Текст книги "Тренер Гильдии Фамильяров 3 (СИ)"

Автор книги: Александр Лиманский

Соавторы: Сергей Харченко
сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 16 страниц)

Дэнни судорожно сглотнул. Костя издал обреченный вздох.

Аргументация сработала. Парни безропотно начали закатывать рукава.

Из лазарета я вышел, оставляя команду. Смирнов напросился в лазарет, проведать Желешку, Белов вновь куда-то исчез. Остальные отправились в раздевалку. Я решил их приободрить, сообщая, что скоро работаем на кардио. Нас снова ждут шины во дворе.

В этот момент со стороны главного входа донёсся возмущённый голос Христофора Родионовича, а в ответ ему резко отвечали. Двое мужчин, судя по всему.

Старик держал глухую оборону, и я поспешил к нему на помощь.

– Я вам русским языком говорю! Звоните руководству гильдии, так не пропущу! – гремел Родионыч. – Предъявите предписание, мне нужно основание для визита!.. Это закрытый объект, а не проходной двор!

Я свернул в холл. Искорка, почувствовав моё напряжение, замерла на плече, Живчик дёрнулся с поводка. Саламандра выпустила из ноздрей тонкую струйку серого дыма, её чешуйки приобрели угрожающий, ярко-багровый оттенок. Она была готова защищать свою территорию. Причём радикально.

Из правого кармана тут же высунулась усатая морда Сверчанского.

– Никак, неприятель на редутах? – деловито осведомился барон, картинно приглаживая усы передними лапками. – Отлично-с! Застоялась кровь офицерская! Сейчас мы им устроим фланговый обход! Я зайду с тыла, а вы, командир, берите их на штык!

– Отставить фланговые обходы, барон. Сидеть тихо, – лёгким щелчком пальца я загнал сверчка обратно в карман.

Из-под ткани донеслось возмущенное бубнение, что-то о попрании полководческих инициатив. Но я уже не слушал.

Размеренным шагом я вышел в холл.

Христофор Родионович, расправив широкие плечи, перегородил проход, будто скала. Перед ним замерли два сотрудника полиции. Один высокий, второй коренастый и ниже его на голову.

Заметив меня, полицейские слегка напряглись. Взгляд низкорослого мгновенно сфокусировался на Искорке. Увидев, как саламандра на моём плече угрожающе пыхала дымом оба опасливо сделали полшага назад.

– В чём проблема? – холодным тоном поинтересовался я, подходя к ним. – Я наставник гильдии, меня зовут Артур Горай. Кого-то ищете?

Высокий полицейский дёрнул усом, достал из папки бумагу с синей печатью. Он взглянул на меня, затем сверился с документом, и официально-сухим тоном произнёс:

– Мы за Валерией Соколовой. Она обвиняется в краже.

Глава 7

Эта новость меня всколыхнула изрядно. Но лишь внутри, снаружи я оставался спокойным и по-прежнему хладнокровно смотрел на полицейских, которые требовали выдачи Соколовой.

Лишь Искорка на плече тихо заворчала, выражая это своеобразным шипением, отчего стражи порядка напряглись ещё сильнее. Но я коротким мысленным импульсом приказал саламандре успокоиться. Не время сейчас проявлять агрессию.

– Это какая-то ошибка, – ледяным тоном бросил я в сторону полицейских. – Соколова наш гладиатор, на контракте гильдии. Что именно она, по-вашему, украла?

Коренастый полицейский, уставившийся на саламандру, кое-как отлип от неё, перелистнул страницы в папке, заглянул внутрь.

– Не ошибка, – буркнул он, продолжая монотонным голосом: – Аптека «Здоровье-плюс», Адмиралтейский проспект восемь. Вчера вечером подозреваемая вскрыла витрину, украдено несколько специализированных препаратов от астмы, компрессорный ингалятор. Плюс ко всему разбита входная стеклянная дверь. Ущерб зафиксирован. Мы обязаны задержать подозреваемую для допроса.

«Здоровье-плюс». Так, это заведение никакого отношения к Синдикатам не имеет, что уже хорошо. Обычная коммерческая сеть, из трёх, может четырёх аптек.

– Сейчас разберёмся, – я скрестил руки на груди, перекрывая им обзор коридора. – Ждите здесь.

– Гражданин, мы не будем ждать! – высокий полицейский повысил голос, шагнув вперёд. – Вы препятствуете…

– Куды прёшь? – рыкнул на него Христофор Родионович. – Я же сказал, нельзя сюда входить.

– У вас ордер на арест имеется? – я жёстко перебил его, глядя прямо в глаза.

– Пока только постановление, на привод для дачи показаний, – скривился высокий страж порядка. – Но улики железные. Всё зафиксировано на камеры. Лицо вашей Соколовой там крупным планом.

– Ордера нет. Поэтому ждите, пока я не приведу её, – отрезал я. Обернувшись к деду, который застыл на пути полицейских, словно борец перед поединком, негромко добавил: – Родионыч, чайком товарищей угости, отвлеки немного. И не пускай дальше своего поста.

Быстрым шагом я направился в тренировочный зал. Застал Леру на скамейке, она мрачно посматривала на угол потёртого мата, пиная его носком ботинка. Бублик спал рядом.

В стороне переговаривались Дэнни с Костей, попивая воду, мажор успокаивал парня. Неутомимая Анна тренировалась с Матильдой, которая скакала через барьер.

Увидев меня, Соколова вскинула голову, но, заметив мое выражение лица, инстинктивно подобралась, словно ожидая удара.

Я ухватил её за локоть, потащил в коридор, подальше от чужих ушей. Затем я остановил её, навис, придавливая взглядом. Лера от моего взгляда чуть ли не в стену вдавилась.

– В холле полиция, – мрачно произнёс я. – Аптека «Здоровье-плюс» на Адмиралтейском. Взломанная дверь. Украденные препараты от астмы.

Лера побледнела. Её глаза заметались, ища выход, но я перекрыл ей пути к отступлению.

– Я не ожидал от тебя такого, Соколова, – процедил я сквозь зубы. – Получается, ты у нас воровка?

– На это были веские причины, – ощетинилась Лера, сжав кулаки. Её голос дрогнул, но она не отвела запылавший взгляд.

– Причины⁈ – воскликнул я. – Ты забыла о камерах? Забыла, что у тебя контракт с нашей гильдией? Пошла на кражу, вышибла дверь, как малолетняя гопница! Ты не просто себя подставила, ты гильдию под монастырь подводишь перед квалификацией! Себя гробишь, и всех нас на дно хочешь потащить.

Лера покраснела, сорвалась. Её защитная маска дала трещину. Теперь в её глазах плескалось первобытное отчаяние.

– А что мне было делать, тренер⁈ – закричала она, по щекам покатились злые слёзы. – У Машки приступ начался! Внезапный, ночью! Она захрипела. Синеть начала! А эти… эти гниды в аптеке сказали, что препарат только по рецепту, и цена его… да проще новое здание для гильдии арендовать! У меня зарплаты до аванса на еду только и осталось! И плевать мне было на камеры! И вам бы тоже было бы плевать! Когда у вас родной человек задыхался бы в квартире. Мысли были только об одном. Успеть принести лекарство, пока она не умерла!

Она осела по стене, закрыв лицо руками, и глухо разрыдалась в ладони.

Ярость, которая разрасталась внутри меня, как ветром сдуло. Сердце защемило. Я всё понимал, и сочувствовал ей. Понятно было по реакции, что она не воровка. Просто загнанный в угол зверь, спасающий своего детёныша. Который всё сделает, что сохранить ему жизнь.

– Жди здесь, – тихо произнёс я. – И не вздумай бежать. Сейчас решается твоя судьба, учитывай это.

Оставив всхлипывающую Леру в коридоре, я направился в кабинет Киры. Владелица гильдии, увидев моё лицо, отложила ручку, отвлеклась от заполнения каких-то бланков. Я, не ходя вокруг да около, в двух словах обрисовал ситуацию.

Кира не задавала вопросы, она лишь протяжно вздохнула, накинула очки на нос. Её рука потянулась к калькулятору, но замерла на полпути. Затем владелица гильдии открыла базу данных в планшете, нашла контакты владельца сети «Здоровье-плюс» и набрала его номер.

Разговор был коротким и сугубо деловым. Кира мастерски оперировала статьями закона, обещаниями компенсации и угрозами встречных исков за неоказание экстренной помощи ребёнку. Спустя три минуты она нажала отбой.

Пальцы финансового директора запорхали по экрану, оформляя срочный банковский перевод.

– Деньги ушли, – Кира тяжело выдохнула, откидываясь в кресле. – Я оплатила и лекарства, и разбитую витрину с дверью. Владелец уже звонит в участок, отзывает заявление. Можно сказать, инцидент исчерпан.

Она посмотрела на экран планшета, где светилась сумма перевода. Внезапно её лицо исказила гримаса неподдельной боли.

– Восемь тысяч… – прошептала Кира. Она подняла на меня печальные глаза. – Из-за восьми тысяч рублей они чуть не сломали жизнь человеку. И позволили бы ребёнку задохнуться. Я просто иногда поражаюсь чёрствости людей, Горай.

– Есть люди разные, и раз директор пошёл на уступки, значит не такой уж он и чёрствый, – заметил я.

В этом мире арен, где сотни миллионов рублей тратились на рейтинговые шоу, перекупы топ-гладиаторов или зрелищные бои на песке, человеческая жизнь порой стоила дешевле пачки таблеток. Это реальность, которую следует изменить в том числе.

Я вышел в холл, наблюдая насколько нехотя полицейские выходят из здания. Они были явно недовольны тем, что перспективное дело о краже со взломом, за которое они могут получить плюсик в свой послужной список, растворилось в момент после того, как им позвонило начальство.

Христофор Родионович проводил их до дверей, а затем с чувством выполненного долга вернулся к своему крохотному телевизору, по которому вновь транслировали очередной поединок на арене.

Лера, которая всё это время ждала в коридоре, прижавшись спиной к стене, увидела меня. Соколова выглядела бледной, с покрасневшими от слёз глазами. Я шагнул в кабинет Киры, и она отправилась за мной, неуверенно шагнула внутрь, остановилась посреди комнаты.

Привычная агрессия окончательно испарилась, оставляя на её лице лишь усталость и смущение. Видимо, она не привыкла к тому, что кто-то ей помогает. Обычно такие, как она всю жизнь пробиваются наверх, выгрызая победы зубами.

Лера перевела взгляд с меня на Киру. Слова давались ей тяжело, но её глаза были красноречивее любых оправданий.

– Спасибо вам, – выдавила она, и её голос едва заметно дрогнул. Соколова судорожно сглотнула. – Теперь я ваш должник. До конца.

Кира, всё еще мрачно изучавшая баланс на планшете, подняла глаза и улыбнулась, делая вид, что выплата восьми тысяч рублей для неё это сущий пустяк.

– Не придумывай, Валерия. Забудь про долги, – сухо, но с явной теплотой в голосе произнесла Воронцова. – Главное, что мы всё решили и заявление отозвано. Я лишь очень надеюсь, что подобного больше не случится. Гильдии не нужны скандалы в прессе. Никакого криминала.

– Если у тебя возникают проблемы такого уровня, обращайся ко мне, – добавил я, взглянув на Леру по-отечески. – Не лезь на рожон в одиночку. Просто знай, что ты нам небезразлична, Соколова. Ты часть «Огненных львов». А «Львы» своих не бросают.

На глазах дикарки вновь выступили слёзы. Она судорожно моргнула, отчаянно пытаясь сдержаться, и часто-часто закивала, не в силах произнести ни слова.

Трогательный момент был прерван достаточно грубо.

В дверь кабинета постучали, она распахнулась. В помещение зашёл всклокоченный Белов. Тренер был багровым от гнева. Видимо, Родионыч уже успел доложить ему во всех красках о визите патрульных и сути обвинений.

– Соколова! Как же так⁈ – загремел мой помощник, нависая над замершей Лерой, которая даже не дрогнула. – Где твои мозги⁈ Ты нас всех под монастырь подведёшь! У нас каждый боец на вес золота, а ты аптеки обчищаешь⁈

– А ну выйди, Артём! – ледяной голос Киры разнёсся по комнате. Она встала из-за стола, сверля тренера гневным взглядом. – Прекрати орать в моем кабинете! Мы уже всё решили. И вопрос закрыт.

Белов поперхнулся воздухом, переводя ошарашенный взгляд с Киры на меня.

– И вы… вы так спокойно спустите всё на тормозах? – возмутился он, задыхаясь от праведного негодования. – Она же воровка! Это пятно на репутации гильдии! Завтра она у нас из кассы деньги потянет…

– Это уже не ваше дело, Артём Сергеевич, – жёстко оборвал я его тираду. – Репутация гильдии в порядке. Обращайте внимание на свои прямые обязанности. На подготовку команды. И не лезьте в вопросы, которые вас не касаются.

Белов сжал кулаки. В его глазах мелькнуло непонимание, смешанное с горькой обидой отвергнутого наставника. В его картине мира воров выкидывали за забор без выходного пособия, а не выкупали у полиции. Впрочем, не зная всей ситуации делать скоропалительные выводы как раз в стиле Белова.

Махнув рукой, помощник резко развернулся и зашагал к выходу.

– Делайте что хотите. Мне то что? – бубнил он себе под нос, скрываясь в коридоре. – Вот только не дошло до неё ничего. Молодёжь пустоголовая…

Я проводил Белова внимательным взглядом. Вот ещё один товарищ, который мог повлиять своей безалаберностью и вспыльчивым нравом на всё, что я так тщательно выстраивал внутри гильдии. И транквилизаторы, которые он принимал, играли не последнюю роль в его настроении.

Это же состояние помощника отразилось и на тренировке. Он гонял гладиаторов по площадке внутреннего двора гильдии. Таскали они при помощи питомцев здоровенные колёса грузовиков. Костя впрягся в одно колесо на пару с Анной, так как Желешка всё ещё находилась на лечении в лазарете. И Белов срывался на них как мог. Лишь мои замечания его сдерживали, отчего помощник злился, скрипел зубами, но поделать ничего не мог.

Очередной день подходил к концу. Я зашёл в свой кабинет, переложил Искорку в переноску, и она сразу же растянула лапки на губке, протяжно зевая. Затем пристегнул поводок к ошейнику Живчика. Вихревой терьер сегодня был не в меру энергичен. Видимо, стабилизатор Ядра от Полины начинал действовать, и щенка распирало от нерастраченных сил.

Направившись к выходу, я поравнялся с приоткрытой дверью раздевалки. Оттуда доносились голоса.

– Не, ну а что? – лениво тянул Дэнни. – Я просто говорю, Мангуст, что с твоей биографией нам на «Столбы» надо не новые гарнитуры покупать. Набор отмычек, вот что нам надо. Так, на всякий случай. Мало ли, судейский сейф по пути попадётся.

– Ветров, да хватит меня снимать! И предупреждаю. Ещё одно слово, и ты ляжешь на пол, как тогда. Помнишь, как это было? – огрызнулась Лера. В её голосе не было привычного рыка, скорее раздражение уставшего человека.

– Ребят, ну хватит, а? – раздался примирительный голос Кости. Смирнов, как всегда, пытался сыграть роль миротворца. – И так тошно. Давайте просто разойдёмся по домам.

– Костя, не лезь. Пусть Ветров выговорится, а то у него от недостатка внимания подписчиков сейчас эго лопнет, – вставила Анна свою ледяную шпильку, щёлкая замком спортивной сумки.

– О, принцесса проснулась! – тут же парировал Дэнни. – Иди лучше лисичке своей колыбельную спой, а то она у тебя скоро от нервов линять начнёт.

– Убери камеру! – синхронно рявкнули Анна и Лера, на секунду объединившись против общей угрозы.

Да уж, моя стая трещала по швам. Накопленный стресс, страх перед очередным испытанием, история с Желешкой, да ещё этот визит полиции… Всё это давило на них, заставляя кусать друг друга.

Если я выведу их на Бетонку в таком состоянии, «Острые жала» раскатают нас в блин, за первые тридцать секунд.

Нужно было срочно перезагрузиться нашей команде. Как это сделать? Есть несколько вариантов. И один из них показался мне просто идеальным.

Потянув Живчика за поводок, я направился к выходу. У самых дверей я перехватил Киру. Владелица гильдии, держа под мышкой неизменный планшет, уже проворачивала ключ в замке своего кабинета.

– Кира, есть разговор, – негромко произнёс я.

Воронцова замерла, тяжело и обречённо вздохнула.

– Горай, ну ты издеваешься? – она прислонилась лбом к прохладной двери. – Конец рабочего дня. Я просто хочу отдохнуть. Может, завтра?

– Нет, надо обсудить прямо сейчас, – я покачал головой. – Как насчёт тимбилдинга на природе?

Кира медленно повернула голову. Её глаза сузились. В них боролись интрига и панический страх перед новыми непредвиденными расходами.

Наконец, она решилась, запустила меня в кабинет.

– Тимбилдинг? На природе? – с подозрением переспросила она, указывая еа стул у её стола, сама же расположилась на своём рабочем кресле. – Артур, это звучит как слово из корпоративного словаря. За которым вполне вероятно следует счёт с пятью нулями. За аренду базы отдыха и шашлыки из мраморной говядины. Зачем нам это? У нас меньше пяти дней до турнира!

– Затем, что в команде никто не знает друг друга достаточно хорошо, – жёстко обосновал я свою позицию, поставив переноску с Искоркой на стол и отдёргивая Живчика, который решил покуситься на ножку от стола, открывая пасть. – Лера скрывала племянницу, потому что не доверяла нам. Костя скрывал, что его Желешка трескает сладкие йогурты. Потому что боялся осуждения. Гладиаторы должны стать семьёй, а сейчас они больше похожи на пауков в банке.

Я сделал паузу, позволяя ей переварить информацию.

– Природа, отсутствие давящих стен и повседневной нагрузки, неформальная обстановка. Всё это позволит раскрепоститься нашим проводникам. Они должны выговориться, сблизиться друг с другом. И да, я абсолютно уверен, что это утеплит отношения между ними.

Кира домыслила то, что я не сказал. От сплочённости нашей стаи зависит и то, как мы будем выступать на турнире. Кира прикрыла глаза рукой. Финансовый директор внутри неё скрипел зубами, упирался, но стратег признавал мою правоту.

– Ладно, – выдохнула она, повернувшись к сейфу. – Десять тысяч рублей. Это всё, что я могу выделить из резерва. На бензин, продукты, и что там ещё нужно для тимбилдинга. Куда поедем?

– Это секрет, – уголки моих губ дрогнули в легкой улыбке. – Расскажу завтра утром. Но учти, и ты, и Полина едете с нами. Вы тоже часть нашей команды. Оправдания не принимаются.

Кира не спорила со мной. Выложила десять тысячных купюр на стол, и широко улыбнулась. Не натянула улыбку, а именно улыбнулась, радуясь, что и она отдохнёт на природе, что для неё было редкостью в последнее время.

– Насчёт Полины. Разве ей не надо следить за этим… тапироидом? Он остаётся один, – заметила Кира.

– Разве? – хмыкнул я. – На базе охранник, уборщица, повариха. Присмотрят за ним.

Решил всё же набрать Дока, и услышав в телефоне знакомый голос, сообщил о завтрашнем выезде на природу. Поставил на громкую связь, чтобы слова Полины услышала и владелица гильдии.

– Да это же не проблема, – довольно сообщила Полина, также как и все соскучившаяся по отдыху. – Вольер настроен на автоматический режим поддержания микроклимата. А кормить его будет Раиса, наша повариха. Я с ней договорюсь.

Кира окончательно успокоилась, кивнула в ответ.

Покинув базу, я накинул капюшон куртки. Моросил дождь, воздух напитался влагой, и лёгкий ветерок трепал ворот куртки. На улице было не по-летнему прохладно.

Мне требовалось время на размышления, а лучше всего можно всё обдумать в сытой уютной обстановке. Ноги сами понесли меня к знакомой чебуречной.

Внутри, как всегда, было тепло, пахло жареным тестом и мясом. Нина, завидев меня, радостно заулыбалась. Всё же я для неё уже был постоянным клиентом, а память на это у неё очень хорошая. Через пять минут, перебросившись с ней парой слов, я забрал поднос с тарелкой, на которой лежали три горячих чебурека, от которых шёл ароматный парок.

И в этот раз я нашёл свободный столик, в углу. Добравшись до него, я открыл переноску, из которой выползла уставшая Искорка. А ну-ка последи за всеми весь день? Она тут же принялась деловито обнюхивать пластиковую солонку. Живчик беспокойно топтался у моих ног, путаясь в поводке и то и дело поскуливая.

– Командир, вы бы проверили этого блохастого отрока, – раздался из нагрудного кармана недовольный голос барона Сверчанского. Сверчок, чавкая долькой апельсина, явно раздражался. – Суетится, как новобранец перед первым смотром. У него слишком рваные мысли. Сплошные всполохи. Никакого порядка.

Я нахмурился. Отодвинув тарелку, активировал сканер на смарт-браслете и направил объектив на щенка. Экран мигнул, выдавая ровную зелёную шкалу.

– Странно, – пробормотал я вслух. – Уровень стресса в норме. Ядро стабильно. Физиологически он абсолютно спокоен.

– Значит, у него ментальное несварение-с, – философски подытожил гусар, прячась обратно в тепло кармана и набрасываясь с новыми силами на апельсин.

Я насыпал корма на стол Искорке, поставил миску с сублиматом Живчику. Да и сам откусил уже пару раз от чебурека, погружаясь в мысли о завтрашнем пикнике.

Мои размышления прервал виброзвонок смартфона. На экране высветился неизвестный номер.

– Да, – коротко ответил я, принимая звонок.

– Артур, привет. Это Широков, – голос комментатора звучал глухо и устало. – Слушай, я… в общем, я звоню чтобы извиниться.

– Так, слушаю, – я приподнял бровь, откусывая от чебурека солидный кус. Извинения от звезды телеэкрана очень редкое блюдо, и зачастую неприятное.

– Мои проплаченные Пичугиным эфиры сыграли злую шутку, – Широков тяжело вздохнул. – Я попытался, как и обещал, подкинуть вам пару-тройку средних спонсоров. Но они наотрез отказываются. Никто не хочет вкладываться в команду аутсайдеров. Медийный фон уже слишком токсичный. Прости, я перегнул палку.

– Не извиняйся. Я знаю, что ты отрабатываешь гонорар, – сдерживая эмоции, ответил я, запил чебурек томатным соком. Отсутствие дополнительных спонсоров для «Львов» не было смертельным приговором. У нас уже был контракт с «Молнией». – Есть ещё что-то?

– Да. Сводки с полей, – тон комментатора стал сухим и профессиональным. – На этом этапе Бетонки нарисовалась тройка явных, абсолютных фаворитов. Это «Хищники» с лидером Ильёй Муромцевым. Тотализаторы просто сходят с ума от его каменного панголина. Вторые – «Обсидиан». Ну и, разумеется, ваши ближайшие противники – «Острые жала». Они сейчас на пике формы.

– Принято, – я выслушал расклад без тени эмоций. Встреча с Ильей была неизбежна, вопрос лишь в том, на каком этапе мы сойдёмся в бою.

– Я продолжу прощупывать почву. Насчёт спонсоров, – пообещал Широков перед тем, как завершить созвон. – И мне намекнули, свои источники… На Столбах организаторы готовят некий неприятный сюрприз. Но что это будет я так и не выяснил.

– Как будет информация – звони. Я всегда в доступе, – произнёс я напоследок, и Широков сбросил звонок.

Я убрал телефон, глядя на суетящегося Живчика. Предстоящее испытание обещает быть тяжёлым. И чтобы выжить, завтрашний тимбилдинг должен сработать как надо.

Покинув чебуречную, я зашёл в круглосуточный супермаркет. План на завтра требовал основательной подготовки. Тимбилдинг без шашлыка просто пикник на траве. Для этого достаточно выбрать мясо недорогое, но подходящее для жарки на костре.

Проигнорировал холодильники с готовыми полуфабрикатами в пластиковых ведёрках. Не наш вариант. Взгляд замер на витрине мясного прилавка, за которым замер пожилой сотрудник в алом фартуке.

– Вырежи-ка мне, отец, вон тот антрекот. Мне нужна мякоть, обязательно с жирком. Вон та подойдёт, килограммов на пять, – попросил я его, указывая на пару больших кусков свинины. Затем прикупил перец молотый, специи, лука пять килограмм и пару небольших тонкокорых лимонов.

Через полчаса я уже был на своей кухне. Питомцы, получив вечернюю пайку, отдыхали. Живчик сопел в картонной будке, высунув влажный нос. Искорка размеренно булькала из ванны. Сверчанский стрекотал в своей коробчонке.

Ну а я приступил к процессу маринования. Нашёл десятилитровое эмалированное ведро, промыл его хорошенько с содой. Никаких сложных маринадов из Сетки, никакого уксуса, убивающего волокна, и уж тем более ноль майонеза, забивающего вкус самого мяса. Только классический рецепт, с небольшой изюминкой.

Нарезал мясо крупными, увесистыми кусками, толщиной по два сантиметра каждый. Сдобрил солью и молотым чёрным перцем. Добавил хмели-сунели, орегано, немного кинзы. Перемешал. Затем нашинковал средними полукольцами все пять килограммов репчатого лука. Туда же, в ведро, только немного помять лук руками, чтобы он сразу же дал сок.

В завершение сбрызнул всё это чудо соком лимона, и тщательно, с силой перемешал содержимое, досолив по вкусу.

Запах стоял такой, что желудок, несмотря на недавние чебуреки, громко заурчал. Накрыв ведро его родной крышкой, которую нашёл в кладовой, я открыл холодильник.

Внутри мышь повесилась, лишь пакет кефира, полбутылки недопитого пива, да полдесятка яиц. Всё это я переложил на одну полку, снял среднюю и поместил ведро внутрь. Отлично!

До утра мясо идеально промаринуется. Останется лишь проверить ещё на соль, и возможно подсолить.

Вытерев руки полотенцем, я достал смартфон, набрал номер Белова.

– Артём Сергеевич, не спите? – начал я без предисловий, услышав в трубке хриплое бормотание.

– Теперь не сплю, Артур Викторович, – проворчал помощник. – Что-то случилось? Опять свет вырубили?

– Нет. Берите ручку и записывайте, – мой настоятельный тон был таким, что Белов вскочил, что-то упало на фоне, и он чертыхнулся. – Завтра к девяти утра мне нужно кое-что. Палатки на всю команду. Одна большая кемпинговая, и две классические двухместные. Походный мангал. Решётка-гриль, большая. Всё.

На том конце провода повисла тишина.

– Палатки? Мангал? – недоумённо переспросил Белов. – Горай, я ничего не путаю? Мы к Столбам готовимся или в пионерлагерь собираемся? И зачем столько палаток?

– Затем, что вся команда, а также Кира и Полина едут с нами. Это не обсуждается, – жёстко прервал я его вопросы. – Всё оборудование должно лежать в багажнике микроавтобуса уже в девять утра.

– Да куда мы едем-то⁈ Вы можете хотя бы это объяснить? Для чего? – взмолился Белов.

– Завтра мы отправимся на пикник, Артём Сергеевич, – спокойно ответил я. – Спокойной ночи.

Я нажал кнопку отбоя, не давая помощнику возможности продолжить допрос. А затем умылся перед сном и лёг на диван, засыпая в момент.

Утро встретило нас прохладным ветром. Редкие лучи солнца, пробивались сквозь питерские тучи, намекая, что скоро намечается очередная порция дождя.

К девяти ноль-ноль вся команда собралась у старенького микроавтобуса гильдии.

Белов, угрюмо сопя, загрузил в багажник походный инвентарь, я поместил ведро с шашлыком. Питомцы уже размещены в прицепе. К огромной радости Кости Смирнова, Желешка, проведшая ночь под капельницами Дока, полностью восстановила свою структуру и прозрачность. Слайм жизнерадостно булькал, перекатывался по дну своего тесного вольера, и Сверчанский тихо сообщил, что слайм радуется знакомым лицам, и особенно хозяину.

Рассевшись в тесном салоне, подопечные затихли, ожидая моих распоряжений. Я же расположился на пассажирском сиденье рядом с водительским, чувствуя затылком взгляды Киры с Полиной, которые тихо переговаривались между собой.

– Ну что, Артур Викторович, – Белов завёл двигатель, микроавтобус дёрнулся, трогаясь с места. – Куда путь держим?

– На север. Трасса «Сортавала», – я обернулся в салон. – Едем на Большие скалы. К озеру Ястребиное.

В салоне повисла пауза, после которой началось брожение умов.

– Ястребиное? Это же граница с Карелией! – возмутилась Лера, скрестив руки на груди. – Часа три пилить! Бублик плохо переносит долгую дорогу, тренер. Его укачивает. Вы хотите, чтобы он кислотой плеваться начал?

– И правда, Артур Викторович, – поддержал её Дэнни, недовольно морщась. Мажор пытался устроиться поудобнее на жёстком сиденье. – Слишком далеко. Мы же не туристы-походники. Опять какое-то испытание придумали? По скале будем взбираться, как макаки, чтобы координацию качать?

– Не угадал, Ветров, – на моих губах появилась лёгкая улыбка. – Со скалы мы будем любоваться видами. И жарить шашлык. Это приказ.

Услышав про шашлык, команда немного расслабилась. Атмосфера в тесном микроавтобусе начала понемногу теплеть, что я отметил, как хороший знак.

– Круто, – Костя прильнул к мутному окну, разглядывая проносящиеся мимо спальные районы. – Я ни разу не был На Больших скалах. Говорят, там невероятно красиво. Озеро, сосны…

– Я была, но давно. Ещё в детстве, – тихо произнесла Анна, и в её обычно холодном голосе проскользнули нотки ностальгии. – Там действительно красиво. По крайней мере было так.

– Вот видите, даже принцесса одобряет! – хохотнул Дэнни, но на этот раз в его голосе не было привычного яда. – Надеюсь, там ловит интернет, а то подписчики меня потеряют.

– Если ты будешь пялиться в телефон, а не ставить палатку… Запомни, Ветров, я его лично в озеро закину, – холодно предупредила Полина.

Док всё же выглядела измотанной после ночной смены в лазарете. Хотя, судя по изредка проскакивающей улыбке, радовалась возможности сменить обстановку.

Под монотонный гул мотора и тихие перепалки подчинённых мы вырвались из бетонных объятий города.

Всю дорогу за окном проносился довольно плотный сосновый лес, лишь редкие указатели и дорожные знаки пролетали мимо. Три часа пролетели незаметно.

По пути мы заехали в магазинчик недалеко от трассы. Прикупили овощей, немного фруктов, хлеба и воды. В итоге на всё это и улетели оставшие деньги, выданные Кирой на тимбилдинг.

Ещё через десять минут мы выехали на большую поляну, которая под уклоном спускалась вниз, к скале. На краю я заметил обзорную площадку, ограждённую лишь хлипкими деревянными жердями. И ни души вокруг. Лишь птицы кричат, летая где-то высоко в соснах.

Вид отсюда открывался потрясающий. Ястребиное озеро лежало внизу, как огромное тёмное зеркало, обрамлённое отвесными скалами.

Артём Сергеевич, уставший от рулёжки, с облегчением заглушил двигатель. Правда, припарковал он микроавтобус крайне неудачно, носом в сторону обрыва.

– Артём Сергеич, думаю, что нужно переставить машину на ровную площадку? – посоветовал я, отстёгивая ремень безопасности.

Белов, чье эго всё еще саднило после вчерашних конфликтов с Кирой и моей жёсткой субординации, упрямо насупился.

– Не учи учёного, Горай, – буркнул он, с силой дёргая на себя рычаг стояночного тормоза до громкого хруста. – Ручник держит отлично. Не покатимся. Я его проверял сотни раз.

Я не стал развивать спор. Зная Белова, всё что угодно можно ожидать. Но раз он так уверен в своём транспорте, то я вообще туда не лезу.

– Вон, Киру спроси, она знает, – довольно улыбнулся мой помощник.

– О чём? – подошла к нам владелица гильдии.

– Артур Викторович сомневается, что ручной тормоз может не выдержать, – усмехнулся Белов. – Вспомни, как я парковался год назад, на Поклонной горе.

– Да лучше не буду вспоминать, – отмахнулась Кира. – Удивительно, что не покатилась твоя колымага.

– Ну вот, – победным взглядом окинул меня Белов. – Не покатилась. Видите, Артур Викторович?

– Тогда вопросов нет, – мысленно отмахнулся я от Белова. Его уже не переубедишь. Упёртый как осёл.

Отпустил я Живчика, отстёгивая поводок, и тот с громким тявканьем рванул в сторону кустов, в стороне от нас. Искорку взял на плечи. Воздух был здесь чудесным, и саламандра радостно шипела и шумно вдыхала воздух, цепляясь коготками за моё плечо.

В стороне гладиаторы, радостно разминая затёкшие ноги, выпускали питомцев из прицепа. Те принялись с удовольствием изучать новые территории. Желешка булькала в высокой траве, Матильда грациозно потягивалась, вынюхивая территорию, а Бублик флегматично улегся на нагретый солнцем валун.