Текст книги "Тренер Гильдии Фамильяров 6 (СИ)"

Автор книги: Александр Лиманский

Соавторы: Сергей Харченко
сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 15 страниц)

Я одобрительно кивнул Кире. Всё же здравый смысл возобладал над её желаниями.

– Мы и так справимся, – сказал я, и Кира натянула улыбку.

– Я надеюсь, – произнесла она.

На этом наш разговор был завершён.

Отправив Белова контролировать Василия, я вернулся к команде.

Вчерашняя инициация Матильды стала важным рубежом не только для Анны. Это было важно для всей гильдии.

Переход Ядра на четвёртый уровень одного питомца означал, что остальные будут тянуться за ним. И достигнут очередной эволюционной ступени гораздо раньше, чем это случилось бы в обычных условиях.

Это я прекрасно понимал, и такая мысль грела мою душу.

К тому же появился повод рассказать всем о грамотном подходе к распределению характеристик питомца. Нет в этом деле мелочей. Всё важно. Четыре таланта, которые будут неправильно распределены, могут положить крест на дальнейшей эволюции питомца, либо значительно затормозить её.

А это уже первый шаг в пропасть.

– Становись, Львы, – скомандовал я, обводя взглядом притихших бойцов и питомцев рядом с ними. – Вчера лисица Анны успешно пробила свой потолок. Это значит, что система её Ядра перестроилась. И у проводника появилась возможность вручную распределить свободные очки талантов.

Я заложил руки за спину, продолжая свою лекцию.

– Запомните главное правило, которое вбивают на первом курсе корпоративных академий. Спешить здесь категорически нельзя. Лучшая стратегия – подойти к этому процессу осмысленно. Взвесить каждое решение.

– Тренер, а примеры можно? – услышал я от Ветрова. – Как нельзя и как можно.

– Нельзя кидать все свободные очки в Силу, пытаясь сделать из лёгкого зверя танка, – откликнулся я на просьбу. – Вот тебе пример… Также не вливайте всё в Живучесть, надеясь, что ваш питомец станет бессмертным. Какая разница сколько пробегает фамильяр на арене? Если он слаб и не может защитить своего хозяина, то смысл в таком подходе? Поэтому… Важно чётко понимать сильные стороны ваших фамильяров и усиливать именно их. Не забывая о балансе.

Я повернулся к Савельевой. Анна стояла неподалёку, внимательно слушая, а Матильда, уже полностью пришедшая в себя после вчерашней трансформации, сидела у её ног и настороженно водила ушами.

– Разберём на примере твоей лисицы, Анна, – произнёс я. – Песчаная лиса – это классический «дамагер», с упором на манёвренность. Сила удара у неё средняя, защита минимальная. Если ты вкачаешь таланты в её Силу, она всё равно не сможет тягаться с большими противниками.

Я подошёл ближе, указывая на смарт-браслет на её запястье. Анна включила его. выскочило голографическое окошко.

[Вид: Пустынная лиса, боевая линия – Класс: Фамильяр.

Ядро: Уровень 4.

Сила: 5 – Ловкость: 8 – Живучесть: 8 – Энергия: 7

* * *

Внимание! Вам доступны очки талантов. Всего: 4]

– Матильде сейчас критически нужна Ловкость, – продолжал я. – Это её главная характеристика, поэтому показатель «восемь» ничего не значит. Этого мало. С прокачкой ловкости автоматически повысится и шанс успешного уклонения от атак. Впереди у нас непростые поединки в Бронзовой лиге. Какова задача Матильды, Савельева? Как ты думаешь?

– Не принимать основной урон на себя, – ответила Анна. – И контратаковать.

– Именно. Не принимать урон на себя, избегать его, – кивнул я. – Но не просто проводить контратаки, а наносить точечные и быстрые удары. Понятно?

Анна серьёзно кивнула.

– Но есть один нюанс, о котором часто забывают новички в погоне за скоростью, – я поднял указательный палец, акцентируя внимание команды. – Ни в коем случае не забывай про показатель Энергии! Ловкость требует затрат эфира на скоростные рывки и уклонение. Если ты не прокачаешь Энергию, Ядру Матильды просто не хватит ёмкости, чтобы выдерживать затяжные бои. Она истощится, прямо там, на песке, и подарит противнику лёгкую победу. А в будущем, без достаточного резерва, Матильда не сможет перейти на пятый уровень. Потенциала не будет для этого.

Я сделал шаг назад, давая Анне пространство.

– А теперь, Савельева, распределяй очки. Пропорция три к одному. Три – ловкость, один – энергия.

Анна глубоко вздохнула.

– Я уж и не помню, как это было в прошлый раз. Вроде мысленно, через Сопряжение, – растерянно произнесла она.

– Так и есть, – улыбнулся я. – Настройся на ментальный канал, и увидишь нераспределённые таланты. Они будут похожи на яркие звёзды. Ты их раскидываешь мысленно, за пару секунд. Ничего в этом сложного нет. Вопрос лишь в предельной концентрации. Надо настроиться на неё.

Анна кивнула, глаза её засияли. Она явно вспомнила, как это было.

Через пару минут блондинка открыла глаза, довольно улыбнулась.

– Готово, Артур Викторович. Три на Ловкость, одно на Энергию, – доложила она, выдыхая.

Матильда встрепенулась. По её рыжей шёрстке пробежала едва заметная волна тёплого янтарного света. Зверь стал чуть более поджарым, слегка увеличились когти, клыки. Рыжеватый окрас стал ещё ярче.

– Теперь проверим на практике, – я махнул рукой в сторону полосы препятствий, затем добрался до пульта и включил максимальную скорость режима «блуждающие цели». – Запускай её. Полоса готова.

Лисица сорвалась с места, словно ракета.

Результат превзошёл даже мои ожидания.

Матильда не просто уклонялась от летящих снарядов. Она демонстрировала идеальную грацию. Казалось, она заранее чувствует траекторию каждого мешка, буквально обтекая его, словно вода обтекает камни в стремительном ручье.

Её движения казались настолько лёгкими, быстрыми и экономичными, что глаз едва успевал фиксировать рыжую тень. Хотя я понимал, что лисица прикладывает очень много сил. Она хотела показать на что способна.

Анна, не отрывая восхищённого взгляда от своей питомицы, восторженно ахнула, прикрыв рот ладонями.

– Тренер… это просто невероятно! – воскликнула Лера, наблюдая, как Матильда грациозно приземлилась у ног Анны. – Она стала в два раза быстрее!

– Да нет, в три! – ухмыльнулся Дэнни. – Точно говорю.

– И вообще будто не устала! – воскликнул Костя, хотя в глазах я различил зависть.

Желешка так не сможет. Но он пока не понимал потенциал своей питомицы. Как узнает, очумеет, я уверен в этом.

А пока что он тяжело вздыхал и массировал булькающую Желешку, мечтая как она будет обтекать мешки-мишени.

– Вы всё видели. Сразу получили результат. Вот что значит грамотная прокачка питомца, – резюмировал я, довольно улыбаясь. – Запомните этот урок. А теперь…

Я хотел сказать, что пора бы вернуться к отработке триггеров.

Только открыл рот, как в кармане моей куртки надрывно зазвонил телефон.

– Отставить, – бросил я мажору, который уже достал телефон, врубая визг металла.

Я принял звонок от Полины.

– Да, Поля, – ответил я в трубку.

– Артур! Она снова убежала! – голос Дока на том конце провода дрожал от сдерживаемой паники.

– Кто она? Что случилось? – я нахмурился, хотя от нехорошего предчувствия забило в висках набатом.

– Розочка! Я просто хотела её покормить… приоткрыла крышку контейнера, чтобы закинуть пинцетом таракана, а она… как пружина выстрелила! Исчезла под плинтусом!

– Спряталась?

– Если бы. Я всё тут обыскала, её нигде не было! А потом увидела её. Выскочила за дверь.

Полина не успела договорить.

Краем глаза я уловил стремительное движение у скамейки. Барон Сверчанский, который до этого момента вальяжно раскинулся на деревянной поверхности, комментируя неуклюжесть Бублика, вдруг издал истошный и совершенно не гусарский вопль.

Он взмыл в воздух, исполнив немыслимое сальто назад.

В ту же секунду на то место, где он только что находился прыгнула… Розочка.

Она выскочила из-под лавки, и сейчас охотилась. Решила разнообразить свой рацион чем-то более изысканным, чем кормовые тараканы Полины.

Хищно щёлкая ядовитыми ногочелюстями, скутигера кинулась в сторону прыгающего барона.

– Твою дивизию! – истошно завопил Сверчанский, включая аллюр три креста в сторону наших ног. – Ах ты ж многоножка подболотная! Чтоб у тебя все лапы заплелись! Саблю мне! Я эту гусеницу щас на ремни порежу!

Мухоловка приготовилась к новому броску. Последнему для Сверчанского.

– Живчик! Барьер! – гаркнул я, подключая терьера.

Щенок, всегда готовый к активным действиям, мгновенно сгенерировал плотный воздушный барьер. Тот упал будто гильотина, стараясь отсечь мухоловку от жертвы.

Но Розочка оказалась куда проворнее, чем я ожидал. Она изогнула своё длинное тельце, скользнула под вихревой барьер, в последний момент, и ускорилась ещё в полтора раза.

Гусар, извергая многоэтажные проклятия на русском, французском и какой-то непереводимой гусарской латыни, совершил отчаянный прыжок прямо в гущу питомцев.

Но изумрудная скутигера была беспощадной.

Она настигла его в полёте. Ухватила барона ногочелюстями за его заднюю лапку.

Сверчанский издал сдавленный вопль, Дёрнулся в сторону.

Я бросился к ним, на ходу прикидывая, какой приём применить, чтобы оторвать скутигеру в такой напряжённый момент.

Но моей помощи не потребовалось.

Желешка находилась ближе всех к барону Сверчанскому. И от того, что случилось дальше, я обомлел.

Питомица Кости не стала выкидывать щупальца, или пытаться забрать сверчка внутрь. Произошло нечто иное, отчего даже у Смирнова, прекрасно знающего Желешку, отвисла челюсть.

Глава 4

Полупрозрачное тело Желешки пошло крупной рябью. Ровно под двумя глазами-блюдцами, сформировалось совершенно отчётливое подобие рта, будто его сложила трубочкой. Оттуда с тихим свистом вырвалась густая кофейная струйка. Окутала на секунду изумрудную скутигеру.

Розочка отпустила сверчка. Её многочисленные лапки судорожно скрючились. Скутигера свернулась в спираль и… замерла.

– Чтоб тебя жуки-навозники в ком закатали! – взвизгнул барон Сверчанский.

Он уже отпрыгнул в сторону. Но с лапкой всё было в порядке. Он её не подволакивал, приземлился уверенно в метре от скутигеры. Затем гусар судорожно ощупал свои усы, убедился в их сохранности и громко выдохнул, бормоча что-то про «чудесное спасение от зелёного драгуна».

Пока на фоне раздавались возгласы, я продолжал сверлить взглядом Желешку. Отчаянно пытался найти логическое объяснение увиденному. Рта у питомицы Кости уже не было. Он выполнил свою задачу. Исчез бесследно.

Но я видел, что произошло.

Формирование такой непростой анатомии не просто забавный приём. Это железобетонный признак фамильяра четвёртого уровня. Значит, Желешка прямо сейчас находится на пороге эволюционного перехода.

Но парадокс заключался в другом. Желатиновые слаймы биологически не способны на такое. Они природные губки, чистильщики. В их природе не заложено механизмов для синтеза сложных ферментов. Тем более которые могли бы оказать мгновенное парализующее действие на конкретного хищника вроде мухоловки. Это нарушало все законы биомеханики.

Сплошные загадки.

Сначала Искорка со своей нетипичной дымовой завесой. Теперь низкоуровневый слайм устраивает точечную химическую атаку, спасая сверчка.

Мои знания из будущего, на которые я всегда опирался как на незыблемый фундамент, давали трещину. Голова шла кругом от таких аномалий.

Но всё же я видел, что произошло. И последствия будут. Главное, чтобы изменения не навредили самой Желешке. Но уверен, гиперопека Кости здесь сыграет положительную роль. Он увидит, если что будет происходить не то. И скажет мне.

Мои размышления прервал знакомый щелчок. Затем ещё один

Я резко обернулся. Дэнни стоял неподалёку и, прикусив губу, уже снимал парализованную Розочку и булькающую Желешку на камеру смартфона.

А он опять за своё! Я сделал пару шагов к нему, выхватил из его рук телефон.

– Эй! Тренер, отдай! – возмутился мажор.

– Я тебе уже говорил, что нельзя снимать тренировки, Ветров. Тем более такое, – жёстко напомнил я.

– Так я для архива! На память! – возмутился мажор, потянувшись за аппаратом. – Это же просто разрыв шаблона! Желешка вырубила ядовитого ферала!

– Ни в Сетке светить, ни на память, ни для своей девушки. Понял меня, Ветров? – я убрал смартфон в карман своей куртки. – Розочка незарегистрированный ферал. И если это видео попадёт в сеть, инспекция вернётся сюда. На следующий день. И закроет нас.

– Так за что⁈ – возмутился Дэнни.

– А ты не понимаешь? – печально улыбнулась Анна. – За содержание опасных фералов без лицензии.

Лера фыркнула, задержала Бублика, который порывался понюхать мухоловку, за ошейник.

– Как всегда, мажорчик не думает наперёд. Лишь бы лайки собрать, – Соколова смерила Ветрова презрительным взглядом.

– Если мы оставили её на базе, значит, у Артура Викторовича есть на неё какие-то виды, – Анна подошла ближе, вставая на мою сторону. – Ты не задумывался об этом, Денис?

Ветров виновато вздохнул, потирая шею.

– Тренер, я всё понял. Косяк, – признал он, вновь протянул руку. – Можно телефон?

– Отдам после тренировки, – отрезал я, слыша ответный тяжёлый вздох. – Он тебя отвлекает от процесса.

Полина, как оказалось, уже находилась в зале. Док стояла в паре метров от нас, прижимая к себе небольшой стеклянный аквариум. Она услышала суматоху, видела бросок Розочки, и сейчас в её глазах горел сугубо исследовательский азарт.

– Артур, ты понимаешь, что сейчас произошло? – Полина подошла ко мне, с опаской покосившись на слайма. – Может, у Желешки мутация? От того токсина из ионизатора. Который подкинул диверсант.

– Желешка полностью избавилась от токсина, – возразил я, возвращаясь к своему прагматизму. – Ты сама видела показатели сканирования. Стресс в пределах нормы. Да и сейчас…

Я померил смарт-браслетом.

Восемнадцать процентов. Обычное значение для слаймов.

– А если нет? – не унималась Док. – Или это вообще реакция на освежитель Кости. Ты читал состав? Там же парабенов куча, и фосфатов не меньше. Влага плюс химия…

– Не думаю, Поля. Но мы обязательно понаблюдаем за ней, – я поставил точку в нашей небольшой дискуссии.

Дэнни, уже забыв про отобранный телефон, с уважением поглядывал на желеобразный побулькивающий холмик. Желешка удивлённо хлопала глазами, и в её бульканьях прослеживалась вопросительная интонация.

– В любом случае, это наше новое секретное оружие, – заметил Ветров.

– Если, конечно, она сможет это повторить, – осадил я его энтузиазм. – А уж тем более подстроить химический состав под определённого противника.

Я перевёл пристальный взгляд на Смирнова. Костя сидел на корточках рядом со своей питомицей, обнимал её, пачкаясь в зелёной массе. Он выглядел самым счастливым человеком на планете.

– Костя, следи за ней в оба, – сообщил я. – Объясни ей ментально, что можно делать, а что нельзя. А то мы все здесь ляжем на маты, если она решит порадоваться.

– Ага, – ехидно подхватила Лера. – На радостях пустит газы, и нет больше нашей доблестной команды.

Смирнов мгновенно покраснел, вскакивая на ноги. Он загородил Желешку собой, словно защищая ребёнка от хулиганов.

– Лера! Она не пускает газы! – с обидой в голосе воскликнул Костя. – Это способность! Особая тактическая способность! И она выпустила облако изо рта.

Дэнни отвернулся, тщательно скрывая широкую улыбку.

– Именно, – серьёзно кивнул мажор. – Это способность, Костя. Успокойся. Мы все верим в её боевые… выбросы.

Пока команда обменивалась колкостями, Полина приступила к делу. Она поставила аквариум на пол, достала из кармана длинный медицинский пинцет.

Аккуратно и ловко Док подхватила парализованную мухоловку. Розочка лишь слабо дёрнула задней лапкой. Но это и всё её сопротивление.

Затем Док опустила мухоловку на стеклянное дно и плотно закрыла конструкцию сетчатой крышкой, защёлкнув фиксаторы.

Я оценил ячейки. И остался доволен. Теперь она точно не выберется.

– Нашла более защищённое жилище, – натянуто улыбнулась Док, постучав пальцем по стеклу. – И дышать есть чем, и не прогрызёт. Пусть сидит тут, пока мы не найдём для неё капсулу.

Я кивнул, соглашаясь с её решением. Одной проблемой на базе стало меньше, но разобраться в том, что произошло, следует досконально.

Барон Сверчанский вроде оклемался от пережитого шока. И внезапно подскочил к стеклу аквариума. Засверкал фасетками на свернувшуюся мухоловку. Принялся бить лапками и возмущённо поводить усами.

– Ну что, съела, тля щелевая⁈ – надрывался барон, топорща усы. – Давай, дёрнись только! Я тебе все твои ходули морским узлом завяжу! Радуйся, что нас преграда разделяет! Иначе я бы твой волосатый афедрон на британский флаг порвал!

Барон молотил по аквариуму с такой яростью, словно действительно собирался пробить дыру.

Я вздохнул, присел на корточки, наблюдая как поблёскивают фасеточные глазки сверчка. Он был перевозбуждён, испытал острый стресс. И сейчас только распалял себя. Ничем хорошим это не закончится.

Я аккуратно ухватил барона за хитиновое тельце.

– Пусти, командир! Я вызываю эту зелёную сосиску на дуэль! – воскликнул сверчок.

Посадил я его на ладонь.

– Отставить панику, ваше благородие, – спокойно произнёс я. – Враг повержен и надёжно изолирован.

Живчик тявкнул, настороженно взглянул на сверчка. И я строго настрого приказал ему следить за ним. Побежит – подключить вихри и вернуть его. Чтобы не натворил делов.

Оставив команду в зале, мы с Полиной направились в лазарет. Она с аквариумом в руках, я с пытающимся вырваться из сжатой ладони сверчком, который бубнил о возмездии.

Искорка пыхтела, из её лапок периодически показывались когти, затем вновь исчезали, чтобы появиться ещё раз. Обычно так себя ведёт, когда переживает. В данном случае объектом для неё был барон. Оно и понятно. Он уже для неё как братец, пусть и хитиновый.

Да и Живчик к нему привязался. Тоже поскуливал, семеня следом за нами.

В кабинете Дока я отпустил Сверчанского на смотровой стол. Гусар тут же попытался спрыгнуть.

– Барон, вы упоминали о крепкой росе недавно, – намекнул я, и только это задержало Сверчанского.

Он замер, так и не прыгнув, медленно повернулся ко мне, многозначительно задвигал усами-антеннами.

Полина между тем широко улыбнулась, открыла навесной стеклянный шкафчик.

– Да-да. Здесь нужен особый транквилизатор, – констатировала Док.

Поля достала флакон с чистым медицинским спиртом, стеклянную пипетку. Затем набрала немного прозрачной жидкости и склонилась над столом.

Несколько капель сорвалось с пипетки, образовали лужицу перед усатой мордой барона. В нос ударил резкий запах этилового спирта.

Сверчка не нужно было долго уговаривать.

Учуяв знакомый аромат, он моментально позабыл про кровную месть. Жадно припал к лужице, заработав жвалами с поразительной скоростью.

– Трусливая… хлюп-хлюп… луговая пехота… хлюп… – невнятно и уже куда более миролюбиво забормотал сверчок. – Ни чести-с… ни совести-с… хлюп… нападать со спины… Хех! И на кого⁈ На боевого офицера… моветон… хлюп…

Лекарство подействовало безотказно. Выпив всё без остатка, барон выпрямился, покачнулся. Его лапки разъехались на гладкой стальной поверхности.

Сверчанский издал тихий сытый вздох, упал набок и мерно засопел.

Я печально улыбнулся, глядя на страдальца.

Всё закончилось хорошо. Но следует крепко подумать, как сдерживать Розочку. Для неё Сверчанский корм, пока она ферал. И тут ничего не поделаешь. Эволюция беспощадна. Её не интересует, что в гильдии все должны жить дружно.

Что-то придумать сдерживающее на время адаптации и приручения. Либо придумать как приручить её в кратчайшие сроки.

– Идеальная дозировка, Поля, – отвлёкся я от своих мыслей, улыбнулся Доку.

– Твоему прохиндею много ли надо. Я даже больше выдала, – Док убрала флакон на полку, смахнув непослушную прядь со лба. – И удивительно, что он всё выпил.

– Сошлёмся на стресс, – я аккуратно забрал сверчка, переложил в карман.

Оставив Полину, которая начала суетиться у аквариума с Розочкой, прыская через сетчатый потолок только ей известные препараты, я вышел в коридор и направился на плац.

Снаружи прохладный ветерок, дождя нет. Свежо и дышится легче, нежели в помещении. Поэтому я набрал Костю и позвал всех наружу.

Белов что-то в стороне объяснял поникшему Василию. Тот кивал с лопатой в руке и лишь злобно косился в мою сторону.

Как только тандемы высыпали из здания, они обступили меня.

– Так, чтобы не отвлекались, – обвёл я всех беглым вглядом. – Барон успокоился, отдыхает. Виновница конфликта изолирована, ею занимается Полина. А мы переходим на тренировку.

– Тренер, у Неона тоже очки висят с прошлого этапа! Может тоже распределим? – затараторил Ветров, тыкая пальцем в голографический экран. – Вон, ещё четыре таланта.

– Артур Викторович, и Желешка! Можно и её⁈ – Костя едва не подпрыгивал на месте от нетерпения.

Я поднял руку, призывая стаю к тишине. Гул мгновенно стих. Дисциплина в команде росла с каждым днём, и это не могло не радовать.

– Спокойно. Разберём каждого по очереди, – я заложил руки за спину, оглядывая тандемы. – Смирнов, начнём с твоей Желешки. Раз уж она сегодня показала зубы… точнее, рот.

Костя просиял и вывел интерфейс браслета. Его питомица, почувствовав внимание хозяина, радостно булькнула, растеклась у его кроссовок, затем вновь собралась в ком.

– Для начала обрадую. Желешка скоро переходит, – произнёс я.

– Ух ты! – просиял Костя, оборачиваясь к остальным. – Слышали? И скоро?

– Пока неясно. Но эволюционный скачок не за горами. Для перехода на следующий уровень твоей желейной питомице требуется прочный фундамент.

– Что делать?

Я взглянул на статы Желешки.

[Вид: Желатиновый слайм – Класс: Фамильяр.

Ядро: Уровень 3.

Сила: 2 – Ловкость: 3 – Живучесть: 17 – Энергия: 2

Внимание: свободны 4 очка талантов]

– А теперь внимание. Все слушают. Речь о правильном распределении талантов. Не бездумно, или как вам кажется. А голову подключать.

Дэнни осёкся, остальные затихли.

– Итак, Смирнов, – взглянул я на Костю. – Кидай один талант в Ловкость. Это сделает её структуру более гибкой. Она сможет быстрее формировать щупальца для захвата. Остальные три – в Энергию. Ей критически необходим эфирный резерв. Для полноценного перехода на следующий уровень. Без энергии её Ядро может не выдержать инициацию.

Смирнов послушно закрыл глаза, настраиваясь на ментальный канал Сопряжения. Он уже знал как и что делать. Я уловил эфирные волны над Желешкой. Через несколько секунд её поверхность пошла мелкой рябью, приобретая чуть более плотную текстуру.

– Готово! – отрапортовал Костя, довольно потирая руки. – Я прям увидел их, эти звёзды, раскидал, как вы и сказали.

– Отлично. Теперь ты, Ветров, – я повернулся к мажору, рядом с которым величественно восседал хрустальный барс. – Вливай всё в Ловкость.

Я сверился с показаниями. Прикинул, пора ли меняться барсу. Раньше было опасно, из-за того, что у питомца Дэнни была свежая психологическая травма. Его побили разрядами, нарушили структуру эфирных узлов. Отчего очки талантов могли неправильно распределиться. Сейчас же я видел уровень стресса не больше трёх процентов. Что меня успокаивало.

[Вид: Барс хрустальный – Класс: Фамильяр

Ядро: Уровень 3

Сила: 7 – Ловкость: 4 – Живучесть: 6 – Энергия: 7

Внимание: свободны 4 очка талантов]

Дэнни удивлённо моргнул, оторвавшись от экрана браслета.

– Все четыре? Тренер, а как же сила удара? Может, единичку в урон закинем?

– Твой барс и так бьёт достаточно сильно для своей весовой категории. У его семёрка. Для третьего уровня это даже много, – терпеливо объяснил я, указывая на мощные лапы хищника. – Может в энергию? А зачем? Его барьеры невероятно прочны, энергии хватает с избытком. Да и живучесть в норме. Чего ему по-настоящему не хватает, так это природной грации. На арене он двигается тяжело, слишком полагаясь на броню. Делай как я говорю, не пожалеешь. Мы делаем ставку на уклонение и длину прыжков.

Дэнни не стал спорить. Он перевёл взгляд на питомца, прикрыл глаза, распределил очки талантов.

– Забыл в позу лотоса сесть, – едко прокомментировала Лера, отчего Анна еле слышно прыснула.

– Не отвлекай, Соколова, – предупредил я, понимая, почему она злится. Бублик уже прокачан, а она ведь тоже хочет получить результат, улучшить варана.

В это время Неон вздрогнул, по его шерсти пробежали несколько волн энергии, с оттенком серебра. Зверь тихо зарычал, потянулся, словно сбрасывая невидимые оковы.

В этот момент краем глаза я уловил движение Леры.

Она тянула вверх руку, словно примерная первоклассница. Рядом с ней возмущённо фырчал Бублик, посматривая на преображающихся питомцев.

– Слушаю тебя, Соколова, – я едва сдержал улыбку, замечая как она скрывает раздражение. Как дети малые, честное слово.

– Тренер, хотела узнать. А Бублик скоро возьмёт уровень? – Лера опустила руку, деловито поправляя воротник кожаной брони. – Сканер показывает, что есть немного стресса. Когда это случится?

– Так. Сейчас проверим, – я одобрительно кивнул.

Лера училась думать наперёд, и это уже был колоссальный прогресс.

Вновь я активировал смарт-браслет.

[Вид: Шестилапый варан – Класс: Фамильяр.

Ядро: Уровень 3.

Сила: 12 – Ловкость: 3 – Живучесть: 8 – Энергия: 5]

– Когда Бублик возьмёт уровень, распределяй таланты по следующей схеме, – я начал диктовать, чётко выделяя слова. – Два очка в Энергию. Знаешь почему?

– Нужен запас прочности, это я уже знаю, – кивнула Лера. – Для перехода на уровень выше.

– Так точно, – сказал я. – Для шестилапых варанов переход довольно болезненная штука. Если на третий уровень он был более мягким, то дальше следует перестраховаться. Пять энергии – это очень мало. Велик риск разрыва Ядра… Затем один талант в Живучесть, для уплотнения чешуи и усиления танкующих приёмов. И последний талант в Силу.

– А ловкость? – удивилась Лера. – Всего троечка.

– Чуть позже. Пока это важнее, – подчеркнул я. – Из твоего варана мы делаем классического танка. Он должен стать стеной. И обезопасить Проводника.

Лера торопливо достала из кармана смартфон с разбитым экраном, принялась вбивать мои инструкции в заметки, старательно шевеля губами. Бублик в знак согласия фыркнул, капнул кислотой на асфальт.

Результаты грамотного распределения талантов не заставили себя долго ждать. Я дал команду на тренировку по бегу через барьеры, которые вынесли из зала. И плац моментально ожил.

Хрустальный барс Ветрова преобразился на глазах. Неон воспрял духом. Он отталкивался от земли с удивительной лёгкостью, прыгал через барьеры, и приземлялся на лапы почти бесшумно. Исчезла та еле уловимая угловатая тяжесть, которую я подмечал. Это сильно мешало ему маневрировать.

Желешка тоже не отставала. Питомица Кости передвигалась по асфальту заметно быстрее, плавно перетекая от одной точки к другой. В остальном слайм пока не показывал ничего экстраординарного. Но Костя сиял так, будто Желешка только что выиграла Абсолютную Лигу.

Около полудня тренировка плавно подошла к концу. Все отправились на обед. Покормив питомцев, я и сам продегустировал гороховый суп с копчёностями, а затем перловую кашу с котлетами из индейки. И вновь я про себя похвалил Раису Павловну.

Всё же как она быстро и чутко уловила мои замечания.

Очень всё вкусно, а главное не жирно и питательно. Если раньше перловка бы плавала в озере из жира и подсолнечного масла, то теперь это была подливка из овощей с минимальным количеством жира.

Запив обед слегка кислым брусничным компотом, я покинул столовую.

Далее я направился в административный блок. Киры в столовой не было. Значит она в кабинете. По пути я предупредил её о совещании, затем пригласил Родионыча и Семёна, которые отвечали за безопасность базы.

Через пару минут все собрались в кабинете владелицы гильдии.

Кира сидела за столом, нервно постукивая стилусом по экрану планшета. Напротив неё, в креслах для посетителей, расположились Родионыч и Семён. Если старик был бодрым и улыбчивым, то Семён, наоборот выглядел сосредоточенно.

Я прикрыл за собой дверь, занял свободное место. Разговор предстоял серьёзный.

– Сергея мы устроили в комнатушке недалеко от холла. Периметр контролируем, камеры работают в штатном режиме, – без предисловий начал Родионыч, разминая узловатые пальцы. – Но, учитывая последние события, Артур Викторович, этого катастрофически мало.

Семён утвердительно хмыкнул, сложив мощные руки на груди.

– Ваши предложения? – оглядел я охрану, поймав на себе тревожный взгляд Киры.

– Только чтобы без излишнего вливания средств, – заметила Воронцова. – У нас осталось лишь на то, чтобы заплатить за свет и воду, да прикупить продукты, и расходные материалы.

– Если бойцы Синдикатов решат сюда вломиться, наши камеры их не остановят. Небольшую группу остановим. А если их будет больше? – гулкий бас охранника заполнял весь кабинет. – Скрутят объективы, пустят газ в вентиляцию, и поминай как звали.

Кира побледнела. Отложила стилус, сцепив дрожащие пальцы в замок.

– Вы думаете, они действительно могут пойти на прямой штурм? Мы уже официальная гильдия Бронзы, – голос финдиректора дрогнул. – Это же скандал. Пресса, расследование…

– Для Синдикатов пресса – это дрессированная болонка, Кира Евгеньевна, – жёстко осадил я, избавляя от иллюзий. – А расследование закончится ровно в тот момент, когда на счета следователей и представителей прессы поступят банковский перевод… Мы помешали планам Ветрова-старшего. Мы прячем хакера, который знает слишком много и многое может. Для них мы уже не просто заноза, а полноценная кость в горле. Я присоединяюсь к остальным. Защиту нужно усиливать.

Родионыч вытащил из кармана пиджака потёртый блокнот, перелистнул несколько страниц.

– Мы с Семёном подготовим проект защиты периметра, – деловито сообщил старик. – Датчики движения, барьеры и прочее. Но на это уйдёт время. И как вы говорите, денег мало.

– Я сказала, что их нет, – вздохнула Кира.

– Придётся найти, Кира Евгеньевна, – взглянул на неё старик, понимающе кивая. – Я знаю нашу ситуацию. Но лучше перестраховаться. Иначе потеряем всё.

– Так, ладно, – буквально выдавила из себя Кира, оглядывая нас. – Что дальше?

– Пока предлагаем начать с базового минимума, – добавил Родионыч.

Семён достал из внутреннего кармана лист бумаги. Положил его на стол, разворачивая, придвинул его к Кире.

– Нужно закрыть главный вход, – прогудел Семён. – Ставим бронированную рамку металлодетектора, со встроенным газоанализатором. И усиленный электронный турникет. Если сунутся с оружием или химией – система заблокирует их намертво. Появится барьер. А мы между тем выиграем время.

Кира быстро пробежалась взглядом по строчкам в блокноте, и её лицо вытянулось. Она открыла таблицу в своём планшете, тяжело вздохнув.

– Само оборудование обойдётся нам в триста тысяч рублей, – обречённо констатировала Воронцова, глядя на итоговую цифру. – И это только само оборудование. А монтаж? Настройка?

– За работу платить не придётся, – подал голос Семён, слегка изогнув бровь. – Мои… хм… знакомые специалисты сделают всё в лучшем виде. Бесплатно.

Я понимающе усмехнулся. Эти невидимые «знакомые специалисты» Семёна работали быстрее, тише и качественнее любой сертифицированной бригады в Питере. И лишних вопросов никогда не задавали.