Текст книги "Тренер Гильдии Фамильяров 6 (СИ)"

Автор книги: Александр Лиманский

Соавторы: Сергей Харченко
сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 15 страниц)

Глава 11

Ствол одного из стрелков уже смещался в мою сторону. А Серёга замер будто его отлили из бронзы.

Секунды мне хватило, чтобы оценить диспозицию.

Узкое пространство лестничной клетки – идеальная ловушка. Ввязываться в драку здесь было самоубийством.

Живчик мог бы сгенерировать воздушный барьер, но я не хотел рисковать. Уплотнённый воздух отлично отбрасывал фералов, замечательно крутились мини-смерчи. Но даже если терьер поставит заслон, его могут пробить. Риск велик.

А вступать в прямое столкновение нельзя. Мало ли что у них ещё для нас припасено?

Мне нужен был не щит. Хаос. Вот что было бы идеальным. Причём быстрый и действенный.

«Искорка! Дымовая завеса! Концентрация на максимум!» – ментальный приказ Искорке по каналу Сопряжения был прямым и чётким.

Я прекрасно помнил, на что способна эта кроха. И она не подкачала.

Огненная саламандра собралась, ещё сильней вцепилась коготками в моё плечо. Тельце Искорки напряглось, а затем с громким шипением она выплюнула изо рта густую жёлтую струю.

Едкий дым за долю секунды заполнил всё пространство лестничной клетки вокруг нападавших. И сернистый газ сработал безотказно. Он ударил по глазам и лёгким безопасников Синдиката с эффективностью армейской газовой гранаты.

Сквозь жёлтую пелену послышался кашель, глухой стук выпавшего из рук оружия, а затем лестничная клетка наполнилась звуками форменного удушья.

Неизвестные, потеряв всякую слаженность, зашлись в жестоком кашле, раздираемом их лёгкие. Они грязно ругались, чихали, хрипели. Дым до нас не добрался по одной причине. Здесь уже работал Живчик, поставив воздушный заслон. Облако клубилось на невидимой границе в полуметре от нас.

– Уходим! – рявкнул я, ухватив ошалевшего Серёгу за локоть.

Друга не надо было долго уговаривать. Мы сбежали по ступеням, вырываясь из зоны поражения. Живчик, не дожидаясь особых приглашений, пулей вылетел следом.

Оказавшись на безопасном расстоянии, в лабиринте сырых питерских дворов, мы наконец-то перешли на шаг.

Я быстро проанализировал ситуацию.

Выстрел прозвучал глухо, без привычного порохового раската. Точно не огнестрел. По характерному хлопку и тому, как именно разнесло коробку, я мгновенно идентифицировал оружие.

Кинетический импульсник, корпоративного класса.

Притом были ещё моменты. Все трое готовились, двигались слаженно.

Чёрные штурмовые куртки, тактические ботинки.

Всё сводилось к тому, что это не уличные бандиты или наёмные отморозки. Элита безопасности Синдиката. И они пришли явно не для того, чтобы побеседовать о погоде. Им был по-прежнему нужен Серёга. И то, что он выносил с собой.

Серый между тем остановился под тусклым уличным фонарём, согнулся пополам и тяжело опёрся руками о колени. Хакер судорожно хватал ртом воздух, а в его глазах стояли самые настоящие слёзы.

– Там видюха была… Двести кусков, – простонал мой друг, хватаясь за голову и причитая по уничтоженному системному блоку с такой скорбью, словно потерял близкого родственника.

– Ты уже говорил, – сухо осадил я его.

– Артур, ты не понимаешь! Я его по частям собирал! Ждал месяц. А за кулерами на другой конец города мотался!

Я взял его за плечи и хорошенько встряхнул, жёстко возвращая хакера в реальность.

– Флешки целы? – чеканя каждое слово, спросил я. Серёга рефлекторно засунул руку в карман. – Вот. Целы. Я же сам говорил, что именно они представляют для тебя настоящую ценность. А железо новое купим. Главное, что сами живы остались.

Серёга продолжал держать руку в кармане. Тяжело вздыхая, он наконец-то кивнул.

На базу «Огненных львов» мы вернулись без приключений. лишь по пути барон Сверчанский, спрятавшись под воротником, бубнил про удары кавалерией и беспощадное вырезание вражеских сердец.

В этот раз на ночной смене дежурил Родионыч. Старик сидел в будке охраны, внимательно изучая сводки с камер наблюдения. Он встретил нас хмурым взглядом, понимая достаточно, чтобы закрыть за нами дверь на засов и активировать усиленный защитный барьер у входа.

Затем вернулся к посту охраны, вопросительно посматривая на нас.

– На нас напали, Христофор Родионович. На квартире Серого, – тихо, чтобы не разносить эхо по этажу, произнёс я.

Родионыч медленно перевёл на меня тяжёлый взгляд. Старик не стал охать или разводить руками.

– Не буду спрашивать, зачем вы туда вернулись, – спокойно и рассудительно ответил охранник. – Видно, была на то причина.

– Да, весомая, – буркнул подошедший сзади Серёга, всё ещё переживая потерю.

– Это были люди Синдиката, – продолжил я вводить ветерана в курс дела.

– И откуда такая версия? – Родионыч прищурился, держа руки на поясе. – В Питере полно любителей поживиться в чужих квартирах.

– Одежда, выправка. Двигались слишком профессионально, – я перечислил факты. – И оружие. Притом стреляли из импульсника. Не обычный огнестрел.

Серёга возмущённо фыркнул, всплеснув руками.

– У меня системник в руках разлетелся! На куски! – выпалил хакер. – Ты о чём, Артур? Какие нахрен глушилки? Они же меня убить хотели!

– Это был силовой разряд, Серый, – терпеливо пояснил я, глядя на друга. – Если бы в тебя выстрелили из обычного огнестрела, мы бы в этом подъезде оглохли. А там был хлопок и звук импульса. Тебя бы вырубило напрочь.

– Та чо получается? – Серый побледнел. – Если бы не системник, ты бы меня на себе тащил?

– Если бы утащил, – заметил я.

Хотя Живчик бы справился, не сомневаюсь. Но проверять не хотелось. Как там моя бабуля говорила? Если бы абы да кабы, то во рту росли б грибы. Вот и сейчас гадать на ромашке, вырвались бы мы или нет, смысла нет никакого.

Мы вырвались. Никто не пострадал. Этого достаточно.

Родионыч после моих слов даже не изменился в лице. Лишь желваки на его скулах угрожающе заиграли. Старик прекрасно понимал, чем грозит прямой контакт с боевиками корпорации. Притом уже не первый.

– Тогда да. Синдикат… – медленно протянул старик, барабаня пальцами по рукояти разрядника. – Понял. Усилю периметр.

– Каким образом? – поинтересовался я.

База и так была напичкана камерами, а в холле турникет. Он уже усилил барьер на входе. Что ещё?

Родионыч хищно ухмыльнулся в седые усы. В этой улыбке промелькнуло много того, что вызывало дополнительные вопросы. В то же время это меня почему-то успокоило.

– Это уже моя забота, – глухо ответил Родионыч. – Спите спокойно, Артур Викторович. Муха не пролетит. А попытается, так сама будет виновата.

Я кивнул, полностью доверяя его опыту.

Оставив Серого под надёжной опекой ветерана, я услышал пение, доносившееся из административного крыла.

– Не жалеет себя Артём Сергеич, – ухмыльнулся Родионыч напоследок. – Опять допоздна засиживается.

Человек я не любопытный. Но что делает Белов в такое позднее время, когда его ждёт дома семья, было интересно.

Ваяет шедевр очередной, сомнений не было. Но невыспавшийся помощник был равносилен балласту, который только мешает тренировкам. Поэтому настала пора напомнить ему, что пора ему позаботиться об отдыхе.

Я заглянул внутрь кабинета Белова.

Помощник сидел за своим рабочим столом, склонившись над большим холстом, установленным на треноге. Белов был весь, по самые уши, перемазан в клее ПВА. На его лбу блестели капли пота, а к щеке прилип кусочек скорлупы от грецкого ореха.

– Ошибка-ши-и-ибка… – напевал Белов, приклеивая очередной фрагмент на холст, затем пригляделся, немного отодвигаясь и прищурившись. – Ошибка-ши-и-ибка… Твоя улыбка-а-а…

Хотя плюсы были. Я перевёл взгляд на край стола. Столешница была завалена распечатками с тактическими схемами, графиками и подробными разборами тандемов гильдии «Лютые». Надо отдать должное, Белов успел проделать колоссальную аналитическую работу, прежде чем сесть за своё абстрактное искусство.

Услышав возмущённое шипение Искорки, Артём Сергеевич вздрогнул, прервал пение и поднял на меня глаза, которые поблёскивали от энтузиазма.

– О, Артур! Смотри, какая красота! – Коуч расплылся в гордой улыбке, бережно поднимая холст двумя руками и демонстрируя его мне.

Я прищурился, честно пытаясь разглядеть в хаотичном нагромождении ореховой скорлупы, фисташек и высохшего клея хоть какой-то намёк на эпичную битву на арене.

– Опять купальщицы, – с серьёзным видом изрёк я, почёсывая подбородок.

– Это наша победа! – улыбка слетела с лица Белова. – Победа над «Хищниками» в финале «Бетонки»!

– Да, точно, – задумчиво пробормотал я, делая вид, что вглядываюсь в холст. Половина заклеена скорлупой, вот и всё, что я видел. – Это же купальщицы! Вы прям озабочены этой темой, Артём Сергеич. Столько страсти в этих… выпуклостях.

Белов запыхтел, поднялся, а его лицо мгновенно поменяло цвет, приобрело цвет переспелого помидора.

– Да какие купальщицы, Горай⁈ – искренне оскорбился Коуч, тыча перемазанным в клею пальцем в холст. – Где ты тут баб увидел⁈ Вот же! Вот это круглое. Желешка! А вот это, с зубчиками – Неон! А вот Бублик держит щит! И сверху, Матильда в прыжке! Как можно не узнать собственную команду⁈

Я не выдержал, коротко усмехнулся, поднимая руки в примирительном жесте.

– Да шучу я, Артём Сергеич. Не кипятитесь. Скорее, тут вообще ничего не понятно. Просто куча наклеенных фрагментов. Впрочем, как и на вашей прошлой картине.

– Да ничо ты не понимаешь в современном искусстве! – насупился Белов, бережно приглаживая картинку на холсте, будто она была выложена из драгоценных камней. – Корепанов оценит. Вот увидишь! Он за прошлую работу триста тыщ отвалил, и за эту не меньше даст. Главное – энергетика, Артур! Посыл! Вот что важно!

– Это важно, – кивнул я, сдерживая улыбку. – Но ещё важнее высыпаться, Артём. Завтра последний день перед нашим дебютом в Бронзе. И я хочу, чтобы вы заряжали своей энергией команду, а не зевали и посматривали на время.

Белов вытащил телефон, посмотрел на часы.

– Твою же мать, – выдохнул он. – Полтора часа пролетели, как и не было. Да, я уже заканчиваю.

– Надеюсь. Доброго вечера.

Я оставил гения эксклюзивного художества, и в компании питомцев отправился домой.

С другой стороны не было ничего в этом плохого. Как раз наоборот. Плюсов много. Его хобби помогает держаться подальше от транквилизаторов и справляться со стрессом. Пусть клеит хоть купальщиц, хоть динозавров. Или купальщиц на фоне динозавров. Да и Корепанов может купить его картину. Для гильдии эти деньги будут не лишними.

Главное, чтобы спал вовремя. Режим сна и отдыха, особенно сейчас, важнее всего остального. На кону первое выступление нашей команды на Бронзовой арене. И от помощника тоже многое зависит.

Вернувшись домой, я, как обычно, посвятил время своим питомцам. Покормил их, сам поел очередной доширак. На этот раз нарезал сосисок и варёного яйца, добавил кетчупа. Получилось вполне съедобно. Уж лучше чем пустую лапшу трескать.

Живчик, уставший за этот день, вылизал свою миску, затем свернулся клубком на диване и практически мгновенно уснул, тихонько посапывая.

Барон Сверчанский на его фоне вяло ковырял дольку апельсина, вновь сетуя на скудный паёк.

А вот Искорка вела себя странно. Саламандра была активна, с аппетитом съела предложенный сублимат, но её поведение было далёким от привычного.

Она постоянно ёрзала, тёрлась боками о мебель и изредка издавала короткие, недовольные шипящие звуки.

Я усадил её на стол под лампу, внимательно осмотрел.

Внешне всё было в норме: чешуя блестела, окрас ровный, глаза ясные. Но мне категорически не нравилось состояние её «кузнечных» желёз. Сейчас они странно пульсировали, вразнобой. Словно крошечные сердечки. И от них исходил едва заметный аномальный жар.

Барон Сверчанский отвлёкся от своей трапезы, пригладил усы лапками, взглянув в мою сторону фасетками.

– Мадмуазель жалуется, командир, – доложил гусар. – Говорит, что у неё просто невыносимо чешется под кожей.

Я нахмурился.

– Где именно чешется?

– Да как раз там, где эти её… огнемётные сопла расположены, – Сверчанский ткнул лапкой в сторону Искорки. – И ещё по всей спине, вдоль хребта. Говорит, словно блохи под чешуёй завелись, только горячие.

Что это значило – было абсолютно непонятно. Зуд в области эфирных желёз. Полина, осматривавшая Искорку на базе после того чудовищного выброса энергии, не смогла дать дельного ответа. Констатировала лишь перегрузку Ядра, но не нашла никаких физиологических отклонений.

Я достал телефон, списался с Михаилом Покровским.

Он был лучший фамтехом, кого я знал. Знает об эфирных мутациях больше чем кто бы то ни был. Я скинул все симптомы, вспомнил о тапироиде, который поделился с ней энергией, и также указал про этот случай.

«С подобной мутацией у огненных саламандр не сталкивался. Наблюдай. Если зуд не пройдёт, вези ко мне в клинику», – прочёл я ответ Покровского.

Загадка повисла в воздухе. Мне всё же не давал покоя тот самый случай. Бурбур не просто поделился с Искоркой энергией. Он вполне вероятно запустил в её Ядре некий совершенно новый и неизвестный нам процесс.

Главное, чтобы никто не пострадал. И в особенности с крохой всё было в порядке.

На этой тревожной мысли я и уснул.

* * *

На окраине Питера, штаб-квартира «Виктория-фарма», в это же время

В просторном и выдержанном в холодных тонах кабинете владельца компании «Виктория-фарма» царило напряжение.

Глава Синдиката, Григорий Иванович Алтуфьев, в бешенстве мерил шагами дорогой паркет. Несмотря на свои годы и большой живот, двигался он проворно. И причиной был гнев, который выплёскивался из него фонтаном.

Перед ним, вытянувшись по стойке смирно, замерли начальник службы безопасности и двое его лучших спецов.

Лица подчинённых были кислыми, красными и отёкшими. Физиономия их начальника озадаченной.

Притом этот запах… От чёрных штурмовых курток безопасников ощутимо несло жжёной серой. Оперативники периодически глухо покашливали в кулаки.

– Ещё раз! Какого чёрта вы стреляли⁈ – вспыхнул Алтуфьев. Он резко остановился, врезался яростным взглядом в Тимура. – Тихо забрать того сопливого хакера! Тихо! Вот что надо было сделать! Вытащить его из квартиры и упаковать в фургон. А не устраивать канонаду в жилом доме и привлекать к себе внимание!

Тимур едва заметно поморщился.

– Это были глушилки, Григорий Иванович. Мы не стреляли из огнестрела, хлопок был минимальный, – безэмоциональным тоном пробубнил начальник опергруппы.

– Да какая нахрен разница⁈ – Алтуфьев с размаху ударил кулаком по дубовому столу. – Какая! Разница! Глушилки, морилки, парализаторы… Это выстрел! Это шум! Это следы, которые нам потом придётся подчищать!

– Уже подчистили, – буркнул Тимур, но тут же потупился под взглядом Алтуфьева.

Один из оперативников, худощавый парень, глаза которого всё ещё слезились, не выдержал.

– Там были боевые питомцы, босс, – хрипло отозвался он. – Этого хакера прикрывал лично наставник этих… «Огненных львов».

– Помолчи, Петя, – заткнул ему рот Тимур, затем продолжил, уже за своего подчинённого. – Я управлял операцией. И я принял решение действовать на поражение. Пока они не натравили на нас зверьё. Так что наказывайте меня. Мои подчинённые ни при чём.

– Херовое решение ты принял, Тимурчик! – рявкнул глава филиала. – Что вы сделали⁈ Уничтожили системный блок! Разнесли его в хлам! А если там было что-то секретное⁈ Что-то жизненно важное, из-за чего этот сопляк вообще попёрся в ту квартиру⁈

– Мы восстановили содержимое жёсткого диска, – заметил Тимур.

– И что? – Алтуфьев сузил глаза. – Наши технари что-то нашли на нём? Может в квартире при обыске?

– Нет, ничего. Пусто, – неохотно признался Тимур, слегка опустив голову. – На диске – фильмы, музыка. Несколько текстовых документов. Списки покупок компьютерного оборудования и расценки на комплектующие. И всё. Квартира была пустышкой.

Алтуфьев тяжело задышал, его лицо пошло красными пятнами.

– Пустышка⁈ Они системный блок вынесли, а вы не нашли его… Тоже мне, ищейки…

– Видно тот лежал в тайнике, – сухо ответил начальник безопасников.

– Но зачем-то они туда приходили⁈ – вспыхнул Алтуфьев.

– Да, – кивнул Тимур. – Не могли же они так рисковать ради пустого компьютера.

– Вы подвели меня, – процедил Алтуфьев, тяжело опускаясь в кожаное кресло. – Подвели очень сильно. Теперь они знают, что мы идём по их следу. Теперь этот Горай подготовится, забаррикадируется на своей базе, и повлиять на них станет ещё сложнее.

Тимур вновь начал мямлить оправдания. Про то, что с хакером был наставник «Львов», про мелкую ящерку, которая плюнула сернистым дымом.

Алтуфьев брезгливо поморщился, устало махнул рукой, отпуская провонявших серой безопасников.

Оставшись один, глава Синдиката протянул руку к смартфону. Сейчас, по всем правилам, ему нужно было позвонить Москвину, его начальнику и владельцу «Нео-Синтеза».

Палец завис над зелёной кнопкой вызова.

Алтуфьев судорожно сглотнул. Внезапно запершило в горле.

Понятно, что будет, если он нажмёт на эту кнопку. Так он распишется в собственной профнепригодности. Признает, что его элитная служба безопасности не справляется с кучкой неудачников из местечковой гильдии и одним сопливым хакером.

Следовало доложить на самый верх о провале пустяковой операции. А Москвин ошибок не прощал. И действовал жёстко.

Алтуфьев передумал. Он не станет звонить. Пока не исправит ситуацию сам.

Владелец «Виктории-фарма» набрал начальника безопасников, пригласил его вновь в кабинет. Когда коренастый парень показался в кабинете, закрывая за собой дверь, Алтуфьев поднял на него тяжёлый взгляд.

– Так, Тимур, – мрачно произнёс Алтуфьев. – Задача для тебя лично. Ответственная и приоритетная. Подготовь план нападения на базу «Львов». И как можно быстрее.

Тимур удивлённо вскинул брови, но промолчал.

– Учти все риски, – продолжил чеканить глава филиала. – Опасности, систему безопасности, камеры, всех этих чёртовых боевых питомцев.

– Понял.

– Задача такая. Вытащить оттуда хакера любой ценой. Вместе с теми данными, которые он выкрал из нашей базы, – продолжал Алтуфьев.

– Всё ясно, Григорий Иванович, но…

– И мне плевать, сколько глушилок вам придётся для этого использовать! – гаркнул на него владелец Синдиката. – Выполнять!

Тимур вышел, а Алтуфьев добрался до бара. Дрожащей рукой налил себе стакан коньяка и влил в себя, чтобы успокоить нервы.

Выбора ему не оставили. Только силовой путь. Это было не по правилам, и незаконно. Но ведь победителей не судят, верно?

* * *

Утро следующего дня на базе началось с отличных новостей. Проблема с заклинившей крышей в старом ангаре разрешилась.

Семён, как и обещал, нашёл, по его словам, рукастого специалиста.

Мастером оказался жилистый мужичок лет сорока с пышными усами, от которого машинным маслом веяло за версту.

Звали его Степан. И в отличие от вчерашнего бородатого спеца, который с порога заломил космическую смету, Стёпа не стал набивать себе цену.

Он ловко, с цепкостью опытного монтажника, в одиночку вскарабкался по страховочному тросу под самый купол ангара.

Когда я подошёл он уже находился там полчаса. Методично простукивал балки, ковырялся в механизмах, светил мощным налобным фонариком в стыки распашных створок.

Наконец, мастер спустился вниз, отряхнул руки о брезентовую спецовку.

– Всё бы этим современным деятелям снести да поменять, – проворчал Степан, доставая из нагрудного кармана помятую сигаретку, покрутил её между пальцев. – Несущие балки в идеале. Гидравлика наверху живая, масляные насосы давление держат. Надо лишь поменять масло, оно старое. И заменить пару проржавевших жалюзей. Менять крышу целиком… Хех… Тоже мне…

Семён, стоявший рядом со мной, удовлетворённо кивнул.

– Дорого выйдет, Стёпа?

Усатый мастер прикурил, выпустив облачко едкого дыма.

– Ну, под двадцать тыщ точно вылезет. Всё же форма у них особенная, на заказ гнуть придётся. Да и элементы здоровые, тяжёлые, как лопасти вертолётные, – Степан прищурился, глядя на пульт, тёмную коробку, усыпанную индикаторами, кнопками и тумблерами. – Мне бы ещё надо взглянуть на центральный блок управления, гидроприводную систему и сами шестерни. Есть у меня один универсальный химический очиститель ржавчины. Моя личная разработка, военная химия. Эта дрянь старую коррозию сожрёт в один момент, как кислота. Смажем, откалибруем, и створки будут летать, как новенькие.

Я стоял молча, но мысленно с облегчением выдохнул.

Бюджет гильдии спасён. Двадцать тысяч против вчерашних восьмисот – это даже не скидка. Подарок судьбы.

Конечно, эту сумму придётся списать с гильдейской карточки. Там и осталось примерно столько. Баланс уйдёт практически в ноль.

Но я без сожаления расстанусь с этой суммой.

Главное, что крыша для Вэллора будет готова в срок. И мы, наконец-то, сможем тайно перевезти его в его новые и довольно просторные апартаменты.

Оставив Семёна и Стёпу колдовать над заржавевшей гидравликой ангара, я быстрым шагом направился на уличный плац.

Решение хозяйственных проблем важно, но грядущий бой в Бронзовой лиге никто не отменял. Завтра нам предстоит выйти на песок против «Лютых», и моя команда должна быть готова ко всему.

Белов уже собрал команду во внутреннем дворе. Я вышел на площадку, хлопнул в ладоши, привлекая внимание тандемов, которые как раз заканчивали базовую разминку.

– Закончили тянуться! – громко скомандовал я. – Переходим к главному блюду. Отрабатываем тактические связки против «Лютых». Вчера мы разобрали теорию, отработали на стационарных целях. Сегодня будет нечто особенное!

Я подозвал Анну.

– Матильда! – я указал на пустынную лисицу. – Сегодня она учится работать в условиях нулевой видимости. Никакого зрения. Только слух и обоняние. Ты будешь её глазами.

– Поняла, – кивнула Анна. – Радужная гаргулья на неё воздействовать не должна.

– Если лисица поведётся на мираж, ты знаешь что произойдёт, – подчеркнул я. – Мы скорее всего проиграем. Она будет ударной силой.

– Тренер, что это значит? – спросил Дэнни. – Что будет особенного?

Я обвёл взглядом тандемы.

– Теперь статичные цели это вражеские Проводники, – я пнул одну из больших шин. – А роль питомцев «Лютых» будут выполнять Живчик с Искоркой!

Живчик, услышав мою команду, радостно тявкнул, уселся передо мной, вывалив язык. Искорка, сидевшая на моём плече, деловито фыркнула, выпустив колечко серого дыма. Что означало примерно – «Против кого? Против них, что ли? Хе-хе!»

– Живчик будет генерировать воздушные барьеры. Имитируя таранные атаки Секача, – пояснил я правила игры. – Ваша задача – принимать удар или уворачиваться. Задача Искорки пыхать дымком. Таким образом она будет обозначать молниеносные перемещения Пантеры-крюк прямо к вам, Проводникам. Увидели дым рядом с собой, значит, пантера уже готова сорвать броню! Поэтому уклоняйтесь, двигайтесь, не ждите, что питомцы вас защитят!

Я указал на четыре тракторные шины, расставленные веером на противоположном конце плаца.

– Ещё раз. Эти шины в нашей симуляции Проводники «Лютых». Обозначаю глобальную задачу, – продолжил я. – Прорваться сквозь хаос атак моих питомцев, добраться до шин и нанести акцентированный удар. То есть, условно, сбить с них броню по правилу касания. Артём Сергеич уже нацепил на них звуковые датчики. Так ведь?

– Да-да, всё готово. Датчики там, – закивал Белов.

– Всё понятно? – оглядел я команду.

– Понятно, тренер! – чуть ли не хором ответили Проводники.

– Тогда начали! Минута чтобы закончить бой в вашу пользу! Живчик, барьер на Бублика! Искорка, дым в сторону Ветрова! – скомандовал я, и Белов запустил секундомер.

Отработка началась.

Первые полчаса можно было назвать как «полный провал». Вполне закономерно.

Команда отчаянно потела, путалась в ногах и командах.

Многое не получалось.

Бублик не успевал выставлять лобный щит и раз за разом сдавал назад от упругих воздушных барьеров Живчика. Дэнни паниковал, замечая дым от Искорки, и заставлял Неона метаться из стороны в сторону, полностью открывая фланги.

Матильда, которой Анна завязала глаза плотной повязкой, скулила. Она была дезориентирована. Тыкалась носом в расставленные конусы, шаталась по плацу и пыталась принюхаться и вслушиваться в команды Савельевой.

Желешка и вовсе растеклась в лужу после того, как Живчик добрался до неё своим вихрем.

Я безжалостно останавливал симуляцию, раздавал словесные подзатыльники, корректировал ошибки и запускал процесс заново.

На пятнадцатом прогоне Бублик наконец-то принял удар Живчика, не сдвинувшись с места ни на миллиметр. На двадцатом Дэнни поймал раж, наконец-то начал грамотно управлять Неоном. Барс поставил барьер, блокируя воображаемую пантеру. Затем защитил Матильду, когда та бросилась на первую шину.

На прогоне двадцать четвёртом паззлы наконец-то сложились во внятную картинку. Вот что я хотел увидеть.

Матильда, ориентируясь исключительно на свист рассекаемого воздуха, проскользнула мимо одного барьера Живчика, который имитировал Секача, затем увернулась от другого.

Бублик принял на себя основной удар, а Неон и Желешка отсекли дымовые атаки Искорки. Желешка под прикрытием барса, выкинула щупальца, добираясь до одного из облачков. Воображаемая пантера поймана. Дело сделано.

Лера и Дэнни синхронно прорвались по зачищенному коридору, добежали до тракторных шин и с силой ударили по резине тренировочными дубинками.

– Стоп! Время! – я нажал кнопку секундомера. – Вот так это и должно работать! Прогресс есть. Выдыхаем пять минут, добираемся до бутылок с водой – и потом ещё пару прогонов. Закрепляем результат!

Команда добралась до лавки, тяжело дыша. Но хотя бы в их глазах больше не было паники. Уже прекрасно. Лишь усталость от такого кардио и спортивная злость. Не скажу, что мы полностью готовы к завтрашней битве. Но прогресс ощутимый.

Теперь финальный этап. Надо обсудить основные работающие связки «Лютых». Я подготовил для них небольшую презентацию. Вот в комнате отдыха и обсудим.

Только команда успела перевести дух, как со стороны въездных ворот раздался настойчивый автомобильный гудок.

На территорию базы въехала белая, сверкающая чистотой тентованная «Газель» с логотипом компании нашего спонсора на боку. Следом за грузовичком, плавно шурша шинами, припарковался уже знакомый мне представительский седан.

Наш многоуважаемый спонсор, Пётр Зайцев, прибыл лично.

Бизнесмен выбрался из машины, сияя своей фирменной улыбкой, махнул мне рукой. Двое крепких грузчиков в серо-зелёных комбинезонах тем временем уже начали оперативно выгружать из кузова «Газели» дефектную броню и щиты.

На этот раз партия была небольшой.

Что меня порадовало, грузчики переносили тяжёлый груз прямиком в нашу наскоро оборудованную мастерскую. Белов к ним прицепился словно клещ и командовал парадом.

Я оставил отдыхающую команду отдыхать дальше и направился навстречу спонсору. Искорка, как всегда, восседала у меня на плече, но её поведение по-прежнему казалось мне слегка нервозным. Она тяжело дышала, а её тельце было горячее обычного.

– Пётр Ильич, добрый день. Не ожидал вас сегодня увидеть, – поприветствовал я бизнесмена, пожимая протянутую руку.

– А я не мог усидеть в офисе, Артур! – Зайцев энергично потёр ладони, его глаза азартно блестели. – Вот, привёз свежую партию! Технологи запороли на заводе часть партии. Надо будет усилить и исправить трещины. Я хочу лично присутствовать на ремонте. Очень хочу увидеть своими глазами это чудо. Как ваша мастерица творит магию с композитом!

Я мысленно поморщился. Не люблю выставлять напоказ навыки своих питомцев. Превращая серьёзный труд в цирковое представление не про меня.

Поэтому сразу почувствовал дискомфорт.

Но с другой стороны… Зайцев и так был в курсе талантов Искорки. Он щедро платил за её работу, и вообще был полностью на нашей стороне. Отказывать главному спонсору гильдии было бы стратегически неверно.

– Почему бы и нет, – я пожал плечами, натягивая дежурную улыбку. – Пойдёмте в мастерскую.

К нам тут же присоединилась Кира. Владелица гильдии улучила свободную минутку в своём плотном графике и тоже решила посмотреть на процесс своими глазами.

Мы втроём зашли в пропахшую металлом и оружейным маслом мастерскую. На массивном верстаке грузчики уже заботливо разложили первую деталь из новой партии. Тяжёлый ростовой щит из многослойного композита. Он был безнадёжно испорчен глубокой уродливой трещиной прямо по центру.

– Ну-с, приступим? – Зайцев в предвкушении подошёл поближе к верстаку, скрестив руки на груди.

Я посадил Искорку на край стола, расположил щит напротив неё, прислонив к стене. Затем заметил, что Как Зайцев, так и Кира подошли слишком близко.

– Только чуть отойдите, будет жарко, – предупредил я.

«Искорка. Сплавление. Категория Б», – скомандовал крохе по Сопряжению.

Но… саламандра повела себя странно.

Вместо того чтобы привычно подобраться и сфокусировать дыхание, Искорка начала беспокойно елозить по верстаку. Переминалась с лапки на лапку, изгибала спину и тихо, надрывно пищала, словно каждое движение причиняло ей скрытую боль. Кроха сделала неуверенную паузу, оглядываясь на меня.

В нагрудном кармане моей куртки завозился барон Сверчанский. Он бы и рад был перевести мне эмоции саламандры, сказать, что именно её беспокоит, но прекрасно помнил моё предостережение.

Рядом Зайцев. Он был посторонним, и высовывать сверчок не будет.

– Всё в порядке, Артур? – недоумевающе нахмурился спонсор, глядя на мечущуюся ящерицу.

– Артур? Что с ней? – эхом отозвалась Кира, с тревогой глядя на меня.

– Сейчас, дайте ей время. Она настраивается на новый сплав, – попытался я сгладить ситуацию, а сам незаметно вскинул левую руку, активируя сканер на смарт-браслете.

Цифры на крошечном голографическом дисплее заставили меня внутренне похолодеть.

Уровень стресса Искорки зашкаливал за 37%.

Для огненных саламандр это была критическая отметка, граничащая с избыточной нагрузкой на Ядро.

Наконец, Искорка перестала метаться. Тяжело, с хрипом втянула воздух. Широко раскрыла пасть.

Я ожидал увидеть тонкую, ровную струйку зелёного кузнечного пламени. Но вместо этого произошло нечто другое.

Из пасти саламандры с оглушительным шипением выплеснулся неконтролируемый столб красно-зелёного огня.

Мы с Кирой инстинктивно отшатнулись назад. Зайцев охнул и упал на пятую точку.

Пламя с чудовищной силой врезалось в поверхность повреждённого щита. Но вместо сплавления металла произошло то, чего я так боялся. Композит не выдержал резкого термического удара.

– ХР-Р-Р-РУП-П-П! – раздался оглушительный треск.

Трещина увеличилась. От неё расползлись ещё несколько трещин. А затем щит лопнул, распадаясь на несколько крупных кусков. С грохотом рассыпался прямо на верстаке.

– Эт-то что ещё такое? – лицо спонсора вытянулось от изумления, и в глазах замелькали злобные искры.