Текст книги "Мастер из качалки (СИ)"

Автор книги: Александр Гримм

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 15 страниц)

Глава 13

Вот уж не думал, не гадал, что в один прекрасный день стану тренировать какого-то там грызуна. За свою короткую, но весьма насыщенную жизнь я повидал всякого дерьма: фитоняшек с огромными филлерами в седалищах, синтольных фриков с руками базуками, вебкам бодибилдеров и прочей нечисти. Но лицезреть перед собой тренирующуюся до седьмого пота крысу – такое со мной впервые.

Вот уже на протяжении двух недель этот мелкий грызун никак не даёт мне покоя. Он приходит ко мне три раза в день, как по расписанию: утром, после обеда и вечером, всегда аккурат к началу тренировок. А затем как будто так и надо, принимается повторять за мной. Присед, становая тяга, армейский жим, подъём на бицепс – он делает всё, что делаю я, а иногда и больше. И при этом частенько требовательно на меня пищит, если у него чего-то не получается.

Поначалу меня это забавляло, но теперь…Мне стыдно признавать, но, по-моему, я стал персональным тренером одной очень настырной крысы.

И как я докатился до жизни такой? Ну зато теперь я хотя бы знаю, куда всё это время пропадали мои съестные припасы. Оказывается, этот наглый грызун их потихоньку подворовывал. И узнал я об этом сразу же после нашей первой совместной тренировки, когда эта наглая бессовестная скотина по-хозяйски вскарабкалась на МОЮ кровать и выудил из-под МОЕГО одеяла связку МОИХ же сушёных фруктов. А после как ни в чём не бывало прикарманила себе ровно половину.

Ну-у-у, хотя бы не всё, как прежде.

Так что теперь я не только личный тренер какого-то там грызуна, но и его невольный кормилец. И ведь не откажешься от такого счастья. Как никак передо мной не обычная крыса, а грозный яогуай. Поначалу я даже хотел сообщить о нём Чою и Дою, но затем передумал. А, точнее, вспомнил, как этот ушлый грызун оставался всё это время незамеченным и с какой лёгкостью воровал у меня еду. С таким высоким уровнем скрытности этому безобразнику ничего не стоит спрятаться от двух стариков в своей норе, а после найти меня и жестоко покарать. Например, перегрызть глотку во сне или, что ещё хуже, снова съесть все припасы!

Бррррр! Ну и жуть! Как представлю так мурашки по коже.

– Пи?

Снова он! Только стоило мне подойти к штанге, как он тут как тут. Нет, с этим определённо надо что-то делать. И дело даже не в том, что я откровенно побаиваюсь этого грызуна, просто с каждым днём он распухает всё сильнее и сильнее, словно на стероидах. Его густая шёрстка уже не в силах скрыть проступающих мышц, а ещё эта зараза вот-вот перестанет помещаться в собственную нору – и куда мне его потом девать?

А ведь есть вопрос и поважнее: с таким аппетитом ему вскоре перестанет хватать добытых мной припасов, и тогда эта зверюга может переключиться за меня.

Нет, мне определённо надо почаще бывать в столовой – именно там находится моё спасенье. Нам нужно больше золо…тьфу, то есть еды!

* * *

– Наставник Чой, наставник Дой, у нас проблемы!

Двое умудрённых годами старцев степенно отставили пиалы с жасминовым чаем и взглянули на незваного гостя. Человеком, что потревожил их после обеденный досуг, был не кто иной, как старший повар Ма.

– Ну если сам мастер Ма говорит, что у нас проблемы, то это действительно так, – насупился наставник Чой. – И что же такого важного у нас стряслось уважаемый Ма, что вы решили лично посетить двух стариков?

– Наши припасы, они подходят к концу! – как на духу выпалил повар.

– Но как такое возможно? – неподдельно удивился Дой. От услышанного он едва не поперхнулся своим любимым чаем. – Разве в преддверии наступающих холодов, мы, как обычно, не забили кладовые доверху. Этого должно было хватить как минимум ещё на два месяца, а то и больше.

– В обычных обстоятельствах – да, – подтвердил слова наставника Ма.

– Что вы имеете в виду мастер Ма? – снова удился Дой.

– Братец, Дой, кажется, я догадываюсь, к чему клонит уважаемый Ма, – печально вздохнул наставник Чой, а затем задал весьма короткий вопрос, состоящий всего лишь из одного имени. – Су Чень?

– Су Чень, – понурил голову мастер Ма. – Я его недооценил. Этот мальчишка подобен стае саранчи, он сжирает всё, что я даю. Он не брезгует даже попортившимися продуктами, забирает у меня ВСЁ! Наставник Чой, наставник Дой помогите, я не знаю, как быть. Вы же знаете, уставом нашей секты запрещено ограничивать учеников в еде и питье, а потому я не могу ему отказать. Скажите, что мне делать, как быть? Если так продолжиться и дальше, то боюсь с наступлением зимы нам всем придётся грызть лёд.

– Уважаемый Ма прав, мы не можем запретить Су Ченю есть столько, сколько он пожелает. Но! Мы можем показать ему, как трудно достаётся эта еда. Мастер Ма я предлагаю отправить этого сорванца к подножию горы. Пускай оповестит всех скотников и крестьян, что нам снова нужна провизия. Думаю, эта прогулка пойдёт ему на пользу и он, наконец, осознает ценность съеденного.

– Да, думаю, такая «прогулка» станет для него хорошим уроком. Спасибо вам за вашу мудрость наставник Чой.

С этими словами старший повар благодарно поклонился двум мудрым старцам, а затем степенно удалился из их покоев. Братья же снова остались наедине друг с другом и со своими мыслями.

– Братец Чой, а как ты вообще догадался, что это дел рук того сорванца Су Ченя?

– А ты его морду видел?

* * *

Ян Гэ аккуратно притворила за собой дверь и склонила голову.

– Вы звали меня старейшина Гэ?

– По обители ходят слухи.

– Слухи?

– Поговаривают, будто наша юная звезда повадилась вламываться в чужие кельи…

– Дедушка и ты туда же⁈ Да не было такого!

– А если подумать?

– Ну, может разок и было. Но только один, а всё остальное – грязные слухи. И когда я узнаю, кто их распускает…

– Вот! Я так и знал! Это всё дурное влияние того дерзкого сопляка Би Хана!

– А мастер-то тут при чём? – обиженно насупилась Ян Гэ.

– А притом! Это разве не он таскал тебя по всем этим злачным местам? И вот теперь, когда ты, наконец, расцвела те семена разврата, что он в тебе посеял дали свои всходы. О горе, мне горе! Сердце этого старика разбито. Он чувствует, как жизнь покидает его…

– Дедушка, ты переигрываешь. Думаешь, я не знаю, сколько у тебя накопилось ци? Ты ещё всех нас переживёшь.

И это были не пустые слова. Дедушка Ян Гэ был не только одним из старейшин их секты, но и являлся признанным долгожителем. Не так давно он разменял третью сотню лет и практически встал в один ряд с девятью Небесными мудрецами – законными представителями всего Мурима и теми, кто когда-то заключил договор вечного мира с Императорским двором.

А ещё её дедушка совсем не выглядел на свой возраст. Если бы Ян Гэ не знала, сколько на самом деле лет этому статному седовласому мужчине, то решила бы что перед ней ровесник мастера Би Хана – разве что поседевший раньше положенного срока. Даже глаза дедушки и те не выдавали его истинного возраста, они лучились юностью и задором, давая фору многим молодым. Да и чего уж там, ко всему прочему её дедушка был ещё тем покорителем женских сердец. Даже в столь преклонном возрасте он нет-нет, да и получал любовные послания из самых разных кланов и сект. До Ян Гэ даже доходили слухи, будто сама дева Му старшая сестра Небесного демона была не прочь провести ночь с её драгоценным дедушкой. Но слухи слухами, а дальше обычных разговоров такие предложения не заходили. Несмотря на всю свою внешнюю привлекательность, известность и личную харизму дедушка Ян Гэ предпочитал женскому обществу уединение в родных горах. Да и могло ли быть иначе,если старейшина Гэ наравне с шестью другими старейшинами являлся олицетворением учения Мудан. И согласно этому учению её дедушка давным-давно отринул мирские страсти. Так что единственной его связью с этим бренным миром вот уже пятнадцати лет оставалась одна лишь Ян Гэ, его родная внучка.

– Ян Гэ, мой солнечный свет, обещай мне лишь одно. В следующий раз, когда будешь вламываться в чужие покои, не оставляй после себя живых свидетелей.

– Дедушка!

– Ладно-ладно, только не дуйся. На самом деле я позвал тебя не за этим

– Да, а зачем тогда? – тут же навострила ушки Ян Гэ.

Как и любая другая девушка она была жуть как любопытна. А ещё она прекрасно знала своего дедушку, точнее, эту его лукавую улыбку. Обычно после неё девушка всегда получала подарок. Вот только в отличие от своих сверстниц получала она не атласные наряды, ароматные благовония и драгоценные украшения, а нечто иное – куда более редкое и дорогое.

– Хо-хо-хо, неужели хитрая лисица сменила гнев на милость?

– Дедушка я сейчас и вправду обижусь, – грозно свела бровки Ян Гэ.

– Хорошо, хорошо сдаюсь, – деланно замахал руками старейшина, а после этими же самыми руками подхватил лакированную шкатулку со своего стола и протянул ту Ян Гэ. – Это тебе.

– Это то, о чём я думаю? – с придыханием спросила девушка.

– Ага, там ключ от всех дверей, чтобы тебе больше не приходилось силой вламываться в чужие покои! – сварливо ответил старейшина Гэ.

– Деда!

– Что «де-да»? Открывай давай, пигалица.

На этот раз Ян Гэ не стала перечить. Ей и самой хотелось как можно скорее заглянуть под крышку красной лакированной шкатулке и узнать, что же там внутри. Больше не мешкая она ловким движением сдвинула крышку и заглянула внутрь…

– Да это же пилюля горячей крови! – её радости не было предела.

На дне шкатулки лежал ОНА – пилюля, изготовленная из крови взрослого яогуая. Она буквально лучилась ци и даже крестьянин или любой другой далёкий от Мурима человек мог опознать в этом, казалось бы, невзрачном шарике настоящее сокровище.

– Не просто пилюля горячей крови, а средняя пилюля горячей крови. Не благодари. А если всё-таки надумаешь отблагодарить, то научись, наконец, стучаться, прежде чем входить…

– Спасибо дедушка, ты лучший!

Ян Гэ тут же позабыла обо всех недавних выходках старейшины и теперь едва сдерживал себя от того, чтобы не запрыгать на месте от радости. В эту секунду она была по-настоящему счастлива.

Получив в руки такое сокровище, как пилюля горячей крови она могла уже совсем скоро претендовать на звание старшего ученика. Для этого ей всего-то и надо было, что правильно поглотить всю ту ци, что содержала в себе драгоценная пилюля. А с этим она уж как-нибудь справится. По крайней мере сама Ян Гэ в этом ни капельки не сомневалась – не зря же её называют восходящей звездой Мудан и талантом, что рождается раз в тысячелетие.

– Но ты должна кое о чём помнить, – вырвал её из сладких грёз старейшина Гэ. – Пилюля горячей крови сильно отличается от тех пилюль, что тебе доводилось до этого пробовать. Она изготовлена не из трав, богатых ци, а из остатков чужой жизненной силы. И пускай данная пилюля была изготовлена с согласия самого яогуя, это не значит, что звериный дух не успел в ней укорениться. А там, где звериный дух, там и необузданные эмоции. Помни об этом.

Эти слова дедушки немного охладили её пыл. Впрочем, Ян Гэ и сама знала о тех рисках, что были сопряжены с пилюлями горячей крови. Первый подвох заключался в том, что во время поглощения ци ей будет куда сложнее поддерживать состояние истинной гармонии, ведь вместе с чужой ци она также зачерпнёт и чужие эмоции. Что же касалось второго подводного камня, то он по мнению Ян Гэ был отнюдь не так страшен, как первый. Она всего-то станет более эмоциональной и то ненадолго. По истечении трёх дней с момента приёма пилюли горячей крови она легко вернёт себе контроль над собственными чувствами, ну а до этого ей просто нужно избегать сильных эмоциональных потрясений – что звучит не так уж и сложно.

– Хорошо дедушка, я буду осторожна. Ну, я пошла?

– Иди-иди, торопыга.

Покрепче прижав драгоценную шкатулку к груди Ян Гэ развернулась обратно к выходу и уже потянулась было к двери, когда её снова окликнули:

– И Ян Гэ, пока ты не ушла, загляни к наставнику Чою у него есть для тебя поручение.

После этих слов в груди девушки поселилась необъяснимая тревога, но окрылённая радостью от недавнего подарка она просто не обратила на неё внимания…

* * *

Кажется, от меня хотят избавиться. Да какое там «кажется» – точно хотят! А иначе зачем этот старик Чой отправил меня прочь из обители? Ещё и повод уважительный придумал, чтобы от меня отделаться: придумал, будто бы в закромах нашей великой секты закончились съестные припасы и для их пополнение надо отправить гонцов в крестьянские селения.

Да кто вообще в здравом уме и трезвой памяти поверит в такую нелепую байку? Я же сам в этих закромах не раз бывал. Уж я-то точно знаю, там ещё есть чем поживиться.

– Пи?

– Тсс! Тихо ты.

Ещё и грызун этот за мной увязался и ладно бы семенил себе где-нибудь в сторонке. Так нет же, забрался ко мне прямо под халат и теперь сидит там, попискивает. Хорошо хоть делает он это тихо, так чтобы никто не услышал. А услышать его могут. Меня же не одного отправили, а вместе с сопровождающим.

Вон он рядом топает, в каких-то пяти метрах позади. Причём с таким недовольным видом будто это я его на эту прогулку подрядил. Ещё и смотрит на меня так косо.

А ведь мы с ним уже давненько не виделись. Кажется, с того самого раза, когда он мне дверь снёс.

– Эй, Ян Гэ, может хватит ТАК на меня смотреть?

– Я всё видел!

– Ой, можно подумать, ты сам ничем таким никогда не занимался? Это же полезно для здоровья.

– Что, я⁈ Да, никогда! – отчего-то заливается краской мальчишка.

– Ну и зря. Там, откуда я родом этим занимаются даже не улицах.

– Даже на улицах… – потерянно повторяет за мной раскрасневшийся воин Мудан.

– Ага, бывало, соберёшься с парнями и как начнёшь над…

– Всё хватит! Я всё понял, вы там все в вашей деревне ненормальные.

А вот это уже обидно. Во-первых, ни из какой я не из деревни, а из самого, что ни на сеть областного центра. Ну а во-вторых, мы качки – вполне себе нормальные.

И вообще, чего этот Ян Гэ ведёт себя, как заядлый шовинист? Разок бы попробовал спортом позаниматься, а там, глядишь, и втянулся бы. Может ему предложить?

– Да ладно тебе, ты просто никогда не пробовал. Хочешь, вместе позанимаемся?

– Вместе? – потерянно переспрашивает Ян Гэ.

– Ага, я тебе помогу.

– Поможешь? – ещё сильнее краснеет воин Мудан. Хотя, казалось бы, куда уж дальше?

И чего это он постоянно краснеет, может, давление шалит? Надо бы ему посоветовать, к доктору обратиться – если здесь такие водятся.

– Ну там всяким хитростям научу. Например, ты знал, что прямо перед этим делом лучше плотно не есть?

– Н-н-нет.

– Ну вот теперь будешь знать. А ещё полезно как следует размяться. Кровь там погонять, суставы разогреть.

– А это ещё зачем?

– Чтобы травму не получить.

– Травму⁈

– Ага, а то бывает, так увлечёшься, что потом на следующее утро ни ног ни рук не чувствуешь.

– Ни ног, ни рук…

– Это ещё что, вот мы однажды с парнями…Эй, Ян Гэ, ты чего?

Я с удивлением слежу за тем, как это чудо медленно оседает на снежный наст.

Он что в обморок брякнулся? Ну точно давление шалит.

И чего мне теперь с этим припадочным делать? От обители Мудан мы уже отошли достаточно далеко, а значит, тащить его обратно да ещё и на своём горбу – просто глупо. Но и бросить здесь – тоже не вариант. Он хоть и не замёрзнет, но спасибо мне потом не скажет. А ещё без него я попросту не найду дорогу к ближайшему поселению. Тут же, куда ни глянь, один снег да горы. Ни протоптанных тропинок тебе ни указателей, а по звёздам ориентироваться я ещё не научился.

Вот засада! Похоже, придётся искать укрытие и тащить этого гаврика туда.

– Пи-пи? – выглядывает крысиная мордочка из-под халата.

– Нет, есть мы его точно не будем. Это не гуманно.

– Пи?

– Гуманно – это…а, забудь! О, смотри, а это разве не пещера⁈ Ещё и с табличкой! Там явно безопасно…

Глава 14

Сознание возвращалось нехотя, с большим трудом. Ян Гэ словно бы выплывала из океана беспамятства, но делала это настолько медленно, что всё происходящее доходило до неё с большим запозданием.

Ещё не до конца придя в себя, первым, что она увидела, был этот гадкий мальчишка Су Чень. Он сидел к ней спиной, наклонив голову, и будто бы разговаривал…с кем-то или чем-то у себя между ног.

– Мы не будем этого делать со спящим.

– …

– Нет, порядочные люди так себя не ведут. Вот проснётся, тогда мы его и…

«Неужели он говорит со своим?!.» – пронеслась паническая мысль у неё в голове, а вскоре ей на смену пришла ещё одна куда более ужасающая. – «А ведь он говорит обо мне!»

В ту же секунду в её затуманенном сознании всплыл их недавний разговор. Тот самый разговор, из-за которого она и лишилась сознания.

По спине Ян Гэ вдруг пробежался холодок. Она вспомнила обо всех тех мерзких вещах, о которых говорил Су чень и, конечно же, о том, что он собирался ей «помочь» и научить всяким «хитростям». Вот только, похоже, на этот раз одним предложением он ограничиваться не собирался, раз уж так в наглую открылся перед ней, да ещё и решил дождаться, пока она придёт в себя и только после этого сделать своё грязное дело.

«Животное!» – воскликнула про себя Ян Гэ. И тут же попыталась вскочить, но не тут-то было. Она вдруг почувствовала резкий упадок сил и сильное головокружение.

– Да говорю тебе там под халатом ничего интересного.

«А вот это обидно!» – неожиданно для самой себя подумала Ян Гэ.

– …

– Что значит почему? А я откуда знаю? Вот проснётся, я тебя достану и сам у него спросишь.

– …

– Да можешь хоть в рот ему заглянуть.

«Как это в рот?» – ужаснулась Ян Гэ.

Нет, она, конечно, многое повидала, пока путешествовала на пару с мастером Би Ханом, но такой дикости ещё не встречала!

У неё снова закружилась голова. И только в этот момент Ян Гэ, наконец, осознала, какую страшную глупость она совершила – дедушка был прав, не стоило ей торопиться. Пилюля горячей крови оказалась полна коварства. За какие-то неполные сутки она превратила хладнокровного воина Мудан в обычную деревенскую девчонку. Именно по этой причине она так позорно лишилась сознания после обычного, пусть и весьма грязного, разговора и именно поэтому чувствовала себя столь странно в данный момент.

Этот гадкий мальчишка Су Чень со своими мерзкими разговорчиками, сам того не желая, вывел её из состояния истинной гармонии и позволил низменным эмоциям взять над ней верх.

«Какой же это позор,» – подумала Ян Гэ, собираясь с мыслями.

Она сделала глубокий медитативный вздох, чтобы хоть так унять бьющие из неё эмоции. И вскоре ей это удалось. Правда, ненадолго. Отстранившись мыслями от гадкого мальчишки, она внезапно для себя обнаружила ещё одну проблему. Причём проблему куда более страшную, чем обычная потеря контроля – они с Су Ченем находились в пещере! А насколько она знала, в окрестностях обители Мудан есть только ОДНА пещера…

Очередная волна ужаса ненадолго сковала Ян Гэ. Однако на этот раз страх придал ей сил. Она вскочила с каменного пола и тут же бросилась к Су Ченю.

– Что это за пещера⁈ – схватила она его за плечо

– Пещера как пещера, – вздрогнув ответил Су Чень.

– Просто ответь на вопрос! – яростно зарычала на него Ян Гэ. – Перед входом была табличка⁈

– Ага, смешная такая, с рожицей.

– С рожицей – повторила за ним Ян Гэ, а после неожиданно для самой себя захихикала. Пилюля горячей крови продолжала своё коварное дело.

– Так что не так с этой пещерой?

– Это пещера Большой белой обезьяны, хранителя горы Мудан. Её ещё называют Пещерой пяти испытаний…

– И-и-и-и-и…

– И сегодня мы умрём.

– Что значит умрём⁈ – всполошился Су Чень. – Не хочу я умирать! Давай просто уйдём, мы же знаем, где выход.

– Ничего не выйдет, на входе стоит барьер. Он впускает внутрь, но не выпускает наружу. Его специально таким сделали, чтобы удерживать внутри Большую белую обезьяну.

– Какой дурацкий барьер, вы бы хоть предупреждение вывесили.

– А мы и вывесили!!!

– Ой, ну давай, покричи ещё на меня. Ведёшь себя как девчонка…Эй, Ян Гэ, ты что плачешь⁈

– Отстань! Это мне просто глаз надуло!

* * *

Кажется, я в жопе. Хотя почему «кажется» – я точно там. Да ещё и не один, а в компании с этим балбесом Ян Гэ. Почему балбесом? Так если бы не его дурацкий припадок мы бы здесь и не оказались. Вот надо было ему упасть в обморок точнёхонько рядом с этой пещерой. Да и мудановцы эти тоже хороши. Могли бы вместо страшной рожицы написать обычное предупреждение. Ну там «осторожно злая обезьяна» или "не влезай-убьёт.

Хотя с другой стороны их тоже можно понять, далеко не каждый житель Лояна обучен грамоте. А уж здесь высоко в горах сыскать обученного грамоте человека и вовсе не так-то просто – ведь все они обитают в секте Мудан. И уж им-то наверняка необязательно объяснять, что это за пещера такая и почему вход в неё строго воспрещён.

Ну а то что до меня эту информацию не донесли, так и тут всё понятно – я же и не должен был в ближайшее время обитель покидать. Тем более, один…Но получилось так, как получилось и теперь надо с этим что-то делать.

Со слов Ян Гэ выходило, что идти обратно – не вариант. Тогда куда?

Ещё раз осматриваю огромный грот, в котором мы оказались. В глаза сразу бросаются три прохода в дальнем его конце. Ну прямо как в сказке. Налево пойдёшь – люлей огребёшь. Направо пойдёшь – печень пропьёшь. Ну а прямо пойдёшь – на трассу м4 попадёшь.

– Эй, Ян Гэ ну что, куда пойдём?

– А какая разница? Все мы всего лишь песчинки на обочине истории. Сегодня мы есть, а завтра… – тяжело вздыхает он в конце.

Н-да уж, лучше бы он и дальше ревел, чем вот так сидеть теперь в углу и потерянно пялиться в стену. Похоже, в данный момент он мне не помощник. И куда только подевалось его хвалёное хладнокровие. Он ведь сам не свой – того и гляди руки на себя наложит.

– Ну я тогда…пойду.

– Жизнь – тлен.

– Понял, не буду тебя отвлекать.

Оставив его одного, подхожу к развилке. Ни то чтобы мне так уж хочется самому лезть в пасть льва, но и сидеть просто так в ожидании чуда я не намерен. А потому выбирать всё же придётся. Тем более что чем дольше я тут прохлаждаюсь, тем выше становится риск быть съеденным. Этот блохастый комок шерсти и так чуть было не сожрал Ян Гэ, я кое-как уговорил его, что мой недалёкий друг никакая ему не еда. А уж скольких сил мне стоило убедиться крыса в том, что бессознательный Ян Гэ не прячет от нас еду под халатом – это ведомо одним только Небесным мудрецам. Так что этот придурок у меня в вечном неоплатном долгу. Осталось лишь выбраться из этой передряги, чтобы стребовать с него этот самый долг. Вот только сделать это будет отнюдь не просто, но начинать с чего-то всё-таки надо…

Ещё раз окинув взглядом проходы, я внезапно замечаю три столбика рядом с каждым из них. Изначально по пути сюда я принял их за обычные сталагмиты. Но теперь как следует, присмотревшись, могу с уверенностью сказать, что это путевые столбы. На них даже надписи имеются.

Приглядевшись мне удаётся разглядеть часть из них. Надпись на левом гласит: дорога силы. На правом: дорога хитрости. Ну а на среднем всего лишь три буквы «муд» да и то порядком затёртые. Что ж, похоже, средний путь как-то связан с нашей сектой, ну или это специальный проход для мудаков. Впрочем, мне подходят оба варианта – ведь только полный мудак мог вляпаться в очередную историю на ровном месте.

Ещё раз оглянувшись на Ян Гэ и убедившись, что он как и прежде пялится в стену, оттягиваю ворот халата и негромко произношу:

– Пс-с-с-с, многоуважаемый нахлебник на разведку сходить не хочешь? – киваю я в сторону среднего прохода.

– Пи-пипи-пипи! – выдаёт мне яростную отповедь этот гадкий грызун, а после, вцепившись лапками в отвороты МОЕГО халата, запахивает его обратно.

Вот ведь гад, а ведь это мы из-за его прожорливости здесь оказались! Ладно сам как-нибудь разберусь.

И только я собираюсь сделать шаг в сторону центрального прохода, как сзади раздаётся очередное слезливое всхлипывание:

– Не оставляй меня одн…ого!

* * *

Ну и в странном же местечке мы оказались. Ни то чтобы я раньше так уж часто бывал в горах, а тем более в столь глубоких пещерах, но что-то мне подсказывает, что подобного освещения там нет и в помине.

Я в очередной раз задираю голову, чтобы полюбоваться светящимися сосульками, свисающими с потолка.

Раньше я видел сталактиты только на картинках, но и те, что я видел, в подмётки не годятся тем, что сейчас висят у меня над головой.

– Слушай Ян Гэ, а у вас так везде? – киваю я на сосульки.

– Ты сейчас серьёзно? – спрашивает он в ответ. – Мы вроде как на волоске от смерти, а всё, что тебя волнует это светящиеся сосульки? Тебя что в детстве головой роняли?

– Мог бы просто сказать «нет».

Да что не так с этим парнем? Какая муха его укусила? Эти его постоянные перепады настроения начинают меня неслабо так напрягать. То он ревёт словно девчонка, то пялится в стену будто душевнобольной, а теперь и вовсе шипит на меня как самая настоящая змея. Я уже не понимаю, что происходит. Ощущение такое, будто мне приходится общаться не с хладнокровным воином Мудан, а с какой-то поехавшей на собственных правах феминисткой.

Бррррр, ну и жуть! Помнится, была у меня одна такая в зале. Так, я на неё пока штангу животворящую не уронил, она не успокоилась. Может и на Ян Гэ чего-нибудь тяжёленькое скинуть, чтобы в себя пришёл? А там, глядишь, и нормальным человеком станет, без всех этих выкрутасов…

– Эй, чего это ты так подозрительно на меня смотришь? – ловит мой взгляд Ян Гэ.

– Да так…О, смотри-ка, кажется, пришли!

Фуф, как же вовремя. Вот уж не думал – не гадал, что когда-нибудь обрадуюсь простому камню. Хотя почему, простому? Булыжник на нашем пути совсем не выглядит как обычный камень, скорее он больше походит на искусно выточенный постамент, с какими-то надписями.

– И куда дальше? – спрашиваю я в пустоту.

Помимо камня на нашем пути больше ничего нет. Это тупик.

– Там какие-то надписи, – подходит к камню Ян Гэ. – Кажется, это загадка… «На горе стоят два стула. На одном – бобы нетолчённые, на другом – змея Кровавым культом взращённая. На какой сам сядешь, на какой мастера посадишь»?

Ну у них тут и загадки – что-то мне это напоминает.

– Я такой никогда не слышал, – снова впадает в уныние Ян Гэ. – И что мы теперь будем делать?

– Возьмём бобы нетолчённые, накормим ими гадюку Кровавым культом взращённую… – машинально произношу я.

И стоит мне это выдать, как из-за каменного постамента раздаётся подозрительный хруст. А уже спустя секунду по каменной преграде пробегает сеть трещин и она начинает медленно, но верно осыпаться. Нам открывается новый проход.

– Как ты это сделал⁈ – удивлённо таращится на меня Ян Гэ.

– Мудрость предков, – пожимаю я плечами.

Ну а что мне ей ответить: сказать, что мой дядя дважды сидел и у них такие загадки были в почёте?

Н-да, не думал, что мне это когда-нибудь пригодится. Тем более, здесь в Лояне. Уж не знаю, кто именно оставил здесь эту загадку, но могу сказать одно – жизнь его потрепала знатно.

– Ну что идём дальше? – указав на открывшийся проход, спрашивает Ян Гэ.

– Идём, выбора-то у нас всё равно нет.

Переступив груду камней, что осталась после развалившегося постамента, отправляюсь вслед за Ян Гэ.

Пока что всё идёт более менее гладко. И надеюсь, дальше так и продолжится…

– Опять загадка? – произносит Ян Гэ.

Хм, похоже на то.

Почти сразу на выходе из новенького туннеля нас встречает ещё один каменный постамент.

– «Сердце отдашь или мастера продашь?» – читает вслух Ян Гэ.

Да они издеваются!

– Сердце не отдаётся, мастер не продаётся.

Ещё один постамент рушится, освобождая нам путь. Вот только на этот раз помимо привычного уже грохота камней до моих ушей долетает странный едва уловимый шум…

– Да как ты это делаешь⁈ – в сердцах восклицает Ян Гэ.

А я между тем начинаю подозревать, что здесь что-то не так.

Обогнав Ян Гэ, я первым вхожу в образовавшийся проход и снова чуть ли не нос к носу сталкиваюсь с очередным, третьим уже по счёту постаментом. Надпись на нём гласит: «Копьём в глаз или Кровавого культа сглаз?».

– В Мудане копей нет, – я, кстати, проверял, пока гриф для штанги искал.

И снова как и прежде каменная преграда рушится, освобождая нам путь. Я опять различаю подозрительный шум.

В этот момент, шедший позади, Ян Гэ обходит меня стороной и направляется в сторону прохода.

– Стой, – говорю я ему. – Разворачиваемся.

– Что, почему? – искренне удивляется он.

Да я бы и сам хотел знать ответ на этот вопрос, вот только ответа у меня нет – одно предчувствие. И ещё крыса за пазухой, которая отчего-то сильно просится обратно. А ещё она, кажется, боится. Я чувствую её дрожь своим телом…

Кап!

…

Кап!

…

Кап!

Обернувшись на шум, с ужасом замечаю тоненькую струйку воды, что стекает с верхушки постамента. А ещё я наконец-то понимаю, что это за шум такой преследовал нас всё это время – это был «рокот» подземных вод!!!

– БЕЖИМ!!! – ухватив Ян Гэ за рукав, бросаюсь обратно в проделанный нами проход.

А сзади тем временем доносится подозрительный треск. Я слышу, как шум усиливается!

Похоже, постамент за нашими спинами вот-вот падёт сам собой, так и не дождавшись ответа на заготовленную загадку. И когда это произойдёт, нас попросту размажет по поверхности туннеля!

От этого осознания у меня резко прибавляется сил. Я чувствую, как обуревающий меня страх будто бы оседает где-то в мышцах – отчего последние начинают дрожать словно натянутая струна…

– ЯН ГЭ УСКОРЯЕМСЯ!!!

– НЕ МОГУ! МОЯ ЦИ, Я ПОКА НЕ МОГУ ЕЙ ПОЛЬЗОВАТЬСЯ!!!

Плохо! Очень плохо! Я вижу, как он отстаёт. Без своего хвалёного цингуна ему за мной не поспеть.

Страх тут же сменяется решимостью. Немного сбавив обороты, я подхватываю этого доходягу и закидываю его тщедушную тушку себе на плечо.

– ОЙ!

Хм, а он легче, чем кажется…или это я стал сильнее?

Ладно подумаю об этом позже, а пока дёру!

Ноги сами собой несут меня обратно к самому началу этого поистине мудацкого пути.

А треск камня тем временем оказывается полностью заглушён шумом воды.

Не сбавляя темпа, оглядываюсь назад, чтобы понять, насколько всё плохо…И, о Небесные мудрецы, лучше бы я этого не делал. За мной по пятам несётся настоящая бурлящая стена. А что хуже всего этот водный массив вот-вот меня нагонит. И даже если я каким-то чудом успею выскочить из этого драного тоннеля и окажусь внутри грота, то даже там мне не будет спасенья, меня просто расплющит о стену, ну или утопит…

И о чём я только думаю в такой-то момент⁈ Я слишком молод и не накачан, чтобы так просто умереть.

– ЛАЙТ ВЕЙТ! ЙЕ БЕЙБИ! – поудобнее перехватив доходягу Ян Гэ, я начинаю перебирать ногами ещё быстрее.

Помню, мой покойный тренер как-то сказал: рождённому бегать – жопу не порвут. Что ж, надеюсь, он был прав. Потому что сейчас я чувствую, что просто рождён для бега!

В этот самый момент я, наконец, замечаю его – свет в конце тоннеля. Выход уже близко. Вот только и силы мои уже на исходе. Будь я один – наверняка бы успела. А так…

Внезапно в мою голову приходит одна очень безумная, но вместе с тем своевременная идея.