Текст книги "Сталь и магия (СИ)"

Автор книги: Алекс Шу

сообщить о нарушении

Текущая страница: 16 (всего у книги 16 страниц)

– Ваше Королевское Высочество, не стреляйте, – Риддер говорил прерывисто, тяжело и с присвистом дыша, – это наши друзья.

Глава 24
Макс-Стэн. Бой с ламией. Праздник в деревне. Поход за сокровищами

– Человек, – усмехнулся парень. – Отпусти девушку и щенка. Тогда, возможно мы сможем договориться.

Кольца, сияющие в лунном свете перламутровыми узорами, опустились и медленно разжались. Щенок тявкнул, схватил за рукав рубашки ошарашенную девочку и потащил прочь.

Немигающие вертикальные зрачки ламии сузились, превращаясь в крошечные щелочки. Стэн ощутил покалывание в голове, будто кто-то пытался мягко дотронуться до него изнутри, напрягся и усилием воли ударил по незваному пришельцу. Девушка-змея потрясенно отдернулась, в голове парня раздался дикий крик боли, несколько мгновений звучавший отдаленным эхом, пока не стих окончательно.

Внезапно змея исчезла. На её месте стояла Катя в темно-бордовом платье, как на их первой встрече. Черные локоны волной падали на хрупкие плечи, фигурка подсвечивалась полной луной, создавая вокруг девушки сияющий белый ореол и придавая ей особое мистическое очарование. Карие глаза смотрели с любовью и нежностью.

– Ты же не убьешь меня, Макс? – нежный воркующий голос затопил сознание, заставив Стэна судорожно сглотнуть, и обессилено опустить меч вниз.Руны на лезвии мгновение назад пылавшие злым багровым огнем, еле тлели в сумраке ночи.

Катя начала медленно подходить к нему, упругие бедра соблазнительно покачивались, стройные ножки при каждом шаге выглядывали из-под длинного выреза подола.

– Я так тебя ждала, так искала, – с придыханием сообщила она.

Катино лицо приблизилось к Стэну, алый язычок облизнул пухлые губки.

– Поцелуй меня, Макс, – промурлыкала девушка.

Парень послушно обхватил ладонью тонкую талию, нежно коснулся губами ямочки между ключицами. Ротик девушки зовуще приоткрылся, теплое дыхание обдавало лицо. Катя попыталась прильнуть к нему, но крепкая рука железной хваткой перехватила горло. Стэн поднял глаза. В них бушевало багровое пламя.

Девушка вцепилась ноготками в пятерню, задушено прохрипела.

– Макс, ты чего? Это я, Катя!

– Катя? – прогремел издевательский голос, заставивший «Катю» судорожно задергаться в каменной пятерне. – Не лги, порождение Тьмы!

Девушка зашипела, из приоткрытого ротика полезли загнутые клыки, мелькнул раздвоенный змеиный язычок, зрачки превратились в узкие вертикальные полоски. Ламия начала обращаться в свое истинное обличье – женщины-змеи. Сначала сложились и превратились в толстый хвост ноги, затем белоснежная кожа заискрилась перламутровыми узорами, волной отхватывая трансформирующееся тело.

Воин с багровыми глазами брезгливо отбросил извивающееся тело в сторону. Вытер вспотевшую руку с остатками засохших чешуек о штаны, кровожадно улыбнулся, поднял снова заискрившийся огненными рудами меч и шагнул к ламии. Уже обратившая в женщину-змею, ламия угрожающе зашипела, длинное туловище заиграло кольцами.

– Ты так торопишься умереть? – осведомилась тварь.

Воин с багровыми глазами ничего не сказал, снова шагнул к ламии. Неожиданно хвост наотмашь хлестнул его по лодыжкам, сшибая с ног. Атака была настолько молниеносной, что человеческий глаз за долю секунды успел бы заметить только смазанное начало движения. Но воин и тут сумел удивить противницу и наблюдающих в окно за поединком Клейнов. Он резко подпрыгнул и кончик, похожий размерами на небольшое бревно лишь обессилено вспахал землю, подняв тучу пыли.

Змея хлестанула хвостом ещё раз, целясь в спину воина. Но тот каким-то непостижимым образом перекувыркнулся в воздухе и, приземляясь, рубанул навстречу. Отточенное лезвие со светящимися багровыми рунами встретилось с атакующим хвостом.

Высокий пронзительный визг ламии разорвал ночную тишину, заставив семейство Клейнов и других селян, приникших к окнам, отшатнутся и заткнуть уши. Отрубленный кончик хвоста, щедро орошая землю фонтаном алых брызг, отлетел в сторону.

Женщина-змея стыдливо поджала обрубок и, оставляя кровавый след, быстро поползла к маячившему вдалеке лесу. Воин огромными прыжками, помчался следом.

На окраине деревни, ламия осознав, что враг уже близко, развернулась, и широко открыв пасть с клыками, яростно зашипела. Воин притормозил в двух шагах от неё, выставив перед собой клинок с разгорающимися злым пламенем рунами.

– Дай мне уйти, – прошипела женщина-змея, собираясь в кольца. – Иначе, я буду драться так, чтобы забрать тебя с собой в царство вечной тьмы. Ты же не хочешь умереть?

Воин нехорошо усмехнулся.

– Я хочу убить тебя, порождение Хаоса, – громыхнул его голос. – И продолжить свой путь дальше, исполнить предначертанное мне Прародителем.

– Да, кто ты такой⁈ – взвизгнула ламия. В голосе твари явственно проскальзывал страх.

– Тот, кто уничтожит тебя, – процедил воин и прыгнул вперед.

Переливающиеся перламутровой чешуей кольца выстрелили навстречу. Воин успел зацепить одно мечом, а остальные сшибли его с ног, отбрасывая на несколько метров назад. Тело глухо шлепнулось спиной и затылком об крону векового дуба, меч, прощально сверкнув рунами, отлетел в кусты. Багровые глаза потухли, воин грохнулся вниз, подняв целые тучи листьев. Ламия метнулась вперед, окольцевала телом потерявшего сознание парня, торжествующе оскалилась, высунув раздвоенный язычок.

Внезапно воин пошевелился, открыл снова засиявшие огнем глаза. Напрягся, резко дернулся и все кольца обессилено разжались. Парень прыгнул вверх, оттолкнулся ногой от змеиного тела, взлетая ещё выше, молниеносно ухватил дернувшуюся в сторону девичью голову под подбородок и приземлился на землю, крепко держа извивающуюся добычу.

– П-пусти, н-не убивай, – прохрипела ламия. – У м-меня есть золото. Много золота. Я скажу, где оно лежит, только не убивай.

– Говори, – велел воин. – Прямо сейчас. Иначе я тебе сразу голову сверну. И поклянись своей прародительницей Эддой, что говоришь чистую правду. Иначе отправишься во Тьму, которая тебя и породила.

Глаза женщины-змеи яростно блеснули, воин надавил сильнее, она захрипела, высунув язык. На мгновение рука чуть ослабила нажим, и ламии удалось выдавить:

– К-клянусь своей прародительницей и покровительницей Эддой, что скажу правду.

– Отлично, – одобрительно кивнул воин, продолжая крепко держать ламию. – Так что там насчет золота. Где оно находится?

– Иди по дороге, ведущей в Хелм, это к юго-востоку от Хорны. В трех верстах от деревни, слева находится небольшое болото. С другой стороны стоит огромная раздвоенная сосна, её издалека видно, – сообщила женщина-змея. – Она там одна такая. Вокруг неё непролазная чаща, ветки, зеленая стена кустов и веток деревьев. Подходи справа к сосне, раздвинь ветки и шагни вперед, чаша – во многом иллюзия, сразу откроется дорога. По ней можно даже коня провести. Идешь по дороге, пока не дойдешь до холма. У его подножия огромный камень. Сдвигаешь его в сторону, под ним вход в пещеру – золото там. Забирай всё, только позволь мне уйти.

– Хорошо, уходи, – согласился парень. – Но у меня есть одно условие. Ты покидаешь деревню и никогда сюда не возвращаешься. И больше не нападаешь на людей. Во всяком случае, первой. Жри овец, лестную живность, что угодно, только не их. Договорились?

– Договорились, – прошипела ламия.

– Вот и отлично, – воин отшвырнул змею в сторону. – Тогда я тебя не задерживаю.

Демонстративно повернулся к ней спиной и двинулся к кустам, в которых торчала рукоять меча.

– А за золото спасибо, – добавил на ходу. – Оно мне лишним не будет.

Желтые глаза ламии сузились, она оскалилась и бесшумно рванулась вперед, метя в маячащую впереди спину парня. Каким-то шестым чувством воин ощутил атаку, отпрыгнул вперед и в сторону, ухватился за рукоять клинка, и прочертил в воздухе полукруг, отсекая метившую клыками в шею голову твари.

Взметнувшийся вверх фонтан крови, забрызгал всю поляну, отрубленная девичья голова глухо шлепнулась в траву, продолжая скалиться и с ненавистью смотря на воина.

– Зачем? – хмыкнул воин – Я же тебя отпустил.

– Золото, – прохрипела, истекая кровавой слюной, девичья головка. – Я его долго собирала, жалко отдавать.

Ламия тихо зашипела, затем дернулась и замерла. Раздвоенный язык свесился набок, остекленевшие желтые глаза помутнели – из них окончательно ушла жизнь.

Воин нагнулся, подхватил за волосы мертвую тварь. Сделал шаг вперед, передернулся всем телом, на мгновение закрыл глаза, а когда открыл, багровая пелена исчезла.

Стэн, снова ставший самим собой, изумленно глянул на висящую в руке голову, обнаженный меч, с лезвием, обагренным каплями засыхающей темно-бордовой крови, задумчиво хмыкнул, присел, вытер лезвие о траву и пошел обратно.

На центральной улице, между тремя линиями домов, он остановился, высоко поднял посеревшую голову ламии и прокричал:

– Люди, можете больше не бояться. Ламия уничтожена. Теперь она не будет убивать вас и ваших близких, змеи больше нет! Я держу в руках её голову. Кто хочет, может подойти и убедиться!

В тускло светящихся окнах замелькали тени. Люди пытались что-то рассмотреть в ночной мгле, озаряемой бледным светом луны.

Стэн некоторое время постоял, присушиваясь. Тишина. Даже силуэты в окнах пропали.

– Ладно, – крикнул он. – Если вы боитесь выползти из своих кроличьих норок, я сейчас иду к вашему старосте Стефану Клейну, передаю ему голову ламии, утром можете сами посмотреть на неё и увидеть, что змея, убивавшая ваших односельчан мертва. У входа в лес, кстати, лежит её обезглавленное тело, тоже можете глянуть, когда посветлеет.

В тишине скрипнула открываемая дверь. Из стоящего недалеко дома, на улицу шагнула фигура с горящим факелом. Лохматый заросший густой бородой мужик отворил калитку, остановился, неторопливо и внимательно осмотрел находившегося от него в пяти шагах Стэна, голову ламии и радостно заорал:

– Люди! Парень не соврал! Он действительно убил эту суку, голову в руке держит! Не бойтесь, можете выйти и посмотреть сами! Это я, Питер Корн, вам говорю!

Захлопали двери. Через несколько секунд улица, на которой стоял Стэн, заполнилась людьми. Жители Хорны плакали от счастья, наперебой благодарили смущенного парня, кричали от восторга, плясали с факелами в руках. Сквозь толпу, окружившую Стэна, растолкав людей, пробились Стефан и Симон.

– Невероятно, – выдохнул староста, разглядев голову в руках гостя. – Тварь сдохла. Парень, ты даже не представляешь, что сделал. Мы уже думали, конец Хорне, эта тварь со временем до каждого дотянется. А где остальное тело?

– Там, – кивнул Стэн. – У леса лежит. Можете глянуть.

– Симон, – рявкнул староста. – Возьми с собой Серга и Мартина, сходите, посмотрите. Шкуру с неё снимите, как вы умеете, только аккуратно, надрезы сделаете, и потяните. Нашему гостю подарим.

Симон кивнул, начал выбираться обратно. Коротко переговорил с двумя стоявшими рядом парнями, потом вся троица, придерживая за рукояти ножи у поясов, двинулась к лесу.

– Спасибо, вам дяденька, – люди расступились, пропуская девочку лет двенадцати и громко тявкавшего лохматого черного щенка. – За то что, Гарта спасли. Ну и меня тоже.

– Чего же ты к этому чудовищу побежала? – улыбнулся Стэн, с любопытством разглядывая девчушку. Худенькая, мордочка симпатичная, две белесые заплетенные косички задорно торчат в стороны.

– Думала, сможешь щенка отбить?

– Не думала, – помотала головой девочка. – Не могла его бросить там. Кроме Гарта и бабушки у меня никого не осталось. Даже не знаю, как бы дальше жила, если бы с ним что-то случилось. Спасибо вам огромное.

Щенок встал на задние лапы, оперся передними на Стэна, лизнул пальцы и звонко тявкнул, подтверждая слова хозяйки.

– Это Гарт вам тоже спасибо говорит, – сообщила, смущенно улыбаясь, девчушка.

– Я уже понял, – парень погладил мохнатую голову, почесал завилявшего хвостом щенка за ушами.

– Люди, расходимся, – громко объявил Стефан. – Праздновать будем завтра. Сейчас Стэн должен отдохнуть, прийти в себя после битвы с чудовищем.

Толпа начала редеть. Жители Хорны начали расходиться по домам.

– Мы с Гартом вас проводим, можно? – спросила Эмма. – Мы же рядом живем – в соседнем доме.

– Конечно, можно, – кивнул Стэн и взял сияющую от счастья девочку за руку. – Пойдем.

* * *

По утоптанной дороге размеренно стучали копыта. Стэн покачивался в седле, поводьями, регулируя темп, направление движения молодого жеребца-тяжеловоза, и мысленно благодарил родителей из прошлой жизни, водивших сына в загородные лондонские и московские клубы верховой езды. Отец-профессор, когда дела пошли в гору, был одержим идеей сделать из сына настоящего аристократа со светскими манерами, и таскал за собой по загородным клубам миллионеров. Там парень научился играть в гольф, большой теннис и скакать на лошадях. И последнее умение сейчас пригодилось. С Чернышом, жеребцом-тяжеловозом, Стэн поладил сразу, скормив ему морковку и пару кусочков сухарей. Потом не спеша, прокатился по деревне, соскочил с коня и довольно похлопал ладонью по черному мускулистому крупу.

Жеребец, седло, огромные сумки с едой, собранный женщинами Хорны, увесистый мешочек с серебром и медяками, крепкий щит, и даже собственный дом с пристроенным к нему сараем и конюшней – осчастливленные избавлением от твари жители деревни не поскупились на подарки…

Ночью Стэн улегся спать в своей комнате, утром позавтракал и засобирался в дорогу, но не тут-то было – Стефан и Симон настоятельно поросили его перенести на день своё путешествие. К полудню жители Хорны, накрыли огромный стол на небольшой площади, где проводились гулянья и местные праздники – женщины готовили разные вкусности с утра, чтобы отпраздновать избавление от чудовища, терроризировавшего деревню.

У стола, ломившегося от разнообразных яств: булочек, пирогов, печеного, жареного и вареного мяса, разносолов, закусок, бутылок с медом и местными спиртными настоями, расселся весь поселок. Молодухи строили глазки герою, победившему ламию, мужчины улыбались и провозглашали здравницы в его честь, старики благодарили. Стэну, по решению старосты, поддержанного общим собранием деревни, отдали в пользование дом погибших Арисы, Артемия и Дэна вместе со всем имуществом: мебелью, жеребцом, кузней, инструментами, имевшимися в доме семьи. Даже деньги погибшей семьи отсыпали, пятнадцать серебряных и тридцать две медные монеты. Напоследок Стефан торжественно вручил отрезки, переливающейся перламутровым блеском змеиной кожи, сказав, что она очень ценится городскими аристократками-модницами, ведьмами и магами.

Кузню Стэн отдал в пользование подмастерью покойного Артемия – Гилю. Паренек так обрадовался, что клятвенно пообещал платить за аренду ежемесячно один серебряный и пять медяков, и в отсутствие парня, отдавать эти деньги старосте.

От жилья Стэну отказаться не получилось. На все его возражения, староста ответил, что дом никому не принадлежит, раздел имущества может привести к вражде и ссорам между местными, и вообще справедливо, что жилье покойного кузнеца будет принадлежать герою, отомстившему за убитую семью, а в отсутствие хозяина за ним присмотрят, пока не прибудет владелец.

Вечером были залихватские пляски вокруг костра, состязания парней: прыжки в мешках, метание палицы, кулачные бои и борьба. Молодые девчонки хвалились вышивкой, приготовленными пирогами и сладостями. Гулянки закончились поздней ночью, утомленный и наевшийся до отвала Стан вырубился, как только лег на кровать в гостевой комнате. Ему приснился весь бой с ламией, начиная с того момента, когда его тело занял другой – воин с багровыми глазами. Парень проснулся ранним утром, когда темная мгла ночи сменилась серым сумраком рассвета, с мыслью о ждущем его золоте. Быстро перекусил с семейством Клейнов, распрощался с ними, пришедшей его проводить Эммой, Гартом и другими жителями Хорны, оседлал заранее пригнанного в конюшню старосты Черныша и двинулся в путь…

Стэн очнулся от раздумий, заметив слева за деревьями небольшое болото.

«Оно», – отметил он, натянул уздечку, останавливая Черныша, и осторожно огляделся по сторонам. Дорога была пустынной, поблизости ни одной живой души.

Парню пришлось объехать болото по краю, периодически заставляя Черныша проходить небольшие тропинки и проламываться сквозь кусты. Наконец взгляд зацепился за гигантскую сосну-рогатку, выделяющуюся на фоне остальных не столь крупных деревьев и зеленой стены веток и кустарников. Стэн соскочил с коня, взял его за узду и медленно повел к дереву.

Черныш было заупрямился, когда его потянули в кустарник, справа от сосны, но Стэн скормил жеребцу сухарик, успокаивающе похлопал по морде. Затем аккуратно, но твердо, держа за поводья, провел через сплошную зеленую стену растительности, отгибая в сторону самые толстые и гибкие сучья, способные поцарапать круп коня.

Зеленый ковер из кустов и веток, заставляющий буквально продираться сквозь него каждый шаг, внезапно исчез. В метрах десяти от Стэна высился покрытый мхом и травой высокий холм с большим камнем, загораживающим основание.

«Дошел», – облегченно выдохнул парень. Он привязал поводом Черныша к ближайшему дереву и развернулся к камню.

«Что-то здесь не то», – Стэн покрылся потом, уловив неправильность. Веселое чириканье птиц, тихий шелест листвы, сопровождавшие всю дорогу, на этой поляне исчезли. Тишина была абсолютной, давила безмолвием и полным отсутствием звуков.

Это было последнее, что он успел понять. Листва дерева напротив шевельнулась, и прямо в грудь парня, выгнувшись стрелой, полетела зеленая змеюка, угрожающе раскрыв пасть с острейшими клыками.

Тело парня резко дернулось в сторону, и змея пролетела мимо. Но ещё до того, как она приземлилась на землю, молнией сверкнул выхваченный из ножен меч и в грязь упали уже две половинки тела бьющегося в агонии гада.

Багровые глаза внимательно оглядели поляну и деревья. Воин зловеще улыбнулся, поднял меч перед собой, готовясь к атаке. В тот же момент с деревьев гроздьями посыпались гадюки, а поляна перед холмом ожила, превратившись в шипящий и переливающийся чешуей змеиный ковер.

Меч с горящими рунами в руках воина завращался пропеллером, лезвие превратилось в одно стальное колесо, безжалостно рассекающее, перемалывающее всё живое, пытающееся преодолеть двухметровую дистанцию, очерченную оружием. Ошметки змеиных тел, чешуй, головы, кровавые брызги летели во все стороны, пятная листву, стволы деревьев и землю. Воин крутился волчком, работая клинком так, что его нельзя было различить, прыгал, отталкивался ногами от деревьев, меняя углы и места атак.

Через минуту яростной резни все было кончено. Разрубленные тела змей, хвосты, головы, склизкие внутренности валялись по всей поляне, кровавые лужи медленно впитывались в землю, карминовые брызги осели на листве и стволах деревьев, остались кляксами на мхе и траве покрывавшей холм.

Воин, брезгливо переступая через наваленные на поляне змеиные тушки и потроха, приблизился к холму. Остановился на мгновение у камня, замер, прислушиваясь. Затем выдохнул, взялся за камень, напрягся и неожиданно легко отодвинул его в сторону. Вгляделся в сереющий полумрак и восхищенно присвистнул. Весь пол просторной пещеры тускло мерцал золотым блеском наваленных горками монет, сиял драгоценными камнями на коронах, браслетах, ожерельях, диадемах и кольцах.

КОНЕЦ ПЕРВОЙ КНИГИ