Текст книги "Дракон, девушка и гусь (СИ)"

Автор книги: ЙаКотейко

Соавторы: Сова Люськина
сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 16 страниц)

Глава 33

Глава 33

Эмили

Сердце мое ликовало от счастья, что я вновь оказалась в родных стенах. Дом обнимал теплом и уютом, залечивая душевные раны, нанесенные суетой и чуждостью столицы. Однако грусть, как тонкая паутинка, уже оплетала душу. Неизбежность скорого отъезда нависала грозовой тучей.

Но самым тревожным и непонятным оставалось поведение Эмиля. Его отстраненность, порой граничащая с холодностью, терзала меня. Неужели Лили ошиблась в своих восторженных рассказах о любви? Ее слова звучали так убедительно, так искренне, что я, наивная, поверила в возможность безоблачного счастья. Теперь же сомнения ядовитой змеей заползали в душу, отравляя радость возвращения. Необходимо разобраться, понять, что скрывается за этим странным поведением.

Вечером были запланированы посиделки у костра. Традиционное завершение дня в нашей деревне. Эмиль отправился заранее, вместе с братьями. Они должны были занять место и развести огонь. Я же, оставшись одна, долго стояла перед открытым шкафом, размышляя над выбором наряда. Вначале по глупой девичьей привычке возникло желание надеть самое красивое, дорогое платье, чтобы вызвать зависть у подруг и восхищение у парней. Представила себя в нем, гордо шествующей к костру, купающейся во внимании… Но тут же спохватилась, одернула себя. В итоге выбрала простое, но милое платье изо льна. Собрала волосы в небрежный пучок, выпустив несколько кокетливых прядей, и, сделав глубокий вдох, направилась в сторону шумной компании, где уже вовсю разгорался костер.

Меня подхватили, и невольный крик вырвался из груди.

«Что за наглость?!» – пронеслось в голове, прежде чем я услышала знакомый, хоть и не самый желанный голос.

– Вот как же я по тебе скучал, курочка моя! – прогремел бас Барри, обдавая меня волной нескрываемого восторга.

– А ну, выпусти меня немедленно! – отрезала я, стараясь придать голосу как можно больше строгости.

Барри, казалось, опешил от такой холодной встречи. Передо мной высилась гора мышц, с грубыми чертами лица. Большой, широкоплечий, с наивным взглядом голубых глаз, он был воплощением добродушия, несмотря на несколько отталкивающий вид. Русые волосы торчали щеткой, а нос-картошка особо выделялся. Обычно я старалась отшутиться и отдалиться при появлении, но сейчас от его напора хотелось спрятаться.

– Ты подальше от тыковки нашей, – прозвучал голос Гарри, который оказался рядом, и его рука ощутимо хлопнула Барри по плечу. – Она теперь фрейлина королевы, вон ее охранник.

Гарри указал на Эмиля, который буравил Барри взглядом, полным нескрываемой неприязни. Эмиль, как всегда, был непроницаем, как каменная статуя, но в глубине его темных глаз я увидела вспышку опасности.

– Щупловат, – хохотнул Барри, не обращая внимания на предупреждающий тон Гарри и испепеляющий взгляд Эмиля. – Так я же курочка с намерениями. Жениться хочу…

Не дожидаясь продолжения разговора, я поспешила занять место рядом с Эмилем и Оливером. Последний, с видом знатока и ценителя, уже разливал по кружкам фруктовый самогон, источавший дурманящий аромат спелых ягод. В этот момент к нам присоединилась Джил, ее взгляд, полный неприкрытого любопытства, сразу же устремился на Эмиля. Необъяснимая волна ревности, как ледяной ветер, пронеслась по телу, оставив неприятный осадок.

– Ой, Эмили, какая ты молодец, что вовремя «потерялась» в столице, – произнесла Джил, с лукавой улыбкой.

– Поверь мне, это не было специально, – ответила я, чувствуя, как щеки предательски заливаются румянцем, и нервно покачала головой.

– Конечно, – протянула она, усмехнувшись, – а скажите, а то умираю от любопытства, вы вместе?

Вопрос Джил прозвучал как выстрел. Я замялась, пытаясь найти нужные слова в путанице мыслей. Внутри бушевал ураган противоречивых чувств. Хотелось крикнуть на всю округу: «Да! И руки прочь от моего дракона!», – чтобы все знали, кому принадлежит его сердце. Однако сказать я ничего не смогла и в полной растерянности вопросительно посмотрела на Эмиля, ища в его взгляде хоть какую-то подсказку.

Он, с непроницаемым, каменным выражением на лице, едва заметно покачал головой и твердо ответил:

– Нет. Я только сопровождение.

После этого он опрокинул в рот всю кружку самогона, не дрогнув ни единым мускулом. Даже не поморщился, словно выпил простую воду. А я застыла как статуя не в силах пошевелиться. Слова Эмиля, как ледяные осколки, вонзились в самое сердце. В голове нарастал зловещий звон, заглушая все остальные звуки. Я больше не слышала ни смех окружающих, ни разговоры, ни музыку. Все вокруг померкло и потеряло смысл.

– Что с тобой? – спросил Гарри.

Он всегда был внимателен к моему состоянию, и сейчас, когда я чувствовала себя разбитой и опустошенной, его забота ощущалась особенно остро.

– Я, наверное, устала, – растерянно произнесла я, стараясь не встречаться ни с кем взглядом. – Пойду я.

– Ой, как ты обленилась во дворце, раньше тебя домой не загнать было, – добродушно произнес он.

– Дорога трудная была. Ладно. Веселитесь, – голос дрогнул, я чувствовала, как к глазам подступают слезы.

Нужно было уйти, пока я не разрыдалась прямо здесь, на глазах у всех.

В этот момент мне захотелось провалиться сквозь землю, скрыться подальше от всего этого веселья. Я не хотела видеть Джил, которая льнула к Эмилю с навязчивыми расспросами, а тот, кажется, был только рад этому вниманию. И даже улыбнулся ей. Устроить опять скандал? И зачем? Чтобы доставить удовольствие деревенским, которым только дай повод для пересуда? Сжав кулаки, я быстрым шагом направилась в дом.

– Курочка, стой! – Барри догнал меня на полпути, лицо расплылось в широкой, довольной улыбке.

– Чего тебе? – огрызнулась я.

– Тык я ж опять… – он запнулся.

– Иди отдыхай, – отрезала я, не желая продолжать этот бессмысленный разговор.

– Ты чего такая злая? – Барри искренне удивился такой резкости.

– Тебе-то чего? – процедила сквозь зубы.

И тут заметила догоняющего нас Эмиля. Не знаю, что на меня нашло, какой бес вселился в меня, но я провела ладонью по щеке Барри и, глядя прямо в глаза Эмилю, произнесла:

– Я подумаю над твоим предложением! А теперь иди.

– Вот это правильно! – радостно взревел Барри, его глаза загорелись от восторга. – Не пожалеешь, курочка!

А я быстро развернулась и почти бегом направилась в дом, чтобы не видеть взгляда Эмиля, который прожигал меня насквозь. Я чувствовала себя глупой и потерянной. Что я натворила? И зачем?

Глава 34

Глава 34

Эмиль

Злость? Бешенство, по-другому не назовешь. Именно оно затопило разум, лишая рассудка. Хорошо, что Эмилия побежала, иначе парню пришел бы конец, а так я отвлекся. Поспешил догнать Мили. Схватил за руку уже у самой двери, не позволяя ее открыть.

– Пусти! – рыкнула Эмилия, попытавшись меня оттолкнуть. Пришлось прижать ее к себе.

– Эмилия, давай поговорим, пожалуйста, – шепнул я, стараясь сдерживать эмоции. Кажется, зря.

– Нам не о чем разговаривать! Иди к Джил, улыбайся дальше, щупай, она уже соскучилась.

– Эмилия, не говори глупостей, никакая Джил мне не нужна!

– Как и я, – она все же умудрилась вырваться и отступить и теперь смотрела на меня… очень нехорошо смотрела. В сузившихся глазах была такая боль, а губы кривились в едкой, совсем несвойственной ей улыбке.

– Неправда. Ты нужна мне, – стараясь все же не показывать обуревавших чувств, проговорил я ровно.

– Так давай, пойдем к отцу, скажешь ему, как я тебе нужна!

Я потупился, прикусив губу, и этим вызвал еще больше гнева. Презрительно фыркнув, Эмилия прошипела:

– Так и не лги мне! Я тебе нужна, как та девка в гостинице, сбросить пар. А как дело к серьезным разговорам, так ты в кусты ныряешь. Морду кирпичом: я никого не знаю, ничего не слышу! Лучше уж я ухаживания Барри приму, он хотя бы честный и добрый, и меня любит!

– Вот как, – прошипел я, быстро бросив взгляд в темноту, где остался Барри. – Любит, значит. Он значит, лучше меня? Что ж, ты права, так будет лучше. Он подходящая для тебя пара. Будьте счастливы!

– Будем, вашими молитвами! – рыкнула Эмилия и рванула дверь. Скрылась в доме, так хлопнув ей, что казалось, услышала вся деревня.

Я слетел с порога, метнулся в сторону калитки, потом к заднему двору, вновь к калитке и замер, уставившись в небо. Какой же я идиот?! Но, пожалуй, так будет лучше. Прав ее отец, пора делать выбор. Этот парень Эмилию любит, так пусть попытает счастья. Только… как бы пережить его внимание. Когда Эмилия к нему прикоснулась, я думал, разорву того на части.

– Значит, только охранник, да? – насмешливо осведомился Барри собственной персоной, выходя из темноты кустов.

– Уйди, парень, не лезь сейчас, – рыкнул я, на всякий случай делая шаг назад: руки зачесались подправить ему физиономию.

– Уйду, когда объясню тебе, чтоб к нашим девушкам не лез.

– Парень, ты, кажется, не понял, – холодно обронил я, расправляя плечи. – Я ведь, правда, охранник. Не суйся, не встанешь.

– А я тебя, дохляк, не боюсь. Я за Эмилию тебе все кости пересчитаю. Ты зачем ее обидел?

И он пошел на меня, набычившись и закатывая рукава. Я даже опешил. Давно отвык, что мне угрожают физической расправой, все в замке, да и в городе, знали, кто я есть. Это стало ошибкой. Парень оказался шустрым и умелым в боях. Бросился вперед, заставив отступить в сторону, пропуская его, но, внезапно резко остановился, крутанулся, уцепившись мне в куртку, и чувствительно приложил по почке. Выгнувшись, я выдохнул ругательство, внезапно оказавшись в мощном захвате. Крепкий кулак работал с внушающей уважение скоростью, пытаясь пробить мою защиту. Наконец, мне удалось ударом оглушить на мгновение этого быка и вывернуться из захвата. В живот тут же прилетел новый удар, согнув пополам. Крепкий, однако, деревенщина. Еще какое-то время я только защищался, пытаясь восстановить дыхание, а после, наконец, перешел в атаку. Несколько ударов, и парень оказался на земле, но рано я обрадовался. Меня утянуло туда же, а вот в партере Барри имел явное преимущество. Мы примяли траву, кусты и даже немного забор. В голове звенело, а кости просили прекратить издевательства, когда нас двоих растянула невидимая сила. Она не сразу оформилась в ругающихся, висящих на наших руках местных парней. Меня удерживал Гарри и еще один незнакомый крепыш. Моего соперника Оливер и еще двое, а перед его грудью встала встревоженная девушка. Испуганная, но опять же незнакомая.

– Вы очумели? – рявкнул Гарри. Судя по тому, что смотрел при этом на моего соперника, именно его он и считал заводилой.

– А ты что? – вызверился Барри, пытаясь вырваться, но парни держали крепко. – Простишь этому хлыщу? Он Эмилию обидел!

Гарри обернулся, недоуменно осмотрев меня с ног до головы. Меня отпустили почти сразу, потому как продолжать я не спешил, отряхиваясь и пытаясь привести себя в нормальный вид. Судя по ноющей скуле и челюсти, Адриан будет очень мной доволен.

– Дело совсем не в обиде, – буркнул я досадливо.

– Конечно, то-то она от тебя в слезах убегала! – не сдавался этот бугай. Его левый глаз медленно заплывал, даря мне хоть какую-то радость.

– Да врет он, – буркнул я на многообещающий взгляд Гарри. – Это наше с ней дело, и нечего совать в него нос всяким…

– Это кто всякий?!

Взвился петухом мой противник, но Гарри рявкнул:

– Хватит! – и тот тут же сжался, утих – Идем, поговорим, – велел Гарри, и жестом отогнал всех остальных. К моему удивлению, они правда ушли, оставив нас четверых: меня, Барри и двух братьев Эмилии стоять в темноте.

– Оливер, отведи их под осинку, – велел Гарри и метнулся в темноту, напоследок все же бросив: – Барри, уймись!

Мы и унялись. Окинули друг друга презрительными взглядами и поплелись за Оливером. Тот провел нас через двор, вывел через калитку в дальнем конце забора и спрятался под какими-то кустами. Осинка здесь если и была, то давно задохнулась в объятьях чего-то цапрапучего и многовекового. Но в середине этой растительности оказалась удобная полянка, даже с лавочкой, на которую нас и усадили. Сам Оливер пристроился у трех сросшихся тонких стволов прямо на земле. Еще через минут десять тишины, наполненной нашим сопением, пришел и Гарри с бутылкой и стаканами. Молча разлил жидкость по ним и выдал каждому.

– За примирение! – бросил и разом опустошил свой.

– Ты его бы послушал сначала, может сам прибить захочешь, – буркнул Барри, но свой стакан осушил.

Мне было достаточно того, что я выпил у костра, но парни так смотрели, что пришлось пить. Занюхав рукавом, я уставился на братьев, они удобно расположились напротив, не позволяя смотреть куда бы то ни было еще.

– Ну? – буркнул коротко, намекая, что мне не слишком нравятся такие посиделки.

– Рассказывай, какие планы на нашу сестренку, зачем ее обидел и вообще, что у вас происходит? – с кривой усмешкой потребовал Гарри.

В стороне тут же фыркнули, намекая, что и без моей исповеди могут рассказать, что у нас. Но голоса так и не подали.

– Ничего у нас… – буркнул я, но тут же сник. То ли алкоголь начал действовать, то ли все произошедшее, но меня, наконец, накрыло тоской и обреченностью. – У нас ничего не может быть, – уже глухо признал я, выглядывая в стакане смысл своих слов. Нашел только очередную порцию самогона, которую туда налил Гарри.

– Рассказывай, охранник, – велел он, показывая пить.

Я и выпил. Да, это был алкоголь. Очередная порция развязала язык. Я вновь повторил все свои доводы. Объяснил, что не могу быть с Эмилией и почему.

– Ну ты и идиот! – констатировал Гарри. – А у нее спросить не пробовал?!

– Она же совсем ребенок! – рыкнул я, выпивая новую порцию, – Она ничего в жизни не смыслит. Для нее главное эмоции, а не здравый смысл. Думаешь, спасать ее любовь и бабочки в животе, когда ей гроб покажут?

– Я тебе сейчас еще раз морду набью, – заплетающимся языком пообещал Барри. – Нет, я ее люблю, но именно поэтому хочу, чтобы она счастлива была! А ты?! Ишь, щегол городской, сопли развесил! Ты думаешь, остальные у нас в завтра уверены? Один, вон, на речку зимой пошел, второго бревном прибило. И ничего, живут бабы. А этот, ай-ай-ай, я ей лучше сейчас сердце разобью, чтобы она потом, может быть, когда-нибудь, слезки не лила по бедному и загубленному!

– Ты, – вызверился я, приподнимаясь, но ноги отказались, обратившись какими-то ватными столбами, и я вновь сел, решив в словах донести до него мои страхи. – Думаешь, мне легко на такое пойти! Она мое сокровище! Ты хоть понимаешь, что это значит?! Я же сам от тоски загнусь! Но не хочу предавать. Я же не только умереть могу, я же предать могу. Вот нападут на принцессу, когда Эмилия рядом. Я ведь принцессу спасу, а на нее даже не посмотрю, потому что…

И я печально махнул рукой. Братья переглянулись, нахмурились. Барри задумался.

– Так, от дворца ее убери и все. Чего мучаешься? – задумчиво заговорил он. – Вот что, парень. Я, так и быть, готов ее тебе уступить, если ты аж так, сокровище и все такое. Но ты вот прямо сейчас идешь и у отца ее руку просишь!

– Сейчас не надо, – здраво возразил Оливер. – Он спит и за самогон с нас шкуру снимет. Утром.

– Утром, – покладисто согласился Барри. – Идет?

– А если она не захочет от дворца уходить? – осторожно уточнил я, пьяно понимая, что уступать Эмилию Барри я не хочу. Что, правда, лучше пусть мы будем счастливы всего год, зато вместе, чем страдать порознь возможно всю жизнь. И что мне действительно не придется выбирать между королем и Эмилией, если Эмилии не будет рядом с ним.

– Мы с ней поговорим! – запальчиво пообещал Оливер и встал. Тут же сел обратно, но попыток не оставил.

Еще через каких-то минут двадцать шаткая восьминогая конструкция шла по двору, разрывая ночную тишину руганью и громогласным: тш-ш!

Уже у знакомой двери я заартачился, едва не повалив всю нашу колонну.

– Не, ребят, я не буду просить сейчас!

– Ты опять? Чего это? Морду набью! – прошелестело со всех сторон.

– Я того, принцессу должен проводить. Давайте я того, если живой вернусь, тогда приеду. Чтобы эта, не портить ей карьеру.

– Какой карьер ты ей испортишь? – недоуменно уточнил Оливер.

– Испортишь ей это самое, я тебе не только морду набью, я тебе голову отверну.

– Вот и я про это! – буркнул я. – Дайте мне с работой разобраться, а потом я как положено, со сватами?

– Если не приедешь, я тебе голову оторву.

– Ну хоть не морду, – со вздохом выдал Гарри и, подумав, все же согласился. – Давай так. Оно ведь да, сначала надо дело, а потом бабы.

На том и порешили. Как попал в комнату, не помню. Проснулся поздно с больной, гудящей головой.

Глава 35

Глава 35

Эмилия

Солнце еще не полностью убрало пелену утреннего тумана, а я уже носилась по хозяйству. Кур кормила, козам сено подкидывала, даже попыталась корову уговорить дать больше молока, но та лишь лениво жевала, демонстрируя полное равнодушие к моим уговорам. Идиллия, да и только, если бы не скорое расставание.

Братья, как медведи после зимней спячки, выползли из дома, помятые, с лицами, на которых вчерашний кутеж оставил заметный отпечаток. От них несло таким забористым перегаром, что, казалось, можно было подкуривать, не зажигая огня. Только Эмиль все не показывался. Обычно во дворце он самый первый выскакивал, готовый к любым подвигам. А тут тишина.

Сердце начало предательски стучать.

«Ну, где же он?» – сверлила я взглядом дверь.

Наконец, когда стрелка часов подползла к полудню, он появился. И лучше бы не появлялся. Под глазом красовался живописный синяк, который пытался захватить всю щеку.

– Что случилось? – испуганно выдохнула я, забыв про корову, кур и прочие радости деревенской жизни.

– Ничего, – буркнул Эмиль отворачиваясь.

Типичный дурак! Как будто я поверю в это «ничего», глядя на такое произведение искусства на его лице.

Он вышел во двор и принялся умываться. Пришлось спросить Гарри, который жадно прикладывался к ведру с водой, стараясь утолить жажду.

– Да с Барри подрался, – выдал он между глотками.

– Зачем? – не унималась я.

– Из-за тебя, – прозвучало как приговор.

– Ой, – только и смогла выдавить я, мгновенно вспомнив вчерашний вечер и разговор с Барри.

Кажется, я сама подложила дровишек в костер мужской глупости. И, главное, как теперь смотреть в глаза Эмилю? Хотя, с другой стороны, значит, я ему не безразлична, но не настолько, чтобы жениться. Сразу осекла себя. Пора заняться делами. Обедали молча. Только матушка журила братьев за вчерашние проделки.

– Сэр Эмиль, а где же вы такое украшение нашли? – не удержался от колкости отец.

– Упал, – ответил тот с непроницаемым выражением лица.

Ни тени смущения или неловкости.

– Как точно падаете, – покачал головой отец ухмыляясь.

Он пытался вывести Эмиля из равновесия.

– Годы тренировок, – без единой эмоции произнес шип.

– Уймись, Джон, – покачала головой матушка, – дай отдохнуть человеку. Мили, как приедешь, подай весточку, что все хорошо.

Я кивнула. После Эмиль, словно уставший от внимания, вернулся к себе в комнату и вышел только к ужину.

– На посиделки сегодня пойдешь? – ехидно спросил отец Эмиля, поддразнивая его.

– Нет. Хочу выспаться перед дорогой, – ответил тот, не поднимая глаз от тарелки.

Небо! Эта статуя может, хотя бы улыбнуться? Братья начали шутить, что вчера Эмиль нагулялся на год вперед. Но тот даже не пытался остановить их разговор, оставаясь невозмутимым.

– Вот, – матушка протянула ему небольшую миску, – это снадобье от синяков. Как на собаке все заживет.

Эмиль сухо поблагодарил.

После того как я помогла вымыть посуду, ощущая приятную усталость в руках, переоделась в простое платье и решила попрощаться с деревенскими. И уже возле костра поймала себя на мысли, что мне неинтересно с ними. Их разговоры казались пресными и скучными, шутки плоскими. Странно, я себя ощущала совершенно другой. Как же быстро меня изменила дворцовая жизнь.

Посидела я недолго и направилась домой. Тут меня снова догнал Барри. Левый глаз его заплыл, и он даже выглядел устрашающе.

– Провожу, – предложил он.

– Ладно, – согласилась я, – тем более хотела сказать, что думать не буду, так как…

– Знаю, знаю, – перебил Барри. – Ты изменилась. Это видно сразу. Настоящая леди. Не такой уж я и слепой. Но если вдруг станет совсем невмоготу, знаешь где меня найти.

– Спасибо, – искренне поблагодарила я, чувствуя, как тепло разливается по душе.

Ах, если бы эти слова принадлежали Эмилю… Но мечты оставались мечтами.

– Ну вот, кажется, и пришли, – остановилась я в тени амбара. Мне совсем не хотелось, чтобы Барри провожал меня до самой двери. В деревне это расценили бы как недвусмысленный намек. – Еще увидимся.

Поддавшись внезапному порыву, я на мгновение прижалась к нему, благодаря за поддержку и понимание. Легко махнув рукой на прощание, я направилась к дому. Но стоило сделать несколько шагов, как из густой темноты, будто из ниоткуда, возник Эмиль.

– Ты что, следил за мной? – не смогла сдержать я удивления.

– Охранял, но, судя по всему, в этом не было необходимости, – процедил он сквозь стиснутые зубы, и в голосе отчетливо слышались гневные нотки.

– Лучше бы отдохнул, – отрезала я, стараясь сохранить на лице маску безразличия.

Развернувшись, я сделала шаг в сторону дома, но тут же почувствовала, как сильная рука хватает меня за запястье.

– Мили…

Я попыталась высвободиться, но Эмиль не дал и шанса. В одно мгновение он прижал к себе и, не говоря ни слова, потащил в густую темноту, подальше от посторонних глаз.

– Зачем ты его обнимала? – возбужденно прошептал он, осыпая мою шею обжигающими поцелуями. – Я чуть не убил его там.

– Я просто попрощалась, – прошептала я в ответ, запрокинув голову, отдаваясь его ласкам.

Все мое тело охватила волна блаженства и желания.

– Ты же только мое сокровище. Мое, – он жадно впился в мои губы, терзая их с такой силой, что я почувствовала его нетерпение, которое нарастало с каждой секундой.

Его руки скользнули ниже, очерчивая контуры талии, притягивая меня еще ближе, пока между нами не осталось ни единого зазора. Рука стала поднимать подол платья. Сначала я застыла в ожидании, но внезапная волна обиды накатила с огромной силой.

– И что дальше? – прохрипела, но не вырывалась.

– Я люблю тебя, мое сокровище. Больше жизни.

Его слова должны были смягчить мое сопротивление, но вместо этого лишь усилили разочарование. Любовь? Разве любовь проявляется так? Разве она сводится лишь к физическому желанию и порывам страсти и ревности? Я хотела большего. Хотела нежности, внимания, понимания и замуж. Чтобы Эмиль был только моим.

Он не заметил моего внутреннего смятения. Его губы переместились на грудь, оставляя горячие поцелуи, а рука все настойчивее поднималась вверх, скользя под ткань платья. Я чувствовала, как его дыхание участилось, как тело напряглось в предвкушении.

– Пожалуйста, остановись, – прошептала я, собрав остатки воли.

Голос дрожал, но в нем звучала твердость. Эмиль замер, поднял голову и посмотрел на меня с недоумением.

– Что случилось? – спросил он, все еще тяжело дыша.

– Только после свадьбы, – ответила я, глядя ему прямо в глаза.

– Но мы же это уже делали, – он снова притянул ближе и хотел поцеловать, но я отвернулась и уперлась ему в грудь.

Сердце колотилось, как бешеное, в ушах звенело. Я чувствовала его дыхание на своей шее, горячее и нетерпеливое.

– Это была ошибка, – выдохнула, не поднимая головы, – я хочу, чтобы это было особенным, важным, а не просто спонтанным желанием.

Эмиль молчал. Я чувствовала, как напряжение в его теле постепенно спадало. Он отстранился, позволяя мне дышать полной грудью. Смотрел на меня пристально.

– Давай все забудем, – не знаю, как получилась такое сказать.

Чтобы не расплакаться, выскользнула из его объятий и поспешила в дом.