Текст книги "Искатель, 2011 №5"

Автор книги: Александр Юдин

Соавторы: Журнал «Искатель»,Денис Ранюк,Андрей Ивахненко
сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 13 страниц)

– Ты зачем в меня стрелял, идиот?! – завопил парень. – Что я тебе сделал?!

Я развел руками:

– Ничего. Ты просто не остановился. А теперь отвечай: зачем я вам понадобился?

– Кто? Ты?! – взвизгнул паренек. – Да на кой хрен ты мне сдался, придурок! Я вообще бомблю, понял? Этих уродов сегодня утром недалеко отсюда подобрал и катал целый день. Обещали хорошо заплатить, ублюдки... Как же, дождешься сейчас от них платы! Один – труп, другой, поди, тоже. Второго-то ты хоть не застрелил?

– Нет, – пробормотал я, переваривая услышанное. – Он просто притворяется зачем-то... Знаешь что? – Я быстро осмотрел поврежденную ногу. – Давай-ка я тебя перевяжу. Пуля прошла навылет, но кровотечение надо остановить. Аптечка у тебя в машине есть?

– Есть. Только я туда больше не сяду. Там же в крови все!

– А мы в мою машину пойдем. У меня, кстати, тоже есть аптечка...

Пока мы возились с перевязкой и дожидались прибытия медиков и милиции, парень – звали его Артем – кое-что рассказал.

Бандиты проголосовали ему утром, недалеко отсюда и зафрахтовали «пятерку» на целый день с почасовой оплатой. В этом дворе Артем сел на хвост белому «Рено», который привел «пятерку» к моему офису. После того как «Рено» уехал, главный – тот, что сидел впереди, – приказал Артему дожидаться меня. Когда я появился, Артем присосался ко мне и водил повсюду, куда я наведывался, а бандиты только фиксировали адреса: аэропорт, «Уют», «Уют плюс».

Когда они меня потеряли (Артем, как выяснилось, действительно подумал, что я сломался, и решил объехать квартал, чтобы снова пристроиться в хвост), главный приказал двигать в аэропорт. Там он долго разговаривал с Семеном, и позже передал этот разговор второму бандиту. Они приняли решение прокатиться по остальным адресам, где уже побывал я. Но ни у Яблочка, ни у Людмилы Рязановой ничего выяснить не смогли. Виртуозно обругав обеих женщин трехэтажным матом, главный приказал двигать сюда, в этот двор. Заехав, они увидели меня, и через минуту случилось то, что случилось.

– Пока ты катал их, они звонили кому-нибудь? – спросил я, завязав последний узелок. – Докладывали, как продвигается дело?

– Нет. Главный все порывался, да у него труба из строя вышла. Решили, что вечером, при встрече расскажет.

– А кому? Имя он называл?

– Ага. Какому-то Клопу. По всему видать, Клоп этот крутой мужик. Очень крутой.

– С чего ты взял?

– Ну, главный сказал, что если они сегодня наломают дров, то этот Клоп долго церемониться не станет. Прихлопнет сначала их, а потом и меня.

– А тебя-то за что?

Артем пожал плечами:

– Не знаю. Главный сказал, что так, для коллекции.

Оружие мое снова приятно ласкало руку. Восемьдесят восьмой «Вальтер», компактная модель. Довольно мощная и вполне изящная машинка. При весе в восемьсот с небольшим граммов длина его составляет чуть более восемнадцати сантиметров. Калибр – девять миллиметров, емкость магазина – четырнадцать патронов. Этот пистолет очень удобно ложится в ладонь и не менее удобно снимается с предохранителя (что, в сущности, и повлияло на мой выбор оружия). Единственный недостаток пистолета «Walther Р88 Compact» – это его цена. Дороговато стоит, стервец, но, если признаться честно, он того стоит.

Бросив последний взгляд на свою игрушку, я снова отправил ее в тесные объятия новой наплечной кобуры. Вопросительно посмотрел на человека в штатском, который представился мне как майор Михайлов.

– Еще что-нибудь? – любезно осведомился я.

– Кто может подтвердить ваши слова?

– Водитель «пятерки». – Я кивнул на Артема, которого в этот момент укладывали на носилки. – Подтвердишь, Артем?

– Да я уже рассказал! Все, от и до. Чего им еще надо?

– Он рассказал только, как первый бандит застрелил второго, – напомнил мне майор. – А что вы сделали с первым, Панин?

– Ни-че-го! Я ничего с ним не делал. Всего лишь отобрал оружие, чтобы иметь возможность диктовать условия... А что с ним?

– Что с ним? – переспросил майор подошедшего медэксперта.

– Мертв, – коротко бросил тот.

– А дальше?

– Дальше его похоронят, наверное... Тебе причина смерти нужна? Необычная у него причина. Я бы сказал, редкая. По всем внешним признакам – внезапная остановка сердца. Похоже, кто-то здорово напугал парня перед смертью, только и всего.

Подошел Дубровин.

– Ну? – спросил он. – Кто это такие, Пан?

– Я их в первый раз вижу. Они пасли меня сегодня с самого утра. Зачем – не знаю. Из рассказа водителя следует, что ребята ходили под Клопом. Не забыл еще такого?

– Хлопоненко, что ли? – брезгливо поморщился Дубровин. – Неужели под ним может кто-то ходить? Пять лет назад, когда ты его брал и колол, а я – крутил дальше, он был ноль без палочки.

– Это пять лет назад было. А теперь он в модном пальте да на крутом авте. Чего же ты хотел, Дуб? Растет молодежь.

Голос подал Михайлов:

– Значит, вы знакомы, Валерьяныч? И давно?

– Сколько? – Дубровин вопросительно посмотрел на меня. – Лет девять будет?

– Точно. Девять лет и пять месяцев. Вспомни, два отморозка президента инвестиционного фонда «Выгода» замочили и прицепом захватили у него мешок с ваучерами. Наше первое совместное дело, как раз под Новый год приключилось.

– Помню, помню, – проворчал Дубровин. – Как там сестрица моя?

– Ладненько. Сегодня передала мне от тебя привет, аж недельной давности. Представляешь?

– Представляю. – Он усмехнулся. – Это у нее с детства. Рецепты всех своих мясных блюд – их у нее миллион, наверное, – помнит, а вот передать привет или поздравить с днем рождения забудет обязательно.

– Кстати, о мясе, – вспомнил я. – Она сегодня мои любимые свиные котлеты притащила, а я даже не попробовал – времени не было заехать.

Дубровин скептически поморщился:

– Она носит еду из дома? Ты только не пой мне, что на обед в кафе заработать не в состоянии. Котлетки ему притащили, детективу чертову!

– Да будет вам известно, Сергей Валерьянович, – изрек я нравоучительным тоном, – что это там у них, на страдающем ожирением западе, сыщики проводят время ланча в соседних барах. А отечественные частные детективы, – я поднял вверх указательный палец, – экономят деньги своих клиентов!

Дубровин мягко взял меня за локоть и почти отеческим тоном, тихо попросил:

– А теперь, уважаемый отечественный детектив, ответьте нам с товарищем майором Михайловым на один-единственный вопрос: что вы делали в этом дворе, а?

Я только фыркнул в ответ:

– Вот скажи мне, юстиция, у частных сыщиков может быть немного личной жизни или нет? К даме я приехал. Время проводить. Еще вопросы есть?.. Тогда, Михайлов, верните, пожалуйста, мои документы и спокойного вам дежурства... товарищи.

ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ

...Рыжие волосы в этот раз были аккуратно зачесаны назад и забраны в хвост. Два больших смарагда под тончайшими крыльями бровей смотрели на меня с удивлением и некоторым, я бы сказал, испугом.

– Вы?! – воскликнула Виктория, открыв дверь. – Что же вы не позвонили? Я не могу встречать мужчину в дезабилье!

Я оглядел ее сверху донизу. Короткий атласный халатик плотно облегал стройную фигуру, обнажая великолепные ноги. Открытые шлепанцы являли взгляду изящные лодыжки и аккуратные пальчики, покрытые розовым лаком. Другими словами, наряд Виктории до конца меня устраивал, о чем я и собирался ей объявить. Но не успел.

– Проходите в зал, – сказала она, распахивая шире дверь. – И не чувствуйте себя гостем. Я буду через несколько секунд.

Она развернулась и сногсшибательной походкой женщины, знающей себе цену, исчезла за дверью спальни.

Я прошел в гостиную, осмотрелся. Типичное гнездышко незамужней женщины. На полочке книжного шкафа, почти сплошь заставленного дамскими романами, я заметил несколько книг по цветоводству.

Виктория появилась через две минуты. Ее дезабилье никуда не исчезло, лишь чуточку изменило свой вид. Волосы снова были разбросаны по плечам, губы – на скорую руку подкрашены; ноги – обуты в босоножки без задников, халатик она и не думала переодевать. Виктория открыла створку серванта, достала оттуда два фужера, потянулась за бутылкой вина.

– У нас во дворе сегодня весь вечер шла война, – сделала она сообщение. – Похоже, опять бандиты что-то не поделили. Выстрелы, взрывы, пистолеты, автоматы! Просто кошмар, Иван Петрович!

Я едва заметно усмехнулся:

– Сколько вы успели насчитать автоматов?

– А я вообще к окну не подходила. Что я, ненормальная, по-вашему? Третий этаж у меня, а вдруг шальная пуля!.. Я вот здесь, на диване, сидела и просто слушала. Часа полтора, наверное, эта перестрелка длилась. Ужас!.. «Мартини»?

– С удовольствием бы, но нельзя: за рулем... Виктория Львовна, кто такой Тимур Джоев?

– Я ведь вам говорила уже. Тимур – мой любовник. Ну, не любовник, конечно, – я ведь еще не замужем. Только собираюсь... Ну что вы так на меня смотрите! Могут же быть у женщины вроде меня маленькие секретные приключения. Я боюсь только одного: что Стас узнает о существовании Тимура. Для него это будет большим ударом.

– Для кого? Для Стаса?

– Конечно! Вы знаете, какой он порядочный!

– А кто он, если не секрет?

– Не секрет, конечно. Он адвокат по уголовным делам.

– Успешный?

Она, словно извиняясь, надула губки:

– Ну, пока он выиграл всего одно дело. Правда, после четыре проиграл... Но у него еще все впереди, он ужасно трудолюбив и настойчив.

– Маловато у вашего жениха практики.

– А чего же вы хотели! Он только два месяца назад диплом защитил.

– Стас младше вас?

– Да, на семь лет. Но для меня эта разница никакого значения не имеет. Вы знаете, как он меня любит? Я даже иногда виноватой себя чувствую перед ним за то, что иногда приходится свой девичий досуг разнообразить... Но почему вы вдруг спросили, кто такой Тимур? Вы его уже разыскали?

– Разыскал, Виктория Львовна.

– Ой, как здорово! – От радости она даже хлопнула в ладоши. – Давайте мне его адрес поскорее...

– За ним весь день вчера кто-то следил.

– Кто? – Выражение лица ее мгновенно переменилось. – Для чего следили?

– Не знаю. Какая-то женщина, светловолосая, с короткой стрижкой. Ездит на темно-синем «Фольксвагене». Вам это описание ни о чем не говорит?

– Абсолютно ни о чем. Вы сами ее видели?

– Нет, к сожалению. И еще: она тоже смогла выяснить адрес вашего Тимура.

– Наверное, это какая-нибудь из его бывших женщин, – медленно проговорила Виктория. – Ничего удивительного – с его-то внешностью!

– Вы, помнится, говорили мне, что Джоев никогда не бывал в Ясноволжске.

– Насколько мне известно – ни разу. А почему вы вспомнили об этом?

– «Фольксваген» зарегистрирован в нашем регионе.

– Значит, он просто врал мне, когда говорил, что ни разу сюда не приезжал. Завтра я это выясню. Дайте мне его адрес, Иван Петрович, пожалуйста... Ой, знаете, а заплатить вам мне сейчас нечем. Нужно идти в банк. Вы сможете подождать до утра?

– Конечно. Если меня не будет, секретарь – Люба – все устроит. Записывайте адрес Джоева...

Дома меня ждал холостяцкий душ, холостяцкий ужин, словом, холостяцкий вечер. Допив чай, я прошел в комнату, упал на низкую тахту, включил телевизор. Поднял с пола телефон, набрал почти забытый номер. Когда там ответили, ласково проворковал в трубку:

– Привет! Мы еще не ложились?

– Кто это? – Голос, такой знакомый и приятный, нежил слух. – Простите, с кем я разговариваю?

– Неужели мы забыли нашего плюшевого зайчонка? Как же так?

– Ах, это ты, – протянула трубка разочарованно. – Я, честно говоря, думала, что ты и номер-то мой не помнишь... – Как недалека была она от истины! – Знаешь что, Ванюша, не звони мне больше. У меня теперь другие игрушки, намного мягче и пушистее. Хорошо?..

Равнодушно уронить трубку на рычаг меня заставил сюжет программы «Человек и закон». Ведущий подавал занимательную историю.

Суть ее сводилась к тому, что две недели назад, в Москве, по дороге в аэропорт неизвестными был ограблен грузовик Гохрана, перевозивший бриллианты стоимостью в десять миллионов долларов. Тщательно спланированная операция была успешна проведена: охранники убиты, груз похищен. Нашлись свидетели, которые видели нападавших, но ни один очевидец не смог бы опознать преступников – те были в масках. Скрылись грабители на невзрачном фургоне какой-то зарубежной марки. На этом первая часть истории заканчивалась.

Вторая начиналась с того, что в одной из квартир обычной московской девятиэтажки неделю назад были обнаружены разлагающиеся трупы пятерых мужчин. Жара в начале мая стояла ужасная, и соседи однажды почувствовали сильный запах гниения из квартиры, которая очень часто сдавалась внаем. Вызвали милицию, взломали дверь, а там – пять тел со следами пулевых ранений.

Позже следствием было достоверно установлено, что убитые и есть грабители, совершившие налет на грузовик Гохрана. Но самих камней при обыске квартиры обнаружено, естественно, не было.

В заключение ведущий сообщил, что из недостоверного источника журналистам удалось выяснить, будто бы следы этих преступлений ведут на Северный Кавказ, к ближайшему окружению некоего Ахмада Чермоева – руководителя одного из чеченских бандформирований, погибшего четыре года назад во время налета наших штурмовиков...

А потом включился рекламный блок. И был он настолько долгим и утомительным, что я не заметил, как провалился в забытье. Всю ночь мне снились горы женских прокладок (почему-то с экстрактом цветущей акации) и толпы полуголых барышень, испробовавших на себе все преимущества наполнителя, удаляющего запах. Прокладки были тонкие-претонкие, а девицы – радостные, пресчастливые, и поначалу я наивно полагал, что полнота счастья красоток определяется исключительно толщиной данного изделия. Однако под утро кто-то невидимый голосом одного известного юмориста просветил меня относительно истинной причины этой радости. Оказывается, минуту назад девчонки наконец-то просто узнали, что нежелательная беременность в очередной раз обошла их стороной...

* * *

Абдуллаев стоял в коридоре фирмы «Уют плюс», слушая, о чем разговаривают за приоткрытой дверью управляющего. Говорила женщина:

– Доконали меня эти проверки. Устала я. Неужели в главном офисе не знают слова «отдых»! Ведь каждый месяц отчеты требуют. Каждый месяц!

– Эх, Людмила Прокопьевна, начальство всегда располагает, – успокаивающе произнес мужской голос. – Но на сегодня мы свою работу закончили, можно смело идти по домам. Сами сдадите здесь все под охрану?

– Что за вопрос! Конечно, сдам.

– Вот и хорошо А мне пора бежать. Время-то уже... Ай-ай-ай, Людмила Прокопьевна, ну и засиделись мы с вами сегодня!

Абдуллаев услышал, как открылся шкаф, как мужчина стал надевать верхнюю одежду. Бандит ужом проскользнул в санузел и затаился, дожидаясь, когда работники разойдутся по домам. Он нисколько не опасался, что кто-нибудь может зайти в туалет и обнаружить его. В этом случае он просто убьет их обоих, запрет изнутри входную дверь и сделает то, для чего сюда явился.

Ждал он недолго. Когда все ушли, он проследовал в кабинет управляющего, поработав предварительно над несложным замком, и уселся за компьютер. Ему были нужны все посетители отделения фирмы за вчерашний день. Они с Русланом потеряли эту сучку именно здесь, через несколько минут после того, как она вышла из дверей офиса, села в красную «восьмерку», на которую сменила свой «Гольф», и на бешеной скорости успела проскочить зеленый светофор.

Увидели они ее вчера в аэропорту, когда прилетели. Увидели случайно, а потом Руслан обратил внимание, что она следует по пятам за каким-то мужчиной. Руслан в тот момент чуть не подпрыгнул и резко толкнул Абдуллаева в бок. «Узнаешь?» – спросил он напарника и кивнул на объект слежки. Абдуллаев ответил отрицательно, а Чермоев, щелкнув пальцами, воскликнул: «Ты не на лицо смотри. Ты на походку смотри, на повадки смотри. Видишь, как шеей дергает! Он это! Он это, Фамиль, и она за ним следит. Оба сразу, как на подносе, да?»

Далее они прицепились к «Фольксвагену», который вел белую «Ауди», но потом «Ауди» потерялась. Продолжая слежку за «Гольфом», они намотали по городу не одну сотню километров – и вот сегодня потеряли и эту суку, после того, как она побывала здесь. Ну а раз она побывала здесь, значит, и Коцоев тоже сюда наведывался, а поэтому в компьютере должны содержаться все его новые данные вместе с адресом, по которому он сейчас находится.

Есть! Джоев Тимур Томазович. Теперь не оставалось никаких сомнений: мужчина, которого они видели в аэропорту, – Коцоев. Абдуллаев помнил этот паспорт, он сам однажды доставил его в лагерь вместе с дюжиной других фальшивых документов. А вот и адрес снятой квартиры. Все просто, как в русских анекдотах!

Абдуллаев быстро переписал данные на листок бумаги, который вытащил из подставки на столе, и снова приник к монитору. Теперь предстояла самая опасная фаза операции: ему нужно было вторгнуться в систему Министерства внутренних дел, войти в их базу данных. Там, естественно, подобные попытки тщательно отслеживаются, и группа захвата прибудет сюда уже через несколько минут. Но взломать защитные файлы просто необходимо: им с Русланом нужен адрес человека, который сегодня во время сделки по купле-продаже оружия уехал с места встречи.

Несколько минут ушло у Абдуллаева, чтобы закончить начатое. Все адреса лежали в кармане, компьютер Абдуллаев выключать на стал. Он уже собирался уходить, когда взгляд его упал на предмет, забытый, по всей видимости, хозяином кабинета. На краешке стола лежал электрошокер. Бандит взял его в руку, и выражение его лица стало таким же, какое бывает у хирурга, когда тому вместо скальпеля предлагают воспользоваться кухонным ножом. Но сегодня, здесь, в этом проклятом городе, у Абдуллаева не было под рукой необходимого оборудования, а потому сгодится и электрошокер.

Проверив прибор на предмет работоспособности, он быстрым шагом покинул офис тем же путем, каким и входил туда – через парадную дверь.

Чермоев с помощниками ждал его на лавке, во дворе соседнего дома. Абдуллаев подошел, присел рядом.

– Все сделал, – отчитался он. – Адреса у меня, можно идти.

– Подожди, сначала займемся номерами. Помнишь последний двор, в который мы заезжали перед стрелкой?

– Да.

– Адрес не забыл?

– Нет.

– Давай поймаем тачку...

Когда бандиты прибыли на место, небо на востоке начинало бледнеть. Они отпустили такси и проследовали в дальний конец двора, где, накрытая брезентовым чехлом, приютилась «двадцать первая» «Волга». Чермоев приподнял край брезента, удовлетворенно цокнул языком: номерной знак находился на месте. Он бросил взгляд на колеса. Увиденное также его полностью устроило: шины были спущены почти до основания, диски проржавели. Этой машиной не пользовались как минимум с прошлого года, а значит, и пропажу номеров хозяин обнаружит не сразу.

Чермоев весело улыбнулся, повернулся к своим подручным.

– Вы двое – на шухер, ты, Фамиль, – к багажнику, – распорядился он. – Ключи, пассатижи с собой? Задело!

На всю работу они затратили не более пяти минут. Убирая жестянку с номером «Волги» назад, за брючный ремень, Чермоев спросил:

– Где будем брать машину?

– Я видел одну, пока сюда ехали. Черная «девяносто девятая», стоит на неохраняемой парковке, кварталах в трех отсюда. Пешком дойдем?

– Сейчас пойдем, подожди. – Он повернулся к двум другим бандитам, сказал им несколько слов на чеченском. Те молча кивнули и зашагали прочь.

– Куда ты их? – спросил Абдуллаев.

– Домой отправил. Зачем такую толпу делать? Ночь, а у нас номера с собой. Не хочу пока ментов... Пошли, Фамиль.

Расстояние в несколько кварталов они проделали не торопясь, стараясь избегать центральных улиц. Когда оказались на месте, Абдуллаев рукой указал на автомобиль, стоявший метрах в пятидесяти.

– Вот она. Моделей такого цвета в городе – миллион, я сегодня обратил внимание. Что, сделаем?

– Ты посмотри, у какого учреждения она стоит, – с сомнением проговорил Чермоев. – Хозяин, наверное, на дежурстве. Видишь, окно светится?

– Да, вижу. А если это хозяин, то и его вижу. Подождем, пока он из кабинета выйдет и сделаем... Руслан, сколько лет мы вместе? Мы когда-нибудь пропадали с тобой? И сейчас все получится. Видит Аллах – за святое дело стараемся!

Дождавшись нужного момента, Абдуллаев открыто подошел к автомобилю, приставил электрошокер к колесному диску и нажал кнопку активизации устройства. Послышалось характерное потрескивание, в машине что-то щелкнуло. Бандит поднял голову и едва не рассмеялся: дверные замки «девяносто девятой» открылись. Он был опытным электронщиком и прекрасно понимал, что при замыкании на корпус может сгореть не только система сигнализации, а вообще вся электропроводка. Но у них не было другого выбора, и, выйди данная машина из строя, они отыскали бы вторую, третью и так далее, пока этот метод угонщиков-дилетантов не принес бы нужного результата.

...– Куда сейчас? – спросил Абдуллаев. Они уже поменяли номера на автомобиле и теперь двигались по направлению от центра города.

– Домой, Фамиль. На карте, которую мы вчера купили, нет нужной улицы. И спросить не у кого, все спят. Утром поедем, попробуем его врасплох застать. Хотя врасплох его застать пока никому не удавалось.

Абдуллаев молча кивнул и повернул направо у ближайшего светофора...

ГЛАВА ПЯТАЯ

На работу следующим утром я опять опоздал. Чтобы понять это, не нужно было смотреть на часы. Оказалось достаточным поймать на себе взгляд огромных синих глаз, холодных, как две луны, и мне сразу стало ясно, что я снова провинился. Я сконфуженно поздоровался, выложил на стол клубничный «чупс».

– На вашем диване опять пьют кофе, Иван Петрович, – сказала Люба, никак не отреагировав на мой широкий жест.

– Давно?

– Нет еще и минуты. А теперь, извините, мне работать надо. – И Люба, отвернувшись от меня, уткнулась в монитор компьютера.

Я вошел в кабинет. Белецкая действительно сидела на диване и маленькими глотками потягивала... Нет, не кофе – тот нетронутым стоял на столе. Она потягивала коньяк из небольшой бутылочки, опорожненной уже наполовину. Теперь мне стало понятно, почему у подъезда я не видел ее «Рено». Я поздоровался.

– 3-здравствуйте, Иван Петрович, – ответила Виктория заплетающимся языком и довольно вульгарно ухмыльнулась. – А я решила устроить себе сегодня маленький выходной. Вы не против?

– Да, в общем-то, нисколько. Что празднуете?

– Я не праздную, я скорблю. Жизнь кончена: я состарилась!

– Как, уже? Ни за что бы не подумал.

– Вы мне льстите, подлиза, – протянула она тоненьким голоском, расплываясь в очередной пьяной улыбке. – Какой же вы, Иван Петрович, подлиза! Хотя все вы, мужики, одинаковы. Сначала женщине дифирамбы поете, а как добьетесь своего, те же дифирамбы поете уже другой. Некрасиво. А еще частный сыщик!

– Простите, но при чем здесь я?!

– Я же говорю, что все вы одинаковы, – повторила Виктория и неожиданно объявила: – Жалко, что вашего папу звали Петром. Вот если бы его звали Васей, то я смогла бы называть вас Иоанн Васильевич. Правда звучит? – Она нервно хихикнула. – Вы представляете – меня предпочли другой! А раз меня предпочли другой, значит, я уже совсем старая и неинтересная. Поэтому и решила устроить сегодня поминки по своей м-молодости и красоте... Я принесла вам деньги, Иоанн Петрович, – она снова хихикнула. – Простите меня, ради Христа... Лучше бы я к вам не обращалась и спокойно готовилась к свадьбе. Стасик лучший мужчина на свете! Он – будущий Плевако! Он – Кони без пяти минут... Ой, я немедленно должна ему позвонить.

Она достала телефон, набрала номер и поздоровалась. Наверное, ей казалось, что приветствие звучит ласково:

– Это я, м-милый. Ты сегодня завтракал? А таблетки выпить не забыл? Стасик, дорогой, ты же знаешь, как я за тебя переживаю. С печенью шутки плохи, любимый. – Она умолкла и, посмотрев на меня с непонятным удивлением, прикрыла микрофон ладошкой. – М-может, вы все-таки с-соизволите оставить нас наедине? Ну Иван Петрович, я вас очень прошу. Здесь же все равно брать нечего, кроме этой картины, – она кивнула на моего «Айвазовского».

Наповал сраженный ее непосредственностью, я вышел из кабинета.

На протяжении нескольких минут, что я провел в приемной, с Любочкой мы не разговаривали. Она, барабаня по кнопкам клавиатуры, продолжала на меня дуться, я тем временем вовсю сочувствовал Стасику. Парню явно не повезло с выбором второй своей половины, и, возможно, поймет он это сразу, как только у них с Викторией родится ребенок. Если до этого дойдет, конечно...

Белецкая появилась на пороге с пустой бутылкой из-под коньяка.

– Я закончила, – сказала она весело, сильно при этом покачнувшись. – Спасибо. Сколько я вам должна?

Я назвал сумму и спросил:

– Что все-таки случилось?

– Случилась катастрофа, Иван Петрович. – Она достала платок и стерла с губ помаду. – Сегодня я пришла к Тимуру и застала его с какой-то женщиной. Причем это свидание не было деловым – на столе стояли фужеры и бутылка шампанского.

Я виновато наморщил лоб.

– Шампанское? С утра пораньше?

– Значит, оно стояло там со вчерашнего вечера.

– А вы видели, кто был у него сегодня?

– Нет. Он не пустил меня дальше гостиной. Я залепила ему пощечину и ушла...

Расплатившись свернутыми в трубочку купюрами, Белецкая шатающейся походкой покинула офис. У меня в кабинете зазвонил телефон. Я прошел, снял трубку.

– Здорово, гений приватных дознаний! – приветствовал меня Брисеньков. – Звоню, как и обещал, утром. Получи свою информацию, попрошайка.

– Спасибо, Володя. Только насчет бежевой «пятерки» я уже все сам выяснил. Так уж вышло, чисто случайно. Поэтому сейчас мне от тебя нужен только «Фольксваген».

– Интересная машинка, Ваня. И я удивляюсь, с чего бы ей за тобой аж два дня таскаться! Ты знаешь, кому этот «Гольф» принадлежит?

– Ну? Не тяни!

– Некоей Светлане Сергеевне Рюминой. Знакома фамилия?

– Фамилия знакома. Но Рюмин-то здесь при чем?

– А при том, что хозяйка машины – его жена. Законная, Ваня. Куда же это ты угодил, дружок?

– Теперь и сам не знаю... Спасибо, Володя.

Я медленно положил трубку на рычаг и задумался.

Константин Викторович Рюмин, заместитель министра внутренних дел республики. Представлен лично я ему не был, но, по слухам, он действительно женился года четыре назад. На ком – я, естественно, не знал. Но почему его жена решила повиснуть на хвосте у Джоева? Что их могло связывать? Поразмыслив немного, я пришел к выводу, что лучше всего об этом попросту забыть. Задание Белецкой я выполнил, деньги получил. Чего же еще мне надо?..

Тут я услышал, как Люба в приемной негромко вскрикнула. Я уже собирался подняться из-за стола, когда дверь с треском распахнулась, и в кабинете, один за другим материализовались трое мужчин внушительного вида.

По выражению их лиц я сразу понял, что явились они сюда не чаи гонять, а задавать вопросы. Но после того, как я увидел последнего – четвертого, – я мгновенно утвердился в мысли, что мне придется ответить на все их вопросы, без исключения. Методы Святой Инквизиции – жалкие потуги дилетантов по сравнению с методами Клопа.

Подойдя к столу, за которым я все еще сидел, он ощерился в поганой ухмылке:

– Здравствуй, мусор. Помнишь, пять лет назад я обещал тебе, что мы когда-нибудь встретимся снова? Как видишь, я сдержал обещание.

Ни пистолетов, ни пистолетов с глушителями у бандитов я пока не видел, поэтому сердечко мое все еще находилось на заданном уровне. Я спросил:

– Чего надо?

– Самую малость, Панин. Сначала ты мне скажешь, зачем ухлопал моих ребят, а потом...

Я открыл было рот, но Клоп остановил меня жестом руки:

– А потом подробно объяснишь мне, что вчера и сегодня делала в твоем офисе Вика Белецкая. Время пошло, долго ждать я не намерен.

– Что касается твоих ребят, то я их и пальцем не трогал. Я слишком громко хлопнул дверцей и один с перепугу застрелил второго. А потом, также с перепугу, сам отправился вслед за ним. Грамотней, Клоп, нужно подходить к комплектованию кадров. Ты бы себе менеджера по подбору персонала нанял, что ли.

– Я подумаю. – Он кивнул. – И наверное, тебя возьму. Оклад небольшой, но зато первая же промашка – это контрольный выговор с занесением в затылок. Причем с удовольствием. Устраивают условия? – Он снова неприятно осклабился. – А теперь давай мне все по Белецкой.

– А теперь не шел бы ты куда подальше, придурок, – тихо проговорил я. – Большим человеком стал? Шестерками себя окружил? Куда твои тузы смотрели, когда тебя к этой кормушке ставили? У тебя ведь мозгов – на спичечную коробку...

Глаза бандита медленно налились кровью, одутловатое лицо побелело от ярости. Вполне естественная реакция в этой ситуации. Я высказал свою мысль в присутствии так называемых сподручных Клопа, каждый из которых мог в любой момент легко занять его место. Был бы только приказ сверху. И все они знали об этом.

Наверное, поэтому слова мои лишили Клопа контроля над собой. Он перегнулся через стол и протянул руки, чтобы взять меня за грудки. Успев схватить его манжеты, я резко потянул Клопа на себя, и когда его голова находилась на уровне моей, ударил лбом в переносицу. Клоп охнул, ноги его подкосились, и он непременно опустился бы на колени, но помешала столешница: он успел упереться в нее левым локтем. Правой рукой Клоп держался за нос, издавая звериное рычание. Я, чтобы прекратить эту истерику, нанес ему короткий удар точно по центру лба. Голова Клопа запрокинулась назад, он рухнул на пол и затих.

Его соратники не стали корчить из себя отрицательных персонажей кинобоевиков, где злодеи всегда нападают на героя поодиночке. Бандиты двинулись в мою сторону сразу всем миром, то есть втроем. Я был готов к такому повороту, поэтому когда Клоп только приземлялся, я уже оторвал зад от мягкого стула-вертушки, на котором сидел. Взяв его за подлокотник, я с силой швырнул увесистое свое сиденье в левый фланг наступавших. К счастью, стул достиг своей цели и угодил в грудь одному из нападавших. Тот надсадно вскрикнул и, хватая ртом воздух, стал оседать на пол. Оставшиеся бандиты продолжили наступление.

Я использовал столешницу как опору для руки и вскочил на стол. Продолжая опираться на него руками и левой ногой, правой я смог дотянуться до челюсти молодца, находившегося по правому флангу. Бандит, с приданным ему ускорением, влетел в шкаф у противоположной стены. Он сильно ударился головой о створку шифоньера и в следующую секунду смог по достоинству оценить мягкость моего линолеума. Створка бедолаги-шкафа, выломанная вместе с петлями, улеглась рядом, присыпав шевелюру парня тонким слоем стружки.

Но третьему молодцу удалось-таки до меня добраться. Пока я критически оценивал полет второго бандита в шкаф, третий успел приложиться к моей физиономии своими костяшками. Кубарем скатываясь со стола, я успел провести кончиком языка по зубам. К счастью, все они пока были на месте.