Текст книги "Желаете возвести Цитадель? (СИ)"

Автор книги: Александр Шихорин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 25 страниц)

Глава 10. Позвольте спросить ваше тело

Итак, к нам едет ревизор. Точнее, граф. Рано или поздно это должно было случиться, но лично я был бы не против, если бы это вообще никогда не произошло. В моей жизни и без всяких графов хватает стресса и головной боли.

Вести, которые я услышал в зале для совещаний, оказались не слишком утешительными. Граф Вриду, наладив дела в Карушской крепости после нападения людов, выдвинулся к нам. В сопровождении небольшого войска и пары приближённых аристократов калибром поменьше. А значит, счёт уже шёл на дни. От Каруша до Лаграша трое суток на ящерах. Но сделаем скидку на то, что граф, вероятно, не будет гнать пеших солдат скорым маршем, и это немного затянет время на дорогу. Так что прибудет он дней через пять.

В обычной ситуации, мы бы о грядущей проблеме даже не узнали, однако в крепости служило много солдат, чьи дома и родных я спас, откинув людов от Лаграша. Так что предупреждение было отправлено при первой же возможности и дало нам несколько дней для подготовки.

Времени в запасе не так уж и много, но достаточно, чтобы сносно приготовиться к прибытию столь важной шишки. Как минимум, я точно успею закончить укрепление того сектора стен, чтобы создать некоторое впечатление на прибывающую коллегию. Если получится, можно начать возведение замка, хотя логика подсказывала, что не надо оставлять дела незавершёнными и следует закончить стены и уж потом заниматься цитаделью. Мда. Как много дел и как мало меня.

Хорошо хоть, что благодаря постоянному использованию магической энергии в больших количествах, моя чародейская выносливость начала понемногу расти. Отдых требовался немного реже, а секций за день получалось возвести чуть больше. Как оказалось, постоянные и изнурительные тренировки требовались даже в магическом деле.

Да, решено. Как бы у меня не чесались руки поскорее приступить к возведению цитадели, усиление городской обороноспособности в данный момент на главном месте. Закончу стены – а уж потом примусь за замок. Тем более, что Лаэнвель, увидев мои труды, задумчиво почесал голову и прислал к западным вратам бригаду плотников, чтобы те заменили нынешние жиденькие ворота на что-то соответствующее новым стенам. Вроде даже подумывал о том, чтобы укрепить их железными полосами, благо запасы металла после стычки с людами оказались хорошо пополнены.

Мне же пришла в голову мысль сделать каменные ворота, до предела укреплённые магией. Но их непомерный вес потребует создания специального отворяющего механизма. Так что, прежде чем подкидывать Лаэнвелю такую идею, я хотел сначала обсудить её с Ореном или Лони. Кому, как не гномам, делать подобную приспособу?

Я устало вздохнул. День ещё даже не начался толком, а я уже чувствовал себя вымотанным. Около часа ушло на то, чтобы утвердить первые и самые важные детали. Где будет проходить наша с графом встреча, что следует подготовить, какие будут меры моей безопасности и так далее, и тому подобное. Всяких нюансов оказалось невероятно много, особенно когда в зал ворвался Горт, услышавший новости, и присоединился к обсуждению.

На каком бы хорошем счету я не был сейчас у лаграшцев и городских управителей, они допускали вероятность того, что граф едет сюда не ордена раздавать. Хотя Лаэнвель уверял, что в докладах преподносил мои достижения по защите и развитию городской экономики в наиболее выгодном свете. Но зная, что ожидания не всегда совпадают с реальностью, я убедил мэра предусмотреть все варианты, включая попытку моего ареста.

Я не оставлял надежды на то, что с Вриду удастся договорится по нормальному, но, если вдруг все планы провалятся и дело дойдёт до серьёзной стычки, я хотел быть уверен что для Лаграша возможные последствия окажутся минимальными. Подставлять тех, кто стал мне надёжными друзьями, я не хотел.

Однако ни Лаэнвель, ни кто либо ещё, не собирались отчуждаться и оставлять меня без поддержки, заявив, что я за несколько месяцев сделал для города больше, чем граф за несколько лет. Интересно, отдавали ли они себе отчёт в том, что это, де-факто, предательство феодала? Я понимал их чувства и откуда у них ноги растут, но и граф, судя по всему, тоже не на пятой точке сиднем сидит. У него на плечах оборона целого региона и проблемы крохотного городка на отшибе страны там явно не в приоритете. Что до того, насколько качественно граф Вриду справлялся с поддержанием порядка в своих землях в целом… Об этом судить не мне.

– Владыка, вы в порядке? – раздался позади голос вышедшего из зала Горта.

– Просто задумался, старче, – успокоил я шамана. – Скажи-ка, что ты думаешь о графе? Я уже слышал мнение Лаэнвеля, теперь хочу узнать твоё.

– Хм… – гоблин задумался на пару секунд. – Я хорошо знал его отца, а вот о самом Вриду могу сказать немногое. Очень упрям, скор на решения и без ума от своей жены. Кстати говоря, эльфийки из какого-то старого рода. Он настолько ей предан, что никто не видел даже, чтобы он банально лапал служанок. Но я не исключаю, что граф просто умело скрывает свою внебрачную жизнь, так как аристократы очень редко заводят отношения лишь с одной женщиной. Чаще всего причины сугубо политические, но не всегда. Хм… Кроме того, я слышал, что граф не в ладах с герцогом Гурком. Как раз из-за того, что женился на эльфийке. И, пожалуй, больше мне сказать нечего.

– Ммм… Спасибо, старче, – кивнул я и, попрощавшись с Гортом, направился в сторону городского лазарета.

По большому счёту, ничего нового я от гоблина не услышал. Ещё до прихода шамана Лаэнвель сообщил почти тоже самое, но добавил, что, по его наблюдениям, Вриду довольно властен, хотя старается этого не выпячивать. А значит, моё здешнее самоуправство для него может оказаться как кость в горле. Смотря, как именно он это воспринял из докладов Лаэнвеля. С другой стороны, он казался мне гоблином весьма широких взглядов, раз уж решился нарушить аристократические традиции и взять в жёны не гоблиншу, а эльфийку. Так что шансы на мирные переговоры хоть и были малы, но они были.

Надейся на лучшее, готовься к худшему. Именно этим девизом я решил руководствоваться в подготовке к встрече. Но, так уж вышло, что лично я сейчас мог сделать немногое. Лишь тренироваться, становиться сильнее и продумывать варианты развития нашей с графом беседы. Более материальная часть приготовлений, как и прежде, оказалась в руках Лаэнвеля и его помощников.

После жаркой, почти раскалённой улицы, местная больница встретила меня приятной прохладой и запахом целебных трав. Лекарей, которые крутились тут в дни моих прошлых визитов, было не видать. Равно как и больных, чьё количество с появлением Лион резко сократилось до нуля. Правда, местные эскулапы без дела не сидели, так как Лион, помимо своей магии, привнесла в лечебное учреждение новые методы традиционной медицины и теперь лекари постигали новые рецепты медицинских порошков, свойства малоизвестных трав и прочие премудрости лечения подорожниками. И мне хотелось верить, что та стопка страниц, что я принёс эльфийке, ещё больше расширит горизонты их знаний.

Оглядевшись по сторонам и убедившись, что поблизости никого нет, я отправился к кабинету, в котором обычно находилась магистр. Если точнее, ранее он принадлежал старшему лекарю, но, по понятным причинам, тому пришлось временно переехать в помещение попроще.

Дверь в кабинет оказалась открыта, так что стучаться не пришлось. Тёмная эльфийка, запалив на столе небольшую горелку, кипятила над ней загадочную зелёную жидкость и, внимательно наблюдая за процессом, время от времени вносила какие-то записи в толстую тетрадь.

– Не помешаю? – вежливо поинтересовался я.

– О, господин Нотан, проходите, присаживайтесь, – Лион приглашающе махнула рукой, не отрываясь от процесса. – Я закончу через пару минут.

Кивнув, я прошёл вглубь кабинета и расположился на кушетке, на которой обычно осматривали пациентов. Какой-либо ещё мебели для посетителей тут не имелось.

Лион, как и обещала, закончила минуты через две или три, когда из колбы выкипела большая часть жидкости а на дне образовался плотный осадок. Почему-то красного цвета. Разочарованно вздохнув, Лион вписала в тетрадь пару фраз и, закрыв её, повернулась ко мне.

– Ожидали не тех результатов? – поинтересовался я.

– Это мягко сказано, – слегка поморщилась чародейка. – Ваша кровь почему-то ничем не отличается от крови любого другого тельварца. Тельварца без магического дара, хочу заметить! Кровь мага, особенно такого сильного, должна реагировать на раздражители и реактивы совсем по другому!

Опа, как интересно. Кровь магов должна чем-то отличаться от обычной? Никогда раньше не слышал. Впрочем, я и не спрашивал, да и не у кого было. Впрочем, в отличии от Лион, ответ на возникшую перед ней загадку мне был хорошо известен. Но не говорить же ей, что вся моя магия – заёмная и отпускается по тарифу? Хотя, после купания в магическом канале, в этом направлении явно произошли какие-то сдвиги. Не просто так ведь я стал сильнее и эффективнее колдовать?

– Может, вам стоит копать немного глубже? – пожал я плечами. – На клеточном уровне, например?

– Клеточном… уровне?.. – недоумённо спросила эльфийка. – Вы сейчас о чём, господин Нотан?

Я молча извлёк из Хранилища пачку листов, посвящённых медицине и основам биологии, и передал чародейке.

Всё ещё ничего не понимая, Лион взяла стопку и, сосредоточившись, принялась читать. Процесс затянулся надолго, минут на двадцать, а то и тридцать, так как эльфийка частенько перечитывала определённые места по несколько раз и о чём-то размышляла, но ожидать, пока она закончит, было совсем не скучно.

Выражение на лице эльфийки постоянно менялось. С удивлённого на неверящее. С неверящего на шокированное. С шокированного на озарённое. С озарённого на задумчивое. Непрерывный калейдоскоп эмоций отлично развлекал и позволял играть в «Угадайку» по поводу того, какая информация на странице заставляла Лион удивляться или сомневаться.

Когда последняя страница моего скромного труда была давно прочитана несколько раз, Лион продолжала молча сидеть и рассеянно сжимать листы. Я затруднялся предположить, что именно из прочитанного сейчас занимало её мысли, но не сомневался в том, что не зря заставил магическое перо столько корпеть над этими заметками.

Эльфийка неожиданно уставилась на меня пронизывающим взглядом.

– Мне трудно вот так сразу поверить во всё, написанное тут… Но многое укладывается в мысли и теории, что звучат среди целителей в последние десятилетия. И потому я склонна верить и во всё остальное. Конечно, потребуются проверки и опыты, но если это подтвердится, обычные лекари смогут спасать намного больше жизней. Господин Нотан… – она отложила бумаги и встала из-за стола и направилась в мою сторону. – Откуда у вас подобные знания? Я не восприняла тогда всерьёз тот рассказ о дальнобойной пушке… Но теперь я начинаю верить и в неё. Вы определённо не обычный маг. Вокруг вас слишком много тайн. Тайн, которые я пока что не могу разгадать. Это ведь не всё, что вы скрываете, верно?

Она подошла к кушетке почти вплотную и скрестив руки под грудью, наклонилась ко мне.

Да, чародейка определённо прониклась написанным. Во взгляде пылал интерес и жажда знаний, словно она только что очнулась от долгой спячки

– Я ничего не скрываю, магистр. Моя…

– Скрываете, – оборвала меня чародейка и придвинулась ещё ближе, заставив сесть на кушетку чуть дальше. – Ваш разум, решения, даже ваше тело. Все они полны тайн и секретов, о которых мы узнаем, только когда вы сами этого захотите.

Опустив колено на кушетку, она заставила меня откинуться на стену и упёрлась в моё тело грудью. О, Аллегри, как же ты была права. Подобный размер – это чистейшее преступление против человечности и морали.

Пронзительно-жёлтые глаза, пылающие огнём не то алчности, не то вожделения, замерли всего в нескольких сантиметрах от меня, пристально пытаясь заглянуть в самую душу. От пышной груди исходил явственный жар возбуждения. Подавшись ещё ближе, отрезая мне последние пути к отступлению, Лион подняла руку и, ловко расстегнув несколько пуговиц на рубашке, скользнула внутрь, дразняще щекоча длинными пальцами.

– Я не в силах повлиять на разум, но… Господин Нотан, будет ли ваше тело так же упрямо хранить секреты, если я начну спрашивать с особым усердием? – тихо и вкрадчиво заговорила она, всё сильнее приближаясь к лицу. – Будет ли оно столь неприступно, когда окажется в моих руках?

Пухлые губы дразняще изогнулись и я начал немного паниковать. Что, блин, не так с местными женщинами? Почему они настолько инициативные? Какого…

– Позвольте спросить ваше тело, господин Нотан, – жарко шепнула она мне на ухо.

– Магистр Лион, я почти женат!.. – вяло запротестовал я.

– Хм? – она неожиданно чуть отодвинулась от меня и вытащила руку из под рубашки. – А разве это помеха для небольшого вскрытия?

– Чё… – тупо выдавил я, а потом перевёл взгляд вниз, где ещё недавно на моей груди покоились шаловливая ладонь эльфийки и парочка результатов незаконной генной инженерии самой природы.

И увидел, что из отворота рубашки торчит наружу длинная чёрная спица. Рванув пуговицы, я откинул ткань и обнаружил, что уходит она прямо в грудь, в сторону сердца.

Как…

И почему я ничего?!..

– Не беспокойтесь, Владыка Нотан, – вновь услышал я возбуждённый голос у уха и его обдало почти обжигающим дыханием. – Вам не будет больно.

После чего моё сознание отключилось и я упал в непроглядную темноту, быстро сменившуюся мерцанием мириадов звёзд и белым мрамором ротонды.

– Мдааааа, – донёсся до меня сочувствующий голос Аллегри. – Я хоть и знала, что она задумала, но до последнего надеялась, что сначала тебе перепадёт немножко веселья. Ну ты проходи, что-ли, садись на диван. Поглядим на прямую трансляцию твоего вскрытия. Печеньки будешь?

Глава 11. Очень странный стрим

Первое, что я ощутил, оказавшись в ротонде Аллегри, это огромную обиду. Совсем не из-за того, что, как выразилась богиня, не перепало веселья. А из-за неожиданного предательства от того, кто, по идее, как раз должен был оберегать мою жизнь и здоровье…

– Вот только не надо делать такую кислую мину, – раздалось с дивана и, повернув голову, я взглянул Аллегри.

Богиня сидела, с ногами забравшись на свой диванчик, и сосредоточенно жевала какую-то пироженку. Перед диваном стоял уже знакомый столик со сладостями, чашкой и дымящимся чайником. Щёлкнув пальцами, Аллегри создала ещё одну чашку и приглашающе похлопала по дивану рядом с собой.

– Думаешь сейчас, небось, что-то в духе: «О, как она могла?! Какое вероломство!», верно?

Интонации, когда она пародировала мои мысли, звучали так, словно она считала подобную реакцию какой-то глупостью.

– А это что, по твоему, не предательство? – зло бросил я.

– Предательство, – вполне серьёзно кивнула Аллегри. – Немножко. Только ты несколько переоцениваешь его тяжесть, потому как поглощён обидой.

– Предательство есть предательство, Аллегри! – бонусом к злости меня начало захлёстывать нешуточное раздражение. – Нельзя предать совсем чуть-чуть или не до конца!

– Пфф. А что именно она предала, Нотан? Твоё доверие? А на чём оно основывалось, не считая устной договорённости? С чего ты вообще взял, что можешь ей доверять? – хмыкнула богиня. – Лионеллиан – наследница древнего рода, изучавшего некромантию и магию крови больше полутора тысяч лет. В истории её семьи есть даже ритуальные жертвоприношения. Лишь пару поколений назад они начали изучать близкие им направления из разделов светлой магии, чтобы избежать гонений. И ты решил, что можешь слепо верить ТАКОЙ персоне?

Я не сразу смог дать ей ответ. Внутри меня кипело множество негативных эмоций. Раздражение, гнев, обида, разочарование, злость. Злость на Лион, что воткнула мне спицу в сердце. Злость на Аллегри, которая открыто поглумилась над моей наивностью. И злость, в первую очередь, на самого себя, так как богиня была кругом права. Я слишком привык к той лояльности, что окружала меня до сегодняшнего дня.

– Могла бы и предупредить, – обиженно буркнул я.

– А зачем? – богиня удивлённо вскинула брови. – Разве интересно знать сюжет книги или игры наперёд? Ты уже взрослый мальчик, вполне можешь сам разобраться с подобными мелочами. Тем более, Лионеллиан никогда в жизни не нанесёт тебе вреда.

– Что-что, прости? – я выпал в осадок. – Мне кажется, или она меня только что убила? Или мне это всё привиделось?

– Можно ли называть это убийством, если она тебя воскресит через час, а то и раньше? Кроме того, ты же даже ничего не почувствовал, ведь она оградила тебя от любой боли. Было бы из-за чего так беситься, – она откусила кусочек печенья и, проглотив его, продолжила. – Нотан, ты, кажется, не понимаешь, но она одержима тобой. Одержима твоей силой, знаниями, личностью и поступками. Она готова на всё, чтобы разгадать тайну твоей магии и продвинуть исследования массового воскрешения. Если ты потребуешь у неё денег в обмен на возможность исследовать тебя, она отдаст всё, до последней нитки, оставив лишь лабораторные инструменты. Если ты скажешь ей лечь в койку, она раздвинет ноги и спросит, сколько раз в день должна тебя ублажать.

– Только она предпочла просто пырнуть меня спицей, вместо того, чтобы предложить что-то из этого, – съязвил я. – Ведь если получить необходимое силой, то и предлагать ничего не придётся, верно? Если уж пытаешься её оправдать, придумай что-нибудь поубедительней.

– Ты сам виноват, – развела руками Аллегри. – Вывалил на бедную девочку с нестабильной психикой и неограниченной жаждой знаний целую гору ответов на тайны, о которых она даже не догадывалась. Вот она и сорвалась. Между прочим, до последнего боролась с искушением убить тебя и ограничиться обычным соблазнением. И могу гарантировать, что она ещё предложит тебе цену, когда ты очнёшься.

– И что? – скривился я. – Теперь мне надо её взять и простить? Сделать вид, что ничего не произошло? Да хрена с два! За такие выкрутасы даже в темнице сгноить мало! Лучше бы Эртус привёз того целителя-пенсионера. Он явно был бы адекватнее.

– Магистр Айрад через полгодика начнёт путать заклинание воскрешения с заклинанием вечного поноса, – фыркнула Аллегри. – Уверен, что тебе нужен такой целитель?

– А оно разве сработает на трупе? – не удержавшись, спросил я.

– Говорю же – вечного, – ухмыльнулась богиня и взяла со столика чашку с чаем. – Уж лучше слегка помешанная, но соблазнительная эльфийка под боком, чем маразматичный старик, согласен?

Ответить на это мне было нечего. Но желание оборвать под корень уши этой самой эльфийке меньше не стало. Прибью. Ей-богу, прибью!

– Мой дорогой Владыка демонов, – насмешливо поманила меня Аллегри. – Сделай глубокий вдох, сядь на диван и возьми печеньку. Сейчас ты немного посидишь, успокоишься и поймёшь, что лучше не пороть горячку и не лишаться ценного союзника, а найти более выгодный способ решить проблему.

Хотя я всё ещё был раздражён и горел от желания рвать и метать, предложение Аллегри звучало рационально и здраво. Так что, вздохнув и попытавшись хоть ненадолго отрешиться от произошедшего, я пересёк ротонду и сел на диван. Который, несмотря на свой старинный вид, оказался весьма мягким и удобным.

– Эм… А разве можно на него сажать не богов? – спросил я, осознав, что явно сижу на божественной реликвии.

– Конечно, – легонько отмахнулась Аллегри. – Ты же мой апостол. На последователя, конечно, никак не тянешь. Препираешься постоянно, пошлости всякие фантазируешь. Но на боевого товарища и подельника – вполне. Считай это знаком моего особого расположения.

– Мммм, спасибо, – тупо кивнув, размышляя о том, как прошёл путь с сидения на каменном полу, до чаепития с богинями, а теперь и до Самого Дивана, я взял с блюда печеньку и принялся сосредоточенно жевать. Песочное печенье всегда было моим любимым, а у этого внутри оказалось ещё какое-то варенье. Вроде бы абрикосовое. Красота.

– Остыл немного? – спросила демиургша, явно заглянув в мои мысли, и взмахнула рукой. – Тогда взгляни сюда.

Подняв взгляд, я обнаружил в воздухе проекцию, демонстрировавшую тот самый кабинет, ставший местом преступления. Вот только картинка почему-то не двигалась. Со мной-то всё ясно, я был мёртв и трепыхаться не мог уже по определению, но вот почему не шевелилась Лион, так и замершая надо мной в двусмысленной позе, я не понимал.

– Я позволила себе немного замедлить для тебя время в Обители, – ответила Аллегри на невысказанный вслух вопрос. – Чтобы ты не опоздал к началу сеанса.

Она легонько пошевелила пальцами и трансляция снялась с «паузы». Сойдя с кушетки, Лион сделала несколько шагов назад и, кажется, глупо ухмылялась, но потом выражение на её лице резко изменилось. Золотые глаза распахнулись в откровенном страхе и эльфийка торопливо попятилась, натолкнувшись на стол и чуть не столкнув с него реторту с колбой.

– Что это с ней? – удивился я.

– Я же говорила, что она одержимая? – непринуждённо спросила Аллегри и хлюпнула чаем. – Здравый смысл уходит на второй план, когда она видит перед собой шанс раскусить тайну и познать новое. Поначалу она держала себя в руках и терпеливо ждала оговорённого момента, но твой «трактат» сорвал ей крышу. Она захотела узнать о тебе всё здесь и сейчас. Жажда знаний и страсть к открытиям, что поделать.

– И… часто с ней такое? – уточнил я, наблюдая, как Лион в панике бросается к двери в кабинет и запирает её на ключ.

– Ты у неё первый, – ухмыльнулась богиня, но, заметив мой хмурый взгляд, вздохнула. – Первый асани, я имею в виду. Загадки подобного калибра не каждый день встречаются, согласен? Но да, это типично для неё.

– Мой целитель – спятившая маньячка, мечтающая меня убить, просто прекрасно, – я закатил глаза. – В какой момент логика твоего мира настолько сломалась?

Аллегри глупо ухмыльнулась и предпочла оставить этот вопрос без ответа.

Эльфийка, тем временем, подбежала к окну и, проверив, нет ли кого на улице, задёрнула занавески.

– О, Мать Ночи, я всё таки сорвалась… – услышал я растерянное бормотание. – Он точно будет в бешенстве…

– Что значит «буду»? Я уже в бешенстве, – мрачно буркнул я. – И что за Мать Ночи?

– О, это она про меня, – довольно ухмыльнулась Аллегри и на краткий миг я увидел перед собой не привычный облик, в котором она обычно являлась передо мной, а статную тёмную эльфийку в баснословно дорогого вида тканях и тонких белых татуировках по всему телу. – Или ты уже забыл, что каждый народ видит меня по своему?

Мне тут же вспомнился горячий спор Горта и Эртуса, когда они пытались выяснить, как же на самом деле выглядит Аллегри.

– Воскресить и извиниться? Может быть и простит… – пробормотала эльфийка на трансляции и нервно закусила нижнюю губу. – Но… Такой шанс!.. – вдруг решительно сжала кулак магистр и взглянула на моё бренное тело. – Потом я извинюсь и приму любое наказание, но, раз так вышло, нельзя упускать возможность.

– Да у неё ни капли совести! – возмутился я, так и не донеся очередную печеньку до рта. – Если бы она воскресила меня прямо сейчас, то, может я бы и принял её извинения. Но она всё равно собралась резать!

– Конефно шобралась, – пробубнила Аллегри с набитым ртом и шумно проглотила сладость. – А ты бы не собрался на её месте? Кроме того, Нотан, ты немного лукавишь. Дамочка просто отправила тебя вздремнуть на часок, во имя магического и медицинского прогресса. Ты ничего не теряешь, кроме кусочка задетой гордости. А что задумал ты в отношении аристократов? Настоящее промывание мозгов! Ты не подумай, я не осуждаю, очень даже наоборот – я от плана в полном восторге. Но ты собрался идти ради своих целей намного дальше, но, при этом, сидишь и старательно осуждаешь Лион!

– А… – родившиеся поначалу возражения, к концу тирады Аллегри так и не слетели с языка. Я всерьёз задумался о том, что на деле, ничем не лучше убившей меня волшебницы. Детали могут отличаться, но методы… Есть ли у меня тогда моральное право её обвинять?

– О, смотри, началось, инструменты достала, – оживлённо сказала Аллегри и толкнула меня в бок локтем.

Я вновь поднял взгляд к проекции и увидел, что Лион уже извлекла свой саквояж и теперь раскладывает на столе хирургические принадлежности.

– И что, мы будем смотреть, как меня режут? – повернулся я к богине.

– А почему нет? Когда ещё выпадет шанс посмотреть на собственную селезёнку? – заявила она и, сменив позу, потянулась за новой порцией угощения. – И вообще, от этого твоего убийства одна сплошная польза. Текущий предел моих сил – всего лишь возможность проникнуть в твои сны. Когда бы мы ещё вот так чаю попили нормально?

– Ну, так-то, конечно, да… – пробормотал я и налил себе свежую порцию чая, размышляя о философском смысле концепции любования собственной селезёнкой со стороны, сидя в божественной обители и поедая печеньки с пироженками, которые то ли существуют, то ли нет.

Ведь, если так подумать, все боги – воображаемые. Рождённые верой сущности, которые существуют лишь до тех пор, пока в них нуждаются породившие их сознания. Можно ли тогда считать эти печеньки настоящими, если они созданы волей воображаемого существа?

Кхм… Лучше вернуться к трансляции, пока меня с абрикосового варенья не унесло в полный метафизический экзистенциализм.

В мастерстве Лион, конечно, было не отказать. За время всей процедуры не пролилось ни капли крови, а ведь я поначалу очень переживал за чистоту своей рубашки. Ловко и уверенно орудуя инструментами, Лион вытаскивала один орган за другим и отправляла их в крупные колбы, которые заполняла странным голубым дымом. Дым плескался внутри колб, словно жидкость, но даже не пытался выйти наружу через открытую горловину. Интересный у них тут формалин…

Если так разобраться, вся ситуация попахивала чистым сюром. Временно убиенный я, сидел на диване вместе с настоящей богиней, попивал чаёк с печеньками и наблюдал за процессом собственного вскрытия. Каждый раз, когда я начинал думать, что уж на этот раз мир ничем не сможет меня удивить, жизнь выкидывала вот такое вот коленце с хитровывертом.

– А это вообще имеет смысл? – спросил я, наблюдая за процессом. – Образцы моей крови не дали ей никакой информации.

– Имеет, даже не сомневайся, – Аллегри покачала чашкой в руке. – Просто Лионеллиан пока что копала недостаточно глубоко.

– Но я ведь обычный человек!

– Твоя душа – обычная, да, – кивнула богиня. – Но тело целиком и полностью воссоздано при помощи божественной силы и способно раскрыть много тайн о жизни и смерти для тех, кто умеет искать. Лионеллиан умеет. Просто ещё не нащупала ту тропинку, по которой ей надо пройти.

– Хмм…

Немного остыв, я осознал, что Аллегри целиком и полностью права. Я остро нуждался в навыках Лион, слишком много идей начало завязываться на её умениях. И даже если забыть о моих собственных хотелках, она была чересчур полезна для Лаграша. Упускать такой ценный кадр было бы верхом неразумности. Но…

– Я не могу просто взять и закрыть глаза на случившееся, – спокойно сказал я, наблюдая, как Лион аккуратно вытаскивает мою правую почку.

– Совершенно согласна, – кивнула Аллегри.

– Это даже не обида, а вопрос иерархии и репутации, – пояснил я.

– Именно. Ты посланник богини или кто? – подтвердила демиургша и ткнула пальцем в трансляцию. – О, смотри, вторую почку достаёт.

– Мне нужно преподать ей такой урок, после которого в её памяти бы намертво выжегся запрет на подобные фокусы.

– Безусловно. Но ты ведь не собираешься её бить или мучать молниями? – уточнила богиня.

– Я пока ещё недостаточно задемонился для такого, – помотал я головой. – И не уверен, что когда либо…

– Тогда каков твой план? – она, наконец, с интересом повернулась в мою сторону.

– Ударю по ней её же одержимостью, – я повернулся в ответ и посмотрел в горящие искрящимся фиолетовым пламенем глаза богини. – Продемонстрирую, что даже отдаваться своему безумию она должна лишь после моего дозволения. И, чтобы начать этот урок красиво…

– Тебе нужно возродиться без помощи её магии, да? – Аллегри прочла план перевоспитания одной слишком тёмной эльфийки прямо из моих мыслей. – Это проблема. Твоя душа слишком сильно успела привязаться к Тельвару и без помощи Эри я уже мало что могу сделать. А она сейчас улаживает дела в одном из своих миров. Но есть один вариант это провернуть.

– Какой же? – заинтересованно подобрался я, не обращая внимания, как на трансляции заботливо отсекают образец моего кишечника.

– Кинь дайсы.

Внезапное предложение богини ввело меня в ступор. Какие ещё дайсы? Они же там, а я тут!

– Мастерские дайсы исчезают после смерти, – напомнила мне Аллегри. – Но если быть точной, то они отправляются вместе с тобой сюда. Если бы ты умер окончательно, я забрала бы у тебя артефакт и отправила твою душу в последний путь. Но раз ты просто прилёг вздремнуть… – она насмешливо развела руками.

Я торопливо хлопнул себя по карману плаща и обнаружил как под тканью топорщится пара знакомых кубиков. И, вытащив их на свет, я убедился в правоте слов богини. Тускло поблёскивая гранями, на ладони лежали чёрные кости с красными точками.

– Конечно, учитывая твои силы, отдача от броска на такую вероятность окажется просто катастрофической, – чуть задумалась Аллегри. – Но если ты сделаешь его в момент, когда Лионеллиан начнёт формировать заклинание и установит канал между твоим телом и душой, то последствия будут минимальными, не серьёзней обычного. Кстати говоря, ты же кидаешь их каждый день? – неожиданно поинтересовалась она и сцапала артефакт с моей ладони. – Ну-ка, взглянем…

Прикрыв глаза, Аллегри приняла сосредоточенный вид, а точки на дайсах пронзительно засветились.

После подземелья асани я действительно старался делать по броску каждый день, на вероятность какого-нибудь пустяка, так как обновлённое описание гласило, что это приближает эволюцию артефакта. Но что именно хотела посмотреть богиня? Неужели она видит счётчик оставшихся бросков?

Так и оказалось:

– Продолжай в том же духе, – сообщила она с довольным видом, возвращая дайсы. – До улучшения осталось не так уж и много.

– Сколько? – тут же спросил я. – И что даст эволюция?

– Секрет, – Аллегри показала язык. – Так что, будешь делать бросок на воскрешение?

Я кинул взгляд на трансляцию препарирования и обнаружил, что Лион уже окутала моё тело магией и на глазах восстанавливает исчезнувшие органы. Прошёл десяток секунд и, без следа затянув разрез на моей груди, Лион вытащила из саквояжа своё знаменитое покрывало для воскрешения. Ритуал должен был вот-вот начаться.

– Пожалуй, – кивнул я и поднял руку с дайсами. – Как раз сегодня бросок ещё не тратил. Вот только… А что будет, если он окажется неудачным?