Текст книги "Из забвения (СИ)"

Автор книги: Александр Берг

сообщить о нарушении

Текущая страница: 20 (всего у книги 23 страниц)

Несмотря на свои объёмы, довольно быстро бежал по улице, размахивая скалкой, за десятилетним пацаном в обносках. Тот улепётывал, откусывая от большого пирога куски, торопливо пережёвывал, оглядываясь на упорного пекаря.

– Не, дядька Митрофан. Ежели я остановлюсь, вы точно ухи открутите. А они мне дороги, как память, – смеясь, отвечал сорванец, наворачивая вокруг пекарни очередной круг, дожёвывая пирог.

– Да стой, тебе говорю. Ладна, не буду откручивать, глиста ты мелкая, – наконец-то сдался пекарь и с отдышкой присел на стул возле своей пекарни, утирая передником вспотевшее лицо.

Из помещения лавки вышла полноватая женщина с добрым лицом, в цветастом простоватом платье и таком же фартуке, как у пекаря. Тугая русая коса собрана в калач на голове. В руках две кружки с квасом. Одну она тут же сунула в руки благодарному мужу, а второй протянула подбежавшему пацану.

– Ну что вы всё носитесь, не угомонитесь никак, – пожурила женщина с улыбкой. – Ладно, Живиц пацан. А тебе старому куда бегать-то? Уже дед ведь, а всё не набегаешься. Тебе пирог жалко сироте?

– Милана. Так ежели бы он попросил или отработал на кухне. Так нет же, именно ворует! – возмутился Митрофан, хмуро смотря на рядом стоящего Живица, допивающего квас. Махнул рукой и утопал в свою пекарню с лавкой.

– Благодарствую, тётя Милана. Пироги ваши самые лучшие в Соколе. Когда разбогатею, я обязательно заплачу, – отдал пустую кружку довольный собой пацан и, поправив картуз на голове, засунув большие пальцы за верёвку на поясе, вразвалочку потопал дальше.

Живиц – сирота из трущоб у западной стены. Днём промышлял мелким воровством, ночью спал в заброшенном коллекторе на ворованных одеялах или в пустом доме, если там не было сходки местных криминальных авторитетов. У него уже вошло в традицию: каждый пятый день уворовывал один вкуснющий пирог из пекарни дядьки Митрофана. Пока бегал от него, съедал весь пирог, а когда дядька выдыхался, тётя Милана выносила им по кружке кваса. И так каждый пятый день в течении полутора лет проходит эта традиция.

Пройдясь по рынку так, что бы местные воровские банды малолеток его не засекли на своей территории, Живиц наполнил холщовую котомку хитро уворованными продуктами. Где-то яблоко прихватит у зазевавшегося лавочника где-то треть круга сыра, прикрывшись широкой спиной покупателя и так по мелочи, что бы на два-три дня хватало пожевать, не наглея и не трогая чужие кошели.

Юркнув по подворотне в родные трущобы, остановился у коллектора и прислушался. Из глубины раздавался тихий плачь. Прокрался внутрь и увидел на своих одеялах девчонку в замызганном платье, с растрёпанными волосами. Присмотревшись, узнал Смеянку из халупы на окраине трущоб.

– Смеянка, ты чего тут ревёшь? – озабоченно спросил пацан.

– Я сиротааа. Мамка опять напилась и выгнала из домааа. Сказала, что я бесполезный мусор и что бы не возвращалась больше, – разревелась девочка, зашмыгав носом.

– Вот же змеюка. Накажут её боги. Когда-нибудь, – прошептал Живиц, покопался в котомке и вытащил яблоко. Потёр об рукав и сунул Смеянке. – Вот яблочко погрызи, полегчает.

– Благодарю, Живиц. Ты всегда был добор ко мне, – взяв яблоко, девочка перестала рыдать и только всхлипывала, откусывая маленькими кусочками.

(Эх. Нельзя девчонке в коллекторе оставаться. Мелкая ещё. Заболеет и помрёт). Думал десятилетний пацан, наблюдая, как Смеянка успокаивается, поглощая яблоко. Потом скатал пару одеял, прихватил их подмышку и протянул руку девчонке.

– Пойдём. Тут тебе нельзя оставаться. Ночи нынче холодные.

– А куда пойдём? – удивлённо похлопала глазками Смеянка.

– Туда, где тепло и сухо.

– И где мухи не кусают?

– Точно. А будут нападать на тебя, я их мигом изничтожу! – слегка щёлкнул по курносому носу пятилетнюю девчонку, взяв её за руку, повел подворотней к заброшенному дому. Сегодня вроде недолжно быть сходок у бандитов. А если и будет, они всё равно на чердаке схоронятся. Там тоже тепло и сухо.

***

Шёл второй день после уничтожения банды кочевников и освобождения выживших людей барона Виталия Вячеславовича Камышова. Самого Виталия со Светланой забрал к себе в поместье примчавшийся ко мне его отец, Вячеслав Нарьянович. Горячо благодарил за спасение сына и невестки. Те, ещё не восстановившие силы после такого потрясения, были осунувшиеся. Я пообещал навестить их в усадьбе Камышова старшего. Как разгребу все дела тут. Помог загрузить личные вещи в карету и занялся бумажными делами.

Герцог Виктор Верославович Борей окопался в Соколе, наводя шмон в своём отделении Тайной Канцелярии города и устраивая разносы ответственным за границы вверенной территории. После допроса с пристрастием выжившего мага Габийца из секты Чёрного Лотоса под действием моего амулета Правды, Виктор Верославович чуть ли не психовал.

Оказалось, агенты секты прознали, что был радикально смещён один из виконтов командоров Южного Форта за сговор с контрабандистами и некоторыми кочевниками. За деньги закрывал глаза на их мелкие безобразия. Ещё он был обличён в сговоре против нынешней власти. Вот этим моментом они и воспользовались, когда творился бардак с переменой власти в форте. Незаметно для всех просочилась большая банда кочевников – изгоев, которых даже свои не принимали в стойбищах. И устроили кровавую диверсию. Основную цель так и не удалось узнать, потому что все маги Чёрного Лотоса, работающие на территории Славии, знают только то, что передаёт им через посыльных глава секты Ван Юй. Такое ощущение, что кто-то из-за кулис ведёт свою игру, натравливая неслабое такое ОПГ на рандомные точки по территории Славии. Раздёргивая силы и проверяя боеготовность. Очень странным способом, отдавая на заклание без жалости наёмников, исполнителей и магов. Тут задействованы очень большие деньги и много сил.

После таких догадок я постоянно контролировал и сканировал эмоциональный фон сестёр из рода Лун. Но пока они проявляли искреннюю преданность новому господину, то есть мне. И всё же я не расслаблялся. Часто по вечерам подслушивал их разговоры между собой. Но и там был обычный девичий трёп между сёстрами. Кстати, так я узнал, что в сестёр влюбилось почти всё мужское население посёлка, особенно неженатые. Но девчонки с достоинством Снежных Королев отвергали все комплименты и попытки ухаживания за ними. Заявляли, что им никто не нужен, кроме господина, а все остальные – пыль под его ногами. Особо упёртых ухажёров из числа дружинников они неслабо валяли в пыли на тренировочной площадке, обучая тех рукопашному бою без оружия. Эту дисциплину в тренировках я согласовал с Ершовым, и тот с удовольствием наблюдал ежедневное шоу.

В общем, на второй день я отправился в сопровождении моих подчинённых сестёр Лун в Сокол навестить барона Горазда Вадимовича Волкова в Земельной управе, заодно переоформить бумаги с лендлорда на нынешний мой титул барона. А так же хотел навестить баронессу Снежану Викторовну Грач в её ателье. Нужно подобрать девчонкам подходящие наряды, а то в своих боевых шароварах привлекали очень много внимания.

Проходя северные ворота, поздоровался и немного пообщался со стражниками и неизменным весёлым усачом, любителем выпить. Доехали до Лосиного Рога, где так же потратил некоторое время, общаясь со Степаном Николаевичем Живулиным и практически прописавшимся там музыкантом Жаворонком. Правда, музыкант больше глазел на сестёр, раскрыв рот. Оставив коней на попечение конюха постоялого двора, поймал экипаж и направились в Земельную управу.

– Господин барон, – душевно принял меня в кабинете Горазд Вадимович, – Наслышан, наслышан о ваших новых приключениях и пожалованном титуле аж от самого Его Величества. Поздравляю вас с повышением, дорогой Ярослав Кощеевич. А кто эти милые дамы с вами?

– Сёстры Син-Син и Чунь из рода Лун Габии. Сейчас находятся у меня на службе, – представил я девушек барону Волкову.

– Доброго дня, Ваше Сиятельство, – скромно поклонившись, поздоровались сёстры и рассредоточились по кабинету, держа в поле зрения окна и входную дверь.

Их манёвр не остался незамеченным, и Волков удивлённо посмотрел на меня. Я только пожал плечами в ответ на немой вопрос.

– Касьян! – крикнул барон, и в дверях материализовался его секретарь. – Приготовь нам, пожалуйста, ягодный отвар.

– Обычно вы предпочитаете хорошее вино, – не удержался я от подколки.

– Увы, мой друг. Сейчас не до вина. Мне, знаете ли, сегодня ещё в Геральдическую управу идти. А туда лучше приходить трезвым и бодрым.

– У вас какие-то проблемы?

– Как вам сказать, – и, расплывшись в задорной улыбке, барон всё-таки вынул штоф золотистого вина из Изарии. Быстро разлил в четыре золотых кубка и всунул нам с девушками в руки. – Поздравьте меня, Ярослав Кощеевич. Мне пожаловали виконтство, и с завтрашнего дня я командор Южного Форта.

– Примите мои искренние поздравления, Ваше Сиятельство. За это не грех выпить, – я отсалютовал кубком, дав понять девушкам, что нужно поддержать человека. И мы выпили за такое знаменательное событие в роду Волковых.

– Так как мне следует передать свои дела и кабинет моему заместителю, я загодя приготовил титульные документы на ваш изменившийся статус землевладельца с лендлорда на барона. Вот тут всё полностью подготовлено и переписано с соответствующими отметками. Прошу ознакомиться.

– Благодарю, Горазд Вадимович, – я принял папку и стал перечитывать документацию. В этот момент Касьян вкатил столик с горячим отваром и вазочками с печеньем и вареньем.

Далее мы немного посидели и обсудили намечающийся раут, устраиваемый виконтом Волковым через пять дней в честь своего повышения. Пройдёт он в новом особняке, находящемся недалеко от замка графа Виктора Прокофьевича Медина. Приглашены будут друзья нового виконта и другие именитые люди города Сокол, а так же раут посетит сам граф Медин с супругой. Я принял приглашение и, раскланявшись с Гораздом Вадимовичем, покинул управу в сопровождении сестёр Лун.

Далее по плану у нас было ателье. К тому же и повод появился более чем серьёзный. Не в повседневной же форме появляться на званый раут, где будет куча именитых гостей. Не хотелось бы, что бы Волков краснел за меня. За одно и сестёр приодену. Оставить их в Торфянке не получится. Они как приклеенные, всегда и везде со мной, разве что в туалет и баню не проникают. Так что их ожидает увлекательное путешествие в мир местной моды.

При виде нас вечно хмурый охранник на входе в ателье расплылся в улыбке, с почтительным поклоном распахнул перед нами двери, приглашая пройти во внутрь. Удивительный прогресс. В первую нашу встречу он пытался меня выгнать.

– Снежана Викторовна, вы как всегда прекрасны и с каждым разом всё больше расцветаете, – приложился губами к ручке баронессы Грач.

– Вы мне льстите, Ярослав Кощеевич, – скромно похлопав глазками, приняла комплимент баронесса. – Дайте угадаю, вас опять нужно спасать? Мой ветренный кузен не прислал заранее вам письменное приглашение на раут и сообщил об этом только сегодня. Я угадала?

– Воистину, вы проницательны, Снежана Викторовна. Так же нужны наряды для моего сопровождения. Прошу знакомиться. Сёстры Син-Син и Чунь из рода Лун. На родине их статус равен нашему баронскому титулу. Может, ваши девочки смогут сделать что-нибудь с их стилем?

Баронесса обошла вокруг каждую из сестёр, внимательно осмотрела их стать, рост и манеру держаться. Обратила внимание на рукояти мечей в ножнах, прикреплённые к поясам за спиной. Заглянула каждой в глаза и, кивнув своим мыслям, задала им вопрос.

– Я так понимаю, вы, дамы из рода защитников Габии?

– Да, госпожа, – синхронно ответили сёстры, сделав полупоклон.

– Полно те вам, можно просто Снежана Викторовна, а наедине Снежана. Мы с вами равны по статусу, – тепло улыбнулась девушкам и, хлопнув в ладоши, позвала свой штат швей – рукодельниц.

Нас развели в отдельные комнаты. Меня попросили встать на невысокий табурет и начался дотошный обмер моих параметров. Пришлось скинуть камзол и рубаху. Девушки быстро сняли мерки, потом перепроверили записи, ещё раз сняли мерки и сделали некоторые правки в расчётах. Отвели в комнату с манекенами, где уже были развешены фасоны костюмов с претензией на роскошь. Я сначала хотел отказаться от мишуры, но был облит взглядами презрения и я заткнулся. Наобум ткнул в первый же костюм, потом немного подумал и выбрал из середины. Он больше походил на фрак бордовых цветов с жёсткими отворотами и стоячим воротником. По кантам и рукавам прошитый серебряными нитями. Широкие жёсткие манжеты, по моим прикидкам, вообще способны были отразить удар дубинкой и при случае ими можно нокаутировать кого-нибудь. Штаны кремового цвета и рядом полу сапоги в тон штанам. В дополнение белая рубаха с широкими рукавами.

Расположившись в приёмной баронессы, разговаривая на разные темы, я ожидал, когда закончат с девушками. В основном слушал, как она соболезнует молодому барону Камышову, восхищается моим благородством и отвагой пойти против сотни злобных кочевников. На этом моменте я поправил баронессу. Кочевников было всего лишь шестьдесят, мы потом посчитали. И я не один участвовал в ликвидации банды. Там были сёстры Лун, герцог Борей, мои дружинники и ещё стражники. Скромно умолчав, что основную работу как раз-то мы с сёстрами проделали.

Вернувшиеся из примерочных сёстры выглядели напряжёнными. Я злорадно подумал: привыкайте, со мной не только весело, но ещё и мозг морально кто-нибудь выносит. Служанка передала баронессе листы с записями. Та внимательно прочитала их и, согласно кивнув, обратилась ко мне.

– На камзоле благородного лорда, справой стороны должен быть герб его рода. Вы же зарегистрировали свой герб в геральдической палате?

Я попросил писчие принадлежности и быстро изобразил на листе придуманный мной по наитию в Геральдической управе герб, отображавший в зашифрованном виде руну жизни в круге, по ободу которого шла вязь ничего не значащих рун. Если не приглядываться, то казалось, что это хитро закрученная лоза идёт по ободу герба. Внизу ещё приписал, что цвет рисунка должен быть зелёным.

– Это же связь древних пиктограмм! (Человек) проживающий много жизней! – удивлённо воскликнула Чунь на языке Габии. Сестра на неё шикнула и мило улыбнулась нам.

– Какой интересный герб. Больше похож на друидский, хотя самих друидов уже лет шестьсот как нет, – сделав вид, что не заметила эмоции Чунь, баронесса с интересом рассматривала мой рисунок. – Вышивку девочки сделают ярко-зелёной шёлковой нитью. Заказ принимается, и стоить всё вам будет три золотые монеты.

Син-Син что-то хотела возмущённо высказать, но уже Чунь на неё грозно шикнула. Я же просто вынул из кошеля затребованную сумму и сверху ещё три серебряные монеты. Положил на столик перед Снежаной Викторовной. У аристократов свои причуды и порой наряд для бала или светского раута может стоить больше деревни на пятьдесят домов. Наша плата за заказ ещё щадящая вышла по местным меркам.

– Когда можно будет зайти за готовыми нарядами? – встал с кресла я, направляясь на выход.

– Через два дня, желательно сразу после полудня, вам троим нужно появиться на примерку. Если всё будет правильно сшито и подогнано, то ещё через день можно будет забрать полностью готовые наряды. В худшем случае, ещё два дня на подгонку и исправление неточностей в размерах. В любом случае, успеваем к рауту, – ответила баронесса, протягивая ручку на прощание. Я прикоснулся губами к ней и в сопровождении девушек вышел из ателье.

Дальше я предложил прогуляться по рынку и по городу. Основное запланированное сделано и заказано. Осталось прикупить девушкам всякие женские штучки. По этому повёл к лавке на рынке, где продавались гребни, заколки, зеркальца и множество разных предметов девичьей радости по уходу за внешностью. С выбором маршрута я угадал. Сёстры с большим азартом принялись рассматривать и оценивать понравившиеся принадлежности. Из-за одного зеркальца чуть не поругались, и я попросил торговца найти на его складе ещё экземпляры. Тот, видя, что напротив стоит Благородный, коротко кивнул и умчался в сторону обозного ряда. Видать там были временные склады, которые арендуют рыночные торговцы. Минут через десять он вернулся, неся две резные плоские шкатулки, размером примерно сорок на двадцать сантиметров. Раскрыл их перед восхищёнными девушками и озвучил цену по одному серебряному за каждую шкатулку с зеркалом. Я оценил работу мастера резчика и встроенные зеркала во внутреннюю часть крышки. Не торгуясь, заплатил обрадованному торговцу. Ещё девушки выбрали себе новые гребни и несколько заколок с разноцветными лентами для подвязки волос. Это обошлось в десяток медных.

Разложив всё по своим сумкам на плече, отправились с довольными покупками девушками в квартал Мастеров. Я хотел зайти в кузницу мастера Грома. Почему-то кажется, что смогу найти у него готовый хороший меч, подчёркивающий статус аристократа. Шестопёр тоже хорош, но с ним на раут я не пойду. По пути попался лоток с торговцем сладостей – Петушки на палочках. Я сразу вспомнил, как в детстве у нашего детского дома мы крутились возле бабы Нюры с похожим лотком и она угощала нас такими. Купив сладостей целый пакет, пошли дальше. Син-Син и Чунь наслаждались сладостями на палочках и уже на много расслаблено любовались окружающей обстановкой.

Пройдя через восточную улицу к кварталу мастеров, сразу направились к кузнице Грома. На этот раз у ворот стоял грустный подмастерье. Завидев меня, он приободрился и поздоровался. Я уточнил, на месте ли мастер Гром, и прошёл внутрь, ведя за собой сестёр.

– Кого я вижу! Проходите, господин барон, – вышел навстречу кузнец, утирая пот холщовым отрезом ткани. – Про вас опять пошли истории в Соколе, одна невероятнее другой. Но, во-первых, примите мои поздравления с получением титула. Во-вторых, благодарность вам за то, что принесли удачу. Я уже четвёртый боевой нож на продажу выковал из слоёной стали по подобию вашего. Все, кто заказывал, говорили, что им нужен такой же клинок, как у вас.

– Доброго и вам дня, мастер Гром, – наконец вставил я приветствие, дождавшись, когда Гром сделает перерыв в своём словоизлиянии.

– Крепкого здоровья вам, мастер, – вежливо поклонились сёстры кузнецу.

– Доброго, красавицы, – глупо улыбнулся Гром, польщённый вниманием столь красивых девушек. Потом встрепенулся и спросил. – Я так понимаю, вам нужен меч. Для статуса или боевой будете заказывать?

– Заманчивое предложение, но мне нужен боевой. Ваш шестопер отлично себя показал в боях. Теперь хотелось бы не менее грозный клинок. И что-то мне подсказывает, у вас на складе есть старший брат этого парня, – указал я на свой нож, купленный ранее у Грома.

Тот поиграл бровями, что-то для себя решая, посмотрел на меня и быстрым шагом скрылся на своём складе. Через несколько мгновений раздался грохот падающих кастрюль, и из дверного проёма выкатился шлем. Из глубины здания раздавалась ругань кузнеца. Потом, победно крикнув: Ага! Вот куда я тебя припрятал. Опять грохот чего-то железного, и взлохмаченный Гром вышел из склада, неся в руках меч в ножнах.

Внешне на брата моего ножа этот красавец не был похож, но чувствовалось, что пакеты стали использовались одни и те же. Взяв меч в руку и освободив его из ножен, полюбовался качеством ковки и плавно проступавшим рисункам дамасской стали. Белая костяная рукоять удобно легла в руку, и я провёл несколько махов, наслаждаясь пением рассекаемого воздуха. Не удержавшись, провёл несколько приёмов с тенью. Постоянно меняя позиции и перетекая в стойки блокирования возможного удара с последующим изменением угла атаки своим клинком. Меч при этом издавал музыку, несущую смерть противнику. Остановившись, я провёл ладонью по клинку и почувствовал полное сродство с этим великолепным мечом.

Вернув меч в ножны, внимательно осмотрел их. Корпус чёрный, устье и наконечник окованы металлом с гравировками и наклёпаны украшающие элементы, придающие больше благородства. Кольца для портупеи и крепление к поясу надёжно выглядят.

Я посмотрел в глаза Грома и вынул мешочек с золотыми монетами. На сколько помню, там должно быть примерно двадцать золотых. Если не хватит, то перемещусь к себе. В сундучке с прибылью должна уже скопиться приличная сумма. Но этот меч будет моим.

– Тут много, – сказал кузнец и выловил из мешочка девять золотых монет. – Вот это, честная цена. Как и та, что вы предложили сами за предыдущее оружие. А лишнего мне ненужно. Я всеми уважаемый кузнец Сокола и никто не скажет что излишне жадный человек. Так что заберите лишние деньги, господин барон, вы и так завоевали моё уважение и не будем портить его излишними подачками.

– Ваше право, Мастер Гром, – приняв обратно мешочек, поклонился честному кузнецу.

– А теперь давайте ка глянем, что с вашим предыдущим оружием. Если нужно, подправим. И хотелось бы взглянуть на клинки ваших спутниц. Очень интересные рукояти торчат за их спинами, – прищурив глаз, прицельно уставился на мечи сестёр Гром.

Я расстегнул камзол и извлёк четыре метательных ножа и из ножен на поясе боевой короткий клинок. Передал их мастеру. Тот внимательно осмотрел кромку, проверил крепление рукояти боевого ножа и отнёс в кузню. Там распорядился привести оружие в порядок своим подмастерьям и вернулся к нам.

– Есть небольшие сбития на кромках мальков. А вот боевым ножом вы часто пользовались. Ну ничего, мои ребята сейчас мигом всё в порядок приведут. А теперь вы, девчата, показывайте свои клинки.

Сёстры слитным движением обнажили мечи и на вытянутых ладонях с поклоном передали их Грому. Тот только одобрительно хмыкнул в усы и принял клинки, с большим интересом рассматривая древнюю работу. Потом округлил глаза и удивлённо уставился на нас. Сорвался с места и забежал в кузницу. Согнал кого-то из подмастерьев с его рабочего места и на некоторое время затих. Примерно через десять минут заорал что-то типа: Эврика! Выскочил обратно с шальными глазами и с двумя мечами в руках. Сейчас он был похож на опасного буйно-помешанного. Оглядел свой двор и с криком кинулся на чурбак у стены. Разрубив и постругав размашистыми ударами клинков деревянную колоду в щепки и внимательно осмотрел режущую кромку. Потом вернулся к нам и аккуратно передал мечи девушкам в руки.

– Милые дамы, а откуда у вас эти близнецы? – подпустив в голос лести, что с его голосом довольно трудно сделать, спросил у сестёр Гром.

– Наш добрый господин позволил пользоваться его оружием. Пока мы не добудем своё.

Ого, я уже добрый господин. Как быстро расту в их глазах. Это, наверное, из-за покупки зеркал со сладостями.

– А мне герцог Виктор Верославович Борей дал их, – истинную правду сказал я на вопросительный взгляд кузнеца, только без уточнения, что это мои клинки и более семисот лет назад я участвовал при их создании. В моём мозгу что-то всплыло, но тут же ускользнуло. А что, собственно, я делал при их создании? – Что не так с этими клинками?

– Тогда понятно. Видать, вы неплохо отличились в столице, что сам герцог подарил вам легендарное оружие из царской сокровищницы. Бытует мнение, что оно зачаровано древними рунами, которые сейчас никто не помнит. Выкованы близнецы из небесного металла, а неизвестный чародей наложил руны крепости и вечной остроты. Я сейчас провёл несколько опытов. Так вот. Сталь действительно крепка, не поддалась после нагрева моему специальному прессу и не затупилась после варварского использования для колки дров. Ну, вы и сами это видели.

После его рассказа легенды о мечах мой мозг заработал в усиленном темпе. Оказывается, семьсот лет Забвения не прошли для меня без проблемно. Меня стала подводить память. Действительно, железо было добыто в кратере, куда ударил метеорит несколько поколений назад, до того момента. Ковал мечи великий на то время кузнец Ратибор с моей помощью, так как нужного жара местными способами было не добиться и я использовал свою руну огня, ту же, что и сейчас использую для перегонного куба. Мы ковали неделю тот металл, так как маны банально не хватило, что бы сделать всё за один раз. Потом в клинки я внедрил руны крепости и остроты стали. Бонусом шло разрушение магической защиты. То есть они пробивают любую защиту мага или амулетов.

Вспомнив всё, что связано с этими мечами, я активировал руну Определения, что должен был сразу сделать, а не тупить, как восторженный школьник. Нашёл эти руны в структуре металла клинков. Теперь понятно, почему в моих руках они завибрировали и как будто обновились, когда Борей принёс мечи из сокровищницы. Потом глянул на структуру металла своего нового клинка и наложил точно такие же руны в его основу. Кстати, а куда делись ещё сотня клинков, которыми был вооружён мой отряд? Нужно будет навести справки. А когда вернёмся в усадьбу, засяду за вычисления, что ещё я мог забыть в Забвении.

– А вот и ваше подправленное оружие, господин барон, – молодой парнишка принёс мои ножи.

Осмотрев работу, я глянул на Грома. Тот сделал незаинтересованное лицо и отвернулся. Понятно, сейчас будет проверка на вшивость подмастерья. Я спросил, сколько должен за работу. Тот ответил, что пяти медных хватит, так как нужно было подклепать эфес боевого ножа и аккуратно довести кромку заточки до первоначального состояния. Гром удовлетворённо кивнул, подтверждая слова своего работника, и я выложил серебряную монету. Просто банально медь закончилась ещё на рынке до этого.

– Выпейте за здоровье мастера вашего. У него сегодня удачно сделка прошла, а я получил отличный клинок. Кстати, если буду на днях рядом, я свой шестопёр на правку занесу. А то, кажется, пару перьев немного погнулись.

На этом все, довольные прошедшей торговой встречей, разошлись. Точнее мы с сёстрами покинули кузницу. Далее просто решили прогуляться через западный квартал. Помнится, я там видел лавку булочника, и оттуда пахло так заманчиво. Нужно обязательно туда заглянуть. Прямо сейчас. У меня девушки некормленые, да сам жрать хочу.

Прогуливаясь и глазея по сторонам, мы дошли до ранее примеченной мной лавки булочника. На встречу вышел колоритный полноватый мужчина, как, впрочем, и должен выглядеть человек, который сам делает свои хлебобулочные изделия. В простоватой одежде горожанина, с белым фартуком и частично испачканный мукой. За его спиной виднелась доброго вида такая же полноватая женщина. А из пекарни одуряюще пахло свежей выпечкой.

– Чего изволите, ваше благородие? – поклонился мне мужчина, обратив внимание на мой новый меч. Сестёр он не заметил, так как они как раз бдительно обходили территорию по широкому кругу.

– Девочки, – подозвал я сестёр. – Добрый мастер пекарь интересуется, что бы вы хотели заказать.

Сёстры тут же переместились вплотную к добряку пекарю, немного напугав его. Уточнили, какие есть свежие пироги сейчас на продажу и заказали с рыбной начинкой. Я себе заказал с картошкой и грибами. Хорошо, что до этого взял семена у цветочников и была мелочь. По этому, сильно не светя своим благосостоянием, расплатился по ценнику за пироги и три кружки ароматного настоявшегося кваса. Я успел сделать только один укус пирога, когда почувствовал использование Большой Руны Скрытия. Это на столько меня удивило, что чуть не подавился куском. Прожевав и запив квасом, активировал Определение на максимум. Обведя сканированием по округе и увидел в квартале отсюда, практически у самой западной стены города, знакомый источник, на который я шёл прошлый раз. Он тогда резко пропал, и я оставил попытку дальнейшего бесперспективного поиска. Но сейчас был уверен на сто процентов, что этот источник сродни моему.

Глава 37

Живиц и Смеянка проникли в пустующий одноэтажный дом с добротной крышей, поднялись на чердак, и пацан, расстелив покрывала, стал выкладывать свою дневную добычу на рынке перед девочкой. Несколько булочек, три яблока, пара луковиц, треть круга сыра и шмат сала. Осмотрев свой улов, предложил Смеянке нормально подкрепиться, а сам пока сбегает и ещё чего утащит. Но только он дошёл до лестницы с чердака, как в дом ввалилась компания мужиков. Притаившись и тихо отползая назад, прошептал Смеянке, что бы она молчала и не издавала звуков.

– Штоф, когда там твой заказчик придёт? – раздался голос с хрипотцой.

– Заткнись, Сиплый. Лучше закусь наруби. А заказчик сейчас должен подтянуться. Дюже выгодное дельце обещает. Нужно благородного одного кончить.

– Да ты чё, Штоф? Раньше не мог сказать, какая макруха светит? Нее, братцы, на благородного я не подписываюсь. Мне батя рассказывал, какую чистку провели стражники тут после этой темы. Бывайте, ослы! – Кто-то быстро протопал внизу и, хлопнув дверью, убежал.

– Без Шишака обойдёмся, его доля пойдёт нам, – заявил Штоф, чем-то булькая, наполняя кружки. – Ну, братва, за удачное начало.

Раздались одобрительные голоса примерно десятка человек и потом чавканье закуской и стуком кружек по столешнице. Тут скрипнула входная дверь и все замолчали.

– Здрасти, ваше магичество, – с подхалимажем сказал Штоф, встречая новоприбывшего.

– Все тут? – спросил вошедший.

– Все, кто готов на дело. Вы только предоплату светаните хотя бы, а то уважаемое общество волнуется.

– Держите. Предоплата, как и договаривались. Втрое больше получите, когда всё сделаете.

– Штоф, это чё? Золото? Нам графа чтоль завалить нужно? – раздался удивлённый голос одного из подельников, видать сунул нос проверить сколько им предоплаты дали.

– Всего лишь барона. Имя его Ярослав Кощеевич Найдёнов. Через пять дней приедет на праздничный раут к виконту Волкову. Ваша задача отследить и внимательно бдеть за ним, пока не появится удобный случай устранить. Желательно сделать всё тихо. Поэтому плачу вам золотом.

– Штоф, да это же тот барон что в одиночку банду кочевников вырезал давеча.

– Сиплый заткнись, лучше сало нарежь.

– Слухи преувеличены, там была дружина барона и превосходящие силы стражи, – ответил визитёр на восклицание Сиплого.

Живиц сидел рядом со Смеянкой и девочка вдруг чихнула. Внизу сразу все замолкли.

– Сиплый, иди проверь, кто там на чердаке схоронился, – скомандовал Штоф.

Раздался скрип лестницы на чердак, потом крышка люка резко откинулась и показалась голова с выпученными глазами как у рыбы, следом появилась рука со свечкой, освещая пространство вокруг. Сиплы полностью вылез на чердак и вытащил тесак из-за пазухи, стал осматриваться вокруг.

Живиц в это время, зажмурив глаза и прижав к себе Смеянку, думал только об одном: Только не увидели бы их. А перед внутренним взором плыла какая-то загогулина. Сосредоточившись на ней, парнишка заставил её засветиться в своём воображении.

– Нет тут никого, – раздался голос Сиплого над самой головой детей. – Птица видать порхнула с чердака из слухового окна.