Текст книги ""Лучший" папа (СИ)"

Автор книги: Виктория Вишневская

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 15 страниц)

Глава 37. Кира

Спустя несколько дней

– А ты чего дома сидишь? Тебя уволили? – Иришка заглядывает в мой монитор.

– Нет, – бурчу, стирая очередное предложение. Я думала, что дома мне будет работаться лучше, но нет. В тишине сидеть невозможно. Особенно когда в этой тишине ненужные мысли лезут мне в голову.

Зачем он меня поцеловал?

Задаюсь этим вопросом чуть ли не каждый день. И он всплывает каждый раз, когда я сажусь за работу, а дедлайны уже горят красным. Статью надо сдать сегодня, а у меня в файле конь не валялся. Пустой документ мигает курсором, как будто дразнит.

И всё из-за босса!

– А чего злая такая? С Ренатом поругалась?

– Чего? Причём тут он? – выпрямляюсь на стуле, спина хрустит.

– Да так, – игриво хмыкает. – Предчувствие. То есть ты теперь опять на удалёнке?

– Да.

– Эх, даже мальчиков домой не приведёшь.

– Я тебе так приведу…

– Да всё-всё, а то сейчас позвоню Ренату, он тебя быстро успокоит.

Да причём здесь он?!

Вот же маленькая сваха, которой покоя не даёт мой босс. Она просто сама в него влюбилась. Да, точно. А мне он параллелен. Параллелен же?

Чуть за волосы не хватаюсь. Ладони чешутся, щёки горячие.

Да что это был за поцелуй?!

Вот я сейчас о нём думаю, а этот Казанова, небось, уже забыл и из головы выбросил! А я так не могу. Для меня это щепетильная тема. За работой и заботой о сестре у меня не было времени устраивать свою личную жизнь. И в свои двадцать четыре года… я проклятая девственница.

Целоваться целовалась, но с мужчинами контакта имела мало… только по работе.

Вот и задевает меня эта тема!

Особенно потому, что сердце быстрее тук-тук делает. Аж хочется подпрыгнуть со стула и что-то делать, бегать кругами, как щенок. Адреналин? А ему откуда тут взяться?

Господи, вот умеет он всё испортить…

Работали же нормально! Чего воду всколыхнул?!

Неожиданно раздаётся звонок телефона. Тишина лопается, как мыльный пузырь. На экране высвечивается «Извращенец». Не зря, не зря, он полностью соответствует имени.

Тут же косясь в сторону Ирины, вижу её на диване: сидит в позе лотоса и играет в игры.

– Ты что, Лазареву позвонила?

– Что? Нет, не я. Я дурочка, что ли?

Чуйка у него, что ли?

Отвечаю на звонок и ощущаю, как пульс ускоряется, будто лифт сорвался и едет вниз.

– Да, извра… Ренат Николаевич?

– Чего? Кто? Ты как меня назвать хотела?

– Ближе к делу, Ренат Николаевич, у меня рабочее время.

– Какая ты официальная, аж тошнит. Ладно, я по делу.

– Внимательно слушаю.

– Завтра вечером. Ресторан «Эмильер». В семь вечера. Оденься… В платье.

И отключается.

Нормальный вообще??

– Что он сказал? – Иришка подлетает ко мне, за плечи хватается. – А у тебя чего щёки красные? У тебя давление? Кир? Кир!

Она трясёт меня за плечи, а я горю, как рак, которого только что кинули в кипяток. Сердце бьётся в горле, ладони мокрые, в животе стая бабочек как будто дерётся подушками.

Это что… свидание? Да быть того не может! Нет, этому человеку лишь бы переспать с кем-то! А вдруг он меня своей жертвой сделает?

Стойте-ка…

Закусываю губу от самой мысли, что Тимура нет с ним уже почти неделю. За это время он мог спокойно найти девушку, переспать с ней и снять напряжение. Мог. И почему от этой мысли так гадко на душе? Как будто ревную.

А нечего было своими губёшками ко мне лезть. Таких бы мыслей сейчас не возникло. Вот и сиди теперь, дуйся, как рыбка-пузырик.

Но вместо твёрдого «нет» я почему-то соглашаюсь. Посмотрим, что этот мужчина хочет от меня.

На следующий день подготавливаюсь к мероприятию так, словно на собственную свадьбу. Причёска, макияж и сексуальное платье. На последнее пришлось раскошелиться, прохудив нашу заначку. Как пошутила Ира: если выйду замуж за Рената, в заначку можно уже не лезть… Дурочка. Сама засмеялась, а у меня ком в горле застрял.

Вечером, в мерцающих огоньках города и при яркой вывеске ресторана, выхожу из такси, придерживая платье. Ветер треплет подол, каблук щёлкает по асфальту.

Глупый разрез на бедре не даёт мне чувствовать себя комфортно. Но сама, дура, виновата: хотела произвести впечатление.

Точнее, впервые вырядиться как кукла. Чтобы хотя бы раз на меня так посмотрели – ух.

У входа замечаю знакомую фигуру своего качка-босса. Завидев меня, идёт навстречу, явно округлив глаза от удивления, и у меня сердце почему-то подпрыгивает, как мячик.

– Малинина, тебя уже в таком виде Кириешкой не назовёшь, – восхищённо шепчет, берёт меня за ладонь и вдруг поднимает её вверх. – Покрутись.

Рефлекторно делаю, как он говорит. Подол скользит по ногам, ткань холодит кожу.

– Огонь. Как будто знала, куда собиралась.

– И куда? – скрещиваю руки на груди. – Не на свидание же с вами.

– У нас с тобой уже столько было, что свидания бессмысленны. Нам сразу под венец.

После этих слов болезненный мозг сам воспроизводит картинки. Я – в пышном белом платье с фатой. Лазарев – в чёрном смокинге с розочкой в кармане пиджака, улыбается. А Тимурка кольца нам выносит… Ну и бред…

– Может, вы посвятите меня в свои планы? – я ничуть не расстраиваюсь из-за того, что это не свидание. Мне же будет лучше. Никаких надежд, никаких «а может быть». И точка: он просто мой босс.

Про шутку о венце стараюсь не думать. Он же издевается, наверняка. Умеет.

– Могу, конечно, – улыбается уголком губ. – Но для начала…

Он подаёт мне руку – тёплую, тяжёлую, уверенную.

– Пойдёмте, красавица, внутрь. А то чем больше вижу тебя в этом платье, тем сильнее хочу утащить тебя на заднее сиденье машины.

– Фу, ну у вас и шутки, – шепчу, но всё равно беру его под локоть. Пахнет его парфюмом. Свежим таким, ярким, цитрусовым.

– А нечего такой красивой быть.

Сглатываю от этого комплимента.

– Какой-то вы сегодня… добрый.

– Не совсем. У меня проблемки. Но всё потом. Стой.

Мы останавливаемся у входа. Он ещё раз оглядывает меня с ног до головы, взглядом обжигает. И вдруг зачем-то снимает свой пиджак и накидывает мне на плечи.

– Надень, а. Я думать ни о чём не могу.

Хорошо, что на улице темно, и он не видит моё горящее лицо. Автоматом прячусь в его огромный пиджак – он попу прикрывает и тёплый, как плед. Приятно, внутри всё клокочет, но живот всё равно скручивает от волнения. Он со мной играет!

– Вот так-то лучше… фух.

И снова берёт меня под руку, заводит внутрь.

Глава 38. Кира

– Так вы расскажете мне, в чём дело? – спрашиваю, усаживаясь за стол под громкую музыку и какой-то движ в ресторане. Здесь явно проходит вечеринка, и я чувствую себя не в своей тарелке. Лазарев неожиданно падает рядом и, по-хозяйски притягивая меня к себе за талию, наклоняется к моему уху. Я ощущаю, как на нас обращают взгляды некоторых гостей. Да что же он творит?

– Видишь того мужика, танцующего на сцене? – спрашивает он, указывая на небольшую сцену, где действительно пляшет какой-то мужчина лет сорока под подбадривающие слова ведущего.

Я присматриваюсь. Нет, здесь точно какое-то мероприятие.

– Да, вижу, – отвечаю, стараясь не выдать своего смущения.

– Это наш судья, – говорит он, и я чувствую, как сердце замирает.

– Уже стало известно имя? – шепчу, поворачиваясь и глядя ему в глаза. Чёрт, он слишком близко. И обнимает он меня так интимно… Со стороны мы, наверное, выглядим как буйствующая парочка, не стесняющаяся показывать свои чувства на людях.

– Не только. Я уже успел накосячить, – признаётся он, и я щурюсь.

– Вы в своём репертуаре, – говорю с лёгкой усмешкой. – И что, мы тут за извинениями?

– Не совсем. Я предложил ему денег, чтобы ускорить процесс, но он оскорбился и сказал, что сделает всё, чтобы у меня ничего не получилось.

– Вы чего так неразумно действовали?!

– Я был на эмоциях, – тихо отвечает он, похлопывая меня по талии. – Теперь нам надо это исправить. Точнее, мне.

– А я тут при чём тогда? Нет, я не против помочь, но мне нужно понимать, что мне делать.

– Сюда вход только вдвоём.

– А, вы взяли меня с собой плюс один, – догадываюсь сама. Так это можно считать свиданием или нет?

– Да. Пользуйся возможностью и кушай, – предлагает он, и я кидаю взгляд на стол, где стоят закуски.

Умеет, падла, найти путь к сердцу женщины. И да, они тоже любят покушать!

– И каков ваш план? Пока я играю роль вашей пассии? – не теряю время и закидываю виноградинку в рот.

– Чуть-чуть проблема, – отвечает он, и я чувствую, как внутри меня нарастает напряжение.

– И куда же без них?

– Он семьянин, жена беременная. Любит до безумия. Я заказал одну модель, которая должна совратить его, затащить в комнату. А моя задача – сделать несколько фотографий.

– Шантаж? Грязно, – говорю я, чувствуя, как меня охватывает недоумение.

– Я ради сына на всё готов, – решительно заявляет.

Да, ради Тимура он и горы свернёт…

– Так в чём проблема?

– Модель на связь не выходит. Придётся немного корректировать план.

– И какие идеи? – спрашиваю, и он смотрит на меня так, что я чувствую, как замираю.

Неожиданно он медленно наклоняется к моим губам и нежно целует их. Я прикрываю глаза, на секунду забывая, что мы на публике. Никогда себе такого не позволяла, а тут… Внутри меня просыпается желание. Хочется сбежать отсюда и целоваться часами напролёт.

Я отрываюсь от него первой.

– Зачем вы меня опять поцеловали? – задаю неудобный вопрос, пытаясь отдышаться. Грудная клетка сводит от недостатка воздуха, и мне ещё хочется, как назло.

– Мы должны играть пару, – отвечает он тихо, облизывая свои губы.

– А мне сказать? – спрашиваю, стараясь звучать без претензий.

– Зачем? Мне кажется, ты совсем не против, – говорит он с лёгкой усмешкой.

Резко встаю со стула и скидываю пиджак.

– Я ваш план поняла, – возвращаю себе самообладание. – Увести, соблазнить, дождаться вас. Если вы не появитесь вовремя, я всё остановлю. Но до поцелуя дойти не должно.

– Чего? – запинается он, и я вижу, как его глаза расширяются от удивления. – Ты чего удумала?

– Как что? Пойду соблазнять вашего судью, – заявляю я с решимостью, чувствуя, как внутри меня разгорается огонь приключения.

– Что? Нет. Я запрещаю, – он резко встаёт, хватает меня за руку. – Никаких тёрок с ним. Мало ли куда его руки заползут?

– Я ему сделать этого не дам, – шепчу, выдёргивая запястье. – Это же ради Тимура? Я тоже хочу ему помочь, поэтому, когда вы увидите, что я ухожу вон в ту дверь…

Указываю в сторону. Заметила, что там подъём на второй этаж. Уж не знаю, что там, но уединиться можно.

– Идёте за мной. Камера наготове.

– У тебя опыта не было до этого? Говоришь так уверенно, будто профессионалка, – выгибает в вопросе бровь.

– Нет, впервые. Просто умею включать профи, когда это надо. Считай, нужно достать материал для жёлтой газетёнки. Изи.

– Будь аккуратна, а.

Поправив волосы, выхожу на «охоту». Делаю это не в первый раз, если честно. Второй, да. Но и там не совсем соблазнение было, а просто подстава. Ей-богу, аферистка во всей красе.

Но всё идёт гладко. Судья уже подшофе. Подхожу к нему, когда он, отдышавшись, пытается прийти в чувства после конкурса. Восхищаюсь им, заигрываю, включаю всё своё женское обаяние.

А этот гад сомневается, видно по глазам. О жене своей думает.

А он тот ещё принципиальный гад. Либо намёков не понимает.

Наконец-то, спустя пятнадцать минут безобразного и открытого флирта, он первым идёт на второй этаж. Цепляю Лазарева в толпе, быстро нахожу его. Он словно всё это время не сводил с нас взгляд, боясь потерять. Тут же кивает и идёт следом за мной.

Он будет рядом – мне нечего бояться.

Поднимаюсь наверх со стучащим сердцем. Вижу приоткрытую дверь в комнату и слышу голос мужчины вместе с мычаниями.

Не поняла…

Он не один?

Достаю телефон, открываю камеру, включаю запись видео. Без зазрения совести протягиваю руку в проём, смотрю за происходящим в номере.

И чуть не смеюсь в голос.

У меня украли жертву!

Мужик стоит посреди комнаты со спущенными штанами и жадно целует какую-то девушку, которую я видела недавно внизу. Кажется, она пришла с мужем?

Чёрт, как же обидно. Я его сюда двадцать минут загоняла, а он!

Делаю несколько снимков, и уже не прячась, захожу в комнату.

– А это нормально, что у меня мужика отбили? – шутливо начинаю с претензии.

– Выйди, ты шла долго, – говорит полупьяный судья. – Стой, это что? Телефон? Ты нас снимала?

Не успеваю ничего ответить, как в комнату залетает взъерошенный Лазарев с телефоном в руках. Уже делает тысячу фотографий, но тут же хмурится, увидев сцену поинтереснее.

– Расслабься, – хлопаю его по плечу. – Меня опередили.

– Ты же! – судья машет рукой и быстро натягивает на себя штаны. – Ты же тот наглый юнец, что пришёл мне деньги предлагать! У здания суда! Хорошо, что не додумался в кабинет ко мне прийти!

– Да вы всё равно не согласились, – фыркает Ренат, скрестив недовольно руки на груди.

– Там камеры, – крутит пальцем у виска. – У здания. Ты хотел меня за взятку посадить?

Поворачиваюсь к Ренату, выгибаю бровь. Он чего, серьёзно? А ему как будто стыдно становится от моего взгляда.

– Я был в состоянии аффекта, – оправдывается, глядя на меня.

Ладно, у него мозги отключаются, когда дело сына касается. Тяжело вздыхаю, потираю устало виски.

– А это представления для чего? Чтобы меня шантажировать? – догадывается судья. Всё-таки не тугой оказался, умный.

– Да не в жизнь, – Ренат кладёт на грудь ладонь, откровенно сорвав. – Я просто за девушкой своей бежал. Думал, изменять мне тут будет.

И острый взгляд в меня кидает. Нет, ну вообще! Крайнюю нашёл!

Благо всё разруливается быстро – судья соглашается на взятку, но договариваемся, что фотографии удалим после суда. А всё было так просто!

Выходим из ресторана, и я пыхчу от злости. Пинаю камешек носком туфли и максимально недовольна этим вечером. Хотя приятные моменты были… Например, поцелуй.

– Ты чего такая расстроенная? Что я идиот? – догоняет меня Ренат.

– Нет, – открываю зло дверь. – Я тут впервые решила мужика соблазнить, причём такого, кому не одна даст, а меня… Обломали!

Ренат вдруг заливисто смеётся, хватаясь за живот.

– Ты злишься, что твою жертву украли?

– Чуть-чуть, – в обиде поджимаю губы. – Проигрывать не люблю.

– Ну-у-у, – он подходит ко мне, обнимает за талию, прижимает к себе. Жар его тела моментально перекидывается на меня. И всё это настолько интимно, что я сглатываю, а внизу живота какой-то огонёк вспыхивает. Как и в прошлый раз и позапрошлый…

– Одного мужчину ты соблазнила. И ему много кто даёт, но в последнее время ему хочется только тебя.

Он опять издевается! Вон на уши смотрит – покраснели или нет!

– Да ну вас, Ренат Николаевич, – толкаю его в плечи и быстро юркаю в салон. Отворачиваюсь от него, подпирая подбородок рукой и всё ещё думаю, что между нами происходит. Его слова застряли в голове, и никак не вылезают до самого дома.

Высаживает меня у подъезда, и я скорее пытаюсь ретироваться.

– Спасибо, что довезли, – выпаливаю, уже тянусь к ручке.

– И тебе, что хотела помочь.

Улыбаюсь, вылезаю на улицу. Делаю несколько шагов – и что-то идёт не по плану. Проклятая ямка в асфальте! Оступаюсь, плюхаюсь прямо на землю, сдирая кожу с ладоней и коленей. Да что за день!

– Кира? – Ренат Николаевич появляется неожиданно. Уехал бы уже, чтобы глаза не мозолить! А он нет, садится рядом, беспокойно бегает по мне взглядом.

– Сильно больно?

– Терпимо, – отвечаю и чувствую на своём теле его сильные руки.

– Отличное завершение дня, – усмехается он, подхватив в свои сильные объятия. – Помогать красивой девушке в беде. Ногу не больно?

Шевелю ею.

– Болит немного.

– Пошли, отнесу тебя до квартиры, как раз с Иришкой поздороваюсь.

Ставит машину на сигналку и тащит к подъезду.

– Она у сестры, будет только часа через два.

– Ну и сама виновата.

Улыбаюсь, вцепившись пальцами в его пиджак. Нет, этот качок меня не уронит, но зато какая отличная возможность полапать босса. Быстро добираемся до квартиры, и он аккуратно усаживает меня на диван.

Фух, наконец-то этот день закончится.

– Давай ногу посмотрю, – говорит он, опускаясь передо мной на колено. Внутри всё сжимается от его прохладных пальцев, касающихся моей кожи.

– А вы в этом что-то понимаете?

– Хватит мне выкать, Малинка. По крайней мере, не на работе.

– Привычка, – улыбаюсь. – Так ты... в этом что-то понимаешь?

– Немного. В прошлом активно занимался спортом, травм было много. Растяжение вообще как родное, стабильно каждый месяц. А сколько раз оступался... Не сосчитать. Так больно?

– Чуть-чуть, – морщусь, когда он в очередной раз прокручивает стопу и ногу тянет в сухожилии.

– Мазь надо наложить разогревающую на ночь, завтра будет полегче.

– Хорошо, босс-доктор.

Он неожиданно начинает разминать мне лодыжку, и я расслабляюсь, прикрыв глаза. Даже не возмущаюсь. А кто будет возмущаться халявному массажу? Я человек-кайф, люблю, когда меня мнут там и тут… А когда ноготочками по спине водят! М-м-м-м!

Представляю и мурашки по коже бегут.

– Божечки...

– Так меня обычно называют только в постели, закатывая глаза, – усмехается он, вставая. Берёт меня за ладонь своими уверенными пальцами, поднимает, заставляя встать. – Полегче? Стоять можешь? – говорит тихо, словно боясь нарушить тишину.

Киваю, бросая взгляд на наши руки. Нежные и аккуратные движения окончательно добивают моё самообладание.

– Да, спасибо, – сипло отзываюсь. А он улыбается, поворачивается ко мне щекой. Бьёт по ней пальцем.

Ах, благодарность он хочет! Плавали, проходили.

– Это ты меня должен целовать за то, что я согласилась на твою авантюру, – сопротивляюсь, в очередной раз задаваясь вопросом – что за игры? Разве он не боится, что это перейдёт во что-то большее? Или переживаю только я?

– Справедливо, – кивает. Одна его рука ложится мне на талию, вторая – на затылок. Страх и возбуждение смешиваются воедино. Трепет, волнение. Как и в прошлые разы, когда он целовал меня.

И делает это снова, прикасаясь своими губами к моим. Долгий, протяжный, больше, чем в ресторане. Вокруг всё меркнет, выключается, и есть только мы. Его сильные губы, его настойчивые губы, аромат парфюма и лайма…

И я сама не замечаю, как цепляюсь за его рубашку, случайно расстегнув пуговицу.

Или не случайно…

Глава 39. Кира

– Ты что делаешь? – шепчет мне Ренат, оторвавшись от поцелуя. Я сама не понимаю, как мои пальцы уже справились с первой пуговицей, второй, третьей… И теперь я без стеснения глажу его твёрдый, рельефный пресс. Господи, как же я мечтала об этом всё это время… А тут такой шанс!

– А ты что делаешь? – шепчу ему в ответ, когда этот мужчина с дерзкой уверенностью задирает мне платье и сжимает ладонями мои обнажённые ягодицы. Волна возбуждения накрывает меня с новой силой, и я уже не могу остановиться. Да и Лазарев, похоже, даже не думает это делать.

Будь что будет!

– Воплощаю свои фантазии в жизнь, – вдруг выдыхает он, наклоняясь к моей шее и оставляя там влажный, горячий засос. Мамочки… По телу пробегает электрический ток, дыхание сбивается. Пара шагов – и я не замечаю, как он прижимает меня к стене, осыпая поцелуями мою кожу. – Чёрт, знала бы ты, сколько раз я хотел это сделать…

Его хриплый голос только сильнее разжигает во мне огонь. От каждого его слова, от его шёпота, рычания и уверенных, опытных рук температура моего тела поднимается всё выше. Он точно знает, что делает, как действовать, чтобы довести меня до безумия одним лишь прикосновением.

И ведь именно такого мужчину я хотела своим первым… Не просто первого встречного, чтобы избавиться от девственности. Нет! Опытного, надёжного, того, кому можно доверять. И Ренат подходит под все эти пункты.

Я приоткрываю губы, когда он добирается до моего декольте, оставляя там ещё один засос. Господи, как я потом буду объяснять это Ире… Придётся ходить в нашей жаре в водолазке.

Вдруг слышится треск ткани.

Я опускаю взгляд – платье пошло по шву под суровыми руками Лазарева.

– Да я сейчас такой скандал устрою… – шепчу, вспомнив, сколько оно стоило.

– Увеличу зарплату, не ворчи, – усмехается он, окидывая меня взглядом с головы до ног. – Мелкая, я и раньше думал, что ты невысокая, но теперь понял, насколько. Где кровать?

Что, спина затекла столько горбиться?

– Там, – отвечаю рефлекторно, не чувствуя ни капли смущения.

Он вдруг обвивает мою талию, легко поднимает, отрывая от пола. Ой, как же просто у него это получается… Груда мышц оказывается не только красивой, но и полезной.

Увидев кровать в своей спальне, я вдруг начинаю немного нервничать. Интересно, а он там не слишком большой?.. Я слышала, что у качков обычно маленький. И я совсем не против увидеть корнишон в свой первый раз! Пожалуйста, пусть только не будет больно!

Он аккуратно ставит меня возле кровати, и я не успеваю ничего сообразить, как его сильная рука хватается за декольте моего платья. Резкий рывок – и оно разлетается в клочья. Я стою, хлопая огромными глазами, не в силах поверить в происходящее.

А он лишь пожимает плечами, стягивая с себя рубашку, пуговицы которой куда-то разлетелись от моих нетерпеливых движений.

– Всё равно порванное, чего жалеть?

Его хищный взгляд скользит по моему телу, и на этот раз в ступор впадает он. Я даже вижу, как ткань его брюк натягивается прямо на глазах.

Нет, я и раньше чувствовала его возбуждение, но сейчас… Надежды на корнишон тают с каждой секундой.

– Охренеть, – сипло выдыхает он, сглатывая, не отрывая взгляда от моего лифчика. – Я думал, Ира шутила, когда говорила, что ты любишь эротичное бельё.

– Дурак! – прикрываюсь руками, хотя он уже всё прекрасно видел. – Чего смущаешь?! Я такое обычно не ношу! Просто под платье был удачный момент, вот и надела! Кто же знал, что мы… тут, сейчас…

– Кто же знал, что ты накинешься на меня в гостиной, – усмехается он, подходя ближе и ловко убирая мои руки с груди. Да как у него всё так легко получается?! – Красота, Малинина, красота. Можно я всю коллекцию посмотрю?

– Не сегодня… – сглатываю, чувствуя, как между ног становится всё невыносимее. Это вообще нормально – так возбуждаться от одного только взгляда?..

Босс смотрит на меня как-то особенно, с хитрой улыбкой. Обнимает меня, и в своей лёгкой, уверенной манере опускает нас на кровать.

И под этой мощной фигурой становится так страшно… и так сладко.

Но страх тут же исчезает, как только эти губы и язык, который всё время хочется вымыть с мылом, снова касаются моей кожи. На этот раз – груди. Он оставляет несколько поцелуев, медленно опускаясь всё ниже, ниже, к пупку…

– Можно считать твои слова приглашением сделать это ещё раз?.. – его голос звучит хрипло, с едва заметной улыбкой.

– Посмотрим, – шепчу, чувствуя, как внутри всё сжимается от волнения.

Он останавливается прямо у кромки моих трусиков. На мгновение отстраняется, снова нависает надо мной, играючи проводит пальцами по моему телу, будто изучая каждую линию. Его рука находит переднюю застёжку моего лифчика, играется с ней.

– Что значит «посмотрим»? – он выгибает бровь, в глазах пляшет озорство. – Ты не подумай, я не мальчик на одну ночь. Для меня секс – это серьёзные отношения.

– Серьёзно? – растерянно спрашиваю, пойманная врасплох его признанием.

Я и не замечаю, как этот манипулятор уже ловко освобождает мою грудь и его пальцы свободно скользят по моей коже, вызывая дрожь.

– Малинина, я готов смотреть на твои эмоции вечно! – шепчет он, за что и получает шлепок по плечу. Меньше издеваться будет!

– Ты меня обманул!

– О, да, я ещё та пакость, – мурлычет он, нежно касаясь ложбинки между грудей. Я вся вытягиваюсь, дыхание становится прерывистым. Его проворные пальцы уже цепляют мои трусики, и я молюсь, чтобы он хотя бы их не порвал. Но нет, он заботливо стягивает их с моих ног и встаёт, с нескрываемым восхищением разглядывая меня. Облизывает губы, а сам уже расстёгивает брюки.

Мамочки, страшно! Там что-то страшное!

Но сбежать я явно не успею. Куда? Я у себя дома. Даже смысла нет.

А вытолкать его у меня не хватит сил.

Я молча наблюдаю, как он раздевается, а потом зажмуриваюсь, лишь бы не видеть «то самое».

Тихий смех разрезает тишину комнаты, и я снова чувствую Рената над собой. Его ладони уверенно и без стеснения скользят по внутренней стороне моих бёдер. Одна секунда, одно прикосновение – и у меня перехватывает дыхание, внизу живота всё жжётся, натягивается до предела.

– Ты ведёшь себя как девственница, Малинина, – снова видит меня насквозь, его голос мягкий, но дразнящий.

Может, стоит сказать ему правду?..

Я только приоткрываю губы, но вместо слов вырывается тихий стон.

Что он творит своими пальцами…

И как же стыдно, что он чувствует, как мне это нравится…

– Всё, я больше не могу, – тяжело выдыхает босс. Он раздвигает мои ноги, и… Мир будто переворачивается. Сознание отключается, мысли исчезают. Я хватаюсь пальцами за его плечи, ногти скользят по его напряжённым мышцам.

Не корнишон… Не он…

Пару болезненных, но желанных толчков – и я вся рассыпаюсь, внутри словно взрывается фейерверк, даря особое, ни с чем не сравнимое наслаждение. С мужчиной всё ощущается иначе, глубже, ярче. Это невозможно описать словами, как хорошо…

Я сжимаюсь, выпускаю тихий стон и царапаю его кожу.

– Кира… – ошарашенно шепчет Лазарев. – Ты что, девственница?..

– Чуть-чуть, – пытаюсь отшутиться, пряча смущение за улыбкой.

– Погоди, я сейчас пытаюсь понять, от чего я больше в шоке, – он смотрит на меня с удивлением. – То есть я был прав, что ты шлепки мужчины и ребёнка не различаешь потому, что…

Ну вот, сейчас начнутся шутки и подколы! Поэтому, пока мозг Рената не начал их генерировать, я притягиваю его к себе и целую. Он усмехается, начинает вновь двигаться, углубляя поцелуй, чтобы отвлечь меня от смущения. И я снова расслабляюсь, зная, что нахожусь в надёжных руках человека, который, кажется, мне очень нравится…