Текст книги "В двух шагах до контакта (СИ)"

Автор книги: Темные Окна

сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 26 страниц)

В двух шагах до контакта

Рассказ 1

Меня зовут сэр Альберт Лонгсворд, я сын достойного барона Септима Лонгсворда и опоясанный рыцарь. Я силен, умел и красив, хотя последнее скорее заслуга моей матери, баронессы Амалии. Наш замок стоит в живописном местечке на скале, возвышаясь над окрестными землями, выступая видимым гарантом спокойствия законопослушности.

Как приятно вспоминать о доме, зеленых полях и тенистых лесах в которых знаком каждый куст, о веселой речке бегущей через всю долину, рыба из которой вполне могла бы украсить стол королю, (если бы она туда попадала). Дом, милый дом, как же далеко я сейчас.

Все началось когда наш придворный маг Рубеус обнаружил в своем багаже ту древнюю книгу с картой, якобы показывающей расположение пещеры в которой хранится артефакт эпохи прежних правителей нашего континента – эльфов. Как он выглядит, в книге описано не было, но определенно это должно быть что-то изящное и полезное, если конечно верить во все эти дифирамбы и расшаркивания вокруг нее в книге. Хотя эльфийские драгоценности вообще очень красивы, отец показывал мне, тогда еще несмышленышу, подобные вещи на благородных дамах на королевском балу в столице. Хотя тогда меня больше интересовало удастся ли мне попробовать того восхитительного торта и не опозорить отца какой-нибудь глупой выходкой. Сейчас смешно вспоминать эти чопорные мордашки детей, старающихся во всем походить на взрослых. Это сейчас я пониманию как это забавно выглядело.

Но я отвлекся. В данный момент идет то-ли 25, то-ли 27 день моего путешествия за этим артефактом. Покинув отчий дом я отправился на поиски. Как и положено странствующему рыцарю по пути я совершал подвиги и терпел лишения, но все они были крайне мелкими недостойны упоминания в сей летописи. Все как обычно, плохие дороги, с тех пор как покинул свое баронство, их отсутствие (после границы обжитых земель), скука и отсутствие нормальных собеседников и попутчиков. Не считать же за такого крестьянина везущего в отдаленный хутор товары с ярмарки в последнем посещенном городе. Хорошо хоть погода способствовала моим устремлениям, теплые ночи вполне позволяли ночевать прямо в поле под открытым небом, лишь бросив попону на землю и пристроив голову на седло. Самым ярким эпизодом последних дней была стычка с небольшой волчьей стаей, которую я успешно расстрелял из арбалета. Наибольшую проблему составляли завалы и буреломы через которые было крайне сложно перебраться и провести коня.

Оп, опять отвлекся. Так вот, сегодня преодолев очередной перевал я наконец увидел цель моего путешествия – голую скалу в форме головы дракона. Хотя мне этот булыжник больше напоминал ящерицу-зеленопузку, греющуюся на камнях мостовой на дороге к замку. Но с автором манускрипта мне спорить ни к чему, да и бессмысленно это, доказывать свою точку зрения магу, помершему в незапамятные времена, когда еще эти земли принадлежали остроухим. Магам и без того сложно что-то доказать, уж в этом я точно убедился на уроках риторики с Рубеусом, о скольких мук мне стоило, каких аргументов и красноречия я перевел на этого толстяка в бессмысленных попытках доказать «что дождь падает с облаков на землю, а не наоборот». Это теперь, взрослым я понимаю всю тонкость педагогического воздействия хитрого толстяка. Но именно ему я благодарен за способность владеть словом (и громкость командного голоса), и широкий кругозор в знаниях. Этот дневник я веду именно для него. Очередной раз толстяк меня провел, – «Ах благородный Альберт, мой почтенный возраст препятствует моему желанию отправится в путь с Вами. А посему ничтожнейше прошу поделиться всеми наблюдениями о дороге, которой Вам удостоится чести пройти. А дабы память человеческая не потеряла мельчайших подробностей происходящего, пишите дневник, подобно героям баллад и жизнеописаний, Достойнейших из достойнейших рыцарей, дабы история сохранила их в целости.» опешив от такого обращения от сварливого последнее время мага (видимо самогон не гонится или еще чего не ладилось в лаборатории). Я ответил – «Разумеется», быстрее чем понял свою ошибку. Теперь расплачиваюсь, «ибо слово данное нужно держать аки щит свой», занимаясь нудным и скучным занятием.

Писать было совершенно не о чем, где все эти геройские подвиги? В последней таверне меня попытались обсчитать, а волки были мелкими и какими-то ободранными. Вот и все события за последнее время. Где чудовища чтобы их повергать в прах могучими ударами, или принцессы требующие немедленного спасения от разбойников? Только пыль, слепни да редкий дождик.

Но ничего завтра все изменится, до ночи я точно доберусь до скалы и займусь поисками. Ну не может такой артефакт просто лежать на полке. Обязательно будут лабиринты полные смертельных ловушек и сражений и охранниками.

Да что же мне не везет-то так! Просто пещера, обычная дырка в камне, как погребах в деревне, полтора десятка ступеней (ни одной с ловушкой или хоть качающейся), зал десять на пятнадцать шагов, невысокий постамент и статуэтка на нем. Все. Статуэтка красивая правда, изображает красиво связанную девушку на коленях с заброшенными на голову руками. Из одежды одни веревки на приятном на вид теле. Все выполнено с потрясающей детализацией, каждый локон, каждый виток веревки можно рассмотреть. Теплая на ощупь. Где великое колдунство? Удар грома при прикосновении к Святыне? Где толпы охранников и/или зомби пытающихся убить нечестивца? Отец полосу препятствий на праздниках и то хитрее конструировал. Пришел, забрал, ушел…

Глава 1

– Эй, рыцарь-летописец, пойдем ужинать, отец с работы пришел – раздался из-за двери голос мамы. – если опоздаешь на добавку десерта не рассчитывай. Ну вот, последние крохи вдохновения развеялись, хотя и было из и без того мизер. Ну хоть перекушу вкусно. Мама всегда готовит вкусные десерты, особенно когда у нее хорошее настроение как этим утром. Закрыв файл я выскользнул из-за стола.

По быстрому помыв руки и пригладив волосы я устроился на своем месте за столом. Отец и сестра уже сидели, предвкушающе ловя запах мяса тянущегося с кухни.

– Привет пап! Как дела на работе? – поинтересовался я, после того как с вкусняшками было покончено и все сыто откинулись на спинки стульев.

– Да как обычно, минимум текучки, все работает как часы, даже скучно в чем-то. У тебя как? Не устал еще бездельничать?

– Не, у меня пока фаза наслаждения заслуженным отдыхом, – действительно, каникулы начались всего неделю назад и предстоящий отдых радовал душу. Экзаменационная неделя заставляет подобраться и сосредоточится, и сейчас наступил откат от нее, нервы расслаблялись, по школьным друзьям еще не успел соскучится, кружки по интересам тоже начнут работать лишь со следующей недели. – решил не слишком расхолаживаться и взялся за задание по литературе, рассказ пишу бестолково-фантастический.

– А что ты его так?

– Так придумать не могу о чем писать, события не придумываются. Сам посуди, герой – рыцарь, едет в поход за финтифлюшкой за тридевять земель. Чего вставить? Разбойники? Так они профессионалу на «поразмяться» не хватит. Волки – тем более. Если не будет возится со снятием шкуры то даже время не займут. А он не будет, так как не сезон для шкур, да и бестолково утяжелять поклажу нет смысла, продать некому и испортятся.

– Ну а чудовища какие, драконы там или принцессы?

– Пап, ну откуда они возьмутся рядом с людьми? Любая живность людьми всегда истребляется если приручить не вышло. Либо для предупреждения агрессии либо на мясо и прочие ресурсы. Или как вредители посевов. Те что уцелели сами сбегут.

– Ну а там всякие эльфы с цвёльфами и прочими амазонками? Магия-то хоть будет?

– Да не знаю пока, трудно придумать то чего никогда не видел. Заимствовать чужое не хочу, а на оригинал пока мысль не поймал за хвост. Может подскажешь чего?

– Хмм, интересный вопрос… – отец собрал бороду в кулак и задумался. – сдается мне, что ты уже сам придумал, только формулировку с меня хочешь. Ты ее и сам знаешь – третий закон Кларка «Любая достаточно развитая технология неотличима от магии.» посмотри вокруг, поставь себя на место своего героя и посмотри еще раз. Вот она магия как есть.

– Ну, что-то такое я и собирался сделать…

– Не возражаешь если я потом зайду почитаю, может еще чего подскажу. В «заклепкометрии» посоревнуемся?

– Не вопрос. – «заклепкометрией» отец всегда обзывал споры от технических нюансах каких-либо изобретений исторического толка. С его широким кругозором, знанием техники и способностью «подрезать крылья» особенно отчаянным спорщикам ехидным комментарием, его любили призывать на свою сторону. После его вмешательства спор обычно разгорался с новой силой, но в другом русле, обычно более конструктивном. «Инженер – это звучит гордо», обычно посмеивался он.

– Ладно, беги, а мы тут с Ди посовещаемся немного. – и отец перенес свое внимание на маму.

Отчего-то он он всегда называл нас всех укороченными именами, «Ди» говорил о маме, Диане Олеговне, «Ветка, Веточка» – на мою младшую сестренку Светлану, «Макся» про меня.

После обеда желание и вдохновение продолжать застрявший рассказ не было, но в сети появились приятели и зазвали на прохождение нового уровня стрелялки, недавно сваянного неугомонным Славиком, большим любителем всяческих модификаций и моделирования. Вечер проскочил достаточно быстро. Так что спать я завалился далеко за полночь. Ночного отключения электричества я не заметил.

Интерлюдия 1

Михаил, зайди ко мне как переоденешься – обратился шеф, едва тот зашел в бытовку. Переодевшись и поздоровавшись почти со всей дежурной сменой и половиной сменившихся, Михаил Андреевич зашел к начальнику энергоцентра.

– Чего приключилось, с чего это ты меня накануне отпуска зовешь, не иначе как какую гадость придумал? Так я тебе сразу скажу, даже не думай, у Ди на меня большие планы, и явно более приятные чем все что ты тут измыслишь. – весело произнес Михаил своему шефу.

– И тебе привет, – удрученно пробурчал Игорь, поднимая со стола несколько бумаг, – На вот, ознакомься.

Листки были подозрительными, от них отчетливо веяло неприятностями. График мощности нашей энергоцентрали показывал серьезный прирост нагрузки, что в общем-то было нетипично, потребности производств и прочих потребителей таких скачков дать не могли, все давно выверено. Следующий лист был сводным, на нем были диаграммы всех поставщиков энергии, тут и обнаружилась причина наших проблем, третий узел за эти сутки плавно снизил подачу до нуля. Чтобы компенсировать пришлось выводить на полную мощность собственные системы. И долго в подобном режиме централь работать не могла. Резервы были, но как всегда относились к аварийным, тщательно сберегаемым как начальством, так и своими. «Запас карман не тянет», и теперь из этого кармана потянулась тоненькая ниточка расхода. Михаил встревоженно поднял взгляд на Игоря. – дальше читай – ответил тот, – остальное еще хуже. Третий листок был копией рапорта от связистов, связь с третьим узлом была потеряна почти двое суток назад. Сказать по правде подобные новости случались время от времени, зимние месяцы вообще были тяжелым испытанием для техники, какой бы совершенной она не была. Но обычно суток вполне хватало для исправления любых технических неполадок. Михаил вчитался в текст более внимательно. «проведенная проверка свидетельствует о полной работоспособности оборудования связи. Системы удаленного мониторинга отвечают на запросы штатно, автоматические тесты проходят без задержек… Сигналы личных браслетов соответствуют физиологическим нормам…»

– И что ты об этом думаешь?

– Тебе цензурно? Проблема у нас нарисовалась. А что «бесполезники» говорят?

– А они говорят что все еще хуже чем мы думаем. Видеомониторинг выдает серые экраны на большинстве камер, а которые показывают стоят по заброшенным углам. Новая смена не вышла на работу и непонятно куда делась старая если автоматика начала действия по протоколу «мертвой руки», но это ты и сам видишь. График снижения подачи у тебя в руках.

– Вот же черти в лаптях в три ряда, колокольцами звеня… чего делать будем?

– Нужно ехать на объект, перевести систему в режим автоматического обслуживания можно только на объекте, сам помнишь сколько там возни. И сделать это быстро могут только два человека, сам знаешь кто. Так что плакал твой отпуск. Или еду я, а ты садишься в это кресло, или наоборот. Лучше если поедешь ты. «Тройку» ты лично собирал и настраивал, никто не знает ее лучше. Решай кого возьмешь из техников и вперед. Отпуск я тебе на это время перенесу, и пару-тройку дней прирежу по возможности. Думай.

Терять отпуск совсем Михаилу не хотелось совершенно, как и сидеть в кресле начальника пока тот будет в отъезде. Да и проверками всю голову замылят, повод-то сам нарисовался. С другой стороны перевод всех систем на удаленное управление было не слишком сложным технически, сколько муторным. Пара техников и он сам вполне способны это выполнить за неделю не напрягаясь, или уложится в три-четыре дня если работать ударно. К тому-же «тройка», ее узлы и агрегаты были знакомы даже лучше чем свои пять пальцев одной руки. Честно говоря ее давно можно было перевести на автоматику, свободные смены там больше занимались обустройством поселка, чем что-то монтировали из систем. Подступившая зима помешала полностью ввести в строй новый поселок. И добровольцы решили остаться там на зимовку. «заодно и город выстроим, по весне удивитесь». Но что-то пошло не так. Сильно не так. Системы энергоцентрали были заглушены штатной автоматикой, оставшейся без присмотра людей более чем на сутки. «Мертвая рука» таковой по факту не являлась. Аврал в другой части поселка? Сложно представить ситуацию когда могло потребоваться вмешательство всех людей оставшихся зимовать на практически готовом объекте. Больших техногенных аварий просто не могло произойти, все системы дублировались и резервировались с запасом прочности минимум втрое. А критические и вовсе. Нет, здесь что-то другое. Но выяснить можно только на месте. Нужно ехать.

– Слушай, а если я Макса с собой возьму, это не будет нарушение каких-нибудь замшелых инструкций? У него как раз каникулы вот и попутешествует.

– В катастрофу значит не веришь?

– Так ведь нечему там ломаться, все проверено и вылизано. Самое большее – дверь в диспетчерскую заклинило, или что вероятнее пропуск устарел. А как у связистов оборудование глючит все знают. Повис какой-нибудь маршрутизатор, а обнаружить и перезапустить спецов нет. В их проводах всегда черт ногу сломит, «паутинщики» блин.

– Да как хочешь, вездеход все равно полупустой пойдет. Ты, безопасник за рулем, ну ему так и так ехать, да пара техников. Определился кого возьмешь?

– Василича с Зеленым. Ах простите, Подгорельского и Зеленцова. Если согласятся конечно.

– Да ладно тебе, и так все знают твою дурную привычку, главное в документах опять из так не обзови. А то кадровики неделю дулись что пропустили. Пришлось шоколадку нести. Заметь, мне за тебя.

– Ну так ты тоже не глядя подписал.

– Все, закончили, дуй к мужикам и домой собираться, выезд через три часа. Как раз рассветет. В гараже встретимся, там и бумаги подпишете. Зипы уже грузят.

– Договорились.

Пожав руки друзья разошлись. Михаил двинулся в слесарку, ловить Василича. Яков Васильевич Подгорельский был в какой-то мере местной достопримечательностью, специалистом на все руки, способным на любые работы, от токарных и сварочных до отладки программ роботизированных комплексов. «Только детей рожать не умею, природой не предусмотрено» шутил он. К тому же он являлся внештатным специалистом, что в данной ситуации было особенно ценным, ему не требовалась замена и перекройка графиков дежурств. Широкий и крепкий старик, возраст которого выдавала только совершенно седая шевелюра, да выцветшая радужка глаз. К тому же старик был изрядным авантюристом, но авантюры его всегда тщательно просчитывались и продумывались, поэтому неудачи редко его посещали. Уговорить его отправиться на тройку Михаилу удалось буквально с первой кружки традиционного чая, которым Василич всегда угощал посетителей. «Нищему собраться – только подпоясаться», бодро ответил старик и пошел собирать инструмент. Эта его способность всегда положить с собой нужный набор инструментов всегда удивляла окружающих. Куда бы тот не пошел, с чем бы ему не пришлось столкнуться, у него всегда находился нужный в кармане.

Зеленцов напротив был молод, недавно окончивший институт он с радостью нарабатывал опыт и из предстоявшей работы его огорчало только расставание с подружкой. Согласившись и получив подтверждение командировки от начальника умотал собирать рюкзак, в отличии от Михаила и Василича у него это займет больше времени. Просто от недостатка опыта внезапных путешествий.

У Михаила оставалась еще два часа и три невыполненных дела неопределенной сложности: два раза уговорить Диану и договориться с сыном. Решив начать со сложных он отправился к жене на работу.

Миновав проходную он сразу направился в кабинет начальницы теплиц. Диана была там.

– Привет, родная!

– Миша! Что-то случилось? Почему ты тут? – заволновалась она.

– Да как сказать, случилось, ты только не волнуйся так. Мой отпуск немного откладывается, самое большее на неделю, как раз к твоему подгадаем. Так что все наши планы остаются в силе.

– Так что случилось, ты вряд ли приехал чтобы сообщить мне только это?

– По чьему-то разгильдяйству ночью отключился «Рассветный». Меня отправляют туда разобраться что случилось, «хвосты вертеть и гайки крутить», будем переводить на автоматику.

– А что с людьми? С ними все в порядке? Никто не пострадал.

– Ди, ну ты же знаешь наши системы, все зарезервировано и перепроверено. С людьми ничего не может случиться. Им совершенно негде пострадать. На наших объектах как-то навредить себе надо очень сильно постараться. Скорее всего пропуск внутри забыли и сидят сейчас перед дверью. Придумывают чего придумать по убедительнее. Браслеты передают сигнал, медицинские показатели в рабочих рамках.

– Ну да, техника подвести не может, как же… Миш, там же люди оставались. Они как, без энергии сидят?

– Нет, конечно. Запаса в аварийной линии хватит еще на месяц, что ты. За это время можно новый энергоблок собрать. Тем более со мной ребята поедут.

– Да знаю я твою непоколебимую уверенность в твои железки и их надежность. Связь с ними есть?

– Вот с этим хуже. Телеметрия идет, голосовой и видео – нет. Но аварийных сигналов не было.

– Значит ты уезжаешь на неделю. Жалко, – Диана обняла мужа уткнувшись в его грудь.

– Тоже жалко. Не расстраивайся, за неделю сделаем и поедем в отпуск. А давай я еще Максимку с собой возьму. Все равно каникулы у него, и тебе меньше готовить, и нам лишний помощник. И ему смена обстановки.

– Поезжайте, но чтобы звонили регулярно. И питаться не забывайте нормально, а то знаю я вас, опять на армейских рационах сидеть будете.

– Ди, ну ты чего? Мы же не на полюс едем. В «Рассветном» люди, мы их никак не объедим.

– Угу, ты с Василичем опять найдешь какую-нибудь диковинку и будешь над ней хлопотать на сухпайке. «Чтоб понять извивы мысли конструкторов данного убожества» и «как подобное вообще можно было придумать и каким местом». А Макс состроит глазки девчонкам и будет лопать сладости, как прошлый раз. И не говори мне что он уже большой и взрослый.

– Вот так ему и скажу. «назначаю тебя, Маська, ответственным за наше прокормление». С ним я точно про обеды не забуду.

– Ну раз на все отговорки нашел, поезжайте. Ведите себя хорошо, младших не обижайте, Василичу не наливайте, девчонкам глазки не стройте. А то будете у меня две недели молочную лапшу есть!

– Все что угодно только не это – в притворном ужасе поднял руки Михаил.

Наобнимавшись и нацеловавшись на неделю вперед, так что губы припухли у обоих, как у дорвавшихся подростков, Михаил и Диана расстались на долгую неделю.

Глава 2

Меня разбудил звук шагов в коридоре и радостно-довольный призыв отца, стягивающего одеяла – вставай, соня, нас ждут великие дела!

Скорчив жутко недовольное и сонное лицо я повернулся к улыбающемуся отцу – или я разоспался, что побил свой рекорд, или тебя здесь быть не должно! – Заявил я ему, всем видом изображая негодование по поводу такой побудкой. Сказать по правде я уже отлично выспался, чувствуя себя отдохнувшим и полным сил. Но отдать кому-то лишнюю возможность просто поваляться в кровати в выходной?

– Максимка, вставай. Я еду на третью централь в командировку, если хочешь можешь со мной, мама разрешила.

– Не шутишь? – лень и расслабление уже покинули мое тело от такой встряски. – там что-то случилось?

– Ничего такого, что нельзя исправить гаечным ключом и ломом, приложенным в нужное место. У нас полчаса на сборы, а еще тебя надо позавтракать, срок похода – неделя, – сказал отец, посмотрев на браслет, – Так что собирайся в темпе вальса.

Так, первое что надо сделать – это подавить кипящие эмоции и подойти к сборам со спокойной сосредоточенностью. Судорожные метания только увеличивают затраты времени.

Достать из шкафа сменное надельное белье на неделю. Термозащиту и пару рабочих комбинезонов, все равно не выгонит если приду помогать, а я приду. Обязательно. Это и дополнительный опыт с «железками», и интересные рабочие байки, которые обязательно будут рассказаны во время работы. А если поедет дядя Яков, то вообще замечательно. На сколько я знаю, он был замечательным рассказчиком и знал их огромное число, ни разу не повторившись за время что я его знаю. Так, инструмент для личной гигиены и расходники к нему, – как обзывает его папа. Планшет-очки-перчатки, для личного развлечения, скорее всего не понадобятся, но пусть будет. Пакет армейского рациона. «Идешь в лес на день, хлеба бери на неделю», любимая поговорка деда, маминого отца, которую от всегда повторяет перед поездкой или походом. Да и я поверил в нее, когда наш автобус засел в яме на обратной дороге с экскурсии. Появившиеся блестящие упаковки рационов смогли легко сманить внимание дошколят с проблемы на выяснение у кого «вкусняшка» вкуснее и какой у кого вкус десерта. Проверить еще раз список и переложить в рюкзак. Все я готов. Довольный, я двинулся на кухню. Папа как раз снял с плиты сковородку с яичницей с колбасой и горошком.

– Наливай себе чай и жуй в темпе. Хотя… – он посмотрел на часы, у нас еще есть неплохой запас времени. Взяв свою кружку он устроился на своем месте за столом. – можешь задавать вопросы.

– Чего там произошло, раз ты так сорвался? – задал я интересующий меня вопрос.

– О, это страшная тайна, покрытая мраком. Ночью третья централь плавно снизила нагрузку и штатно отключилась. До людей не дозвонились, на браслетах «зеленый» код, связисты как всегда говорят что они не причем. Так что выбирай чем займешься.

Это был изрядно сложный вопрос, вариантов действительно много. Помогать отцу в ремонте энергоузла, или пролезть самому по техническим коридорам и найти обрыв связи, можно покрутиться с безопасником, посмотреть как он ведет расследование. Даже такое небольшое происшествие не может быть проигнорировано, должны быть выяснены причины. Или помочь людям «Рассветного» в обустройстве, да мало ли где еще могут пригодится свободные руки с инструментом. Нет, надо выбирать на месте, слишком много неопределенностей. Выбор надо делать осознанно и логично, чай не цветы выбираю.

Закончив завтракать и помыв посуду, последний раз окидываю комнату взглядом, вдруг еще чего забыл прихватить. Нет, ничего серьезного, а прочее брать не стоит, а то всю комнату можно в рюкзак запихать. Повесив на шею наушники выходу в коридор, отец уже обулся и с хитрым прищуром смотрит на мой рюкзак.

– Ну что, ничего не забыл? Лишнее тащишь на себе, о нужном будешь мечтать до возвращения.

Такие мини-экзамены он устраивает всю мою жизнь. С одной стороны – как знак доверия к моей рассудительности, с другой – нет, ну вы правда хотите чтобы семилетний ребенок сам собирал свой рюкзак в поход с ночевкой в лесу? И ждете от этого рационального выбора? В том, что отец меня любит у меня не было даже тени сомнений, но как же это было неприятно, постоянные проверки и анализ совершенных ошибок. Как я на него дулся за это. Сколько я помню, он всегда относился ко мне как к маленькому взрослому, сажал на колено, потом долго и спокойно разъяснял всю цепочку причинно-следственных взаимосвязей, стараясь говорить проще и понятней. Ставил задачи как большому и спрашивал за их исполнение, правда и на помощь приходил всегда, когда видел что задача мне не под силу. Вероятнее всего он смог добиться своего – перед любым действием я начал думать, не без промахов конечно, но фееричных проколов не было уже довольно давно.

– Присядем на дорожку, – сказал он, устраиваясь на маленьком пуфике возле двери. – разумеется – ответил я устраиваясь на его колено, чтобы завязать шнурки ботинок. А что, все равно он мебель занял, пусть заменяет.

– Пошли? – спросил я. – пошли – ответил он поднимаясь чуть быстрее чем надо, видимо в расчете свалить меня, но я на такие мелочи не ловлюсь лет с шести. Закинув рюкзаки мы вышли на улицу.

– И чего надумал по своему сочинению, придумал как дальше сюжет развивать будешь и чего там с магией? – спросил папа.

– Творческий кризис. Ну я тебе говорил об этом. Непротиворечивую систему магии создавать сильно сложно, а устраивать «по щучьему веленью» не хочется. Заменить магию технологией, как ты предложил тоже не продумывается. Выходят одни противоречия. Сам посуди, если опираться на прогресс следующим шагом будет замена луков и арбалетов огнестрелом – значит прощай рыцари и красивая броня. Замени железо на легированные сплавы и титан, а как? Этого без фундаментальных наук не сделать, в деревенском горне титан не расплавишь. Правильная сталь это еще и контроль.

– Ну технологии производства низких уровней можно свалить на какого-нибудь попаданца, помнится была такая разновидность фэнтези одно время. Иногда попадались вполне хорошие книги.

– Пап, но это все равно не решит проблемы. Не может один человек решить весь спектр задач. От геологоразведки до термообработки. Мало знать на это делается, надо еще уметь это делать. А это опять-таки упирается в развитие науки. Сделать науку уделом избранных и обозвать магией? А где тогда людей брать? Этих самых магов? Если учить всех массово – техническая революция и прощай рыцари. Ограничивать – кто пойдет на рабочие профессии из имеющих доступ к образованию? Какой дворянин полезет сам по кустам и буреломам проводить геологоразведку? Или встанет к лабораторному столу на большую часть жизни?

– Тут ты прав, а если отдать технологии монастырям, как это было в нашей истории?

– Тут еще чуть больше пространства для маневров. Но тоже не самый оптимальный вариант. Потому что по закону жанра из этих монастырей получаются гномы. Как их не назови.

– А тебе хочется добавить именно магию.

– Ну да, небольшой привкус сказки. Если без нее – выйдет исторический труд, состоящий по большей части из глупостей и ошибок.

– Это да, верно говоришь. Попадались мне несколько таких книг, или сплошные благоглупости из серии «я так про них думаю», или скучное описание резни до последнего между бандами наемников. А что если именно сделать присутствие этой самой магии на краю сознания, вроде как все знают что есть, многие видели, а как оно работает непонятно. Артефакты есть, одноразовые и приписываемые кому нибудь. Ты там вроде про эльфов говорил, вот, чем не вариант. Достанет твой рыцарь статуэтку, пыль сотрет и поцелует, а она и обратись красной девицей, для услаждения сладострастия эльфийского предназначенная.

– Ну пап, хватит подкалывать – обиделся я, чувствую приток крови к ушам и щекам.

– А что, если магов урезать по силе, а из классических оставить только артефакторов то на них можно далеко уехать, особенно если с попаданцами. У вторых есть технологии, у первых – инструмент. Вполне такой тандем может выстрелить. Только думать нужно будет крепко, чтобы не устроить тупое копирование отсюда – туда. При возможностях магии почти все проще сделать можно. Зачем изобретать велосипед, если кресло на паучьих лапах магией зачаровать проще. Или использовать некромантию в качестве замены искинам.

– Любопытненько, с удовольствием бы почитал такое.

– А ты сам напиши. Это еще интереснее будет.

За этим разговором мы добрались до шлюзов с поверхностью. Вездеход уже стоял там, загруженным. На гусенице дремал дядя Яков, а Сергей и дядя Игорь о чем-то спорили размахивая руками. Папа пошел к ним, посоветовав мне устраиваться со всеми удобствами.

– Здрасте, дядя Яков! – поздоровался я с папиным другом.

– Привет, малец. Тоже с нами надумал, выступающие части поморозить? А что, тоже дело, прогуляешься, развеешься. Может чему новому научишься. Тебе же скоро со специализацией определяться, вот и посмотришь своими глазами на чужую работу. Отцовскую ты и так видел, мою тоже, а теперь посмотришь как «хвосты крутят и виноватых назначают». Ты же в курсе, что с нами безопасник едет. Вот и посмотришь на их работу не по телевизору. Хотя Костя вполне адекватный, без этой их проф. деформации, читай тотальной паранойи. Только сразу не рассчитывай, драк и погонь не будет, чай не кино.

– Дядь Яков, ну что ты как с маленьким. У меня уже достаточно понимания для того чтобы знать, «если потребовались героические усилия, значит кто-то очень плохо выполнил свою работу», как отец говорит.

– Это он прав, сильно прав. С другой стороны, у нас будет прогулка снаружи, из-за неведомых косячников.

– Э с людьми точно все в порядке? Что-то я все равно беспокоюсь…

– Точно в порядке, техники видеоряд выдернули, с сильными помехами правда, но видно что все шевелятся, вокруг гермопереборки ходят, в диспетчерскую попасть хотят, – сказал незаметно подошедший человек в броне для внешних работ.

– А вот и Костя. Познакомься Максим, это Константин Николаевич Брюс, старший лейтенант службы безопасности, и наш водитель кобылы, который нас до места и повезет.

– Оч приятно, – Костя протянул мне ладонь. – зови просто по имени, так быстрее, да и не настолько я старый как некоторые. Он толкнул дядю Якова в бок. – ну что все собрались?

– Все, можем отправляться, – я увидел подходящих к нам отца и Зеленцова, Игорь чуть задержался укладывая какие-то бумаги в планшетку.

– Собрались, тогда по коням – весело скомандовал он, – пока не почините не возвращайтесь. Мих, на мелкого скаф в диспетчерской возьми. Его только сейчас притащили. Заодно меня подбросите, чтобы я за вами дверь закрыл.

Мы без особой спешки залезли в вездеход и устроились в креслах. Пристроив рюкзак я достал планшет и очки. Поверхность зимой – это однообразный снег, ровный и белый. Эффект новизны при выходе на открытое пространство исчезает буквально за полчаса. Слишком уж все одинаковое. Снежное поле от горизонта до горизонта. Если не знать сколько всего скрыто под снегом, можно решить что тут вообще ничего нет. И сады и поля скрыты очень толстым слоем снега. Именно по этой причине мы живем внутри горы, как гномы какие-то. Единственное что выделяется из этой глади – горный пик, в глубине которого и скрыт наш город. Но посмотреть на него не выйдет, он скоро останется позади. Слишком уж много наметает, чтобы это было возможно очистить. Да и паводок при таянии смыл бы все жилые постройки. А раз в окно смотреть не на что, я решил потратить это время с пользой и переделать собственные наброски. Итак…