Текст книги "Генерал тёмной властелины 3 (СИ)"

Автор книги: Александр Курзанцев

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 15 страниц)

Честно говоря, о Лике я в тот момент не думал. Просто показалось, что четвёртый ранг – это самый оптимальный вариант. Но что если подсознательно я всё же ориентировался на неё?

Когда ты постоянно в движении, воюешь, командуешь, решаешь задачи, некогда определяться со своими чувствами, но получив нежданно-негаданно передышку, я вдруг задумался, а кто для меня Лика Иванова, баронесса Осколкова. Сказать, что я её люблю? Наверное, нет. Подобные эмоции давно во мне выгорели, и даже молодое, живое тело не слишком сильно меняло ситуацию. Влечение я чувствовал, но чётко отделял потребности тела от желаний разума. Страсть? Тоже нет. Собственно, это и есть влечение тела, которое почему-то считают ещё одним проявлением любви. А что я чувствовал к ней? И тут пришло понимание – тепло. Вот какое ощущение у меня возникало, при мысли о Лике. О верной подруге, готовой защитить любой ценой, не прося ничего взамен. Встать рядом против любой силы, любого противника. И это точно стоило больше, чем какая-то там любовь или страсть.

А ещё, пожалуй, я действительно слишком много брал, почти ничего не давая взамен. И это было неправильно.

Снаружи были всё те же лёгкие сумерки, но по крепости почти никто не шатался, старались придерживаться земных суток, чтобы не сбивать режим, но я всё же потратил небольшую часть своих сил, чтобы накинуть полог отвода глаз. Мне не хотелось лишней огласки. Пару раз приходилось прижиматься к стене, пропуская припозднившихся обитателей.

Замерев подле двери, ведущей в комнату Лики, осторожно толкнул деревянное полотно, приоткрывая, увидел сидящую на кровати девушку, уже успевшую снять боевое облачение, оставшись в свободной сорочке и хлопковых штанах.

Услышав скрип, она подняла голову, удивлённо посмотрев в мою сторону.

– Кто?

Брови её сошлись к переносице, и она поднялась, вглядываясь в коридор, не видя меня под пологом.

– Спокойно, Лика, это я, – негромко произнёс, закрывая дверь обратно и снимая невидимость.

– Слава⁈ – кулаки её, сжавшиеся было в ожидании опасности, разжались, а на лице застыло удивлённое выражение, – что ты здесь…

Но я не дал ей договорить, лёгким движением руки бросив запирающее заклинание себе за спину и следом полог тишины на всю комнату, подошёл и без слов впился долгим поцелуем.

– Ох, – вырвалось из её груди, когда я, наконец, отстранился, – Слава…

– Ничего не говори, – негромко произнёс я, глядя ей в глаза, а затем принялся расстёгивать на себе одежду.

Глядя, как я снимаю с себя рубашку, девушка прерывисто задышала и чуть подрагивающими руками потащила вверх сорочку, та зацепилась за что-то, и, выругавшись сквозь зубы, Лика дёрнула сильнее затрещавшую ткань, оставаясь по пояс голой.

– Не спеши.

Тоже оставшись без верха, я коснулся ладонями бархатистой кожи, придвинулся, чувствуя, как затвердевшие соски её груди утыкаются в меня, снова поцеловал.

Прошептал:

– Этой ночью я от тебя никуда не уйду.

Её руки сначала нерешительно, но затем всё уверенней принялись скользить по моему телу. Коснулись ремня, расстёгивая.

Оставшись голыми полностью, мы ещё несколько минут целовались, чувствуя всё нарастающее возбуждение, а затем, подхватив ойкнувшую девушку под попу и держа на весу, я шагнул к кровати.

– Я так этого ждала, – прошептала Лика, обвивая мою шею руками, обдав жарким дыханием.

– Я тоже…

– Только можно я сверху, – попросила она, чуть смутившись, и я, не став возражать, плавно опустился на постель, продолжая держать девушку на руках, и откинулся, чтобы лучше видеть её подтянутое красивое тело.

Уперев ладони мне в грудь, она закусила губу, а затем, вздрогнув всем телом, опустилась.

– Слава, – выдохнула она снова, запрокидывая голову и начиная ритмично двигаться, полностью отдаваясь ощущениям.

А затем вдруг случилось то, чего я никак не ожидал. Её магический источник начал пульсировать в такт движениям всё быстрее и быстрее, и когда достиг кульминации, Лика выгнулась с громким криком, а её внутренний источник разом стал на порядок больше.

Словно лишившись всех сил, она упала мне на грудь, тяжело дыша, а я, не веря своим глазам, ещё раз проверил её резерв. Нет, сомнений быть не могло, девушка только что перешла с четвёртого ранга на пятый.

Глава 20

– Значит, пятый ранг⁈ – Ольга сделала пару шагов, развернулась, снова прошла мимо нас, подозрительно косясь.

Мы с Ликой стояли перед великой княжной в её кабинете, провожая глазами.

– Так точно, – постаравшись говорить уверенно, ответила Лика, – профессора проверила своими приборами.

– Да и я вижу, что пятый, – добавил я.

Наша с Ликой интимная близость продлилась недолго, с момента, как мы оказались на кровати, до кульминации прошло меньше пяти минут. Не совсем то, что я планировал, собираясь потратить на девушку час-полтора. По полной выразить, так сказать, свою благодарность за её бескорыстную поддержку.

С другой стороны, она подняла ранг, а это подарок куда больший, чем даже долгие любовные ласки.

Правда, такой магический всплеск от кучи одарённых, что тоже находились в крепости, скрыть не удалось. Мы едва успели одеться, как в дверь требовательно начала стучаться быстрее всех сориентировавшаяся профессора.

Стоило нам открыть, как она немедленно сунулась внутрь с каким-то прибором, мерно попискивающим в руках и слегка шевелящим двумя антеннками-усиками, расположенными на торце. Бросив на нас лишь короткий отсутствующий взгляд, прошла мимо, принявшись водить прибором по сторонам и в итоге безошибочно вышла к кровати, на которую мы впопыхах набросили покрывало.

Стоило устройство поднести ближе, как усики его возбуждённо встопорщились, а писк стал почти непрерывным и режущим слух.

Разогнувшись, она строго посмотрела на нас, молча наблюдающих за всеми этими манипуляциями, и требовательно произнесла:

– Что здесь произошло⁈

– Нечто волшебное, – чуть смутившись и покраснев, ответила Лика.

– Вижу, что волшебное, – грубо буркнула учёная, – Что конкретно? А то такой всплеск магии этого мира был, что у меня аж аппаратуру зашкалило.

– Аманда, – со вздохом я подошёл, беря женщину под руку, – ну, как вы думаете, что конкретно могло произойти на кровати в комнате, где остались наедине мужчина и женщина?

Та непонимающе глянула сначала на меня, затем на зардевшуюся баронессу, потом перевела взгляд на мятую, что было видно даже под покрывалом, постель, и тут до неё дошло. Покраснев, как помидор, она что-то несвязно забормотала и рванула к двери. Правда, замерев на пороге, произнесла, стараясь на нас не глядеть:

– Зайдите ко мне, как освободитесь. Я бы хотела снять кое-какие параметры.

– Да мы уже, – я покосился на Лику, – как бы всё.

– Нет-нет, я не тороплю, – Аманда поспешно захлопнула за собой дверь, и я услышал её быстро удаляющиеся шаги.

Подумал про себя: «Ну и ладно».

Хотя зайти к ней стоило, потому что я пока сам не совсем понимал, что произошло. И почему у моей партнёрши случился такой порыв. В том, что наша связь послужила для этого неким катализатором, я понимал, но дальше… Дальше суть случившегося от меня ускользала. Да ещё и слова профессоры. Что выброс был магии именно моего прежнего мира. Я был уверен, что свою держал при себе, а Лика форсировала свой земной источник. Хотя, в теории, выброс мог быть двойной, и земная часть спрятала от меня неземную. Но опять же, откуда у Лики могла оказаться другая мана, она же не перожденец, как я.

В общем, ответы на эти вопросы нужно было ещё найти.

Посещение профессоры, с одной стороны, подтвердило, что у Лики вырос объём внутреннего источника, с другой, внятного ответа, почему это произошло, она тоже найти не смогла. Если бы соитие между мужчиной и женщиной последней повышало ранг, всех мужиков давно бы держали на строгом учёте и выдавали в пользование с почасовой оплатой. Но такого не было.

К тому же, у Лики это был не первый раз, но это Аманда восприняла спокойно, сделав пометку в наспех набрасываемых в блокноте записях. Правда, когда я сказал, что у меня тоже не первый, заработал сразу два взгляда: один профессоры – задумчивый, а другой от баронессы – ревниво-обиженный. Видимо, она надеялась, что до неё я ни с кем.

Ларчик так и не открылся, и учёная нас отпустила, разочарованная, понятное дело. Ну ещё бы. Открыть способ преодолевать верхнюю границу заложенного природой потенциала, даже на один ранг – это будет куда почётней даже метода взаимодействия с магией осколков. Можно прогреметь на весь мир. Ну, когда решаться такое обнародовать.

А затем я повёл Лику к великой княжне. Не сдаваться, но предупредить, что расклады несколько меняются, потому что у нас теперь есть свой полноценный пятый ранг. И вот мы стояли перед ней, а та, меряя шагами комнату, пыталась разобраться, как девушка так внезапно выросла.

– Погодите, – Ольга замерла и, вперив взгляд сузившихся глаз в Лику, произнесла, – я, конечно, знаю, что ты поднимаешь ранги так быстро, как никто, но в прошлые разы для этого требовалось победить какое-нибудь чудовище. Но сегодня я что-то такого не припомню.

– Ну, чисто технически, победила, – не удержался я от комментария, – не совсем чудовище, правда.

Не, ну а что, профессора же уже знает. Нет, она не станет болтать всем подряд, но от её высочества скрывать не будет, так пусть та узнает из первых рук.

– Слава! – одними губами произнесла, дёрнувшись, девушка, расширившимися глазами глядя на меня.

Взгляд Ольги стал ещё более подозрительный, и она переадресовала вопрос мне:

– Так, Слава, говори.

– Сегодня она победила меня, – я развёл руками, мол, случается.

Княжна застыла, брови её поползли вверх, но, к её чести, сходу как-то это комментировать она не стала. Только покачала головой, вздохнула и, посмотрев на Лику, попросила:

– Баронесса, будьте добры, оставьте нас, к вам у меня вопросов больше нет.

Перевела взгляд на меня и тоном чуть более холодным добавила:

– А вот к вам, княжич, у меня вопросов стало больше.

Я кивнул, затем ободряюще улыбнулся Лике, скованно шагнувшей к выходу из кабинета, прошептал:

– Всё будет хорошо.

Она мне не поверила, но толику беспокойства я с неё снял, поэтому через несколько секунд мы с княжной остались вдвоём.

С минуту мы стояли в тишине, я, с вежливым вниманием глядя на Ольгу, а та, в свою очередь, заложив руки за спину, задумчиво буравила взглядом ковёр под ногами. Наконец, отмерла, но только вместо ожидаемого неудовольствия или злости на её лице была какая-то детская обида.

– Почему она, а не я⁈ – произнесла княжна с такой экспрессией, что я на миг даже растерялся.

– Эм, ваше высочество, если вы про наше с ней, как выразилась профессора, соитие, то смею напомнить, у нас с вами уже всё было. Тогда, в поезде.

– Но меня ты в ранге не поднял, – её обвиняющий перст ткнул в меня, – почему выбрал её, мы обе на четвёртом… были.

Нда…

– Ваше высочество, – стараясь говорить как можно спокойней, терпеливо произнёс я, – в том, что баронесса подняла ранг, моей заслуги нет. Ну, если только минимально. Никаких ритуалов не проводил, в голове такого желания не держал, результат удивителен и для меня тоже.

– Слабо верится, – ответила продолжавшая хмуриться Ольга, – только ты с ней, гхым, и вот пожалуйста. Совпадение? Не думаю. А вот со мной – нет. В чём же причина?

– Ну, – я развёл руками, – тут только три варианта: несовпадение места, времени или разница в самом человеке. Просто баронесса отличатся от вас, ваше высочество.

– Не так сильно, как ты думаешь, – буркнула та, продолжая о чём-то напряжённо думать, поджав губы.

В её словах была определённая недосказанность, но с вопросами я не спешил, терпеливо дожидаясь, когда она сама решит выйти на откровенность.

– Ладно, – сдалась она первой, – помнишь, я рассказывала про свою тётю, которая подняла восстание против прошлой императрицы? Лика её дочь и моя двоюродная сестра. Такая же Романова. И, кстати, по законам о наследовании может претендовать на императорский трон. Вот только это выяснилось совсем недавно, и она о своём происхождении не знает. И не должна узнать, Слава, ты понимаешь?

– Понимаю, – ответил глядя, ей глаза в глаза, – у вас одна кровь, поэтому ты думаешь, что тоже могла вырасти в ранге?

– Да, – подтвердила Ольга, – даже если это случилось не по твоей воле, но ты повлиял, я уверена.

Вообще, открытие, что моя томская ещё подруга, на самом деле, царских кровей, было любопытным. И, возможно, объясняло случившееся. Алдора не просто так переселяла своё сознание только в дочерей, и даже не для поддержания иллюзии сохранения царской крови. Скорее всего, в крови её сохранялось что-то, что позволяло расширять земной источник за счёт магии осколков. А здесь, прямо под крепостью огромный источник маны. Поэтому Лика вырастала, когда мы побеждали очередную тварь. Исходившая из неё мана накладывалась на пиковые эмоции, которые она переживала в тот момент, когда в очередной раз каким-то чудом мы выживали и побеждали, и расширяла её резерв. Не душа Алдоры, но её отголосок, оставшийся в крови. И оказавшись в постели со мной, она тоже испытала близкий по силе эмоциональный взрыв, что и поспособствовало очередному прорыву.

Стоило мне всё это обдумать, как, взглянув на княжну, я задумчиво произнёс:

– А знаешь, может, ты и права, между вами нет особой разницы. Можем попробовать поднять и тебя тоже.

Она замерла, удивлённо распахнув глаза, а потом с лёгкими нотками неуверенности в голосе уточнила:

– Что, прямо сейчас?

И тут же оглянулась, словно проверяя, нет ли посторонних.

– Ну, а что тянуть? – пожал я плечами, – тем более не факт, что получится с первой попытки, возможно, придётся долго пробовать разные варианты.

– Какие варианты? – прорезалась в её голосе опаска.

– Разные, – снова пожал я плечами, – откуда я знаю, что у тебя вызовет максимальные эмоции. Возможно, придётся пробовать что-то такое, чего ты ещё не испытывала. Может, даже неприятное. Важна, как я понимаю, сила эмоций, причём, не обязательно положительных, может быть, даже лучше через боль или ощущение приближающейся смерти.

– Слава, – просквозила в словах княжны паника, – ты что со мной собрался делать⁈

– Вызывать в тебе сильные эмоции, – чуть удивлённо посмотрел я на неё, – я же говорил.

– Я, конечно, подумывала ещё раз с тобой переспать, – призналась Ольга, глядя на меня большими глазами, – но от такого, пожалуй, откажусь.

– Зачем переспать, – удивился уже я, – через постель с Ликой вышло, потому что она очень давно об этом мечтала и хотела, поэтому эмоции и захлестнули. С тобой такое не пройдёт. Максимум хорошо проведём время, и только.

– Ну, может, ты знаешь какие-нибудь особые техники? – внезапно спросила она.

– Особые техники? – я задумался, вспоминая свой богатый опыт. – Вообще, у меня была мысль кинуть тебя в логово каким-нибудь тварям или с башни сбросить. Перешагнуть свой предел нелегко, помню, меня, ещё до того, как я генералом стал, похожим образом поднимали. Увезли в Северное море, связали и в шторм выбросили в ледяную воду за борт. Когда меня акула укусила, я сразу сильнее стал.

– Я не хочу, чтобы меня кто-то кусал, и с башни падать не хочу, – глядя на меня, княжна даже на шаг отступила, – найди что-то другое.

– Другое? Тогда нужно что-то, что с тобой ещё не делали. Точно! – я щёлкнул пальцами, – придумал. Только, – тут я серьёзно на неё взглянул, – сразу говорю, твоя жизнь и здоровье не пострадают, но пострадает гордость.

– Гордостью я готова поступиться, – весьма легкомысленно произнесла та.

– Ты так думаешь. Но хорошо. Предупреждаю, эмоции ты испытаешь такие, каких не испытывала никогда.

– И что мне надо делать?

– Ничего, кроме того чтобы спуститься к источнику магии под башней и сделать так, чтобы там больше не было никаких свидетелей. А всё остальное обеспечу я.

* * *

Спустя час я спускался по лестнице на самый нижний подземный этаж, неся в руках большой деревянный ящик, а следом за мной по ступенькам солидно лязгали кандалами толстые, отливающие синевой цепи, которые я перекинул через плечо.

Возле источника, как и было договорено, никого не было, только великая княжна, стояла, разглядывая мягко светящийся обелиск по центру. Я зашёл, запирая за собой дверь, наложил купол тишины, а затем и более серьёзную сферу отрицания, которая не должна была дать вырваться наружу ещё одному магическому всплеску. Очередные вопросы от Аманды мне были не нужны.

– А это точно нужно? – Ольга ткнула пальчиком в скинутые с плеча цепи.

– Это необходимо.

Я обошёл обелиск и, найдя в полу характерные металлические проушины, одобрительно кивнул. Такой большой концентратор был здесь создан искусственно и пробуждён ритуалом. Весьма кровавым. Потом надобность в удержании жертвы отпала, но элементы крепления для удерживающих пут остались. И теперь я собирался их применить по прямому назначению.

Но прежде чем приступать, подошёл к царевне почти вплотную и ещё раз уточнил:

– Ты точно хочешь стать сильнее?

– Я должна, – последовал твёрдый ответ.

– Цена может быть высока.

– Если это не моя жизнь и здоровье, то я согласна.

– Хорошо, тогда становись сюда, спиной к обелиску. Да, вплотную. Руки заведи назад, прижми тоже. Ноги чуть пошире и тоже плотнее к камню.

Стоило ей произвести все манипуляции, как я сноровисто зацепил на её запястьях и лодыжках железные браслеты и стянул винтами. Прямо поверх одежды, конечно, чтобы сильно кожу не натирало. Прошёл к петлям и, продев цепи сквозь проушины, резко натянул так, что княжна охнула, после чего просунул в звенья металлический штифт, фиксируя в натянутом положении.

– Слава, а ты точно знаешь, что делаешь, – вновь прорезалось опасение в её голосе.

– Знаю, – отстранённо произнёс я, вспоминая то время, когда был настоящим тёмным генералом.

Затем обошёл обелиск, вставая перед Ольгой, и добавил:

– Только зови меня не Слава, а Хозяин.

– Я не… – девушка опасно сощурилась, но хлёсткая пощёчина, которую я залепил ей от души, заставила прикусить язык и замолчать.

– Говорить будешь только тогда, когда я прикажу.

А затем, глядя ей прямо в глаза, запустил руку за ворот рубахи в расстёгнутом кителе и, резко дёрнув вниз, разорвал её, оголяя полную заколыхавшуюся грудь.

– Ты моя рабыня, а я твой хозяин и буду делать с тобой всё, что захочу. А будешь сопротивляться, накажу.

Она всё ещё не верила, не воспринимала это с той серьёзностью, какая была необходима, я видел это по глазам. Что ж, скоро она поймёт, что я не шучу и не играю. Подойдут любые эмоции. И самая сильная из них – гнев. Вот когда она возненавидит меня и захочет убить, вот тогда станет сильнее. А пока…

– На колени!

И рывок цепи заставляет её ноги подогнуться.

* * *

Выходил я оттуда спустя долгих три часа, неся на руках потерявшую сознание княжну. Всё получилось, и явно увеличившийся внутренний источник об этом красноречиво свидетельствовал, вот только далось ей это нелегко. Равно как и мне не принесло никакого удовольствия. Вот только что-то другое не принесло бы эмоций такой силы. Только не с ней. Либо бой не на жизнь, а на смерть, либо унижение, такое, какого она даже представить не могла.

Что ж, теперь они вновь с Ликой равны. Хотя это не главное. Княжна хотела силы не для банального соперничества с собственной кузиной. Просто в этой войне или ты сильный, или тебя уничтожат. Противник ясно дал понять, что церемониться и соблюдать хоть какие-то правила войны не намерен.

И теперь она стала сильнее. Пусть и таким путём. Тот момент, когда цель оправдывает средства. Или ты, или тебя, третьего не дано. Боюсь только, это оставит свой след, и всю жизнь она будет помнить эту комнату с обелиском, цепи и меня напротив.

Глава 21

Лондон. Даунинг стрит, 10

Резиденция премьер-министры всё так же была тиха и пустынна, словно не творилась сейчас руками британок История по окончательному решению вопроса с Российской Империей. Но именно здесь был мозговой центр операции, которая и позволила Североатлантической Коалиции добиться значительных успехов с самого начала войны.

Находился он глубоко под резиденцией, защищённый магией сильнее, чем Букингемский дворец, а имели доступ в святая святых ещё меньше лиц, чем в саму резиденцию. Только лишь самые доверенные и обученные кадры.

Погружённый в полумрак зал подсвечивали только работающие артефакты связи, за которыми, надев огромные наушники, сидели операторы, внимательно слушающие эфир, то и дело принимая и отправляя сообщения. Один из козырей, позволявший фактической правительнице Британии оперативно узнавать обо всех изменениях на фронте и не только.

– Мэм, – обратилась одна из оператор к премьер-министре, развалившейся в глубоком кресле и читавшей последние сводки с восточного фронта, – Гамма-один не вышла на связь в назначенное время.

– Это которая была направлена в Иркутскую зону? – припомнила женщина, откладывая сводки в сторону.

– Так точно, мэм. Группы Альфа и Бета отчитались о выполнении. Группой Бета все цели достигнуты, группой Альфа – частично.

– Насколько?

– Русская императрица не убита, но серьёзно ранена.

– Плохо, – недовольно буркнула премьер-министра, – на нашей стороне были и внезапность, и преимущество в архимагинях и артефактах, но выполнено едва ли половина. Хорошо хоть с цесаревной решили. Но этого совершенно недостаточно.

Оператор молча слушала начальницу, ожидая указаний. Если у неё и было какое-то своё мнение на этот счёт, она его озвучивать не спешила. Премьер-министра любила демократию исключительно на словах, на деле, однако, существовало только одно правильное мнение – её. Советов она тоже не терпела ни от кого.

– Так, – наконец, определилась женщина, – передайте: группа Гамма-два и три приступить ко второму варианту и выяснить, что произошло с Гамма-один. А я пока схожу кое-что проверю.

Премьер-министра нетерпеливо поднялась с тихо скрипнувшего кресла, бросив сводки на стол, прошла к толстой бронированной двери, коснулась артефактной пластины, и сработавший на её аурный слепок замок негромко щёлкнул.

Парочка оператор, на секунду отвлёкшись, проводили ту взглядами. Уголки их губ чуть дрогнули, едва-едва намёком на улыбку. Они тоже были в курсе, что с неудачами премьер-министра обыкновенно предпочитает справляться с помощью своего секретаря и его кожаной плётки.

Впрочем, операторы были профессионалками и не позволили себе думать об этом слишком долго, вновь возвращаясь к привычной работе.

За дверью был длинный коридор, наполненный ловушками на случай несанкционированного взлома, а потом ещё одна дверь и снова зачарованная на личную ауру. И вот уже за ней располагалось место, которое все без исключения считали своеобразной комнатой отдыха премьер-министы. Местом, где та хранила свои маленькие, грязные секретики. Они одновременно были и правы, и не правы. Как минимум в том, что секретики были вовсе не маленькие. И премьер-министра искусно прятала их за ширмой извращённых сексуальных пристрастий неспроста.

Стоило ей появиться там, как склонившийся над артефактом личный премьер-министры секретарь поднял голову, блеснул стёклами артефактных очков и холодно поинтересовался:

– Чего тебе?

– Господин, – в голосе женщины прорезались верноподданнические нотки, – простите, что беспокою, но пропала одна из групп, оснащённых артефактом подчинения.

– Которая? – мужчина был лаконичен, как всегда.

– Гамма-один.

Бровь его чуть приподнялась, а затем, прищурившись, он пробормотал:

– Шестой ранг и два пятых. Они не должны были встретить серьёзного сопротивления. У противника не должно было быть никого сильнее четвёрки. Или ваша разведка подкачала?

– Неизвестно, господин, – покраснев от прилившей к щекам крови, – ответила женщина.

Ей было очень стыдно. По-настоящему стыдно, что она подвела его. Увидев это, секретарь смягчился и почти ласково произнёс:

– Ты не виновата. Как говорили в моём мире, первой жертвой любого боя становятся планы этого боя. У остальных групп как результаты?

– Императрица серьёзно ранена, цесаревна ликвидирована! – воспрянув духом, доложила премьер-министр.

– Хороший результат, – одобрил он, чем заставил женщину буквально просиять от радости, а затем, отойдя от сложного магического устройства, с которым он занимался, прикоснулся к ещё одному артефакту, заставляя тот вспыхнуть голографической сферой с множеством мигающих точек.

– Гамма-один, – пробормотал он, – увеличивая одну из областей сферы с одиноко горящей точкой в ней. – Занятно, занятно…

Поколдовал снова, заставив проявиться строчкам непонятных символов, взявшись задумчиво за подбородок, вчитался.

– А вот это уже интересно, – он взглянул на премьер-министру, жадно внимавшую каждому его слову, – два импланта зафиксировали гибель носителя и не активны, а вот один, судя по логам, активен. Правда, сигнал какой-то странный.

– Кто-то выжил?

– Вопрос интересный, – секретарь коснулся очков, – потому что, если я правильно понимаю, имплант носителя сменил. И при этом прежний носитель остался жив.

– Но это невозможно!

– Практически невозможно, – поправил тот женщину, – если не знать принцип действия и где его искать. Но раз сумели, значит кто-то знает больше чем нужно. И это как раз там, где находилась младшая дочь Императрицы…

Мужчина, оторвавшись от артефакта, задумчиво прошёлся по помещению. Замерев на месте, резко поднял взгляд на премьер-министру.

– Если я прав, то она, как и я, родом из другого мира.

– Кто – она? – не поняла сходу женщина.

– Младшая Романова. Я подозревал Императрицу, но по всему выходит, что с главной целью мы ошиблись. Поэтому Гамма-один не справилась. И другие группы, с большой вероятностью, успеха не добьются, если она действительно обладает подобными знаниями. А она обладает, другого объяснения нет.

– И что делать?

– Делать? – тут мужчина неприятно улыбнулся, – подключать мою личную группу – Сигма. Я иду в иркутский осколок.

– Но господин, нельзя так рисковать! Отправим все группы, которые есть, они справятся.

– Не справятся, – резко рубанул рукой в воздухе секретарь, – без меня не справятся. Только я могу оперировать магией Осколков. А без неё там делать нечего.

– Но у нас и так на фронте всё неплохо, что она сможет сделать одна, почти без армии? – всё пыталась отговорить его премьер-министр.

– Ну уж нет, второй раз я подобной ошибки не совершу, – хохотнул мужчина, – тёмных властелин надо давить, пока они маленькие. Иначе потом будет поздно.

* * *

Известие, что княжна и баронесса перескочили с четвёртого ранга на пятый, взбудоражило весь без исключения гарнизон. Ну, официрскую его часть точно. Как и почему, естественно, никто ничего не знал, а спрашивать у княжны – дур не было. К Лике, правда, парочка сослуживиц попыталась подкатить, но тут же нарисовалась полковница охранки и быстро особо любопытным носы прищемила.

В момент нападения на гарнизон, как я и думал, ей повезло быть в осколке, на одном из курируемых объектов, и вместе с персоналом она эвакуировалась через портал. Не скажу, что был данному факту рад до безумия, хотя полезность и необходимость этой дамы признавал. Ну, не любят армейские тайную полицию, не любят, в любом из миров.

Но, хоть доподлинно никто ничего не знал, путём коллективного обсуждения все внезапно решили, что это произошло не без моего участия. И ведь угадали. То ли профессора где-то лишнего болтанула, то ли попались кому-то на глаза, но в общем, спустя пару дней, у моих дверей уже переминалась с ноги на ногу целая делегация просительниц, готовых на что угодно, лишь бы я им помог вырасти в ранге.

Нет, их желание было вполне понятно. Стать сильнее, когда идёт война, желание благородное и патриотичное, но мне всё же казалось, что не последнюю роль тут играли сулимые повышением преференции. В основном дамы-официры у нас были третьего ранга, и повышение до четвёртого даровало дворянство со всеми вытекающими правами и статусом.

– Дамы? – я застыл на пороге, оглядывая выдвинувшихся при моём появлении вперёд майор, – чем могу служить?

– Ваше благородие, не для себя просим, исключительно для скорейшей победы над вражьей сворой! – напористо атаковала меня самая грудастая из них, мощным бюстом чуть не втолкнувшая меня обратно в комнату.

– Не сомневаюсь, – выставил я руку перед собой, удерживая дистанцию, – но ничем помочь не могу.

– Ваше благородие, если вам что-то надо…

– Что мне надо, уже у меня есть, – чуть резче ответил я, но затем, смягчившись, добавил, – если бы я мог – поднял бы в ранге всех, но это, к сожалению, невозможно.

– Значит, это точно были вы!

– Тьфу на вас! – проклял я сам себя за излишнюю доброту, – не я это был, вернее, этот способ подходит не для всех.

– Значит способ есть!

– Тьфу на вас три раза! – я начал закипать, видя просто непрошибаемую, почти ослиную упёртость официр, решивших, что они просто плохо просят, а я ломаюсь, как мальчик. – Говорю же, ничего не выйдет.

– Вы даже не попробовали, – раздался чей-то обиженный голос.

– Не зачем пробовать, когда я и так знаю результат. Всё, дайте пройти!

Практически протолкавшись через толпу, я стремительно пересёк коридор и, почти бегом спустившись по лестничному маршу, рванул к башне, где проводил большую часть времени, медитируя возле кристалла концентратора для быстрейшего восполнения резерва. Полностью опустошённый в бою тот ещё увеличил объём и теперь плюс-минус был равен тому, что у меня был в бытность генералом.

Честно говоря, я думал, что за несколько часов дамы несколько поостынут и успокоятся. Наивный. Стоило мне показаться из башни на обед, как меня вновь встретил укоризненный взгляд пары десятков официр. И ладно бы встретил. Они же натурально таскались за мной по крепости, не давая нормально поесть и, извините, оправиться.

Я просил, требовал, под конец угрожал, но ничего не возымело действия. И можно было, конечно, пожаловаться княжне, но было как-то даже стыдно. Они ничего не делали, просто ходили за мной по пятам и смотрели такими взглядами, словно я был самым гнусным предателем и обманщиком. И ведь правду не скажешь, что княжна с баронессой смогли такое провернуть, потому что в них кровь перерожденки из этого мира, и поэтому они могут повышать свой потенциал за счёт магии Осколков. Вот и приходилось делать вид, что их не замечаю.

Наивный. Вытерпел я лишь до вечера следующего дня, после чего плюнул, благо резерв почти заполнился, поднял роту и умотал всей толпой через портал в крайний осколок, оставив всех вожделеющих повышения в ранге в крепости. Покинуть её без разрешения Ольги они не могли, поэтому им оставалось только кусать локти и ждать моего возвращения. Вот только я предполагал, что будет это не так скоро, если действительно получится пробить телепортационный канал до материка, как я называл оставшуюся целой часть моего прошлого мира.