Текст книги "Второй шанс (СИ)"

Автор книги: Smaragd

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 13 страниц)

Ужас взорвался в душе Фенрира после осознания совершённого им самим несколько мгновений назад немыслимого убийства! И ужас этот был столь велик, что несложных Долорэм Ипсум (3)и Нонтенере (4), посланных Поттером в застывшего зверя в виде сердечной боли и снятия внутренних тормозов, с лихвой хватило, чтобы обезумевший мозг оборотня ударил всю переполнившую его ярость прямо в собственное сердце. Сивый попытался завыть, но лишь громоподобный хрип вырвался из запрокинутой пасти. Когтистая огромная лапа рванулась сверху вниз, слева направо, разрывая собственную плоть. Боль, пронзившая при этом грудь, теперь не имела никакого значения. Горячая кровь брызнула фонтаном. Оборотень метнулся, ненароком отшвырнув мракоборца и ударив его об стену, и рухнул на пол всей своей громадной тушей. Жёлтые волчьи глаза ещё какое-то время светились угасавшей жизнью, тяжёлое прерывистое дыхание сотрясало вскрытую грудь.

Поттер, так и не определив на расстоянии, жив ли ещё зверь, осторожно подошёл к нему, держа волшебную палочку наготове, и перевернул труп сильным толчком ноги. С помощью медицинского заклятья, специально выученного для такого случая, он разрезал артерии и вены, примыкавшие к сердечной мышце, наклонился и взял тяжёлый окровавленный пульсирующий сгусток в руки. “Ну, немножко побольше,” – как бы разочарованно отметил он, упаковал сердце оборотня в специальный мешок, потом навёл палочку на шею мёртвого чудовища и произнёс второй раз в своей жизни: “Карнификаре!”

– – – – – – – – – – – – —

(1) Заклятье, убирающее запах.

(2) Симиле бревитер – заклятье, делающее объект временно очень похожим на что-то другое.

(3) Очень сильная сердечная боль.

(4) Не сдерживайся!

====== Глава 9. Рон ======

Сигнальные чары взорвали заунывным воем тишину окрестностей дома, одиноко стоящего в лесной глуши, сразу же, как только Поттер аппарировал внутри охранного периметра. В охотничьем домике, где в последнее время обосновалось семейство Уизли-младшего, за исключением маленького Хьюго, на время гостеприимно принятого Билли и Флёр, Поттер бывал не часто. Поэтому и ошибся немного с координатами конечного пункта трансгрессии, угодив прямо на “пограничную полосу”. До самого дома ещё нужно было прилично идти пешком по сумрачному студёному лесу. “Ничего, прогуляюсь, – подумал Поттер, выключил палочкой звук сигнализации охраняемой территории и потуже замотал на шее тёплый шарф. – Миссис Молли вязала...” – В горле предательски запершило. Из-за низких, светлых на фоне ночного неба облаков выглянула круглая ясная луна и озарила жемчужным светом запорошенную снегом тропинку. “Вот бы просто погулять по ночному лесу!” – Мечтательно вздохнул Поттер.

И тут, сначала ему в уши, а уже потом в сознание ворвался отчаянный женский крик. В несколько стремительных прыжков преодолев расстояние до двери дома, Поттер на ходу ударил в неё вышибающим Бунцерсом, и, влетев внутрь, побежал к лестнице, ведущей на цокольный этаж. В коридоре краем глаза отметил, что дверь в спальню Розы открыта настежь. Перед дверью комнаты Рона жалобно поскуливал и царапался в щель рыжий длиннолапый волчонок довольно неприглядного вида. “Как же испортила девочку ликантропия! – от собственных мыслей стало противно. – А ты думал, что она превращается в очаровательного шпица с бантиком?” – огрызнулся Поттер на самого себя.

Приоткрыв дверь, он осторожно заглянул в комнату друга, крепче сжимая в руке волшебную палочку. Роза-волчонок отчего-то не решилась переступить порог, лишь нервно переминалась лапами у незримого барьера.

На полу комнаты сидела Гермиона, держа на коленях голову чудовищного создания, получеловека-полуволка, и монотонно раскачивалась из стороны в сторону.

– Рон?! – не сразу догадался Поттер. Ему слишком не хотелось узнавать в не подававшем признаков жизни монстре своего закадычного друга. Из груди наполовину обратившегося волка торчала светлая металлическая длинная спица, похожая на стрелу. К спинке кровати был приделан разряженный арбалет. Первой реакцией аврора было – вызвать помощь:

– Амбулансе вокант! – Но он сообразил, что сигнал для колдомедиков не пробьётся через защитные чары охотничьего домика, и бросился к выходу.

– Не поможет, – остановила его Гермиона и склонилась в поцелуе к телу мёртвого мужа. – Ему уже никто не поможет. – Её плечи затряслись в безудержном рыдании.

*

“Зачем же ты это сделал, Рональд Билиус Уизли? – думал Поттер, стоя над могилой друга. – Почему не подождал всего лишь несколько часов? Не поверил моим словам о том, что всё можно исправить? Решил, что это лишь пустые надежды? – Он тяжело вздохнул. – Почему оказался так слаб? Не захотел бороться? А помощь была так близка. Слабак, трус! – Поттер опустил руку на стелу, почти ударил по холодному отполированному камню надгробья. – Посмотри на свою жену, мерзкий слизняк! Она не сдаётся, ты видишь? Как ты мог бросить ту, которую любил? Ту, которая любит тебя? Несмотря ни на что. Избавил её от лишних страданий и забот, облегчил ей жизнь? Уверен?”

Гермиона отошла от могилы, поцеловала в макушку дочь, не поднимавшую заплаканного лица.

– Мы, пожалуй, пойдём, Гарри. Дождь начинается. Не хочу, чтобы Роза простудилась.

– Извини за банальный вопрос, – Поттер обернулся к ней, – как ты?

– Нормально, – Гермиона кивнула на дочь.

– Какая тебе нужна помощь? Только не отказывайся, Герми.

– Ты и так много для нас делаешь, Гарри. Спасибо. Нам пора – Хьюго ждёт, он нас почти не видит в последнее время.

– Лили просила отпустить его погостить к ней и Агате. Они скучают.

– Хорошо, – кивнула Гермиона, – через пару недель, в полнолуние, когда нам с Розой надо будет побыть вдвоём.

Две женские фигуры, маленькая и большая, одетые в траур, направились прочь. Поттер почему-то подумал, глядя им вслед, что не мать держит свою дочь за руку, а девочка ведёт взрослую волшебницу по кладбищенской дорожке.

– Она простила тебя, дурака, – сказал он надгробному камню, – наша Гермиона, как обычно, всё понимает. А вот я пока не решил, уж извини, дружище! – Поттер достал из складок одежды удлинённый свёрток. – Талпа! (1) – И в холмике могилы образовалось небольшое углубление, куда Поттер положил предмет, перетянутый льняной тряпицей, наклонился и, предварительно сняв перчатку, закопал ямку рукой.

– Реквем аэтерна! – Провёл он палочкой поверх могилы. – Вечный покой тебе, Центессима Люпус, Кинжал милосердия!

– – – – – – – – – –

(1) крот

*

– Сегодня ничего не будет! – такого раздражения в голосе аманта Северус Снейп ещё не слышал. Он молча смотрел, как тот долго возится в прихожей, не может справиться с вешалкой, роняет то пальто, то шарф. Как потом воюет с пробкой на бутылке виски, дрожащими руками проливая алкоголь на стол. Как жадно, словно простую воду, осушает полбокала крепкого напитка, после чего не садится, а падает в кресло и с видимым усилием старается успокоиться. Приближаться к нему сейчас было бы неосмотрительно.

– Чего молчишь? – Поттер, кажется, немного совладал с эмоциями, но расслабиться так и не смог. – Встречаешь меня, словно дворецкий! Это твой дом. Если ты, Северус, будешь торчать в дверях как столб, то я тоже встану.

Снейп прошёл в гостиную и присел на диван напротив него.

– Так чего сегодня не будет? – и без того обычно сдержанный и строгий профессор-зельевар сейчас был просто похож на каменный монумент. Поттер немного смутился.

– До сегодняшнего дня я и не знал, Гарри, что ты приходишь ко мне только за этим.

– Я не хотел сказать что-то обидное. – Поттер не смотрел на Снейпа.

Северус плеснул немного виски в бокалы и протянул один гостю. Он сам сделал несколько глотков, а Поттер, поразмыслив немного, с сомнением отставил бокал.

– Потерять близкого друга – это... – Снейп тягостно вздохнул, не договорив фразы. – Ты справишься, малыш. Рон Уизли ушёл...

– Сбежал! – перебил его Поттер, но под укоризненным взглядом Снейпа сначала смутился, а потом попробовал огрызнуться: – Говорю, что думаю!

– Надеюсь, при Гермионе ты ничего такого не думал? Особенно вслух. – Снейп всё-таки решил привести Гарри в чувство. Жалость и сострадание в данный момент явно мешали. – Правда, и сопли твои молодой вдове сейчас ни к чему. Но, тем не менее, она бы расстроилась, узнав, что друг так резко изменил мнение о покойном Роне после его смерти.

Поттер чуть было не ответил грубостью, но его губы вдруг затряслись, глаза наполнились слезами. Он отвернулся, уткнулся в свою согнутую руку и зарыдал горько, как ребёнок. Северус подождал немного, давая схлынуть первой волне рыданий, потом подсел к нему на мягкий подлокотник, обнял и прижал к себе.

– Что мне делать? Северус, я больше не могу это переносить! – Поттер сам сильнее обхватил Снейпа руками, буквально вцепился в него. – Опять! Снова! Смерть и боль! – почти кричал он сквозь слёзы. – Луна, отец, Сириус, Рон. Агату боюсь потерять. Всё время боюсь. Маму, тебя? Кого мне ещё хоронить?

Снейп не находил слов утешения.

– Зачем жить, если это так больно, Северус? Зачем ценить, заботиться, привыкать, любить? Если всё приходится терять?

– Не всё, мальчик мой, – глухо проговорил Снейп, – остаётся ещё очень многое, что можно любить и ценить. Я или Лили, мы не можем обещать тебе, что никогда тебя не покинем. Ни простые люди, ни самые могущественные маги не властны давать такие обещания.

Поттер посмотрел в лицо Снейпа, слёзы ещё текли по его щекам, но истерика явно отступила. Снейп печально улыбнулся:

– Но и ты, Гарри, не можешь успокоить меня тем, что не уйдёшь... – его голос задрожал, – ...из этого мира раньше меня. Что же мне, заранее злиться или вообще не позволять себе любить? Потому, что будет слишком больно терять?

Поттер положил голову ему на плечо. Северус прижался губами к его волосам, сжал его ладони в своих.

– Редкие люди ничего не теряют в жизни, – продолжал невесело Снейп, – но есть такие, на долю которых выпадает слишком много потерь. Вероятно, потому, что эти люди сильнее других и могут больше вынести.

– Нет! – Поттер резко отпрянул. – Я не хочу быть сильным только для того, чтобы терпеть и выносить! Я хочу быть сильным, чтобы всё изменить, исправить!

– Тогда, Гарри, тебе придётся тягаться с самым могущественным противником на свете – со Смертью!

– Вот и отлично! – Глаза Поттера возбуждённо засверкали, Снейпу показалось, что он отчётливо видит алые всполохи, проступающие сквозь изумрудную зелень глаз своего аманта. – Будет, чем заняться, чтобы не распускать нюни! Зато ты представляешь, Северус, что это будет за ПОБЕДА?!

====== Глава 10. Белла ======

Проходя по длинному коридору Малфой-мэнора в покои своей сестры Нарциссы, Беллатрикс Лестрейндж услышала грохот, доносившийся из какой-то комнаты. Шум так резко прекратился и такая вокруг настала звенящая тишина, что стало понятно: кто-то применил Заглушающее заклятье. В спальне племянника? Беллатрикс даже не смогла постучаться: слышимость вблизи комнаты Драко была почти нулевая. Что же такое вытворяет красавчик Малфой-младший? Белла развеселилась от предвкушения раскрытия маленькой тайны родственника, вприпрыжку вернулась к лестнице, взбежала на верхний этаж и вошла в комнату, расположенную над спальней Драко.

Беллатрикс с детства любила и умела подглядывать за людьми. Она проворно подняла край напольного ковра, с помощью простенького заклятья вытащила несколько паркетин из пола, отодвинула в сторону крепление люстры на потолке нижней комнаты. Главное – всё делать очень аккуратно и тихо. Миссис Лестрейндж заглянула через образовавшуюся щель вниз, в спальню племянника, – её глаза расширились от удивления.

Что-то подобное она как раз и ожидала увидеть, но... Слизеринский принц и через несколько лет после окончания школы не растерял свою свиту и вызывал у многих особ обоих полов восторженные чувства, чем тётушка Белла немало гордилась. Ей доставляло удовольствие подтрунивать над выросшим из школьной мантии парнем, застигнутым во время его любовных приключений. Как же Беллу забавляло смущение и румянец на щеках «малыша» Драко, появлявшиеся в присутствии его прелестной тётушки, острой на язычок! Так что проницательной Белле не трудно было догадаться, чем, предположительно, Драко занимался в магической тишине своей спальни. Но, с кем?! Таких выразительных подробностей и именно с этим партнёром Белла, не отличавшаяся целомудрием и невинностью, тем не менее, увидеть совершенно не ожидала.

Любовники явно дружили с фантазией, и назвать «просто сексом» то, чем они занимались сначала на кровати, а потом на столе, было бы неверно. Это был не просто секс, а пособие для пресытившихся сластолюбцев; Белла даже не подозревала, что мужчины могут столь азартно и разнообразно доставлять друг другу удовольствие. Драко, кажется, должен был бы кричать от боли и отбиваться от причиняющего ему нешуточные страдания партнёра, но он только громко стонал (то есть открывал рот для стонов) и послушно поворачивался. Вероятно, Белла застала финал минета, потом насладилась коротким, но бурным риммингом, несколькими быстрыми рокировками, затем Драко, по-женски сидя на любовнике, пару минут продержался в «скачке», но что-то не заладилось, и его просто наклонили на стол. По ногам Драко текла смазка, он впивался ногтями в суконную столешницу, прогибался до хруста в позвонках, но улыбался, совершенно нечитаемо, пьяно, и подмахивал покрытому каплями пота любовнику.

Вид сплетённых обнажённых молодых мужских тел, исходившие от их движений чувственная энергия, кипящая страсть и почти осязаемое, даже на расстоянии, вожделение заставили щёки Беллатрикс, немало повидавшей и попробовавшей на своём веку, вспыхнуть ярким румянцем. Её глаза засверкали дьявольским огнём, дыхание участилось. “Ха! – она еле сдержалась от громкого выдоха. – Вот племянничек даёт! И ему дают тоже. – Хулиганская улыбка расплылась по лицу Беллы. – Стоило такое увидеть! Но, кто это с Драко? Вернее, на Драко?.. А ещё вернее, в Драко?.. Поттер?! – Лицо Беллатрикс приняло почти безумное выражение, пляска огоньков в глазах стала бешенной, язык судорожно облизывал алые пухлые губки. – Ну, мальчики, вы попа-а-ались!” Её сердце, и так готовое выпрыгнуть из груди, заколотилось ещё быстрее от мысли о представившейся возможности вдоволь поиздеваться над молодыми людьми, а возможно, и пошантажировать надменного племянничка и его выскочку-любовника, занимавшего, между прочим, не последнее место в Аврорате. “Ух!” – восторженно хихикая, Белла принялась как можно аккуратнее закрывать импровизированное смотровое окно. Вдруг её обожгло ярким зелёным взглядом. Она замерла. Через едва заметную щель прямо на неё смотрел Поттер! С силой вбиваясь в тело стонущего, распластанного в неудобной позе Драко, черноволосый молодой мужчина запрокинул голову к потолку и с дикой улыбкой смотрел точно на Беллатрикс. И, кажется, кончал, прямо в сей миг! Ей показалось, что пол-потолок сейчас рухнет у неё под ногами. Она с трудом оторвалась от этих сумасшедших изумрудов, с ужасом, уже закрывая отверстие в полу, успела заметить кровавые подтёки на расцарапанных плечах Драко и сперму на его раскрасневшихся ягодицах, задёрнула ковёр. И вдруг увидела домовика, тихонько стоящего в уголке и наблюдающего за ней. Слуги в Малфой-мэноре были повсюду!

– Ты меня здесь не видел, – Белла строго посмотрела на эльфа, одним лишь взглядом обещая ему в случае непослушания большие неприятности. – Будешь паинькой – получишь конфетку! – Хихикнула она и побежала прочь из комнаты, небрежно подбирая подол длинного платья.

*

“Да, вечер явно удался, – думала Беллатрикс, выходя из будуара сестры. – Жаль, что Цисси захворала, но это ерунда, ничего серьёзного. Зато, сколько мы с ней косточек перемыли! И малфоевское вино просто великолепно!” – Миссис Лестрейндж постаралась придать своей развязной походке твёрдость и благовидность. Проходя мимо библиотеки, она услышала доносившиеся оттуда увлечённые мужские голоса. “И у вас ещё хватает сил читать? Однако крепкая нынче молодёжь!” – Белла быстро завелась, но вспомнила о провожавшем её дворецком:

– Иди по своим делам, я дорогу знаю. – Она послала тому такой пренебрежительный взгляд, на который только была способна. Слуга почтенно поклонился и удалился, пытаясь сохранить хоть каплю достоинства.

Белла немного постояла перед закрытой дверью библиотеки, прислушиваясь к разговору молодых людей и улыбаясь в предвкушении редкого развлечения. Накручивая длинный локон на палец, она тихонько повернула дверную ручку и просунула внутрь сначала только прелестную головку в облаке тёмных кудрей.

– Ах, – она картинно широко распахнула глаза и взмахнула длинными ресницами, – вот они, мои котятки! – Вся Беллатрикс появилась в дверном проёме, нарочито медленно затворила за собой дверь и умопомрачительной походкой опытной соблазнительницы направилась к молодым мужчинам. Ещё выше приподняв грудь в плотном корсете, грациозно покачивая бёдрами, с лучистыми очами и выражением блаженства на прекрасном личике, миссис Лестрейндж подошла к столу, за которым Малфой-младший и его приятель-мракоборец (ну и ну!) разбирали какие-то древние фолианты. При этом обворожительная ведьма так осторожно ставила свои точёные ножки, обутые в туфли на высоких каблучках, словно ступала по битому стеклу. Она приподняла край длинной юбки гораздо выше, чем это позволялось в приличном обществе, и в складках оборки мелькала кружевная подвязка чулок. Как бы случайно Белла несколько раз облизнула и без того блестящие аппетитные губки.

– Привет, тётя Белла. – Драко ошарашено уставился на явно подвыпившую даму, излучавшую недвусмысленные флюиды. Поттер с непроницаемым лицом смотрел на весьма эффектно приближавшуюся к ним миссис Лейстрейндж, только в его глазах заплясали чёртики, и уголки губ едва заметно вздрогнули в снисходительной усмешке.

– Ах, мы читаем книжечки? Учимся? – Беллатрикс остановилась возле стола и приняла самую соблазнительную позу, на которую была способна в своём не совсем трезвом состоянии. – А я думала, что котятки уже всё знают и всё умеют. – Она кокетливо склонила голову набок. – Такие лапочки, пупсики, читают буковки, шевелят губками. – Белла очень выразительно закусила кончик своего пальца с длинным алым ноготком. – И родители думают, что мальчики получают знания. – Повернула к себе одну из книг, раскрыла и, сосредоточенно насупив брови, сделала вид, что читает по слогам: – Те-бе хо-ро-шо, ма-лыш? Те-бе не боль-но, малыш? В ротик или в попку, малыш? – передразнила ведьма, с вызовом бросив взгляд на Драко, потом повернулась к его любовнику. Малфой-младший судорожно сглотнул. Миссис Лестрейндж, легко подпрыгнув, уселась на стол, скрестила ножки, картинно поправила чулочки, томно, по-кошачьи, потянулась всем телом. Потом полулегла прямо перед Поттером, оперевшись локотком на какие-то толстые древние тома. На лбу у Малфоя выступила испарина. Он в ужасе почувствовал, как его организм совершенно неуместно поддаётся на игру бесстыдной искусительницы. Беллатрикс икнула, смущённо заулыбалась, лукаво взглянула на племянника и протянула руку к лицу Поттера:

– Очочки носим? Чтобы буковки лучше видеть? – Изящным движением она поправила Гарри очки, коснулась его взъерошенной чёлки. – Такие умные начитанные мальчики знают, что нужно сделать для тёти Беллы, чтобы никто не узнал о том, что и как они читают на мягкой кроватке и... возле неё?

Драко сильно закашлялся. Поттер продолжал сидеть со спокойным выражением лица, едва заметно ухмыляясь. Беллу это озадачило, и весьма: «Крепкий орешек? Привык смотреть в лицо провокациям и держать марку? Ну ничего, теперь вы оба у меня в кармане. Сделаете всё, что я захочу!»

– Усердные читатели. – Белла снова взялась поправлять очки Поттера, игриво касаясь его лица бархатными пальчиками. – Даже стёклышки запотели...

Поттер так резко схватил её за руку, так сильно дёрнул и так быстро рванул ворот беллиного платья, что та даже не успела вскрикнуть. Дорогой шёлк затрещал, и обнажились нежные белоснежные плечи и аппетитные груди, стянутые корсетом. Она взвизгнула, пытаясь оттолкнуть спятившего парня, дёрнулась за палочкой. Но Поттер уже перевернул её на живот, заломил ей руку за спину, задрал юбку и закинул на голову отчаянно дёргавшейся Беллатрикс.

Малфой сначала онемел от происходящего. Когда Поттер начал возиться одной рукой с ремнём на своих брюках, Драко очнулся:

– Ты что, с ума сошёл?! – проорал он прямо в ухо Поттеру.

– Пошёл вон! – рыкнул тот в ответ. – Не мешайся! – И резко втолкнул уже готовый член в Беллатрикс.

Малфой выскочил из библиотеки, с грохотом захлопнул за собой дверь, прижался к ней вздрагивающей спиной. Коридор качался у него перед глазами.

Белла долго и гневно сопротивлялась, на удивление долго, учитывая её хрупкое телосложение, но Поттер, не утруждавший себя необходимостью галантного поведения с дамой, не дал ей не малейшего шанса.

– Ещё раз укусишь – ударю по лицу! – Услышал Драко вполне мирный голос своего любовника, насилующего его тётку.

Потом послышались протяжные стоны, мужские и женские, но их Драко уже почти не разбирал: Поттер наложил Заглушающее. Надо же, в такой момент не забыл про конспирацию! А вот Запирающее тот ставить не стал – вряд ли не сообразил, скорее, понял или почувствовал, что Драко не убежал сломя голову, а остался на страже...

Туман в глазах. Пульс разрывает виски...

Белла чуть не потеряла сознание, когда волна наслаждения, сначала толкнувшаяся робко и несмело сквозь боль и унижение, накрыла с головой. Чуть раньше – взрыв где-то внутри, а потом просто стало нечем дышать, или она забыла, как это делается. Сумасшедшая мысль ударила в пьяную голову: а ведь стоило так отчаянно отбиваться от нахала, чтобы в итоге получить за непокорность такую награду! Слишком хорошо. Слишком тяжело, слишком жёстко. Слишком быстро, нет, слишком медленно. Слишком сильно. Слишком... хорошо. Так же было когда-то давно, лет тридцать назад: боль, стыд, унижение, и неземное удовольствие, тянувшееся иногда невероятно долго, а иногда за несколько секунд растрачивавшее всю свою ошеломляющую силу – это уж как хотелось ЕМУ. Его руки – то грубые и жестокие, то нежные и приятные, сжимавшие её груди, бёдра, ягодицы. Его губы – то впивавшиеся в её рот, желавшие высосать жизнь, кусавшие до крови её соски, то легко щекотавшие ушко, шейку, дарившие негу волшебными касаньями. Его тело – то холодное, как лёд, то горячее пламени. Его член, не терявший желания ни на миг, жаждавший её снова и снова, и получавший всё, что захочет. Его дыхание – то сбивчивое и порывистое, то спокойное, как шелест штиля. Она помнила. Ласки Тёмного Лорда. Она хотела ещё и опять терпеть, стиснув зубы, и раскрываться бутоном дикой розы ему навстречу... Белла прижалась к мужчине настолько сильно, насколько хватило её изрядно потраченных сил, и... в ужасе отпрянула: на неё смотрели чужие ярко-зелёные глаза. Не ЕГО! «НЕ может быть!» Левую руку Беллатрикс обожгла давно забытая, но знакомая боль. Знак Змеи пульсировал и наливался алым...

Драко Малфою уже едва хватало сил не упасть у порога библиотеки, когда его в спину сильно толкнула резко распахнутая дверь. Спокойный Поттер, взъерошенный не более чем обычно, вышел из комнаты и на ходу, через плечо, небрежно снял палочкой Заглушающее.

– Что это на тебя нашло? – не узнал свой голос Драко.

– Ты о чём? – Поттер удивлённо пожал плечами.

Драко нашёл в себе силы ехидно усмехнуться вдогонку:

– Ну, и как тебе тётушка Белла? – и сам испугался своих слов.

Поттер, не останавливаясь, обернулся к нему и бросил серьёзным тоном:

– Ты лучше!

====== Глава 11. Где живёт душа, или “Не обижайся, малыш!” ======

– Прости, Малфой, но тебе придётся подождать, – произнёс Поттер тоном, не терпящим возражений, и твёрдым взглядом зелёных глаз поверх очков указал Драко на дверь: – И не здесь, не в этой комнате. Я не виноват, что ты припёрся без предупреждения, – ответил он на мелькнувшее на лице любовника выражение обиды.

– Я соскучился, – преувеличенно капризно протянул тот.

Поттер многозначительно поднял брови:

– Я тоже, и даже очень. Но сейчас занят. Дай мне полчаса для завершения работы, и мы обсудим в более удобном месте, кто по кому больше скучает.

– А если мне хочется обсудить это здесь? – Малфой дразняще улыбнулся. – Такой антураж, просто великолепно! Все эти колбы и мензурки. Котлы и ящики с большими тяжёлыми замками... Очень большими и очень тяжёлыми... – Он демонстративно облизнул свои губы и взялся рукой за пряжку брючного ремня.

Поттер продолжал невозмутимо заниматься делами, искоса бросая на любовника быстрые взгляды.

– Это так напоминает мне уроки в Хогвартсе. Зельеварение, – продолжил Малфой, радостно оживившись. – Знаешь, Гарри, можно представить, что мы моложе лет на... – он шутливо наморщил лоб, задумался, как бы считая в уме прошедшие годы, – на несколько лет. И не тратим зря свои юные годы на глупую вражду. О! И ты так похож сейчас на профессора Снейпа! Надо же! С кем поведёшься – от того и наберёшься. – Малфой натолкнулся на колючий взгляд Поттера. – Сколько очков минус Слизерину, профессор? – продолжал он дразнить.

– Ты что-то имеешь против своего бывшего декана? – Поттер усиленно старался выглядеть рассерженным.

– Как Вам сказать, профессор Поттер? – Малфой сделал вид, что сидит за школьной партой и тянет руку для ответа. – В принципе нет, ничего не имею против. Клёвый чувак наш Снейп. Только вот поменьше бы назначал отработок гриффиндорцам в своей спальне.

Поттер хмыкнул.

– Бывшим гриффиндорцам, – уточнил он. – И, слава Мерлину, только одному!

– А я думал, бывших гриффиндорцев не бывает, – удивился Малфой.

– Так же как и бывших слизеринцев? – Взгляд Поттера стал тяжелее. – Как видишь, бывают. Драко, если ты не дашь мне закончить опыт, мы с тобой вообще ни о чём не поговорим. Потому что я возьму твой болтливый язык и засуну его, знаешь куда?

– Сначала отыщи такое место, где он ещё не был, – огрызнулся Малфой.

Поттер запустил в него хрустальной пробкой от графина, но сноровистый блондин успел проворно уклониться от импровизированного снаряда и, не давая пробке врезаться в стену, взмахом волшебной палочки положил её на стол.

– Всё понял, – развёл он ладони, как бы сдаваясь, – молчу как рыба, дважды объяснять мне не надо, я у тебя понятливый. Рыба я!

– Ловкач, – отреагировал Поттер на изящный финт с пробкой, а заметив, как Драко усиленно виляет бёдрами, изображая, по-видимому, рыбий хвост, добавил сквозь улыбку: – Хм, селёдка!

Малфой отошёл к дальней стене лаборатории, устроенной Поттером в подвале своего дома, и принялся внимательно разглядывать разные интересные вещицы на полках. Открыв дверцы одного из стенных шкафов, замер на миг с расширившимися от ужаса глазами и заорал, что было мочи. На полке лежали две уродливые, но явно человеческие головы. Похоже, забальзамированные. У одной из голов левый глаз был не до конца закрыт, и казалось, что эта чёртова голова косится именно на Драко и вот-вот подмигнёт ему!

– Что ты так орёшь? – недовольно спросил подбежавший хозяин лаборатории. – Человеческих голов не видел, что ли?

– Что это, Гарри? – Малфой слегка попятился. – Что они здесь делают?

Поттер посмотрел на головы, как на что-то обыденное:

– Ничего не делают, болван. Что могут делать человеческие головы без тел? Если только они – не головы призраков. Вероятно, переживают, что дали себя отрезать. – Поттеру доставляло удовольствие издеваться над побелевшим Драко, но он прикрыл дверцу шкафа. – Ну, хватит глазеть, раз ты такой впечатлительный! А то ещё ненароком начнёшь заикаться. Слизеринский принц – заика!

– Подожди, – остановил его Малфой и, словно зачарованный, уставился на одну из голов. – Это же Сивый?! – Он обалдело заморгал.

– Неужели узнал? Значит, страх не всего тебя парализует, Драко, некоторые клеточки твоего мозга продолжают кумекать. Неплохо. Учту на будущее.

Малфой переводил изумлённый взгляд с Поттера на страшные находки и обратно:

– Как это здесь оказалось? Неужели ты... – Догадка уже готова была слететь с его языка, но Поттер остановил суровым взглядом. – Но почему они у тебя в доме, Гарри?

Тот пожал плечами:

– А где же их хранить?

Растерявшийся Малфой не мог понять, серьёзно ли это или над ним издеваются.

– Я имею в виду, зачем ты их вообще... Зачем тебе они? – он уже достаточно пришёл в себя после первого шока, чтобы более тщательно подбирать слова.

Поттер внимательно посмотрел на свои чудовищные экспонаты и ответил совершенно серьёзно:

– Не хочу, чтобы их души когда-нибудь успокоились. Пусть сидят в моём шкафу и думают над своим поведением. – Он немного помолчал, с отвращением разглядывая страшные подробности голов, а потом принялся объяснять Малфою: – Тебе же известно, что раньше считалось, будто душа человека живёт в его голове. И если победитель возьмёт себе голову побеждённого врага, то и душа врага не сможет успокоиться, а в виде призрака будет обязана служить владельцу своей башки. Служба их мне даром не нужна, – кивнул Поттер на мумифицированные головы, – тем более что способ заставить их подчиняться пока (очень надеюсь, что именно пока) мне не известен, а вот позволить им спокойно уйти в мир иной я не могу.

Малфой пытался мысленно переварить только что услышанное. И увиденное.

– Ну, с этим, – показал он на обезображенную морду оборотня, – всё понятно. А вторая чья? Что-то смутно знакомое. – Драко, поморщившись, пытался разглядеть черты, как ему казалось, готовой подмигнуть головы.

– Амбридж, – подсказал Поттер. Малфой хотел было снова сильно удивиться, но тошнота подступила к горлу, и он поспешно выбежал из лаборатории.

Когда через некоторое время хозяин дома вошёл в гостиную, его белокурый друг с серо-зелёным лицом, одновременно покрытым пунцовыми пятнами, пытался заставить себя выпить успокоительный травяной чай.

– Сам виноват! – Поттер навёл на него палочку, и невербальное расслабляющее почти мгновенно избавило Драко от дрожи в теле. – Нечего шнырять по чужим шкафам.

Он подал Малфою стакан простой воды, который тот осушил залпом и окончательно пришёл в себя. «Возможно, что вода была не такая уж и простая, – подумал он. – Как, впрочем, и многое в этом доме».

– Перекусим? – как ни в чём не бывало, предложил Поттер.

– Шутишь? – Малфой нервно передёрнул плечами. – После такого мне точно кусок в горло не полезет.

– Тогда расслабимся немного. – Поттер достал из буфета початую бутылку шотландского виски.

– Я теперь ещё долго ничего не смогу взять в рот. – Закатил глаза Драко.

– А вот это мне уже не очень нравится, – хмыкнул хозяин дома, разливая скотч по бокалам. – Выпей, тебе не помешает. – Он протянул Малфою один бокал, но тот отрицательно замотал головой. Поттер раздражённо взвесил бокалы в своих руках. – Пей! – приказал он. Драко непроизвольно, без особого желания, сделал небольшой глоток. – И не дуйся! – Поттер подсел к нему, одной рукой взял за запястье, а другую положил Малфою на колено. – Ну?