Текст книги "Во имя порядка: на заре новой эры (СИ)"

Автор книги: Стефаний

сообщить о нарушении

Текущая страница: 28 (всего у книги 39 страниц)

– Нет, я не говорю о признании поражения. Враг сконцентрировал большинство сил в порту, а после битвы у Фермерского берега, это единственные способные на штурм части. И рано или поздно корпус прорвётся через ворота, – Велисарий показал на карту, которую разложил на столе и позвал всех посмотреть. – Моей гвардии я прикажу переместиться в Храм солнца. Также пусть Ралата готовится к скорому вторжению, – ладонь Велисария скользнула по карте. – Затем я отдам приказ о формировании огневого рубежа в квартале знати, а далее сформирую второй рубеж от Храма солнца до бывшей башни Йеро и выставлю там надёжное охранение. А потом контратакую, когда он подойдёт к стенам Храма, а подразделения с запада и севера зажмут его.

– А что на это скажет наша генеральша? – спросил аристократ, повертев кольцо с рубином.

– Теперь же, давайте послушаем Леору Эрен, Командующую войсками Аркской стражи, – предложил Велисарий, приглашая к столу участницу. – Генерала Армии Эндерала.

Из тени позади нас вышла девушка, и встала между Велисарием и Конаном. Родом из столицы, тем не мене она имеет сердцеземские черты своей матери – низкий рост, приятное чуть округлое лицо и густой чёрный волос, немного подкрученный.

– Леора Эрен, как нас заверил ваш связной, вы имели что-то сказать Оборонному совету? – немедля спрашивает представитель знати.

– Да, – девушка умолкла, её лицо стало бледнее мрамора, глаза сделались стеклянными, всем видом своим она показывает, что ей нехорошо от того, что она задумала сказать. – Я хотела до вас довести.... Арантеаль, Великий магистр… он… даже не знаю, как это…, – Леора не может собраться с мыслями, я вижу, как её руки трясутся, а губы потеряли прежнюю насыщенность алым, приобретя заглушённо-розоватый оттенок; она не в силах держать взгляд под натиском мнимого стыда, опускает взгляд и замечаю мрачное сияние её слезы, которую она моментально отирает утончённым пальцем, слегка растирая тушь. – Арантеаль Теалор, Великий магистр Святого ордена полностью отрёкся от дел страны... отрёкся от его жителей. Его не заботит больше не единая душа.

– Как это выражается? – спросил Велисарий.

– Недавно нам пришло письмо от неримского командира. Он писал, что под его рукой сотни пленных. И что он поставил лагерь в Сердцеземье и готов выдать всех, если Арантеаль согласиться передать ему магические фолианты из наших библиотек, – голос Эрен дрогнул, она вцепилась в стол до такой степени, что ногтями промяла древесину. – Но Теалор отказал, мотивировав это тем, что это может дать Нериму преимущество. Но, её голос рванул навзрыд. – Я лично видела эти книжки и поверьте, помимо истории магии, они не содержат ничего! Но он что случилось потом… он продал эти книги купцам из Киле, а деньги пустил на работу со светочем.

– А что с неримским лагерем? – наигранно спрашивает Велисарий, вертя в руках серебряную монету.

– Я не знаю, что с ними случилось, но мы видели столбы дыма в неримском лагере, – Эрен сглотнула, пытаясь избавиться от кома в горле, засевший горькой злобой и обидой на Теалора за столь неразумные действия.

– Это всё? – выдержанно спросил Борек.

– Тем более он снял защиту с Речного, остатков сил там не хватит, чтобы удержать город в случае серьёзного наступления, – Леора указала на карте город. – Все воины, ранее защищавшие малые поселения и немногочисленные шахты с лесопильнями, призваны в Арк. Его приказы… безумны. Он издал Указ, чтобы все финансы Святого ордена и его казна шла на восстановление светоча, не взирая на остальные нужды страны.

– Святой Орден в силу «Пути», актов Грандмагистра «О власти», всё ещё контролирует большую часть жизни в стране, – стал пояснять Велисарий. – Армии, основы экономики, всё управление и социальное положение, вера и законы – несмотря на то, что он стал жутко слаб, это всё ещё в его ведении.

– Леора, скажите, сколькими людьми вы командовали перед войной с Неримом? – уточнил аристократ, поглаживая эфес рапиры.

– Первый полк «Защитники Лесов» в тысячу воинов, второй полк «Сердце Эндерала» в две тысячи, третий полк «Крыло мирада» в тысячу, четвёртый полк «Слава юга» в три тысячи, пятый полк «Гвардия Арка» в три тысячи, – она горестно вздохнула, осмотрев всех взглядом всех присутствующих столь тяжёлым, что в груди возникло неприятное ощущение. – А вместе с этим флот «Око» в двадцать кораблей.

– А сколько осталось? – вопросил Велисарий, уперев руки в бока.

– Только два.

– Что стряслось? – прорычал Конан, став наглаживать бороду.

– Не получив подкреплений, «Слава юга» был разбит стремительным наступлением неримлян на порт, практически без потерь для вторых… там же погиб и наш флот. «Крыло Мирада» был разбит по подразделениям, кроме частей у Речного и Арка, – я почувствовал, что с каждым названным полком её голос становился всё бедственнее. – «Сердце Эндерала» погиб от засады в Сердцеземье. В относительной боеспособности лишь два полка.

– Больше десяти тысяч из которых выжило лишь около четырёх только выжило? – подсчитал аристократ и язвительно отметил. – Хороший же из Арантеаля – командир. Ладно. И что же вы хотите от нас?

– Делайте, что хотите, только спасите Эндерал от врага. Что… угодно…

Её слова отлично говорят о намерениях, о том, что она готова оставить самого Арантеаля, покинуть Святой орден, не встать на его защите перед рубящим клинком порядка. Все предали Арантеаля, но можно ли назвать предательством то, что люди сами взяли в руки дело своего спасения, когда Великий магистр отрёкся от страны ради эфемерного избавления мира от «высших»? Сначала Тручесса неумелым управлением вогнала пол страны в гроб, а потом и он своим безвниманием обрёк родину на медленную гибель, предпочтя ей и стонам своих же граждан кусок металлолома. Но собрались люди, которым это не безразлично, которые вырвали континент из когтей вражеской армии, и чтобы завершить дело им… нам придётся встретиться с волей самого магистра? И в таком случае, где предательство интересов? Кажется, что это нас изначально предали, кинув бороться за родную землю, а самим уйдя в созерцание грёз. По крайней мере, такой мыслью я успокаиваю свою совесть.

– Хорошо, Эрен, Совет услышал тебя, – Велисарий швырнул монету на стол, и та со звоном плюхнулась о его крышку. – Мы примем все необходимые решения.

– Скажи, Велисарий, как ты нанесёшь контрудар из города с горсткой защитников? Или ты сможешь на малом пяточке разместить целое войско? – скептически спрашивает Борек.

– Во время одного из обследований верхних ярусов города мы наткнулись на крайне причудливое открытие, – мой командир приложил ладонь к подбородку, став закручивать бородку. – В доме Йеро, когда мы его взломали, оказалось стратегическое сокровище. Огромная, незнамо кем вычищенная, пещера, где можно размещать солдат и оборудование.

– Только не скажите, что сейчас именно там воины?

– Да, с санкции Святого ордена, я разместил там две тысячи из Единой Эндеральской Армии. Плюс к этому арсенал.

– Как? – едва не подавился от удивления аристократ. – Как можно выпросить у Храма солнца разместить две тысячи? Неужто «око» Ордена совсем… захмелело?

– Почти… я всех их протащил с согласованием с Арантеалем, который с радостью согласился усилить Храм солнца ещё двумя тысячами бойцами, для «защиты светоча». Теперь, настало время для их применения.

– Ладно, вопрос с этим решён, но чем мы будем прикрывать город с севера? – узрел недочёт с хитрой улыбкой аристократ. – Ты же понимаешь, что две тысячи не чета двадцати при Коареке?

– Да. И на этот случай у меня есть план.

– А что если взять помощи из Дюнного? – спросил ралаим.

– Нельзя, – покачал головой Велисарий. – Если нам не удастся удержать Арк, то Дюнное с его внутрискальным поселением и удобным географическим расположением может стать новым пунктом обороны, – сложив руки на груди, ответил мой командир. – Я даже стражу там не трогаю, просто поговорил с ними об обороне и всё. Там всё останется на месте в случае нашего фиаско здесь.

– Какова наша роль в этом, мужик? – спросил Конан. – Или предлагаешь отсиживаться с трясущимися гузками?

– Нет. Когда враг плотно войдёт в город и займёт все кварталы в чём я не сомневаюсь, мы начнём наше наступление, – ладонь Велисария снова пронеслась по карте. – Пушки откроют огонь по скоплениям врага, арбалетчики и лучники их поддержат. А вы…, – Велисарий оглядел представителей с востока, – кочевники с луками и лёгкой пехотой, да дюннийцами, поддержат город с севера.

– Одной пехоты мало будет, – сказал ралаим.

– Да… поэтому Конан вместе с отрядом кавалерии прорвётся к нам с запада и начнёт с зачистки берега. Вместе с группировкой «Запад».

– Что? – возмутился варвар. – Группировка «Запад» не успеет добраться по сигналу. И с севера недопрыгают вовремя. Слишком далеко бежать.

– Тогда предлагаю скрытно переместиться и разместиться в лесных лагерях, – сказал Велисарий. – И начинать нужно сегодня.

– А каково наше предназначение? – спросил ралаим.

– Вы будете держать Подгород и не пускать туда врагов, – Велисарий разогнулся и сложил руки на груди. – А когда придёт момент, вы и ополчение Подгорода объединитесь с силами Конана и освободите южный квартал, – Велисарий оглядел бывшего бандита и представителя кочевников. – Конан, возглавивший войска Речников, Солнечного берега и полк, с Аль-Хаббадом, который поведёт в бой дюннийцев и кочевников, должны будут начать наступление по сигналу. Только будьте на достаточном расстоянии, чтобы вражеская разведка не просекла, что мы возьмём их армию в клещи.

– Чудно. Вы хотите большую часть неримцев перестрелять как уток в городе, а потом мы перерешим остальных, – с мрачным хладнокровием подвёл итог представитель Ралаты. – Но когда нам начинать?

– Я дам сигнал. Как я говорил, пусть ваши разведчики следят за красным фейерверком, который ударит из Храма солнца. До этого, мы их продолжим терзать, как это делали раньше. Пусть они вступят в бой ослабленными.

– А почему у нас тут сходка, как у крыс подковёрных? – возмутился Конан. – Почему мы не могли обсудить всё открыто у тебя ставке?

– На то есть причина, – сказал Велисарий и словно реагируя на его слова из рыночной тени вышло ещё пара человек, которые заняли место у стола. Я не могу их различить, но мне всё равно, кто они, однако мой командир пояснил, кто они:

– Я вам хочу представить тех, кто пришёл сюда от имени поддерживающих нас деньгами и наёмниками. Они здесь для того, чтобы быть свидетелями нашей сделке по…, – я заметил, что Велисарию трудно говорить, но всё же он собрался и выдал задуманное. – Мы собираемся создать нечто новое. Что бы сменило Святой орден, ибо он…

– Бунт! – радостно воскликнул Конан, дельно потирая руки, так и не дав договорить моему командиру. – А ты, Велисарий, не хуже нас оказался. Когда жаренным запахло и появилась возможность, сразу решил сбросить крышу и урвать свой кусок. Да в тебе течёт наша кровь, мужик.

– Ты прав, – легко отвечает Велисарий, повернувшись к хранителям. – Расскажите нам, что осталось от былого могущества Святого ордена, братья его.

В ответ воин в плаще через которые проглядывает анатомический доспех, только кивнул и стал отвечать гласом, в котором переплетался подавленный гнев и жгучая скорбь:

– На моём языке горечь, когда я об этом говорю. Святой орден больше не контролирует Эндерал и его существование… эпоха подошла к концу. И ради стабильности, ради нового мира мы готовы распрощаться с мертвыми привилегиями и потерянной властью, – сокрушается мужчина. – На севере всем давно заправляют дикие маги, Солнечный брег до недавнего времени был под контролем бандитов, Пороховая пустыня забита мародёрами эндеральской вольницы и монстрами, а Сердцеземье, Златолесье и всё до мрачной долины заполнено нежитью. Дюнное давно установило свои законы, наши посты и башни недостаточны для контроля, в Арке всем заправляет кучка аристократов и только Храм солнца мог бы похвастаться полнотой власти Святого ордена, – хранитель повременил, прежде чем раздался страшный вердикт. – Для власти Ордена – это финал. Его, в том виде в каком он существовал раньше, больше нет.

Мы внимательно слушали рассказ хранителя и самое страшное – никто не проявил и толики сожаления из-за того, что Святой орден готов быть низвергнутым. Неужто он стал настолько ржавым и ненужным механизмом, что все с радостью готовы его выбросить на помойку истории? Это как же можно довести самое могущественное воинство до такого состояния, что по его уходу никто рыдать не будет, что всем плевать на его полумертвое состояние и его свержения уже никто не боится. Я вспоминаю, что даже наш маленький бунт – это откол от Святого ордена и борьба наша не за него, но во имя Эндерала и его народа.

– А как же Арантеаль? Как же Эндерал? – спрашиваю я, даже не смутившись – мне всё равно, что станет с Арантеалем, чувствуя, что по важности судьба Святого ордена уступает в важности перед людьми сего континента и жизни подруги. – Он не даст вам исполнить задуманное.

– Когда придёт момент, – голос моего магистра задрожал. – Я смещу Арантеаля Теалора с поста, командующего Орденом.

– Хм, смелое решение, – заявил ралаим и как я понял Конану и представителю пустынного мира и богатеям – всем уже плевать на Орден, все готовы его предать ради лучшего, нового мира, где страна занята заботой о народе, а не допускает полного опустошения дома.

– Вы делаете это ради своего интереса? – спросил ралаим.

– Нет, это делается во благо нового не рождённого государства и его людей и аэтерна, которые живут здесь и сейчас. Когда у Святого ордена не хватит сил, когда враг подойдёт к воротам Храма солнца у хранителей, магов и послушников будет только один выход – последовать за мной в последний бой, – голос Велисария становился всё более напористым. – В ином случае они попадут в бесславный плен.

– Мы полностью поддерживаем курс мысли Велисария, – напомнили о себе только что пришедшие люди в лице высокого крупного мужчины с русым волосом. – Как представители Банка и Золотого серпа, а также уполномоченные представлять ещё несколько фермерских и торговых предприятий, мы заявляем, что все купленные на Киле и Эндерале наёмники будут переданы под командование Велисария в ближайшее время.Три роты тяжёлых доспешных воинов, четыре роты обычных воинов, рота легковооружённых разведчиков, рота копейщиков и рота тяжёлой кавалерии. В обмен мы просим только право голоса в новых органах власти и торговые привилегии.

– Это хорошо, – Велисарий показал на карту. – Золотой серп и банк заявили о своей поддержке. Как только наёмники присоединятся к нам, мы сможем дать достойный отпор Нериму. Наши войска сокрушат врага в последнем штурме, и противник согласиться на любые наши требования, – палец моего командира указал в сторону Речного. – Конан, ты возьмёшь тяжёлых воинов и встанешь здесь. Рота копейщиков и две роты средних воинов останутся охранять Речное, – ладонь Велисария скользнула вправо. – Остальными укрепим Фермерский берег. Пока оставим всё так, этого должно хватить, чтобы защитить важные объекты и не дать неримлянам просачиваться в наши земли… точнее их попытки.

– Это конечно хорошо, – послышался тихий голос ралаима. – Но о каком будущем государственном образовании идёт речь? Просветите нас, достопочтенный мессир Велисарий и о нашем месте в нём.

– Хорошо, – Велисарий вытянулся во весь рост, возвысившись надо всеми, его голос от командирского перешёл к вдохновляющему и где-то немного проповедническому. – Вот и наступает новая эпоха в истории нашей родины. Везде и всюду живут люди, которые устали от гнёта правил Святого ордена, в которых больше нет смысла. Все мы знаем, что Рождённые светом почили, а значит и порядок, установленными ими требуется в изменении. Я говорю об Эндерале, как о едином собрании свободных земель, где каждый удел правит так, как сочтёт нужным. И они, вместе направляют Эндерал к процветанию и грядущей славе. Все земли да назначат тех, кто встанет над ними и во имя общего блага и гармонии направит континент к новым горизонтам.

«Как завернул», – подумал я. – «Видимо умных книг перечитал в Златоброде. Что ж, моему командиру это только на пользу. Хорошо будет, если он выиграет войну и мир установит в придачу, чтобы на осколках Святого ордена не наступила грызня».

– Я говорю о единой стране… крепком союзе территорий, если будет угодно. Тут услышат голос каждого, можете не сомневаться, – его речь смолкла, а сам он повернулся ко мне. – Фриджидиэн, помнишь ты писал по моему поручению новые акты, уложения и так далее?

– Да, господин.

– Подготовь их, доведи до ума. Скоро они нам понадобятся.

– Да, – ответил я, чувствуя, что у меня есть отличный шанс отвлечься от всего этого, хоть немного занявшись делом. – Я продолжу работу и напишу то, что задумывалось вами. И хорошо, мой меч с вами, – я готов согласится на всякое, что мне предложит Велисарий; лишь бы он отстал от меня.

– Тогда, господа, – аристократ достал из сумки бутылку. – Нам стоит выпить за создание… за создание Эндеральского Союза и начало разработки Генерального Уложения его!

Глава 18. По решению трибунала

Глава 18. По решению трибунала

«Трибунал[1] вершит судьбу. На судебных заседаниях его куётся судьба, воля и жизнь страны. Он – оплот справедливости и чести».

– Из книги «Уложение о трибунале».

Спустя два дня. Арк. Храм солнца.

Светлое небо, если в него вглядеться, то всем своим великолепием может разогнать любые мысли о том, что сейчас кипит война на континенте. Чистое, без облачка на небе, только отравленное чёрными клубами едкого дыма, что поднимается с полей сражения. Я, идя через весь двор Храма солнца, без эмоций взираю на тёмные столбы от пожарищ – следствие работы ралаимов и наёмников, выжигающих позиции врага, не давая ему закрепиться. Но все мысли стоит направить на другое. Сегодня посреди дня, пока я отдыхал, ко мне в комнату вломилась стража и потребовала пройти с ней, чему немедленно и подчинился. Тревога заставляет меня содрогаться, ведь не знаю, что мне инкриминируют и вынужден идти под конвоем, в лёгкой алой рубахе, штанах тёмного цвета и сапогах. Не понимаю, куда меня ведут, не осознаю, что происходит, но знаю одно – всё это неспроста и в моей голове витают только догадки. Трое воинов в красно-белых табардах окружают меня, и сопровождают непонятно куда, отчего я ощущаю себя каким-то преступником, вором или крамольником. На себе ловлю взгляды послушников и хранителей… осуждающие, смущённые или озлобленные – никто не остаётся равнодушен к тому, что меня тащат невесть куда. А хотя я уже догадался, что мой путь предлежит недалеко.

– Эй, что происходит!? – кричит возмущённо кто-то из Святого ордена.

– Не важно! – фыркнул стражник. – Это государственное дело, не вмешиваться!

Мы со стражниками приблизились к Обители, возле которой выставлено усиленное охранение в виде десятки хранителей. Я призраком прошёл мимо них и вот мы внутри богато, но сдержанно обставленного помещения в котором бывал десятки раз, но сейчас оно мне кажется особенно холодным.

– Поднимайся, – указал стражник на лестницу и взобрался по ступеням, выйдя в знакомое помещение, где раньше Арантеаль проводил собрания. Только не ради этого я был вызван.

У стола я насчитал тринадцать человек и все как один в лощёных роскошных одеждах, выказывающих их аристократический статус, а кольца на пальцах – золотые и серебряные, украшенные драгоценными камнями только подтвердили мой вывод о них.

«Хах! Кто-то решил собрать трибунал», – догадался я, вспоминая то, что этот орган власти, собирается из представителей разных слоёв общества Эндерала, но зачастую туда пробиваются богатей и аристократы, дабы «праведно и безукоризненно вершить справедливость на континенте и блистать светом чистоты судебной власти». Но зачастую они мелкое ворьё и жульё вешают, вместе с изменниками государству и вере, а вот те, кто имеют солидный денежный вес в обществе оказываются практически всегда чисты в глазах этого, конечно же без всяких «шуток», «справедливого» судилища.

– Господа трибуны, – начал доклад стражник, – по вашему прошению был доставлен Фриджидиэн из Арка.

– Могу знать, чего ради меня вытащили? – недовольно спрашиваю я. – А то без официальных обвинений, без бумаг. Так быстро и чётко.

– Стража, обеспечьте безопасность заседания, – отдал приказ один из трибунов, тут же повернувшись ко мне и став что-то монотонно тараторить. – Эндеральским трибуналом от сего дня этого месяца и года рассматривается дело о превышении полномочий, государственной измене, попытке свержения законной власти Святого ордена.

– Что!? – от прозвучавшего обвинения у меня едва не подкосились колени, но трибун продолжает бесстрастно зачитывать текст.

– Вы приведены в качестве соучастника по данному делу. Для начала писец по делу должен зафиксировать кое-что. Вы же Фриджидиэн из Арка? Когда и где вы родились?

– Да, – выдавил я из себя, до конца не осознав происходящее, находясь в полупрострации. – На свет появился тридцать одну зиму назад двадцать шестого числа четвёртой луны.

– Скажите, вы знакомы с кем-либо из трибунала или писцом, имеете с ними близко-родственные, коммерческие, трудовые или иного рода отношения, близость предполагающие?

– Нет, – мотаю я головой и до меня только сейчас доходит, что в условиях войны, что с учётом положения, а может и нажима с чьей-то стороны трибунал всё хочет сделать быстро и эффективно.

– Хорошо. Тогда стоит перейти к рассмотрению дела по существу, – трибун показал вправо, где на отдельном стуле восседал седой мужчина, облачённый в свой привычный доспех. – Вашим обвинителем выступает Арантеаль Теалор. Он созвал трибунал для вынесения решения по сложившейся проблеме. Обвинение, начинайте.

– Да, – с хрипом приподнялся великий магистр. – День назад один из моих агентов, который несёт службу в Подгороде, заявил в рапорте о разговоре между двумя ралаимами, – Арантеаль протянул два листа, и стражник передал их трибуну. – В рапорте говорится, как два представителя Ралаты обсуждали то, что Велисарий собирается сменить Святой орден во власти и построить новую страну. После того, как я ознакомился с рапортом, то ходатайствовал о вашем собрании, многоуважаемый трибунал. Поскольку Велисария нет в городе, то начать дело я потребовал с Фриджидиэна, как пособника ему.

– Как значит дело касается Лишари, так никаких агентов, а как твоего зада в кресле магистра и цикла, так ты готов за слухи тянуть, – с презрением я обратился к Арантеалю, от гнева у меня сдавило грудь и тяжко дышится.

– Подозреваемый, не выступайте супротив порядка! – осадил меня трибун.

– Как глава Святого ордена я прошу разобраться в этом трибунал. Если они чисты, то так и быть, а если нет, то их ждёт эшафот. И заявляю, что для получения сведений нам необходимо применить пытки.

«Ах ты гнида!» – ругаюсь я на Арантеаля. – «Зачем тебе на нас нападать? Власть потерять боишься? Или думаешь, что не закончишь свой светоч?».

– Заявляю об отклонении, – поднялся один из трибунов. – Как сказано в уложении правил о трибунале – «Никто не должен подвергаться допросу под пытками, доколе не будут получены улики и не будет доказано то преступление, допрос о котором желают произвести. Если бы даже из-за мучений преступление было признано, сему не должно придавать веры или осуждать кого-либо на этом основании. Если же где-либо иные власти или судьи нарушат сие, то они должны и повинны будут учинить надлежащее возмещение за бесчестье, страдания, судебные издержки тому, кто вопреки праву, без предъявления доказательств, был подвергнут пытке». Так что неможно пытки к Фриджидиэну.

– Хорошо, – главный трибун поднимается с места. – Фриджидиэн из Арка, перед началом допроса мы предупреждаем вас о том, что за дачу заведомо лукавых свидетельств к вам может употреблена карающая мера в виде добавочного заточения, штрафа или пыток. Вы разумеете это?

– Да.

– Хорошо. Скажите, Фриджидиэн из Арка, вы пребываете в каких-либо заговорщицких организациях, которые имеют в целях учинить крамолу супротив Ордена святого?

– Нет, – отмахиваюсь я, с удерживаемой дрожью в голосе.

– Вы знаете тех, кто мог бы пребывать в таких организациях? И как к ним относится ваш глава Велисарий?

– Нет, – более твёрдо говорю я. – А сам Велисарий к этому негативно относится.

– Хорошо, – трибун неспешно повертел головой. – Мессиры, у вас будут ещё вопросы к подозреваемому? – после небольшой паузы, престарелый трибун продолжил. – Теперь мы переходим к рассмотрению доказательств. Мессир Арантеаль?

– Да. В качестве доказательств, я, как обвинитель представляю вам рапорт, отчёты разведчиков о сотрудничестве Велисария с мародёрами и бандитами. Всё у вас есть в деле, – великий магистр перешёл в «наступление». – Я ходатайствую о признании этих доказательств достоверными, на основании которых к подозреваемому можно применить пытки, – эти слова великого магистра, сказанные сухо, вызвали у меня бурю ненависти и дикое желание швырнуть в него что-то тяжёлое.

– Трибунал переходит к изучению материалов дела, – трибун стал неспешно листать пергамент, что-то вычитывая и делая выписки, и уже через полминуты спрашивает меня. – Скажите подозреваемый, а какова цель того, что вы стали брататься с мародёрами да бандитами, как утверждают отчёты? Да ещё и Ралату привлекли? Вы им пообещали что-то?

– Во-первых, мы убедили их в том, что стоит объединиться с нами ради победы над Неримом и процветания Эндерала. А во-вторых, сам Арантеаль Теалор дал Велисарию эти полномочия, – мои губы тронула улыбка от того, что я вспомнил важный момент. – Да, копия постановления Великого магистра о наделении рядом полномочий Велисария хранится у архивариуса. Там точно обозначено, что он может привлекать на службу всех, кого сможет.

– Стража. Доставьте нам из Архива это постановление, – потребовал трибун, повернувшись к Арантеалю. – Мессир Теалор, на основании ваших бумаг мы не имеем силы ничего пока вынести. Как обозначено, они сомнительны и как вы растолкуете то, что дали сами полномочия Велисарию?

– Да. Я ему говорил о том, что он может использовать часть наших ресурсов и полномочий, но бандиты и мародёры – это уже слишком. Это против законов Святого ордена, – тихо говорит Арантеаль. – Да и та беседа ралаимов была явно неспроста.

– Фриджидиэн из Арка. Как вы могли бы объяснить этот разговор ралаимов? – спросил один из трибунов. – О чём они могли говорить таким образом?

– Да знай их. А хотя, – зацепился я за мысль. – Велисарий часто говорил, что только совместными усилиями можно сделать Эндерал могущественнее и выиграть войну с Неримом. Он говорил, что после этого противостояния с прихвостнями Коарека мы выйдем сильнее, что это будет новая страна. Да, именно так, – радостно я говорю, найдя чем можно объяснить болтовню опрометчивых ралаимов.

– И всё же, Арантеаль, – встал на мою сторону трибун, – как говорят процессуальные нормы – «если заметят, что подозреваемый держится потаенно, необычным и опасным образом около тех лиц, в измене коим он подозревается, и если он ведет себя так, будто им не верен, и является при этом человеком, от которого можно ожидать подобных поступков, то сие является доказательством, достаточным для применения допроса под пыткой». А Фриджидиэн так себя не ведёт, держится открыто.

– Он уже предавал Святой орден, – давит великий магистр, что меня выбивает из колеи.

– Я хочу напомнить, что их подозрения, из-за которых они покинули Святой орден, подтвердились, Арантеаль. Если бы не они, то Эндерал вряд ли бы выстоял.

– Хорошо, – скрипя, соглашается Теалор, как тут в залу прошёл стражник с кипой пергаментов, громогласно объявляя:

– Постановление доставлено.

– Давайте, – взял трибун и стал копаться в нём, тут же недовольно заявляя. – Поправки к проставлению, приписки. Действительно, вы им дали широкие полномочия, и разрешили, как я цитирую «использовать любые людские ресурсы бедноты, а также, при деятельном покаянии и сбившихся с Пути», – черноволосый трибун взглянул на Арантеаля. – Тут написано ясно.

– Усвоение доказательств можем мыслить завершенным, мессиры? – спросил старый трибун. – Ещё будет, что приложить к делу?

В ответ только тишина.

– Хорошо. Трибуналу теперь следует перейти к расспросу разного народа. И трибунал по своему усмотрению выбрал допросить Джеспара Даль’Варека, а по ходатайству Арантеаля агента из Подгорода. Начнём с агента. Пригласите его.

В зал прошёл высокого роста парень, на котором вьются тёмные одежды, а на лицо ниспускается капюшон.

– В целях сохранения анонимности, – заговорил темноволосый трибун, – мы начнём без предварительного опроса о личности. Предоставьте документ о личности, – как только всё было выполнено, трибун перешёл к допросу. – Вы предупреждаетесь о том, что за заведомо ложные показания вы можете быть подвергнуты наказанию Вам это понятно?

– Да, – сухо ответил агент.

– Скажите, вам знаком подозреваемый?

– Нет.

– Что вы можете пояснить по делу?

– Пару дней назад я вёл осмотр Подгорода, как услышал, что два ралаима обсуждают то, что скоро будет новая страна, что скоро Святой орден будет «пододвинут» Велисарием.

– Это всё? Ралаимы называли ещё имена? Говорили напрямую об измене или перевороте?

– Нет, мессир. Только о том, что Велисарий может «пододвинуть» Святой орден.

– Хм. А они раскрывали значение слова «пододвинуть»? Они конкретно ничего не говорили о том, что Велисарий собирается устроить мятеж?

– Нет, мессиры. Ничего такого.

– Мессиры, – обратился темноволосый трибун. – Определённой чёткости в его словах нет. К тому же, агент, как вы поясните, что, – мужчина подтянул к себе лист пергамента, – согласно протоколу тайной выемки в вашей комнате был обнаружен чёрный флакон объёмом в сотую литра, в котором содержалась травянистая масса в перемешку с частицами блестящей пыли? Как подтвердила экспертиза, это курительный сбор светопыли и сон-травы.

– Что!? – опешил агент. – Я не мог! Мне подкинули!

– Да, Арантеаль, – повернулся к великому магистру трибун. – Когда ты объявился у нас на пороге, мы провели своё расследование в отношении агента и установили, что он по крайней мере имеет наркотические вещества у себя.

– Почему мне не сообщили? – возмутился магистр, а от этой ситуации у меня на губах появилась улыбка.

– Держите, – трибун протянул пергамент. – Это протокол тайной выемки, составленный Аксандером Даль’Кином.

– У трибунала есть вопросы к агенту? – спросил старый трибун и когда молчание обозначило их отсутствие, сказал. – Можете быть свободны. А теперь я прошу пригласить Джеспара Даль’Варека.

В зале объявился седовласый наёмник, в синей куртке, утянутой кожаным панцирем. Пройдя мимо меня, он встал возле большого стола и заслушал привычные вопросы о годах, месте рождения и ответственности. Когда все формальности были уложены, прозвучали главные вопросы. Его появление у меня вызвало смешанные чувства страха и радости.