Текст книги "Тайновидец. Том 10: Беглец (СИ)"

Автор книги: Алекс Рудин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 16 страниц)

Глава 21

Первое, что я почувствовал – воздух в этом мире был другим. Его как будто не хватало, и приходилось вдыхать полной грудью, чтобы надышаться. Сделав несколько глубоких вдохов, я понял, в чем дело. В этом воздухе не было магии. Он казался мертвым.

Я заранее знал, что в этом мире нет привычного магического фона. И все равно мне стало не по себе.

Преодолев это неприятное чувство, я огляделся.

Высокая дверь, выкрашенная облупившейся коричневой краской, вела из лаборатории наружу. Я подошел к ней и прислушался. За дверью было тихо.

Тогда я поддел пальцем отслоившуюся краску, и она отломилась с еле слышным треском. Я осторожно потянул дверь на себя.

За дверью я увидел пустую университетскую аудиторию с длинными рядами столов. Справа от меня на стене висела грифельная доска, исписанная мелом. Кто-то лёгкой и уверенной рукой написал на доске сложные формулы, которые я не мог понять.

Нам в Императорском Магическом лицее такого не преподавали.

Убедившись, что в аудитории никого нет, я кивнул туннелонцу:

– Идём.

Затем заглянул на арестанта:

– Ты тоже пойдёшь с нами. Когда мы выйдем на улицу, я тебя отпущу.

– Как скажете, ваше сиятельство, – угодливо согласился арестант.

А вот за дверью аудитории слышались шаги и голоса. Судя по всему, там был коридор. По этому коридору сновало множество людей.

Что они подумают, когда увидят нас? Не заподозрят ли, что мы явились из другого мира?

Раздумывать об этом было бессмысленно. Не сидеть же в пустой аудитории до глубокой ночи. Поэтому я глубоко вдохнул, снова потянул дверь на себя и вышел в коридор.

Никто не обратил на нас внимания. Люди деловито сновали по коридору и совершенно не смотрели по сторонам. Многие держали в руках плоские вытянутые коробочки со стеклянной поверхностью и не отрывали от них взгляд.

Это были телефоны. Точно такой же телефон мне показывал профессор Зимин. Сейчас этот загадочный аппарат лежал в кармане у Туннеллонца.

Мне стало интересно, что так увлеченно разглядывают в своих телефонах все эти люди. Но спрашивать, а тем более заглядывать в их телефоны, я не стал. Потом спрошу у профессора.

Сейчас их слепота была нам на руку. Смешавшись с толпой, мы могли легко добраться до улицы. Так мы и поступили.

В основном нас окружали молодые люди. Наверное, это были студенты. Некоторые из них на бегу здоровались с туннелонцем, а он величаво кивал им в ответ.

Конечно, они же принимают туннелонца за профессора Зимина.

По счастью, никто не заговорил с нами – студенты просто пробегали мимо, торопясь по своим делам.

Коридор привел нас к широкой лестнице. Поток людей стремился туда.

Мы спустились вместе с ними и оказались в просторном холле. Справа и слева я заметил гардеробы. Возле них толпились шумные студенты. Женщины с усталыми лицами подавали им уличную одежду.

А прямо перед нами была дверь, и она вела на улицу.

– Нам туда, – сказал я туннелонцу, и сделал шаг к двери.

Но тут мой магический дар гулко ударил в ребра. Я почувствовал на себе чей-то пристальный взгляд и остановился.

Повернул голову и увидел женщину, которая стояла возле стены и смотрела прямо на нас.

На вид ей было около тридцати лет. Значит, не студентка, но и на преподавателя не похожа. Слишком молода.

Ее темные волосы были стянуты в тугой хвост. Всё это я отметил машинально. Меня поразило выражение ее лица. Оно было таким испуганным, как будто женщина увидела привидение.

Прижимаясь спиной к стене, она переводила взгляд с туннелонца на арестанта.

Я дернул арестанта за рукав и громко спросил:

– Ты знаешь, кто это?

В холле было шумно, так что я не боялся, что женщина нас услышит.

Арестант покосился на женщину и гаденько улыбнулся:

– Знаю. Ну, это она нам деньги обещала, чтобы он профессора пришил. Из-за нее Тощий откинулся.

Туннеллонец тоже остановился, озадаченно глядя на нас.

– Подождите меня здесь, – сказал я им.

И быстро пошел к женщине.

Она увидела мое движение и прижалась к стене еще сильнее, как будто хотела с ней слиться. Я подошел вплотную.

Женщина смотрела на меня затравленным взглядом. Вблизи она оказалась чуть старше. Красивая, но испуганное выражение лица портило все впечатление.

– Вот мы вас и нашли, – сказал я, глядя ей прямо в глаза.

Женщина дернулась, как будто хотела бежать, но осталась на месте.

– Кто вы? – спросила она. – Зачем я вам нужна?

Ее голос дрогнул, и она проглотила застрявший в горле комок.

– Это вы подослали убийц к профессору Зимину, – строго сказал я. – Один из них вас узнал. Вот он.

Я кивком указал на арестанта.

– Сейчас мы отвезем его в полицию, и он даст показания. Предлагаю вам проехать с нами.

Женщина злобно скривила губы.

– Сволочь, – прошипела она. – Грязная поганая сволочь!

Я молча ждал, что она скажет дальше.

– Вы не похожи на полицейского, – наконец решилась она. – У вас есть документы?

Я покачал головой.

– Нет, я не служу в полиции, только иногда консультирую их. Но для вас это ничего не меняет.

Она впилась глазами в мое лицо, как будто пыталась прочитать мои мысли, затем нахмурилась.

– Если вы не служите в полиции, то вы не обязаны меня выдавать. Я могу заплатить вам. Или…

Не договорив, она замолчала и фальшиво улыбнулась.

Я молча покачал головой, и женщина снова злобно скривилась.

– Все вы такие… Твари!

– Чем вам досадил профессор Зимин? – спросил я. – Зачем вы на него покушались?

– Да плевать мне на профессора! – грубо ответила она. – Я просто хотела занять его место на кафедре. Знаете, как тяжело женщине выжить в этом поганом мире?

Это оправдание звучало слабо, но я не стал читать ее мораль.

На мой взгляд, у нас было мало шансов добиться ее ареста. Это сейчас мы застали ее врасплох. Но она быстро придет в себя и сообразит, что никаких улик против нее нет, кроме показаний задержанного.

Вряд ли в этом мире существовали менталисты, способные установить истину.

– Я согласен отпустить вас, но с одним условием, – сказал я.

В ее взгляде мелькнуло недоверие и оно тут же сменилось презрением.

– И что это за условие? – спросила женщина. – Всё-таки хотите денег?

– Вы должны сегодня же уволиться из университета, – ответил я. – И больше не появляйтесь в жизни профессора Зимина. Предупреждаю вас: если с профессором что-то случится, я знаю, кого искать в первую очередь.

– И всё? – недоверчиво спросила она. – Больше вы ничего не хотите?

Я покачал головой.

– Идите и увольтесь прямо сейчас, а затем постарайтесь исчезнуть. Учтите, я проверю. И на всякий случай сохраню у себя показания ваших наёмников.

Несколько секунд она молча стояла и смотрела в сторону. Затем, не глядя на меня, через силу выдавила:

– Спасибо.

– Идите! – повторил я.

Она повернулась и тяжело пошла вверх по лестнице. Кто-то из студентов на бегу толкнул ее, но она этого даже не заметила.

– Ты знаешь эту женщину, Тайновидец? – спросил туннелонец, когда я снова подошел к ним.

– Это она наняла нашего приятеля, чтобы он убил профессора Зимина, – объяснил я. – По счастью, у нее ничего не вышло.

– Что ты ей сказал? – поинтересовался алхимик.

Я пожал плечами.

– Здешняя полиция вряд ли арестует ее. Впрочем, если хочешь, можешь обратиться к ним. Я просто потребовал, чтобы она уволилась отсюда и больше не попадалась тебе на глаза. Думаю, у нее хватит ума не рисковать второй раз.

– Этого достаточно, – решительно кивнул туннеллонец. – Пусть уходит. Спасибо, Тайновидец, что уладил этот вопрос.

– Так-то с нее можно бы немало денежек взять, – неожиданно предложил задержанный. – Она ведь убийство затевала. Такую корову можно всю жизнь доить.

Он снова гаденько улыбнулся.

Я ощутил в себе презрение к этому человеку. Мне захотелось избавиться от него прямо сейчас.

Вдоль стен холла стояли скамейки, на которых переодевались студенты. Я нашел взглядом свободное местечко и подтолкнул туда задержанного.

– Сядьте сюда, – приказал я.

– Слушаюсь, ваша милость, – торопливо ответил задержанный.

Он пытался говорить дурашливо, но я различил в его голосе опасение. Он послушно сел, и я продолжил тем же голосом:

– Сейчас вы заснете. А когда проснетесь, то забудете все, что произошло с вами за эту неделю. Вы никуда не исчезали из вашего мира. Спите.

Я и сам не ожидал, что мой приказ подействует так быстро. Задержанный закрыл глаза. Его голова упала на грудь. Секунда, и он уже мирно похрапывал, привалившись к подоконнику.

Снующие вокруг студенты не обратили никакого внимания наш короткий разговор.

– Типичный человек этого мира, – неожиданно сказал туннелонец. – Ты обратил внимание, Тайновидец? Все здешние обитатели старательно гасят в себе искру магии, как будто стыдятся ее.

– Стыдятся? – изумленно переспросил я. – Почему?

– Не знаю, – туннелонец легко пожал плечами. – С этим еще нужно разобраться.

– Может быть, и разберемся, – согласился я. – А сейчас нам пора.

Мы вышли на улицу.

Со стороны Невы налетел порыв холодного ветра, и я зябко передернул плечами. Мимо нас, совсем близко, быстро ехали странные мобили. От них шел неприятный удушливый запах. Судя по вони, эти мобили работали точно не на магии.

В этом городе другого мира стояла неприветливая осень. И такие же неприветливые люди спешили по узкому тротуару.

И ни намека на магию – ни в людях, ни в окружающем пространстве.

Я ожидал этого, и все же чувствовал себя неуютно.

– Ты уверен, что хочешь остаться здесь? – спросил я туннеллонца.

Он с улыбкой кивнул.

– Конечно. Этот мир жив, несмотря ни на что. Мне будет очень любопытно узнать его поближе.

– Куда ты теперь отправишься?

– Домой, – усмехнулся туннеллонец. – Профессор Зимин дал мне бумажку с адресом. Пока поживу в его квартире, а там посмотрю.

– Не заблудишься? – поинтересовался я.

Туннелонец весело рассмеялся:

– Хорошая шутка, Тайновидец.

Мы отошли буквально на пару шагов.

И тут из дверей университета снова показалась женщина, с которой я разговаривал в холле. Она заметила нас, но не подошла. Только бросила злобный взгляд, затем отвернулась и поспешила в другую сторону.

Туннеллонец проводил ее задумчивым взглядом, а затем спросил:

– А что будешь делать ты, Тайновидец? Вернешься в свой мир?

– Вернусь, но не сразу, – честно ответил я. – Хочу немного прогуляться здесь. Мне, знаешь ли, тоже интересно, как живут здешние обитатели.

– Будь осторожен, – неожиданно предупредил меня туннеллонец. – Я чувствую, как этот мир вытягивает магию. Он делает это осторожно и незаметно, как ловкий карманник. Но магия утекает капля за каплей. Если она утечет вся, ты навсегда останешься здесь.

– А как же ты? – насторожился я.

– Во мне слишком много магии, – беззаботно отмахнулся фальшивый профессор Зимин. – Этот мир не сможет повредить мне. Скорее всего и тебе тоже. Но на всякий случай я тебя предупредил.

Он крепко пожал мне руку, затем кивнул на прощание и пошел прочь по другой стороне улицы. А незнакомый мир вокруг жил своей обычной жизнью и даже не подозревал, что в нем появился новый, удивительный обитатель.

После ухода туннелонца холод и одиночество навалились на меня с новой силой. Алхимик оказался прав. Этот мир вытягивал силы. Ощущение было не из приятных, но назло ему я решил прогуляться по этому странному миру.

Город, в котором я оказался, был одновременно и знаком, и незнаком мне. Он напоминал Столицу и отличался от нее, как темная комната отличается от освещенной. Или как изнанка одежды отличается от лицевой стороны.

Я повернул налево и через несколько минут оказался на набережной.

Вот река была точь-в-точь такая, как в моем мире. Она так же угрюмо катила волны свинцового цвета. Я облокотился на гранитный парапет.

Слева от меня, за рекой, тускло сверкал позолоченный шпиль Петропавловской крепости. А на другом берегу я разглядел императорский дворец, только его зачем-то выкрасили в нелепый синий цвет.

Интересно, по какому пути пошла история этого мира? Была ли здесь своя Смута? Правит ли до сих пор император? Или этот мир существует совсем по другим законам?

Чтобы понять, как он живет, нужно было хотя бы ненадолго остаться здесь. А этого я делать как раз и не собирался.

Мои размышления привели к неожиданному результату – я проголодался.

Повернул голову и почти сразу почувствовал соблазнительный запах жареного мяса.

Этот запах шел от какой-то нелепой будки со стеклянным окошком. Я подошел поближе.

За стеклом возле раскаленной жаровни медленно вращался вертикальный вертел, на котором жарилось мясо. А улыбчивый продавец напомнил мне Набиля.

– Хотите шаверму? – весело улыбаясь спросил он.

Я не знал, что такое шаверма, но предположил, что это местная еда. И решительно кивнул:

– Хочу.

– Две минуты, – еще шире улыбнулся продавец и принялся ловко срезать мясо с вертела длинным ножом.

Шаверма оказалась тонкой лепешкой, в которую были завернуты мясо и овощи. Что-то подобное мне довелось попробовать в Лачанге.

– Кофе? – предложил продавец.

Я кивнул и только в этот момент вспомнил, что в любом мире за еду и напитки принято расплачиваться деньгами. А местных денег у меня при себе не было.

Опустив руку в карман, я нащупал три золотых. Да уж, предусмотрительный из меня путешественник!

Я достал одну монету и протянул ее продавцу.

– Этого хватит, чтобы расплатиться?

Продавец удивленно поднял бровь, взял монету и повертел ее перед глазами. А затем взвесил в ладони и попробовал на зуб.

– Золото? Этого слишком много.

– Ничего, – решил я. – Считайте, что мы с вами в расчете.

– Спасибо, – радостно улыбнулся продавец, и монета тут же исчезла в его кармане.

Еда оказалась вкусной, а кофе – горячим. Чего еще требовать от другого мира? Я согрелся и решил не торопиться с возвращением.

Мне в голову пришла забавная мысль – добраться до Каменного острова и взглянуть на то место, где должен стоять мой дом. Мысль была откровенно странной, но она засела как заноза. И я не знал, как от нее избавиться.

Я и не стал избавляться. Вместо этого вытер пальцы салфеткой и огляделся в поисках извозчика.

Подходящий мобиль стоял неподалеку, а водитель откровенно скучал за рулем.

Приглядевшись к водителю, я изумленно хмыкнул. Он удивительно напоминал своей внешностью старого князя Долгорукого.

– Отвезете меня на Каменный остров? – спросил я, протягивая ему вторую золотую монету.

При виде золота водитель нервно оглянулся. Жадность в нем мешалась с подозрением. Но я успокаивающе улыбнулся и добавил:

– Сдачи не нужно.

И он решился.

– Садитесь.

Не успел я опуститься на заднее сиденье, как мобиль тронулся с места. Мне оставалось только смотреть в окно на пролетающий мимо город. Его планировка оказалась знакомой, я даже узнавал некоторые дома.

Но если приглядеться – все здесь было по-другому. Над большими стеклянными витринами магазинов светились причудливые вывески. Люди были одеты не так, как в моем мире. Даже запахи были другие – резкие и непривычные.

Я изумлённо качал головой. Можно подумать, что весь город преобразил до неузнаваемости какой-то могущественный маг иллюзий.

Справа мелькнул знакомый сквер. Я и не заметил бы его, но именно в эту минуту мобиль притормозил, пропуская другие машины.

В моем мире Теневой портал открылся именно в этом сквере. Я поймал себя на том, что вытягиваю шею, стараясь разглядеть портал и городовых рядом с ним.

Вместо городовых я увидел высокого человека в черном. Человек был похож на Никиту Михайловича Зотова, и я удивленно моргнул.

Что Зотов делает здесь? Неужели он не удержался и отправился вслед за нами? Или портал повел себя не так, как мы ожидали? И теперь два наших мира навсегда пересеклись в этом сквере?

– Остановите! – громко сказал я водителю.

Но тут человек в черном повернулся, и я увидел, что это не Зотов. Просто прохожий из этого мира, который кого-то ждет.

Показалось.

Мобиль дернулся и затормозил. Водитель обернулся ко мне.

– Приехали? – спросил он.

Я торопливо покачал головой.

– Нет. Мне показалось, что я увидел знакомого, но я ошибся. Едем дальше.

– Бывает, – вежливо согласился водитель, но недовольно поморщился.

Впрочем, мне было не до его эмоций.

Сразу за сквером потянулась знакомая ограда. А в глубине парка, за старыми липами мне удалось разглядеть здание.

В этом здании я проучился несколько лет. В моем мире здесь находился Императорский магический лицей.

– Что находится в этом здании? – не удержавшись, спросил я водителя.

И показал рукой на ограду.

– А я знаю? – удивился водитель.

Потом неохотно добавил:

– Вроде, училище какое-то.

Дальше мы ехали молча. Пересекли набережную, окунулись в неживой голубоватый свет уличных фонарей и выехали на мост.

Эта бетонная громадина была совсем не похожа на Шепчущий мост из моего мира. Но она вела именно на Каменный остров, ко мне домой.

Несмотря на свои впечатляющие размеры, мост выглядел чересчур обыкновенно. Простая и надежная конструкция из железа и бетона.

Пожалуй, на таком мосту граф Мясоедов не стал бы устраивать свои магические ритуалы.

* * *

– Дальше куда? – спросил водитель, когда мы оказались на стрелке Каменного острова.

– Остановитесь здесь, – ответил я, и с облегчением выбрался из мобиля.

Водитель молча дождался, пока я закрою дверцу, а затем сразу же уехал.

Я невесело усмехнулся.

Этот мир выглядел чересчур деловитым. Он непрерывно двигался, спешил и отсчитывал секунды. Как будто за деловитой суетой пытался скрыть внутреннюю пустоту.

Удивительным образом быстрый ритм этого города затягивал. Поневоле заставлял куда-то спешить.

И я вспомнил предупреждение туннеллонца.

«Такие миры затягивают незаметно. Год, два, и вот ты уже один из его обитателей. И ничего не помнишь о своем прошлом…»

Чтобы не поддаваться чужому ритму, я медленным прогулочным шагом пошел по дорожке парка.

Здесь дышалось намного легче, не так чувствовался резкий запах выхлопных газов. Да и деревья, несмотря ни на что, сохранили в себе частицу природной магии. Эта магия была очень слабой, я не мог ее почувствовать, но знал, что она есть.

Через минуту я поймал себя на том, что машинально высматриваю среди деревьев садовника Люцерна. Мне даже показалось, что за стволом старого дуба мелькнула его широкополая шляпа.

Я удивлённо улыбнулся и покачал головой. Конечно, никакого господина Люцерна здесь нет. Откуда бы в этом мире взяться магическому существу?

И парк вокруг хоть и живой, но тоже обыкновенный. Обыщи хоть все его уголки, ты не найдешь в нем Потаенную поляну.

Может быть, все это от того, что здешние обитатели не верят в магию?

Мысль пришла неожиданно и заставила меня остановиться.

Что-то похожее мне рассказывал Библиус. Я нахмурился, вспоминая тот давний разговор.

Точно, тогда мы говорили о Древнем Риме. Библиус рассказывал мне, что за повседневной суетой жители великого города стали забывать про магию. И она ушла, тихо и незаметно.

А вместе с ней ушло и величие Рима. Наступил упадок, и он продолжался до тех пор, пока великий город не захватили орды варваров.

Может быть, и с этим миром происходит что-то похожее?

Может быть, его жителей настолько поглотила повседневность, что они напрочь забыли о магии? Живут и не знают, что варварская конница уже подходит к воротам их мира.

Вряд ли когда-нибудь я это узнаю. Я заглянул сюда ненадолго, и скоро уйду навсегда.

Под ногами поскрипывал песок. Тихо шуршали мерзлые опавшие листья.

Я подумал, что зря приехал сюда. Это самый обычный парк из чужого мира. Откуда в нем может взяться мой дом?

Но я не успел додумать эту мысль, как увидел за деревьями знакомую крышу и тот самый балкон, на котором любил пить кофе по утрам.

Вот это да, ничего себе!

Дом все-таки здесь, и он не просто похож на мой. Это и есть мой дом.

Я изумленно выдохнул и прибавил шагу.

Глава 22

Дом был точь-в-точь как город – знакомый и чужой одновременно.

Вместо прочной кованой ограды его окружал безликий заборчик из проволочной сетки. Никаких бронзовых колокольчиков, которые певучим звоном предупредили бы о приходе неожиданного гостя.

Окна дома светились холодным белым светом.

Выглядело это неуютно.

Я не представлял, кто может жить при таком свете. Разве что какое-нибудь существо с холодной кровью, похожее на лягушку, но уж никак не человек.

Точно таким же светом горели фонари на набережной. При одном взгляде на них хотелось прибавить шагу.

Я подошел к ограде и потянул на себя калитку. Она не поддалась. Замка я не увидел. Наверное, створку калитки запирало какое-то хитрое устройство.

Еще одно устройство обнаружилось на самой калитке – гладкий темно-коричневый ящичек с россыпью мелких дырочек и одной кнопкой.

Я нажал на кнопку. Где-то вдалеке прозвенел звонок, а затем хриплый голос из ящичка спросил:

– В какой кабинет?

Я изумленно поднял брови, но отвечать не стал. У меня совершенно пропало желание знакомиться с нынешними хозяевами этого дома, по крайней мере, до тех пор, пока я здесь хорошенько не осмотрюсь.

Оставив в покое калитку, я пошел вдоль забора, заглядывая через него в сад.

Впрочем, назвать это пространство садом у меня не поворачивался язык. Все, что я увидел, – неухоженный и порядком вытоптанный газон. На нем криво стояли несколько тяжеловесных клумб из серого бетона. В клумбах чернела земля.

Ни старой вишни, ни увитой виноградом беседки, в которой мы так любили устраивать праздники, не было и в помине. Башня обсерватории, которую построил для меня сноходец Савелий Куликов, тоже исчезла. Не нашел я и пруд, в котором поселилась доисторическая рыба.

Вместо них вплотную к задней стене дома раскинулась стоянка, на которой скучали разноцветные мобили.

Я прошел мимо них и обогнул дом с другой стороны.

Здесь была задняя дверь. В моем мире возле этой двери Игнат разбил свои грядки с клубникой.

Сейчас, вместо грядок, я увидел несколько чахлых кустов снежноягодника. На голых ветках висели грозди белых ягод. Эти ягоды забавно лопаются с громким треском, если резко сжать их в пальцах.

На крыльце возле задней двери стояла измятая и ржавая консервная банка.

Обойдя вокруг дома, я вернулся на дорожку парка. Как и в моем мире, здесь стояла садовая скамейка. Только одна планка в спинке была сломана. Видно, местные дворники не слишком-то хорошо следили за порядком.

Я машинально провел ладонью по скамейке, стряхивая с нее холодные капли воды. Затем сел и стал смотреть на дом.

Свет в окнах горел все так же ровно и холодно.

Иногда я видел за стеклами темные силуэты – там двигались люди.

Еще раз посмотрев на дверь, я увидел прикрученную рядом с ней табличку. Надпись на табличке я разобрать не смог. Но догадался, что в этом мире из моего дома сделали какое-то государственное учреждение.

Почему-то ничего другого я и не ожидал. В самом деле, зачем еще нужен магический дом в немагическом мире?

Я и сам не знал, для чего сижу на мокрой скамейке. Мне давно было нужно возвращаться, но смутное предчувствие заставляло меня оставаться здесь.

Это предчувствие никогда меня не подводило.

Оно подсказало мне забавную мысль – поискать свой дом в чужом городе. Оно привело меня сюда, и сейчас предчувствие подсказывало мне, что вот-вот что-то случится.

Поэтому я ждал и дождался.

За моей спиной осторожно хрустнули мёрзлые листья.

Я повернул голову и увидел мальчишку лет девяти или десяти. Он был одет в тёплую красную куртку, а из подвязанной шапки торчала светлая чёлка.

Мальчик смотрел на меня серьёзно, без улыбки. В его взгляде не было настороженности или испуга, только внимательное любопытство.

Я улыбнулся ему и слегка кивнул.

– Привет.

– Здравствуйте, – с тем же серьезным взглядом ответил мальчик. – Можно мне тоже сесть? Я должен подождать маму.

– Присаживайся, – улыбнулся я и подвинулся, освобождая для него место.

Мальчик осторожно присел на край скамейки и тоже посмотрел на дом, а затем покосился на меня.

– Вы никого не ждете, – неожиданно сказал он.

– Почему ты так решил? – удивился я.

– Когда ждут, всегда волнуются или сердятся, – объяснил мальчик. – А вы просто сидите. Вам тоже нравится смотреть на этот дом?

– Не знаю, – честно ответил я. – А тебе нравится?

– Да, – кивнул мальчик. – Я думаю, что в таком доме должен жить настоящий волшебник. Он всегда просыпается рано и делает себе кофе, а потом выходит с чашкой на балкон.

Мальчик снова покосился на меня.

Похоже, он заметил, как я изумлён и растерян, поэтому торопливо добавил:

– Вы не думайте, я просто всё это сочинил. На самом деле никакого волшебника в этом доме нет, там социальная служба. Мы с мамой оформляем там справки. Но я не люблю заходить внутрь, там всегда много людей и скучно. Лучше ждать здесь.

Я кое-как поборол растерянность и согласился с ним.

– Ты прав, здесь намного лучше. Слушай, а ты точно сам придумал эту историю про волшебника?

– Конечно, – серьезно ответил мальчик. – Но это самая обычная история. У каждого волшебника должен быть дом.

– Да, – рассмеялся я. – Нужно же волшебнику где-то жить.

– А этот дом подходит, – подхватил мальчик. – Он выглядит таинственно и стоит в парке один, поэтому я и придумал историю про волшебника.

– И твоему волшебнику не скучно жить здесь одному? – с интересом спросил я. – Все-таки вокруг большой город, много людей… А твой волшебник поселился в парке, далеко от всех.

– Он не один, – серьезно возразил мальчик. – У него есть кухарка и старый слуга, а еще молодая жена. Иногда волшебник устраивает для нее чудеса.

– А друзья у него есть? – спросил я.

– Конечно, – кивнул мальчик. – Все они живут в городе. И поэтому очень любит приезжать в гости к волшебнику. А ещё у него есть чёрный кот, который понимает человеческий язык.

– Потрясающая история, – искренне сказал я. – И она очень похожа на правду. Знаешь, очень может быть, что волшебник и в самом деле живёт в этом доме. И не важно, что там всегда много народу. Просто он сделал так, что его никто не замечает.

– Вы так думаете?

Во взгляде мальчика мелькнуло недоверие. Он как будто опасался, что я насмехаюсь над ним.

– Да, я так думаю, – кивнул я, серьезно глядя ему в глаза. – Мне очень нравится эта история.

В моей груди басовито загудела невидимая стона. Я внимательно пригляделся к мальчику и заметил, что в нем горит крохотный огонек магического дара. Он был почти незаметным, и я удивился тому, что сумел его разглядеть.

Почти сразу у меня закружилась голова, а к горлу подступил комок. Я закрыл глаза, откинулся на спинку скамейки и стал глубоко дышать, пытаясь прогнать тошноту.

Снова провел пальцами по мокрым деревянным планкам, а затем приложил холодную ладонь ко лбу.

– Что с вами? – встревоженно спросил мальчик. – Вам плохо?

– Нет, – через силу улыбнулся я, чтобы успокоить его. – Сейчас все пройдет. Вот, уже прошло.

Просто в этом немагическом мире у меня неожиданно открылась новая магическая способность, добавил я про себя.

Видящий суть – так она называлась.

– Как тебя зовут? – спросил я мальчика, когда немного отдышался, и тут же получил второе потрясение.

– Саша Воронцов, – ответил мальчишка.

Он по-прежнему с тревогой смотрел на меня.

– Воронцов? – не веря своим ушам, переспросил я и поразился своему охрипшему голосу.

– Да, – кивком подтвердил Саша.

И совсем по-взрослому заметил:

– Мне кажется, вам все-таки нехорошо.

– Не беспокойся, я это переживу, – криво улыбнулся я.

Так вот, куда вело меня предчувствие. Вот какую встречу оно мне обещало.

Невероятно!

– Как твое отчество? – на всякий случай спросил я.

– А вам зачем? – удивился Саша.

– Люблю обращаться к собеседнику уважительно, – объяснил я, – тем более к такому удивительному.

– Это я вас историей про колдуна удивил?

– Да, – согласился я. – И не только. Так как зовут твоего отца?

– Я Александр Васильевич, – ответил Саша. – Только отца у меня нет. Он давно пропал, и я его ни разу не видел. Есть мама и дедушка.

В ушах у меня негромко звенело, а магический дар ровно и настойчиво бился в груди. Он будто подтверждал, что именно для этого важного разговора я и пришел в чужой мир. А все остальное было просто сопутствующими обстоятельствами.

«Подожди, Тайновидец», – осадил я себя. «Не напридумывал ли ты лишнего? Встретить в другом мире своего двойника – это слишком невероятно».

То, что мальчика зовут Сашей, может быть простым совпадением. И фамилия Воронцов не самая редкая на свете.

Я думал так и не верил сам себе.

Магический дар утверждал обратное, а ему я доверял больше, чем умным рассуждениям.

Кроме того, я чувствовал какую-то связь между мной и этим мальчишкой в теплой красной куртке.

Ну ладно, хорошо. И что теперь делать?

Чем я могу помочь своему неожиданному двойнику? И имею ли право вмешиваться в его жизнь?

И тут я вспомнил еще кое-что, и у меня похолодело в груди.

Этот мир не магический. Во всяком случае, так утверждал профессор Зиммин.

Профессор не глупый человек. К тому же, он прожил в этом мире всю свою жизнь, так что знает, о чем говорит.

Конечно, какие-то крохи магии есть и в этом мире.

Но хватит ли этой магии, чтобы удержать мир от исчезновения? Этого я не знал.

Зато знал, что если уж мир исчезает, то он исчезает вместе со всеми своими обитателями.

За туннелонца я не беспокоился. Магическое существо в любом случае сумеет найти выход.

Но вот судьба этого мальчика, которого я и знал-то всего пять минут, сильно тревожила меня.

Что станет с ним, если его мир вздумает исчезнуть? Тут можно и не гадать – все и так предельно ясно.

А что делать мне? Как принести в этот мир хоть немного магии и этим попытаться спасти его?

И тут мне в голову пришла сумасшедшая идея. Может быть, не самая лучшая, но ничего другого я в тот момент придумать не мог.

– Я тоже хочу рассказать тебе историю, – сказал я Саше. – И начну с того, что на свете существуют другие миры.

– Это я знаю, – серьезно кивнул Саша. – Я смотрел ролики про другие планеты.

– Что смотрел? – не понял я.

– Ролики, – повторил Саша.

Понятнее не стало, но я решил не отвлекаться.

– Я говорю не о других планетах, – продолжил я, – а о других мирах, которые очень похожи на этот мир и находятся совсем рядом. Можно сказать, за углом. В них живут такие же люди, как мы с тобой. А иногда и не только люди. Иногда там попадаются магические существа и даже настоящие колдуны.

– А где эти миры? – заинтересовался Саша. – Как их увидеть?

– Этого я тебе сказать не могу, – пришлось соврать мне. – Может быть, эти миры находятся где-то дальше или ближе во времени. Возможно, их отделяет друг от друга всего одна секунда. А может быть, они летят в невообразимом магическом пространстве, не замечая друг друга. Но знаешь что? В одном из этих миров совершенно точно есть такой же дом, и в нем на самом деле живет волшебник.

– И у него седая борода? – с подозрением спросил Саша.

Похоже, он подумал, что я смеюсь над ним.

– Нет у него никакой бороды, – весело улыбнулся я. – А сам он молодой и веселый. А еще у него есть молодая жена, кухарка и старый слуга. Тут ты все правильно угадал. Этот волшебник часто просыпается на рассвете и обязательно варит себе кофе на маленькой жаровне, а потом выходит с чашкой на балкон. На ограде вокруг его дома висят маленькие бронзовые колокольчики. Они радостно звенят каждый раз, когда появляется волшебник.