Текст книги "Пламя над Доминионом. Путь искры (СИ)"

Автор книги: Адель Хайд

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 17 страниц)

Глава 30

Он скинул короткую тунику, в которую был одет, и, оставшись совершенно обнажённым, влез в ванну. Сел напротив меня, вытягивая свои длинные ноги так, что я оказалась зажатой между его ногами. Какое-то время он просто сидел и смотрел на меня. Конечно, ни вода, ни темнота не скрывали моей принадлежности к другому полу…

– Встань, – вдруг прозвучал приказ.

Я подумала, что вырубить его успею. Тем более, что я знала, куда бить, чтобы отключить, как раз в его недолеченную левую половину. Я встала. Прокуратор во все глаза смотрел на меня. Моё тело покрылось мурашками, хотя в термах было довольно тепло. Прокуратор тоже поднялся и шагнул ко мне, встав настолько близко, что я боялась смотреть вниз, потому что чувствовала его возбуждение. Он положил руку мне на голову, провёл по ней. Волосы уже начали отрастать, на голове был небольшой «ёжик».

– Волосы цвета пламени, – сказал он. – Ты поэтому их скрывала?

Я молчала.

– Это же ты убила Ламию, – добавил он. И это не был вопрос. Потом его рука скользнула, обводя моё лицо. Он взял меня за подбородок, большим пальцем провёл по губам. Я чувствовала его тяжёлое дыхание, его желание упиралось мне в живот. И я мысленно просчитывала, как можно его вырубить, и куда потом бежать. Интересно, он один пришёл? Или сейчас вслед за ним ещё кто-то сюда припрётся? Между тем его рука скользнула по моей шее, на плечо, и опустилась на грудь. Он обвёл полушария, сжал грудь и почему-то облегчённо вздохнул, как будто до сих пор сомневался в том, что я женщина.

Несмотря на весь трагизм ситуации, мне стало весело. Ещё бы, он две недели думал, что его тянет к тощему монаху.

– Кто ты? – спросил он.

А я встала на цыпочки и вместо ответа коснулась его губ. Он ответил на поцелуй сразу. И в этом была его ошибка. Мужчины всегда ошибаются. Я вырубила его, и он рухнул как подкошенный. Сначала я хотела сразу уйти, но потом подумала, что так он может утонуть. Пришлось его вытащить, насколько это было возможно. Это были потраченные минуты, но зато на моей совести не будет смерти такого шикарного мужика. Я поняла, что оставаться больше нельзя. Теперь, когда Прокуратор знает, кто я, роль монаха мне уже не поможет. Надо бежать.

Но прежде, мне надо вернуть память Сашке или Киру. Я подумала, что времени хватит только на одного, и решила действовать наверняка. Я собралась. Вик спал, и я не стала его будить. Подумала, что либо разбужу потом, либо пусть пока остаётся здесь, по крайней мере, тепло и есть еда. Да и оба других монаха его тоже учат. Проверила, что взятая со станции гипносыворотка в одноразовых шприцах на месте. И пошла в казармы. В казармах была тишина, был слышен храп, чьё -то беспокойное дыхание. Я отыскала Сашку и разбудила его. Он тут же приставил нож к моему горлу.

– Господин Алекс, – прошептала я. – Мне срочно нужно вам что-то показать. Но это находится в лечебнице. Я больше не знаю, к кому обратиться.

Как ни странно, но это подействовало. Саша ни слова не говоря пошёл за мной, я шла перед ним, очень остро ощущая его взгляд на моей спине. Я открыла перед ним дверь в лечебницу. Там не было света, и, соответственно, никого тоже не было. Он сделал шаг, непонимающе посмотрел на пустую лечебницу, повернулся, видимо, чтобы высказать мне всё, что он обо мне думает… И я резким движением вколола ему гипносыворотку.

– Что ты… делаешь, монах? – сказал он, протягивая руку, намереваясь, видимо, схватить меня за горло. Но сыворотка действовала моментально. Пока Сашка, который был немногим меньше громилы Прокуратора, ещё не упал и был просто в заторможенном состоянии, я быстро подтолкнула его к ближайшей лавке. Теперь нужно было подключить его к передатчику. Когда через полчаса он открыл глаза и посмотрел на сидящую напротив него меня, я с облегчением поняла: Сашка вернулся. Потому что первое его слово было на русском, и имя моё он тоже вспомнил: – Блядь, Алекс.....

Глава 31

У меня на глазах, наверное, впервые за всё это время выступили слёзы.

– Тише, Саш… – прошептала я. Сашка посмотрел на мою лысую голову и вдруг накрыл свою голову руками.

Такого отборного мата я давно не слышала. В Академии ругаться было запрещено. Даже когда мы были подростками, старались не бравировать друг перед другом и не использовать такие слова. Но я понимала, что у него сейчас просто нет других слов.

– Саша, миленький, времени нет. Я… короче, я вырубила прокуратора. Он сейчас в термах, – выпалила я.

Кулаки у Сашки сжались.

– Он тебе что-нибудь сделал? – спросил он хрипло.

– Нет, Саш. Как бы…он не смог. Это же я, Алекс.

Сашка улыбнулся:

– Алекс. Если бы кто и смог в такой ситуации выжить и всё устроить, то только ты. – Нам нужно вернуть Кирилла, – сказала я.

Снова мат.

– Точно, Кирилл. А у тебя есть ещё гипносыворотка?

– Есть. На Кирилла и ещё на несколько человек хватит.

Но сначала надо прокуратором заняться. Если он очнётся, мы никуда не успеем сбежать. Он меня видел, и … он знает, что я не монах. Сашка снова посмотрел на меня с подозрением, но ничего не сказал, только качнул головой.

– Давай, что есть, – сказал он коротко.

Мы взяли гипносыворотку и первым делом пошли в термы. Шли молча, след в след. В термах было тихо, света по-прежнему не было. Первым пошёл Сашка. Я ждала, сердце стучало всё быстрее. Я считала: сорок пять… сорок шесть… сорок семь…

Подумала, что, если досчитаю до минуты и он не вернётся, то пойду туда. На пятьдесят шестой секунде Сашка вышел:

– Здоровый гад. Еле оттащил его.

– Куда? – спросила я.

– На лавку. Пусть полежит, спину погреет. Да и гипносыворотка лучше подействует.

Примерно два-три часа у нас точно было. Жалко, я не догадалась взять с собой передатчик, можно было накрутить новые воспоминания прокуратору, чтобы он меня забыл. Но времени уже не было.

– Саша, нам ещё в женский дом надо бы забежать.

Сашка укоризненно посмотрел на меня.

– Зачем?

– Там Даша. И снова мат.

– Что с ней?

– Всё нормально, – сказала я.

Конечно Сашке я сказала, что нормально, но сама я так не думала.

– Где Кира подключать будем?

– Где… в лечебнице.

Я пошла туда, а ты его приводи. Учти только, ничего не говори, пока он не он.

– Да знаю я, – буркнул Сашка и вздохнул.

– Как жить-то теперь?

– Нормально жить, – прошипела я, и добавила, – и вообще, пока не об этом надо думать, а о том, как с нашими связаться.

Но об этом решили поговорить потом. Я только сказала, что связи нет, что орбитальная станция мертва и что сигнал SOS я отправила по резервному каналу.

В лечебнице я встала возле входа, изнутри, прижалась к стене. Сейчас Сашка должен привезти Кира, и моя задача будет вколоть гипносыворотку. С Киром всё прошло отлично. Правда, я встала неудачно, и он слегка задел мне скулу, когда начал размахивать своими кулачищами, но Сашка вовремя прижал ему руки и усадил на лавку. Потом мы подключили его к передатчику. Ещё полчаса, и вот нас уже трое. Матерных слов я наслушалась в эту ночь больше, чем за всю жизнь.

– Так, хватит, – сказала я. Кир тоже смотрел на меня квадратными глазами и даже попытался протянуть руку к моей лысине, чтобы погладить.

– Отвали, Кир, – отмахнулась я. – Сейчас надо бежать. И бежать надо на юг, там, где восстание. Скажите мне, ведь у Доминиона есть какой-то транспорт? Кир и Сашка переглянулись.

– Да. Они называют это аквалёт. – Аквалёт? – переспросила я, приподняв брови. – Да. Слушай! – восторженно произнёс Сашка, который всегда фанател по технике. – Конструкция супер. Я только сейчас понял, что она работает на воде.

– На воде? – удивилась я. – Ну, в смысле, у неё водородный двигатель.

– Круто. Где они её прячут? Оказалось, что примерно в получасе, если бегом, находится скрытый в лесу ангар. Там стоит несколько этих аквалётов.

– Сколько без аквалёта на Юг добираться? – спросила я.

– Не-е знаю, – пожал плечами Кир, – может двое суток. Сашка добавил:

– Это прям там, где Кузьмин работал.

Кузьмин, Сан Саныч, был одним из опытнейших стратегов. Там, среди диких племён, в джунглях, была страховочная база. Сан Саныч почти не пересекался с местными, в его обязанности входила корректировка работы наблюдателей, если что-то шло не так. Я поделилась своими мыслями с парнями.

– Я думаю, что там точно кто-то из наших, на кого не подействовал их амнезиум, но сможем выяснить только когда доберёмся, – сказала я, потом взглянула на Кирилла.

– Кир, сейчас спокойно. Нам нужно в женский дом.

Кир посмотрел сначала на меня, потом на Сашку, снова на меня, стиснул зубы, похоже, он уже догадался, что я сейчас скажу.

– Там Дарья, – сказала я.

Сашка схватил Кирилла, прижимая к себе его голову, потому что тот взвыл, как раненый зверь. А мне даже завидно стало, как он её любил. Ну, будем надеяться, что всё у ребят наладится. Пробраться в женский дом было не так просто, на воротах стояла охрана, ночью туда не пускали.

– Это приказ прокуратора, – шепнул мне Сашка, – чтобы прекратить то, что началось в первые дни. Поначалу там чуть ли не оргии устраивались. А прокуратор закрыл женские дома и сказал, что из них женщина выходит либо женой, либо наложницей.

– Значит, тебе сейчас дверь не откроют? – спросила я, после того, как мы сняли охрану, и сложили трёх спящих охранников в сторожевой будке.

– Нет. – Ну тогда буду пробовать я.

Я постучала в дверь. На стук приоткрылось слуховое окно, и хотя в темноте было не видно того, кто оттуда смотрел, я физически почувствовала, что кто-то на меня смотрит. Убедившись, что это просто монах и я одна, дверь осторожно приоткрылась. Это был местный надсмотрщик, я его видела во время нашего посещения женского дома вместе с Ниитосом.

– Что надо? подпорительно спросил он.

– У меня приказ главного лекаря, сообщила я. Нужно забрать одну из ваших подопечных. Прокуратор определился с наложницей.

Глаза надсмотрщика округлились, и вдруг поняла, что он мне не поверил, потому что попытался закрыть дверь. И в этот момент в дело вступили Кир и Сашка. Вырубили надсмотрщика. Помимо него, нашли толстую женщину, которая с ужасом молча наблюдала, как Сашка вносит бессознательное тело надсмотрщика. Её тоже вырубили половиной дозы гипносыворотки, потому как мы не могли рисковать.

Мы пошли по коридорам. Комнаты, в которых содержались женщины, были закрыты, но я точно знала, в какой из них Дарья.

– Так, ребята, вы не показываетесь, – сказала я. Она может поднять шум.

– Как мы её подключим передатчику? – спросил Кир

– У нас нет времени. Придется вколоть ей сыворотку, а после того, как захватим аквалет и взлетим, тогда и подключим.

Я не стала Киру объяснять свои опасения. Я же не знаю, что с Дарьей было. Если мужчины матом ругались, что будет с ней? Но ребята мой план одобрили. Я осторожно, стараясь не шуметь, подобрала ключ к замку двери. Связку ключей мы забрали у надсмотрщика.

Когда я зашла в комнату, Дарья сидела на кровати. Она не спала и испуганно смотрела в мою сторону. Я сложила руки на груди, сделала знак Пламени.

– Приветствую тебя сказала я

– Почему вы так поздно? – слабым голосом спросила Дарья.

– Мать Пламени выбрала тебя, ты должна пойти со мной, сказала я, продолжая отыгрывать роль монаха

– Я никуда не пойду, – сказала Даша.

Пока говорила, я осторожно, шаг за шагом приближалась к ней и на последних словах сделала сильный прыжок. В прыжке вколола ей сыворотку. Глаза ее закатились, и она заснула.

В комнату медленно зашёл Кирилл. Нам нужно было спешить, но я его не торопила. Я думаю, он просто боялся увидеть здесь что-то, к чему не был готов. Но ничего страшного не было, Даша была в пижаме, состоящей из шаровар и туники. И сейчас она спала.

Кир осторожно, словно ценный сосуд, взял спящую Дарью на руки и, только повернувшись ко мне, сказал

– Алекс, почему у неё такое испуганное лицо? Ты совсем с ума сошла пугать человека?

Я закатила глаза, но ничего не ответила. Надо было бежать, и мы побежали. Ребята попеременно несли Дарью. Хорошо, что они знали, где находится ангар. Я бы, если

честно, не нашла.

Доминусы очень умело поставили щиты прикрытия, похожие на естественные овраги. Если бы я двигалась здесь по лесу, я бы пошла в обход. Но, как оказалось,

безне колобокен и имешить илице ес онном

Когда мы подошли настолько близко, что стало видно, как по периметру

охрана, мы легли на землю.

– Здесь примерно с десяток охраны, сказал Кир.

– Обязательно два или три доминуса, остальные местные, добавил Сашка

– Химеры есть? – спросила я, опасаясь, что доминусы держат своих зверей

– Ни разу не видел. С тех пор, как химеру прокуратора кто-то убил, они их просто так не выпускают.

И вдруг Кир посмотрел на меня

– Постой... Алекс, это что... была ты? Ты убила химеру прокуратора?

Сашка усмехнулся

– Наша Алекс

– Как их вырубить? – спросила я. Знаете их слабые места?

– Предоставь это нам, – сказал Сашка. – Жди тут.

В общем, меня оставили вместе со спящей Дарьей, а сами пошли разбираться с охраной ангара. Через двадцать минут я услышала условный свист, как будто ночная птица. Это был наш с Сашкой условный сигнал, ещё с Академии. Больше ни у кого так не получалось, даже у Кирилла не выходило.

«Ну и что они свистят, подумала я. Я им что, Дашу потащу?»

Только я встала, чтобы примериться, как сподручнее взять Дашу, из темноты появился Кирилл. Он сам поднял Дарью на руки, и мы пошли. Нам оставалось дойти всего несколько метров, как вдруг слева я уловила движение.

Глава 32

На рефлексе вытащила кинжал, и, хорошо, что под ноги мне сначала бросился Лорик.

– Вик, сумасшедший, разве можно так подкрадываться! – я с ужасом подумала, что если бы не Лорик, то я бы убила Вика.

– Ага, я вас еле догнал, – с обидой произнёс мальчишка, – ты меня бросила, а обещала не бросать.

Я его обняла.

– Пошли, потом разберёмся, – Киру просто кивнула, мол потом обсудим.

– Где Сашка? – спросила я Кирилла, пока мы шли по направлению к воротам ангара.

– Разбирается с управлением, – ответил Кирилл.

Я была уверена, что Сашка разберётся. Человек, который умел управлять звёздными кораблями, не мог не разобраться с каким-то там аквалётом. Так оно и вышло. Когда мы зашли в ангар, в одном из аквалётов, который напоминали наши вертолёты, но конструкция была больше похожа на дирижабль, сидел Сашка. На лице у него было восторженное выражение. Увидев Вика с Лориком на руках, он, похоже, даже не удивился.

– Короче, ребята, система такая, – сказал Сашка, когда мы все разместились и пристегнулись, даже для Лорика нашли ремень, – сейчас я нажму старт. Кода безопасности у меня нет, поэтому крыша откроется, мы сразу вылетаем. Но через две – три секунды, если я не введу код, раздастся сигнал тревоги. И он будет не только здесь, он пойдёт на основную базу.

– Плевать, – сказала я. – Нам главное взлететь.

Надеюсь, потом они нас уже не догонят. Сашка что-то подкрутил, нажал кнопку, и мы увидели, как над нами раскрывается крыша ангара и появляется звёздное небо Залаира. После чего Сашка резко дёрнул штурвал на себя. Хорошо, что мы пристегнулись. Машина была очень «отзывчивая» – моментальный вертикальный взлёт, и вот мы уже в небе.

И почти сразу же раздался сигнал тревоги.

– Что это? – спросил Вик. Мы тревожно переглянулись. Один Сашка сидел и улыбался:

– Не волнуйтесь, сразу не вылетят.

– Ты что, ещё успел вывести их аквалёты из строя? – удивилась я.

– А то! – подтвердил Сашка.

– Правда, не уверен, что надолго, но какое-то время они с этим провозятся, – и добавил:

– А к тому времени, как они окажутся в воздухе, расстояние между нами будет такое, что догнать нас им не удастся. Кир посмотрел на меня и сказал:

– Слушай, ну нам лететь больше часа... Может быть, ты приведёшь Дашу в чувство? Я посмотрела на него:

– Ты действительно хочешь, чтобы я сделала это прямо сейчас?

– Да, – ответил он. – Потому что неизвестно, с чем мы столкнёмся, когда будем подлетать к южной границе. У нас нет никаких опознавательных знаков, и чем нас встретят повстанцы неизвестно. Ведь это только наше предположение, что во главе стоит кто-то из наших.

– Ну хорошо, – сказала я, понадеявшись, что всё-таки с Дарьей не происходило ничего такого, что может вывести её из состояния равновесия. Потому что, если Даша выйдет из равновесия... что будет с Кириллом предсказать довольно сложно. Я подключила Дарью к передатчику, проверила, заряда батареи хватало ещё на несколько часов.

– Слушай, – сказал Кирилл, – я всё хотел спросить, а, как тебе удалось вернуть нам память?

Передатчик тихо работал, огоньки, показывающие силу передаваемых импульсов, мигали на индикаторе. Электроды, подключённые к голове Даши, передавали информацию.

– Я обратила внимание, – сказала я, – что память не стёрлась. Она как бы отступила на второй план. Многие люди, которых я встречала, помнили, например, Мать Пламени, кто-то вспоминал своих детей. Это означало, что у одних память ушла в более глубокие слои, а у других – на менее глубокие. И короткие волновые импульсы этого мнемопередатчика направлены как раз на то, чтобы дать возможность мозгу самому вспомнить.

Я посмотрела на лицо Кирилла, который восхитился простотой решения. Мнемопередатчик использовался в основном для записи воспоминаний, ещё его можно было использовать для изучения языков, если это нужно было экстренно. И вот я нашла ему ещё одно применение.

– Я всё хотела спросить... А как вы себя чувствовали после мнемопередатчика? – спросила я.

Ответил мне Сашка, Кирилл в это время с какой-то тревогой смотрел на Дашу, чьё лицо пока было спокойным, но я знала, что это ненадолго.

– Это как сон, – сказал Сашка. – Ты просыпаешься и знаешь, что это ты. И в то же время помнишь всё то, что было, пока ты не помнил себя. Он помолчал пару мгновений и добавил:

– Ощущения мерзкие.

– Но, Саш... Вы же никого не убивали? – спросила я.

И стоило мне задать этот вопрос, как я тут же пожалела об этом. Потому что и Сашка, и Кирилл промолчали. Вдруг Сашка сказал:

– Быстро они...

– Что такое? – вскинулась я. – Радар засёк, что с базы Доминиона вылетело два аквалёта. Но нам осталось лететь около часа, поэтому есть шанс, что мы приземлимся раньше, чем они нас догонят в воздухе.

– У них установлено какое-то оружие на машинах? – спросила я.

– Нет, они не используют здесь огнестрелы, – ответил Сашка.

– Интересный подход... А как же они собирались быть дальше?

– У них тема такая, – ответил Сашка, – они приходят на отсталую планету, приносят прогресс, образование, технологии... но не приносят те технологии, до которых планета должна эволюционировать сама.

– Например? – уточнила я.

– Например, здесь изобретено колесо, но не изобретён двигатель внутреннего сгорания, и двигатели они не приносят.

– А как же аквалёты? – переспросила я.

– О, это у них только на первый год, пока идёт захват и обработка территории. Потом они всё это отправляют в какой-то коридор, который уходит обратно в их метрополию, на головную планету, – Сашка говорил уверенно, и я поняла, что это факты, а не домыслы.

Вдруг Кирилл добавил:

– А те, кто сюда пришёл, в общем-то, остаются один на один с этим миром, выстраивая очередную колонию Доминиона.

– В чем смысл? – спросила я, почему-то вспомнив удивлённое лицо Прокуратора, когда он понял, что получил практически смертельный поцелуй.

– У них есть какой-то Абсолют, ответил мне снова Сашка. Теория которого заключается в том, что Империя вечна. И, «протягивая» свою империю на планеты, подобные Залаиру, они обеспечивают вечность Доминиона.

– Бред, – сказала я

– Бред не бред, – снова вмешался Кирилл, но мы же не знаем, сколько миров они

уже захватили и переделали подобным образом.

– Странно, что мы не сталкивались с ними раньше, произнесла я

– Почему не сталкивались? – Кирилл посмотрел на меня. – Они на Земле

потоптались.

– А ты уверен, Кирилл?

– Да, Алекс, я уверен. Слишком многие вещи совпадают. И именно их появление и спровоцировало то, что случилось спустя две тысячи лет после того, как они попытались искоренить христианство.

Я покачала головой, понимая, что тема эта для меня, как для историка очень интересная. Но сейчас, после стресса, пережитого вечером и после побега, я была не готова к анализу ситуации.

Вик круглыми глазами смотрел на нас, продолжая прижимать к себе Лорика. И в этот самый момент передатчик тихо пискнул, обозначая завершившийся цикл

передачи импульсов памяти.

Я сняла клеммы передатчика с висков Даши. Даша не сразу открыла глаза, не так, как ребята. Какое-то время она как будто бы прислушивалась к тому, где она есть.

Я на всякий случай пересела к ней поближе, попросив Кирилла отодвинуться. И когда Дарья открыла глаза, я поняла, что всё плохо.

Но именно в этот момент Сашка крикнул:

– Пристегнитесь! Идём на экстренную посадку! Доминусы у нас на хвосте!