Текст книги "Попаданец в мир фэнтези (СИ)"

Автор книги: Александр Шуравин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 16 (всего у книги 22 страниц)

Глава 54

Перед тем, как они пошли к ремесленнику, Звягинцев рассказал Годфрею, что такое договор, как он заключается в его мире, как в нем пишут о санкциях за нарушение, упомянув гражданский кодекс, суды и приставов.

– Как у вас все сложно, – сказал маг и тяжело вздохнул.

На его почти каменном лице отразились какие-то неясные эмоции.

– А у вас как это происходит?

– У нас проще. Мы обговариваем условия и даем друг другу честное купеческое.

– А если кто-то обманет?

– В этом случае он рискует уронить свою репутацию.

– А если спор между ними возникнет?

– Тогда они идут к местному феодалу, чтобы его разрешить. Если спор произошел на территории замка, то идут к лорду, который владеет этим замком. Или к деснице лорда, если спор не очень серьезный. Если спор серьезный, то едут в столицу, к деснице короля. В крайнем, очень крайнем случае, спор разбирает сам король.

– А судей разве у вас нет? Если споров будет очень много? А у лорда и тем более короля есть же и другие дела.

– Тогда спорящие терпеливо ждут, когда их рассудят. Но обычно стараются не спорить и не нарушать договоренностей.

– А если кто-то из спорящих сбежит?

– Будут искать, в меру возможностей. Объявят вне закона. Если поймают, то опять же, в зависимости от важности преступления, ведут на суд или к местному феодалу, либо к самому королю. Если это мелкий воришка, то его может вздернуть на виселицу сам начальник стражи.

– А кто определяет… хм… серьезность преступления? Откуда, например, начальник стражи знает, что это дело ему подсудно, а это не подсудно и надо передать преступника лорду?

– Понятия не имею, – честно признался Гарольд, – я никогда не был начальником стражи, и как-то не доводилось лазить им в мозги. Если это важно, могу при случае просканировать разум местного воеводы.

– Не то, чтобы важно… но такие знания могут быть полезны. Ладно. У нас более насущный вопрос – договор с ремесленником. Тут есть два варианта: либо мы возьмем фиксированную сумму; либо процент от выгоды, которую принесет наш совет. Например, поделить выгоду 50 на 50.

– Слишком сложно. Лучше фиксированная сумма. Но тогда сколько просить?

– А вот это можно вычислить. Надо знать, сколько ремесленник собирается продать доспехов, по какой цене и какова их себестоимость,

– Что?

Пришлось объяснять Годфрею, что такое себестоимость.

– Нет, слишком сложно, – покачал головой тот.

– А как же он прибыль-то свою считает? – удивленно спросил Сергей. – Здесь бухгалтерский учет вообще кто-нибудь ведет?

– Ну, он примерно прикидывает, сколько потратил на материалы, сколько податей князю отдал, сколько может заплатить своим подмастерьям, сколько себе на жизнь останется.

– Ага, значит, какая-никакая, но смета у него есть. То есть, мы можем посчитать, сколько он способен отдать нам за совет, чтобы и нас не обделить, и самому не разориться.

– Боюсь, что он не будет так подробно посвящать нас в свои финансовые вопросы.

– Здрасте! – возмущенно воскликнул Сергей. – Ты же маг-менталист! Поройся у него в мозгах.

– Хорошо, что-нибудь придумаю, – пообещал Годфрей.

Потом они пошли к ремесленнику. На улице было не так холодно, как в прошлый раз, но валил густой снег. Звягинцев снова мог наблюдать, как по улицам несколько лошадей тянут большой вал, которым укатывают улицы.

Цех оказался неподалеку, как и все в этом маленьком городке. Ну как цех, правильнее было бы сказать «мастерская» – помещение хоть и довольно большое, но не такое, как настоящий заводской цех. Здесь стояло несколько столов со швейными машинками, за которыми сидели женщины, одетые в теплые кофты и длинные юбки серых и коричневых цветов. В цеху оказалось довольно прохладно, несмотря на то что в углу стояла действующая печка.

Сергея сразу заинтересовала конструкция швейных машинок. Он стал внимательно рассматривать их, наблюдая за тем, как большая острая игла ритмично протыкает кожу, увлекая за собой суровую нить, которая отматывалась с большой деревянной катушки. Швея, сидевшая за этой машинкой, ловко двигала заготовку одной рукой, а другой она вращала большой барабан. Этот барабан был гораздо больше, чем у швейных машинки советского образца и притом без ручки, только одно большое колесо.

«Должно быть, работать на таком агрегате весьма тяжело, – подумал Звягинцев. – Как же женщина справляется?»

Сергей перевел взгляд на работницу. Покрытое морщинами лицо, дряблые, но сильные руки. Никаких крашеных ноготочков, это только в кино средневековые женщины пользуются косметикой. Сосредоточенный взгляд следит за нитью и иглой.

– Это мой помощник, – раздался говоривший на эльдринском голос Годфрея.

Маг общался с низеньким старичком в строгом сером кафтане, из-под которого выглядывал красный камзол. Он опирался на трость и внимательно слушал, что говорит Годфрей. Звягинцев тоже прислушался, пытаясь понять его речь, но в ней было слишком много незнакомых слов.

Широкоплечий мужчина среднего роста, одетый в облегающее трико и нечто, напоминающее телогрейку, принес ящик с фурнитурой. Некоторые швеи повставали со своих мест, чтобы взять детали. Только сейчас Сергей заметил, что работали не все женщины. Некоторые просто сидели возле своих машинок и скучали, уставив взгляд в одну точку. Но как только принесли нужные детали, они вновь принялись за дело. Некоторые при помощи тех же машин клепали застежки, некоторые что-то меняли в своих агрегатах и продолжали шить.

За одним из рабочих мест сидел мужчина. Он не шил, а лишь что-то делал с уже почти готовыми кожаными куртками. Звягинцев подошел поближе, чтобы посмотреть, чем он занимается. Работник загибал какую-то скобу на торчащих из доспехов металлических частях. Он брал одну крутку, обрабатывал ее, после клал в другой ящик. Правда, свою операцию он делал довольно долго. Работник использовал что-то типа примитивных плоскогубцев, и пока он возился с одной круткой, ему приносили еще.

Как оказалось, это была не финальная операция. Иногда ко второму ящику подходила одна из работающих на швейной машинке женщин, брала изделие, внимательно осматривала его, уносила на свое рабочее место, где еще раз придирчиво разглядывала его, и изредка делала несколько движений своей машинкой.

Когда Сергей и Кайден шли обратно, маг спросил его:

– Ну, и что ты можешь посоветовать?

– Для начала, мне бы разобраться в технологии изготовления этих самых доспехов. У меня такое впечатление, что производство просто плохо организовано. Да, каждый человек вроде бы знает, что делать, но их действия не согласованы. Я бы на месте ремесленника разработал хороший техпроцесс, заполнил технологические карты, выявил узкие места. И распределил бы действия работников более оптимально. Но надо понимать, что на все это надо потратить время, это будет не быстро.

– А надо быстро, – сказал Годфрей.

– Мне нужно сходить туда еще раз. Описать всю цепочку от начала и до конца. Поговорить с работниками.

– Описать? Ты собираешься тратить на это драгоценную бумагу?

– Я мог бы записать все это в компьютер, но боюсь, его не стоит показывать…

– Конечно, не стоит. Его вообще не следует выносить из дома.

– Тогда можно найти другой вариант. Восковые или глиняные таблицы. Если и с этим проблема, то тогда придется понадеяться на мою память. Я, конечно, знаю разные методики эффективного запоминания, но все равно, надежнее было бы записать.

– Ладно, думаю, это решаемо. Если тебе нужны восковые таблички, я куплю их. Завтра сходим в цех еще раз.

Интерлюдия 13

Айриэль сидела на лавочке в хижине, ласково поглаживая свой животик. Временами ей казалось, что он уже начал увеличиваться.

– Маленький. Милый, – приговаривала девушка.

В импровизированной печке, которую когда-то сложил Сергей, что-то треснуло. Айриэль вздрогнула. Посмотрела на огонь, убедилась, что ничего страшного не происходит, снова углубилась в свои думы.

В дверь постучали. Это была ее подруга Йоурана-тираа-йиррина.

– Пришла узнать, как ты, – сказала она.

– Я в порядке, – ответила Айриэль, – хотя мне грустно. Почему он ушел?

– Он не сам ушел, – молвила подруга, – Уийрат забрала его обратно. Ведь он – Чуззен-Уан, ее сын.

– Но почему? Почему Богиня забрала его?

– Потому что он был послан нам, чтобы дать знания. И он дал нам знания. Теперь мы можем выплавлять железо и умеем считать дальше, чем до семи. На этом его миссия завершена. Дальше мы должны справиться сами.

– Но вождь не торопится применять полученные знания…

– Нужно сменить его. Воспользоваться древней магией и сжить вождя со свету.

Айриэль посмотрела на подругу испуганным взглядом.

– О чем ты говоришь! – воскликнула она. – Нельзя же так.

– Можно! И нужно! Тот, кто мешает Богине, должен умереть.

– Ладно. Допустим. Но кто вместо него?

– Ййор-таун-тик-вир.

– Кто⁈ Этот обманщик и пройдоха?

– Он умный и находчивый парень. У него развита смекалка. Он сможет найти применения знаниям, полученным от Чуззен-Уана.

Глава 55

В цех пришлось сходить несколько раз. Сергей поговорил с Рагаитом (так звали владельца мастерской), изучил процесс изготовления доспехов, подробно расспросил о том, какие используются материалы и запчасти, понаблюдал за работниками, с ними тоже пообщался. Составил перечень операций и технологические карты – все это он оформил на восковых табличках.

– Ну, и чем мне это поможет? – спросил Рагаит, пристально глядя на Звягинцева снизу вверх.

Они стояли в углу цеха, швеи продолжали строчить свои швы. Кайден тоже стоял рядом. Как обычно, он был с каменным лицом. В разговор не вмешивался.

– У вас больше половины времени работники простаивают, – ответилпопаданец, – используя технологические карты, можно использовать рабочих оптимально. Я могу все это рассчитать и составить алгоритм загрузки. Благодаря этому вы сможете сделать за день больше доспехов.

– И намного больше? – не скрывая скепсиса, спросил хозяин мастерской.

– Раза в два.

– Это хорошо, но, боюсь, я все равно не успею завершить все работы в срок.

– Больше ничего не могу предложить. Разве что нанять мага, который будет соединять кожу магией, а не нитками.

Рагаит рассмеялся.

– Если доспехи будет делать маг, юноша, – сказал он, – то это будет золотой доспех. В курсе, сколько стоит работа мага?

– Нет, – покачал головой Сергей.

– Вот сначала узнайте, а уже потом давайте такие советы. Значит так… – он обратился к Годфрею, – мою проблему вы не решили. Но дали неплохой совет на будущее. Я заплачу вам за это сто дархам. Ваш слуга, кстати, хоть и сообразительный, но он, как бы это сказать… оторван от жизни.

– Он прав, – проговорил маг, пряча мешочек с монетами во внутренний карман пальто, – тебе надо больше узнать о нашем мире.

– А я это давно говорил! – заметил Сергей. – Но ты как-то избегаешь таких разговоров, выдаешь информацию дозировано. Боишься, что я тебя кину?

Годфрей о чем-то думал.

– Сейчас мы сходим на рынок, – наконец, сказал он, – будешь знакомиться с жизнью нашего мира.

Рынок представлял собой огороженную забором площадку, где размещались ряды с торговыми лотками. В принципе, он практически ничем не отличался от рынков нашего мира, кроме размера и отсутствия павильонов: только открытые прилавки, за которыми, невзирая на зимний мороз, стояли продавцы, закутанные в теплые одежды: полушубки, всевозможные шали; на голове, как правило, платки. Лишь немногие были в шапках. На ногах практически у всех валенки, которые также ничем не отличались от наших, кроме, разве что, отсутствием всяких там принтов: обычные серые или коричневые валенки, однотонные, без рисунков.

Тут продавали молоко, всякие простокваши, творог, овощи, квашенную капусту. За одним из прилавков широкоплечий мужчина в окровавленном фартуке продавал мясо.

Годфрей купил творог и сыр, вместе с глиняным горшком, в который его наложила пожилая женщина в серой шали, заплатив за это горсткой монет. Пока маг расплачивался, Сергей про себя считал монеты вместе с ним, и узнал, что все это обошлось в семь дархам.

Потом направился к лотку с лепешками. Последней покупкой стал кувшин с квашеной капустой. Нести все это пришлось Сергею, так как он изображал слугу мага. Когда дошли до дома, у того уже буквально «отваливались руки».

– Почему ты не торговался? – спросил Звягинцев, когда они пришли домой.

– Потому что я уже не раз покупаю у одних и тех же продавцов. Все знают, что сколько стоит, тут торговаться бесполезно.

Когда они ужинали купленными продуктами, Сергей с ностальгией подумал о том, что в своем мире он мог через телефон заказать бургеры или пиццу. Да даже у ирду он питался мясом, настоящим жареным мясом, пусть без хлеба и без соли.

– У тебя есть соображения, что мы еще можем предложить Рагаиту? – спросил маг.

– У ирду я видел, как маги соединяют силой магии дерево, шкуры и другие материалы. Но, так как у вас маги дорогие, боюсь, эта идея не прокатит, – сказал Сергей, потом на несколько секунд задумался и спросил:– Но тогда непонятно, а почему маги ирду прозябают в нищете?

– Ну, во-первых, – ответил Годфрей, – они не знают, что в цивилизованном мире могут продать свои услуги за золотые монеты. Во-вторых, даже если бы они это узнали, пришли в город – тут они никто и звать их никаких. И у них нет лицензии на занятие магической деятельностью.

– Слушай. Вот ты меня похитил. А ты сможешь также похитить мага из ирду? Приведем его сюда и уговорим работать на нас… Пусть он, ну, не знаю, делает одежду, а мы будем ее продавать.

Кайден чуть не подавился творогом и посмотрел на Сергея как на сумасшедшего.

– Не, а что? – Звягинцев сделал удивленное лицо. – Да, это незаконно. Но тебе не привыкать закон нарушать…

– У тебя что, голова лишняя? Хочешь, чтобы тебе ее отрубили?

– Вообще-то я рассчитывал как-то приспособить для наших целей магию. Знаешь, быть прогрессором в средневековье – неблагодарное занятие.

– Ты не мог бы говорить понятно? – тяжело вздохнув, спросил Годфрей.

– Попытка применить мои знания к вашим технологиям – довольно долгая история. Но, судя по всему, времени у нас не так уж и много. Нужно форсировать события. Нам должна помочь магия.

– Вообще-то я, как могу, и так помогаю тебе своей магией: я ищу полезные знакомства.

– Не такие они и полезные. И, кстати, ни на йоту не продвигают тебя к твоей цели, которую ты обозначил сначала.

– Какой такой цели? – настороженно спросил Годфрей.

– Забыл? Ты же хотел снова стать придворным магом.

– А… так ты об этом… Для начала, хотя бы найти стабильный источник дохода.

– А раньше ты чем зарабатывал? Грабил зазевавшихся мажориков?

– Пробовал в одной деревне людей лечить. Но сам подумай, какие у крестьян деньги? В основном, продуктами расплачивались. Иногда, правда, подкидывали несколько купранов. Но и все.

– Купраны? Это что за валюта?

– Это клезонская разменная монета. Сто купранов – это один сильвен. В общем, денег это занятие не приносило. Да, дали кров и еду. И все. Потом я оттуда, конечно же, свалил, искать лучшей доли.

– Ты магией лечил? Или у тебя есть медицинские знания?

– Магией, разумеется. Я сначала проникал в разум больного, потом в разум его внутренностей.

– Э… мясо тоже разумно?

– Ну как разумно… в костях и мышцах есть жизненная сила, не говоря уже о сердце. Еще внутри человека есть всякие такие штуки, в которых концентрируется сила. Вот это-то силу я и чувствую, как и мысли человека. Только очень много маны уходит на то, чтобы излечить человека. Я потом долго восстанавливаюсь.

– Хм… – Сергей задумчиво потер свой заросший щетиной подбородок, с грустью вспоминая, как давно он не брился. – А если соединить твою магию с нашими знаниями медицины? Где-то ты мог бы проводить диагностику, где-то может и магией лечить, там, где я не смогу применить знания из коробки. Может быть, мы даже совместно хирургические операции будет проводить.

– Ну уж нет! – твердо заявил Кайден. – Лечить людей я больше не пойду.

– Тебе не придется теперь тратить так много э… маны.

– Нет-нет-нет! – маг отрицательно замотал головой.

– Ладно. У меня есть еще другая идея. Ты управляешь людьми, наводя морок. Наверняка это тоже отнимает много… маны, верно?

– Да, очень много. При этом такое действие может обнаружить другой маг. В том числе и королевские сыскные маги. Так что, если применять морок нелегально, да еще и с преступными намерениями, то можно лишиться головы, а то и большее – на костер пойти.

– А если ты просто будешь читать мысли, ты сможешь это делать скрытно?

– Да, вполне. Особенно, если у обычных людей.

– Вот! Надо изучать, о чем думают другие люди. Каковы их планы, цели, желания, потребности. В нашем мире за такую информацию любой маркетолог бы тебя золотом осыпал… А здесь ты сам можешь стать… не знаю… короче, кому-то можно за дорого продать то, о чем он в тайне мечтает. Кого-то можно шантажировать. Кого-то испугать. Кого-то соблазнить. Простор для манипуляций…

И тут Сергей вдруг резко замолчал, ужаснувшись от собственных идей.

«В кого я превращаюсь… – грустно подумал он, – в какого-то циничного подонка».

– Не знаю, кто такой маркетолог, но ход твоих мыслей мне нравится, – Годфрей прямо улыбнулся такой злорадной улыбкой.

«Похоже, он черный маг», – подумал Сергей.

– Ты странный, – сказал Кайден, – разве я похож раба из южных стран?

– Что? – удивился Звягинцев, а потом, когда понял, в чем дело, расхохотался.

– Ты чего? – вопросительно посмотрел на него маг.

– Похоже, ты опять прочитал мои мысли. Но не понял их. Ха-ха-ха. Теперь я могу думать шифром. Ха-ха-ха.

Сергей продолжал хохотать, а Годфрей смотрел на него слегка удрученно, а потом немного раздраженно спросил:

– Дык ты объяснишь мне или нет, в чем причина твоего веселья?

– Я подумал, что ты «черный маг». Ты прочитал мои мысли и решил, что я имею в виду цвет.

– Конечно. За словом «черный» у тебя в сознании закреплен именно цвет. И именно черный.

– Да. Только это слово имеет и другой смысл. Оно означает «злой». В нашем мире есть суеверие, что маги бывают «черные» и «белые».

– Суеверия?

– Да. У нас же нет магии. Значит, и магов нет. В общем, согласно этому поверью, белые маги – это маги, которые на стороне добра, а черные – на стороне зла.

– М-да… забавные у вас поверья. Ладно. Вот почему ты смеялся?

Годфрей задумался, потом сказал:

– Ладно. Твоя идея, в принципе, хорошая. Надо будет попробовать.

– Тогда я приступаю к составлению плана.

– Да, если тебя не смущает, что я «черный» маг.

– Смущает не смущает, но выбора-то у меня нет. Кроме того, понятия добра и зла… они как бы субъективны.

– Но я вижу, у тебя какие-то сомнения. И ты их прячешь глубоко в своем разуме. Прячешь даже сам от себя. Прежде чем мы приступим, надо будет обсудить эти твои сомнения и разобраться в них. А пока да, давай – составляй свой гениальный план.

План, собственно, Сергей составлял недолго. Он включил компьютер, набросал список, каких людей Годфрей должен сканировать и что искать в их разуме. Потом почитал материалы по психологии, внес некоторые коррективы, подумал о разных вариантах развития событий, написал алгоритмы действия на эти случаи. После этого перелистал все внимательно и заучил.

Глава 56

Во сне к Сергею снова явилось существо с телом женщины и головой змеи.

– Уийрат? – удивленно воскликнул он.

Существо ничего не ответило. Оно лишь тихо что-то шипело. И его шипение было как будто бы осмысленным, словно это был какой-то инопланетный язык.

– Что ты говоришь? – спросил Звягинцев, – я тебя не понимаю…

Но существо продолжало издавать череду осмысленных шипящих звуков.

Вдруг Сергею показалось, что он понимает этот язык.

– Зло существует, – говорила Богиня. – Добро и зло – они не субъективны. Они реально существуют в природе. Добро – это я. А зло я сейчас тебе покажу. Смотри.

Впереди как бы разверзлась земля. Звягинцев стоял на краю пропасти, а внизу бушевало бешеное пламя. В этом пламени горел рогатый монстр, на лице которого застыла гримаса злобы и ненависти. Эта ненависть как бы исходила от чудовища волнами и буквально пугала сновидца.

– Кто это? – дрожащим голосом спросил Сергей.

– Это Авуийрррон, мой муж, – сказала Уийрат, – он даже из ада протягивает свои гадские ручонки, чтобы творить зло.

Монстр тем временем достал из огня когтистую лапу, пробил ей земную кору и стал творить разрушения. Своей страшной конечностью он убивал людей, ломал дома, вызывал землетрясения, а еще сыпал разными тварями, некоторые из которых были похожи на тех крылатых монстров, что Звягинцев видел, когда попадал в этот мир.

Сергей проснулся в холодном поту.

– Спокойно, это сон, это всего лишь сон, – тихо сказал он сам себе, а потом подумал: «Интересно, а это действительно просто сон? Или я реально контактировал с сущностями из этого мира? Хороший вопрос. Как ученый, я должен пользоваться бритвой Оккама: сначала надо исключить самое простое объяснение. А его я исключить не могу. Айриэль рассказывала мне о муже Уийрат, значит, я все это вполне могу себе представить. Это игра воображения. Не более того. Я должен придерживаться этой версии, пока не доказано обратное».

За завтраком Сергей рассказал свой сон Годфрею.

– Да, действительно, есть такая легенда, – задумчиво проговорил тот.

– Так ты тоже полагаешь, что это просто сон, и не более того?

– Не знаю. Я же говорил тебе, что психическая энергия людей может породить демона, ровно как и наоборот – демон может заставить людей поклоняться ему, как божеству. Я не настолько сильный маг, чтобы работать с божествами. Поэтому тут ничем не могу тебе помочь, со своими снами разбирайся сам.

– Э… ты же вроде как с демонами можешь воевать?

– Да. Если их немного. И не то чтобы воевать. Я могу нанести им ментальный удар, тогда они будут дезориентированы, не смогут забирать души людей, и тогда их уже смогут добить обычные воины. Демоны, знаешь ли, смертны. Другое дело божества. Они как бы… невидимы и неосязаемы. Это особый вид демонов, чтобы с ними работать, нужно особое мастерство. Таким магов немного. Точнее, очень мало. В Клезоне, насколько я знаю, только два. А вот в Эльдринии нет ни одного.

– Ладно. Понятно, – проговорил Сергей, – со сном ты не можешь мне помочь. Тогда, может быть, перейдем к реализации моего плана? Ты уже сканировал хозяйку доходного дома?

– Подожди. Сначала мы обсудим вопрос о добре и зле. Прежде чем мы начнем такое вот рискованное дело, нужно внести ясностьв некоторые э… моменты.

– Первое, – начал свою речь Кайден, – я вижу, что ты сам считаешь свой план аморальным. Но гонишь от себя эту мысль. Ты борешься сам с собой в себе самом. Я вижу эту твою борьбу, но не понимаю твою странную логику. Объясни.

– Эм… – Сергей задумался. – Да, мне действительно не нравится придуманный мной план. Но, похоже, выхода у нас нет.

– И что же тебя смущает?

– Шантаж. Мы собираемся использовать добытые тобой знания о мыслях других людей для шантажа.

– И в чем проблема?

– Нельзя так. Это подло – шантажировать людей.

– Понятно. У вас это не принято. Но ты давно не в вашем мире. А у нас тут другие представления о морали.

– И какие же?

– Например, нельзя нарушать клятву.

– Вот как! Интересно, а твое бегство из Ренвенга не является ли нарушением клятвы?

Глаза Годфрея гневно сверкнули. Сергей явственно ощутил ментальный удар, закружилась голова, кровь дико застучала в висках, отдаваясь головной болью.

– Прекрати… – попросил Звягинцев немного умоляющим голосом.

– Кажется, мы договорились, что ты не лезешь в мое прошлое, – холодно проговорил маг.

– То есть, если ты не клялся не воровать, то это не считаешь аморальным? – задал вопрос Сергей, когда более-менее пришел в себя.

– Да.

– Тогда что тебе мешает ограбить того ремесленника? Зачем продавать ему наши услуги?

Годфрей посмотрел на Звягинцева как на сумасшедшего.

– Мы это уже обсуждали, – сказал он, – у тебя плохая память? Или ты на плаху захотел?

– А! То есть, тебя останавливает только страх перед наказанием? Я угадал?

– Да.

– Ты и убить можешь, если не дал клятву не убивать?

Маг сначала нахмурился, а потом сделал каменное лицо. Он молчал.

– Ну? – нетерпеливо спросил Сергей.

– Знаешь… – Кайден говорил холодным, можно сказать, ледяным тоном, и ни один мускул не дрогнул на его лице, – да, для меня убийство не является проблемой. Я и тебя могу убить, если ты задумаешь сбежать или совершить какую-то подобную глупость. А чтобы удержать тебя от неверного шага, я заберу твою коробку со знаниями.

Маг неторопливо подобрал со стола компьютер и солнечную батарею. Он унес все это в свою комнату, а Сергей сидел, будто в оцепенении. В его пустой голове не было ни одной мыслей.

Когда Звягинцев пришел в себя, он испытал гамму эмоций, от ненависти до отчаяния.

– Гнида! – прокричал попаданец, ударив кулаком по стене. С потолка упал кусочек штукатурки.

Потом он вскочил и постучался в комнату Годфрея. Тот его полностью проигнорировал. Сергей постучал сильнее и настойчивее, несколько раз. Такой же результат: в ответ тишина.

Звегинцев вернулся в свою комнату и задумался.

«Я ему все еще нужен, – размышлял он. – Иначе бы он от меня технично избавился. Но зачем Годфрей забрал компьютер? Он же все равно без меня не может им пользоваться. Чтобы я не сбежал? Но я вроде бы и не собирался, мне некуда бежать. Тогда зачем? Чтобы иметь дополнительный рычаг давления?»

И тут маг пришел сам.

– Успокоился? – спросил он.

– Знаешь, – ответил Сергей, – это штука не просто хранилище знаний. Это еще мой рабочий инструмент. Она, например, умеет считать. В нее я могу помещать новые знания. И еще компьютер много чего умеет. Забрав его, ты серьезно помешал моей работе. Зачем ты это сделал?

– Чтобы ты не сбежал.

– Вообще-то, я и не собирался. Как маг-менталист, ты должен это знать.

– Да, ты об этом не думал. Но ты странный и непредсказуемый. Будет лучше, если твоя коробка со знаниями будет храниться у меня. Дабы у тебя не было искушения наделать глупостей.

– Я похож на глупца? – сухо спросил Сергей.

– Назови мне хоть одну вескую причину, почему я должен вернуть тебе компьютер.

– Он нужен мне для работы. Ты постоянно где-то пропадаешь. Нет, я не хочу сказать что… короче, уверен, что ты действительно делаешь наше общее дело. Но я же не могу в это время… э… прохлаждаться. Я должен планировать, искать новые идеи, в конце концов, учить все эти знания.

– Учить? Зачем, если у тебя есть этот магический артефакт?

– Он не вечен. Если компьютер сломается, я не смогу его починить в условиях вашего мира.

– Ну, тогда и мне, наверное, стоит выучить все эти знания, не так ли?

– Если ты готов потратить на это двадцать лет, то дерзай.

– Что? Шутишь?

– Чтобы все это понять, в своем мире я десять лет учился в школе, шесть в институте и еще четыре года в аспирантуре. Итого двадцать лет.

– И ты до сих пор все это не выучил? Неужели там так много знаний?

– Да. Именно так.

Сергей почувствовал, как маг сканирует его мозг.

«Не верит, – ехидно подумал он, – да ну и пусть. Сейчас сам убедится, что я не вру».

Годфрей удивленно нахмурился.

– Да, действительно, – пробормотал он, потом некоторое время молчал, сделав каменное лицо.

– Но твою коробку со знаниями я тебе пока не верну, – наконец, изрек маг.

– Э… и что мне тогда делать? Прохлаждаться без дела?

– Нет. Сейчас мы пойдем читать мысли. Я буду сканировать разум разных людей, рассказывать тебе, о чем они думают, а ты будешь говорить мне, как это можно использовать. Пошли.