылесос. Не говоря уж о найниите.

А тут – ничего. Совсем. Можете себе такое представить?

И вот когда до меня дошла эта простая мысль, я вдруг подумал – а не граница ли в этом виновата? Она все же достаточно плотно меня обхватывала, прочность у нее тоже была необычайно велика, поэтому влияние разлома даже один ее слой мог спокойно выдерживать какое-то время. А вокруг меня до недавнего времени таких слоев было ого-го сколько.

Да, если бы я сумел их разрезать или еще как-то повредить, то свойства границы были бы потеряны. Однако рядом со мной она все еще оставалась цельной. Такой же прочной, как раньше. И, по-видимому, именно она все это время прикрывала меня от влияния разлома.

А теперь я ее, можно сказать, снял.

Что со мной будет, как только я выберусь из-под нее полностью?

Оценив возможные последствия, я резко передумал стягивать с себя прозрачный, откровенно раздражающий, но такой полезный, как оказалось, слой. После чего посоветовался с Эммой, чисто ради эксперимента попытался сделать с окружившей меня… напомню, расщепленной… границей хоть что-то. И, с удивлением обнаружив, что теперь она наконец-то стала чувствительной для самой обычной пространственной магии, очень быстро нашел выход из ситуации.

Иными словами, из слоя, который не так давно страшно мне мешал, я все-таки выпутался. Однако снял его не до конца, а вместо этого часть накинул на себя в виде обычного плаща, а часть выставил перед собой в роли ширмы. То есть прикрыл себя таким образом и от холода промежуточного, и от негативного влияния разлома. И только после этого вплотную занялся «пиявками».

Поскольку по структуре это все-таки были порталы, да еще и нестандартные, то рубить по ним с плеча было чревато. Если не дестабилизируются, то магию точно высосут. Если не убьют на месте, то благодаря антиматерии мгновенно истощат и загонят в стазис.

Так что я, прикинув варианты, сначала на пробу выпустил наружу несколько найниитовых нитей. А убедившись, что они не разваливаются на части, как в свое время в крепости Ровная, просто перетянул ими каждый из порталов в двух местах, лишив их таким образом подпитки и от себя, и из промежуточного. После этого оставшиеся без пищи «пиявки» моментально сдулись. Тянуть из меня силу они больше не могли. А их свободные концы, подергавшись для приличия, очень быстро ссохлись и без особых проблем отцепились от моих ног, тем самым подарив мне долгожданную свободу.

Я, едва их скинув, тут же кинулся к мастеру Майэ.

Один раз в стазис в субреальности старый мастер уже попал, и это едва не стоило ему жизни. Плюс про перекрест судеб он, наверное, не зря мне рассказал, поэтому первым же делом я помог именно ему, избавив старика от «пиявок», выпутав из такого же, как у меня, кокона и вколов ему и стимуляторы, и конскую дозу регенератора. А когда избавил учителя от самой серьезной угрозы, бережно подхватил его найниитом, укутал в созданный из границы импровизированный «плащ» и помчался на помощь остальным магам, при этом зорко следя за мечущимися по субреальности дайнами.

К несчастью, хоть я и спешил, но все равно провозился непростительно долго. К тому времени, как я освободил мастера Майэ, тот уже потерял сознание. Далн, который находился ко мне ближе всех, тоже лежал неподвижно и дышал так, что у меня появились большие сомнения в том, что я смогу вытащить его отсюда живым.

Ну а когда я освободил его, каждый миг гадая, помрет – не помрет, то внезапно обнаружил, что спасать-то больше и некого – ауры лэнов Нати и Каро, к этому времени погасли и развеялись, так что я банально не успел им помочь.

Впрочем, времени на сожаления у меня не было. С разломом… по крайней мере, сейчас… я тоже ничего поделать не мог. Сражаться с дайнами было бессмысленно – пока они нематериальны, мне попросту нечего им противопоставить. К тому же маги, которых я спас, нуждались в срочной помощи целителя. А еще лучше – в медицинском модуле последней модели. Поэтому я почти не раздумывал, когда принимал решение. И, убедившись, что все ученики мастера Майэ, за исключением Дална, стопроцентно мертвы, просто молча развернулся и ушел, оставив в субреальности все как есть.

Правда, ушел я не напрямую, как наш враг.

И не через расщепленную границу, как дайны.

Прекрасно понимая, что выходить прямо на площади перед «Золотой Вышкой» для нас будет смерти подобно… я же, считай, в основании разлома окажусь, никакая граница меня в обычном мире уже не прикроет… я ушел из субреальности не напрямую, а с помощью портала.

Правда, поскольку я спешил, то искать свой собственный портал, портал Моррох или мастера Майэ было нецелесообразно. К тому же транспортный «узел» во время открытия разлома, в отличие от меня, ничто не закрывало. И пусть время в субреальности текло иначе, чем наверху. Пусть процесс разрушения шел очень и очень медленно. Однако транспортный «узел», центр которого пришелся практически на центр разлома, успел серьезно пострадать. Многие портальные нити, пока я искал способ выбраться, или порвались, или угрожающе провисли. Какие-то успели потускнеть и местами даже почернели, словно вот-вот готовились из обычных порталов стать нестандартными. А значит, пользоваться ими было все равно, что играть в русскую рулетку.

Само собой, проверять, куда ведут уцелевшие нити, мне было некогда.

Ходить вокруг «узла» и выбирать нить поприличнее, тем более.

Все, что я мог, это отыскать поблизости самую яркую и туго натянутую нить, которая уходила как можно дальше от площади Славы. А затем торопливо схватить ее и как можно быстрее убраться в безопасное место, если, конечно, в столице и в ближайших пригородах такое еще осталось.

К счастью, нужная нить действительно нашлась.

Зеленая. Достаточно яркая. Чужая, естественно, но с виду прочная, равномерно окрашенная, с нормальным звучанием и с хорошим натяжением.

Чья она была, когда ее создали и куда она вела – это было уже не столь важно. Да и время отчаянно поджимало. Поэтому я просто схватил эту нить, сжал ее посильнее и, скинув с себя ненужный больше «плащ», вместе со спасенными магами, которых все так же держал на весу с помощью найниита, со свистом вылетел из субреальности, понятия не имея, где именно меня выкинет.

К несчастью, чужие порталы в этом плане могли быть совершенно непредсказуемыми. Плюс само перемещение по ним совершенно не походило на то, которое выдавали мои личные порталы. Даже тропы мастера Майэ в этом плане являлись гораздо более привычными и в какой-то степени щадящими. Быть может, именно потому, что меня на них обычно приводил их хозяин.

Тогда как этот портал…

Скажем так, перемещение по нему получилось хоть и быстрым, но отнюдь не приятным. Мало того, что чужая нить под моими руками все время дергалась, как припадочная, то и дело норовя вырваться, так она еще и нагрелась практически сразу. Причем так, что едва не сожгла мне кожу на ладонях. Плюс током, зараза, ударила несколько раз, будто мстя за то, что я воспользовался ею без разрешения. А в довершение всего чужой портал еще и закончился самым неожиданным образом, при этом не просто вытолкав, а буквально выкинув меня из субреальности. Причем с такой силой, что я вылетел оттуда, словно пробка из бутылки, пару раз перекувырнулся в воздухе, чуть не потерял ориентацию в пространстве и приземлился на ноги, а не на голову, лишь по чистой случайности.

Уф.

С трудом сохранив равновесие при приземлении, я быстро выпрямился и торопливо огляделся.

Так. Где это мы?

Длинный и абсолютно пустой коридор… идеально белые стены, такой же белый пол и потолок с одинаковыми круглыми светильниками… множество однотипных дверей по обе руки от меня, за которыми располагались такие же однотипные помещения…

Для офиса здесь, пожалуй, было слишком чисто.

Для жилого помещения, напротив, слишком просторно и одновременно пусто.

В то же время за окном достаточно громко выли сирены и слышался шум пролетающих мимо ардэ. Из-под плотно сомкнутых штор настойчиво пробивались разноцветные огни, подозрительно похожие на отсветы проблесковых маячков, что-то монотонно бубнили расположенные на соседних зданиях громкоговорители, так что мы определенно были в Таэрине. Причем сравнительно недалеко от центра города.

Правда, свет ни в коридоре, ни в комнатах почему-то не горел. А вот многочисленные видеокамеры и магическая защита на окнах наводили на мысль, что здание все-таки непростое. Однако поскольку ни камеры, ни собственно защита оказались неактивны, то я мог не беспокоиться, что где-то вдруг сработает сигнализация или же кто-то случайно меня заметит и обвинит потом в незаконном проникновении.

Плюс, развернув управляющее поле на всю доступную мне в третьем режиме ширину, я почти сразу обнаружил, что по обе руки от меня находятся не просто комнаты, а стандартные, практически идентичные по размерам помещения с одинаковыми койками, в изголовьях которых стояла очень специфическая аппаратура.

Прощупав найниитовыми нитями ближайшие несколько приборов, я с облегчением понял, что портал закинул меня не абы куда, а в одну из столичных клиник. Так что зря я на него наговаривал – он оказался очень даже полезным.

«Внимание, – тут же оживилась Эмма. – Местоположение носителя крови определено. Координаты соответствуют частной клинике „Изаторо“. Адрес: город Таэрин, улица Центральная, дом восемнадцать дробь четыре. Корпус номер два. Этаж шесть. Отделение интенсивной терапии».

Ну вот, что я говорил?

Правда, если это больница, то почему тут никого нет? Понятно, что сейчас глухая ночь, да и клиника частная, а не государственная, но хотя бы дежурный персонал тут должен быть? Да и пациенты-то куда подевались?

Впрочем, насчет пациентов я как раз ошибся: майнах в семи впереди, за углом, в одной из самых дальних палат, я все-таки заметил вторым зрением одинокую, слабо светящуюся ауру, окруженную таким же слабым магонорическим полем. Судя по всему, это и правда был пациент. Причем лежал он не на обычной койке, а внутри медицинского модуля. И находился, насколько я мог судить, без сознания.

Модуль при этом благополучно работал. Один-единственный на весь этаж. Дополнительная аппаратура в его изголовье тоже была подключена к сети и исправно функционировала. Однако рядом не виднелось ни аур целителей, ни обслуживающего персонала, словно и больных, и сотрудников в срочном порядке куда-то перевели, а про этого бедолагу почему-то забыли.

«В столице объявлено чрезвычайное положение, – тут же доложила сестренка, прочитав мои мысли. – Весь центр города был в срочном порядке перекрыт, а жители центральных районов, если верить новостным лентам, как раз сейчас так же срочно эвакуируются».

Я озадаченно нахмурился.

Эм. Чего?

Совсем недавно, когда я еще находился дома, сирены еще только-только успели сработать. Экстренное оповещение на браслет отца тоже пришло. Но с момента нашего с учителем ухода и вплоть до возвращения по меркам обычного мира прошло от силы несколько сэнов, ну, может, чуть больше, если считать, что какое-то время у меня отняло перемещение по чужому порталу.

И вот за это время в столице не только успели объявить экстренную эвакуацию, но и освободить от пациентов целую клинику, хоть и частную?

Хм.

Даже если на момент объявления чрезвычайного положения она была полупустой, то все равно – слишком уж оперативно работают службы безопасности в столице. Или же с эвакуацией отдельных зданий они сработали на опережение?

Впрочем, это пока подождет.

Наскоро обследовав найниитовыми нитями и этот этаж, и два соседних, я быстро убедился, что живой пациент тут и правда всего один. Заодно выяснил, что рядом с его модулем есть еще два устройства с нужными мне параметрами, после чего вскочил на найниитовый диск и рванул в ту сторону.

Модули и впрямь оказались хорошими, мощными и, что важнее всего, полностью исправными. Как раз то, что нужно.

Правда, ни тот, ни другой не были подключены к сети. Здание, насколько я видел, было полностью обесточено, поэтому-то и защита стала неактивной. Однако поскольку аппаратура в столичных клиниках работала не на электричестве, а на магических накопителях, то центральные-то накопители действительно отключили. Однако в отделении реанимации стопроцентно должны были остаться портативные и полностью заряженные устройства, которые целители всегда хранили на случай чрезвычайных происшествий и аварийных ситуаций.

Причем, пока я шарил найниитовыми нитями по всем подряд палатам, то довольно быстро эти самые накопители нашел – они находились в складском помещении, недалеко от собственно модулей. С помощью тех же нитей взломал замки. Вытащил оба накопителя из кладовки, благо размеры управляющего поля и количество частиц позволяли проделать все эти манипуляции прямо во время полета. Со всей доступной скоростью добравшись до распашных дверей, над которыми виднелась надпись: «Палата для безнадежных больных», я ворвался внутрь. В спешке подключил оба модуля к уже доставленным накопителям, параллельно поручив Эмме настроить медкапсулы на реанимационные мероприятия. Пока она колдовала над программами, так же спешно сгрузил на мягкие ложа находящихся без сознания магов, предварительно избавив их от верхней одежды. Наскоро проверил настройки. Помог сестренке чем мог. После чего закрыл стеклянные крышки и, мельком глянув на панели приборов, где стали выводиться результаты предварительной диагностики пациентов, тихонько выдохнул.

Уф. Успел.

Красных огоньков на панели, конечно, было хоть отбавляй, зеленых, напротив, виднелось удручающе мало, но и Далн, и мастер Майэ все еще были живы, так что запасы стимуляторов и регенератора я потратил сегодня не зря. Да и шансы на восстановление, если верить приборам, у них еще имелись. Учитель, правда, в плане дара был действительно истощен, Далн и вовсе находился на грани выгорания. Физически их состояние тоже оставляло желать лучшего. Но жизнь я им все-таки сохранил. И на данный момент это было главным.

На «забытого» пациента я тоже мельком глянул – им оказалась девочка лет десяти или одиннадцати. Очень худая, прямо вся какая-то прозрачная, если не сказать что истощенная. Как говорится, кожа да кости. У нее оказались очень коротко остриженные светлые волосы, заостренные черты лица, болезненно выпирающие скулы, бледные растрескавшиеся губы, из ее тела торчала масса всевозможных трубок, которые производили совсем уж удручающее впечатление…

Девочка, как я уже сказал, находилась без сознания, причем, судя по дате загрузки в модуль, случилось это достаточно давно. Правда, сопровождающих документов рядом с ней не обнаружилось, поэтому ее диагноза и причин, по которым она вот уже почти два года пребывала в глубокой коме, я не знал, а заниматься диагностикой, разумеется, не полез.

Мне, прямо скажем, было не до этого.

Единственное, что о ней было известно – это имя, записанное на висящем в изножье модуля планшете: девочку звали Эми Ладо. Ну а тот факт, что медицинский модуль работал не в лечебном режиме, а всего лишь в режиме жизнеобеспечения, недвусмысленно намекал, что ребенок не просто так оказался в палате для безнадежных больных.

Может, именно поэтому ее и не эвакуировали перед лицом угрозы пришествия дайнов?

В военное время… а чрезвычайное положение приравнивалось именно к нему… приоритет при эвакуации и при оказании медицинской помощи отдавался тем, кого еще можно спасти. То есть легким и среднетяжелым больным. Тогда как бесперспективными и умирающими занимались в самую последнюю очередь.

Да. Такая вот жестокая правда жизни.

Однако при этом от накопителя модуль все-таки не отключили – у персонала, вероятно, рука не поднялась убить ни в чем не повинную девчонку. Поэтому они, не имея возможности связывать себя заботой о безнадежном пациенте, действительно ушли, эвакуировав перед этим всех, кого смогли. А Эми Ладо оставили здесь. В надежде, что накопитель не разрядится раньше времени и что дайны, когда начнут рыскать по всей столице, не заметят одинокого беспомощного ребенка, рядом с которым даже родителей не было.

Эх…

Впрочем, помочь девчонке я тоже не мог – у меня ни стимуляторов, ни регенератора с собой больше не осталось. Да и не целитель я. А для полноценной диагностики и предметной помощи с использованием найниита требовалось время… очень много времени, которого у меня не было.

Поневоле вспомнив о другой девочке, я прислушался к себе.

В субреальности наша с Арли связь заметно ослабла, как если бы близость промежуточного ее приглушила. Но как только я о ней вспомнил, ощущение, что я больше не один, вернулось. Я понял, что моя маленькая принцесса волнуется. Но как только связь восстановилась в полном объеме и Арли поняла, что я вернулся, она быстро успокоилась. И дала понять уже мне, что с ней тоже все в порядке.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю