Текст книги "Теорема сводных (СИ)"
Автор книги: Вероника Фокс
сообщить о нарушении
Текущая страница: 7 (всего у книги 15 страниц)
Провожаю его взглядом до тех пор, пока он не скрывается из виду, и, только потом, шумно выдыхаю. Как на зло, за все это время, никто не прошел. Ни единой души не было рядом, чтобы хоть как-то помочь мне. Сердце вот-вот выпрыгнет из груди, проломив ребра. Стараюсь хоть как-то успокоить себя, думав о хорошем. Однако, перед глазами только образ Ганса и его устрашающий взгляд.
Долго не думая, разворачиваюсь и направляюсь в противоположную сторону. Но, на углу встречаю Марию-Луизу.
– Ой, Лэа! – восклицает она на немецком, произнеся моё имя немного… странно, – ты меня напугала!
– Прости, – отвечаю ей.
Девушка внимательно оглядывает меня.
– С тобой все в порядке?
– Да, – отвечаю ей на выдохе. – Все в порядке.
– Точно?
Сглатываю тягучую слюну. К ней подходит Филл, лучезарно улыбаясь.
– Привет, – произносит он оглядывая меня пронизывающим до костей взглядом.
– Привет, – сухо отвечаю.
– Я не помешал?
– Нет, дурень, – говорит Мария-Луиза, – ты же шел за мной!
– Ничего подобного, – отвечает тот и поправляет свою шевелюру. На Филле белая рубашка расстегнутая на две пуговицы, оголяющее накаченное тело. На плече лямка от кожаной мужской сумки, узкие светлые джинсы и зеленые найки. – Я не виноват в том, что ты шла передо мной.
– Scheisskerl! – шипит девушка.
– Не ругайся, – тараторит на немецком Филл, – еще не выросла.
Мария-Луиза замахивается рукой и дает Филлу подзатыльник. Тот дергается и сразу же чешет его.
– Ай! А драться то за что?
– Я пойду ребят, – говорю я им и обогнув Филла, останавливаюсь на его голос.
– У меня будет вечеринка, – говорит тот мне в спину. – Придешь?
Выдыхаю из себя клубок переживаний, сосредотачиваюсь и развернувшись, с улыбкой на лице говорю:
– Конечно Филл. Спасибо за приглашение!
– Жду тебя, – с лучезарной улыбкой на лице говорит тот, и продолжает на меня смотреть до тех пор, пока Мария-Луиза не стукнула его плечом, направляясь ко мне.
– Пойдем, Лэа, – вновь произносит мое имя странно, взяв меня под руку. – Нам еще много что нужно сделать!
Не проронив ни слова, я следую за Марией все еще немного в растерянности от того, что произошло пару минут назад.
– С тобой все в порядке? – понизив голос, Мария-Луиза продолжает вести меня на выход, только с другой стороны университета.
– Не совсем, – говорю ей, вновь вспоминая то, что было со мной две минуты назад.
– Что случилось?
Набираю по больше воздуха в легкие, огибая студентов, которые чаще стали встречаться нам на пути.
– Ганс…
– Ганс? – восклицает Мария-Луиза.
– Да… Он нашел меня и…
– Что этому тупоголовому нужно?
Сглатываю тягучую слюну. Мария-Луиза обращает на меня свое внимание и требовательно дает понять, что ждет вразумительного ответа. Ее малахитовые глаза смотрят на меня с надеждой.
– Он сказал, что хотел бы пригласить меня погулять с ним.
– Ужас какой! – восклицает Мария-Луиза. – А ты что?
Мы спускаемся по лестнице. Мария-Луиза не отпускает меня, стараясь лавировать вместе через учеников.
– Я ничего ему не ответила.
– Нужно было дать ему промеж глаз!
– Зачем? – восклицаю я, не понимая, к чему клонит Мария-Луиза.
– Ганс понимает только силой, – понизив голос, отвечает девушка. – Ну… не всегда, правда. Но с ним лучше не связываться.
– Я и не хотела с ним связываться, – тараторю на немецком. – Я видела его еще днем, после перекуса. Но думала, что мы больше не пересечемся…
– О, моя милая!
Мы доходим до турникетов и пиликнуть пропуском, каждая из нас, проходит через металлические арки. Мария-Луиза не отстает от меня и вновь берет меня под локоть.
– Ганс хитрая свинья. Но если не реагировать на него, в особенности, не показывать ему страх, то он быстро теряет интерес к чему-то.
– Откуда ты столько знаешь про Ганса?
Мария-Луиза останавливает и ехидно улыбается.
– Ну… он мой кузен.
– Твой кто? – ошарашенно спрашиваю я, но девушка уже тянет меня за собой дальше, к парковке.
– Мой дальний кузен. Я не люблю об этом рассказывать, потому что тогда, на меня тоже обрушится гнев студентов, ведь… мы же родственники!
Закусываю губу, пытаясь переварить полученную информацию.
– Он по отцовской линии, мой четвероюродный брат. Да и сам Ганс не любит говорить о том, что я его родственница, пускай, и дальняя.
– Понятно, – пищу я в ответ.
– Эй!
Мария-Луиза останавливается и выпускает меня. В ее малахитовых глазах я вижу искру переживания.
– Только не говори никому…
– Обещаю.
Мария-Луиза закусывает губу изнутри. С секунду мы молчим, словно, каждая из нас пытается сделать выводы насчет этой ситуации. Но в следующее мгновение, Мария-Луиза говорит:
– Вся наша компания об это знает, поэтому… Теперь и ты об этом знаешь.
– Я буду хранить этот секрет, – понижаю голос настолько, насколько это возможно, но так, чтобы Мария-Луиза услышала мои слова.
– Спасибо, – говорит та и обнимает меня за шею. Это момент пролетает мигом, потому что уже в следующую секунду, Мария-Луиза поправляет свою рубашку с пуловером и задорно добавляет:
– Тебя подвезти?
– Да, если не сложно, – отвечаю ей, а девушка радостно подхватывает меня под руку и тянет к машине.
Мария-Луиза хорошая девушка. Нет, правда у неё есть свой шарм непоседства. Это такие люди, которым вечно не сидится на месте. Им нужны приключения, насытить эмоциями и адреналином. Вот из таких людей и Мария-Луиза. Но справедливости ради, она все равно умудряется быть милой и доброй. Мария-Луиза, оказывается, встречалась с Финном. Теодор, Финн и Маркус – лучшие друзья, а Леон присоединился к ним недавно, так же как и Габриэль. Мария-Луиза долгое время встречала с Финном: то сходились, то расходились, и буквально год назад, они решили окончательно остаться друзьями. У меня в голове до сих пор не укладывается, как им это удалось.
– И тебе нормально видеть, как Финн целуется с другой на вечеринке?
– А что тут такого? – восклицает Мария-Луиза, откинув волосы назад. – Между нами прошла любовь поэтому меня ничего не цепляет в его поведение.
– Таких, как вы – очень мало, – говорю я, выдавив из себя слова, потому что в голове не вяжется, как они могут оставаться друзьями.
– Нет, мы, конечно, спорим и ругаемся, – протяжно произносит девушка, – но в целом, из нас друзья лучше, чем пара.
Я ничего не отвечаю, поджав губы в плотную ниточку. Мария-Луиза продолжала рассказывать о своих отношениях с Финном, словно они были обычными друзьями. В то время как для меня было трудно понять, как они смогли перейти от романтических отношений к дружбе без каких-либо негативных эмоций. Она рассказывала об их приключениях, смехе, и том, как они поддерживали друг друга в трудные моменты. Но, несмотря на все рассказы, в глазах Марии-Луизы мелькало что-то, словно невидимая тень прошлого. Может быть, она старалась скрыть свои истинные чувства или просто не желала возвращаться к тем болезненным моментам. Мария-Луиза и Финн, возможно, нашли для себя оптимальный путь, оставаясь друзьями после разрыва. Возможно, они действительно смогли преодолеть все трудности и сохранить особенную связь. В моей голове осталась некоторая доля недоумения, но я решила уважать их выбор и не пытаться вникнуть в тонкости их теперешних отношений. В конце концов, каждая история уникальна, и важно лишь то, какой вывод на основе опыта работает для них.
До дома мы доехали быстро. Мария-Луиза заглушила мотор машины, и положила руки на коленки.
– Как-то так.
– Наверное, вы оба поступили правильно.
– Наверное, – с досадой в голосе ответила Мария-Луиза. Ее взгляд привлек Теодор, который стоял на крыльце дома и курил сигарету.
– Легок на помине, – протараторила она, усмехнувшись в конце.
– Ага, – опрометчиво ответила я.
Теодор знал, на какой машине ездит Мария-Луиза, поэтому, продолжал внимательно смотреть в нашу сторону.
– Что ж. Кажется, тебе пора, – сказала девушка так, будто бы хотела побыстрее избавиться от меня.
– Да, спасибо, что подвезла.
– Всегда пожалуйста! – ответила она и улыбнулась напоследок.
Хлопнув дверцей автомобиля, я направилась ко входу, где меня ожидал Теодор. Он оглядывал меня с ног до головы. На нем была черная футболка поверх которой красная клетчатая рубашка, темные джинсы и кеды. Мария-Луиза стартовала с места и унеслась вдаль, навстречу горизонту нашего городка, а я медленно подходила к Теодору. Практически достигнув его, он остановил меня и фыркнул:
– Почему не позвонила мне?
– Не хотела мешать, – отвечаю ему на ходу, однако Теодор преграждает своей рукой мне путь. Я разворачиваюсь к нему лицом и буравлю своим взглядом.
– По-моему, у нас был уговор, что я тебя отвожу и привожу из универа, – сказал он на немецком со злостью, будто бы новость, что наша общая знакомая подвозившая меня – нарушила его царские планы.
– Прекращай командовать мной, – фырчу ему в ответ, хотя сама понимаю, что из этого не сваришь каши.
Теодор выдыхает клубок серого дыма мне в лицо и сразу склоняется еще ближе. Я чуть ли не впечатываюсь в стенку дверного коробки. Он ничего не говорит, лишь пристально смотрит на меня, как хищник смотрит на свою добычу. В тот момент между нами возникла напряженная тишина, прерываемая лишь нашими тяжелым дыханием. Я пыталась сохранить спокойствие, несмотря на гневное выражение Теодора и его настойчивый взгляд.
– Теодор, давай не будем устраивать сцены, – медленно произнесла я, стараясь сдержать свои эмоции. – Просто пропусти меня.
Тем не менее, он не отступал, словно уперся в свои принципы, и это только усиливало мою решимость не поддаваться его давлению. В его холодных глазах читалась смесь обиды и зависти, но я отказывалась дать ему управлять мной. Он словно пытался проникнуть в самые глубины моей души, продолжая пристально взирать на меня своим холодным взглядом.
Внезапно, он отпустил меня, словно понимая, что дальнейший конфликт не принесет ему желаемого результата. Я проскользнула мимо него, чувствуя на себе след его морозного взгляда. В двери я еще раз обернулась, и на мгновение встретилась с его глазами. В них была неопределенность, но я была тверда не дать этой ситуации власть над моими вспыхнувшими чувствами. Шаг за шагом я уходила от него, оставляя за спиной этот эпизод напряженной встречи. Сердце билось сильней, но в моей груди звучало уверенное решение не поддаваться давлению и идти своим путем, не поддаваться на его провокации, и, быть может, тогда Теодор поймет, что нельзя контролировать чужие жизни.
Тем же вечером, наше общение за общим столом превратилось с молчанку. Теодор спокойно ел ужин, в то время, как наши родители что-то неустанно говорили и обсуждали на немецком. Теодор лишь кидал холодный взгляд в мою сторону, отчего мне сказалось, что под натиском его требовательного взора, я скоро потеряю самообладание. Я пыталась сосредоточиться на еде, избегая встречи взгляда с Теодором. Наши родители продолжали беседу, но мне казалось, что каждое их слово было как эхо грядущего конфликта.
Наглец, будто не обращая внимания на общий диссонанс, продолжал упорно игнорировать меня. Его холодный взгляд был как ледяной ветер, ощущение которого я пыталась прогнать, сосредоточившись на еде перед собой.
В какой-то момент, его терпение иссякло. Он внезапно поднялся из-за стола, взял свой тарелку и, не сказав ни слова, направился к двери. Все в комнате замерли, словно под действием невидимой силы. Родители обменялись взглядами.
– Что это с ним? – спросила мама у Вольфганга.
– Не в настроение он, – ответил он, бесцветно смотря в сторону ушедшего Теодора.
Мама задумалась, ее взгляд блуждал по лицам собравшихся за столом, словно она пыталась разгадать загадку, скрытую в его поступке. Я, в свою очередь, пыталась снова сосредоточиться на тарелке перед собой, но еда казалась мне пустым занятием, не способным разогнать тяжесть в воздухе и на душе.
– Лия, если ты закончила с трапезой, то сходи, узнай как Теодор.
Просьба мамы вышибла меня из колеи. Мне хотелось возразить ей, но ее суровый взгляд переубедил меня в обратном. Я молча встала из-за стола, отнесла свою тарелку в раковину и направилась на задний двор, откуда исходил аромат никотина. Там был Теодор.
Вечером было прохладно, отчего я поежилась, переступив порог дома. Теодор сидел на нижней ступеньки, задумавшись. Мне не хотелось спрашивать у него, что случилось и почему он так себя ведет, однако возвращаться в столовую не хотелось больше. Поэтому, я задав несмело вопрос:
– Ты в порядке? Что-то случилось?
Он медленно повернулся ко мне. Его глаза были полны размышлений. Взгляд его был таким загадочным и притягательным, что я не могла отвести глаз. Наконец, он прервал мое молчание и прошептал:
– Просто хотел побыть в одиночестве.
Я замерла на месте, проникаясь его словами и понимая, что что-то важное происходит в нем самом. Он признался в своих сомнениях, пускай и косвенно, а я поймала себя на мысли, что была готова выслушать каждое его слово.
– Я могу чем-то помочь тебе?
Теодор тяжело выдохнул из себя.
– Чем ты сможешь помочь?
Глаза Теодора были наполнены грустью. Я задумалась, искав в своей голове ответ на его вопрос. Чем я могла помочь? Ведь нам обоим предстояло еще много пройти, много преодолеть. Но я решила не уступать и не оставаться безучастной. Пускай Теодор и вел себя, как самый последний кретин на планете, я отчетливо чувствовала, что эта грусть одиночества съедает его изнутри. Поэтому, набравшись смелости, я тихонечко опустилась и присела рядом, на одну из ступенек, а после, взяла его руку в свою и сказала:
– Ты можешь мне доверять, если ты захочешь со мной поделиться своими мыслями.
Теодор продолжал смотреть на меня так, словно я делала что-то нереальное. Его хладность взгляда сменилось потеплением, и вот, я ощутила на своей руке, как Теодор ее слегка сжимает пальцами.
– Я не привык говорить все, что у меня на душе, – с теплотой в голосе ответил Тео, продолжая смотреть на меня. – Aber danke, dass du versucht hast, die Schlüssel zu den Schlössern auszusuchen* (Но спасибо, что решила попытаться подобрать ключ к замкам) – сказал он мне ласково.
Я ощутила, что напряжение между нами лишь нарастает. Взгляд Теодора уже не казался таким холодным, но все равно, что-то подсказывало мне внутри, что он скрывает много тайн, которые мне предстоит узнать. Набравшись смелости, я сказала:
– Я хочу, чтобы мы с тобой поладили.
Слова прозвучали, как тихая трель в ночном лесу.
– Зачем тебе со мной ладить? – уточнил Теодор, отчего я затаила дыхание. Он пододвинулся ко мне ближе, словно, пытался дразнить.
– Потому что я чувствую, что нас что-то объединяет, – ответила я, стараясь сохранить спокойствие. – И даже несмотря на то, что между нами много разногласия, я все еще верю, что мы сможем найти общий язык.
Теодор задумчиво рассмеялся..
– Ты думаешь, что можешь меня понять? – спросил он, бросаю в мою сторону соблазнительный взгляд.
Я не сомневалась, что за этим вопросом могло скрываться что-то большее. В его словах звучала какая-то интригующая нотка.
– Я не утверждаю, что полностью пойму тебя, – призналась я, – но хочу попытаться узнать тебя лучше. Я чувствую, что ты замыкаешься в себе….
Взгляд Тео был полностью сконцентрирован на мне.
– Ты действительно так думаешь? – его голос прозвучал сквозь зубы, словно он не хотел этого говорить.
Я решила не отступать.
– Да, если ты дашь мне шанс и перестанешь вести себя, как идиот.
Теодор смотрел на меня еще некоторое время, словно взвешивая мои слова. Потом он улыбнулся, и я увидела в его глазах какую-то искру, которую раньше не замечала.
– Хорошо, – сказал он Тео, – давай попробуем поладить. Пусть это будет наш маленький эксперимент.
Мое сердце забилось от радости и надежды. Я знала, что это только начало, но теперь я была уверена, что справлюсь с вызовом, который подкинула мне судьба. Я была готова узнать тайны Теодора и помочь ему развеять захлестывающей грустью одиночество.
Глава 14. Теодор
Я засыпал с мыслями о том, что Лия изо всех сил пытается со мной поладить. Мне и самому хотелось бы, чтобы мы поладили, но… я не смогу. Чувствую, что нам что-то будет мешать; нашему нормальному общению.
На утро я спокойно отвез Лию в универ, правда она была не в настроение. Молчаливая и угрюмая. Я решил, что не стоит лезть к ней, нарушая душевное спокойствие. Мне казалось, что я постепенно сдаю свои позиции: становлюсь сентиментальным ублюдком, который теряет свой стержень. А таких людей я презираю.
В пятницу будет вечеринка. Финн вчера сказал, что пригласил и Лию. «Какой добродушный жест с его стороны» – прокручиваю мысли в голове и повторяю их, ведя тачку по свободной дороге. Понимаю, что я соскучился по мотоциклу, но пока мои ушибы не до конца спали, мне придется кое-как удерживать свою пятую точку на водительском сиденье автомобиля. Вообще, чувствовать стал себя лучше: выспался, отдохнул. Спокойно делаю домашнюю работу, хотя на самом деле, делать её мне не особо хочется. Какая-то апатия ко всему.
А вот батя меня изрядно подбешивает. Я никогда не видел, чтобы он вёл себя так с покойной матушкой. Будто бы в нём что-то поменялось. И это выглядело, как минимум, очень странно. А как максимум, я даже не припомню, чтобы он так стелился перед ней.
Мой больничный продлится до понедельника, а во вторник мне уже посчастливится вновь окунуться в учебные будни. Не знаю, хорошая ли это идея, чтобы Лия пошла на вечеринку, ведь, зная то, что на них происходит, у меня невольно сжимаются кулаки от злости, стоит мне представить её на ней. В ту же секунду, я понимаю, что бессмысленно думать о плохом: оно рано или поздно настигает. Поэтому, отогнав ненужные мысли, я доехал до дому и припарковал тачку.
Днём мне позвонил Филл.
– Здорово чувак, – произнес он на немецком.
– Здорово.
– Как твое?
– Сойдет, – фыркнул в трубку, потирая глаза. – А твое?
– Сносно. Только скучно на парах, – с толикой грусти ответил друг. В трубке послышался голос Маркуса, который истерично хохотал.
– Я вижу, как вам скучно, – выдохнув трубку, смотря в потолок.
– Ну че, не передумал идти на вечеринку?
– Нет, – твердо заверил Финну. – А должен?
– Ну мало ли… – задумчиво произнес других, словно, пытался что-то вынюхать. – А Лия?
Пытаюсь поддавить в себе глупые мысли, стараясь как можно мягче реагировать на такие вопросы, ведь, в них нет ничего странного. Беру в руку теннисный мяч и начинаю кидать его в потолок, умело ловя обратно ладонью.
– Не знаю, – пробормотал я. – Она не говорила со мной на эту тему.
– Мария-Луиза сказала, что она вроде бы согласилась…
Финн произнес это так, будто бы я запрещаю Лие куда-то ходить после учёбы. Бред собачий!
– Ну хочешь, спросил у неё сам, – пытаюсь закончить этот разговор, чтобы ненаболтать лишнего. – Она же сегодня в универе…
– Мне влом поднимать свою пятую точку, – издал короткий смешно, Финн явно не был настроен на то, чтобы спрашивать у Лии что-то.
– Понятно.
В трубке повисло молчание, а комнату разрывал очередной звук отскакивания теннисного мяча.
– Ты сможешь в пятницу помочь с приготовлением?
Закатываю глаза, ловлю мяч и выдохнув из себя, говорю:
– Ладно, помогу.
– Good, – ответил друг, но мне кажется, что-то не договаривает мне. Продолжая кидать теннисный мяч в потолок, я спросил:
– Все в порядке?
Фин выдохнул из себя.
– Ну…
– Говори, – шиплю в трубку, спс того не понимая.
– Короче, Маркус и Леон сказали, что это плохая идея рассказывать тебе.
– Почему же? Опять самую лучшую теплку склеил Маркус? – практически выдавливаю из себя с ехидностью, но всем нутром чувствую, что здесь что-то не так.
Финн тяжело выдохнул в трубку.
– В общем, – говорил он, – вчера в универ явился Ганс.
– Так он же там учится, – выдал короткий смешок, – разве нет?
– Да, учится, но…
Слышится, как Маркус что-то шептеч Финну, но я не могу разобрать, ято именно.
– Короче, Ганс вчера пытался вновь приклеится к Лии.
Мяч отбился от потолка и ровно лег мне в ладонь. Ощущаю, что в жилах закипает злость. Я пытался ровно дышать, но выходило это у меня с трудом.
– Повтори… – будто бы сам того не понимая, произнес это слово, практически не шевеля губами.
– Вчера Ганс приставал к Лии.
Не дышу.
Сложно совладать с внутренней злостью. Мне хотелось разгромить всю комнату, вылить во что-то злость, но… я не стал.
– Эй, чувак, ты еще тут? – спросил в меня Финн, явно заметив, что я замолчал.
– Ja, – ответил ему, но голос мой дрожал. – Я тут.
– Тебе Лия об этом не говорила?
Молчу. Не знаю, почему, но слова совершенно не вяжутся на языке.
– Nein, – срывается с моих уст.
– Значит и я тебе ни о чем не говорил, – добавил Финн и тотчас произнес: – Ладно, нам пора.
– Ich rufe an, – чуть ли не шепотом произнес в ответ.
Моя рука по прежнему была согнута, я держал теннисный мяч, пялюсь в белый потолок. Вдруг, ни с того, ни с сего, со всей силой запульнул этим мячом в угол комнаты. Теннисный мяч отскочил от стены, сбил пару старых фотографий, что были в рамках, статуэтку стоящую рядом.
– Сукин ты сын, – выругался я в пустоту. – Надеюсь, у тебя хватит ума чтобы не заявляется на вечеринку Финна. Иначе, я за себя не ручаюсь!
Все оставшееся время я нервничал. Плохое предчувствие играло на оголенных нервах и я едва ли не сорвался на доставщика пиццы, лишь потому, что он задержался на пару минут от указанного времени. Было ли это глупо? Несомненно. Но я точно знал, что со мной происходит что-то странное.
Отец и Анна уехали на выходные в Фридрихсхафен к кузине Хильде Хоффман, которой просто не терпелось увидеть Анну в живую. Надеюсь, что за двое суток мы с Лией не подеремся. Финн попросил помочь ему с приготовлениями, однако оставлять одну Лию я был не намерен. Заранее сказав ей о том, что нам нужно быть там раньше, Лия нехотя согласилась и вновь ушла в свою комнату. Подойдя ближе к двери, я постучал трижды в нее. В ответ была тишина.
– Тебе ванна нужна? – спросил я, но в ответ послышалось едва ли различимое «нет». Подавляющее плечами, я направился в душ, закрыв обе двери. Приняв его, почистил зубы и уложив волосы, я стоял посередине ванны в боксерах и разглядывая себя в зеркале.
Нет, ну спору ноль – тело мое с отличной форме. В этом нет ни малейшего сомнения. Я красавчик, чего уж тут скромничать!
Освободив ванную, пошел искать вещи. Нужна была удобная одежда, потому что мало ли что… Девчонки, конечно, могли похвастаться потрясающими платьями, которые едва ли прикрывают одно очень интересное для мужчин место, а вот наученный горьким опытом я решил, что чем удобнее одежда, тем проще выдержать накал вечеринок. Поэтому, я нацепил на себя белую футболку и черные рваные джинсы. Поверх футболки надел джинсовую карту. Нацепил на шею оберег на кожаной шнурке, который частенько надевал на вечеринки. Выбрал черные кеды марки Converse. Не забыл взять кошелек, телефон, ключи от тачки… презервативы (ну мало ли что будет), и в целом, я был уже готов.
Лия по-прежнему не выходила из своей комнаты. Выйдя в коридоре, я вновь постучал в дверь, но ответа не было. Дёрнул ручку и..дверь поддалась. Лия стояла напротив зеркала и смотрелась в него. Услышав шорох, она обернулась. В её глазах читалась грусть. Я задержал дыхание. Лия была… Прекрасная!
На ней был тёмные джинсы, которые шикарно подчеркивали упругие ягодицы, персикового цвета рубашка, через которую просвечивался темный топ. Её шоколадные волосы были завиты в воздушные локоны. На лице легкий макияж.
– Ты готова? – язык предательски не поворачивает, поэтому, фразу я чуть ли не бубню себе под нос.
– Да, – отвечает Лия и вновь смотрится на себя в зеркало.
– Что ты там пытаешься разглядеть? – спрашиваю, а сам не могу оторвать глаз от неё.
– Просто сомневаюсь, что это подходящий наряд, – выдыхает из себя девушка, и, больше не задержавшись у зеркала, направляется ко мне.
– Нормально ты выглядишь, – подводя итог понимаю, что мне чертовски необходимо сделать ей комплимент, но… я не могу.
Лия слабо улыбается. Он подходит ко мне ближе и спрашивает:
– Едем?
Я задерживаю дыхание. Впервые за все это время, мне хочется впиться губами в её губы. Это желание съедает меня изнутри. Лия, как мне кажется, замечает это, поэтому в её взгляде виднеются едва ли заметные искры недопонимания.
– Ты уверена, что поедешь именно так?
Лия задумывается.
– А что не так то?
– Лучше возьми с собой куртку, – мягко говорю ей.
Лия отводит свой взгляд, следом закусывает губу изнутри и… идет к гардеробу. Вещей у неё не так много, как у ее ровесниц, однако, она достает тёмную джинсовую куртку и кладёт её на руку.
– Так нормально, папочка?
Лия шутит, а вот у меня с этим словом возникают неприличные мысли. Даже слишком неприличные, отчего мгновенно пересыхает во рту. Сглатываю тягучую слюну с пытаясь держать себя в руках. Не знаю, почему, но между нами с Лией вечно какое-то нездоровое напряжение. И надеюсь, что она тоже это ощущает.
– Пойдем, – говорю ей стиснув зубы и резко развернувшись, иду на выход. Лия плетения за мной.
– А родители не сказали, будут ли звонить?
– Вряд ли, – отвечаю ей спускаясь по лестнице. – А что, соскучилась уже?
– Нет, – мгновенно отвечает девушка. – Наоборот, я не хочу чтобы они звонили.
Усмехаюсь.
– Согласен.
Дойдя до машины, я открываю переднее сиденье. Лия от этого жеста приходит в недоумение, которое после сменяется легким испугом.
– Спасибо, – робко говорит она, подходя к переднему сиденью. На какую-то долю секунды мы замираем, и, мне кажется, не дышим. В тусклой свете гаражного лампы, сводная кажется мне прекрасной. Нет, не кажется… она правда прекрасна. Я словно окунаюсь в пушистый ванную сладкой ваты, утопия в нежной улыбке Лии. Мне хочется продлить этот мир, но девушка отводит взгляд и усаживается в машину.
Ровно одну секунду я стою неподвижно. Вдыхаю шлейф вкусных духов Лии и выдохнув из себя захлопываю дверь.
Что ж… Я надеюсь, на этой вечеринке ничего дурного не произойдет.
Дорога до Финна заняла ровно десять минут езды на машине. Казалось, на кой хрен я взял тачку, если планирую выпить? Но чисто на подсознательном уровне я понимал, что пить сегодня не буду. Да и курс таблеток ещё не пропил, а я помню, как в последний раз я записал сильнодействующий обезбол виски, и чувствовал себя после этого адского коктейля паршиво.
Лия нервничает. Наверное, она в первые жизни будет на зарубежных вечеринках, раз у неё возникло такое волнение. Однако, не могу себя пересилить, чтобы спросить у нее: все ли в порядке? Да и нужно ли спрашивать?
Припарковав тачку на лужайке около дома другая заметил, что Финн стоял на крыльце и курил Lucky Strike. Заглушив мотор я вышел из тачки. Лия поспешила сделать тоже самое.
– Чувак! – воскликнул Финн, раскидывая руки в сторону, как гордый орёл. – Я не думал, что вас будет больше, чем один!
– Геометрическая прогрессия не твой конёк, – отвечаю я, убирая ключи в карманы джинс.
Финн улыбается, делает затяжку и выдохнул серый клубок дыма, добавляет:
– Рад, что ты пришла, – обращается он к Лии и чуть ли не целует её в учить руки. Сводная испугалась. Я видел, как она тревожно посмотрела на друга, а после, проглотила соленую слюну.
– Мне всегда было интересно, какого это на таких вечеринках.
Финн уже дрябнул. Его глаза в свете фонарей и мягкой тени домов сверкали. Друг расплылся в мерзкой улыбке, которой он соблазнял других девах. Уже хотелось было протянуть руку к Лии, чтобы приобнять её за плечо, но ч резко стукнуло его по руке, победив сквозь зубы:
– Имей совесть, она моя сводная!
Финн нахмурился. Но этот мгновенно сменилось на лукавый улыбку. Друг что-то задумал, чепушила.
– Ой да брось, я же её не в постель веду! – отчеканил он, по-всей видимости, недоволен моими словами.
– Ещё бы ты её потащил в постель.
– А ничего, что я тут стою!? – спросила Лия и мы все вместе переглянулись.
Финн вновь улыбнулся своей дурацкой улыбкой, затянулся последней затяжной и затушил бычок о ботинок.
– Что ж, добро пожаловать в мою крепость!
– С родителями, – пробурчал я п себе под нос. Финн по-дружески пнул меня в плечо, но я не отреагировал.
– Не слушай своего сводного, ему последние мозги отбили.
Если бы не Лия, то я набрал бы задницу Финну, а после, мы бы поехали в бар и набухались бы в дребезги. Но…
– У вас крепкая дружба, – робко произнесла Лия, идя впереди с Финном, а я как старый пёс плелся позади. Несомненно, мои глаза были устремлены только в одном место. На задницу Лии. Она меня загипнотизировала, заставляя неотрывать взгляда. Я даже погряз в своих дурацкий мыслях, которые генерировались быстрее, чем скорость света. Одна за другой, мысли поработили мое сознание, воспламеняя перед глазами самые непристойные фантазии.
– Да, Тео?
Голос Финна все разрушил. Фантазии превратились в пепел, Ли смотрела на меня как на придурка, а Финн требовал ответить на его вопрос, который я не услышал.
– М? – промычал я, вопросительно смотря на Фина.
– Я говорю, что ты мастер барбекю!
Мы заходим в дом. В гостинной чисто, но, через каких-то пару часов, здесь будет полный хаос.
– Это точно, – отвечаю ему и закрываю за собой дверь.
Мы останавливается по центру гостинной. Лия внимательно рассматривает все, что попадется под её взор. Финн тем временем, как напыщенный клоун, пытается переманить внимание Лии на себя.
– Вот моя лачуга, – говорит он так методично, что у меня сводить зубы от попытки запикапить сводную.
– Мило, – отвечает она, оглядываясь.
– В общем, мне нужна ваша помощь!
Финн падает через спинку дивана на белое сиденье, по-детски поглядывая на нас.
– И в чем? – спрашиваю я, сложив руки на груди, но по-прежнему стоя около Лии.
– Нужно разложить закуску, стаканчики и тарелки, – говорит Финн, все пытаясь украдкой поглядывать на Лию, которой как мне кажется все равно на заигрывания Финна. – Закрыть важные двери, убрать ценные вещи и…
– Dude, – восклицаю я. – До начала вечеринки не так много времени, мы не успеем!
– Основная масса явно придет после десяти, – говорит он, – так что…
Хмурюсь. Лия не дергается с места, будто бы её ноги утопают в бетоне.
– Ладно, мальчики, – заявляет Лия, засучив рукава рубашки. – Я займусь едой, а вы силовой работой.
Глаза Финна загорелись ярким огнем. Боже, он не исправим!
– Показывай, где у тебя кухня? – добавила Лия, и украдкой посмотрела на меня.
Глава 15. Лия
Гости начали прибывать раньше, чем предполагал Финн. Все это время, Теодор вёл себя слишком странно: резко реагировал на шутки Финна; из его рук все валилось. Тео был раздражен, но было неясно, чем вызвано такое поведение.
– Фух, – воскликнул Финн, демонстративно умираю рукой лоб, хотя он ничего толком и не делал. – Вроде бы все.
– Да, – сказала я, засовывать в задние карманы джинсов руки. – Все готово.
Теодор жевал яблоко, лишь искося смотря на меня.
В дверь кто-то позвонил. Финн постучал пальцами рук по столешнице, на которой красовалась огромная чаша пунша, а после пошел открывать дверь. Мы вновь остались наедине с Теодором. Опять. Однако продолжали молчать. Тео слишком горд, чтобы самому рассказать, что его тревожит. Мне хотелось, чтобы между нами не было недосказанностей.
