![](/files/books/160/oblozhka-knigi-geomant.-posledniy-iz-roda-si-377794.jpg)
Текст книги "Геомант. Последний из рода (СИ)"
Автор книги: Александр Коротков
Жанры:
Боевая фантастика
,сообщить о нарушении
Текущая страница: 1 (всего у книги 15 страниц)
Пролог. Как оказаться в заднице за один вечер
Я стоял посреди пепелища, изо всех сил стараясь не упасть на землю. Хотя очень хотелось. Прилечь, свернуться калачиком и уснуть лет на двести. Внутренний источник практически исчерпан и сейчас я почти беззащитен в магическом плане. Да и кулаками много не навоюю. Четыре рваные раны от острых как бритва когтей не дадут соврать.
Ногу пронзила очередная волна сокрушающей боли и я все-таки посмотрел вниз, на свое многострадальное бедро. Следы, которые мне оставило неизвестное чудовище, уже перестали кровоточить и сейчас напоминали безнадежно пережаренный люля-кебаб. В воздухе летали едва уловимые миазмы горелой плоти. Плохо дело.
В метре передо мной в предсмертных конвульсиях дергалась тварь, едва не отправившая меня к праотцам. Внешне она напоминала только что освежеванного ротвейлера-переростка. Мертвого ротвейлера-переростка. Ибо не жилец тот, кому снесло половину черепа. Тварь последний раз скрипнула по раскуроченному полу страшными когтями и окончательно затихла. Два яростных уголька, заменяющих ей глаза, потухли.
Ежесекундно морщась, я заковылял к выходу из полуразрушенного особняка, размышляя о том, что у судьбы весьма скверное чувство юмора. Еще месяц назад я и подумать не мог, что стану сражаться с демоническими тварями. Особенно сидя в стриптиз-баре, одной рукой сжимая стакан с разбавленным вискарем, а другой – тиская полуголую девицу не самого тяжелого поведения…
***
– Капитан Колдин! Тестирование начнется через три минуты. Советую выбросить из головы все посторонние мысли. В прошлый раз вы чуть не провалили тест, едва-едва набрав проходной балл.
– Да помню я, помню. Тебя забудешь, крыса штабная. – проворчал я вполголоса, чтобы, не приведи Всевышний, экзаменатор меня не услышал. Чувство юмора у этого парня еще хуже, чем зрение скрытых за толстенными диоптриями глаз. В прошлом месяце Голем три раза сдавал тест на запоминание лиц, после одной неудачной шуточки. И не сдал бы, если бы не купленный в ближайшем алкомаркете Реми Мартэн VSOP.
Никогда особо не любил всякие тесты на сообразительность, запоминание, ассоциации, логику и т. д. Нет, вы не подумайте – я прекрасно отдаю отчет, что люди моей профессии, помимо вколоченных на уровне подкорки боевых навыков, должны обладать хорошей соображалкой и отличной памятью. Но понимать и любить – разные вещи.
Я с тоской огляделся. Помещение, несмотря на значительно подросшее в последние годы финансирование, удручало своей безликой казенностью, словно выдернутой из двухтысячных. Крашеные светло-бежевой, облупившейся в углах краской стены, древняя пенопластовая потолочная плитка, дешевенький линолеум… Хорошо хоть в прошлом году морально и физически устаревшие компьютеры отправились на свалку, уступив место вполне современным VR-шлемам.
Натянув на голову один из них, я уставился на повисший перед глазами таймер, показывающий время до начала теста. 0:15…0:14…0:13
Дойдя до 0:01, таймер исчез. Вместо него выпрыгнула бородатая ближневосточная рожа.
– Амир ан Захир!
Следующий – азиат.
– Джу Сон Хи!
Далее фотографии замелькали соответственно моим ответам. Цель теста – за минуту узнать по фото не менее двадцати террористов, агентов иностранных разведок, торговцев оружием, информацией, наркобаронов и прочих плохих парней.
– …Александр Овчинников! Джон Ракитовски! Чандрассемира Рахата! Улаф Йоффинсон! Вагон Гондонов. Тьфу ты! Вагит Горгонов! Да ё-маё!
После последнего ответа экран мигнул красным и правильный ответ я сказать уже не успел. Долбаный Горгонов, о котором уже три года ничего не слышно. Ну надо же было именно его показать последним! Память «услужливо» подсунула мне вместо настоящего имени закрепившуюся за ним обидную кличку.
Сняв шлем, я перевел взгляд на невозмутимого экзаменатора. Тот, сохраняя серьезное выражение лица, наставительно произнес:
– Ми́лан, вы уже второй раз попадаетесь на одну и ту же уловку. Я приму ваш ответ, поскольку человека на фотографии вы узнали. Но в следующий раз имейте ввиду, что противника нужно знать в первую очередь по имени, а не по дурацкой кличке, которую вы придумали среди сослуживцев. Думаю, мне не стоит говорить, что будет, если вы ошибетесь подобным образом на задании.
Я украдкой выдохнул. Несмотря на кажущуюся несерьезность теста, я только что был на волосок от того, чтобы схлопотать отстранение, со всеми вытекающими. Чувствую, стоит последовать примеру Голема и зайти в алкомаркет…
Выйдя из здания Главного управления генерального штаба, я уселся за руль и призадумался. С моего последнего задания прошла уже неделя. Полковник Измайлов (для своих просто Батя) прямо указал, у меня десять дней на то, чтобы сдать ежегодные тесты. Если управлюсь быстрее – свободным временем могу распорядиться на свое усмотрение. Итого – имеем три выходных. Вполне хватит, чтобы отдохнуть по-человечески.
Оппозитный двигатель «импрезы» рыкнул, стоило только повернуть ключ, и забухал на холостых. Сначала стоит наведаться в магазин, дабы забить холодильник. Никаких командировок на горизонте не маячит, так что следует хорошенько затариться. По моим прикидкам, вечерние пробки и очереди в супермаркете сожрут у меня часа три, не меньше. Еще пара часов, чтобы привести в порядок свою берлогу. А там и отдохнуть можно, благо, время наступит подходящее. Да и средства позволяют…
Ахмед Мухаррам, полевой командир одной из антиправительственных сирийских группировок, перед смертью поделился со мной не только ценной информацией касаемо планов и перемещений своего сброда (Батя был доволен), но и некоторой суммой вечнозеленых, лежавших в сейфе рядом с тактическими и оперативными картами. Правда, его мнения в этом вопросе никто не спрашивал. И не надо бросать в меня тухлыми помидорами. Я не взятку у бандюгана взял. Это трофей. Даже Батя ничего не имеет против, не говоря уже о сослуживцах.
Так что уже через шесть часов после теста я сидел в прокуренном темном зале, лениво гладя по бедру пьяненькую Изольду. Народу было немного. Будний день все таки, а успешные белые воротнички предпочитают пускаться во все тяжкие после трудовой пятницы. Кроме меня, поглазеть на женские прелести пришли лишь два мужичка, явно оказавшиеся в подобном заведении впервые. Свободные девочки сразу же почувствовали добычу и теперь по очереди раскручивали ребят, несколько обескураженных напором, на выпивку и приватные танцы.
– Сергей, может, закажем еще виски с колой? У меня стакан опустел, да и в твоем ничего нет.
Настоящего моего имени тут не знал никто. И дело даже не в том, что для русского уха «Ми́лан» звучит довольно необычно. Просто вбитые на уровне рефлексов правила.
Вообще, Изольда, которую на самом деле зовут Галя, обычно раскручивает на выпивку куда деликатнее. Но после четвертой порции вискаря скромность напрочь покидает невысокую миловидную брюнетку. По крайней мере, в привате начинает вытворять такое, что приходится потом идти в «массажный» салон. Снимать напряжение, так сказать.
– Валяй.
Никогда не отличался излишней прижимистостью. Особенно с подобными деньгами.
Пока официантка принимала заказ, вокруг притихла музыка и раздался бодрый голос диджея:
– Джентльмены! Рекомендую вам заказать что-нибудь прохладительное, потому что сейчас тут станет жарко! Для вас танцует огненная Минерва! Встречайте!
Я подобрался. Выступление Минервы лучше не пропускать. Высокая, около ста восьмидесяти сантиметров, статная, светловолосая, с шикарной задницей и упругой грудью-четверкой, девушка практически любого мужика заставляла расстегнуть верхнюю пуговицу рубашки. В этом, помимо щедрости природы, ей помогали грация и полное отсутствие стеснения.
Из динамиков томно запела Бишоп Бриггз и Минерва начала творить волшебство. Ухватившись за пилон, она медленно, практически на одних руках, поднялась под самый потолок, широко расставила ноги и, лениво вращаясь, спустилась обратно, чтобы вновь закрутиться на подвижном шесте. Опустившись на колени, они изящно расстегнула красный бюстгальтер и швырнула мне, облизав верхнюю губу проворным язычком. Я картинно смахнул пот со лба, показывая, что она все делает правильно.
Через минуту выступления девушка вдруг выудила откуда-то открытую бутылку шампанского, провела меж грудей, опустила ниже, зажала между ног и несколько раз погладила сжатым кулачком горлышко. Ух! Теперь меня чуть в реальный пот не бросило.
Феерия продолжалась еще пару минут. Когда песня закончилась, Минерва, шагнув вниз с бутылкой в руке, поманила меня пальцем и пошла в сторону приватных комнат.
Вот ведь дьяволица! Прекрасно знает, что после такого я не смогу устоять. Кстати, администратор тоже это знает, поэтому и трется неподалеку.
– Запиши мне двойной приват. Хотя нет… Давай тройной.
В этом заведении принято оплачивать танцы девушек сразу же, но для меня, как для частого и проверенного гостя, делают исключение.
Минерва уже ждала меня внутри, поглаживая бутылку. Увидев меня, встала и толкнула на диван.
– Эта бутылка для тебя, Сережа. Хочешь попробовать?
– Спрашиваешь!
Игристый напиток скользнул по обнаженной груди, попадая мне в рот. Минерва подняла бутылку и хорошенько приложилась губами. Затем наклонилась ко мне и поцеловала. Я почувствовал, что она выпила не все и теперь решила поделиться со мной.
– А знаешь, у меня дома есть еще одна бутылка, – ее горячий шепот обжигал мне ухо. – Если ты выкупишь меня со смены, то мы можем ее распить.
От подобных предложений я никогда не отказывался.
Мы вышли с черного входа. Я всегда заходил и выходил именно здесь. Возле центрального слишком много камер, а я не люблю излишней гласности. Минерва ничего не имела против, положив ладонь мне на локоть.
Услышав шорох сзади, я быстро обернулся и начал действовать. Отбросил девушку в сторону, перехватил руку с ножом, вывернул. На мгновение лунный свет отразился на лезвии падающего оружия и почти сразу же, повинуясь моему движению, хрустнула запястная кость. Это его проняло и ублюдок заорал от боли. Впрочем, почти сразу же заткнулся, получив кулаком по горлу.
Сокрушительный удар в лицо опрокинул меня навзничь. Кажется, сломалась лицевая кость, но хлынувший в кровь адреналин погасил боль. Я вскочил, но неизвестный ловкач снова оказался быстрее. Удар под колено на дал мне возможности подняться, а кулак, врезавшийся в сломанную скулу, пороховой бочкой взорвался на лице.
Удары посыпались со всех сторон. Я мог только сгруппироваться, чтобы минимизировать последствия.
– Достаточно! Грузите эту падаль.
– А с девкой как быть?
– В расход.
Говорили на арабском. Этот факт, а также выстрел-шлепок из пистолета с глушителем явно указывали, что это не обычные грабители. Последнее, что я увидел перед тем, как тяжелый ботинок погасил мое сознание – остекленевшие глаза Минервы с аккуратной дыркой между ними.
Из небытия меня вырвал сильный удар ладонью по лицу. Затем еще один. И еще. Как ни странно, это помогло. Сознание начало медленно возвращаться, однако удары и не думали прекращаться.
– Хватит! Он приходит в себя.
Голос был не знаком. С трудом открыв не заплывший глаз, я огляделся. Я был привязан к железному стулу посреди какого-то заброшенного загаженного ангара, в котором чудом сохранилось освещение. Наглухо забитые окна, бетонный пол, голая лампочка под потолком. В трех метрах справа от меня стоит стол с разложенными на нем принадлежностями для разговора «по душам». А прямо передо мной – невысокий, крепко сбитый мужчина в деловом костюме, с аккуратной, черной с проседью бородкой.
Плохо. Джамал Рахмат. Бригадный генерал ливийской группировки «Алькат Валвала».
– Вижу, ты узнал меня. И наверняка догадываешься, почему оказался здесь, пес.
Конечно догадываюсь. Два года назад, во время спец. операции в Ливии я действовал в составе разведгруппы. Нам было поручено выкрасть с охраняемого объекта доказательства причастности одной иностранной разведки к финансированию террористической ячейки «Алькат Валвала». Нам это удалось, но для этого пришлось развязать язык сыночку Джамала, Муниру. Я не буду здесь описывать методы оперативного допроса. Достаточно сказать, что парень оказался упрямым, поэтому к концу моего с ним разговора у Мунира не хватало многих выступающих частей тела.
– Хочешь передать привет своему сыночку?
Удар в скулу отбросил мою голову назад.
– Со своим сыном я поговорю, когда этого захочет Аллах. А с тобой поговорю сейчас. И поверь, растяну наш разговор надолго…
Рахмат достал из стоящей на столе корзины окровавленную голову, в которой я узнал Вадика Кошкина.
– Твой товарищ был настолько любезен, что подсказал, где тебя найти. Сами бы мы никогда не справились. Должен признаться, я впечатлен – готовят вас, собак, хорошо. Он продержался час, прежде чем рассказать, как мне тебя найти.
Покойся с миром, Вадик! Интересно, кто нас сдал? Никогда не поверю, что эти черти смогли провернуть такое самостоятельно, а значит, у нас в конторе есть «крыса».
Что-то холодное прикоснулось к моей шее, а через мгновение я взвыл от боли.
– Это не ты обронил, шакал?
У выступившего из-за моей спины ливийца была заросшая густой бородой рожа. На вытянутой ладони лежало окровавленное ухо. Мое ухо.
– Можешь сварить из него супчик для своей жены, Азиз, – я узнал этого громилу. Главный костолом «Алькат Валвалы». Попавшие к нему в руки никогда не доживали до старости. – А еще лучше, засунь себе в задницу, чтобы я лучше тебя слышал.
Глаза бородача блеснули и он на ломаном русском ответил:
– Много болтаешь, пес. Ну ничего, сначала я дам тебе вволю проораться, а затем отрежу язык.
После этих слов Азиз сломал мне палец и, не давая опомниться, подхватил со стола молоток, вытянул руку и хорошенько приложился. Не сдержавшись я заорал, из глаз брызнули слезы.
Через два дня, когда от бесконечной боли я уже почти ничего не соображал, меня поставили на колени перед камерой. Рахмат что-то пафосно вещал про неверных собак, убивающих их женщин и детей. Азиз вырезал мне язык, так что я не мог говорить, поэтому молился мысленно:
– Высшие силы, если вы есть! За всю жизнь я не отпустил ни одной молитвы. Берег для этого момента. Поэтому теперь молю вас – дайте шанс отомстить тому, кто это устроил! Если не в этой жизни, то в другой!
Здоровенный тесак вскрыл мне горло от уха до уха, Джамал толкнул ногой, заставляя упасть на грязный пол. И тут дверь ангара слетела с петель. По полу покатилась свето-шумовая граната. Вспышка! Мир потонул в ярком свете. Когда разноцветные круги перед глазами стихли, я увидел, как Рахмата и Азиза прошивают автоматные очереди, а ко мне подбегает боец в знакомой экипировке.
– О боги! Колдун, держись! Сейчас тебе помогут. Твою мать, сколько крови! Медик!
Знакомый голос, кажется, это Воробей. Помощь пришла. Только почему вокруг так темно? Я хотел поздороваться, но не смог даже захрипеть.
– Молчи! Да где медик, мать вашу! – надрывался Воробей, зажимая мне горло какой-то тряпкой.
Я хотел сказать, что все будет хорошо, но вместо этого скосил глаза вправо, посмотрел на изрешеченные пулями тела Азиза и Джамала и улыбнулся. До тех пор, пока свет окончательно не погас.
***
– Ты уверена, что хочешь это сделать? Он не самый лучший представитель своего мира.
– Не уверена. Но других вариантов не вижу.
– Ты просто переживаешь, что твой дражайший клан канет в небытие, дорогая супруга.
– А ты не делай вид, что тебе все равно. Я знаю, что это не так.
– Не так. Тогда я возьму себе этих двоих.
– Как тебе будет угодно.
Глава 1. А ты кто еще такой?
Ночной клуб. Больше всего окружающему пространству подходило именно это название. Как иначе обозвать место, где по ушам бьют ритмичные мотивы, между расставленных столиков снуют полуголые официантки с подносами, а на расставленных по залу постаментах в клетках с тонкими прутьями извиваются аниматорши, одежду которых постеснялись бы надеть многие дамы даже на пляж?
Я встряхнул головой, пытаясь сфокусировать взгляд. Как я тут оказался? Еще пару секунд назад я плавал в серой бесконечной хмари, полностью потеряв чувство пространства и времени, а теперь сижу на потрепанном кожаном диване со стаканом чего-то ядовито-желтого в руках, рядом с разукрашенной, словно индеец, вышедший на тропу войны, девицей.
– Димитр, тебе не стоит тут находиться. – девица смешно наморщила носик. – Мне очень понравились твои стихи, но если тебя увидит Ириний…
– Какой еще Димитр? Что за Ириний? Где я нахожусь?!
От удивления она едва не подавилась коктейлем, который потягивала через трубочку:
– Что с тобой, Димитр?
Что происходит? Почему я не могу ответить Офелии? Почему я не могу пошевелить рукой?! Мамочки! Мне что-то подмешали в коктейль?
Новый голос прозвучал прямо в голове, заставив меня вздрогнуть. ЭТО ЧТО ЕЩЕ ТАКОЕ? Эти мысли ко мне никакого отношения не имеют. Тогда кто это сказал… или подумал?
Пока я мучительно соображал, на месте ли моя крыша или уехала в неизвестном направлении, Офелия посмотрела куда-то мне за спину и с округлившимися глазами затараторила:
– Уходи скорей! Ириний идет сюда!
Я обернулся и увидел трех парней, с решительными рожами шагающих в направлении моего диванчика. Ребята явно были не в лучшем настроении, грубо расталкивая всех, кто неудачно подвернется под руку. Что характерно – никого подобное поведение не возмутило. Посетители предпочитали отвести глаза. Даже те, кто оказался на полу после толчка. Какие-то местные авторитеты?
– Как ты посмел заговорить с моей девушкой, рифмоплет?!
– Ириний, он просто проходил мимо и уже уходит…
– Заткнись, Офелия! Я не с тобой сейчас разговариваю!
Голос главаря звенел от злости. Даже удивительно, что этот светловолосый худощавый парень с узким лицом, острым подбородком и гневно раздувающимися ноздрями явно верховодил в этой компании. Его дружки размерами раза в два превосходили своего вожака. Этакие ручные бычки, ничего и никогда не делающие без команды.
Во время моего обучения инструктор по рукопашному бою не раз и не два повторял: первое правило ненужной драки – попытаться избежать драки. Поэтому я, стараясь не делать резких движений, поднялся, вскользь отметив, что тело перемещается как-то не так. В иной ситуации я бы уделил этому самое пристальное внимание, но не тогда, когда на тебя быкует какой-то папенькин сынок в компании двух горилл-телохранителей:
– Я приношу свои извинения, если чем-либо оскорбил вас. Я просто проходил мимо, но решил угостить девушку коктейлем. Не знал, что она занята. А теперь прошу меня извинить…
Пытаюсь протиснуться между ними, но блондин преграждает мне дорогу:
– Ты действительно думаешь, что отделаешься так просто, червяк? Урок еще не закончен, любитель стишочков!
Парень сгреб меня за рубашку на груди и замахнулся кулаком. Второе правило, которое любил повторять мой инструктор по рукопашному бою, гласит: если драка неизбежна – не расшаркивайся перед противником. Из строя выводи быстро и по возможности так, чтобы враг нескоро смог подняться с пола. Или не смог никогда.
Хватаю его за руку, выворачиваю и кулаком свободной руки ударяю в обнаженную шею. Не сильно, чтобы не повредить гортань, но достаточно для того, чтобы парень закашлялся в попытке вдохнуть коплю воздуха и рухнул вниз. Девушка на диване неверяще смотрит на происходящее, а вот бычки, необремененные мыслительными процессами, сразу же рвутся вперед.
Голая сила всегда пасует перед умением. Поэтому перехватываю нацеленную мне в живот ногу и сильно бью пяткой в мягкую ткань бедра. В зависимости от силы удара, после подобного он либо прохромает пару недель, либо всю жизнь. Калечить в моих планах нет, поэтому этот субчик обойдется парой недель. Рев раненого бегемота еще не успел стихнуть, как его товарищ, бешено вращая глазами, замахивается на меня пудовым кулаком. Поднырнув под удар, продолжаю движение и снизу вверх бью его локтем в лицо. Усиленный инерцией, удар выходит знатным, ломая нос. А чтобы он совсем успокоился, перехватываю руку и, используя как рычаг, тяну вниз. Громила с изяществом борова кувыркнулся через голову и со всей дури треснулся об пол.
На всю схватку ушло секунд пять.
Ух ты! А откуда я так умею?
Я дернулся, вновь услышав чужой голос в голове.
– Кто бы ты ни был – заткнись! Пока я не просверлил твою черепушку и не заставил замолкнуть навеки!
Только сейчас я догадался оглядеться, чтобы столкнуться с десятком пораженных пар глаз. Вокруг стихла даже музыка и девочки-аниматоры перестали извиваться в своих клетках, уставившись на меня. Они что, никогда кабацкой драки не видели?
– Ах ты тварь! – блондин очухался совершенно не вовремя. – Я тебя сейчас на ремни размажу!
– «Порежу». На ремни можно порезать. Если собрался размазать, то по стенке.
Выпятив глаза, парень что-то сделал и его кулаки начали раскаляться. Я едва не ущипнул себя за руку. Это происходило в действительности! Его кулаки, словно кусок железа в горниле кузнеца, приобрели оранжевый оттенок, а затем загорелись ярко-желтым пламенем.
Не дожидаясь, пока он перейдет от слов к делу, выбрасываю вперед кулак, успев заметить стальной отблеск костяшек.
Удар вышел что надо. Я отчетливо услышал, как хрустнул сломанный зуб и блондин, мотнув головой, рухнул навзничь и остался лежать.
– Как… Как, во имя Зевса, ты это сделал? Димитр, тебе нужно бежать! Ни Ириний, ни его отец, не простят случившегося.
Первой, как ни странно, опомнилась Офелия. Я быстро смекнул, что ее совет не лишен привлекательности. Но прежде проверил карманы блондина, выудил пухлый бумажник и, не глядя по сторонам, сделал шаг в сторону выхода, но, заметив кое что, остановился, достал из стоящей на соседнем столе вазы ярко-алую розу и с поклоном вручил окончательно обалдевшей Офелии. Драка дракой, но и о галантности забывать нельзя. И вот теперь, повеселев, направился к выходу. Препятствий мне никто не чинил.
Улица встретила меня запахом только что прошедшего дождя и отблеском фонарей на мокрых гладких камнях, которыми была вымощена дорога.
Приглядевшись, я понял, что с улицей что-то не так. И если отсутствие высотных домов еще можно было списать на особенности архитектуры того места, где я оказался, то вот фонари, которые при более внимательном осмотре оказались висящими прямо в воздухе светящимися сферами, разумному объяснению не поддавались.
Сзади тихонько скрипнула дверь и я резко обернулся. Никого. Сквозняк что ли?
Раздалось тихое ржание и я скосил глаза влево. Недалеко от входа было воткнуто с десяток коновязей. Шесть из них пустовало, а вот к четырем были привязаны кони. Вороной, две рыжих и светло-золотистый жеребцы стояли, мирно опустив головы.
Терзаемый любопытством, я подошел ближе. С детства люблю лошадей. Конечно, в детдоме, в котором я вырос, возможности познакомиться с ними поближе у меня не было, но потом, уже на службе, я часто в свободное время посещал ипподром и научился обращаться с этими благородными животными.
Рыжие и золотистая не обратили на незваного гостя никакого внимания, а вот вороной встревожился и ударил копытом. Подойдя еще ближе, я понял что с ним не так. То есть совсем не так. Конь не был живым! То, что я принял за иссиня-черную шерстку, оказалось воронеными металлическими пластинами. Они блестели в свете фонарей, в точности имитируя мускулы животного. Судя по всему, он весь состоял из стали. И это точно не броня, а его плоть, как бы странно это ни звучало. Я смог разглядеть стыки суставов, а когда конь чуть повернул голову в мою сторону, я услышал тихий лязг.
Ничего не понимаю! На Земле такого чуда точно никогда не существовало. Тогда что же передо мной такое? Где я оказался?
Стальной конь скосил на меня красноватый глаз и предупреждающе фыркнул. Впрочем, у меня и в мыслях не было подходить ближе. Даже обычная лошадь может ударом копыта отправить в глубокий нокаут. Что с человеком способна сделать металлическая нога – даже думать не хочу.
Пора было убираться. Я итак потратил непозволительно много времени, рассматривая местные чудеса. Вопрос только в том – куда? Что слева, что справа улица выглядела совершенно одинаково…
Налево
– Так, хорошо, что ты про себя напомнил. Кто ты, мать твою, такой и почему сидишь в моей голове?
Это не я сижу в твоей голове. Это ты каким-то образом занял МОЕ тело и теперь хозяйничаешь тут, как ни в чем ни бывало. Но давай поговорим об этом позже, мой маскулинный непрошенный гость, пока Ириний и его дружки не очнулись.
Меня словно обухом по голове ударило:
– Я… занял твое тело? Я что, в другого человека вселился?
А ты, однако, тугодум. Если у тебя есть иное объяснение – буду рад послушать. Но давай позже. Или ты хочешь дождаться, пока Ириний сотоварищи придут в себя очнутся и кликнут подмогу? Нет? Тогда шевели моими ногами и вытаскивай нас из той задницы, в которую мы угодили.
– Ногами шевелю я? Значит, и ноги мои. Кстати, почему налево?
В той стороне моя квартирка.
– Тогда нам направо.
Это еще почему?
– А ты, однако, тугодум. – я вернул ему усмешку. – В квартире будут искать первым делом.
Он счел за лучшее промолчать.
***
Скрытый пологом невидимости, Актеон задумчиво смотрел вслед парню, так ловко раскидавшему младшего наследника клана Пиролат и его дружков. В любом другом случае он не обратил бы на подобное внимания. Ириний рано или поздно должен был нарваться на хорошую трепку. Однако этот Димитр, до последнего момента промышлявший песенками-прибаутками, мало того что мастерски справился с не самыми последними бойцами в городе, так еще и в финальной части драки кое-что проявил. И ради этого кое-чего стоило помочь парню выжить.
Актеон осторожно отправился вслед за Димитром.
***
Пройдя пару кварталов, я приметил большое по местным меркам трехэтажное здание. Надо сказать, что вывеска на нем отсутствовала, однако она и не требовалась. Весь первый этаж представлял собой витрину, разделенную узкими перегородками на четыре отсека. Внутри каждого в мрачноватом красном свете извивались девушки с минимальным количеством одежды. Одна из них заметила мой интерес и призывно поманила пальчиком. Я решительно направился к тяжелым резным створкам и потянул за кованую металлическую ручку.
Что ты делаешь? Это же публичный дом!
– Я догадался. Здесь нас точно не будут искать.
Ты хоть представляешь, сколько мадам Дюфре просит за ласки своих красоток?
– Сегодня угощает Ириний. А теперь заткнись.
Мелодично тренькнул колокольчик и я оказался внутри. Мда. Этому заведению определенно не подходит вульгарное название «Публичный дом». Царство порока – вот более подходящее имечко для подобного места. От роскоши убранства я на мгновение опешил. Сплошь бархат и позолота. Резные колонны с лепниной. На потолке мозаика, изображающая обнаженные, сплетенные в экстазе тела. Мягкие удобные диваны, журнальные столики из красного дерева. И это только холл!
Открылась боковая дверь и оттуда вышла женщина в красивом платье с глубоким вырезом на спине. Приглядевшись, я понял, что она далеко не молода, но по-прежнему красива. Впечатление портил лишь тонкий шрам, поднимающийся от уголка рта к правому глазу. Но даже этот изъян не мог испортить общего впечатления. Роскошная женщина.
– Рада видеть тебя, Димитр. Позволь спросить, что привело тебя в мое скромное заведение? Позволю себе напомнить – мои подопечные не работают в долг.
– А тебя здесь «уважают», как я посмотрю, – мысленно поддел я прежнего хозяина тела и вслух обратился к «мамочке»:
– Мадам, вы великолепны! Деньги у меня есть, не переживайте. Найдется у вас свободная комната?
– Здесь не гостиница, друг мой, – мадам Дюфре позволила себе чуть приподнять уголки губ.
– Конечно, конечно. Я имел ввиду комнату, чтобы уединиться с одной из ваших шл… девочек.
– Сейчас свободны Талия, Зефира и Эфталия. Хочешь взглянуть?
Возьми Талию! Всегда мечтал познакомиться с ней поближе!
– Пожалуй, я был бы не против провести время с Талией.
Я не видел причин не уважить паренька. К тому же, судя по его умоляющему тону, парень давно и прочно пускал слюни на эту бабу, так что мадам Дюфре могла бы сильно удивиться, если бы я выбрал другую.
– На какое время?
– До утра.
Вот тут она не сдержалась. Ее брови удивленно поползли вверх:
– Димитр, не сочти за наглость, но я хотела бы убедиться в твоей платежеспособности. Это обойдется тебе в пять тысяч драхм.
Вот смеху-то будет, если в кошельке блондинчика не найдется нужной суммы!
Стараясь сохранять невозмутимый вид, я достал трофейный «лопатник», украдкой пересчитал имеющуюся наличность и выдохнул. Двадцать три тысячи. Судя по всему, прежний владелец кошелька привык жить на широкую ногу.
Как только положенная сумма перекочевала в изящную, унизанную кольцами ладонь, благодушное настроение сразу к ней вернулось:
– Апартаменты восемь. Талия сейчас подойдет.
Видя мое замешательство, она добавила:
– Второй этаж, третья дверь справа.
Поднявшись наверх, я толкнул незапертую дверь и очутился в просторной полутемной комнате. Источником света служили несколько свечей, расставленных в металлических кованых подсвечниках по углам комнаты. Посередине возвышалась огромная кровать, заправленная шелковым бельем, а на потолке, прямо над кроватью, висело зеркало без рамы. Видимо, чтобы лучше лицезреть свои любовные подвиги.
Адреналин, бурливший в крови после схватки, схлынул, и плечо той руки, которой я сломал амбалу нос, начало ныть. Так что я без раздумий подошел к небольшому столику у стены, взял широкий низкий стакан, бросил из вазы пару кубиков льда. Взял первую попавшуюся бутылку, хмыкнул. Виски здесь тоже есть, это радует. Налил на два пальца, залпом опрокинул в глотку, налил еще и уселся в глубокое кресло.
– Слушай, ты вообще со спортом знаком? Вроде простецкая драка, а тело ноет так, словно я два часа в спортзале отпахал. Ладно, к этому мы позже вернемся. А теперь рассказывай.
Что именно?
– Все! Что это за место… Нет, не так. Что это за мир?
Эмм… Так сложно говорить об очевидных вещах… Мы с тобой находимся в Кидонии. Это город в западной части Крита
– Постой, постой! – я грубо перебил его. – Ты хочешь сказать, что я в Греции?
Не знаю, что такое Греция. Крит входит в Союз элладских полисов. Его еще называют Элладис.
Похоже, я все таки в Греции. Только какой-то странной. Или же это Греция, но в каком-то другом измерении. Или параллельном мире. Как там подобное на Рен-ТВ обычно называют?
– Почему у того парня руки загорелись огнем?
Потому что он применил клановое умение. Клану Пиролат доступны огненные заклинания. Спалить в головешки врага, дом или деревеньку – это к ним. Ты поступил глупо, дав им отпор.
– Это в твоем понимании я поступил глупо. Если ты скажешь, что он просто собирался вежливо объяснить мне правила поведения, то я тут же поменяю свое мнение.