Текст книги "Мастер из качалки (СИ)"

Автор книги: Александр Гримм

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 15 страниц)

– Молодцы, вы хорошо постарались…даже ты Су Чень. Для первого раза этого более чем достаточно, можете отдохнуть. Продолжим после обеда. Но если кто-то из вас пожелает и дальше постигать дыхательные практики, то я не стану вас останавливать. Главное – не перетрудитесь. Учение нашей секты – это длинный путь и на этом пути важно правильно расходовать свои силы. Иногда медленный шаг может завести куда дальше, чем быстрый бег.

Сказав эти слова, он уходит к другой группе учеником. Мы же остаёмся предоставлены сами себе.

– Брат Су Чень, брат Су Чень, – внезапно подскакивает ко мне пухлощёкий мальчишка. – А правду говорят, будто ты уже родился с Ци?

Шепотки со стороны других учеников тут же затихают, все они с любопытством смотрят на меня.

– Ага, – нехотя киваю я.

По крайней мере, так мне сказал сам наставник Чой.

– Здорово! – восклицает мальчишка. – Ты прямо как герой из сказаний, Лю Бэй из секты Солнца и Луны.

Шепотки снова возобновляются, неугомонные детишки начинают обсуждать всё на свете: меня, наставника Чоя и их новую жизнь. И только один из них, продолжает как и прежде сидеть в позе лотоса, не обращая внимания на окружающий мир.

И как так вышло, что мы с младшим Шенем оказались в одной группе? Неужели это все проделки его мастера?

Впрочем, неважно. Сейчас меня куда больше волнует предстоящая тренировка.

Поднявшись с земли, отправляюсь обратно к себе в келью.

Ни то чтобы я особо стеснялся того, что на меня будут смотреть во время тренировки, просто не хотел привлекать к себе излишнего внимания. А так будь у меня выбор, я бы, конечно, предпочёл занятия на свежем воздухе. Хотя и в местных рукотворных пещерах тренироваться вполне комфортно – там на удивление отличная вентиляция, нет сквозняков, как я ожидал и вообще довольно тепло.

Покинув площадку для «тренировок» и преодолев шестьдесят две ступени, я оказываюсь в рукотворном гроте, напротив центральной анфилады, ведущей вглубь горы. Там, по словам наставника Чоя, располагается зал старейшин, покои мастеров и наставников, а также сокровищница и закрытая библиотека Мудан, где хранится главная ценность нашей секты – какие-то мудрёные книжки с местным кунг-фу. Надеюсь, хотя бы с картинками. Впрочем, соваться туда мне пока рано, даже на экскурсию. Тем более что и читать письмена Мудан я совсем не умею. Как поведал нам наставник, местной грамоте нас станут обучать лишь после того, как мы немного освоимся с ци.

Что же касается остальной части обители, то и она не пустует. Слева и справа от центрально анфилады есть две поменьше. Правая – полностью отдана под нужды младших и старших учеников. А вот левая, моя любимая – там расположены горячие источники горы Мудан и, конечно же, столовая с кухней.

Но к сожалению, мне сейчас не туда. Втянув ноздрями приятный аромат, доносящийся из левого прохода, я тем не менее сворачиваю направо. Обед ещё нескоро.

Дальнейший мой путь пролегает сквозь длинный-предлинный коридор, усеянный многочисленными кельями учеников. И ведёт он меня не куда-нибудь, а в самый конец ученического крыла. Тут так заведено: чем младше ученик по статусу, тем более дальнюю келью он занимает. Моя – седьмая по счёту, само собой, с конца.

Добравшись до своей новенькой комнаты я первым делом, стягиваю халат и остаюсь в одном нательном белье. Так будет проще тренироваться, да и одежда останется свежей и чистой.

Перебросив халат через спинку кровати, начинаю разминаться.

К счастью, местные кельи, несмотря на свои скромные размеры, вполне подходят для подобных занятий. А всё из-за того, что вещей здесь раз два и обчёлся. Одна кровать в конце комнаты и корзина для одежды в углу – вот и весь интерьер. Хорошо хоть освещение имеется. В настенной выбоине у самого входа установлена масляная лампа. Светит она ни то, чтобы ярко, ну так и я здесь не затем, чтобы книжки читать.

Ну, за работу! Мышцы сами себя не накачают!

Глава 10

Мягко ступая, Ян Гэ шла по длинному плохо освещённому коридору. По бокам от неё медленно проплывали двери ученических келий, но юная звезда секты Мудан не обращала на них внимания. Та, дверь, что была ей нужна, располагалась не здесь, а в самом дальнем конце ученического крыла.

«Ну почему снова я?» – мысленно простонала Ян Гэ.

Если бы ещё вчера ей кто-то заявил, что её грозный учитель, мастер Би Хан будет так заботиться о каком-то новеньком ученике, то она бы плюнула этому лжецу прямо в лицо – и это несмотря на всё своё воспитание. Но получилось так, как получилось…

Её суровый, не знающий жалости мастер, повелел ей проведать Су Ченя и узнать как у того дела. Всего ли ему хватает и нет ли у него каких-то особых пожеланий.

«Особых пожеланий!!!» – Ян Гэ покрепче стиснула зубки.

Да ЕЁ мастер так и сказал «особых пожеланий»!

Да он сроду так не выражался. И вот стоило только этому мальчишке появиться на горизонте и рассказать пару дурацких историй ЕЁ мастеру, как ЕЁ мастер тут же растаял словно весенний лёд у подножия горы Мудан.

Абсурд, как он есть! Но поделать с этим Ян Гэ ничего не могла. Ни ей младшей ученице было оспаривать слова собственного мастера. Тем более что Би Хан обладал весьма диким нравом. Последнее было несвойственно для представителей их секты, но попрекать этим первого столпа мог позволить себе только глупец. Как известно, гора Мудан весьма высока и мало кто из смертных может упасть с неё и при этом не разбиться…

«Нашла» – Ян Гэ остановилась напротив нужной двери, седьмой с конца обители. – «И что дальше, может для начала постучать?»

Кулачок Ян Гэ несмело приблизился к деревянной двери…но так её и не коснулся. Причиной тому стали звуки, что доносились из-за закрытой двери.

Чуткие ушки Ян Гэ уловили весьма подозрительные стоны и всхлипы, а вскоре она и вовсе смогла различить слова.

– Да…вот так…ещё чуть-чуть…Йеее Бейби! Ещё разок…теперь левой…

Щёки Ян Гэ тут же заалели, а саму её бросило в жар. Похожие всхлипы, стоны и вздохи она уже слышала, причём ни где-нибудь, а в квартале красных лепестков. В том самом месте, куда так любит захаживать её мастер и где падшие женщины ублажали мужчин за деньги. Там подобные звуки раздавались на каждом шагу, и, по словам мастера, это было нормально. Но здесь на прославившейся своей чистотой горе Мудан, в её родной ученической обители этим звукам не было места. По крайней мере, до сегодняшнего дня…

Ян Гэ снова пожалела о том, что так и не забрала свой верный меч у мастера. Пачкать свои руки об этого мерзкого мальчишку ей совсем не хотелось, но и выбора как такового у неё не оставалось. Она должна была пресечь творящееся безобразие.

Решительным движением Ян Гэ ухватилась за ручку двери и потянула ту на себя. Безрезультатно. Дверь оказалась заперта. Хотя чего она ожидала от столь подлого мальчишки, неужели думала, что он будет предаваться утехам у всех на виду⁈

От представленной картины её снова бросило в жар. Но на этот раз Ян Гэ была к нему готова. Она совладала со смущением и обратилась к собственной Ци. Чистая как само небо и столь же голубоватая дымка окутала её изящную ладонь.

Ян Гэ потянулась к двери.

Мягким движением она приложила ладонь к деревянному препятствию и слегка надавила. В отличие от тех же представителей Небесного клана ей ученице секты Мудан даже не нужно было прикладывать особых усилий, чтобы преодолеть столь жалкую преграду. Всё же учение их секты испокон веков гласило, что мягкость всегда побеждает твёрдость. Вот и на этот раз неприступная до этого дверь сдалась под действием этой мягкой силы.

И нет, деревянное полотно не разорвало на куски, в нём не появилось огромной дыры. Оно даже не потрескалось. Вместо этого дверь плавно соскользнула с петель и рухнула внутрь, прямо в комнату к Су Ченю. С громким шлепком она ударилась об пол и от этого звука хозяин кельи ощутимо вздрогнул.

Их с Ян Гэ взгляды пересеклись…

– Я всё могу объяснить, – пролепетал полуголый Су Чень.

С него рекой лил пот, да и сам мальчишка выглядел так, будто весь день провёл на рисовых полях. Но больше всего Ян Гэ поразил не его уставший внешний вид, а влажная одежда, что облепила таз и бёдра молодого человека. Хотя будет правильнее сказать, что внимание Ян Гэ привлекла не сама одежда парня, а то что скрывалось под ней!

– Кья!!! – крик сам собой вырвался из её рта.

Не помня себя от ужаса она бросилась прочь, подальше от этого здоровенного, хищно торчащего из-под штанов МОНСТРА!

* * *

– И что это было? – спрашиваю я в пустоту.

Этот Ян Гэ с каждым днём пугает меня всё больше и больше. Нет, я, конечно, понимаю, что видок у меня тот ещё, но зачем же было так орать? Я ведь сказал, что всё могу объяснить.

С трудом вытягиваю из-за пояса деревянный валик, обмотанный шерстью – такие здесь используются повсеместно, вместо подушек. Ну а я нашёл ему другое куда более достойное применение, и использовал этот брусок в качестве тренировочного снаряда. Хотя вес у него и небольшой, от силы пару килограмм, ну так и я не мистер Олимпия. Мне пока и такой утяжелитель сгодится – надо же с чего-то начинать?

Ну а то, что я его в штанину запихал так это всё ради удобства, чтобы во время тех же отжиманий, он у меня не выпал.

– Эх, теперь ещё и дверь чинить…

Хм, а ведь это идея!

Во время тренировки я мысленно сетовал на то, что у меня нет подходящих снарядов: ни штанг, ни гантелей, ни других атрибутов добротной качалки. Даже хотел метнуться на улицу и набрать камней потяжелее. А тут вон какой подарок – прямо на полу валяется, да ещё и с удобной ручкой. Это же если как следует приловчиться, то с помощью этой дверки я и становую смогу делать и подъём на бицепс. Ну а ежели немного извернуться и на спину её закинуть, то и присед можно будет осилить.

Ну, Ян Гэ, ну молодец! Надо будет ему хотя бы спасибо сказать, ну или ещё как-нибудь отблагодарить. А сейчас, за дело! Дверь сама себя не поднимет.

Довольный своим новым приобретением, я тут же хватаюсь руками за дверную ручку…Да так и замираю, в полусогнутом состоянии.

А всё оттого, что в моём животе стремительно разгорается самый настоящий «пожар». И, кажется, я знаю, что за этим последует. Всё же испытывать нечто подобное мне уже доводилось.

Гадский Ли Вэй будь ты проклят вместе со своими мятными конфетами!!!

От нестерпимого жара меня тут же бросает в пот, а тело тем временем начинает дрожать от переполняющей его энергии. Я начинаю слышать биение собственного сердца, а ещё шум крови в ушах.

Всё в точности, как и тогда. Правда, за одним исключением, теперь я прекрасно знаю, как справится с одолевшим меня недугом.

Присев около двери, я ещё плотнее обхватываю ладонями дверную ручку и тяну тяжеленное полотно на себя. Первый подход начался…

Вскоре я прямо как в тот раз теряю счёт времени. Подход сменяется подходом, и я даже не замечаю, как постепенно перехожу от становой тяги, сначала к подъёму на бицепс, а затем и вовсе к приседаниям с тяжеленной дверью на спине.

К этому моменту пот уже не просто струится по всему моему телу, он стекает с меня полноводной рекой.

Мне ужасно хочется пить, но я словно заведённый продолжаю поднимать и опускать деревянную дверь, не в силах остановиться. Я чувствую, что стоит мне это сделать, как переполняющая меня энергия просто разорвёт меня изнутри. Откуда исходит это ощущение я не понимаю, но не доверять ему у меня нет причин. А если бы и были, то даже тогда я бы не прекратил начатое. Я слишком сильно втянулся во всё это дерьмо.

– Ууууху! Йе, бейби, лайтвейт! – помимо воли вырывается из моего рта коронная фраза одного известного бодибилдера.

А тем временем мои доведённые до предела мышцы начинает сводить судорога. Но даже так я продолжаю тянуть на себя тяжеленную дверь.

Ещё чуть-чуть, ещё немного, я всё ещё чувствую пожар в своём животе…

– День первый, выжил. – внезапно раздаётся негромкий голос из коридора.

Только в этот момент я замечаю незваного гостя, застывшего в дверном проёме. Им оказывается младший Шень.

На лице мальчишки отчётливо виднеется удивление. Это впервые, когда я вижу на его бездушной физиономии хоть какие-то признаки человеческих эмоций.

Заметив, что я смотрю на него, Шень делает шаг назад и поспешно скрывается из виду.

И что это, чёрт возьми, такое было? Впрочем, неважно, сейчас для меня главное – поскорее закончить тренировку. Но стоит мне об этом подумать, как я чувствую резкий упадок сил. Ноги подламываются, и я в обнимку с дверью падаю на пол. Жар, что всё это время согревал мои внутренности, стремительно угасает. Ему на смену приходит смертельная усталость. Она густой волной обволакивает моё тело. Я осознаю, что вот-вот усну и, скорее всего, пропущу обед…

В этот момент в поле моего зрения появляются чьи-то ноги – неужели очередной незваный гость? Что-то они зачастили в последнее время. Правда, на этот раз ко мне заскочил явно не один из младших учеников. Судя по немалому размеру ног, это кто-то постарше.

Жаль, мне не удаётся разглядеть его лица. Сил не хватает даже для то, чтобы оторвать голову от пола.

– Ян Гэ мне обо всём рассказал, – словно через вату в ушах доносится до меня голос Би Хана.

Вот так сюрприз! Не ожидал его здесь увидеть. И это его упоминание о Ян Гэ…Неужели этот гламурный ублюдок, что-то ему наплёл⁈

– В нашей секте такие вещи не приветствуются, но глядя на тебя в подобном состоянии, я вижу, мне тебя не переубедить. Хотя должен признать, я и не думал, что можно так упахаться во время обычного самоублажения. Ну что сказать, силён. Надо будет как-нибудь взять тебя в квартал красных лепестков…

О чём это он? – проносится у меня в голове.

Мысли текут вяло словно кисель, а потому мне не удаётся уловить и толики смысла в этих его словах.

– Ого, да ты прям всю комнату забрызгал…Эту бы энергию да в нужное русло, – продолжает нести какую-то околесицу мастер Би Хан. – Ну да ладно, я тоже в молодости творил всякое. Ты только в следующий раз дверь с петель не снимай. Я понимаю, хочется покрасоваться, но это уже перебор…

Слова Би Хана постепенно сливаются в белый шум, а мои веки тем временем неуклонно ползут вниз. Кажется, я засыпаю…

* * *

– Ци. Сегодня я поведаю вам о ней – о загадочной силе, что пронизывает собой всё живое, – тоном ментора произносит наставник Дой. – Ци – есть не что иное, как жизненная сила, это тот жизненный срок, что отмерен вам природой. И также как этот самый срок, ци измеряется в годах. Например, сейчас запас моей ци составляет триста с лишним лет…

– Ого!

– Не может быть⁈

– Вот это да…

Ну старик, ну заливает. С самого едва ли не песок сыпется, а всё туда же – собирается жить до тыщи лет.

Ну вот какие ему триста лет? Да, судя по его внешнему виду, ему давно пора на гробовые копить, а он вместо этого наивных деток обманывает.

Из всей нашей группы лишь мы с Шенем не выказали никакого восхищения, после слов наставника. Остальные же ученики, едва ли не кипятком писали после этой его фразы про триста лет.

Ох, лучше бы вместо этой глупой лекции я бы и дальше продолжал лежать в своей постели. А то от вчерашней тренировки тело ломит так, будто на мне мешки с песком возили. Ну хорошо хоть выспаться дали и позавтракать как следует. Впрочем, от нагоняя я всё же не уберёгся. За то, что пропустил послеобеденную и вечернюю «тренировку», наставник Чой отправил меня на местную кухню, драить котлы.

Впрочем, тут я на него не в обиде. Ведь каждому качку известно: чем ближе к кухне, тем толще бицуха.

– Мы последователи боевых искусств черпаем свою Ци из нижнего даньтяня, расположенного внизу живота. Неважно из какого мы клана, школы или секты – все последователи боевых искусств черпают Ци из одного и того же источника. Испокон веков залогом нашей силы и долголетия являлся нижний даньтянь, он же Океан Ци. Но, к сожалению, этот океан не бездонен. Когда человек рождается, то вычерпывает океан досуха и Ци растворяется в его маленьком теле. Это естественный ход вещей. Новорождённому ребёнку требуется много жизненной силы для его дальнейшего роста и выживания. Задумывались вы когда-нибудь над тем, почему маленькие дети столь непоседливы и игривы и отчего в отличие от взрослых они не знают усталости? Всё верно! Дело в Ци, что бурным потоком гуляет по всему их телу. Она дарует им стремительный рост и неуёмную энергию, но вскоре иссякает и чем меньшее её становится, тем скорее человека настигает старость. Такова людская природа. Хорошо это или плохо – решать не нам. Мы лишь можем встать на правильный путь и щедро наполнить Океан Ци первозданной энергией и тем самым снова запустить круговорот жизни в наших бренных телах.

– Наставник Дой, наставник Дой! – внезапно вскидывает руку знакомый мне пухляш. – Вот вы говорите, что при рождении ци растворяется в теле, а как же наш Су Чень? Почему его ци не растворилась?

– Всё просто юный Минг наш Су Чень родился со столь большим Океаном Ци, что ему не удалось вычерпать его до дна. Обычно такое бывает, когда дитя было зачато двумя мастерами боевых искусств. Но бывают и более редкие случаи. Например, мастер Одинокого кулака Чжу Вон. По воле Небес он родился одноруким, и его телу не понадобилось вычерпывать весь Океан до дна. Та ци, что должна была достаться его левой руке, так и осталась в нижнем даньтяне. Подобные случаи не редкость. Но вам ученикам нашей секты не стоит завидовать чужой судьбе, ведь уже совсем скоро вы получите положенные вам пилюли возвышения и сможете заново наполнить свой океан Ци. Каждому из вас будет дарована пилюля с тремя годами жизни и только от того, как хорошо вы усвоите уроки брата-наставника Чоя, будет зависеть, сколько из этих лет осядет в вашем даньтяне. Есть ли у вас ещё вопросы?

– Да наставник! – снова тянет руку пухляш Минг. – Вы сказали, что мы используем нижний даньтянь, но раз есть нижний, значит, есть и верхний?

– Верно. Всего существует три даньтяня. Нижний, центр жизненной силы, к которому обращаемся мы последователи боевых искусств. Средний, к которому прибегают шаманы, его ещё называют Сердечным центром. И наконец верхний – Центр Изначального Духа или Хрустальный дворец, источник силы колдунов Имперского двора. Но лишь один из трёх этих даньтяней способен хранить в себе жизненную силу, это наш океан Ци, два других имеют совершенно иную природу.

Ух, как всё запущено…

На протяжении этой лекции на меня то и дело накатывает сонливость, а оттого слова наставника Доя, в массе своей, пролетают мимо моих ушей. Правда, на этот счёт я не особо переживаю. Всё-таки, как по мне, практика всегда важнее теории, а на этой самой практике я, между прочим, собаку съел. Главное – чтобы мы, наконец, перешли к настоящим тренировкам, а не к этим унылым дыхательным и медитативным практикам.

По дороге сюда я видел, как более взрослые ученики уже вовсю отрабатывают боевые искусства. И пускай все их движения больше походят на причудливый танец, а не на отработку мордобойных приёмчиков, но это всё равно куда лучше, чем морозить зад, сидя в позе лотоса.

Эх, поскорее бы начать двигаться. Тело, после долгого сна и так затекло до самых пяток. Мышцы будто задеревенели. А теперь меня ещё и до кучи вынуждают сидеть на одном месте. Прямо не лекция, а какое-то изощрённое наказание. Ну хоть позавтракать дали – уже неплохо.

А вообще, мне ли жаловаться? Я так-то настоящий везунчик. Если бы не приютившая меня секта, то я бы сейчас не сидел вразвалочку на свежем воздухе с набитым до верху брюхом, а батрачил за копейки где-нибудь на окраине Орлиного пика или вовсе побирался на улицах, как самый настоящий попрошайка…

– … Су Чень, ты слушаешь?

– Конечно, наставник!

– И что я сейчас сказал?

– Наверняка что-то мудрое…как и всегда.

– Ох, Су Чень, передай старшему повару, что ты задержишься у них ещё на неделю.

– Ура?

– О Небесные мудрецы, и за что мне всё это?

Глава 11

Вот уже около двух недель я только и делаю, что занимаюсь всякой ерундой. По утрам сразу после сытного завтрака иду на эту так называемую тренировку, где только и делаю, что учусь правильно дышать. Получается у меня уже вполне себе неплохо. По крайней мере, наставник Чой больше не ворчит на меня по десять раз кряду. Ну а после этой «несомненно важной» тренировки отправляюсь отбывать наказание на кухню, где устраиваю себе второй завтрак и помогаю местным работягам драить котлы.

Хоть секта Мудан и является полностью закрытой организацией, но даже ей требуется обслуживающий персонал, а потому в правом крыле то и дело встречаются работники из местных. Тех самых жителей горы Мудан, что в своё время поклялись служить секте в обмен на защиту и покровительство. Люди они в массе своей добрые и покладистые, а потому мои постоянные перекусы вызывают у них лишь улыбку. Одним словом, мне очень повезло, что моим наказанием стали регулярные наряды на кухню. Другим провинившимся ученикам, судя по слухам, доставалась работёнка и похуже. Например, стирать одежду или таскать горный лёд внутрь дворца для растопки. От последнего занятия я бы, кстати, тоже не отказался. Хоть какая-то полезная нагрузка – всяко лучше этих посиделок на свежем воздухе.

Кстати, о нагрузке, всё это время, я не бросал своих тренировок и даже добился кое-какого прогресса. Сейчас глядя на собственные руки, мне уже не кажется, что они принадлежат какому-то задохлику. Они явно стали крепче и неплохо так обросли мясом.

И пускай до прошлых кондиций мне всё ещё далеко, но даже так я чувствую себя куда лучше. Тем более что за этот небольшой срок, я неплохо так поднабрал в весе. А ещё благодаря своим тяжёлым изнуряющим тренировкам я стал куда выносливее и сильнее.

Но были во всём этом и свои минусы: моя верная дверь перестала меня удовлетворять, ей больше не хватало веса для того, чтобы как следует нагрузить мои мышцы.

Нет, я, конечно, мог бы и дальше увеличивать количество повторов в упражнениях, но для настоящего качка, коим я и являюсь, это был тупиковый путь. Только по-настоящему большие веса и тяжёлые тренировки могли вернуть мне МОЁ тело. То тело, которым я когда-то обладал. А значит, мне позарез нужны тренировочные снаряды. Вот только где мне их раздобыть?

На это чёртовой горе кроме снега, льда и камней больше ничего нет. То же самое можно сказать и про ученическую обитель, интерьер здесь настолько простецкий, что соорудить из него подходящий тренировочный инвентарь не представляется возможным. Да и вообще за всё время пребывания здесь из по-настоящему тяжёлых предметов я видел лишь громадные кухонные котлы и гири для весов, которыми местные отмеряют рис и прочие продукты.

В общем, с тренировочными снарядами здесь полная засада.

Что же касается остального моего расписания, то и оно не блещет разнообразием. После завтрака, дыхательных практик и отбытия наказания на кухне у меня есть немного времени, чтобы подкачаться, а затем я отправляюсь на долгожданный обед. Ну а после него меня снова ждёт лекция от кого-то из наставников. А там уже и до ужина недалеко. Правда, перед последним приёмом пищи я ещё раз успеваю как следует потренироваться, ну и, само собой, заскочить под благовидным предлогом на кухню, чтобы как следует набить брюхо.

Вот и сейчас покончив с чисткой последнего казана, я сижу на той самой кухне и с интересом поглядываю на десяток железных гирь, что ровным рядочком расположились вдоль стойки с монструозными весами.

– Что такое Су Чень, уже закончил? – подходит ко мне старший по кухне.

Сегодня это повар Ма. Приятный улыбчивый парень, едва ли старше двадцати пяти. По словам самого Ма когда-то он тоже хотел стать частью секты, но его отлучили сразу же после первого испытания. Что это было за испытание Ма говорить отказывался, ссылаясь на строгие запреты секты, а я, в свою очередь, не особо и настаивал. Судя по тем нравам, что царят в секте Мудан, это испытание не стоит и выеденного яйца. Максимум что меня ждёт – простенький экзамен на знание дыхательных и медитативных практик. Ничему другом нас попросту не обучают. Ну а уж с такой задачей я как-нибудь справлюсь.

К тому же, сейчас меня куда больше волнует не какое-то там испытание, а то как бы мне подступиться к Ма с вопросом о, заинтересовавших меня, гирях.

– Послушай Ма, тут у вас столько гирь, не против, если я позаимствую парочку?

– Я-то не против, но зачем тебе гири? – делает круглые глаза молодой повар.

Хм, и вот что мне ему ответить? А что если…

– А ты разве не слышал последние новости?

– Новости?

– Ага, они самые. Ходят слухи, что наша восходящая звезда Ян Гэ любит вламываться в чужие кельи. Теперь понимаешь, зачем мне гири?

– Да ты что! – снова делает круглые глаза Ма. – А с виду такой приятный юноша, ещё и из хорошей семьи.

– Это ещё что, сейчас я тебе про него такое расскажу…но сначала гири.

* * *

– Сегодня особый день, – торжественно произносит наставник Чой. – День, когда вы впервые вкусите пилюлю возвышения и снова наполните свой Океан ци жизненной силой. Почти месяц вы тренировались ради этого момента. Вы со рвением оттачивали свои дыхательные техники, дабы выдержать уготованное вам испытание. И вот этот момент настал! Сегодня вам предстоит перенести не только боль от внедрения инородной ци в ваш даньтянь, но и при этом не сойти с ума от тех мучений, что вас ожидают. Однако не все из вас сегодня удостоятся подобной чести…

Не понял⁈ О каких таких мучениях идёт речь? Ни о чём подобном мне раньше не говорили. Или…Вот дерьмо, в тот день, когда Дой впервые завёл разговор об Океане Ци, он вроде упоминал нечто подобное, но мне так хотелось спать, что я просто пропустил его слова мимо ушей…

– Младший ученик Су Чень!

– Да наставник? Если вы о тех гирях, то обещаю, скоро я их верну!

– Что, о каких ещё гирях?

– Да так, просто оговорился.

– Ох, Су Чень…впрочем, неважно. Я просто хотел сказать, что пилюля тебе не полагается. Твой Океан Ци уже пробужден и готов к культивации. Надеюсь, ты не разочарован. Я должен был сказать об этом раньше. Это моя вина.

Да не такая уж это и вина. Или старик Чой думает, что я из тех бедолаг, что прямо-таки жаждут острых ощущений?

– Ну что вы наставник Чой, я не в обиде.

– Ну, раз так, то начнём. Сейчас все за исключение Су Ченя получат свои пилюли.

Как он и сказал, вскоре каждый из присутствующих получает в свои ладони голубоватый шарик размером с перепелиное яйцо. И только я остаюсь с пустыми руками.

Получив в собственность вожделенные пилюли младшие ученики все как один заворожено глядят на них, словно перед ними самое настоящее сокровище. Хотя и среди них есть одно исключение, а именно младший Шень. Ученик второго столпа не испытывает ни благоговения, ни восторга от пилюли в своих руках. Он всё так же холоден и неприступен, словно айсберг.

Странный тип. Несмотря на то что мы проводим довольно много времени вместе, я всё ещё никак не могу привыкнуть к его нелюдимости. А ещё в последнее время меня преследует навязчивое чувство. Мне кажется, что он за мной следит. Я всё чаще замечаю чей-то взгляд, направленный мне в спину. А ещё, дверь в мою комнату периодически оказывается приоткрытой и происходит это почему-то во время моих тренировок.

– Учение нашей секты гласит, что лишь тот, кто живёт в гармонии с собой и с миром, сможет познать истинную глубину Океана ци. Поэтому во имя Небесных мудрецов не старайтесь проглотить больше Ци, чем положено, возьмите из этих пилюль ровно столько, сколько сможет усвоить ваш даньтянь. Порой даже самое великое путешествие начинается с малого шага. Главное – не переусердствуйте. Хотя если вы в чём и ошибётесь, то я всегда буду рядом, чтобы исправить эту оплошность. А теперь, начинайте!

Младшие ученики словно только и ждали этой команды. Услышав слова наставника, они без раздумий отправляют голубоватые пилюли себе в рот. А после, как и сказано в учении секты Мудан, успокаивают свои сердца. Их дыхание становится слабым и ровным, прямо как на тренировках. Несмотря на столь юный возраст они в точности повторяют всё то, чему их научили наставники Чой и Дой.

Освободив свой разум, успокоив сердце и выровняв дыхания, младшие ученики секты Мудан начинают культивировать свою ци. В нижней части живота каждого из них зарождается едва различимое голубоватое пламя. Тела младших учеников начинают покрываться грязным маслянистым потом, а их лица искажаются в болезненных гримасах.

– Хорошо, молодцы, – поддерживает учеников наставник Чой. – Сейчас вы чувствуете как Ци из пилюли возвышения медленно, капля за каплей, перетекает в ваш Океан Ци. Процесс это не быстрый, поэтому не торопитесь, вам некуда спешить. У вас есть всё время мира…

– Я закончил, – сухо прерывает наставника Шень.

Ну кто бы сомневался? На самом деле я сразу почуял неладное, стоило лишь увидеть, как стремительно разгорается его даньтянь, а затем столь же внезапно угасает.

– Так быстро? – поражённо спрашивает наставник Чой. – Но как же боль?

– Боль? А что вы знаете о боли наставник? – Шень как в ни в чём не бывало смахивает со своего лица грязный, липкий пот. Очень знакомый пот…

В этот момент я замечаю то, чего не замечал раньше. Та субстанция, которую я поначалу принял за пот, является им лишь отчасти. На деле же, она куда больше походит на знакомую мне чёрную слизь. Я даже чую её противный кисломолочный запах.

* * *

– И что же мне с вами делать?

Сидя в своей комнате, на жёсткой застеленной тонкой циновкой кровати, я с удивлением смотрю на матерчатый кулёк в своих руках.

Вот тебе и волшебные лекарства…

Выходит, старик Чой ошибался: свою первую порцию ци я получил отнюдь не по праву рождения, а из того самого мятного шарика.

И что же всё это для меня значит? А то, что я в полной жопе! Сам того не подозревая, я не только обманул доверие секты, но и притащил на величественную гору Мудан пилюли Кровавого культа – их заклятого врага! Если кто-то об этом узнает, то мне точно кранты. Несмотря на видимое миролюбие воины Мудан, весьма сурово относятся к тем, кто посягает на устои их секты. А я не только посягнул на их устои, но и грязно попрал все их учения.

Стоит хоть кому-то об этом прознать и меня ни просто выпрут отсюда взашей, а, скорее всего, спустят вверх тормашками с этой треклятой горы.

Похоже, выбора нет. Надо как-то избавиться от этих чёртовых пилюль. Но просто выбросить их мне не удастся. Пилюли быстро обнаружат и тогда скорого расследования не миновать. План, мне нужен план…

От нервного напряжения ладонь сама собой сжимается в кулак и сминает мешочек Кровавого культа.

Хрррр, – раздаётся едва слышный хруст.

Хм, а это идея! Кажется, я знаю как мне избавиться от этой дряни.

Вскочив с кровати, я бросаю мешочек с пилюлями Кровавого культа прямо на каменный пол, и начинаю его остервенело топтать – до тех самых пор, пока внутренности матерчатого кулька не превратятся в пыль.