Текст книги "Тайновидец. Том 10: Беглец (СИ)"

Автор книги: Алекс Рудин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 16 страниц)

– Насколько я понимаю, магией земли никто из нас не владеет? – добавил Леонид Францевич.

Я развел руками:

– К сожалению, нет.

– Придется действовать по-старинке, – кивнул Щедрин. – Хорошо, что мы захватили с собой лопату.

Разложив на земле ветки, Изгоев взялся за лопату. Он засыпал ветки землей, хлопая по ней плашмя, чтобы уплотнить. Железо неприятно скрежетало, втыкаясь в глину, и я поморщился.

– Дело это небыстрое, – добродушно улыбнулся Леонид Францевич. – Поэтому предлагаю согреться. Поверьте, господа, вы не пожалеете. Сербская сливовица – один из лучших напитков в мире.

С этими словами он достал из кармана свою фляжку, открутил пробку и галантно протянул фляжку Лизе.

– Прошу вас, Елизавета Федоровна. Сожалею, что не захватил с собой стаканчиков. Придется по-простому.

Лиза осторожно сделала маленький глоток и удивленно моргнула.

– Какой необычный вкус!

Забрав у нее фляжку, я тоже попробовал.

Напиток был сладковатый, с мягким цветочным запахом. Он теплой волной прокатился по пищеводу, и я сразу же согрелся.

– Где-то здесь вы спасли Савелия Куликова от темного мастера снов? – оглядываясь, спросила Лиза.

– Да, – кивнул я. – Видишь, вот там за деревьями склеп, похожий на китайскую пагоду? Все произошло рядом с этим склепом, а господин Рябушинский так и вовсе прятался внутри него.

– А кто такой этот темный мастер снов? – с любопытством спросил профессор Зимин.

– Это человек, который без приглашения является в чужие сны и через них ворует магическую силу, – объяснил я. – Он надеялся таким образом обрести бессмертие.

– Но вы ему помешали? – спросил профессор.

Я покачал головой.

– Не совсем. Его разорвали Лунные волки. Это магические существа, которые охраняют сны.

– Надо же, – растерянно улыбнулся Зимин. – Всю свою жизнь я думал, что магия – это просто сверхспособность. Я считал, что ей можно научиться, можно ей управлять.

– А что вы думаете по этому поводу сейчас? – улыбнулся я.

– Сейчас я понимаю, что магия – это свойство мира, – серьезно ответил профессор. – Ей нельзя овладеть. Но в магию можно окунуться и встретиться лицом к лицу с чудесами.

– Так и есть, – улыбнулся я. – Это вы точно подметили.

Тем временем Изгоев почти закончил работу над големом.

Рядом с могилой князя Долгорукова лежала на земле безликая, грубо вылепленная из глины фигура.

– Теперь мне нужна ваша кровь, господин профессор, – серьезно сказал Изгоев, доставая нож с коротким и острым лезвием.

– Я так и знал, что без жертвоприношения не обойдется, – слегка побледнев, пошутил Зимин.

– Крови нужно не очень много, – объяснил Изгоев. – Но в ритуале некромантии без этого не обойтись.

– Может быть, еще глоточек, господин профессор? – предложил Щедрин, протягивая Зимину фляжку.

– Не сейчас, – покачал головой Сергей Николаевич.

Он подошел к Изгоеву и протянул ему левую руку. Лиза на всякий случай отвернулась.

Изгоев взмахнул ножом и резко полоснул по ладони профессора.

Зимин сдержанно охнул и поморщился от боли, а тягучая темная струйка упала на грубо вылепленную фигуру голема.

– Этого достаточно, – кивнул Изгоев. – Можете залечивать рану.

– Но я не умею, – растерялся Зимин и попытался зажать полез другой ладонью.

– Позвольте мне, – вмешался Щедрин.

Он крепко ухватил профессора за руку, и кровь почти сразу перестала течь.

– Вы и целительством владеете? – удивился я.

– Нахватался понемногу, – отмахнулся эксперт. – В военном деле без таких умений не обойтись. Ну что же, господин Изгоев, поднимайте вашего первого голема. Надеюсь, вы не забыли нужное заклинание?

– Не забыл, – кивнул Изгоев.

Мы отошли на пару шагов, чтобы не мешать ему. Я с интересом наблюдал за юношей.

Данила резко развел руки в стороны, как будто пытался разорвать воздух, а затем произнес несколько слов на непонятном языке.

Мне показалось, что вокруг потемнело.

Ледяной ветер словно плетью стегнул по макушкам деревьев. С них посыпались последние сухие листья.

В воздухе закружились снежинки. Одна из них упала мне на ладонь и обожгла кожу.

Лежавшая на земле глиняная фигура зашевелилась и села. Затем голем оперся руками о землю и неуклюже поднялся на ноги.

С него сыпались комочки земли.

А там, где он лежал, остался глубокий отпечаток.

– Неплохо, – одобрительно кивнул Щедрин. – Редко у кого получается сделать голема с первого раза. Обычно он рассыпается, как только начинает двигаться. Сейчас.

Леонид Францевич несколько раз быстро повел руками вдоль тела голема.

Я точно видел, что эксперт не касается глины. Но под его движениями она уплотнялась и приобретала сходство с человеческим телом.

– Вот так и еще так, – бормотал себе под нос эксперт, продолжая водить в воздухе руками.

Наконец он довольно кивнул.

– Что скажете, Елизавета Федоровна? Гожусь я в скульпторы?

– У вас замечательно получается, – улыбнулась Лиза.

И она нисколько не преувеличивала.

Стоявший перед нами глиняный голем фигурой очень напоминал Зимина. Только грубо вылепленное лицо не было похоже на лицо профессора.

– Вы захватили одежду? – спросил Леонид Францевич.

Профессор Зимин торопливо протянул ему мешок.

Щедрин вытряхнул из мешка одежду и приказал голему.

– Одевайся.

Голем послушно принялся натягивать на себя штаны.

Одевшись, он стал еще больше похож на профессора. Пожалуй, со спины я бы их не различил.

– Но за лицо я не возьмусь, – заметил Щедрин. – Елизавета Федоровна, теперь ваша очередь.

Лиза нерешительно посмотрела на меня, и я ободряюще кивнул.

– У тебя получится. Ты же научилась магии иллюзий?

Лизе понадобилось всего несколько минут.

Она как будто лепила лицо голема, не касаясь его руками, и лицо послушно менялось под ее чуткими пальцами.

Когда Лиза закончила, глиняный голем стал точной копией профессора Зимина. Только выражение лица все еще отличалось.

Настоящий профессор растерянно улыбался, а голем выглядел равнодушным и безразличным.

– Вы уже придумали, как убьете его? – спросил меня Леонид Францевич.

– Пока нет, – признался я. – Мне казалось, что достаточно приказать ему умереть там, где побольше народа.

– Так и есть, – кивнул Щедрин. – Надеюсь, в том мире, куда вы отправитесь, не найдется специалистов, способных разоблачить магию иллюзий.

Щедрин повернулся к голему и приказал:

– Пройдись.

Голем послушно пошел по кладбищенской дорожке. Двигался он неуклюже, и Леонид Францевич с досадой поморщился. А потом решительно махнул рукой.

– Чем больше он привлечет к себе внимания, тем лучше. Документы профессора у вас, Александр Васильевич?

Мы вложили документы профессора в карман куртки голема.

– Попрощайтесь со своей прежней жизнью. – серьезно сказал я Зимину. – Теперь вы все начинаете заново.

– Я и подумать не мог, что такое возможно, – ответил профессор.

Он подошел к замершему голему и протянул ему свой телефон:

– Возьми. Вряд ли он тебе пригодится, но пусть будет у тебя.

– Спасибо, – неожиданно ответил голем.

Его голос был похож на голос профессора, но звучал глухо и невыразительно.

– Когда ты поведешь его в другой мир? – спросила меня Лиза.

– Прямо сейчас, – ответил я. – Что-то подсказывает мне, что с этим не стоит тянуть. Леонид Францевич отвезет тебя домой, а я постараюсь все закончить и вернуться как можно скорее.

– Будь осторожен, – попросила Лиза, и в ее серых глазах сверкнули золотистые искорки.

– Все будет хорошо, – улыбнулся я.

Поцеловал ее, а затем повернулся к голему.

– Ты пойдешь со мной и будешь выполнять все мои приказы.

– Я пойду с тобой, – согласился голем.

– Отличная работа, молодой человек, – добродушно сказал Леонид Францевич Изгоеву.

Данила не смог сдержать радостную улыбку.

– Идемте, господа, – кивнул я.

Но тут рядом с нами снова возник призрачный городовой.

– Господин Тайновидец, вас там спрашивают по важному делу, – доложил он.

– Кто спрашивает? – удивился я.

– Не могу знать, – отрапортовал городовой. – Какие-то высокие люди в черных плащах с капюшонами. Лиц не видно.

– Туннелонцы? – еще больше изумился я. – Интересно, что им нужно? И почему они появились именно сейчас? Будьте добры, проводите их сюда.

Глава 20

Меня разбирало любопытство.

Зачем пришли туннелонцы? Может быть, предстоящее путешествие между мирами опаснее, чем я думал? А туннелонцы знают об этом и явились, чтобы меня предупредить?

Высокие черные фигуры алхимиков из другого мира скользили над дорожкой Смоленского кладбища. Холодный осенний ветер развевал полы их длинных плащей, лица скрывались под глубокими капюшонами.

Туннелонцев сопровождал призрак городового, и я изумленно покачал головой.

В какую же поразительную историю втянула меня магия?

Один из туннелонцев остановился прямо передо мной. Под капюшоном плаща фиолетовым светом сверкнули глаза.

– Здравствуй, Тайновидец! – произнес он голосом, похожим на шелест осеннего дождя.

Я вежливо наклонил голову.

– Добрый день! У вас что-то случилось? Я могу вам чем-нибудь помочь?

– Можешь! – неожиданно согласился туннелонец. – Благодаря тебе нам выпала удивительная возможность, и мы пришли, чтобы просить тебя о помощи. Это правда, что ты открыл портал в мир, в котором нет магии?

– Я не думал, что так получится, – объяснил я. – Все, чего я хотел, – это открыть магический портал в Лачангу. А Теневой портал открылся сам собой.

– Его открыла магия, – слегка наклонил голову туннеллонец. – И это хороший знак. Ты же знаешь, Тайновидец, что мы очень много путешествовали по самым разным мирам. Ни один из них не похож на другие, но есть то, что их объединяет.

– И что же это? – заинтересовался я.

– Магия, – уверенно ответил туннелонец. – Ни один мир не может существовать без магии. Как только магия исчезает, вслед за ней исчезает и сам мир. Это происходит мгновенно, как будто кто-то могущественный выключает свет в комнате, и наступает темнота.

– Ты уже видел такое раньше? – заинтересовался я.

– Видел, – кивнул туннелонец. – Однажды мы попали в мир, из которого исчезла магия, и нам едва удалось спастись.

– Но мир, из которого пришел профессор Зимин, благополучно существует и не собирается никуда исчезать, – напомнил я. – А магии в нем нет.

– Наверняка это не так, – возразил Туннеллонец. – Понимаешь, Тайновидец, магия не обязательно разлита по всему миру. Иногда она собирается в особых местах, и этого вполне достаточно для того, чтобы весь мир существовал.

– Места Силы? – догадался я.

– Что-то вроде этого, – кивнул Туннеллонец. – А иногда магия собирается в живых существах, и тогда они буквально держат мир на себе, но не дают ему исчезнуть.

Туннеллонец едва заметно шевельнулся, и его глаза снова сверкнули под глубоким капюшоном плаща.

– Мы думаем, что мир профессора Зимина может держаться на магии Огненного Скакуна, – сказал он. – Это наш шанс, тайновидец, поэтому мы и пришли сюда. Я прошу тебя, позволь одному из нас отправиться вместе с тобой в тот мир.

– Вот оно что, – понял я, – вы собираетесь продолжить поиски Огненного Скакуна?

– Да, – коротко кивнул туннелонец.

Я заметил, что профессор Зимин с любопытством прислушивается к нашему разговору, и обратился к нему.

– Что скажете, Сергей Николаевич?

Зимин удивленно пожал плечами.

– Даже не знаю, что сказать. Видите ли, в моем мире живут самые обычные люди, там нет магических существ, похожих на вас. Если вы отправитесь туда, то сразу привлечете к себе внимание.

– Мы понимаем это, – кивнул туннелонец, – и поэтому мы здесь. Если вы позволите, то один из нас воплотится в этого голема. Думаю, такой маскировки будет достаточно.

– Вы хотите сыграть роль профессора Зимина в его мире? – изумился я.

– Вот именно, – кивнул туннеллонец и повернулся к профессору. – Вы не станете возражать, господин профессор?

– Вообще-то, при помощи голема мы собирались убедить знакомых профессора в том, что он умер, – напомнил я.

– Но ведь можно поступить по-другому, – возразил Туннеллонец. – Один из нас под видом профессора вернется в его мир и будет спокойно жить там. А настоящий профессор останется здесь. Ведь вам же всегда хотелось этого, Сергей Николаевич?

– Хотелось, – решительно кивнул Зимин, – и мне нравится, что голему не придется умирать.

– Ни в коем случае, – заверил его туннелонец. – Ваш двойник станет настоящим, живым человеком, магическим существом. Он проживет долгую и удивительную жизнь. Так ты не против, Тайновидец?

– Я-то не против, – улыбнулся я. – А вот господину Зотову это вряд ли понравится.

Законы Империи запрещают оживлять големов. Поэтому вам нужно договариваться не со мной, а с Тайной службой.

Я повернулся к эксперту.

– Что скажете, Леонид Францевич?

Щедрин задумчиво потер покрасневшие от холода щеки и благодушно улыбнулся.

– Ситуация необычная, но уверен, что Никита Михайлович возражать не станет. Разумеется, при условии, что оживший голем навсегда исчезнет из нашего мира. Уж поверьте мне, господин Зотов отлично понимает, что не в каждой ситуации можно применить имперские законы. Да вы отправьте ему зов и сами спросите.

– Так и сделаю, – кивнул я.

И тут же послал зов Никите Михайловичу.

Леонид Францевич не ошибся, Зотову понравилось предложение Туннеллонца.

– Главное, чтобы ожившие големы не бродили по Столице, – заявил он. – А что происходит в других мирах, меня не касается. Заканчивайте свое колдовство на кладбище и приезжайте к Теневому порталу. Я буду ждать вас там.

– Начальник Тайной службы не возражает против того, чтобы один из вас воспользовался големом, – сказал я Туннелонцу.

Голем все это время стоял в стороне. На его лице застыло равнодушное безжизненное выражение. Кажется, он даже не понимал, что речь идет о нем, и просто ждал приказаний.

Один из туннелонцев подошел к нему, и мы увидели удивительное зрелище.

Туннелонец дотронулся до руки голема. Сверкнула яркая фиолетовая вспышка. Я моргнул, а когда снова открыл глаза, то увидел, что туннелонца больше нет. Только пустой черный плащ упал на пожелтевшую траву.

Голем вздрогнул и удивленно оглянулся.

– Хорошо быть живым, – голосом профессора Зимина сказал он. – Спасибо, Тайновидец. Теперь мы можем отправляться к порталу.

Словно в ответ на слова голема, по голым макушкам деревьев снова хлестнул холодный осенний ветер, а с неба посыпались колючие снежинки.

Я взглянул на Лизу. Ее лицо было серьезным, серые глаза потемнели.

– Как бы я хотела отправиться с тобой в другой мир, – тихо сказала она, – но я все понимаю.

– У тебя тоже будет очень важное дело, – подбодрил я ее. – Ждать меня. Это поможет мне вернуться, если что-нибудь пойдет не так.

Лиза жалобно улыбнулась в ответ.

– Стараешься меня успокоить? Если с тобой что-нибудь случится, мое ожидание тебе не поможет.

– Это совершенно не так, – неожиданно вмешался в разговор Леонид Францевич. – Не стоит недооценивать эмпатическую магию. Иногда она способна творить настоящие чудеса. Когда-нибудь, когда у нас будет побольше времени, я расскажу вам несколько удивительных случаев, с которыми мне довелось столкнуться.

– Вот видишь, – стараясь напустить на себя беззаботный вид, сказал я Лизе. – Леонид Францевич согласен со мной. Твое ожидание обязательно поможет мне вернуться.

– Я буду ждать тебя, – кивнула Лиза, – и попрошу Прасковью Ивановну испечь кулебяку. Вдруг это тоже поможет.

– Кулебяка Прасковьи Ивановны – это аргумент, – рассмеялся я. – Чтобы снова попробовать ее, я доберусь домой из любого мира.

Лиза тоже рассмеялась, и я с облегчением увидел, что в ее глазах снова появились знакомые золотистые искорки.

– Кстати, Александр Васильевич, не упустите возможность познакомиться с кухней другого мира, – напомнил мне Щедрин. – Как только вернетесь, расскажете, чем там угощают.

– Только если будет подходящий случай, – не стал обещать я. – Вы же понимаете, что я отправляюсь туда не для того, чтобы развлекаться.

Данила Изгоев тоже подошел попрощаться и неловко протянул мне руку.

– У вас удивительная жизнь, ваше сиятельство, – преодолев смущение, сказал он. – Все ученики Императорской Академии вам завидуют.

– Иногда я и сам себе завидую, – усмехнулся я, – а у вас еще все впереди. Просто доверьтесь магии, и она сама сделает все остальное.

Время уходило, и я решил поторопить туннеллонца, но удержался. К нему подошел профессор Зимин.

Смотреть на это со стороны было удивительно и странно. Два абсолютно одинаковых человека глядели в глаза друг к другу. Только туннеллонец был спокоен, а профессор заметно взволнован.

– Я хочу поблагодарить вас за то, что мне не придется умирать, – неуверенно сказал он туннеллонцу, – то есть не мне, конечно, а этому существу. В общем…

– Я понимаю, – сочувственно улыбнувшись, кивнул туннеллонец. – Мало кому хочется отвечать за чужую смерть. Вам не нужно ни о чем беспокоиться, господин профессор. Теперь вы свободны от своего старого мира. Вас ждет удивительная жизнь, и вашего двойника тоже. Уж об этом я позабочусь.

– Никогда не думал, что мне придется прощаться с самим собой, – растерянно развел руками профессор.

– Мы все ежедневно делаем это, Сергей Николаевич, – рассмеялся я. – Ложимся спать, а утром просыпаемся немного другими. Разница только в том, что мы этого не замечаем.

– Наверное, мне можно вернуться домой, – согласился профессор. – Я ведь вам больше не нужен?

– Лучше поезжайте к нам вместе с Елизаветой Федоровной, – посоветовал я. – Скоро я вернусь, и мы все вместе отметим ваши новоселья в нашем мире.

Мне показалось, что сегодня профессору Зимину не стоит оставаться одному. Наверное, каждый человек должен уметь переносить одиночество, но иногда оно становится особенно невыносимо.

– Вы приглашаете меня в гости, Александр Васильевич? – обрадовался профессор.

– Приглашаю, – улыбнулся я, – и не только вас, но и всех остальных. Леонид Францевич, вас это тоже касается, имейте в виду.

– Ни за что не упущу возможность угоститься кулебякой вашей кухарки, – добродушно кивнул Леонид Францевич.

– Никите Михайловичу я передам приглашение лично, – решил я. – А теперь нам пора ехать. Начальник Тайной службы уже ждет нас возле Теневого портала. Я не хочу, чтобы он замерз и соскучился, это плохо скажется на его настроении.

– Еще одну минуту, – попросил меня профессор Зимин.

Он повернулся к туннеллонцу и крепко пожал его руку.

– Я желаю вам успеха в ваших поисках, – сказал профессор. – Найдите своего Огненного Скакуна.

– Найдем, – кивнул туннеллонец. – Рано или поздно это случится. А теперь прощайте.

* * *

Я сел за руль своего мобиля, и туннеллонец в образе профессора Зимина уселся рядом со мной.

– Тебе не страшно уходить? – спросил я его, запуская мотор.

Туннелонец весело улыбнулся.

– Все-таки ты не до конца понимаешь нас, Тайновидец. В душе мы путешественники, вечные бродяги. Да, иногда мы останавливаемся в каком-нибудь из миров, но наши путешествия никогда не прекращаются. И сейчас я рад возможности снова отправиться на поиски Огненного Скакуна.

– Если ты его найдешь, то сможешь сообщить об этом своим друзьям? – поинтересовался я. – Ведь они останутся здесь.

– Конечно, смогу, – нисколько не сомневаясь, кивнул туннелонец. – Мы отлично чувствуем друг друга на любом расстоянии.

– Замечательная способность, – согласился я.

И перевел взгляд на дорогу. Движение в Столице было довольно оживленным, и мне не хотелось попасть в аварию по неосторожности.

Я оказался прав. Никита Михайлович Зотов уже нетерпеливо прохаживался по дорожкам сквера рядом с Императорским магическим лицеем. В этом сквере и открылся Теневой портал, который вел в мир, откуда явился к нам профессор Зимин.

Я впервые увидел портал своими глазами. Он был похож на дымную воронку. Она медленно вращалась, и в этом вращении было что-то завораживающее.

На безопасном расстоянии от портала двое полицейских придерживали за руки арестованного. На его запястьях я заметил широкие обручи кандалов, соединенные цепью.

Этот человек вслед за профессором проник к нам из другого мира вместе со своим приятелем. Но городовые быстро их поймали, когда они решили ограбить булочника.

– Вот и вы, – кивнул Зотов, подходя к нам.

Он быстрым взглядом окинул голема:

– Безупречная работа. Пожалуй, даже я мог бы их перепутать. Леонид Францевич не забыл свое давнее умение.

– Этого голема делал Данила Изгоев, – улыбнулся я. – Господин эксперт только немного помог ему.

– У парня несомненный талант, – согласился Зотов. – Хорошо, что вы попросили Леонида Францевича взять его под нашу опеку. Ну что, вы готовы отправляться?

– Готовы, – ответил я.

А туннелонец только молча кивнул.

– Вам придется забрать с собой арестованного, – поморщился Никита Михайлович. – Я и не хочу оставлять его здесь. Целители подлечили его, насколько смогли, а наш менталист наложил на него заклятие, стирающее память.

– А нам-то что с ним делать? – удивился я.

– Как только окажетесь в другом мире, просто прикажите ему заснуть, вот и все, – объяснил Зотов. – Он проспит несколько часов, а когда проснется, не будет ничего помнить о своем путешествии. Дальше пусть выпутывается сам.

– Мне бы не хотелось вести его в кандалах, – заметил я. – Это вызовет подозрения.

Никита Михайлович жестко усмехнулся:

– Кандалы мы с него снимем. Не беспокойтесь, этот субъект не доставит вам хлопот.

Он только и мечтает о том, чтобы вернуться в свой мир. Вы уверены, что сумеете закрыть портал, Александр Васильевич?

– Я надеюсь, что портал закроется, – мягко поправил я его.

– А вы сами как собираетесь вернуться? – заинтересовался Зотов.

– Вы же знаете, у меня есть свой проверенный способ, – улыбнулся я. – Уверен, что в мире профессора найдется хотя бы одна дверь. И она обязательно приведет меня туда, куда нужно.

– В таком случае предлагаю поторопиться, – кивнул Никита Михайлович.

Мы все вместе подошли к порталу.

Я покосился на задержанного. Он во все глаза глядел на медленно клубящийся магический дым.

– Не глюк, значит, – не замечая нас, пробормотал он себе под нос. – И в самом деле, кружится эта чертовщина.

– Вы готовы вернуться в свой мир? – спросил я его.

– Только этого я хочу, ваше благородие, – сгорбившись, ответил задержанный.

Я заметил, что он уже успел научиться обращению, принятому в нашем мире.

Прислушавшись к эмоциям арестанта, я не заметил в них ничего подозрительного. Он был подавлен и испуган, думал только о том, как бы оказаться в знакомом месте, желательно подальше от нас.

– Снимите с него кандалы, – сказал я полицейским.

Зотов нетерпеливым кивком подтвердил мои слова. Звонко щелкнул ключ, и тяжелые кандалы упали на утоптанную дорожку сквера.

– Надеюсь, у вас все получится, – сказал Зотов.

Его строгое лицо словно закаменело.

Туннеллонец в образе профессора Зимина медленно оглянулся. Он как будто хотел запомнить кусочек этого мира, прежде чем уйти из него навсегда. Затем туннеллонец шагнул в портал и исчез.

За ним поспешил арестант. Входя в клубящуюся дымную воронку, он нелепо пригнулся, как будто боялся не поместиться.

– Никита Михайлович, вечером я жду вас в гости, – улыбнулся я. – Будем праздновать новоселье профессора в нашем мире.

– Приеду, – серьезно кивнул Зотов. – Александр Васильевич, очень вас прошу, как только вернетесь в наш мир, сразу же пришлите мне зов.

– Так и сделаю, – пообещал я.

А затем глубоко вдохнул и тоже вошел в портал.

* * *

Мы оказались в просторном помещении с двумя высокими окнами. Несмотря на размеры комнаты, здесь было довольно тесно. Вдоль стен стояли широкие шкафы с алхимической посудой и реактивами, а середину помещения занимал длинный стол.

– Похоже, мы попали в лабораторию профессора, – сказал я туннелонцу. – Сергей Николаевич рассказывал, что портал открылся именно здесь.

Бывший арестант растерянно оглянулся. Когда он заметил банки с реактивами, в его глазах появился жадный блеск. Я почувствовал, как изменилось его настроение.

– Вряд ли здесь есть то, что вы хотите найти, – сказал я ему. – Это обычная лаборатория.

– Ничего, – буркнул арестант, – мне бы только выбраться. Тощего жалко, пропал не за грош. Но уж я его помяну.

– Сейчас вы пойдете с нами, – строго сказал я, – и не вздумайте бежать. Я отпущу вас, когда мы выйдем на улицу.

Туннеллонец тоже оглядывался неторопливо и с интересом.

– По нашей легенде, эта комната должна быть мне хорошо знакома, – объяснил он. – Постараюсь запомнить, что где лежит. Смотрите-ка, а портал в самом деле исчезает!

Он был прав. Медленно вращавшийся дым рассеивался, бесследно таял в воздухе.

Через секунду от него осталось несколько рваных клочьев. Ну вот и они исчезли. Теневой портал закрылся.