Текст книги "18. Последний бой мастера (СИ)"
Автор книги: Александра Лисина
Жанры:
Боевое фэнтези
,сообщить о нарушении
Текущая страница: 18 (всего у книги 32 страниц)
Я закинул ногу на ногу и глубоко задумался.
В принципе основное я уже понял. Мотивы самого Рэдо, причины его решений, его реакции… все это более или менее прояснилось. Но оставался еще один вопрос, который не давал мне покоя.
– Хочешь узнать у меня что-то еще? – встрепенулся он, заметив мой изучающий взгляд.
Я снова кивнул.
– Спрашивай, – усмехнулся Рэдо. – Пожить еще немного я очень даже не против.
– Что тебе известно о проекте «Гибрид»? – глядя ему в глаза, спросил я, когда он выжидательно замер.
Маг озадаченно крякнул.
– «Гибрид?» Впервые о таком слышу. А что это?
– Ничего, – усмехнулся я. Затем еще немного его поспрашивал. И, убедившись, что, за исключением одного-единственного момента, к делам Босхо ни в верхнем, ни в нижнем Таэрине Рэдо не имел отношения, удовлетворенно кивнул.
– Вот теперь я узнал все, что хотел. А значит, твое время вышло.
Маг тут же напрягся. Затем метнул быстрый взгляд в сторону Арли, будто действительно думал, что ее присутствие что-то может изменить, и настороженно спросил:
– И что теперь? Ты вот так просто возьмешь и убьешь меня? Прямо здесь, у нее на глазах?
Я только улыбнулся.
– Зачем тебя убивать?
– Тогда что ты собрался со мной делать? – еще больше занервничал Рэдо, кажется, уже не зная, чего от меня ожидать.
Я вместо ответа просто молча поднялся. Дошел до единственной двери, распахнул ее настежь и, всмотревшись в клубящийся за ней туман, произнес всего два коротких слова:
– Альнбар Расхэ!
Глава 5
Когда мы зашли в кабинет, мой биологический отец уже был там. Как всегда, сидел за столом, но на этот раз ничего не читал, не просматривал никакие документы, хотя бумаг перед ним лежало предостаточно. Нет. В этот раз он просто сидел, невидящим взором глядя просто перед собой, и то ли дремал с открытыми глазами, а то ли просто терпеливо ждал чего-то. А при нашем появлении медленно перевел взор на открывшуюся дверь и с на редкость странным выражением взглянул сначала на изменившуюся, резко повзрослевшую и коротко ему поклонившуюся Арли, а потом и на меня.
– Доброй ночи, лэн, – вежливо поприветствовал я его.
Но тан Альнбар в кои-то веки ничего мне не ответил.
Вместо этого он медленно поднялся из-за стола. Так же неспешно, не сводя с меня того же странного взгляда, приблизился. Зачем-то всмотрелся в мое лицо, словно никогда его раньше не видел. А потом тихо-тихо вздохнул.
– Здравствуй, Адрэа.
Я на мгновение заколебался.
Сейчас, когда так много было пережито и когда мы перестали быть чужими, в отношении биологического отца я испытывал достаточно двойственные чувства. С одной стороны, что сделано, то сделано. Стоило признать, что к своему настоящему сыну, каким бы он ни был и что бы ни предшествовало его рождению, тан Альнбар относился более чем прохладно. Если не сказать, что с презрением. Проект «Гибрид» в плане этики и морали тоже был, прямо скажем, сомнительным явлением. Да и со мной поначалу тан Расхэ вел себя не больно-то приветливо. Но со временем он если не оттаял, то все-таки научился принимать меня как равного. Наши отношения из враждебных перешли сначала в нейтральные, а потом и в доверительные. А после вчерашней ночи, когда мы оба… когда весь род сумел во всех смыслах объединиться и стать одним целым… когда вся сила этого рода сконцентрировалась во мне одном…
Не знаю.
Мне показалось, что после всего случившегося мы могли бы стать по-настоящему близки. По крайней мере, я был готов сделать еще один шаг ему навстречу. Но не знал, как он к этому отнесется. И тем более не знал, стоит ли сейчас поднимать эту щекотливую тему.
Альнбар Расхэ, правда, разрешил мои сомнения самым простым и понятным способом – протянул мне руку. А когда я с облегчением ее пожал, он быстро шагнул вперед и, на мгновение прикоснувшись своим плечом к моему, а пальцами второй руки дотронувшись до моей куртки, если не обнял меня, то по крайней мере обозначил намерение. И для скупого на эмоции тана это был жест наивысшего доверия. Знак признания. Благодарности. И недвусмысленный намек на нечто большее, который я, признаться от него ждал.
Именно поэтому я ответил на этот жест. Причем ответил сразу. После чего он так же быстро отступил. Отпустил мою руку. Его лицо тоже осталось подчеркнуто спокойным, однако взгляд все же изменился. Вместо прежнего напряжения там проступило облегчение. Умиротворение. И покой, которого я прежде не видел.
– Я беспокоился, – нейтральным тоном заметил он, словно ничего не случилось. – Там, на поле, после закрытия разлома мы тебя потеряли. Все связи оборвались. И мы даже втроем с отцом и дедом не сумели с тобой связаться.
Я улыбнулся.
– Если бы я умер, моя душа пришла бы сюда. Я ведь теперь тоже Расхэ.
– Да кто ж тебя знает, – снова вздохнул мой биологический отец, тем самым ненароком показав, что действительно за меня переживал. – Вдруг твоя душа захотела бы вернуться в старый мир? Вдруг она попала бы в ловушку? Что тебя так задержало?
Я кивнул в сторону двери, за которой нервно мерил шагами доступную ему часть комнаты Рэдо Норхо-Хатхэ.
– Он.
– Это тот, о ком я думаю? – мгновенно насторожился тан Альнбар.
– Я не знаю, о чем вы думаете, – со смешком отозвался я. – Но именно этот человек стоит за открытием разлома в Таэрине. И в том числе благодаря его усилиям род Босхо едва не исполнил свои грандиозные планы по смене династии в Норлаэне. Частично я его уже допросил, но, думаю, у вас это получится лучше. Да и в плане содержания у вас, так сказать, условия более подходящие. Особенно для сопряженного мага.
В глазах тана Расхэ мелькнул и пропал недобрый огонек.
– Ты несказанно меня обрадовал, потомок. Давай его сюда.
Я мысленно хекнул.
Надо же. Еще не сын, конечно, но уже потомок.
Со стороны моего биологического отца это и правда было полноценное признание. Причем и нашего кровного родства, и моих заслуг, и моих законных прав на кресло тана, которое с некоторых пор активно замаячило у меня перед носом. И непременно начнет маячить не только здесь, но и в реальности. Если, конечно, мне удастся закончить то, что мы начали, и реабилитировать свой род перед магическим сообществом.
Все еще мысленно посмеиваясь, я исказил пространство в гостиной, а когда оно изогнулось и буквально выплюнуло приглушенно матерящегося Рэдо в кабинет моего биологического отца, с сожалением проводил его глазами.
– Гурто! – возмутился тот. – Куда ты меня притащил⁈ Это что, мертвый сон⁈ Дайн! Нет! Не смей! Ты не можешь так со мной поступить!
– Почему это не могу? – удивился я. – Напротив, имею полное право. Проигравшая сторона, как ты понимаешь, права слова не имеет.
– Ты… подонок…
– Чья б корова мычала, – покачал головой я, когда тан Альнбар, недобро оскалившись, взмахнул рукой и одним движением отправил яростно матерящегося Рэдо в тот самый туман, где ему было самое место.
Оставлять его в живых, разумеется, я не планировал. Живой враг – потенциальная угроза для меня и моих близких. Тем более такой враг, как Рэдо Норхо-Хатхэ.
Однако и окончательной смерти я ему дарить тоже не собирался. Для нашего дела было бы гораздо полезнее, если его душа немного задержится, так сказать, между небом и землей. А заодно честно, в подробностях, расскажет о том, что натворила при жизни, благо я далеко не все из нее вытянул. И вот после того, как она признается до конца, будет видно, стоит отпускать ее на перерождение или еще нет.
Когда душа Рэдо растворилась в небытии, я повернулся к тану Расхэ.
– Хотелось бы, конечно, на это посмотреть, но, боюсь, у меня мало времени.
– Это правда, – так же тихо подтвердила стоящая рядом Арли. – Нам нужно вернуться. Адрэа и без того слишком долго пробыл вне тела. Нельзя допустить, чтобы эти связи оборвались окончательно.
Тан Альнбар пристально на нее взглянул.
Случившиеся с ней изменения он, естественно, заметил, но ни замечания по этому поводу не сделал, ни вопросов не стал задавать, хотя ему наверняка было интересно. Вместо этого он лишь спокойно кивнул. А когда мы отступили обратно к двери, вдруг негромко позвал:
– Арлиза…
Мы с Арли с удивлением обернулись.
– Я знаю, что ты для него сделала, – едва заметно улыбнулся мой биологический отец, благодарно наклонив голову. – Спасибо тебе за это. Весь род тебе благодарен. Отныне ты для нас своя. Приходи, когда захочешь. Мы всегда тебе рады.
Моя принцесса неожиданно зарделась.
– Спасибо, лэн. Я непременно приду.
– Тебя тоже жду, – спокойно кивнул мне тан. – Думаю, через день-два результаты будут. Возвращайся. Обсудим.
– Два дня по нашему времени или по вашему? – на всякий случай уточнил я.
– По вашему. Маги разума обычно крепкие орешки. Но с душой работать намного проще, чем с телом, поэтому долго не тяни.
– Тут, к сожалению, не все от меня зависит, – развел руками я. – Сами понимаете.
Да уж. Не успею прийти в себя, как окажется, что вокруг уже стоит толпа тээсбэшников и людей из особого отдела, прямо-таки жаждущих со мной пообщаться. А то еще и в управление отвезут. И хорошо, если не в наручниках. Мало ли что советникам его величества в голову придет по моему поводу? Я же не только Расхэ, единственный прямой наследник мертвого рода, но еще и Двойник. Да и про чуть было не случившееся возвращение Лимо наверняка кто-нибудь проболтается. Как минимум лэн Лойен обмолвится, а то, может, и кто-то еще подтвердит, что я был его учеником. Так что, полагаю, вопросов ко мне у первого рода накопилось столько, что двумя днями дело вряд ли обойдется.
– Хатхэ тебя прикроют, – без тени сомнения отозвался на мои последние слова биологический отец. – Да и вряд ли после разлома тебя будут слишком сильно прессовать. Допросят – да. Во дворец выдернут – само собой…
– Дворца-то больше нет, – со смешком напомнил я. – Хотя куда-нибудь точно выдернут, вы правы. Но к разговору я давно готов. Доказательства у меня тоже всегда при себе. Поэтому, если что, имейте в виду. Велика вероятность, что и в следующий раз я приду не один.
Тан Альнбар спокойно кивнул.
– Сроки я тебе уже обозначил. Остальное сам знаешь, не маленький. А теперь ступай. Время для вас и впрямь имеет значение. Когда буду нужен, позови.
Я коротко ему поклонился, и после этого мы с Арли наконец-то ушли, вернувшись в мою гостиную и плотно прикрыв за собой дверь. Но прежде чем мы окончательно расстались, я взял ее за руку и ненадолго привлек к себе.
Когда наши взгляды встретились, она замерла. Но у меня не было намерения делать чего-либо недозволенного. Да и вопросами я не собирался ее засыпать.
Более того, я никогда ее не спрошу, сколько раз за эти годы она заглядывала в грядущее, тем самым нарушая строгие правила и расплачиваясь за это годами беззаботного детства. Сколько раз рисковала, отыскивая для меня и для всех нас наиболее благоприятные линии вероятностей. Как часто до рези в глазах она всматривалась в наше возможное будущее. И до какой степени испугалась, когда поняла, что я не просто узнал о ее прегрешениях, но и увидел ее душу такой, какой увидеть был не должен. По крайней мере, не должен был увидеть именно сейчас.
Странно, что ни Рэдо, ни нависшие над ее головой дайны не смогли напугать ее так, как мысль о том, что я теперь знаю, что она постарела, превратившись из девочки… пусть не в бабушку, конечно, но уже во вполне зрелую личность, существование которой так старательно от меня скрывала.
Но я никогда не стал бы осуждать ее за это.
Напротив, я ею искренне восхищался. Ее мужеством, решимостью, ее самоотверженностью и тем, что она в свои неполные девять лет осмелилась пойти на такую жертву.
Да, ее никто об этом не просил.
Да, это было только ее решение и ее же ответственность.
Но тем-то оно и было важным лично для меня. Арли сделала это не для того, чтобы прославиться или заслужить звание сильнейшей провидицы Норлаэна. Не ради славы или денег. Не ради себя или меня. Нет. Она сделала это для всех нас, в том числе и для тех, кто о ней еще не слышал и, быть может, не услышит никогда.
А еще она отчаянно не хотела, чтобы о ее поступке кто-то узнал. Поэтому я ее и не выдам. Да и о том, какой она стала, не скажу. Вместо этого я во всем ее поддержу. Не оставлю. Не предам. Никогда не сделаю ей больно. И буду хранить, оберегать и ее саму, и ее тайны до тех пор, пока она не решит иначе.
Я хотел, чтобы она знала об этом уже сейчас.
До того, как мы уйдем. И до того, как она вернется в свое детское тело.
Знала, что я ни за что от нее не откажусь. И никогда не забуду о том, что нас связывает.
– Спасибо, – со слезами на глазах прошептала моя принцесса, когда ее коснулись мои мысли. – Я не сомневалась, что ты поймешь. Спасибо, Адрэа!
– Я буду тебя ждать, – только и сказал я, бережно погладив ее щеку.
Моя Арли…
Маленькая принцесса, которая сделала для меня больше всех и которая так неожиданно много стала для меня значить.
Да, я и правда буду ее ждать. Недели, месяцы, годы… сколько понадобится. А в тот день, когда она скажет мне «да» и займет место, которое принадлежит ей по праву, я смогу честно сказать, что наконец-то обрел все, о чем мечтал.
Арли после этого на мгновение прикрыла глаза и так же тихо вздохнула.
А потом чему-то слабо улыбнулась. Слезы на ее глазах тоже высохли. Она как-то посветлела вся, засветилась, словно настоящее солнце. После чего ее фигура начала стремительно бледнеть и почти сразу же моя принцесса беззвучно растаяла в воздухе, до последнего держась за меня взглядом и улыбаясь так, что от этого становилось тепло на душе.
* * *
Когда я пришел в себя, то, как и сказал тану Альнбару, был готов ко всему. К тому, что очнусь в модуле клиники «Изаторо». Или в подвале управления службы магического правопорядка с блокиратором на шее. Или же вообще в лаборатории особого отдела. А то и вовсе в камере для особо опасных преступников, благо поводов усомниться в моей лояльности и у старого, и у нового тэрнэ, в общем-то, хватало.
Однако, к моему удивлению, обстановка в палате оказалась до безобразия знакомой. Просторное светлое помещение. Простая койка, застеленная свежим, вкусно пахнущим бельем, на котором, собственно, я и лежал, укрытый до подбородка теплым одеялом. Белые стены, белый пол, небольшая дверца в углу, ведущая в индивидуальный санузел. Удобное кресло у двери. Легкие шторы на большом окне. Яркое полуденное солнце, бьющее сквозь чисто вымытые стекла. Обычный уличный шум снаружи. Да и вид из окна не позволял ошибиться с выводами: я, как ни странно, находился в семейной клинике рода Хатхэ. В крыле «В». В уже, можно сказать, «своей» палате под номером девятнадцать. Причем поблизости не было ни одного человека в форме. Ни одного военного или тээсбешника. Да и вообще никого, кроме меня, тут не было, что одновременно и радовало, и огорчало.
«Эмма?» – первым же делом позвал я, когда сел, огляделся и, поняв, что угрозы для меня нет, успокоенно выдохнул.
Однако сестренка почему-то не отозвалась.
Я спустил ноги на пол и озадаченно замер.
Что за дела?
«Эмма, ты где?»
Снова не услышав ответа, я поспешил обратиться внутрь себя. А не обнаружив там второй личности, к которой не просто привык, но с которой уже практически сросся, мягко говоря, заволновался.
Более того, затребовав полный отчет о последних событиях у модуля, я с еще большим беспокойством выяснил, что с того момента, как я покинул тело, прошло уже больше трех суток. Целых три, дайн их подери, проклятых дня, когда меня не было в этом мире. Я ничего не контролировал. Выпал, говоря простым языком, из реальности. Упустил из виду последние новости. Понятия не имел, что творилось в Таэрине за время моего отсутствия. И все это время модуль функционировал в автономном режиме, больше не получив ни от кого из нас ни одной команды.
«Эмма!» – окончательно встревожившись, я торопливо обшарил все закутки своего разума и тяжело вздохнул.
Дайн.
Сестренки и впрямь нигде не было. Я даже следов ее не нашел, да и данные с модуля доказывали, что, скорее всего, душа Эммы покинула мое тело вскоре после моей… ее, вероятно, все же притянул к себе разлом… и вот с тех самых пор обратно в наше общее тело она уже не возвращалась.
Впрочем, паниковать было рано. Хоронить сестренку – тем более.
Арли заверила меня, что с Эммой ничего страшного не произошло. Более того, прямым текстом сказала, что она жива. И поскольку своей принцессе я, как и раньше, верил, то прежде чем строить догадки и предположения решил немного обождать.
Мысленно потянувшись к своей принцессе и услышав совершенно ясный отклик, я шумно выдохнул: Арли здесь, неподалеку. И буквально через несколько мэнов меня навестит. А заодно прояснит ситуацию с Эммой и обо всем мне подробно расскажет.
Поэтому пороть горячку я, разумеется, не стал, а вместо того, чтобы себя накручивать, слегка приглушил эмоции, благо модуль, как и раньше, слушался меня беспрекословно. А затем выбрался из постели и направился в уборную, по пути приметив, что на кресле аккуратной стопкой лежит кем-то заботливо принесенная больничная пижама, и утащив ее с собой.
По пути я, естественно, активировал родовые узы и связался с Ноксом.
Хотел было черкнуть смс Кри и Моррох, но запоздало обнаружил, что лишился не только обычного идентификатора, но и теневого браслета, и досадливо скривился.
Черт. А вот это было совсем некстати.
Параллельно я велел модулю подключиться к ближайшей работающей Сетевой вышке и выдать мне последние сводки новостей со всех официальных и неофициальных каналов. Плюс затребовал у него также данные по всем событиям, которые со мной происходили с того момента, как моя душа покинула тело.
Заодно затребовал полную ревизию организма.
Одновременно с этим запустил диагностику состояния магического дара.
И к тому моменту, когда привел себя в порядок, получил целый ворох самой разнообразной, подчас противоречивой, не всегда понятной и откровенно странной информации, которая требовала осмысления.
Самое же интересное заключалось в том, что когда я чисто по привычке раскидал эту информацию по разным потокам мышления, то далеко не сразу сообразил, что мне по-прежнему, несмотря на отсутствие сестренки, доступна эта полезная функция. Более того, раньше у нас было три потока сознания для работы, а теперь почему-то стало пять. И до сегодняшнего дня нам для этого нужно было слияние разумов, а теперь я действовал сам, и никаких сложностей мне это не доставляло.
И вот что у меня в итоге получилось.
Первое. Физически я был абсолютно здоров. Медицинский модуль в клинике Хатхэ свое дело сделал, поэтому все повреждения, сбои и прочие вещи, которые подпортили мое здоровье, были благополучно устранены. Запасы стимулятора и регенератора, правда, находились на критично низком уровне, но это дело поправимое. Главное, что я ни костную, ни мышечную массу практически не потерял, а если и ушло что-то на восстановление более важных структур, то все потерянное я потом быстро верну на тренировках.
В плане ауры, насколько я понял, тоже все было в порядке. По крайней мере, беглая проверка новых меток не выявила, изменений в старых не обнаружила. Ну разве что печать мастера Майэ с меня исчезла, но это было ожидаемо, поэтому я, хоть и с огорчением встретил ее исчезновение, самому факту не удивился.
Второе. Магический дар у меня после недавних событий все-таки сохранился. Дестабилизация, как показывали отчеты, действительно имела место быть, причем действительно очень длительная и выраженная. Но до истощения и тем более до выгорания дело, к счастью, не дошло, поэтому в плане магии я ничего не потерял.
Что же касается моих приобретений… то да, вот тут с моим даром произошли существенные изменения. Сила рода, да еще в таком количестве и на протяжении достаточно долгого времени, не могла остаться незамеченной. Более того, она существенно подтолкнула меня в развитии. То есть фактически сделала для моего дара то же, что в свое время сотворил Мадиар и интенсивные тренировки.
Проще говоря, после того, как предки от щедрот поделились со мной магией, на моей стихийной ветви появились незапланированные природой отростки. Магия огня, воды, земли… причем не в зачаточном состоянии, а сразу первой ступени. Просто потому, что там, у разлома, я от безысходности активно пользовался всеми доставшимися мне в наследство магическими элементами, а предки, в свою очередь, старательно наполняли их силой. Поэтому ветвям просто деваться было некуда – они или должны были вырасти, или сгорели бы к дайновой матери.
И они выросли.
Причем весьма прилично. И не только в плане стихий – сопряженная ветвь у меня тоже заметно подвинулась в развитии. Магия сна, магия пространства и времени, магия порталов… по всем этим ветвям я, сам того не заметив, всего за один день подскочил сразу на одну, а в магии разума – аж на две ступени вверх. Плюс на ветви сна появился дополнительный отросток весьма своеобразной конфигурации. И я буду не я, если это не ветвь иллюзии, о которой я уже не раз задумывался, но пока руки до нее не доходили.
В перспективе это означало, что у меня теперь, как и у представителей правящей династии, цельный дар. Быть может, пока еще недостаточно прокачанный. Но все-таки. Ветвь воздуха и в том числе молний у меня теперь стала четвертой ступени. Ветви огня, земли и воды пока еще первой, зато уже сейчас все до единой были с отростками. Магия пространства, соответственно, подросла до пятой ступени, магия времени и магия сна – до четвертой. До их же уровня, то есть сразу до четверки, подтянулась магия разума. Магия порталов, соответственно, выросла до третьй ступени. Как и магия предвидения, но плюсом к последней еще и иллюзии нарисовались.
Есть повод для гордости, правда?
Талант мой, к счастью, тоже никуда не делся. Когда я попробовал развернуть управляющее поле и выпустить найниитовые нити, никаких проблем с этим не возникло. Однако близость к разлому… высокие траты на щиты и прочие вещи, которые я творил на днях, плачевно сказались на моих запасах. И теперь я являлся обладателем каких-то жалких пары акрионов найниитовых частиц, включая те, которые в качестве НЗ хранились у меня в различных органах и костях.
Иными словами, в плане найниита я, можно сказать, оказался пуст и фактически вернулся в исходную точку, когда еще только-только начинал свой путь в качестве мага.
Однако совсем уж хреновой ситуацию назвать было нельзя, поскольку часть перегоревшего найниита мой модуль, работавший по большей части автономно, все-таки успел собрать, и только поэтому совсем уж пустым я не остался. Часть я прихватизировал у Элрина Босхо. Часть нагло стырил у его командиров. Что-то подобрал, пока метался туда-сюда по полю. Что-то у меня еще оставалось в пространственных тайниках и на складах у Кри. Плюс мой бронированный «мишка» носил в своем теле некоторый запас найниита и найта…
Так что на самом деле восстановлюсь я быстро. А если я когда-нибудь нормальную найниитовую жилу найду… а я ее найду рано или поздно, ну или не я, а мои звери… то жить станет легче, жить станет веселее.
Третье. Касательно событий в Таэрине, которые я пропустил.
Пока меня не было, модуль исправно фиксировал данные с рецепторов органов чувств, вел запись всего, что видели мои глаза и слышали мои уши. Поэтому, мельком просмотрев краткую выдержку из самых важных, по мнению модуля, файлов, я выяснил, что после моего «ухода» заботу о моем теле взял на себя не только модуль, но и тесно окружившие меня «Мертвые головы». Они же, будучи моими кровными родичами, неустанно снабжали и магическими, и даже собственными жизненными силами, когда магических стало не хватать. И по факту это они, опираясь на поддержку наших предков, сохранили мне и жизнь, и здоровье. Особенно тогда, когда разлом начал закрываться и возле него, благодаря пожирателю, снова появились дайны.
Когда же все закончилось и разлом окончательно сдулся, вокруг моего тела в скором времени поднялась совершенно оправданная суета.
Благодаря модулю, сидел я по-прежнему прямо. И внешне все выглядело пристойно. В том плане, что я все еще дышал, мое сердце билось. Однако в то время, как Арли, Люк и Кэри, а также все мои учителя успели прийти в себя, я так и не очнулся. А у меня из носа, из глаз и даже из ушей потихоньку продолжала сочиться кровь, которой в скором времени оказалась залита не только моя одежда, но и земля вокруг.
Модуль, конечно, старался. Однако в отсутствие стимуляторов и регенератора его возможности были сильно ограничены. Поэтому профузных кровотечений у меня даже на фоне дичайшего перенапряжения так и не случилось, но и до конца остановить кровь модуль тоже не смог.
Когда меня нашла Арли, я был залит кровью до самых пяток, так что выглядел страшнее войны. Но моя принцесса не испугалась. Напротив, собралась с мыслями, обратилась за советом к предкам, и, не дождавшись прихода мастера Даэ, вместе с мальчишками расщепила ближайшую границу.
Надо сказать, сделали они это на свой страх и риск, поскольку после разлома границы пространства стали крайне нестабильными. Управлять ими было сложно. Расщеплять – опасно. А гулять внутри них вообще не стоило.
Первый, кстати, об этом знал.
Тем не менее, когда Арли крикнула, что меня нужно срочно доставить к лэнне Иэ в клинику «Изаторо», он без разговоров помог с границей. А затем подхватил мое тело на руки (модуль, в базе которого он был помечен как «свой», позволил ему это сделать), вместе с детьми шагнул внутрь, каким-то чудом сумев прорваться сквозь взбаламученное пространство и успев дотащить меня до клиники всего за пару мэнов до того, как у меня случился серьезный сбой.
Собственно, меня доставили в тот самый зал, где я недавно оставил мастера Майэ и Дална. И правильно. Ведь, по сути, это была единственная клиника в городе, в которой остались подключенные к накопителям, настроенные, полностью готовые к работе медицинские капсулы последнего поколения. И единственная клиника, где в этот же самый момент присутствовала команда первоклассных целителей, которые с ходу и взяли меня в оборот.
Правда, модули учителя и его ученика на момент моего прихода были пусты – мертвые тела оттуда уже достали. А вот третий модуль по-прежнему функционировал. Хотя я не сомневался: если бы мастер мастеров был еще жив и если бы Далн не ушел вместе с ним, именно этот модуль использовали бы под меня. Несмотря на то, что внутри него все еще находилась живая, хоть и безнадежная в плане выздоровления, девочка.
Оба браслета с меня сняли тут же, еще до того, как закрылась крышка.
Обычный идентификатор забрала себе Арли, тут же припрятав в карман. Тогда как теневой браслет… а он к тому моменту утратил найниитовую защиту и стал виден всем заинтересованным лицам… забрал Нокс. Причем забрал еще по пути в клинику, так что на самом деле, кроме него, Арли и двух пацанов, о том, что у меня вообще есть теневой браслет, никто так и не узнал.
«Внимание! Критический сбой! Отказ всех систем жизнеобеспечения, – прочитал я целую вереницу однотипных сообщений на внутренней вкладке, наглядно свидетельствующих, насколько же мое тело пострадало возле разлома. – Зафиксирована остановка сердца. Зафиксирована остановка дыхания. Зафиксировано критическое падение кислорода в крови. Попытка перезагрузки… Неудачно… Неудачно… Неудачно… Успешный запуск системы… Внимание! Критический сбой! Отказ всех систем жизнеобеспечения…»
И так по кругу.
Я тихо присвистнул, обнаружив, что медицинская капсула всего за рэйн успела реанимировать меня восемнадцать раз.
Восемнадцать, мать его за ногу, раз!
Именно столько я в ту ночь умирал. Причем умирал не тогда, когда работал и магичил на пределе сил, а уже после. Когда, казалось бы, опасность миновала, и можно было расслабиться.
Неудивительно, что Иэ и ее целители с ног сбились, пока носились вокруг модуля, вливали в меня тонны магии и вставляли в многочисленные разъемы сменные картриджи один за другим.
Люк и Кэри, правда, вскоре ушли. Кажется, их кто-то вызвал. Нокс, не будучи целителем, тоже остался не у дел. А вот Арли от капсулы ни на шаг не отходила. И все это время с тревогой всматривалась в мое лицо, беззвучно шепча мое имя и осторожно трогая пальцами прочное стекло, которое нас разделяло.
Мой личный модуль, само собой, тоже в стороне не остался. И пока медицинская капсула занималась преимущественно реанимационными мероприятиями, заложенные Эммой как раз на такой случай алгоритмы помогли ему взломать управляющую панель. Отыскать нужные программы. Вмешаться в их работу. И, раз уж запасы медикаментов в капсуле регулярно пополнялись, мой модуль в буквальном смысле слова принялся их высасывать. Благодаря чему мое привычное к стимуляторам тело все-таки передумало умирать. Его состояние в конце концов стабилизировалось. И какое-то время все было более или менее нормально.
При этом капсула фиксировала стабилизацию физических параметров при одновременном угнетении ментальных. Более того, активность моего мозга вскоре начала явственно снижаться. В какой-то момент кривая выдала необъяснимый всплеск… судя по времени, это случилось незадолго до того, как я очнулся в чужом сне. А потом снова поползла вниз, причем так явно, что Арли забеспокоилась. Лэнна Иэ нахмурилась. Тогда как целители Хатхэ и в том числе спешно вызванный по тревоге кибэ Ривор, который знал меня и мой организм лучше всех, в голос сказали, что долго я в таком режиме не протяну. И что дело не только в том, что я истощен до предела, но еще и в том, что моя душа успела отлететь слишком далеко от тела и отнюдь не собиралась возвращаться.
Арли после этого побледнела и ненадолго исчезла из поля зрения модуля.
Потом я увидел, как она о чем-то коротко переговорила с бабушкой и прямо в одежде забралась во второй модуль.
А чуть позже у меня случился второй сбой. Причем намного серьезнее, чем первый. Но я и так знал, с чем он был связан, поэтому ни обильно хлынувшая носом кровь, ни новые сообщения на внутренней вкладке меня уже не удивили. Поэтому концовку этого «фильма» я просмотрел уже бегло. Свое бьющееся в агонии тело… истошно верещащую капсулу, на крышке которой вновь расцвели ярко-красные значки… неподдельную тревогу на лице склонившейся над модулем Иэ… откровенно испуганного кибэ Ривора, который, благодаря особенностям дара, ощущал много больше, чем обычные маги… и всеобщее облегчение при виде того, как кризис миновал так же быстро, как и случился. Причем без какого бы то ни было вмешательства со стороны.
При этом как только капсула перестала орать, а тревожные красные значки на ней погасли, Иэ получила от кого-то короткое сообщение. После чего на ее лбу появилась озабоченная складочка. Она быстро связалась с кем-то по идентификатору. О чем-то кратко переговорила. И очень скоро в палату прибыла команда грузчиков с еще одним медицинским модулем, только уже не стационарным, а транспортировочным. Плюс приличная группа охраны, при виде которой все это время остававшийся рядом со мной Нокс явственно насторожился.




























