Протестантизм Республики Башкортостан: социальная реакция на вызовы современности

Текст добавлен: 31 октября 2016, 00:30

Текст книги "Протестантизм Республики Башкортостан: социальная реакция на вызовы современности"

Автор книги: Александр Кляшев

Жанр:

Религиоведение

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 15 страниц)

Ещё одним особенным фактором, делающим протестантизм привлекательным, является его интеллектуализм: интервьюируемые члены религиозных объединений выделяли такие особенности этого направления христианства, как акцент на проповеди при минимальной обрядовости, систематическое изучение Священного Писания и религиозной литературы в домашних библейских группах и воскресных школах, разнообразный спектр вариантов осуществления религиозной жизни верующего, дающий широкие возможности для реализации экзистенциальных поисков, рациональный, осознанный подход к спасению[124]. Благодаря этим качествам в протестантские общины приходит довольно много людей с высоким уровнем образования. Протестантизм в РБ с его систематическим изучением Священного Писания и религиозной литературы, акцентом на проповеди и «интеллектуальным» подходом к спасению привлекателен в основном для людей с достаточно высоким уровнем образования. О притягательности протестантизма для лиц этой категории свидетельствуют и архивные источники, например, Отчет председателя Совета по делам религиозных культов при СНК СССР Полянского «№ 383с 7 декабря 1945 г. <…> об основных моментах, кратко характеризующих состояние и деятельность отдельных религиозных организаций <…>.

Евангелические христиане и баптисты. Учтено всего 2300 общин, расположенных преимущественно на Украине и в Белоруссии. Учет действующих общин еще не закончен и общее количество их возрастет, вероятно до 2500.

Организационно секта Евангельских христиан и баптистов начинает крепнуть и в настоящее время больше, чем какая-либо другая, растет. Рост секты происходит не только за счет последователей православия или другого какого-либо культа, но и за счет интеллигенции (главным образом студенчества вузов и техникумов). Главной причиной этого явления надо считать не только, по-видимому, слабо развернутую работу советских политико-просветительных и культурных организаций, но и такие факторы, как специфический подход и особые методы баптистской религиозной пропаганды вообще, а также упрощенный богослужебный ритуал, не требующий больших материальных затрат»[125].

По данным материалов анкетирования, из 213 опрошенных 42,2% респондентов имеют высшее образование, 30,3% – среднее специальное образование, 11,9% – среднее образование, 1,4% – начальное образование, 2,3% – неполное среднее, 10,1% – незаконченное высшее, 1,8% (четыре респондента) имеют учёную степень. Лица с высшим и незаконченным высшим образованием составляют 52,3%. На долю респондентов с высшим, незаконченным высшим, средним специальным образованием и учёной степенью приходится 84,4%. Результаты ИСПИ РАН по православным на 2004 г., следующие: высшее и незаконченное высшее образование у 28% опрошенных, среднее специальное – у 37%, среднее – у 25%, неполное – у 11%. Данные по «церковному народу» (2004 г.): высшее и незаконченное высшее образование у 32% опрошенных, среднее специальное – у 35%, среднее, ПТУ – у 20,5%, неполное среднее – у 12%. Данные по «воцерковлённым» на 2004 г.: высшее и незаконченное высшее образование у 35% опрошенных, среднее специальное – у 29%, среднее, ПТУ – у 22%, неполное среднее – у 14%. У 42,4% членов постхаризматических церквей г. Уфы (таблица № а) высшее образование, 37,9% имеют среднее специальное образование, 10,6% имеют среднее образование, 3% (два респондента) имеют начальное образование, 3% – незаконченное высшее, 3% (также два респондента) имеют учёную степень. Высшее и незаконченное высшее образование у 45,4% постхаризматов. По нашему мнению, у православных верующих уровень религиозности повышается с уровнем образования (высшее и незаконченное высшее образование у 28% всего массива православных, 31% у полувоцерковлённых и у 35% воцерковлённых), у протестантов такой корреляции нет: в целом по всему массиву респондентов лиц с высшем образованием 42,2%, РОСХВЕ – 42,1%, постхаризматы – 42,4%. У мусульман высшее и незаконченное высшее образование у 14% опрошенных, среднее специальное – у 38%, среднее – у 30%, неполное среднее – у 18%. У протестантов больше лиц с высшим и незаконченным высшим образованием, чем у всех подгрупп православных и у мусульман, и меньше – со средним специальным, средним и начальным образованием.

Эти сведения дополняют материалы по профессиональному составу реcпондентов – членов поздних Евангельских христианских религиозных объединений: 16,5% опрошенных – специалисты и инженерно-технические работники, 13,0% – служащие, 10,9% – пенсионеры. 10,0% – предприниматели, 9,1% – квалифицированные рабочие, 8,7% – руководители предприятий и организаций, 7,8% – домохозяйки, 6,5% – работающие пенсионеры, 6,5% – учащиеся, 2,6% – работники государственного аппарата. Из всех опрошенных 77,3% – работники по найму, 13,5% – собственники предприятий, 9,2% – собственники и работники по найму.

Таблица 1

УРОВЕНЬ ОБРАЗОВАНИЯ В ТИПОЛОГИЧЕСКИХ ГРУППАХ

(поздние Евангельские христиане – 2009 г., православные,

мусульмане – 2004 г., в %)

Образование

Поздние Евангельские христиане

Православные

Мусульмане

православные в целом

православные «церковный народ»

Неполное

3,7

Среднее

11,9

20,5

Среднее

специальное

30,3

Высшее,

незаконченное высшее

52,3 (в том числе 42,2 высшее)

Источник: Материалы Всероссийского исследования религиозности населения (Институт социально-политических исследований РАН, 2004 г., рук. – д.с.н. В.В. Локосов, исп. – д.с.н. Ю.Ю. Синелина); Материалы этносоциологического опроса членов поздних Евангельских христианских религиозных объединений Республики Башкортостан. (ИЭИ УНЦ РАН, Уфа, 2009 г., рук. д.и.н. А. Б. Юнусова; исполн. А. Н. Кляшев).

На специалистов и инженерно-технических работников, служащих, предпринимателей, квалифицированных рабочих, учащихся и руководителей предприятий и организаций приходится в совокупности 63,8%, на собствннников – 22,7%. Позднее Евангельское христианство в РБ привлекателен для квалифицированных специалистов с высоким уровнем образования, работающих по найму либо (в меньшей степени) являющимися собственниками предприятий, в том числе и представляющих носителей тюркских языков. В то же время результаты анкетирования демонстрируют, что позднее Евангельское христианство на территории РБ привлекательно для разных по уровню доходов групп населения, среди которых обеспеченные слои составляют меньшинство: 33,2% составляют респонденты с уровнем личного дохода не более 10 т. р., 31,1% – не более 20 т. р., 15,3% – не более 5 т. р., 11,6% – не более 50 т. р., 5,8% – не более 3 т.р., 1,6% – не более 100 т. р. У 66,7% семей респондентов уровень дохода от 20 до 50 т. р. ежемесячно, у 15,9% семей уровень дохода не более 10 т. р., и только у 5,3% семей доходы не более 100 т. р. в месяц. Уровень благосостояния опрашиваемые оценили следующим образом: 4,8% ни в чём себе не отказывают, у 32,1% респондентов средств в основном хватает, но не на дорогие вещи длительного пользования, у 23,4% на ежедневные расходы денег хватает, но затраты сверх этого проблемны, 22,5% тратят средства только на самое необходимое, живут от зарплаты до зарплаты, 17,2% – на дорогостоящие покупки приходится брать кредит или занимать.

Ещё одной причиной конфессиональной трансформации на территории РБ является утрата частью этносов своих этноконфессиональных традиций. Среди 213 респондентов только 15,9% исповедовали до прихода в протестантизм ислам, хотя общее количество татар и башкир – 30,2%. Мусульман среди них было чуть более половины, причём интервьюируемые отмечали, что считали себя приверженцами ислама в силу своей этнической принадлежности, Ислам глубоко не изучали и не выполняли большей части религиозных обрядов (в основном изредка читались короткие молитвы перед приёмом пищи)[126].

Такая же картина наблюдается у русских, считавших себя до прихода в протестантизм православными (37,5% опрошенных – немногим более половины от всего количества – 63,3%). Об утрате этноконфессиональных традиций этническими православными свидетельствуют данные ВЦИОМ на: 9 декабря 2008 г.: чаще всего религия выступает для россиян в качестве национальной традиции, веры предков (39%, два года назад было 43%). Почти каждый четвертый (26%) считает религию следованием моральным и нравственным нормам (в 2006 году об этом заявляли 23–28% россиян). Для каждого пятого (21%) это часть мировой культуры и истории – с ноября 2006 года количество таких респондентов выросло с 16%. 17% считают религию личным спасением, общением с Богом (в феврале 2006 года к такому мнению склонялись 22%). Каждый десятый (10%) приравнивает религию к соблюдению религиозных обрядов и участию в церковной жизни, 7% – к предрассудку[127].

Среди опрошенных бывших православных 37,5%, бывших мусульман – 15,9%, что свидетельствует о небольшой роли прозелитизма в миссионерской деятельности протестантских организаций на территории РБ – протестантами становятся зачастую люди, не являющиеся практикующими православными и мусульманами, или люди, которые слабо вовлечены в такие практики. Эти данные также подтверждают вывод об утрате этноконфессиональных традиций значительной частью русскоязычного и тюркоязычного населения РБ. Одной из главных причин такого положения дел является целенаправленная политика атеизации, проводившаяся в годы Советской власти.

Принятие протестантизма разными этноконфессиональными группами обусловлено также, на наш взгляд, результатами процесса межэтнической интеграции, неизбежного при совместном проживании различных этносов на протяжении нескольких столетий. Этот процесс, эскалированный в годы индустриализации советского периода попытками создания нового суперэтноса – «советского народа» и продолжающийся по сей день, привёл к тому, что в настоящее время население Башкортостана представляет собой определённую культурную и социально-экономическую общность, в границах которой достигается высокая степень этнической, культурной и социально-психологической толерантности населения и, как следствие, открытость к новым религиозно-мировоззренческим системам. 96,3% респондентов обучались в школе на русском языке, независимо от этнической принадлежности – русский является языком межнационального общения.

Утраченные этноконфессиональные традиции восполняются (а отчасти и замещаются) в поздних Евангельских христианских объединениях религиозными традициями Запада. Всемирный процесс глобализации и наступление постиндустриального общества способствует тому, что население Башкортостана всё в большей степени «вестернизируется» – особенно это касается горожан и молодёжи (37,1% опрошенных возрастом от 15 до 35 лет). «Вестернизация» выражается не только в ношении одежды западного образца и музыкальных предпочтениях. По наблюдениям автора, подавляющее большинство молодых и значительное количество прихожан и служителей среднего возраста имеют свои страницы в социальных интернет-проектах, таких, как «В Контакте», «Одноклассники», «Мой Мир». Протестанты активно пользуются электронными средствами коммуникации, общаясь с верующими из разных регионов Российской Федерации и являясь участниками многочисленных протестантских и межконфессиональных христианских интернет-сообществ. Они участвуют в конференциях и семинарах, проводящихся в различных городах России, на которых встречаются со своими единоверцами из ближнего зарубежья и стран Запада, в основном из США, Швеции и Великобритании. Для наших соотечественников зарубежные гости зачастую выполняют роль культуртрегеров, через которых в религиозную жизнь общин привносятся элементы западной неопротестантской культуры: христоцентричность и демократизм внутрицерковного устройства, социальная активность, простота и открытость в общении, различные виды взаимопомощи в рамках религиозного объединения[128].

Данные анкетирования и интервьюирования свидетельствуют о сознательном выборе протестантизма. Членов поздних Евангельских христианских религиозных объединений, независимо от этнической принадлежности и «предыдущего» мировоззрения, не устраивают следующие особенности православия (как одного из вариантов христианства): «… отталкивают человеческие правила, … акцент на поклонении иконам отдаляет от личности Бога, речи нет о Христе-Спасителе»[129], «… упор на внешние правила»[130], «… разделение на служителей и прихожан»[131], «… излишняя символика, идолопоклонство»[132], «… в РПЦ нет общины (в некоторых православных церквях есть, но в основном нет)»[133], «В Православной церкви мало уделяют чтению самой Библии, служение на церковнославянском, который многие не понимают, даже Библия на церковнославянском не понятна»[134], «В протестантских церквях более близкие отношения между людьми, чем в православных»[135]. Эти данные, на наш взгляд, свидетельствуют об экзистенциальных поисках интервьюируемых, в ходе которых имело место ознакомление с православием, и о сознательном выборе протестантизма. Респондентами были определены привлекательные стороны протестантизма: «У протестантов ясно и понятно (не надо целовать иконы). … Ясность, открытость, понятность. Библию стали объяснять – узнала, кто такой Бог. Именно в протестантизме Бога не подменили куском дерева, Сам Бог говорит через Библию»[136], «… становимся ближе друг другу, Церковь – как семья. Каждый человек может развивать личные отношения с Богом (лично сам). Живое поклонение не только на служениях, поклонение во всей своей жизни. Прожить неделю так, как хочет Господь. В протестантизме Библия применяется в жизни. Бог и возвышенный, недоступный, и Бог – как друг, близость Бога, сострадательность Бога через отношения друг с другом. Полное Евангелие (жить не по части Библии, а по всему Евангелию). Жить так, как учил Христос. Евангелие касается всех сфер жизни (семьи, работы, отношений). Привлекает повседневная жизнь с Богом, в Боге. В протестантизме – личная ответственность перед Богом, учитывается характер человека (может быть, даже делается упор на христианский характер)»[137], «Самое важное в протестантизме – вера становится разумной. Упор не на внешние правила. Личная ответственность перед Богом»[138], «Объединяет и привлекает только Бог»[139], «Стиль поклонения, открытость в отношениях, отношения с Богом напрямую, изучение Библии, доступный язык истолкования»[140], «Отношения с Богом напрямую, изучение Библии, доступный язык, нет разделения между пасторами и прихожанами»[141], «В отношении друг к другу проявляется Божья любовь. Мы меняем своё отношение к человеку, друг к другу на основании Слова Божьего. Протестантские церкви учат любить Бога, видеть его дела»[142], «Нет лишней символики, идолопоклонения, религия применима для жизни, простота получения ответов на жизненные вопросы. Больше всего нравится прикладное использование Библии. Разбираются и обсуждаются Библейские тексты»[143], «Простота, доступность, прямое изучение Библии, общение между прихожанами»[144], «В протестантизме более чётко разъясняют Евангелие, люди, похоже, более ведут тот образ жизни, о котором говорят. Самое главное – проповедуется Истина»[145], «Доступность Слова Божьего, простота в Богослужении, толкование, проповеди, нацеленность на практическое применение веры, внутрицерковные отношения (близкие, тесные)»[146], «… стиль поклонения, отношения с пастором, консультации, внутреннее исцеление (изменение человека в образ и подобие Божие)»[147]. «В протестантизме привлекает изучение Библии. Что сразу понравилось – семейная церковь. Пастор Юха ясно выражает мысли по Библии, очень доступно, хорошо говорит, образованный человек. Личный пример веры – живёт так, как говорит»[148].

Результаты опросов свидетельствуют, что членов поздних Евангельских христианских объединений больше интересуют аспекты религиозной жизни, чем проблемы конфессиональной политики или межконфессиональных отношений. В неопротестантской среде не существует единого мнения по таким вопросам, как отношение к протестантским организациям со стороны представителей других религий, соблюдение Федерального Закона «О свободе совести и о религиозных объединениях» на территории РФ и РБ, а также по вопросу о наличии дискриминации протестантизма со стороны органов государственной власти на территории РФ и РБ – на все эти вопросы имеют место разнообразные варианты ответов, ни один из которых не является превалирующим. Вероятно, сами вопросы актуализировались для респондентов только в момент подачи.

Члены поздних Евангельских христианских религиозных объединений активно участвуют в жизни своих церквей – число служителей превышает число простых прихожан. Общие данные по церквям г. Уфы: прихожан 44,2%, пасторов – 5%, служителей – 50,8%. Эти факты также свидетельствует о сознательном христианстве.

Таким образом, можно выделить общие объективные факторы, являющиеся причиной трансформации конфессиональной идентичности тюркоязычных и восточнославянских этносов Башкортостана: изменение государственной политики от жёсткого государственного контроля до сотрудничества и, в дальнейшем, переориентации курса конфессиональной политики государства в сторону обеспечение реализации верующими своих прав в соответствии с новым законодательством; утрата частью представителей тюркоязычных и восточнославянских народов (башкирами, татарами и русскими) этноконфессиональных традиций, связанная с атеизацией советского периода и процессом межэтнической интеграции; общий высокий уровень образования населения РБ; связанная с утерей этноконфессиональных традиций и с высоким уровнем образования открытость новым мировоззренческим системам; проблема одиночества, связанная с демассификацией и индивидуализацией, сопутствующими вступлением ряда стран в постиндустриальную фазу развития.

К объективным особенным факторам относятся: наднациональный характер протестантизма и позднего Евангельского христианства, его адаптированность к региональной этнической специфике; интеллектуализм этого направления христианства (акцент на проповеди при минимальной обрядовости, систематическое изучение Священного Писания и религиозной литературы, осознанный подход к спасению), удовлетворяющий экзистенциальные поиски национальной интеллигенции; разнообразный спектр вариантов осуществления религиозной жизни верующего, дающий широкие возможности для реализации экзистенциальных поисков, такие специфические формы осуществления религиозных практик, как активная евангелизационная деятельности рядовых членов церквей среди своего близкого окружения, а также разнообразная социальной и благотворительная работа, практикуемая различными религиозными формированиями среди социальных групп риска и малоимущих как в рамках поздних Евангельских христианских объединений, так и за их пределами.

Субъективные факторы: неудовлетворённость респондентов теми ответами на экзистенциальные вопросы, которые предлагают как официальные религии (в данном случае православие и ислам), так и современное общество; неудовлетворённость формами осуществления религиозных практик традиционных религий; экзистенциальные поиски опрашиваемых; высокий уровень образования членов поздних Евангельских христианских религиозных объединений, соответствующий интеллектуализму протестантизма и позднего Евангельского христианства; активной жизненная позиция респондентов, нашедшая своё выражение в участии в различных видах внутрицерковной и внецерковной религиозной деятельности (евангелизационной, образовательной, социальной, благотворительной).

Таким образом, определённая часть населения Республики Башкортостан – активная, высокообразованная, утратившая этноконфессиональные традиции, полинациональная, ищущая ответы на смысл бытия и не удовлетворённая ответами, предлагаемыми обществом и традиционными религиями, обладающая определённым жизненным опытом – выбрала позднее Евангельское христианство как наиболее соответствующую её запросам конфессию.

ЗАКЛ Ю ЧЕНИЕ

Процесс трансформаций конфессиональной идентичности, по мнению некоторых исследователей, связан с глобализацией общества, его фрагментацией, развитием коммуникативных связей, обилием информации, предоставляющей индивиду большой выбор различных мировоззренческих систем в нестабильном окружении[149]. В то же время, как отмечает Е.Г. Балагушкин, «… старые, традиционные религии перестают со временем соответствовать меняющимся социокультурным условиям, все труднее приспосабливаются к ним и, в конце концов, вынуждены бывают «потесниться» и уступить место новым религиям, более адекватно отвечающим изменившимся историческим условиям. <…> изменение религиозного менталитета у определенной части верующих, которым традиционные религиозные институты (например, церкви) начинают казаться «закостеневшими», даже «мертвыми». В связи с этим в обществе развиваются богоискательские настроения, появляется стремление обрести «живую» религиозную веру, соответствующую изменению мироощущения людей, их нравственно-религиозных чувств, представлений о своем месте и значимости на земле. <…> Рост безработицы, инфляции, стоимости жизни, широкое распространение преступности, алкоголизма, наркомании, разгул терроризма, пагубное воздействие индустрии на окружающую природную среду, страх перед ядерной катастрофой – все это вызвало сдвиги в общественном сознании, породив представление о том, что обществом распоряжаются какие-то иррациональные силы. На этой почве произошло оживление богоискательских настроений. <…> Социально-психологические факторы распространения новых религий в западных странах с особой силой проявились в молодежной среде. <…> определенная часть студенчества, представители среднего класса, имеющие порой довольно высокое образование, выступили против потребительского образа жизни. Для них было неприемлемо забвение духовных ценностей ради достижения материально-финансового успеха и высокого положения в иерархии власти. Уход в мистику рассматривался ими как наиболее эффективное средство обретения высокой духовности, как верный путь религиозно-нравственного совершенствования»[150].

Изменения в конфессиональной структуре населения мирового сообщества не обошли стороной и сферу религиозной жизни Российской Федерации и ее субъектов, в том числе и Республику Башкортостан. Можно сказать, что в Республике Башкортостан происходит становление христианских миров двух традиций – византийской, опирающийся на государство, и неопротестантской, инициированной принятием 1 октября 1990 г. Закона СССР «О свободе совести и религиозных организациях», приближенного к модели, функционирующей в США, и подразумевающей осуществление деятельности религиозных организаций в значительной степени независимо от государственной власти. Вторая традиция, наиболее ярко выражена в США: «В Соединенных Штатах Америки с давних пор утверждён принцип «отделения церкви от государства». Принцип этот проводится столь строго, что отсутствует даже официальная статистика вероисповеданий, ибо обращение к гражданам с вопросом об их конфессиональной принадлежности явилось бы нарушением закона»[151]. Если в первой принципы правового государства и, в частности, принцип свободы совести рассматривается как «одним из средств существования Церкви в безрелигиозном мире, позволяющим ей иметь легальный статус в секулярном государстве и независимость от инаковерующих или неверующих слоев общества»[152], то во второй эти принципы рассматриваются как соответствующие «с библейским учением и международными правовыми документами»[153]. Такое положение дел стало возможным в значительной степени благодаря реализации руководством Республики Башкортостан конституционных прав и свобод личности в сфере свободы совести и вероисповедания. Как отметил председатель Совета по делам религий при Правительстве РБ В.П. Пятков, «Будучи этнически неоднородной и многоконфессиональной, Республика Башкортостан является традиционно уникальным субъектом России, в котором успешно реализуется модель межнационального и межконфессионального согласия. <…> на протяжении последних десятилетий сохраняется стабильная религиозная ситуация. <…> Конституционное равенство религий реализовывалось через равно отдаленное отношение руководства республики ко всем конфессиям в Башкортостане. <…> руководство республики <…> создает и создало гарантированные комфортные условия для осуществления свободы совести и вероисповедания, конституционного права»[154].

Протестантские и поздние Евангельские христианские религиозные объединения активно помогают государству в решении социальных проблем: проводится благотворительная деятельность в домах престарелых, больницах и детских домах, а также работа с алкоголиками, наркоманами и бомжами. Социальная деятельность осуществляется неопротестантскими формированиями за счёт собственных ресурсов. Поздние Евангельские христианские церкви ориентируют своих членов на создание крепкой семьи, деторождение, стремление к нравственной жизни. Современных протестантов РБ нельзя считать стопроцентными апологетами «теологии процветания»: мировоззренческие установки протестантов, и, в частности, харизматов претерпевают изменения в сторону смещения акцентов в проповедях и на занятиях домашних групп по изучению Библии с земного благополучия как непременного атрибута христианина на уподобление Иисусу в страданиях и неприятии безбожным миром последователей Христа. Нами был выявлен ряд церквей (ранее бывших харизматическими), в которых сдвиг в сторону апологетики аскезы за период с 2000 по 2009 гг. особенно значителен. Эти церкви условно названы нами «постхаризматические». Во всех поздних Евангельских христианских церквях, исследованных нами, имеет место отказ от экстатических проявлений «торонтского благословения» («святого смеха», «падений в Духе», исцелений) во время воскресных богослужений, а также отход от доктрины «health and wealth». На наш взгляд, поздние Евангельские христианские религиозные объединения Башкортостана находятся в процессе трансформации и инкультурации. По некоторым данным, этот процесс имеет место и на остальной территории Российской Федерации[155].

Для протестантов характерен высокий уровень образования, большая их часть представляет собой высококвалифицированных специалистов с небольшим уровнем дохода. Подавляющая часть протестантов горожане. Поздние Евангельские христиане регулярно посещают воскресные богослужения, домашние группы по изучению Библии, в большинстве своём регулярно читают Библию. Более половины респондентов участвуют в каком-либо служении (группа прославления, лидер домашней группы по изучению Библии, детское служение, служитель подразделения по работе с нарко– и алкозависимыми т. д.). Проведённые исследования позволяют выявить, что отношение христиан – поздних Евангельских христиан к таким понятиям, как вера, спасение души, брак, продолжение рода в общем соответствует общехристианскому. Непротестантские и протестантские религиозные объединения функционируют, успешно адаптируясь к специфике полиэтничных регионов. Если использовать конфессиональный православный термин, можно сказать, что поздние Евангельские христиане представляют собой «воцерковлённых» верующих, активно и сознательно участвующих во внутрицерковной жизни своего религиозного объединения. В то же время отсутствие единого мнения по некоторым вопросам конфессиональной политики и межрелигиозных отношений на территории РФ и РБ свидетельствуют, на наш взгляд, малой политизированностью самих протестантов. По всей видимости, в неопротестантской среде религиозные вопросы более значимы, чем политические.

Общими объективными факторами, являющиеся причиной трансформации конфессиональной идентичности тюркоязычных и восточнославянских этносов Башкортостана, являются: изменение государственной политики от жёсткого государственного контроля до сотрудничества и, в дальнейшем, переориентации курса конфессиональной политики государства в сторону обеспечение реализации верующими своих прав в соответствии с новым законодательством, что, по нашему мнению, является процессом, происходящим в русле общемировых тенденций. Общим объективным фактором является также утрата частью представителей тюркоязычных и восточнославянских народов (башкирами, татарами и русскими) этноконфессиональных традиций, связанная с атеизацией советского периода и процессом межэтнической интеграции; общий высокий уровень образования населения РБ; связанная с утерей этноконфессиональных традиций и с высоким уровнем образования открытость новым мировоззренческим системам; проблема одиночества, связанная с демассификацией и индивидуализацией, сопутствующими вступлением ряда стран в постиндустриальную фазу развития.

Субъективные факторами являются: неудовлетворённость респондентов теми ответами на экзистенциальные вопросы, которые предлагают как официальные религии (в данном случае православие и ислам), так и современное общество; неудовлетворённость формами осуществления религиозных практик традиционных религий; экзистенциальные поиски опрашиваемых; высокий уровень образования членов поздних Евангельских христианских религиозных объединений, соответствующий интеллектуализму протестантизма и позднего Евангельского христианства; активной жизненная позиция респондентов, нашедшая своё выражение в участии в различных видах внутрицерковной и внецерковной религиозной деятельности (евангелизационной, образовательной, социальной, благотворительной).

Таким образом, определённая часть населения Республики Башкортостан – активная, высокообразованная, утратившая этноконфессиональные традиции, полиэтничная, ищущая ответы на смысл бытия и не удовлетворённая ответами, предлагаемыми обществом и традиционными религиями, обладающая определённым жизненным опытом, обладающая социально-психологической толерантностью и готовая воспринимать новые религиозно-мировоззренческие системы – выбрала позднее Евангельское христианство как наиболее соответствующую её запросам конфессию.

Назад к карточке книги "Протестантизм Республики Башкортостан: социальная реакция на вызовы современности"