Текст книги "Искатель, 2007 №4"
Автор книги: Александр Юдин
Соавторы: Владимир Гусев,Виталий Филюшин,Иван Мельник,Владимир Стрижков,Алексей Фурман
сообщить о нарушении
Текущая страница: 10 (всего у книги 13 страниц)
Естественно, старик согласился подождать месяца два. Но Григорий Алексеевич не собирался сидеть сложа руки и ждать манны небесной. Он вызвал Следопыта.
Василий часто выполнял различные рискованные поручения шефа. Именно благодаря ему увенчалось успехом похищение черепа! Вообще, это человек-универсал, мастер на все руки. У него шикарный аналитический ум, он владеет практически любым оружием, да что там говорить, в его руках газета, и та может стать смертоносной. При этом знание языков и прочее, и прочее… Его услуги дороги, но это стоит того.
Старик отправил Следопыта в столицу Англии – Лондон! Там он должен был посетить Британский национальный музей, раздел «культура народа майя». Имея скудную информацию, ему предстояло: первое – вычислить, какой из экспонатов является второй половиной философского камня. Второе – найти Ричарда Чанфри и вести за ним скрытое наблюдение.
Семен с сомнением заметил:
– Проще было предложить ему доказать теорему Ферма! Каким образом Василий собирался выполнить поручение, не имея никаких зацепок?
Владимир усмехнулся:
– Проще пареной репы, Семен Константинович! Сам посуди, зная, что Чанфри собирается взять под залог музейный экспонат, Следопыту оставалось только навести справки, какую музейную ценность в ближайшее время планируют выдать на руки. Она и будет являться второй половиной философского камня. Выполняя первую часть задания, Василий мог выйти на интересующего нас Чанфри. К примеру, при получении экспоната. Здесь множество вариантов, все зависит от того, как должны были развиваться события. Не забывай, Следопыт знал, как выглядит долгожитель-француз. Старик показал Василию видеокассету, добытую во Франции. Одним словом, Следопыт добился своего! Около месяца назад от него пришло сообщение на наш электронный адрес. Оказывается, второй половиной философского камня является хрустальный череп! Да, Семен Константинович, я не оговорился. Только этот череп был из черного горного хрусталя. Тогда как находящийся у Григория Алексеевича сделан из белого хрусталя. Череп, хранящийся в музее Лондона, был найден в 1927 году в британском Гондурасе. Его нашли в древнем храме народа майя. Думаю, в храм он попал не без помощи Чанфри – Германа. Француз, скорее всего, подбросил череп британской научной экспедиции.
Семен прервал рассказчика:
– Это ты хватил! Если даже допустить, что Чанфри входил в состав экспедиции, то зачем ему было избавляться от столь ценной вещи?
Владимир посмотрел на Семена как на бестолкового ученика.
– Семен Константинович, а ты пораскинь мозгами: как лучше хранить бесценное сокровище, состоящее из двух половин? Надо, чтобы обе части, которые по отдельности всего-навсего красивые безделушки, разделить пространством. Тибет и Англия достаточно удалены для этой цели. Чанфри добился большего, он заставил охранять свое сокровище английскую полицию и тибетских монахов, причем бесплатно. Предусмотрев при этом, чтобы обе части философского камня были периодически ему доступны. С консервативными англичанами, ему пришлось, наверное, нелегко… А вот с монахами без проблем. Для них в порядке вещей, что человек является каждые десять – пятнадцать лет и не стареет при этом. Они обозвали его Сыном Вечности, и все вопросы у них отпали.
Владимир на секунду замолчал, сообразив, что несколько отвлекся от основной темы. Но, быстро ухватив утраченную нить повествования, продолжил рассказ:
– Выполнив часть задания, Следопыт должен был, оставаясь в Англии, дождаться получения Ричардом Чанфри хрустального черепа. Затем сопроводить его в Москву, на встречу с Григорием Алексеевичем. Конечно, он обязан был проделать это, оставаясь незамеченным для своего оппонента, – так решил Старик, он не любил сомнительного рода сюрпризов. Но вмешалось провидение, и Григорий Алексеевич скоропостижно скончался! Мне пришлось самому вести переговоры о встрече с Чанфри, я выступал от лица твоего деда. Ричард прислал на электронный адрес сообщение, в котором уведомил о скором посещении России. Он обещал связаться по электронке, как только приедет в Москву. А вот от Следопыта известий больше не поступало. Я предположил, что со дня на день он объявится в компании француза. Вот, собственно, и весь расклад на этот час. Утром, как проснется Василий, предвидятся дополнения!
Семен насупился, размышляя над услышанным. Ему что-то не нравилось в рассказе Владимира. Как будто в этой истории чего-то не хватало, но вот чего? Семен закурил и внимательно посмотрел на управдома. Вдруг на Шульгу снизошло озарение. «А ведь этот рыжий прощелыга хитрит! Зачем ему было продолжать переговоры с французом, если у него не было хрустального черепа? После смерти деда вся эта кутерьма вокруг философского камня не имела смысла. По словам Владимира, только покойный знал, где находится похищенный череп. Вот здесь и слукавил подручный деда. Он в курсе, где хрустальная вещица! Ах, паршивец, тоже вечной жизни, видать, захотелось?! Следовательно, мне не стоит рассчитывать на его добровольную помощь в освобождении сестры и Светланы. Он знает, что девушек отпустят только в обмен на хрустальный череп, и тем не менее солгал, сославшись на покойника… Какой же я лопух! Я доверял этому коротышке, и даже более того, стал считать своим другом, а он оказался подонком и предателем! Что ж, придется воспользоваться его промахом. Буду делать вид, что я прежний лопух, не догадывающийся о его коварстве. Теперь этот тип не сделает и шага без моего ведома. Я устрою ему тотальную слежку и, вычислив, где находится череп, спасу девушек!»
– Семен Константинович, о чем призадумался? – похлопав по спине рядом сидящего, спросил Владимир.
Семен вздрогнул от прикосновения ненавистного ему человека.
– Да так, размышляю… Может, стоит разбудить Василия и расспросить его, что к чему? А потом пусть себе спит на здоровье – сколько влезет. Или не стоит пока его будить… – ответил нерастерявшийся Шульга.
– Может, ты прав, зачем томить себя ожиданием… Боже! Какие все же мы с тобой идиоты! Вдруг он помер?! А мы остались в неведении о французе!
Оба сидевших вскочили как ошпаренные и бросились в дом. Первым в комнату к больному вбежал Семен. Василий сидел на кровати, подложив под спину подушку.
– Живой! – с облегчением констатировал Шульга.
Следопыт встретил их с иронией:
– Извините, что разочаровал. Боюсь, некоторое время людям придется еще потерпеть мою персону в живом виде.
Владимир грузно сел на край кровати.
– Хорошо, что не спишь. Мы уже подумывали разбудить тебя, а тут всякие дурные мысли стали нас одолевать…
Василий усмехнулся:
– Я спал, как ангел под боком у Господа, но проснулся от вашего дикого топота, господа хорошие. Ну да ладно, у всех свои демоны, как говорится. Что стряслось?
Семен жестами показал, что дом прослушивается. Василий кивнул, что понял, и при помощи ответных жестов попросил бумагу и ручку. Он быстро написал несколько слов и показал Владимиру. Следопыт просил принести ему видеоплеер или музыкальный центр – на выбор, несколько английских булавок, кусок медного провода, отвертку и плоскогубцы. Пока Владимир бегал выполнять заказ, Семен и Василий вели ничего не значащий разговор, предназначенный для прослушивающих дом.
Тяжело пыхтя, Богданов принес все запрошенное раненым. Василий оглядел свой заказ, довольно улыбнулся и, подмигнув товарищам, принялся за дело. Крышка корпуса видеоплеера быстро была снята. Отсоединив от корпуса две платы с микросхемами, Следопыт внимательно оглядел их, а затем вогнал четыре иглы, создав тем самым новые электронные цепи. За булавками пришел черед медного провода. Разрезав его на три части, Василий пристроил их в корпус видеоплеера. Проделав все манипуляции, Следопыт одобрительно оглядел свою работу. Жестом показал, что переоборудованную видеотехнику надо подключить к сети. Семен с живостью исполнил немую просьбу Василия.
– Теперь, мужики, мы можем свободно общаться, не боясь быть услышанными. Я позволил себе испортить ваш видак, превратив его в аппарат для радиопомех. Трансляция с любого «жука» в радиусе тридцати метров от моей конструкции глушится напрочь. Правда, это временное решение, плеера хватит на пару-тройку часов, а затем он выйдет из строя! Поэтому не буду зря тратить время. Прежде всего хочу сообщить, что Чанфри в Москву не прилетел. Он в Лондоне! А если точнее, то его похитили! Ричард Чанфри был уже давно под колпаком у некоей организации, члены которой называют ее «Божьим Ковчегом». Уж я насколько тертый калач, и то не сразу распознал слежку за французом. У профессионалов слежки, знаете ли, нередко наблюдаются различные психические расстройства на почве преследования. Я, грешным делом, посчитал, что неоднократно мелькающие вблизи Чанфри физиономии – всего лишь плод моей фантазии, первый признак надвигающегося психоза. Чтобы поставить себе окончательный диагноз, пришлось следить не только за месье Чанфри, но и за возможными конкурентами. Если бы оказалось, что за Ричардом следят, я мог бы считать себя вполне психически здоровым. И наоборот, если мои подозрения оказались бы напрасными, то стоило бы сменить свое жизненное амплуа и удалиться на покой. В последующие дни я убедился, что с головой у меня все нормально. Чанфри действительно «пасли» и, надо отдать должное, делали это профессионально. Я учел участие в нашем деле третьей силы и стал осторожнее прежнего. – Василий сделал короткую паузу, собираясь с мыслями. – О похищении Чанфри продолжу чуть позже, а сейчас поговорим о второй половине философского камня. По приезде в Лондон я сразу направил свои стопы в Британский национальный музей. Решил пройтись по залу, где представлена экспозиция народа майя. Результатом моего похода стало открытие! Как только я увидел в отдельно стоящей стеклянной витрине хрустальный череп, сразу понял, это она – вторая половина… Увиденный мною череп был точной копией похищенного нами в Тибете! Правда, имелось одно отличие – он был из черного хрусталя. Ты, Владимир, должен быть в курсе, я отправлял сообщение. Дальше дело техники, я вышел на Чанфри и стал вести скрытое наблюдение. Тогда-то и обнаружил лишние рты на наш каравай. Месье Чанфри похитили, как только он получил от правления музея заветный экспонат и вышел на прилегающую улицу. Ничего не подозревающего француза средь белого дня запихали в подъехавший черный «Порш» и увезли. Слава Всевышнему, я был при моторе и проследил, куда отвезли бедного Ричарда. Его доставили на одну из ферм, что находятся к югу от Лондона. Мне довелось наблюдать, как пытали похищенного! Он раскололся через пять минут. Этот слабак испугался одного вида хирургических инструментов, разложенных рядом с ним на металлическом столе. Чанфри рассказал все! Что знал и чего не знал, в том числе и про похищенную мною у тибетских монахов половину философского камня. При этом он указал e-mail похитителей, проще говоря, сдал электронный адрес Григория Алексеевича. Это был крах! Я понял, Старика могут вычислить. Он же проверял приходящую электронную почту со своего компа! Имея деньги и великое желание, пробить адрес пользователя можно влегкую! Оставалось надеяться на несообразительность бандитов.
С другой стороны, подслушав допрос Чанфри, мне посчастливилось узнать секрет черепов – каким образом они «включаются». Для того чтобы произошло чудо, надо оба черепа поставить друг против друга, «лицом к лицу». Древние силы, находящиеся внутри артефактов, проснутся. Черепа начнут испускать свет через призмы глаз. Черный череп, по преданию, олицетворяет смерть. Белый – соответственно символ жизни. Со слов Чанфри, чтобы познать жизнь, надо взглянуть в глазницы белого черепа. А приникнешь к призмам черного черепа, познаешь смерть.
Допросив француза, члены «Божьего Ковчега» устроили собрание, как я понял, в полном составе. Поскольку на этом сходняке присутствовали четырнадцать лиц, то могу судить, что преступная группировка небольшая. Главарем этой заблудшей компании является некий Николас Гай. У меня уши вяли от его грандиозных планов. Такой муры я не помню со времен чтения марксистской утопии. Эти подонки собираются осчастливить человечество бессмертием! С одной, однако, поправкой – подобное счастье коснется избранных. Не буду загружать вас подробностями этой ахинеи. На том же совещании преступники приговорили Чанфри к смерти. Но смертный приговор отложили до воплощения своего бессмертия в жизнь. Временной отсрочкой приговора Чанфри обязан сомневающимся в его искренности. Покончив с обсуждением допроса француза, преступники стали держать совет, как заполучить череп из белого хрусталя. Мои опасения оправдались. Николас Гай отрядил в Москву знающего русский язык бандита. Его задачей была слежка за владельцем недостающего черепа. Адрес Григория Алексеевича преступники решили вычислить при помощи лондонских хакеров.
Моя надежда на бестолковость злоумышленников оказалась несостоятельной! Одним словом, пользование модемом со своего компьютера Григорию Алексеевичу вышло боком. Глупо было бы после всего узнанного отправлять на электронный адрес Старика почту, и звонить небезопасно. Я решил прекратить всякую связь с шефом до приезда в Москву. Как задумал, так и сделал. Вчера прилетел в Шереметьево, сопровождая четырех англичан из «Божьего Ковчега». Не знаю, когда меня вычислили, но, судя по всему, обо мне уже знали некоторое время. Оказывается, в Шереметьево прилетевшую четверку и меня поджидал присланный ранее англичанин с подручным. Николас отправил в Москву не одного человека, как я думал, а двух. Я и подумать не мог, что в аэропорту мне уготовлена западня. Меня, как овечку, подловили – ткнули шилом в печень. Англичан я упустил, а сам в тяжелом состоянии взял такси и отправился в городок Лобню. Он в нескольких километрах от Шереметьево, но главное, там находился друг Григория Алексеевича – отец Михаил. Я рассказал батюшке все, что узнал, а также о том, что черный череп бандиты привезли с собой. Самолично видел – Николас его декларировал в таможне как выставочный экспонат на временный ввоз. Предупредить отца Михаила о том, что звонить Старику нельзя, не успел, потерял сознание… Считаю, я провалил дело, и более того, из-за меня погиб человек! – подавленно заключил Василий.
Владимир покачал головой.
– Дурак ты, Василий! Виноват, видите ли, он! Виновен тот, кто совершил убийство, для кого нет ничего святого! Нечего себя напрасно терзать. Давай отдыхай, а мы попытаемся разрулить ситуацию.
После разговора со Следопытом Семен и управдом спустились в холл и вышли во двор. На улице светало.
– Как ты собираешься разрулить без спрятанного дедом черепа? – сдерживая эмоции, спросил Семен призадумавшегося Владимира.
– Это будет непросто, Семен Константинович. Мне придется отлучиться – есть человек, который может нам помочь. Ты побудь с Василием и присмотри за домом. А я тем временем смотаюсь к этому человечку. На вот, на всякий случай, только осторожней, это тебе не газовая пукалка! – Владимир достал из-за пояса пистолет Макарова и протянул Семену. Шульга взял тяжелый, теплый от тела управдома пистолет.
– Хорошо, отправляйся, если это шанс спасти девушек, – вслух согласился Семен, а мысленно усмехнулся: «Вот и все, никак Рыжий навострился за дедовым хрустальным черепом! Остается проследить и изъять предмет раздора. Это будет легко, ведь оружие теперь у меня.
Запирая дом, Семен чуть не упустил управдома. Выбежав за ограду, Шульга увидел в сквозной арке соседнего дома скрывающийся силуэт человека. Сорвавшись на бег, Семен успокоился, только когда достиг ее и, выглянув из за угла, узнал в удаляющемся Богданова. Владимир прошел два квартала дворами, часто оглядываясь и озираясь. Был момент, когда Семен решил, что преследуемый заметил его, но все обошлось.
Подойдя к первому подъезду шестиэтажного дома, Владимир остановился. Внимательно оглядел двор и, не заметив ничего подозрительного, вошел в подъезд. Семен рывком выскочил из-за детской горки и помчался к дому. Его удача зависела от скорости. Надо было успеть добежать до подъезда, прежде чем Владимир скроется в квартире, если она на первом этаже. А если выше, то Богданов может заметить бегущего в окно, с площадки между первым и вторым этажами. Семен успел! Тяжело дыша, Шульга почти беззвучно приоткрыл дверь подъезда и проскользнул внутрь. Преследователь услышал шаги поднимающегося управдома. Семен взял «Макаров» на изготовку и осторожно заглянул вверх, между перилами. Богданов поднимался на второй этаж. Вдруг шаги смолкли – он остановился. Семен тихо снял туфли и в одних носках быстро и бесшумно поднялся следом. Владимир стоял у двери, ожидая; как видно, он уже позвонил. Шульга находился метрах в двух позади управдома. Он старался не смотреть в затылок Владимира. Ему казалось, стоит бросить взгляд, и тот обернется.
За дверью мужской бас спросил:
– Кого там черти принесли в такую рань?
– Михаил Дмитриевич, это я, Владимир.
Дверь открылась настежь, в ее проеме стоял пожилой мужчина богатырского телосложения. Голова старика-здоровяка была начисто выбрита, на круглом, почти без морщин лице красовались гусарские усы. Их жгуче черный цвет говорил о частой подкраске в борьбе с сединой.
Пожилой богатырь мельком глянул вниз, на малорослого Богданова, и остановил свой испытующий взгляд на Семене.
– Вольдемар, оглянись, это я, Семен! – не моргая, глядя в глаза великану, окрикнул Шульга управдома.
Владимир развернулся, его челюсть отвисла.
– Не ожидал, прохиндей? А ну оба в квартиру, и чтобы не рыпаться у меня. Как ты верно заметил, это не газовая пукалка.
Владимир и старик-великан попятились внутрь квартиры, Семен пошел следом. Запер за собой дверь и отконвоировал обоих в зал. Сев в кресло, указал стволом пистолета на диван.
– Присаживайтесь! Так это и есть человек, который может нам помочь? Как ты там его назвал, Михаил Дмитриевич? Не Круглов ли это, упоминаемый в завещании деда? – Владимир открыл было рот для ответа, но Семен не предоставил такой возможности. – Заврался ты, Богданов, вконец! Если бы по мелочи, еще простительно. Ты же корчишь из себя принципиального, порядочного человека, а сам тем временем хочешь въехать в рай на чужом горбу! Тебе и этому старикашке захотелось вечной жизни? А мертвые девушки сниться не будут?! Мне лично по барабану кусок вашего хрусталя, но вот сестру и Светлану бандиты отпустят только в обмен на эту безделушку! Уверен на все сто процентов, ты знаешь, где череп. А иначе зачем бы тебе вести переговоры с Чанфри? Короче, я сожалею, но если в ближайшее время не будет черепа, придется укоротить отведенную вам Богом жизнь. И кстати, только что у меня возникло подозрение, своей ли смертью помер дед! Не вы ли, голубки, ему помогли?
Владимир вопросительно посмотрел на «подельника». Пожилой детина, разглядывавший во все глаза Семена, вдруг громко рассмеялся. Его смех был заразителен. Хлопая себя огромными ладонями по коленям и смахивая слезы, старик безудержно заливался хохотом. Владимир некоторое время сидел, глупо вытаращившись на веселящегося, а затем и сам сорвался на смех.
Семен растерялся, он ожидал от этой парочки всего – нападения, оправдательного лепета, но никак не веселья.
Престарелый здоровяк указывал пальцем на Семена и сквозь смех выкрикивал: «Мы кончили его деда!» – и сумасшедшая парочка заливалась смехом с новой силой.
Семен терпеливо ждал, когда закончится истерический, как он посчитал, смех. Мало-помалу смеющиеся успокоились. Старик утер ладонями остатки слез и ясными очами воззрился на Семена.
– Ай да Семушка! Ай да удалой парень! Молодец, внучек, хватка у тебя что надо. Вот только ты сделал неправильные выводы. Я и есть Шульга Григорий – родной брат твоего деда.
Семен заморгал, пистолет в его руке опустился стволом к полу.
– Не может быть, – неуверенно вымолвил Шульга-младший. – Богданов назвал вас в дверях Михаилом Дмитриевичем!
Старик улыбнулся внуку:
– Это у нас с Вольдемаром конспирация такая. Дай хоть рассмотреть тебя, свою кровинушку. Мелковат, однако, в бабку пошел, в Пешковых. Говорил я брату, упокой Господь его душу, бери бабу в пример себе – здоровую, высокую. А он все любовь да любовь… Но, как погляжу, мал зверек, да вонюч… Я хотел сказать, мал золотник, да дорог. Вольдемар, что сидишь, уши развесивши? Иди на кухню, ставь чай! А ты, Семушка, убери свой пистоль подалее, не ровен час, пальнешь ненароком.
Семен спрятал пистолет в карман куртки. Его мысли наконец выстроились в логический ряд. Конечно, это дед! И дело даже не в том, что он похож на себя в молодости, если судить по сохранившимся фотографиям. Просто сразу объясняются действия Вольдемара. Понятны его недомолвки – не хотел раскрывать секрет деда…
Григорий Алексеевич подошел к внуку.
– Ну давай хоть обниму тебя, Семушка.
Семен встал с кресла навстречу приближающемуся старику. Сильные руки пожилого великана обхватили внука и прижали к себе. Не выпуская из объятий парня, Шульга-старший изменившимся голосом прошептал:
– Жизнь прошла, внучек, как виденье. Не дал мне Боженька детишек. Сначала некогда было, а затем поздно… Зачем плодить детей на старости лет – чтобы оставить их безотцовщиной?! В последнее время размышлял: вот умру взаправду, и некому будет помянуть мою заблудшую душу. А сейчас я счастлив. – Старик прокашлялся. – Расчувствовался что-то я, как баба, аж в горле запершило, старость – будь она неладна. Брат мой, Левушка, царствие ему небесное, оказался мудрее меня. Последние свои дни прожил среди своих детей и внуков. Это большое счастье и утешение.
Шульга-дед разжал объятия. Семен заметил в глазах старика слезы.
– Пойдем, Семушка, на кухню, испьем чайку зеленого.
На кухне Владимир разливал душистый чай в пиалы. Присев к столу, Семен извинился перед управдомом за нанесенные оскорбления. Тот отмахнулся:
– Да не держу я на тебя обиду, Семен Константинович, понимаю, что сам виноват, болтлив не в меру стал. Ты лучше расскажи Григорию Алексеевичу о последних событиях, а я дополню, если что пропустишь.
– Жаль отца Михаила, он был хорошим другом. Эти мерзавцы ответят за все свои деяния, верьте, друзья мои! Внучку с подругой мы спасем. Пусть даже в обмен на вторую половину философского камня. – Старик замолчал, размышляя и поглаживая свои гусарские усы. – Теперь понятно, кто меня преследовал – этот англичанин. Ты, Семушка, кажется, назвал его Николасом? Отправил, значит, своего подручного по мою душу. Его человек и позванивал мне, грозя убийством, если не отдам хрустальный череп. А после того как была сожжена моя «Волга» во дворе – с последующей угрозой, мол, это последнее предупреждение, – я решил инсценировать свою смерть. Мне надо было выиграть время до приезда месье Чанфри и Следопыта в Москву. Игра стоила свеч! После моей якобы смерти звонки с угрозами прекратились. Переговоры с французом вел Вольдемар. Тут еще одна заковырка была – это ты, Семен. Может показаться со стороны, что я прикрылся тобой. Поверь, это не так. Мне не хватало близких, родных людей. События грозили повернуться так, что смерть могла настигнуть меня по-настоящему. Надо было предусмотреть подобный исход и найти наследника моим трудам и делам. Я сделал большую ошибку – невольно подверг тебя и внучку с подругой опасности. Моя персона не стоит того! Обещаю все исправить и освободить похищенных, чего бы мне это ни стоило. Давайте порассуждаем логично. Отправленный Николасом в Москву англичанин угрожал мне, требуя череп, и потерял нить – я умер. Анонимные звонки прекратились; следовательно, он был в курсе моей смерти. Ему оставалось только одно – допросить с пристрастием приближенного к покойнику, то есть тебя, Вольдемар. Была большая вероятность, что ты знаешь, где череп. В подтверждение этому, от имени умершего кто-то общался по Интернету с Чанфри. Теперь мы знаем, что вели переговоры не с французом, а с его похитителями. Во всяком случае, последнее время. Почему бандит не покусился на тебя, Вольдемар? Он не успел! Объявился Семен, а затем и девушки. Теперь этот, с позволения сказать, диверсант должен был попытаться избавиться от лишних жильцов, прежде чем заняться основательно Вольдемаром. Думаю, он бы не стал применять грубую силу… Может, припомните ребятки нечто необычное? Скажем, кто-то приходил или звонил по телефону, предлагая новым жильцам покинуть дом?
Все ответили отрицательно.
– Печально, братцы, а я уж думал, мы ухватили англичашку за хвост.
Семен вдруг стукнул себя ладонью по лбу.
– «Англичашку за хвост»! ХВОСТ! Белохвостикова Татьяна!
Шульга-дед удивленно поднял кустистые брови. Семен стушевался от своей несдержанности.
– Извините, я неожиданно вспомнил: Белохвостикова пыталась выкупить полагающееся мне наследство. Она предлагала мне тридцать тысяч долларов США за то, чтобы я отказался от унаследованного имущества и свалил восвояси. Я опоил ее «слезами Будды», и она как миленькая отвечала на все мои вопросы. Татьяна упоминала какого то нового знакомого, который спонсирует ее. Она даже собиралась заказать меня и Чистотелова. Кстати, я выведал потенциальных исполнителей. Жаль, что не спросил ее о новом денежном друге. Считаю, он и есть человек Николаса.
Владимир удивился:
– Почему я ничего не знаю?
Семен пояснил:
– В то время ты ездил за спальным гарнитуром и где-то пропадал изрядное время.
Григорий Алексеевич кивнул:
– Да, он заезжал ко мне на часик. Рассказывал о тебе и о Юлии. Значит, что мы имеем? Посыльный Николаса все же пытался избавиться от Семена и девушек. А после очередной неудачи наверняка получил от своего босса указание заниматься только слежкой. У Николаса уже был готов ход с похищением девчушек. Вот он и вылетел с компанией в Россию.
Когда позвонил отец Михаил, соглядатай бандитов прослушал телефонный звонок и сообщил прибывшим о выжившем Следопыте. Со слов батюшки зная, где находится Василий, преступная группа опередила вас. Они убили отца Михаила, предположив, что Следопыт поделился с ним результатами своих наблюдений. Не возьму в толк, почему бандиты не добили Василия?
Семен пожал плечами:
– Может, они посчитали его мертвым? Или решили, что он уже безнадежен и не успеет проговориться?
Шульга-дед разгладил свои усы.
– Все может быть, Семушка, ну да ладно, не в этом суть. Наш противник хитер и коварен. К сожалению, должен отметить: мы каждый раз были на пару шагов позади бандитов. Надо коренным образом изменить ситуацию в нашу пользу. Мы поступим так: я отправлюсь к бывшей своей полюбовнице и вытрясу из нее все о богатом дружке. Вы тем временем возвращайтесь в дом и ведите дезинформацию противника. Коль дом и телефон прослушивается, то дайте понять нашим недругам, что заняты поисками хрустального черепа. Ты, Вольдемар, позвони Роберту, поинтересуйся, не упоминается ли в завещании хрустальный череп? Это тоже пройдет за хорошую дезу. Когда я вернусь, тогда и решим, как быть дальше. Если нашим планам не суждено будет сбыться, то запомните: у меня всегда найдется в рукаве припрятанный козырь, о котором бандиты и не подозревают.
«Что-то дед задерживается, – подумал Семен после двухчасового марафона по дому в поисках черепа. – А действительно, куда он мог его спрятать?»
Владимир, стуча крышками шкафов на кухне, имитировал поиски. Сам же умудрялся в это время готовить завтрак. Периодически Богданов отборно ругался в адрес «покойного», спрятавшего хрустальную вещицу. Семен заскочил к вошедшему в роль управдому. Обжигая пальцы, ухватил со сковороды кусок горячей мясной запеканки и впился в нее зубами. Владимир зарычал, он не любил подобных выходок. По его крепкому убеждению, не бывает причин, по которым нельзя сесть за стол и спокойно, достойно поесть.
Чтобы не видеть недовольную физиономию повара, Семен вернулся в холл. В этот момент с улицы позвонили! Шульга-внук изловчился и отскочил в сторону от несущегося из кухни управдома. Богданов промчался в свою комнату. Семен немедленно последовал за ним. Он подошел к уже сидящему у монитора Владимиру. Камера внешнего обзора выдала на экран нерадостную картинку. У ограды припарковались белая «Волга» и красная «Ауди». Рядом с калиткой стоял Григорий Алексеевич в сопровождении четырех мужчин крепкого телосложения. Трое из четверки держали правые руки под плащами.
– К гадалке не ходи, гости при пушках! – спокойно произнес Владимир.
Семен ударил кулаком по столу.
– Что будем делать, Вольдемар? Может, отобьем у них деда? – Шульга достал пистолет.
Владимир сжал руку Семена.
– Погоди, Семен Константинович, уймись. Они Старика завалят, прежде чем ты пистоль свой вынешь! Матерые больно мужики. И не забывай, у них еще девчушки наши! Шеф никогда не сдается, и если он схвачен и доставлен этими отморозками сюда… – Владимир перешел на шепот, – значит, у него есть на то причины. Помнишь, он говорил о козыре в рукаве?
Откашлявшись, Владимир вслух театрально произнес:
– Делать нечего, пойдем открывать ворота!
Дверь отворилась, четверка крепышей втолкнула в помещение деда и Владимира. Оба близких Семену человека были в пластиковых наручниках.
– Садитесь, господа! – без акцента произнес, как видно, старший из чужаков. Двое из непрошеных гостей подвели к софе пленников и усадили рядом с Семеном. Его же быстро и профессионально обыскали и, изъяв оружие, окольцевали наручниками. В дом вошли еще два мистера, которые сопровождали связанных по рукам Юлию и Светлану.
– Дамы, прошу вас присоединиться к своим друзьям, – распорядился главарь шайки.
Девушки, бросая недобрые взгляды на своих пленителей, расселись на пуфики рядом с софой. Разговорчивый злодей стал прохаживаться меж своей свитой и сидящими. После минутного дефилирования остановился лицом к пленникам, убрал руки за спину и, слегка раскачиваясь с пяток на носки, обратился к Шульге-старшему:
– Григорий Алексеевич, отдайте хрустальный череп! Я человек слова и обещаю: ваших близких никто не тронет и пальцем. Нам пришлось проделать трудный путь ради своей цели, и, поверьте, в случае отказа ничто не остановит моих людей!.. – Говоривший выжидающе замер, пристально глядя на связанного Григория Алексеевича. Старик наморщил лоб, окинул взглядом сидящую рядом молодежь. Было впечатление, что он принял важное для себя решение.
– Как видно, мне действительно остается только одно… Череп в горшке под фикусом, – грустно вымолвил Шульга-дед.
Ожидающий ответа бандит дал распоряжение своим людям на английском языке. Трое из его подручных бросились к фикусу. Растение было выворочено на пол. Из широкого горшка изъяли хрустальный череп фантастической работы. Крепыш, доставший артефакт, стряхнул с него землю и поднес находку своему боссу. Тот любовно повертел диковинку в руках.
