Текст книги "Черный Маг Императора 22 (СИ)"

Автор книги: Александр Герда

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 15 страниц)

– Максим… Темников… – вновь услышал я его грубый голос. – Когда-нибудь Чертков уйдет, и ты заменишь его… Чертков уйдет… Придет Темников… Я разрешаю…

В этот момент я буквально кожей почувствовал, как давление со стороны окружающих нас некротварей мгновенно ослабло. Как будто между нами появилась защитная аура, которая в один момент заставила их вновь поползти к своим могилам. Собственно говоря, как и хозяина кладбища, который в данный момент направлялся к кустам, из которых он к нам выполз.

– Фух… – выдохнул я и вытер рукавом пот, который градом катился по моему лицу. – Вроде бы обошлось…

– Ты молодец, Темников, отличная работа! – похвалил меня Чертков. – Поздравляю! Сегодня ты поднялся еще на одну ступеньку выше.

– Спасибо, Александр Григорьевич, – сказал я и посмотрел на бутылки, лежавшие в негу. – А коньяк? Почему он его не забрал?

– Об этом не беспокойся, – усмехнулся старик и хлопнул меня по плечу. – Если в следующий раз здесь окажешься, только пустые бутылки останутся. Если вообще хоть что-то будет. Моих, как видишь, нет. Только не спрашивай меня, как он это делает, никогда не видел. Пойдем домой лучше, хватит с нас на сегодня.

Я пропустил наставника вперед и в тот момент, когда он проходил мимо, мне вдруг показалось, что он стал чуть сильнее горбиться. Как будто всего за пару десятков минут постарел сразу на несколько лет. Или мне просто показалось?

– Не постареешь тут… – пробормотал в этот момент Дориан. – Ты видел эту уродину? Я и сам постарел года на три, как минимум… Ну и работка у тебя будет, Макс… Даже я не завидую…

Глава 11

– Судя по твоему лицу, ты думаешь о чем-то серьезном? – спросил у меня Чертков, когда мы вернулись в свой рабочий кабинет.

– От вас ничего не утаишь, – усмехнулся я. – Прямо насквозь меня видите.

– Просто у твоей физиономии не часто бывает такое выражение, – лицо наставника растянулось в улыбке. – Обычно думаешь о всякой ерунде – как бы поскорее разделаться с некрозмеем, и что будет, если он тебя сожрет. Поэтому пользуясь редким моментом, решил поинтересоваться, о чем размышляешь?

– Обо всем, что сейчас произошло, ясное дело, – ответил я и расстегнул верхнюю пуговицу на своей магической броне. – А еще думаю о том, что нужно попросить завхоза, чтобы он нам здесь кондиционер поставил. Все время слишком душно.

– Тогда пойдем прогуляемся в столовку, – сказал Чертков и поднялся со стула. – У меня что-то голова трещит. Хочется выпить чашку кофе. Только перед этим пройдемся немного. Мне что-то тоже хочется на свежий воздух. Ты также проветришься, а заодно приведешь свои мысли в порядок, а в столовой расскажешь, что там у тебя в голове накопилось.

Множество дорожек в школьном парке давало возможность выбрать для прогулки маршрут на любой вкус. Можно было пойти длинным, если в этом возникала необходимость, либо предпочесть средний или какой-нибудь покороче.

Кроме того, каждый из них пользовался определенной популярностью среди учеников. Если возникала необходимость прогуляться на виду у всех, то следовало выбирать самый оживленный маршрут. Это гарантировало тебе частые встречи с кем-нибудь из ребят. Им частенько пользовались парочки, которые хотели, чтобы весь «Китеж» узнал о том, что их видели вместе.

Моими любимыми были дорожки, где было поменьше народа. Я редко прогуливаюсь, чтобы просто погулять. Обычно я использую такие моменты, чтобы хорошенько что-нибудь обдумать и не отвлекаться на встречных учеников.

Вот как сейчас, например. Кроме нас и каркающих где-то ворон больше никого вокруг. Только Александр Григорьевич и я со своими мыслями. Абсолютно пустой школьный парк для этого времени выглядел непривычно. Дело шло к вечеру, погода хорошая, и обычно здесь даже в субботу кто-то был.

По крайней мере, если не шел навстречу, то виден вдалеке. Ну и пусть. Так даже лучше. Прямо как на кладбище, где мы совсем недавно были… Кстати говоря, именно о нем я сейчас и думал. Обо всем, что сегодня произошло.

Новые некросимволы, знакомство с хозяином кладбища… С каждым месяцем я все выше поднимаюсь по ступенькам некротической науки, а некрослой мне становится… Хм… Родным для себя измерением я бы его не назвал, но вторым по близости, это совершенно точно. По правде говоря, некрослой был мне даже более понятен, чем Тенедом.

Впрочем, это было вполне логично. Ведь у меня был наставник, который постоянно объяснял мне правила, по которым устроен некрослой, и как там все работает. Тенедом – совсем другое дело. По большому счету, даже Дориан не знал, как он устроен и что это такое, хотя провел там гораздо больше времени чем я.

Сегодняшний день я для себя считал очень важным. Все-таки личное знакомство с хозяином кладбища… Теперь я знал, как это делается, а это означало, что очередное темное пятно некрослоя для меня таким быть перестало.

Кроме того, с этого момента я гораздо сильнее понимал, насколько опасными могут быть такие встречи. Когда вокруг тебя такое количество некротварей, да еще и во главе с самим хозяином кладбища, то портал может и не спасти… До него еще нужно успеть добраться. По сути, каждая такая встреча может стать для меня последней.

Теперь я гораздо сильнее понимал слова Черткова насчет того, что в некрослое никогда нельзя расслабляться. Сам он всегда был максимально собран. Судя по всему, это выработалось у него в привычку. Очень правильную привычку, между прочим, и чем скорее я сам для себя заведу такую, тем будет лучше.

Пока еще компанию мне составлял Александр Григорьевич, но это ненадолго. Я думаю, еще максимум два года, как раз к тому моменту, когда я закончу учебу. Это время пролетит незаметно, а потом… Как там говорил хозяин кладбища? Чертков уйдет, придет Темников? Вот-вот…

Я не стал скрывать своих мыслей от наставника, и когда мы расположились в столовой, рассказал ему все то, о чем размышлял, пока мы с ним прогуливались.

– Не переживай, парень, это вполне нормальные страхи, – сказал наставник, обдумав мои слова. – Каждый из нас рано или поздно оказывается единственным в своем роде. Но ты не волнуйся, пока не помру, смогу иногда составить тебе компанию. Будешь меня звать с собой, когда решишь сходить в некрослой червяков попинать, чтобы потом из них желеек накрутить.

– Обязательно, – пообещал я ему, успокаивая себя надеждами на то, что старик будет жить еще долго и не раз составит мне компанию даже после того, как выйдет на пенсию.

Слово за слово, и я понемногу перестал думать о плохом. Наставник прав, как бы быстро не летело время, а работать нам с ним еще долго. Даже если несколько лет, то это уже немало…

Ну а когда Чертков показал мне выражение лица, с каким я разговаривал с хозяином кладбища, то мрачные мысли и вовсе испарились. Мы с ним хохотали на всю столовую, привлекая внимание немногих учеников, которые здесь были. Судя по всему, мое лицо в тот момент выглядело очень глупо.

Кстати, между делом выяснилось, что никаких других имен у хозяев кладбищ нет, и этот факт меня приятно порадовал. Запомнить такое количество имен было бы большой проблемой, так что мне пришлось бы пользоваться Бесконечной Книгой Заклинаний, которую мне подарила Лазарева.

Пока этот подарок был мне без особой надобности, а с учетом того, что вносить в эту книгу можно было абсолютно любую информацию, то она бы мне подошла.

– Чем собираешься занять вечер? – спросил меня Чертков, когда наш разговор с ним подошел к концу. – Поедешь на ужин к деду?

Вообще-то, я так и планировал сделать, но позже. Сейчас было всего четыре часа вечера, так что можно успеть еще кое-что, и именно об этом я хотел сказать наставнику.

– Александр Григорьевич, у меня к вам небольшая просьба… Мы не могли бы еще раз сходить в гости к Василию Стахиевичу? – спросил я. – Желательно сегодня, если можно.

– К Хвостову? – удивленно вскинул брови старик, а Модест подозрительно прищурил глаза, которые он с меня никогда не спускал. – Что за срочность? Тебе понравилось дрыхнуть в его мастерской? Сразу скажу тебе, что это не лучшая идея. Сам же слышал, там у него все время что-то взрывается… Лично я не в восторге от мысли, что его трехдверная хибара взлетит на воздух вместе с нами.

– У меня к нему дело… – я наклонился к нему поближе и рассказал про Филибора.

Разумеется, без деталей и объяснений насчет информации, которая у меня есть. Правда ее было не так много, и по большому счету, все это были лишь догадки, но самое главное я все же знал. Хрустальный шар каким-то образом мог питаться человеческими жизнями! Что именно это означало, я пока не знал, однако хотел как можно скорее разобраться с этим вопросом.

Мысль о том, что в моей любимой Берлоге хранится такая опасная штуковина, не давала мне покоя. Я то и дело думал о нем, а это мне очень сильно мешало. Терпеть не могу назойливых мыслей, которые то и дело отвлекают…

– Интересно… – сказал на это Чертков и задумчиво потер подбородок, не отрывая от меня своего внимательного взгляда. – Допустим ты искал там Немой Колокол, и предположим, что именно за ним туда и приехал…

– Так оно и было, – сказал я. – Все остальное произошло совершенно случайно.

– Не спорю, в твоем случае это скорее нормально, чем удивительно, – кивнул он. – У меня к тебе всего один вопрос, какого черта ты вообще вытащил из подвала какой-то магический шар? Тебя мама в детстве не учила, что не стоит тянуть в руки всякую гадость.

– Я подумал – зачем добру пропадать? Вещица-то магическая и не проклятая, чего ей там без дела стоять? – выдал я версию, которая казалась мне наиболее логичной.

Не стану же я ему говорить, что кроме меня к этому еще причастен Красночереп и Градовский? Сейчас я уже и сам считал, что с моей стороны это было не самым разумным решением. Может быть, и правда стоило его там оставить до лучших времен? Предсказатель из меня никакой, а Петр Карлович и без шара фонтанирует своими пророчествами.

– Что за сомнения, мой мальчик? Ты поступил совершенно правильно, – решил успокоить меня Дориан. – Были подозрения, что это живой артефакт, и просто так оставлять его там было бы не разумно.

– Можно было сначала кое-что разузнать о нем, а потом съездить и забрать, – сказал я.

– Гораздо проще узнавать о вещи, когда она перед тобой, а не по ее описаниям, – вставил Мор новый аргумент. – Так что заканчивай. Все нормально. Тем более, что он все равно не может выбраться из своего шара, ты же сам видел. Корчит злобные рожи и все.

– Магических вещей ему мало… – нахмурился наставник. – Ну и где он, твой Филибор?

– В комнате, – с готовностью ответил я. – Могу хоть сейчас принести.

– Принесешь, куда ты денешься, – вздохнул он. – Только и мне нужно будет к себе сходить. Каждый день ходить в гости с пустыми руками, это некрасиво. Есть там у меня пара бутылочек красненького для особых случаев. Похоже сегодня как раз один из них.

– Я вам компенсирую, Александр Григорьевич, – пообещал я. – Подарю ящик самого лучшего.

– Само собой, что же я буду просто так собственные запасы опустошать? – хмыкнул старик. – Кстати, что твоя Лазарева насчет этого шара говорит? Она ведь артефактор. Ты ей его показывал?

В этот момент меня посетило ощущение дежавю… Только недавно точно такой же вопрос задавала мне Лакримоза, а теперь вот наставник…

– Нет, не показывал, – покачал я головой. – Уверен, что ей эта штука будет не по зубам.

Чертков бросил на меня удивленный взгляд, пожевал нижнюю губу и кивнул:

– Ну если уверен… Тебе лучше знать… – он оперся на посох и встал из-за стола. – Тогда разбегаемся и встречаемся в рабочем кабинете. Я думал, ты после такого дня отдохнуть захочешь, а тебе на месте не сидится… Только поторапливайся, я, в отличие от тебя, хочу спать дома, а не в мастерской Хвостова. Так что даю тебе пять минут.

Про пять минут наставник, ясное дело, пошутил. Мне понадобилось пятнадцать минут, чтобы сгонять в свою комнату, оттуда в Берлогу, а затем проделать обратный маршрут и добраться до нашей с ним учебной комнаты. Самого же Черткова я ждал еще почти полчаса. Он зашел в кабинет весь мокрый от пота и по всему было видно, что старик пытался обернуться как можно скорее.

Не теряя времени на лишние разговоры, Александр Григорьевич начал чертить портальный узор. Между делом он поинтересовался, как у меня продвигаются дела с портальной магией, и помню ли я о том, что совсем скоро должен буду похвастать перед ним своими навыками?

Да помню, конечно… Еще бы мне не помнить… Сказал, как есть – до практической части еще не дошел, но вот теорию освоил неплохо. По крайней мере, теперь имею достаточно ясное представление насчет того, каким сложным делом мне предстоит заниматься.

Мне показалось, мой ответ Черткова вполне устроил, так как больше никаких вопросов он мне не задавал, а спустя совсем немного времени мы уже оказались в Крутогорье.

Дело вновь было вечером, снова лаяли собаки вокруг, вот разве что луна была не такой, так что второго приступа дежавю за этот вечер мне удалось избежать. Ну и еще один момент… Этим вечером из печной трубы необычного дома Василия Стахиевича валил вполне себе обычный дым, без света.

– Александр Григорьевич, как думаете, сегодня Хвостов будет ругаться после того, как вы ему в дверной колокольчик позвоните, или нет? – спросил я, вспомнив наш прошлый визит и Василия Стахиевича с прической в виде морского ежа.

– Равная степень вероятности, – ответил старик. – Если хочешь, можем поспорить на щелбан. Я предположу, что не будет.

– Годится! – согласился я.

– Макс, ну ты и балбес… – тут же сообщил мне Дориан. – Нашел на что спорить… Мог бы и поумнее чего-нибудь придумать…

– В смысле? – не сразу сообразил я, что именно хочет сказать мне Мор.

– Ты что, если выиграешь, собираешься Черткову щелбаны отпускать?

– Ну нет, конечно… Это ведь так, к слову, скорее… Просто ради интереса… – ответил я и понял, что если выиграет наставник, то как раз я-то получу сполна.

Александр Григорьевич позвонил в дверной колокольчик и оказался прав. На этот раз Хвостов не ругался. Не прошло и минуты ожидания, как перед нами распахнулась дверь и на пороге появился Василий Стахиевич. Судя по выражению его лица, он никак не ожидал нас увидеть.

– Привет, Вася, – поздоровался с ним наставник, затем повернулся ко мне и выдал звонкий щелбан. – Мы к тебе по делу. Примешь?

– Само собой, – улыбнулся Хвостов и распахнул дверь пошире, пропуская нас внутрь. – Опять что-то запечатать нужно или на этот раз что-то более экзотическое?

– Для начала держи вот это, – сказал наставник и вытащил из своей сумки бутылку вина. – Надеюсь, ты не откажешься выпить по рюмочке после дела?

– Это смотря какое дело, – ответил он и посмотрел на меня. – Раздевайтесь, проходите в комнату и располагайтесь. Я через минутку подойду.

В захламленной мастерской Хвостова трудно было найти место, куда можно было бы сесть. Везде что-то лежало. Сегодня даже кресло, в котором я так хорошо выспался в прошлый раз, было занято какими-то старыми книгами.

После недолгих раздумий Чертков решил, что мы прекрасно устроимся на пуфике, который в данный момент был занят разноцветным пледом с мерцающими нитями, рядом с которым лежало с десяток различных песочных часов.

Александр Григорьевич нашел для этих вещей новое место – небольшой стол, на котором еще оставалось свободное место. Рядом с пледом я поставил хрустальный шар, внутри которого тут же появилось лицо Филибора, который тут же принялся осматривать мастерскую.

Могу ошибаться, но мне показалось, что я увидел в его лице страх. В конце концов его взгляд остановился на той самой полке, где Василий Стахиевич хранил стеклянные шары с застывшими внутри них молниями. Собственного говоря, их огромное количество и натолкнуло меня на мысль, что Хвостов должен хорошо разбираться в этом вопросе. Не могли же они стоять в мастерской просто так?

Мы как раз только разместились на пуфике, как в комнату вошел хозяин дома с полотенцем в руках, которым он оттирал руки от каких-то ярко-розовых пятен.

– Теперь я к вашим услугам, господа, – сказал он, подходя к нам поближе. – С чем пожаловали? Надеюсь, не просто в гос…

В этот момент его взгляд упал на хрустальный шар, и Василий Стахиевич так и замер с открытым ртом. Будто не веря своим глазам, он посмотрел на Черткова, затем на меня, а затем снова на наставника.

– Где ты его взял? – спросил он и по его голосу я понял, что мы пришли по верному адресу.

Судя по тону, каким Хвостов задал только что свой вопрос, он совершенно точно знает, что это такое. От нетерпения узнать, что будет дальше, я даже заерзал на пуфике. Ну вот сейчас я и узнаю, что за тип этот Филибор!

– Твой вопрос не по адресу, дружище, – усмехнулся Александр Григорьевич и кивнул в мою сторону. – Это его шар. Вот пусть сам и рассказывает, где он его взял. Кстати говоря, история занимательная, в целом мне понравилась.

Тем временем Василий Стахиевич подошел ближе и наклонился над шаром. В клубах дыма тут же появилось злое лицо Филибора, который в ответ уставился на хозяина дома.

– Серый… – прошептал Хвостов. – Тюремщик…

Не понимая, о чем он говорит, мы с Чертковым переглянулись, а я начал было свой рассказ, как вдруг Василий Стахиевич прервал меня.

– Подожди, Максим, – сказал он, выставив руку в мою сторону. – Через минутку продолжишь, а сейчас я хочу показать тебе одну вещь.

Чуть ли не бегом он убежал из мастерской, а спустя несколько секунд мы уже слышали топот его ног, по ступенькам. Затем наступила тишина на пару минут, после которой мы вновь услышали топот. Хвостов с радостным лицом влетел в мастерскую с чем-то в руках.

Сначала я не понял, что это за штука, но когда он подошел поближе… В его руках был хрустальный шар, точно таких же размеров как тот, который стоял на столе. Более того, в нем тоже клубился дым, внутри которого можно было рассмотреть очертания лица.

Шары отличались лишь одной, но очень существенной деталью… Внутри того, который принес Василий Стахиевич, дым был не серым, а красным…

* * *

От автора:

Дорогие мои читатели! Очень скромный автор просит вас поставить лайк тех, кто дошел уже до конца 11 главы, но этого не сделал. Вас так много читает, а лайков (сердечек) как-то меньше, поэтому я просто уверен, что многие попросту забыли про него) Я знаю, такое очень часто бывает))

💖 Спасибо вам огромное! Благодарю за поддержку! 💖

Глава 12

– Подержи-ка его! – сказал Хвостов и протянул мне хрустальный шар, который держал в руках. – Не бойся, он тебя не укусит.

Я осторожно взял у него шар, внутри которого клубился красный дым. Как только он оказался у меня в руках, в дыму тут же появилось лицо, которое уставилось на меня с недовольным видом.

– Хозяин, мне кажется, или рядом с тобой появился еще один Филибор? – с сомнением в голосе сказал Красночереп. – Звучит, конечно, немного глупо, но у меня сейчас именно такие ощущения.

– Скорее его брат-близнец, – ответил я, вглядываясь в мрачную физиономию. – Только твой знакомый серого цвета, а этот красный. Еще мне кажется, что этот злее.

– Да, рожи у них у обоих хороши, – высказался на их счет Дориан. – Одна другой краше.

– Брат-близнец, значит… – задумчиво сказал артефакт-вампир. – Это становится интересным…

Пока мы общались, Василий Стахиевич освободил от всякого хлама один из стульев для себя и поставил его напротив нас с Чертковым. Некоторое время он молча наблюдал за мной и лишь после того, как я вернул ему шар, сказал:

– Вот теперь я с удовольствием выслушаю твою историю, Максим Темников, – он бросил взгляд на Филибора, который внимательно смотрел на шар в руках Хвостова. – Честно говоря, я даже не думал, что когда-нибудь этот день случится и я увижу еще один шар.

– Эти штуки сделаны рукой одного мастера? – спросил я.

– Давай для начала ты все расскажешь, а потом я отвечу на твои вопросы, – попросил меня Василий Стахиевич. – Мне не терпится узнать, где ты его взял.

Я вопросительно посмотрел на Черткова, который сразу же понял в чем дело.

– Можешь ему смело рассказывать то же самое, что и мне, парень. В этом смысле Хвост – могила, – сказал наставник. – Я пойду поставлю чайник, пока вы тут будете разговаривать. Не люблю слушать одни и те же истории по десять раз.

Пока Александр Григорьевич гремел на кухне посудой, я рассказывал Хвостову историю, в результате которой я оказался владельцем Филибора. Он меня не перебивал, внимательно слушал и никаких вопросов не задавал. Единственное, о чем попросил, рассказывать все по возможности как можно подробнее.

Я так и сделал. Рассказал ему всю историю с того самого момента, как приехал в «Янтарные Своды», и до появления там полиции. Однако кое-что, разумеется, оставил при себе. Все-таки Красночереп – это моя личная тайна, которую я был намерен хранить как можно дольше.

К тому времени как я закончил, наставник уже дважды звал нас пить чай и оба раза Василий Стахиевич попросил его немного подождать, не желая отрываться от моей истории. Честно говоря, в этот момент он меня даже немного насторожил. Меня как-то не очень часто слушали с таким безумным блеском в глазах.

– Любопытно, – сказал он, после того как я закончил, а затем поставил свой шар рядом с Филибором.

Едва шары оказались рядом друг с другом, как дым внутри них буквально забурлил. Глядя на это, я начал переживать, как бы они одновременно не взорвались, но ничего страшного не случилось. Скорее наоборот.

Довольно быстро все успокоилось, а затем Филибор и незнакомец уставились друг на друга. Теперь становилось совершенно очевидно, что они одинаковые и различаются только лишь цветом. Прошло не меньше минуты, прежде чем сущности внутри шаров потеряли взаимный интерес и вновь не превратились в бесформенные клубы дыма.

Хотя… Кто знает… Вполне может быть, что это лишь мне так казалось, а на самом деле в данный момент они вели оживленную беседу между собой. По крайней мере, я никаких голосов не слышал.

– Значит ты говоришь, что на том месте, где ты его нашел, были чьи-то вещи, и шар тебе сказал, будто это его хозяин… – сказал Хвостов, задумчиво глядя на мой шар. – Очень любопытно… Ты уверен, что его зовут Филибор?

– Во всяком случае, он так представился, а там как знать, может быть и врет… – пожал я плечами. – А ваш шар как зовут?

– Не знаю, – ответил Василий Стахиевич и улыбнулся. – Тот, кто сидит внутри моего шара, ни разу не пытался со мной заговорить. Я уж думал, что принимаю его не за того, кто он есть на самом деле, и мне всучили подделку. Но, как сегодня выяснилось, я не ошибался насчет него.

– Тогда почему вы назвали его Тюремщиком, если говорите, что не знаете его имени? – спросил я.

– Ну вы идете пить чай, или мне вас обоих посохом отходить? – услышал я грозный голос Черткова. – Совсем не уважаете старость! Между прочим, мне не так легко крутиться на кухне.

– Пойдем, Максим, – сказал Хвостов и взял свой шар со стола. – А то вон у Сашки слюни летят от злости. Сейчас мне всю мастерскую забрызгает.

– Василий Стахиевич, а мне свой шар брать? – спросил я на всякий случай.

– Можешь оставить здесь, – ответил он. – Думаю, он никуда отсюда не денется.

Я решил, что не случится ничего страшного, если он постоит на столе. По крайней мере, до того момента, когда я не услышу ответы на свои вопросы и мне станет понятнее, что это за штуки.

Усевшись за кухонным столом, я обратил внимание, что бутылка вина, которую принес с собой Чертков, уже открыта, да и запах у чая был какой-то странный. Во всяком случае, тот, который был в кружках у Хвостова и моего наставника. Мой был самым обычным.

– О! Хороший! – одобрил напиток Василий Стахиевич, после того как сделал первый глоток. – Какой-то особый рецепт?

– Угу, мой фирменный, – кивнул Чертков. – Для особых кухонных посиделок. Извини, Темников, тебе такое пробовать пока рано. Бери вон лучше сушки с маком.

– Спасибо, Александр Григорьевич, – кивнул я и взял одну.

– Вася, ты долго будешь сидеть со своей глупой улыбкой? – спросил у приятеля наставник. – Темников тебе все рассказал, теперь мы хотим послушать тебя. Мне уже самому стало интересно, что это за круглые разноцветные хреновины. Еще и говорящие, ко всему прочему.

– Максим, тебе этот злой дед говорил, чем я занимаюсь вообще? – спросил меня Хвостов.

– Ну… Сказал, что вы изучаете всякие странные штуки… – туманно ответил я.

– Еще, наверное, сказал, что я немного с приветом? – подмигнул мне Василий Стахиевич.

– Хвост, этого я ему не говорил. Просто сказал, что ты необычный, – сказал Чертков. – Не такой как все.

– Да, таких как я мало, – не стал спорить Василий Стахиевич. – Но ты его не слушай, это он из вредности меня полоумным считает. На самом деле я занимаюсь аберрантной магией, а также ее различными проявлениями. В том числе и различными артефактами.

– Какой-какой магией? – уточнил я, замерев с чашкой чая в руках.

– Аберрантной. Магией, сильно отклоняющейся от нормы, – объяснил Хвостов. – Парадоксальной, если хочешь. У меня редкий Дар, который позволяет это делать.

– Типа запечатывания смеха? – спросил я.

– Угу, типа того, – улыбнулся он. – Ну и всякое прочее в том же духе. Ко мне обращаются с различными вопросами, которые не получается разрешить привычными магическими методами. Вот как ты, например. Создание артефактов – это, скорее, мое увлечение, чем работа. Они у меня особенные получаются. Кроме того, я их коллекционирую. Не все, конечно, а только те, которые меня интересуют. Например, какой-нибудь амулет, при помощи которого можно убить Императора и захватить власть, меня мало интересует. Я предпочитаю заниматься чем-то поинтереснее такой ерунды.

Он отпил чай, одобрительно хмыкнул и отсалютовал увесистой кружкой в сторону Черткова, который ответил ему улыбкой.

– Только не думай, что я вместо того, чтобы говорить с тобой по делу, решил рассказать о себе, – продолжил Хвостов. – Просто я хочу, чтобы ты об этом знал. Если человек оказывается в моем доме дважды за такой короткий срок, значит это не случайность, и не будет ничего плохого в том, что мы понемногу начнем с тобой знакомиться поближе. Если ты не против, конечно. Мне кажется, ты притащишь ко мне еще не один артефакт.

– Магические шары ведь не совсем артефакты… – сказал я, припомнив объяснения Градовского на этот счет. – Насколько я понял, это инструменты.

– Все верно, Максим, обычно так оно и есть, – кивнул Василий Стахиевич. – Но не в этом случае. Тебе попалась очень интересная находка. Причем насколько интересная, настолько же и опасная, как я понимаю.

– То есть… Вы в этом не уверены? —растерянно спросил я.

– Сейчас я уверен в этом гораздо сильнее, чем час назад, когда думал, что три шара – это просто выдумка, – ответил он, а я понял главное – оказывается, есть еще одна такая же стекляшка.

Внезапно Хвостов вскочил со своего стула и убежал в свою мастерскую. Вскоре оттуда донесся грохот, как будто упало что-то тяжелое. Как бы не он сам. Будет не очень хорошо, если в этот момент он свернет себе шею.

Однако вскоре Василий Стахиевич вернулся с охапкой свитков в руках и старыми книгами, по одному виду которых было ясно – то, что они не рассыпались до сих пор, уже само по себе чудо.

– Видишь сколько всего? – спросил он, вывалив все принесенное на стол. – В каждой из этих бумаг есть сведения об этих шарах.

Он сел на свое место, взял один из свитков, развернул его и показал мне. На нем был черно-белый рисунок с изображением трех одинаковых по размеру шаров, а также много текста. Что было написано – неизвестно, мне этот язык был незнаком. Однако это и не требовалось, Хвостов сам все объяснил.

– Вообще-то, их называют восточными шарами, – сказал он. – Считается, что когда-то, тысячи лет назад, они были созданы в Персии.

– Тысячи лет назад? – переспросил я, не поверив своим ушам. – В Персии?

– Лично я думаю в Аравии. Оттуда по ним больше информации, – ответил Василий Стахиевич. – Но на самом деле это не столь важно. Все эти бумаги давным-давно превратились в сказочные истории, в которые никто не верит. Лучше слушай историю дальше, это намного интереснее.

Хвостов взял в руку одну из книг и показал ее мне:

– На какой-то момент шары пропадают из вида, а потом вновь всплывают в истории, вот в этой книге, – он потряс ею и улыбнулся. – Точнее один из шаров, вот этот.

Как будто в ответ на его слова, шар с красным дымом внутри отозвался очередным бурлением и появлением недовольной физиономии, которая открывала рот будто что-то хотела нам сказать, но у нее не получалось. Если судить по опыту общения с Филибором, скорее не хотела. Тот говорил достаточно громко, когда ему это было нужно.

– Он появился в Венеции тысячу лет назад, чтобы затем вновь пропасть из вида и породить новые свитки легенд, – Хвостов положил руку на бумаги. – Примерно в это же время, но не в Европе, а в Китае, появляется твой шар, с серым дымом внутри. Некоторое время они будут упоминаться в разных сборниках артефактов, но потом исчезнут оттуда и начнут упоминаться крайне редко. К ним станут относиться как к подделкам, вокруг которых развели слишком много шума из ничего. Обычные хрустальные шары для предсказателей, которые ушлые артефакторы продают коллекционерам по немыслимой цене.

– Пфф… Обычное дело… – фыркнул в этот момент Александр Григорьевич, который внимательно слушал своего друга и запивал его историю ароматным чаем, не забывая подливать в него вино. – Нагреть кого-нибудь на артефактах тысячелетней давности – это святое дело… Особенно раньше…

– Именно так, – кивнул Василий Стахиевич, и в очередной раз, когда Чертков добавлял себе вина, подставил и свою кружку. – Тем более, в случае с этими шарами.

– Почему именно с ними? – спросил я, наблюдая за тем, как чай в кружках Хвостова и моего наставника чудесным образом постепенно превращается в чистое вино.

– Вот здесь начинается самое интересное, – загадочно улыбнулся Василий Стахиевич. – Дело в том, что эти шары начинают работать как должны только в тот момент, когда оказываются все вместе. Ну а с учетом того, что этого никогда не происходило, естественно их магические эффекты считаются выдумкой.

– Хвост, если известно, что они могут делать, значит когда-то это все-таки происходило, – резонно заметил Александр Григорьевич. – Иначе откуда это было бы известно?

– Происходило, – согласился Хвостов. – Но очень давно. До того, как их разлучили, а случилось это еще черт знает когда. Кстати говоря, достоверно не известно, что именно они делают. Существует несколько разных версий, и каждый выбирает ту, которая ему больше нравится. С учетом того, что проверить это нельзя, можно придумывать любые небылицы. Лично я выбрал для себя наиболее вероятную теорию, на мой взгляд. Она появилась раньше всех и к тому же совпадает с моими личными ощущениями.