Текст книги "Заклинатель 9 (СИ)"

Автор книги: Алекс Каменев

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 14 страниц)

Я на секунду задумался и неспешно кивнул, логика в словах воина присутствовала. Следовательно, если и есть запрет, то скорее всего формальный. А главное – вряд ли его растянут на долгий срок. В конце концов, капитаны кораблей взбунтуются, что магистрату явно не нужно. То же касается и жителей, рано или поздно власти будут вынуждены открыть городские ворота, если не хотят, чтобы их самих не повесили на этих воротах.

Выходит, если отбросить возможные неудобства, для нас ситуация почти не изменилась. В крайнем случае, пообещаем капитану «Грешника» еще больше золота и выйдем в море без разрешения. А значит, можно продолжать подготовку к ритуалу.

Глава 9

9.

Следующие несколько дней прошли в подготовке. Теоретическая часть опиралась на память Га-Хора и мои собственные знания, почерпнутые из многочисленных прочитанных книг. Практическая – на заклинательный зал, где пришлось провести уборку, и магические ингредиенты, приобретенные у долговязого продавца. Схемы и вычисления делались на листках бумаги, за которыми на базар отправился Сорен.

За это время никто нас так и не побеспокоил. Сбежавший бродяга не привел подкрепление, чтобы выбить захватчиков из развалин старого форта. Больше наверх никто не совался, опасаясь дурной славы развалин, имеющих репутацию проклятого места, где много веков живут призраки.

Больше ничего заслуживающего внимания не произошло. Внутренняя блокада города и порта продолжалась. Посещавший рыночные ряды для пополнения припасов рыцарь докладывал, что пока народ особо не волновался, принимая объяснения властей насчет угрозы со стороны захватчиков, которые пока пусть и не под стенами города, но уже почти на подходе. Обывателям мало поводов надо для страха, все знали об амбициях Закатных Островов и верили магистрату, считая версию с лазутчиками правдоподобной.

Что конечно звучало полным бредом для опытных людей, особенно побывавших во множестве дальних стран, повидавших мир и понимающих, что такое настоящая война и как она происходит.

С учетом, что Халь-Стаад являлся крупным городом, куда сходились множество торговых путей, и учитывая количество опытных путешественников, да и вообще толковых людей среди купеческого люда, было ясно, что придуманная отговорка долго не протянет и рано или поздно обязательно поползут слухи, начнутся разговоры, и ложь городской верхушки в конечном итоге выльется в волнения среди масс.

И тут на сцену выйдут вожди и объявят о дальнейших действиях, чтобы успокоить народ. Какая это будет сторона – партия войны или мира, пока неясно, но от этого зависит, что именно скажут обывателям, а главное под каким соусом преподнесут. Это будет либо мобилизация сил и ресурсов для организации обороны с обилием патриотических лозунгов, либо упоминание важности свободной торговли и необходимости в смутные времена иметь сильного покровителя, чтобы продолжать занимаются тем, чем город занимался испокон веков – торговлей и зарабатыванием денег.

И там, и там в основе лежала понятная для любого халь-стаадца идея заработка на продаже товаров, чтобы простой люд не морщил лоб и сразу понял куда ветер дует. Но итоги, к чему приведут два различных решения, будут совершенно иные. Обычный люд об этом не сразу догадается, а когда поймет, будет уже поздно – либо начнется открытая война, либо произойдет скрытая оккупация. Третьего не дано.

Правда имелся маловероятный вариант, что все закончится банальным бунтом, когда на волне народного гнева к власти придет третья сторона, но что именно она предложит массам и на каких страхах сыграет, лично я даже не буду пытаться угадывать.

Потому что у меня своих забот хватало с избытком.

Главный элемент предстоящего ритуала ждал своего часа, заботливо запертый в деревянный ящичек, похожий на шкатулку. «Иникийские таблички» – небывалая ценность даже во времена настоящей Коллегии заклинателей. Маги охотились за ними, старались заполучить, чтобы стать еще сильнее, изменив собственную сущность, преобразовав внутренний магический облик для получения еще больших возможностей.

«Усиление», «Концентрация» и «Слияние» – три символа на потемневшей от времени металлической поверхности, три способа усилить колдовские способности, три дороги, могущие превратиться в одну.

С помощью трех невзрачных пластинок можно не просто развить доступные заклинания, можно определенным образом преобразовать Сумеречный Круг, сделав его другим, дав свойства, которыми он раньше не обладал.

И дело вовсе не в расширении возможностей существующих плетений, а в самом изменений внутреннего магического источника. Большая энергетическая оболочка, иной магический облик, иная аура, иное Средоточие.

Последнее – самое главное. Именно на Средоточии я собирался сделать упор. Как круги расходятся по воде, так и трансформация одной части единого целого заденет остальное, начиная от физических кондиций организма и заканчивая полной перестройкой структуры тонкого тела.

Что иронично, я бы никогда не решился на внедрение подобных изменений, учитывая какие риски они несут для устоявшегося магического облика. Весь, по сути, придется все ломать, а затем отстраивать заново.

Но как говориться – не было бы счастья, да несчастье помогло. Где один видит неудачу, другой замечает возможность. Когда я перешел через неправильным образом наведенный портал, то неимоверные перегрузки истощили Сумеречный Круг, ослабив его связь с физическим телом. Переход буквально «выпил» энергию, нанеся урон организму, но полностью не уничтожил магический дар, сделав его бледной тенью себя прежнего. Это сильно ослабило в колдовском плане, но одновременно предоставило шанс внедрить глубокие изменения, которые раньше не были возможны.

В обычном случае подобного рода глубокая перестройка ломала основное «здание», каркас на котором держался внутренний магический облик, сейчас же все по-другому, ослабленные связи и полное истощение позволят провести необходимые манипуляции на энергетическом уровне.

Впрочем, определенные риски все же есть.

Во времена Старой Империи использовавших «иникийские таблички» магов страховали другие заклинатели, во время ритуала стоявшие на границе пентаграммы, готовые прийти на помощь, направив неправильно пошедший процесс в нужное русло. У меня такой поддержки нет, а значит нет места для ошибки. Когда все начнется я стану беспомощным, точнее я полностью потеряю себя, растворившись в бушующих вокруг силах, которые будут направлены внутрь, тем самым еще больше усложняя происходящие превращения.

Главное, чтобы все прошло гладко, потому что если что-то действительно пойдет не так, то примыкающие к холму территории серьезно пострадают. После этого аборигенам как минимум придется заново отстраивать часть рынка. То, что меня самого в этом случае распылит на атомы, упоминать не стоило.

Похоже о подобных рисках подумал не только я, хмурый Сорен в третий раз за время подготовки ритуала спросил:

– Вы точно уверены, что все получится? Ваша магия имеет обыкновение разрушать все вокруг, а здесь рядом полно зданий.

– Рыночных рядов, если точнее, а конкретно – части базарной площади, – поправил я и сказал: – Именно поэтому ритуал пройдет ночью, когда людей рядом почти нет. Если пентаграмма взорваться, то количество жертв среди горожан будет минимальным, – я помедлил. – Не надо считать меня слишком уж кровожадным, я стараюсь свести возможный ущерб к минимуму. Разрушенные палатки и лавки не в счет.

Рыцарь скептически скривился. Мол, знаю я ваш «минимальный ущерб», пол города разнесете в щебень, а потом скажете, что все так и было. И вообще, нечего возводить дома вокруг места, где люди занимаются своими колдовскими делами.

– Ну а мы? Мы ведь будем находиться прямо здесь, – сказал рыцарь. – Что будет с нами, если магия выйдет из-под контроля?

Говоря «мы», он в первую очередь имел в виду себя, в умении колдуна выкрутиться даже из такой ситуации, воин ни секунду не сомневался. Помнил о кораблекрушении, в котором чуть не погиб, захлебнувшись в морской воде, в то время как колдун уже шлялся по другим измерениям, выясняя отношения с темными божествами.

– Стены заклинательного зала дополнительно укреплены, – напомнил я. – В кладку вмурованы специальные поглотители, не дающие вырваться излишкам энергии наружу. Даже если что-то случится, то разрушения ограничатся локальной областью, не затронув весь форт.

Я лукавил, и особо это не скрывал, и рыцарь прекрасно это видел. Потому что несмотря на то, что заклинательный зал действительно хорошо защищен и предназначен для проведения такого рода колдовских ритуалов, всегда есть место случаю. Если собранный массив энергии вдруг окажется направлен не внутрь пентаграммы, а вовне…

Что-же, скажем так, вряд ли даже укрепленные стены выдержат такого напора. Бахнет от души, взрывная волна разнесет все до чего сможет дотянуться. Причем взрыв может быть не одномоментным, а нарастающим, когда из магического фона начнут прорываться все больше излишков энергии, поддерживая процесс разрушения. Получится аналог вакуумной бомбы, которая выжжет все вокруг.

Какие при этом будут масштабы разрушения даже я предугадать точно не мог. Одно можно сказать точно – будет громко и шумно. Правда, если все действительно пойдет не так, чего я искреннее собирался избежать. Потому что несмотря на мысли рыцаря, моя жизнь от этого тоже зависела. Удрать не получится, распылит на молекулы, не успеешь даже испугаться.

– Что снаружи? – спросил я.

– Тихо, все разошлись, торговые ряды и большая часть базара пуста, – доложил Сорен.

Горящий в руках рыцаря факел издавал запах жженной смолы, по каменным стенам коридора метались рожденный от пламени тени. В свете огня лицо воина выглядело гротескным, словно высеченное небрежными сколами из гранита.

Время приближалось к полуночи, а значит пора.

– Жди на улице. И лучше отойди подальше от внешней стены. На всякий случай.

Лицо рыцаря выразило скепсис, изобразив молчаливый вопрос: а это поможет? Пришлось признаваться:

– Не особо. Но так гораздо больше шансов остаться в живых. Если что, покатишься по склону, думаю успеешь избежать самого плохого, – я недоговаривал, и Сорен это понимал. В случае если процесс распада будет проходить по нарастающей, вероятность спастись имелась, но очень маленькая. Скорее всего все закончится одним мощным взрывом с одновременным высвобождением огромного количества энергии.

И вместо возвышенности с фортом на вершине появится кратер глубиной в несколько десятков метров. Про окружающие базарные ряды лучше вообще не вспоминать, снесет и не заметит.

– Если напортачите, аборигенам заново придется отстраивать центр города, – проворочал Сорен, повторив мою недавнюю мысль, и не прощаясь потопал по коридору в сторону лестницы, ведущей вниз.

Я хмыкнул, наблюдая как отблески пламени факела гуляют по каменным стенам, помедлил, и решительно шагнул в заклинательный зал. Приглушенно хлопнула оббитая железом дверь, плотно закрывая проем и отгораживая от внешнего мира. Рыцарь унес единственный источник света, но мне он не требовался, даже в абсолютной тьме мои глаза прекрасно различали каждую черточку и деталь в окружающей обстановке.

– Ну что-ж, приступим.

Шаг внутрь пентаграммы. Все ингредиенты расставлены по местам, включая ценные иникийские пластины. Предварительная подготовка проведена, осталось встать в центр и произнести ключ-слово для активации заложенного в колдовской рисунок плетения.

– Шхе-е-о-лл, – протяжные гласные прозвучали глухо, но четкого произношения и не требовалось, главное запустить изначальный процесс, пока будет происходить развертка основной структуры.

Откликаясь на призыв к гулявшим вокруг токам энергии, выложенные в полу канавки пентаграммы вспыхнули тусклым фиолетовым огнем, освещая заклинательный зал причудливым сиреневым свечением.

Я медленно поднял правую руку перед собой, ощущая сгустившееся вокруг ладони невидимое давление. Долгую секунду, показавшейся вечностью, ничего не происходило. Затем случился резкий переход.

Перед мысленным взором все померкло, сознание растворялось, распалось на лоскуты, путаясь, стало хаосом, а из него перешло в яростный водоворот.

Текущие вокруг потоки энергии взбунтовались, формируя бесконечное движение. Бесконечного движение в ничто. Это была словно река. Могучая. Необоримая. Пугающая масштабами, казалось, затрагивающими все мироздание.

А затем возникла пустота. И я падал в нее и не мог остановиться. И тысячи снующих вокруг душ отвечали мне шепотом, проникающим в мозг, убеждая не сопротивляться. Начался распад магического облика, а вместе с ним и личности. Память, сознание, характер – все рассыпалось сверкающими осколками. Это происходило глубоко внутри, но от этого не выглядело менее реальным, чем в действительности.

Следом возник пульсирующий поток тьмы, едва не накрывший те остатки, что от меня к этому моменту оставались, погребя с головой в пучине первозданного мрака. В последний миг, на грани окончательного исчезновения, используя крохотную искорку воли, я остановил распад, возрождаясь и выныривая «наверх», сумев не только перебороть накатывающую тьму, но и оказаться на самой вершине, оседлав катившуюся по великому ничто волну.

Сила и вола. Концентрация и сосредоточенность. Не потерять себя. Не стать частью огромной пустоты, что раскинулась вокруг океаном. Это оказалось мучительно больно и еще более трудно, но выполнимо. Я словно собирал себя по кусочкам, по новой воссоздавая распавшуюся на лоскуты личность. Если бы не ментальные техники мар-шааг вряд ли бы что получилось.

Контроль разума. Контроль сознания. Вот в чем в первую очередь заключалась основа силы любого мага, а уж затем все остальное.

А затем пришла боль. Она пронзила словно удар электрический током, вызывая мучительные спазмы в сознании. Но ведь тела не было, значит не могло быть и боли. Это было логично. Но раскинувшей вокруг великой пустоте было плевать на логику, боль была и это сводило с ума, потому что разум не мог понять, как в бестелесном состоянии можно испытывать такие страдания.

Это длилось целую вечность, а потом последние барьеры разума окончательно пали, разрывая оковы и превращаясь в сверкающие ленты. Я пытался соединить их, упорядочить, превратив в ровный поток, но все усилия заканчивались дерганным хаосом, пока неожиданно все вдруг резко не прекратилась.

Это было невероятное облегчение и вместе с тем еще более желанное освобождение. Сознание больше не давила плотной пеленой бесконечного мрака, осталось только понимание, что все кончилось.

Я без сил рухнул на колени и осознал себя в центре продолжавшей гореть фиолетовым пентаграммы. Расположенные в трех верхних лучах «иникийские таблички» обратились в зернистую пыль, как и другие магические ингредиенты, сгоревшие в пламени бушующей энергии ритуала.

Несколько долгих мгновений я прислушивался к себе, проверяя состояние и почти сразу ощутил перемены. Что-то изменилось глубоко внутри, пока непонятно что, но оно было и это вызвало облегчение. Значит все не зря. Возникло нечто новое, но в тоже время, сохранявшее связь с прежним, оставаясь знакомым. Это было странное ощущение, непривычное, но показывающее, что ритуал завершен.

Мир вокруг воспринимался другим. Произошел сдвиг, при этом все осталось прежним. Попытка понять, вызвала резкую головную боль. Закололо в висках, перенеслось в заднюю часть головы, ледяные иглы вонзились в затылок. Словно припорошенные снегом штыри, они проникали все глубже, неся с собой жгучий холод, он растекался по организму, вызывая озноб.

Во рту появился солоноватый привкус крови, стало понятно, что реагируя на боль, я машинально прикусил губу. Я сплюнул и постарался очистить разум, вызвав перед мысленным взором Сумеречный Круг. И через мгновение он засиял, полностью обновленный, чужой, но одновременно знакомый. По окружности ярко горели знаки заклинаний, в центре переливаясь налитое силой пульсировало Средоточие.

– Получилось, – из горла вырвался довольный хрип. Радость охватила сознание, но в следующий миг на тело навалилась тяжесть. Организм требовал передышки, и откликаясь на это, разум погрузился в спасительную темноту.

Глава 10

10.

Пробуждение походило на щелчок переключателя. Раз – и сознание включается, следом машинально открываются глаза. В голове невероятная легкость, организм переполняет энергия, хочется двигаться. Разум будто продул ледяной ветер, оставляя кристальную чистоту. Полное и всеобъемлющее ощущение заново родившегося. Это невозможно передать словами, это можно только прочувствовать.

Я сел и огляделся. Тот же заклинательный зал, та же пентаграмма, уже потухшая, без энергии. В воздухе запах затхлости и чего-то сгоревшего с примесью алхимических элементов – последствия проведенного ритуала, когда в пламени бушующей энергии сгорали ингредиенты.

Отсутствие окон в помещении не давало понять, сколько сейчас времени, но по внутренним ощущения с момента, как выложенные в плитах канавки зажглись фиолетовым, и последующей отключкой, прошло не меньше полутора суток. А значит снаружи полдень следующего дня.

На улице яркое солнце, разгар весны, на базаре толпы снующего народа, рыночные ряды бурлят, работают зазывалы, идет бойкая торговля, шум, гам и другие звуки проснувшегося крупного города.

Нужно ли это сейчас? Нет. Как и общение с рыцарем, который наверняка поджидает неподалеку, следуя приказу не соваться в заклинательный зал, даже если колдун не появится. Я знал, что процесс может затянуться и позаботился, чтобы меня не беспокоили. Разумеется, имелся крайний срок, когда внутрь все же разрешалось зайти, проверив не осталась ли от чародея лишь горстка пепла, но до этого переступать порог категорически запрещалось. И судя по задвижке на оббитой железом двери, Сорен выполнил приказ, не став вламываться внутрь, терпеливо ожидая, что маг сам очнется и выйдет наружу.

Я плавно поднялся, ощущая легкость внутри, сделал несколько шагов, проверяя координацию. Тело прекрасно слушалось, в мышцах чувствовалась небывалая бодрость.

– Похоже все прошло в нужном ключе, – задумчиво проронил и вернулся обратно в центр пентаграммы. Несмотря на темноту, я отлично видел окружающую обстановку, базовые способности не пострадали.

Пришла пора провести ревизию произошедших изменений. Я сел в позу лотоса и вызвал перед глазами Сумеречный Круг, следуя простому принципу сравнения: было – стало.

«Коготь».

Было: призванное оружие, изначально имело вид когтя-кинжала, в дальнейшем развилось и приобрело новые свойства, получив способность менять форму вроде меча, секиры и булавы. Идеальный инструмент для ближнего боя, надежный, универсальный, не требующий много магической энергии.

Стало:

Я вытянул перед собой руку и активировал заклинание. Секунда – и в ладонь легла удобная рукоять… хмм… плетки? Хлыста? Что это? Гибкий жгут исходил призрачным свечением с темно-сиреневым оттенком, имел небольшие крючочки вдоль длины и извивался словно живой.

Какого черта?

Матовая черная поверхность исчезла, вместо нее появилась льдистая, почти прозрачная, структура с легкой темно-фиолетовой дымкой вдоль граней. Раньше оружие больше походило на материальный объект, сейчас выглядело почти инфернально.

– Интересно, – для пробы я взмахнул получившимся хлыстом.

Тонкий свист, и стоящий на границе верхнего луча пентаграммы огарок свечи распался на две неравные части.

Впечатляет. А другие формы? Например меч?

Мысленное усилие, и рукоять в ладони подернулась дымкой, вместе с хлыстом меняя вид на прямой обоюдоострый клинок. Его структура тоже изменилась, вместо черноты с сиреневыми вкраплениями, возникла полупрозрачная субстанция с налетом темного-лилового обрамления по краям. Необычно, но выглядит опасно, как и должно выглядеть колдовское оружие.

Я сделал пару проверочных взмахов, взвесил меч в руке, и попытался сменить форму на булаву, которой так удобно крушить экипированных в доспехи противников. И не преуспел. Клинок не желал превращаться во что-то другое.

– Что за… – я машинально напрягся, как будто это поможет, потом опомнился и попытался воздействовать на заклинание через ментальный призыв. Однако ничего не происходило. Зато обратно в хлыст меч превратился легко, будто ждал.

– Всего две формы? – я задумчиво поскреб щетину на подбородке.

Не скажу, что открытие обескуражило или застало врасплох, но ограничения вызвали вопросы. Так не должно быть. А точнее подобное не закладывалось в изменение плетений, вшитых в Сумеречный Круг, при проведении ритуала.

Ошибка? Но в целом заклинание действовало, продолжая работать. Да изменился внешний вид, да в призванном состоянии стала ощущаться скрытая мощь, но в целом оно выполняло свои функции.

– Ладно, разберемся, – пока можно отложить выяснение подробностей, главное чары действовали. Вот если бы после активации вообще не последовало никакого отклика, тогда возникли бы проблемы, и довольно серьезные. А так – в пределах нормы.

Следующее – «Пламя».

Было: почти классический файербол, несколько огненных шаров, размером с сжатый кулак, сотканные из сгустков колдовского пламени насыщенно фиолетового цвета. При использовании сначала летали вокруг, нарезая круги словно по орбите, затем отправлялись в полет в указанном направлении. Вполне стандартное боевое заклятье, известное со старых времен, но с расширенным функционалом.

Стало:

Символ «Пламени» вспыхнул и погас, над вытянутой ладонью закружился огненный шар. Но что это был за шар. Во-первых, он был один, никаких мельтешащих собратьев по соседству. Во-вторых, изменились размеры, вместо небольшого плотного сгустка возник файербол размером с волейбольный мяч. Цвет тоже изменился, оттенок стал более бледным, с тонкими лиловыми прожилками. Все это переливалось и трепетало, перекатывалось и вращалось, отбрасывая отблески с едва заметным сиреневатым оттенком.

– Неплохо, – по лицу расползлась довольная улыбка.

В отличие от «Когтя», изменения в «Пламени» вызывали удовлетворение. Я откуда-то знал, что заклинание стало обладать гораздо большей разрушительной силой, чем прежде, а главное даст возможность узкоспециализированного применения, когда не надо наносить масштабные разрушения. Плюс, благодаря расширенной энергетической оболочке, время перезарядки чар значительно снизилось, что в бою может оказать решающее значение.

«Щит», он же «Колдовской доспех тьмы».

Было: создавал размытый силуэт вокруг тела, скрадывая очертания, защищал, одновременно вытягивая из людей на близком расстоянии жизненные силы, часть передавал напрямую, часть уходила на поддержание самого заклятья. Радиус небольшой, сила воздействия ограничена.

Стало:

Когда знак выбранного заклинания сработал, в первую секунду показалось, что ничего не произошло и только приглядевшись, стало понятно, что старые визуальные эффекты с размытостью в виде колеблющейся тени исчезли. Осталось лишь подрагивающая рябь воздуха, напоминающая едва заметную волну искажений, формирующих защитный ореол вокруг тела.

Сила поглощения ощутимо возросла, я это сразу понял. Заклинание активно вытягивало энергию из окружающего пространства и передавало мне. Причем, возникло четкое понимание, что эффект относился не только к людям. Если простоять достаточно долго на лесной поляне с включенным «Щитом», то рано или поздно вокруг останется идеально очерченный круг высохшей травы и потрескавшейся почвы. Это не произойдет мгновенно, но обязательно случится, так как заклинание получило намного большую способность к поглощению чужой силы, чем прежде.

Словно плотная аура, она накрывала ближайшее пространство, создавая область, куда лучше не входить.

– Любопытно, – я пробормотал, внимательно отслеживая действие запущенного заклятья.

Энергия поглощалась и перерабатывалась, активно насыщая энергетическую оболочку. Из-за чего время перезарядки чар значительно сократилось. Более того, появилась возможность хранить излишки, запуская их по замкнутому кругу энергетической составляющей. От этого магический облик претерпел значительные изменения, я все больше отходил от природы обычных заклинателей и приближался к…

К чему? Хороший вопрос. Но боюсь ответ может не понравиться. Что-то подобное с собой делали Ушедшие – раса магических существ, полностью изменивших свою изначальную суть. Они претерпели метаморфозы, сначала внутренние, на уровне энергетики, затем внешние, путем преображения физических форм.

Вспомнились упорядоченные энергетические каналы весьма развитого внутреннего магического облика, высокий рост, худощавость, идеально выверенные черты лица, тонкие изящные рога, уходящие вдоль головы назад и пылающие алым зрачки выразительных глаз.

Если против первого я ничего не имел против (упорядоченная энергетическая структура позволит легко колдовать, значительно увеличив магические резервы), то изменение внешнего облика вызывало сомнение. Становится рогатым демоноподобным нелюдем, не хотелось.

– С этим лучше обождать, – по губам скользнула кривая усмешка.

Представляю какой ор поднимется, если в харчевню зайдет подобное существо, или появится на улицах города. Мгновенно начнется охота, в которой примут участие все, начиная от башмачника, случайно оказавшегося рядом, и заканчивая стражниками, которые не преминет вызвать подмогу.

Странное и непонятное всегда боятся и стараются уничтожит, это заложено в природе человека, и это не изменить…

«Молот».

Я огляделся и понял, что испытать данное заклинание здесь не выйдет, жалко зал. Похоже придется обождать или выйти наружу, поискав для проверки более подходящее место. Я уже собирался это сделать, как вдруг понял, что не требуется никуда идти. Не знаю откуда, но я точно знал, какие с чарами произошли изменения. Знание словно всплыло из глубины, облекая форму четкого понимания.

Было: всесокрушающий таран, создающий волну сжатого воздуха, способный ломать каменные стены и разрушать небольшие постройки.

Стало: тоже волна, но уничтожающая цепочки связи материальных объектов, превращая почти любой объект в мелкую зернистую пыль. Понятия не имею, как это вышло, но я хорошо представлял возможности изменившегося заклинания. «Молот» больше не ломал и не отшвыривал предметы, он их словно расщеплял, превращая в труху, при помощи волны искажений, имеющей разрушительную силу.

– Недурно.

Подумав, я все же решил записать произошедшее в плюс. Даже если после применения какой-то объект устоит, нарушится внутренняя структура и он потеряет прежнюю твердость, став хрупким. Не знаю, что в этом случае произойдет с живыми людьми (с каменной стеной понятно, обвалится, оставив после себя внушительный пролом), но явно ничего хорошего.

И наконец «Туман», который давно уже не «Туман», а черт знает что, основанное на оживших кусках мрака, из которого появлялись призванные бойцы.

Было: теневые сущности, приходящие по призыву, умеющие воевать, напоминающие големы, словно состоящие из густого битума, в виде двух Латников или двух Лучников.

Стало:

Кхм… с этим возникли сложности, на первый взгляд не было никакой разницы между старым заклинанием и новым, все те же два призванных существа, имеющих облик оживших сгустков мрака. Но что-то в них все же изменилось, они стали более «живыми» что ли, если так можно выразиться. И выглядели теперь намного более опасно, чем прежде, хотя и до этого жутью от них несло запредельной.

– Пойдет.

И последнее, самое главное, на что в первую очередь был направлен ритуал – «Средоточие».

Было: общее воздействие на физическое тело и через него на энергетическую составляющую, включая внутренний магический облик и Метку Тонких Путей.

Стало: связь с тонким миром значительно укрепилась, общий тонус повысился. Сила, ловкость, выносливость – все получило внушительную прибавку с постоянным эффектом. Регенерация стала работать в режиме постоянного восстановления, поддерживая общую бодрость. Энергетические резервы выросли, каналы уплотнились, стали лучше пропускать текущую внутри силу. Еще больше выразилась цельность внутренней энергетики, ставшей похожей на текучий поток со структурой, которую невероятно трудно разрушить.

Будь у меня подобное Средоточие при переходе через неправильно наведенный портал, то никакого истощения не возникло бы. Как минимум эффект оказался бы гораздо слабее, как и период восстановления.

На первый взгляд это могло показаться ерундой, но подобные изменения в действительности имели решающее значение для способности использовать магию. Без умения аккумулировать и проводить через себя энергию никакие заклинания бы не сработали.

– Потому что без первого, не может быть второго, – слова сами сорвались с уст, глухим тоном прозвучав в темном зале.

Секунду помедлив, я поймал себя на том, что все еще сижу в позе лотоса в центре пентаграммы. Пора подниматься и выходить наружу. Ритуал завершен, прошедшие изменения закрепились, став частью внутреннего магического облика. На первый взгляд перемены выглядели не столь значительно, как ожидалось, но это не так. Чем выше ступень, тем сложнее развивать дар, больше нужно ресурсов, порой весьма редких и дорогих.

Так что в целом все прошло неплохо, особенно то, что не произошло ошибок и сам ритуал закончился гладко и без эксцессов. Все вполне могло выльется в упомянутый ранее взрыв со значительными последствиями. Это, плюс успешно внедренные изменения, позволили уверенно говорить об успехе.

– Каким бы он не был, – пробормотал я, единым слитным движением плавно поднимаясь на ноги.

Возможно пора устроить небольшой перерыв, не помешает отойти от всей этой суматохи. Посетить веселые кварталы Халь-Стаада и отведать местных развлечений.

Откликаясь на мысли, перед глазами замелькали завлекательные картинки. Покорная и услужливая белокурая куртизанка с высокой упругую грудью с длинными ногами и стройной талий, с привлекательной мордашкой, что дышит свежестью и задором, у которой в глазах нет усталости, как у многих товарок. Что может быть лучше? Только хороший ужин в дорогом ресторане с бокалом изысканного вина.

План хорош, осталось претворить его в жизнь. Полагаю рыцарь тоже будет не против подобного времяпровождения.

Щелкнул, отодвигаясь засов, оббитая железом дверь неохотно поддалась. Раздался скрип, тяжелая створка медленно отодвинулась. После заклинательного зала в коридоре показалось светло. Я прошел вперед и повернул направо, благодаря повысившейся чувствительности безошибочно определив, где находится единственный живой человек в здании.

Сорен сидел в окне, беспечно покачивая ногой, высунутой наружу. Услышав шум, обернулся, цепкий взгляд внимательно скользнул по фигуре объявившегося колдуна, проверяя все ли в порядке. Затем рыцарь спокойно отвернулся обратно, продолжив пялиться наружу, словно там происходило нечто гораздо интереснее, чем прошедший через сложный ритуал чародей.