Текст книги "Кодекс Магических Зверей X (СИ)"

Автор книги: Александр Сорокин

Соавторы: Павел Шимуро
сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 15 страниц)

[Существо: Неизвестно]

[Класс: B]

[Ранг: 1]

[Внимание: обнаружена аномалия]

[Анализ организма…]

[В тканях существа обнаружена мана, не соответствующая фундаментальным законам этого мира]

Всего лишь B класс, первый ранг. Перед глазами тут же всплыли две чужеродные твари из руин под лавовым биомом: будучи всего лишь D класса, они без особых проблем разорвали троицу зверей B класса. Страшно даже представить, на что способна эта…

Глава 10

* * *

Оставив позади улицу с мостовой, выложенной камнем в косую ёлочку, мужчина в тёмном костюме неторопливо миновал арку, фланкированную двумя каменными грифонами с распахнутыми крыльями. Ворот его рубахи украшала серебряная булавка, а манжеты на палец выступали из-под рукавов. Приподняв полы плаща, он переступил багровую лужу, в которой плавал клок серой шерсти, и, обойдя вывернутую лапу с обломанным когтем, остановился перед своим зверем.

Тот сидел посреди перекрёстка, вылизывая крупную переднюю лапу. В холке зверь доставал до груди хозяина, а сложением напоминал огромную рысь с широкой грудью и лопатками, перекатывающимися под шкурой. Роскошную пурпурную шерсть, местами испачканную бурыми брызгами, разбавляли белые пятна с сиреневым свечением по контуру. На широкой, перемазанной в крови морде с розовым носом выделялись длинные чёрные усы и белая бородка с редкими лавандовыми волосками. Огромные изумрудные глаза светились золотистыми ободками вокруг зрачков, а среди густых тёмных ресниц мерцали серебряные ворсинки, напоминающие крошечные блестки. Чуть выше прижатые уши со слипшейся шерстью очерчивала белая кайма.

Зверь провёл языком по рваной борозде в три пальца шириной, и мгновение спустя края потянулись друг к другу, будто их стягивали невидимой нитью. После ещё пары движений на месте пореза осталась лишь розовая полоса, а там, где рана была глубже всего, на секунду запеклась и тут же осыпалась сухая корка.

– Молодец, – произнёс мужчина и положил ладонь на широкий лоб питомца.

Оторвавшись от лапы, зверь вытянул шею наверх и, ластясь головой о ладонь хозяина, прикрыл глаза, затем выдохнул, обдав его запястье горячим воздухом. Мужчина провёл рукой от лба к затылку, чуть задев прижатое ухо, и, достав из кармана шёлковый сиреневый платок, протёр испачканную шерсть. Тонкая ткань сразу окрасилась бурыми разводами. Закончив, он вытер о платок пальцы и, скомкав его, убрал в карман, после чего вновь поднял взгляд.

Мостовая перед ним была завалена тушами, застывшими в нелепых позах: одна лежала на борту опрокинутой телеги, вывернув шею так, что затылок касался лопаток, голова второй виднелась между бочкой и стеной, будто та ещё пыталась протиснуться, третья простиралась поперёк дороги, лишившись половины хребта… В воздухе зависла гарь от сожжённой шерсти, перемешанная с едким кислым привкусом – от этой смеси сводило нёбо и подступала тошнота.

Как же всё это не вовремя… Вчера вечером из южных провинций наконец пришёл ящик чая. Мужчина ждал эту посылку восемь месяцев, дважды переписываясь с поставщиком и трижды перенося сроки. Он собирался устроить чаепитие сегодня, сразу после заступления на суточное дежурство, которое ложилось на каждого жителя Улицы Каменных Грифонов раз в месяц и обычно ограничивалось несколькими обходами в день, отнимавшими в совокупности не больше пары часов. Однако сегодня всё пошло наперекосяк: он с рассвета сражался с тварями, пытающимися прорваться сквозь арку, то и дело натравливая Вейра на очередную стаю. Драгоценный сбор остался нераспечатанным, и мужчина понятия не имел, когда ему удастся им насладиться…

Он тяжело вздохнул. Зверь к этому времени уже поднялся, а когда хозяин взглянул на него, встряхнулся – по пурпурной шкуре пробежала волна сиреневого сияния.

– Продолжай охранять. Я скоро вернусь, – произнёс Освальд, одёргивая манжету, и тихо добавил: – Ты лучший, Вейр.

Проигнорировав похвалу, зверь неспешно двинулся вдоль фасадов, обходя лужи и брезгливо стряхивая лапы. Усмехнувшись, мужчина проводил его взглядом и, развернувшись, направился обратно к арке.

Миновав два здания, он направился к третьему, но не стал подниматься на крыльцо, а свернул на обходную дорожку, усыпанную мелким белым гравием. Оставляя за собой цепочку бурых следов, мужчина обогнул дом по периметру и углубился в сад с необычными растениями. Слева, за низкой оградкой, теснились деревца с чёрными стволами и серебристой листвой. Справа колыхалась полоса высокой травы с прозрачными стеблями, внутри которых медленно, взмывая вверх, гасли крошечные белые крупинки. Чуть дальше, под стеклянным колпаком в человеческий рост, скрывался невысокий куст, чьи ветки гнулись под тяжестью мерцающих ягод, ежесекундно менявших цвет.

Вскоре дорожка привела его к стоящей в глубине сада беседке, откуда доносился гул голосов. За длинным столом на скамьях с резными спинками уже сидело человек пятнадцать. Они беседовали вполголоса, изредка прикладываясь к чашкам, но, когда мужчина поднялся по трём ступеням, половина присутствующих обернулась к нему.

– Садись, Освальд, – широкоплечий мужчина, сидевший во главе стола, указал подбородком на свободное место по левую руку от себя. – Ты последний.

– Я, если ты не забыл, на дежурстве, – отозвался мужчина. Тем не менее он дошел до стола и опустился на скамью. – Так что говори быстрее, Гордан.

Работница дома в тёмном платье с белым передником тут же поставила перед ним горячий напиток и отступила на полшага. Освальд поднял чашку, вдохнул аромат и сделал глоток, ненадолго задержав жидкость на языке.

Чайный лист был безжалостно пережжён, утратив природную мягкость. Перекипевшая вода лишила настой тонкой сладости, а тот, кто готовил напиток, непростительно затянул время, оставив заварку томиться в кипятке вдвое дольше положенного, отчего в горле осталась вяжущая горечь.

Освальд едва заметно поморщился и, опустив чашку на блюдце, слегка отодвинул её от себя.

– Благодарю всех, что собрались, – Гордан обвёл присутствующих взглядом, не поднимаясь с места. – К нам прибыл посланник губернатора и просит слова.

С противоположной стороны стола поднялся плотный мужчина в тёмно-зелёном камзоле с серебряной цепью на груди. Промокнув блестящее лицо платком, он вздохнул и заговорил:

– Добрый вечер. Я Мортен Бейль, первый помощник губернатора, – представился он и убрал платок. – Господа, я не стану ходить вокруг да около, а перейду сразу к делу. Столица подверглась опасности, какой не знала последнюю сотню лет. И губернатор рассчитывает, что жители улицы Каменных Грифонов, сильнейшие Мастера Зверей империи, встанут на защиту Аурума.

Мужчина обвёл присутствующих взглядом, ненадолго задержавшись на каждом лице, и сцепил пальцы на животе.

– Мне поручено узнать, когда вы намерены присоединиться к обороне.

Сидевший чуть поодаль мужчина в сером, крутя в пальцах незажжённую трубку, произнёс:

– Защита Аурума – обязанность городской стражи, – он слегка постучал трубкой по ладони. – Так на каком, простите, основании вы ждёте, что мы вступим в бой?

– Стража исполняет свой долг, господин Нельсон, – Бейль посмотрел в его глаза. – Но её сил недостаточно, а потери огромны.

– Наши взносы в городскую казну превышают сборы с Кузнечного моста и рыночных рядов вместе взятых, – женщина в тёмно-вишнёвом платье поставила чашку, отчего блюдце слегка звякнуло. – Иными словами, мы уже оплатили свою защиту, и с избытком.

По беседке прокатился приглушённый одобрительный ропот. Один из мужчин откинулся на спинку, скрестив руки, другие переглянулись, а сидевший у края старик усмехнулся в бороду и пододвинул к себе блюдо с орехами.

– Прорыв способен уничтожить Аурум! – Бейль повысил голос и подался вперёд, опершись костяшками о стол. – Если его не остановить, то через сутки…

– Господин Мортен, – сухопарый мужчина, чьи волосы переливались на свету мелкой металлической рябью, перебил его. – Каждый из присутствующих здесь обладает зверем A класса и выше. В этих существ вложены колоссальные силы и средства наших семей, – он выдержал паузу и, неторопливо окинув чиновника взглядом, добавил: – А вы предлагаете рискнуть их жизнями в обмен на… Что?

Беседку затопило молчание, и сквозь эту внезапную тишину пробился шелест листвы.

– Позвольте я поясню, – негромко произнёс Гордан Валленхоф. – Никто из присутствующих не сказал «нет», но за подобный риск полагается плата. Мы готовы обсудить присоединение к обороне после ответов на несколько вопросов. Как империя возместит гибель зверя высокого класса? Кто обеспечит безопасность пострадавших семей и сохранность их имущества? И что мы получим за помощь столице?

– Все ответы должны быть заверены письменно, – добавил Нельсон, пряча трубку в карман. – На словах все щедры.

Бейль на мгновение замер, глядя на столешницу перед собой. Освальд с некоторым уважением отметил, что чиновник не стал ни спорить, ни давить, ни взывать к долгу перед империей.

– Я понял ваши опасения, – наконец произнёс первый помощник и слегка склонил голову. – Однако эти вопросы вне моей компетенции. Я немедленно отправлюсь к губернатору. Ответ будет у вас в кратчайшие сроки.

Задев стол животом, он обошёл скамью и быстро зашагал по белой дорожке. Собравшиеся тут же вернулись к прерванным разговорам, будто ничего и не произошло, а Освальд подтянул к себе чашку и, посмотрев на тёмную гладь, всё-таки сделал второй глоток.

Горечь никуда не делась.

* * *

– Из-за этой твари мы тут с рассвета торчим, – произнёс стоявший перед средним оконным проёмом стражник, мотнув подбородком в сторону крепости.

– Да если бы только из-за неё, – отозвался сосед, переступив с ноги на ногу.

– А крепость кто разрушил? – первый повёл плечом. – Мы к воротам трижды подступались, и каждый раз она сметала нас, как детей!

– Зато теперь допрыгалась, – стражник у среднего проёма переложил копьё на другое плечо. – Ревун ей все косточки пересчитает, слышал, как он только что голошея к земле прижал? Глава стражи своего зверя по пустякам не выпускает!

– Твоими бы устами, Йорт, – буркнул мужчина у третьего окна. – У меня дочка с соседями в тыл пошла, а добрались они или нет, я не знаю.

Я слушал их вполуха, не отрывая взгляда от туш. Одна из них сидела на руинах, освещая пространство вокруг себя, а другая, судя по движению мощных плеч, только что оттолкнула обмякшего хреброкрыла. Поведя головой из стороны в сторону, зверь главы стражи наконец развернулся к пролому, уставившись на сияющего врага, который в этот же миг спрыгнул со стены. Несколько секунд оба стояли неподвижно, а затем складчатая громада запрокинула морду и взревела так, что в раме соседнего дома задрожали стёкла.

В глотке ревуна закрутился вихрь голубых нитей. Секунду спустя наружу вырвался луч энергии, со свистом вспоров воздух над мостовой.

Не двигаясь с места, крылатый неторопливо повёл левым крылом и, выставив его перед собой, направил в перья струю чёрной маны. Черно-синее пламя мгновенно вытянулось, сливаясь в сплошной щит, и оглушительный удар ревуна растёкся по этому полотну, а затем погас, не оставив на крыле даже малейшей прорехи.

Внутри меня закипала… злость. Кто руководит этим «парадом», уносящем столько жизней? Крылатая тварь, которая никого не подпускает к крепости? Или кто-то другой? Да и зачем им подниматься на поверхность? Здесь даже маны нет!

– Ну чего ты ждёшь, дави его! – заорал стражник у двери, колотя кулаком по щиту.

Ревун, будто и вправду услышав мужчину, ринулся на противника. Но лев не стал дожидаться, пока до него доберутся: он наотмашь махнул правым крылом, поочерёдно выпустив четыре синие дуги. Эти энергетические лезвия понеслись с такой бешеной скоростью, что их очертания мгновенно смазались, превратившись в нечёткие серпы со шлейфом синеватых искр. На бегу ревун пригнул голову и развернул корпус, подставляя под удар вросшие каменные пластины на правом плече, куда мгновенно перетёк колоссальный поток маны.

Первые три дуги, вспыхнув ярким светом, с грохотом разлетелись по защитным щиткам, но стоило ударить четвёртой, как раздался треск, и во все стороны брызнула каменная крошка.

Зверь взревел, но не сбавил хода и через миг со всего размаху врезался плечом в противника. В последнее мгновение лев успел свести перед собой оба крыла, вспыхнувшие чёрно-синем пламенем, но это его не спасло: сокрушительный таран вмял чужака в остатки каменной стены, и кладка с грохотом рассыпалась, увлекая за собой огромную тушу зверя. Поднявшееся облако пепла и каменной пыли мгновенно скрыло их от глаз.

– Впечатал в кладку! – заорали на приступке вала.

Эта плотная завеса то и дело оседала и поднималась вновь, а внутри неё изредка что-то вспыхивало и гасло. Копейщики на валу вытянули шеи, а один даже поднялся на цыпочки, держась за плечо соседа.

– Всем назад! Отходите! – вдруг заорали со всех ближайших валов, перекрывая друг друга.

Створы ворот наспех развели в стороны, и с передовой хлынули десятки людей, толкаясь плечами в проходе. Кто-то хромал, опираясь на древко копья, один стражник прижимал к груди обожжённую руку, а другой бил ладонью по рукаву, пытаясь сбить ползущее по ткани пламя. Следом, поднимая когтями серый пепел, ввалились их питомцы. Один шёл на трёх лапах, высоко задрав четвёртую, другого несли два человека на плаще, ухватившись за края, а третьего тащил хозяин за ошейник, упираясь сапогами в мостовую, потому что зверь, мотая головой, рвался обратно, к воротам. Едва сквозь проём прошёл последний, створы с грохотом захлопнули.

Развернувшись, я подошёл к столу, где Терон заканчивал расставлять уцелевшие склянки.

– Достань жгуты и разложи по длине, к нам несут пациентов, – бросил я.

Помощник кивнул и тут же принялся выкладывать ремни, а я присел и подтянул к себе баул с отложенными лекарствами погибшего целителя. Взяв склянку и вытащив пробку, я увидел мутную жидкость цвета крепкого травяного отвара.

[Обнаружено вещество: Настой Гулкого корня]

[Свойства: В два раза ускоряет естественную выработку маны у магических существ. Действие: четыре часа. Повторное применение в течение суток вызовет побочный эффект – естественное восстановление резерва упадёт в два раза ниже нормы. Дозировка: не более одной капли]

Следующим в моих руках оказался мешочек с сероватым порошком, от которого тянуло запахом извести.

[Обнаружено вещество: Порошок Каменной корки]

[Свойства: Гемостатик локального действия. При контакте с кровью мгновенно застывает, образуя каменную пробку. Останавливает сильное кровотечение из крупных сосудов на срок до трёх часов]

Кроме настоя и порошка я осмотрел две склянки с густой серой мазью от ожогов.

[Обнаружено вещество: Мазь из Пепельного мха]

[Свойства: Снижает температуру повреждённых тканей, подсушивает мокнущие поверхности и препятствует отслоению кожи]

В бауле больше ничего не осталось. Я поднялся, и Терон, кивнув склянки на столе, тут же произнес:

– Остальные уцелевшие лекарства – это серебряный раствор и болеутоляющий отвар.

Я слегка склонил голову и заметил краем глаза, как в дверной проём заносили первого зверя. Двое стражников тащили его, держа под грудь и таз, а третий пятился, придерживая мотающуюся голову.

– Несите его на стол, – бросил я, отставляя склянки в сторону.

Пока они разворачивались в дверях, я успел плеснуть на ладони серебряный раствор и растереть его до локтей. Стоило туше коснуться досок, как взгляд наткнулся на разодранное бедро, из которого пульсирующими толчками хлестала кровь. Засыпав порошок каменной корки на разодранный сосуд, я на несколько секунд прижал рану ладонью, мысленно отсчитывая время, а как только образовалась каменная пробка, затянул подстраховочный жгут выше бедра и перешёл к промывке.

Второго зверя занесли, когда я промакивал рану тряпицей, а дальше понеслось потоком: разорванное плечо, вспоротая холка, обожжённая морда. У каждого пациента рядом с каналами висел чёрный сгусток, который мне приходилось раз за разом выжигать с помощью шариков из ранца. Терон работал со мной как единое целое: он подавал инструменты, не дожидаясь просьбы, поливал мои руки раствором и мазал краской лбы. Крох же, лёжа под столом, порыкивал всякий раз, когда очередной хозяин подступал к столешнице слишком близко.

Бой за валом не прекращался ни на минуту. Стражники у проёмов орали, топали, спорили, и кто-то божился, что ревун вот-вот дожмёт эту синюю тварь. В какой-то момент по улице прокатился низкий рёв, а через несколько секунд в помещение ворвалась волна жара, от которого качнулись светильники на крюках, а Наиль опрокинул миску с тряпицами.

– Подбери и принеси чистые! – бросила Хельга, сжимая чьё-то предплечье.

Адрия возмущённо затрещала и тут же прижалась к моей шее.

Когда одного зверя стащили со стола, а следующего ещё не занесли, я вытер руки тряпицей и распрямил спину. В этот момент за валом взревели с такой силой, что у меня заложило уши, а на улице заорали десятки глоток. Не выдержав, я развернулся и направился к среднему оконному проёму.

Ревун тяжело дышал – вдали ходили ходуном его массивные плечи, а в следующее мгновение из его пасти всё же вырвался луч энергии. Лев лениво повёл левым крылом, заслоняя себя, и этот удар растёкся по перьям, не причинив вреда. В ответ тварь махнула наотмашь, выпустив размытую сияющую дугу. Ревуну пришлось влить в правое плечо колоссальный объём маны, чтобы удержать этот выпад, но, когда каменная броня не выдержала, лопнула и разлетелась крошкой, огромная туша зверя резко присела вниз. Он мотнул головой в сторону вала, словно прикидывая расстояние, а затем развернулся и сотрясающими землю скачками понёсся к нам.

– Откройте ворота, пропустите его! – донеслось с соседней баррикады.

Однако лев качнул гривой и, не сходя с места, вскинул оба крыла. Две чёрно-синие дуги полетели за ревуном. Зверь, будто чуя опасность, отчаянно шарахнулся в сторону, уходя от удара, но напоролся на третью, которую лев выпустил следом. Раздался оглушительный треск, и исполинская спина великана резко выгнулась, после чего его туша накренилась вбок.

Пытаясь удержать равновесие, ревун переставил лапы и пошёл криво, заваливаясь. Он всё сильнее клонился к земле, а его массивный горб мотало из стороны в сторону. В двадцати шагах от вала спина зверя накренилась, стремительно ушла вниз, а через секунду раздался скрежет и грохот – упавшую тушу протащило вперёд по мостовой. Над брёвнами вала виднелся лишь его верхний бок, поднимавшийся и опадавший рывками, да выпирающий обломок каменной пластины.

– Встань, ну встань же! – заорал кто-то на приступке, колотя древком.

Бок дёрнулся, приподнялся едва ли на локоть и вновь опал.

Синее зарево двинулось следом. По тому, как отсвет прополз по фасадам домов, я понял, что тварь никуда не спешила. Подойдя ближе, крылатый лев упёрся передними лапами в массивный бок ревуна и, подтянувшись, влез на гиганта.

Я видел, как зверь переступил, устраиваясь поудобнее, повёл гривой и опустил морду, разглядывая поверженного противника. Из-за вала донёсся хрип, а следом – скрежет когтей по мостовой.

[Существо: Скальный ревун]

[Класс: A]

[Ранг: 2]

[Состояние: Разрушение защитного покрова, обширные ожоги тканей, повреждение плечевого сустава, истощение магического резерва]

Стражники вокруг вдруг закричали, копейщики забили древками по приступку, а кто-то даже попытался перелезть через гребень, но его вовремя схватили и втащили обратно за перевязь. Я же посмотрел на зверя через восприятие.

Под шкурой крылатого льва скрывалась сетка из магических каналов, которые были… толще корней вековых деревьев! Они вились тугими косами, будто кто-то сплёл воедино десяток мясистых лиан. Как каналы зверя B класса могут быть шире и мощнее, чем у A⁈

Лев качнул гривой и, опустив передние лапы на подреберье великана, вонзил ярко вспыхнувшие синем цветом когти. Затем налёг на них всем весом – от напряжения перья на его прижатых крыльях задрожали. Синее сияние соскользнуло с когтей дугами и прошило плоть великана. Бок под лапами твари дрогнул, резко осел, будто из него вышел весь воздух, и больше не поднимался.

Кайрил с тихим писком юркнула под мой воротник, и я почувствовал, как её крошечные коготки начали медленно сжиматься, впиваясь в мою кожу. Крох же, лёжа под столом, тихо зарычал и, прижав уши, попятился.

Крылатый лев спрыгнул с туши, встряхнул гривой и, развернувшись, двинулся обратно, к пролому в стене крепости.

На валу воцарилась тишина. Некоторые копейщики опустили древки и замерли, глядя на уходящую тварь, а тот, кто минуту назад колотил по брёвнам, присел на приступок, поджав ноги, и уставился в доски.

– Он же его… – стражник у двери опустил щит на крыльцо. – Это невозможно…

– Если зверь главы стражи не справился, то мы-то что сделаем? – отозвался второй.