Текст книги "Второй шанс (СИ)"

Автор книги: Smaragd

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 13 страниц)

Женщина охнула:

– Что ты придумываешь, несносный мальчишка! – И только хотела взять сына за руку, как откуда-то из-за стеллажей вдруг появились мужчины в аврорской форме и оттеснили её от ребёнка. Один из них, в повседневном строгом костюме, проговорил ей прямо в лицо:

– Вы, миссис Келли, а точнее, миссис Фенрир, арестованы за сознательное утаивание информации о местонахождении вашего мужа, опасного преступника, разыскиваемого Министерством магии, на основании показаний вашего малолетнего сына, полученных независимым способом. – Поттер развернул прямо перед носом растерявшейся женщины свиток с протоколом состоявшегося только что разговора с ребёнком. – Мистер Уизли, владелец магазина, – кивнул он в сторону Рона, – подтвердит под присягой, что написанное здесь является правдой, и отметит, что на ребёнка не оказывалось ни малейшего давления, – мракоборец чеканил слова.

У женщины от волнения затряслись губы. Рональд с неожиданным сочувствием посмотрел на свою посетительницу и зажавшегося малыша.

– Вас ожидает допрос, миссис Фенрир, – продолжал Поттер ледяным тоном. – Постановление на арест будет подписано с минуты на минуту. И если вы хотите ещё когда-нибудь увидеть сына – советую вам хорошенько подумать, как именно следует отвечать на вопросы следователя. – Он твёрдо взял женщину за локоть и повёл к выходу. – О ребёнке позаботятся.

Мальчуган скривил жалобно личико, из его глаз полились слёзы, он крепко прижал серую игрушку в голубом плаще. Рон отвернулся, потом взял с полки нарядную коробку:

– Это тебе, Кайл! – Ребёнок захлёбывался слезами. – Это собака, щенок, он умеет находить всякие потерявшиеся в детской вещи, ну... носки, фантики – всё, что захочешь.

– Мама! – всхлипывал малыш. – Хочу к маме!

“Придётся потерпеть без мамы. Да уж”. – Управляющий Уизли быстрой неровной походкой поспешил к себе в кабинет.

*

Поттер уверенно шёл по коридору Министерства.

– О, приветствую, родственничек! – Майкл Корнер пожал ему руку.

– И что это ты вдруг записался ко мне в родственники, Майки? – Поттер состроил шутливо-недовольную гримасу.

– Ну, ты же Уизли почти родной. – Смущённо пожал плечами школьный приятель и новоявленный зять семейства Уизли. – А раз Джинни теперь носит мою фамилию, то её родственники автоматически становятся и моими тоже.

– И как дела у молодой супруги, братишка? – Засмеялся Поттер, вызывая лифт. – Как дела у тебя – не спрашиваю. – Он обвёл довольного Майкла многозначительным взглядом.

Корнер счастливо заулыбался в ответ:

– Да уж, Гарри! Никогда бы раньше не подумал, что буду так торопиться после работы домой!

– Выбрать правильную женщину и уговорить её стать своей женой – что ещё нужно мужчине для счастья? – Поттер собрался нажать на кнопку нужного ему этажа в кабине лифта, но Корнер опередил его:

– Нет, тебе вот сюда. – И сам выбрал этаж. – Диггори требует немедленно. Я, собственно, тебя и разыскивал. – Он виновато заморгал. – У вас там какое-то ЧП с этой твоей арестованной, – зашептал почти на ухо Поттеру заговорщицким тоном...

Поттер вежливо постучал в дверь кабинета Главы Комитета по расследованию особо опасных магических правонарушений и, услышав приглашение, вошёл. Увидев, кто именно возник на пороге его кабинета, Седрик Диггори постарался придать лицу как можно более суровое выражение.

– Присаживайтесь, аврор Поттер. Ваш непосредственный начальник, мистер Грюм, отсутствует, поэтому, я думаю, что вы сделаете над собой небольшое усилие и прислушаетесь к мнению Главы смежного подразделения. – Взгляд Старшего следователя наткнулся на иронию в глазах Поттера. – Ты не смеешь пренебрегать моими приказами!

Поттер удивлённо вскинул брови. Седрик сбавил тон:

– Тебе известно, что врачи признали у миссис Келли тяжёлое нервное расстройство? – спросил он устало.

– Нервы этой дамы меня не интересуют, – Поттер был подчёркнуто холоден.

– Она потеряла рассудок после твоих допросов. Сошла с ума, если тебе так более понятно.

– Почему ты решил, Диггори, что именно я виноват в её безумии? Твои подчинённые тоже с ней работали. – Аврор невозмутимо смотрел в глаза Старшего следователя. – Может, она спятила от проснувшейся совести?

Диггори еле удержался, чтобы не отвести взгляд:

– У тебя будут проблемы, Гарри, это дело невозможно замолчать.

– И кто же даст ему ход? – картинно удивился Поттер. – Неужели мистер Диггори? Который так быстро забыл, кому обязан креслом Главы следственного Комитета?

Хозяин кабинета быстро покраснел:

– Я хорошо помню, что твой отец помогал мне.

– Что ты помнишь? – бросил Поттер пренебрежительно. – Сколько времени Джеймс потратил на подающего надежды дебютанта, чтобы сделать из него самого молодого в истории Старшего следователя? И ты, утверждая, что уважаешь память покойного учителя, моего отца, – Поттер почти выкрикнул последнее слово, – сможешь послать под трибунал его сына, пару раз прикрикнувшего на допросе на тупую упёртую сучку? – Его глаза превратились в щёлки.

Диггори с сожалением вздохнул и проговорил, не поднимая глаз:

– Твой отец сказал бы тебе то же самое, что и я, он осудил бы тебя, Гарри.

Поттер встал и направился к двери.

Диггори бросил в спину уходящему без разрешения аврору последний, как ему казалось, аргумент:

– А что будет с её ребёнком?

– В английских приютах ещё никто не умирал от голода, – холодно заметил тот, обернувшись через плечо, и закрыл за собой дверь.

====== Глава 6. Коттедж “Зелёный конёк” ======

– Рон, тебе с Гермионой и детьми надо на время уехать. – Поттер серьёзно посмотрел на друга, – Не думаю, что стоит волноваться, но осторожность не помешает. Мама с Агатой отдыхают в нашем коттедже “Зелёный конёк”. Там чудные спокойные места, морской воздух. Твои мама и сестра тоже уже к ним присоединились. Джинни в её положении полезно побыть на природе. Они, насколько мне известно, прекрасно проводят время. Корнер их навещает почти каждый день. Ждут только вашего прибытия. Впрочем, Молли, наверняка всё тебе подробно сообщает.

Рон задумчиво оглядывал улицу из окна своего кабинета.

– Да. Герми не прочь провести время в приятной компании. Свекровь, золовка, миссис Поттер, Агата и Роза – чем не женский рай? Моё мужское одиночество скрасит лишь малыш Хьюго и наш Пончик. – Рон усмехнулся. – Вряд ли Майки, навещая жену, будет уделять много внимания её брату. У Гермионы, правда, хватает дел на работе, но, лишь услышав о возможности отдыха на побережье в кругу всей семьи, она заявила, что срочно потребует отпуск.

– Вот и отлично, Рони. У тебя ведь не так много поводов быть именно сейчас привязанным к магазину? – Поттер удовлетворённо похлопал друга по плечу. – Воспользуйтесь летучим порохом. В нашем коттедже отличный камин.

*

– В чём дело, Лили? – спросила Молли тревожно, когда подруга после срочного сообщения со службы спешно засобиралась.

– Присмотрите за Агатой? – Лили у зеркала торопливо наносила лёгкий макияж.

– О чём ты спрашиваешь, дорогая, конечно, присмотрим, – миссис Уизли попыталась придать голосу безмятежность. – Но всё-таки что случилось? Что я скажу девочкам, когда они вернуться с прогулки?

– Скажи, что меня вызвали по служебным делам, постараюсь завтра освободиться, – миссис Поттер собрала длинные тяжёлые волосы на затылке, придавая им вид элегантной причёски. Игнорировать тревожный взгляд подруги она не могла: – Не надо волновать Джинни, – Лили оглянулась, проверяя, не слышит ли их кто-нибудь, – на её сроке это опасно. А Гермионе можешь рассказать, что произошло новое нападение на маггловскую деревню. Кажется, опять банда Сивого. Много жертв, есть раненые и среди магов. Там требуется помощь психолога. – Она бросила оценивающий взгляд на своё отражение в зеркале. – Герми пусть пока не дёргается, у неё законный отпуск. На всякий случай усильте Охранные и Сигнальные, как только я дизаппарирую. – Лили подхватила дорожную сумку. – Бояться не стоит, это совсем в другом районе, но для спокойствия не помешает. – Чмокнула она подругу в щёку. – Передай Рону, чтобы он связался с Корнером, как только вернётся с рыбалки. И Джинни предупреди, что её муж задержится на пару дней. Детей целуй.

Лили выбежала за дверь, послышался щелчок трансгрессивного перехода.

*

Вечер был просто чудесный. Довольно тёплый день сменился прохладой, и в большой уютной гостиной разожгли камин. Сквозь приоткрытую форточку доносился баюкающий шелест прибоя. Пропитанный за день морским воздухом дом был безмятежен и нешумен. На толстом пушистом ковре малыши перед сном возились со смешным лохматым рыжим терьерчиком. Джинни, нежно поглаживая себе животик, листала журнал, забравшись с ногами на диван, и с улыбкой поглядывала на Хьюго и Агату. Гермиона не отходила от детей далеко, готовая в любой момент прийти на помощь уже замученному, но счастливому пёсику. Рон со старшей дочерью разыгрывали очередную вечернюю партию за шахматной доской и, чтобы вселить в юную рыжеволосую шахматистку больше уверенности, гроссмейстер Уизли усиленно притворялся, будто чрезвычайно озадачен последним ходом Розы. “А голова у девчонки очень даже кумекает”, – с удовольствием думал он. Миссис Уизли-старшая, устроившись в кресле, вязала что-то невозможно длинное и полосатое множеством спиц одновременно.

Неожиданно собачка оставила своих задорных друзей, потянула тревожно воздух влажным носом-пуговкой и подошла к двери, взволнованно поскуливая.

– Пойду прогуляюсь с Пончиком по саду. – Краем глаза заметив движения собаки, Джинни поднялась с дивана.

– Только накинь что-то тёплое, дорогая. Уже сыро, – напомнила ей миссис Уизли, не отрываясь от быстро мелькающих шерстяных петель.

Джинни укуталась в мягкий плед и выпустила собаку на улицу.

Оказавшись за дверью, Пончик сразу же бросился в темноту с заливистым лаем. Такое его поведение никого особо не встревожило: терьер отличался энергичным характером и любовью погавкать. “Наверное, погнал бродячего кота или енота”, – подумала Джинни. Она неспешным шагом пошла по влажной дорожке к колодцу. В вечернем воздухе запах моря смешивался с ароматами засыпающего сада, и эта смесь дарила покой и чистоту.

Приятные безмятежные раздумья молодой женщины прервала какая-то возня в тёмном углу сада и сдавленный собачий хрип. Невнятное движение всколыхнуло воздух сразу в нескольких местах вокруг неё, по границе света. Джинни обернулась в тревоге, но ничего не успела заметить. “Пончик! Где ты, что случилось, малыш?” – позвала она, рука непроизвольно потянулась к волшебной палочке. Огромная грубая ладонь схватила за запястье. Другая, липкая и пахнущая чем-то отвратительным, зажала ей рот вместе с половиной лица. Яростно сверкнул довольный, и даже насмешливый, взгляд жёлтых глаз:

– Разве мамочка не учила тебя, розанчик, что одиноким девочкам опасно бродить в темноте? – Перед Джинни стоял Фенрир Сивый. – Можно споткнуться и подвернуть ножку. – Он проворно затолкал палочку волшебницы себе за пояс и освободившейся рукой скользнул по её коленке, высоко задирая юбку и обнажая бедро. – Или встретить кого-нибудь недоброго.

Несколько огромных тёмных фигур окружили Джинни Корнер. Сивый чем-то ловко заклеил ей рот:

– Так будет надёжнее, киска. И не придётся просить тебя не кричать. Я очень не люблю просить. И ещё больше не люблю, знаешь ли, когда мои просьбы не выполняют. Просто зверею. – Со всех сторон раздался хохот.

– Это его сестра. – Вышел вперёд совсем молодой оборотень, мальчишка, его глаза жадно вспыхнули при взгляде на женскую фигурку.

– Знаю, – отозвался Фенрир. – Та ещё штучка! Резвая девчонка. Как бы нам сделать так, чтобы она не особо трепыхалась? – Он лучезарно улыбнулся в лицо обомлевшей Джинни, обнажая крупные крепкие зубы, почти клыки, и сильнее завёл ей за спину пленённые руки.

– Не очень-то она девочка. – Молодой оборотень с ужасающим восторгом уставился на живот беременной.

– Опоздали. – Кто-то хихикнул, добавил высокопарно: – Её девственность уже распробовали до нас.

– Сегодня желательно обойтись без бойни, во всяком случае, сперва, – поучал Фенрир своих головорезов. – Эта семейка не лыком шита, умеют палочками махать. Хорошо, что хоть удалось отвлечь легавых. Аппетитную косточку мы им подкинули в той деревеньке! – Оборотень ухмыльнулся. – У меня должно быть достаточно времени для серьёзного разговора с рыжим сучонком. Очень много времени. – Он мечтательно закатил глаза. – Не хочу, чтобы Уизли испугался заранее. Не хочу сегодня торопиться. Испуганное мясо жёсткое и в зубах застревает.

Молодой оборотень приплясывал от нетерпения, пожирая пленницу похотливым взглядом. Фенрир с силой дёрнул Джинни за волосы, слегка придержал ринувшегося к ней парня:

– Бери. Но только, если она у тебя не издаст ни звука. Слышишь, Кассий? – Тот очумело закивал головой. – И погоди обращаться, не время, дери её по-человечески, хотя бы для начала. Вытерпишь? Эта крошка нужна мне живой. Хочу самолично оказать честь всем бабам Уизли и Поттера. А вставлять в труп как-то не катит. – Сивый состроил тошнотворную рожу. – В прошлый раз, когда ты подмял ту малолетку зверем, помнишь? – Главарь недовольно надвинулся на молодого бандита. – У неё твоя сперма из глаз брызнула! Учись обращаться с едой деликатнее.

Парень чуть слышно заскулил под грозным взглядом Фенрира и мысленно поджал не успевший, к его счастью, вырасти хвост.

Джинни, которую Сивый слегка отпустил во время нравоучительной речи, резко дёрнулась, оставляя в лапе оборотня длинную рыжую прядь своих волос, и попыталась сорвать пластырь со рта. В этот момент, откуда ни возьмись, косматый комок шерсти с грозным рычанием бросился прямо в ноги оборотню, маленькие острые зубки терьера отчаянно вцепились в ужасную плоть огромного врага. Другой оборотень схватил собаку и попытался отбросить, но Пончик извернулся и больно цапнул его за руку. Храбрый малыш снова бросился на Сивого, уже на грудь, подпрыгнул высоко, пытаясь вцепиться в горло великана, так страшно пахнувшего волком. Фенрир взревел от возмущения и боли. Один мощный взмах, удар чёрных когтей – и тело сумасшедшей собачонки отлетело далеко в сторону, разбрызгивая кровь. Стая пришла в движение. Неожиданное нападение маленького четвероногого друга дало возможность Джинни содрать с лица липкую ленту. Она даже потянулась к своей волшебной палочке за поясом Фенрира, но, встретив взгляд его страшных жёлтых глаз, полыхавших мгновенной смертью, поняла, что Акцио не поможет, и закричала. Лёгкие девушки и её голосовые связки не подвели, не оцепенели от ужаса: не хриплый стон, а громкий крик вырвался из её груди и тревожной птицей взметнулся над пытающимся заснуть садом, над окрестностями “Зелёного конька” и понёсся в сторону моря.

За секунду до того, как крик Джинни услышали в коттедже, Молли Уизли замерла и многочисленные вязальные спицы в её руках тут же спутали всю пряжу. Рон и Гермиона одновременно подскочили к выходу, но он уверенно остановил жену:

– Останься здесь, ты им нужна. – Кивнул на детей и выбежал за дверь.

Молли и Роза прильнули к окну, стараясь разглядеть хоть что-то за отражавшим свет стеклом.

– Дети, не бойтесь, сейчас будет немножко темно, – миссис Уизли-старшая попыталась безмятежным тоном успокоить внуков и выключила волшебной палочкой свет в доме. Роза ещё не поняла, что значат мелькающие в глубине сада тёмные угловатые фигуры и разноцветные магические вспышки, а бабушка уже тащила её вглубь коттеджа, к маме и малышам.

*

Перед домом разыгрался ожесточённый бой. Всего на несколько минут Рональд смог сдержать натиск семерых оборотней, вернее шестерых (Фенрир Сивый в человеческом облике наблюдал за происходящим со стороны, изредка бросая собратьям короткие резкие приказы), но этих минут как раз хватило его матери, чтобы затолкать невестку с онемевшими от страха детьми в подвал. Гермиона опустила Хьюго на каменный пол и протянула миссис Уизли руку, чтобы та быстрее спустилась к ним. Но Молли решительно захлопнула люк, быстро наложила на него Запирающее и Охранное заклятья, передвинула напольный ковёр от дивана и, не раздумывая, направилась к выходу. Дверная створка резко отлетела прямо перед ней, и в дом спиной ввалился Рон с висящим на горле косматым зверем.

Герми прижала детей покрепче, закрыла глаза и попыталась прорваться сознанием наверх, туда, где Рон и миссис Уизли бились с оголтелой стаей. Бились насмерть. Страх сковал её. Ещё никогда в жизни Гермиона не была так напугана. Страх за детей не всегда делает мать сильнее.

– Мама, ты его задушишь! – голос Розы заставил её очнуться и ослабить объятия, в которых малыш Хьюго почти задохнулся.

Прошло, должно быть, лишь несколько секунд, показавшихся Гермионе вечностью. Судя по звукам, доносившимся сверху, схватка в коттедже была отчаянная. Мать с сыном, кажется, смогли забаррикадировать двери гостиной, но чудовищные волки и не думали отступать.

Судорожный взгляд Гермионы натолкнулся на заслонку воздуховода.

– Роза, – Гермиона очень внимательно и выдержано посмотрела в глаза дочери, – милая, ты ведь не испугаешься выбраться через эту трубу? Если тебе и будет страшно – это ничего, так и должно быть, главное, не обращать на страх внимания, понимаешь? – Её руки уже справились с заслонкой, в помещение подвала снаружи ворвался воздух. – Ты маленькая, ты пролезешь. – Гермиона поправила на Розе платье, оценивая, не помешает ли одежда ползти по тесной даже для десятилетней девочки трубе. – Ты у меня умница, ты сможешь вызвать помощь, и нас всех спасут. – Она поцеловала дочку и постаралась как можно крепче привязать к ребёнку щитовые заклятья. Вложила свою палочку в хрупкую детскую ладошку: – Ты помнишь, милая, как вызывать салют? У тебя неплохо получалось: Эрегуло, Эгринуло. Добавишь Лукрум – усиление. Ты справишься. Думаю, что для такого заклятья моя палочка тебя послушается. Когда выберешься наружу – сразу беги к утёсу, не смотри на дом. Очень тебя прошу, детка, от этого зависит наша жизнь. Смотри только себе под ноги, – Гермиона почти гипнотизировала ребёнка. – Поднимешься на горку и оттуда подашь сигнал волшебной палочкой. Но только с утёса, не раньше. А потом где-нибудь спрячься, или лучше беги дальше по берегу. Можешь зайти в волны, чтобы сбить их со следа, – она едва заставляла свой голос не дрожать, постаралась взглядом передать Розе всё спокойствие и уверенность, которые только смогла отыскать в своём всполошенном сердце. – Ты всё поняла? Ты справишься. Я тебя очень люблю.

*

Роза всё-таки застряла в узком лазе, порвала платье и колготки, до крови ободрала колени и локти, но смогла выбраться на заднем дворе коттеджа. Хотела было отдышаться, но решила не медлить. Обегая дом по большому кругу, она через сад пробиралась к калитке, но увидела в ярко освещённом окне коттеджа метавшиеся тени и не смогла не остановиться. Кажется, мелькнуло бабушкино лицо. Роза с сомнением посмотрела в темноту сада. Мама сказала, что надо бежать на утёс, но это чуть ли не целая миля! Им так нужна помощь! Срочно, сейчас. Девочка направила в небо волшебную палочку матери, зажмурилась и представила себе самый яркий и высокий фейерверк, какой только могла. “Эрегуло! Эгринуло Лукрум! – вспомнила Роза об усилении заклятья. – Эрегуло Лукрум!” И для верности закричала во весь голос:

– По-мо-ги-и-ите!!!

Салют получился весьма скромный, но несколько зелёных и красных ракет довольно высоко поднялись в ночное небо и долго рассыпались над морем мерцавшими искрами. Девочка сделала несколько неуверенных шагов в сторону дома. Она же волшебница и в её руках волшебная палочка!.. Слишком страшно. “Пожалуйста, помоги мне помочь твоей хозяйке”, – прошептала Роза палочке и выпустила в сторону коттеджа Вердимилиус. Маленькая колдунья знала только теоретически, что значит это серьёзное взрослое заклятье и, конечно же, никакой молнии у неё не вышло. От отчаяния Роза выкрикнула недавно выученное забавное заклятье, материализующее симпатичного зверька:

– Кантавит Сэкти Фачто! – Сгусток некой энергии вполне зримо проскочил сквозь треснутое оконное стекло – и прямо в лицо Фенриру врезался маленький ёжик. Оборотень взвыл от боли, затряс головой и стал тереть глаза, размазывая выступившую через многочисленные глубокие проколы кровь. Обернувшись в поисках неожиданной опасности, он через окно увидел детскую фигурку, застывшую на краю света и темноты, воинственно выставившую перед собой волшебную палочку. Роза ожидала увидеть страшную пасть рассвирепевшего монстра и уже приготовилась покрепче зажмуриться от страха. Но лишь сквозь паутину трещин на оконном стекле вспыхнули два жёлтых волчьих глаза – и девочка поняла, что закрывать глаза у неё нет времени, и ей сейчас придётся бежать так быстро, как она ещё никогда не бегала. Роза повыше поддёрнула подол платья и буквально полетела в сторону калитки, заставляя себя не тратить дыхание на глупый визг.

Следом за ней ринулись три волка. Возглавил погоню Сивый, но молодой Кассий в два прыжка обогнал вожака и первым коснулся лапами галечной дорожки. Именно за эту скорость, кипящую в венах юного оборотня, Фенрир и держал Клохауна в своей банде.

*

Уже почти целую минуту не были слышны звуки боя над головой. Гермиона, решив подождать ещё немного, медленно досчитала в уме до тридцати. Ещё медленнее. Ещё тридцать секунд надежды.

Она поцеловала Хьюго и Агату, отвела их к угольной куче, посадила в уголок, накрыла большим деревянным ящиком. Без палочки не получалось наложить Сонные чары.

– Позаботься о Хьюго, милая, оставляю тебя за старшую. Потом расскажешь бабушке Лили и папе, какая ты была молодец. – Улыбнулась Гермиона Агате, заглядывая в импровизированный домик, и даже нашла в себе силы подмигнуть девочке. И завалила ящик с детьми кусками угля.

Гермиона долго не могла открыть люк, запечатанный чарами Молли и придавленный чем-то тяжёлым. С трудом выбравшись из подвала, она снова закрыла крышкой проход вниз и даже накинула сверху увесистый мокрый от крови край ковра. Волки внимательно и удивлённо, как-то совсем беззлобно, наблюдали за её странными неторопливыми действиями. Чудовищный вид оборотней, находившихся так близко, совсем не испугал волшебницу, хотя зрелище и было малоприятным. “Человеческие гены так портят прекрасного сильного хищника”, – пронеслась у неё в голове оригинальная мысль.

Гермиона старалась не подмечать детали окружающего разгрома, но глаза сами, то тут, то там, натыкались на что-нибудь ужасное. Кровь, порушенная мебель, осколки посуды, какие-то тряпки, перья, обрывки бумаг, клочья шерсти и страшные обрубки. Звериные и человеческие. Оторванная рука, крепко сжимающая волшебную палочку, кажется женская. Безобразная рана на мёртвом лице Молли Уизли. Щека откушена или просто кровь? Просто кровь... Кровь. Кровь. Гермиону замутило, спазм сдавил горло. Её взгляд наткнулся на волшебную палочку Рона, отлетевшую от его безжизненного тела.

Стая оборотней, только что обыскивавших поле боя, замерла, готовая к новой атаке. Чудовища жадно втягивали носами вкусный будоражащий запах молодой женщины – запах жизни, которая оборвётся с минуты на минуту под их безжалостными челюстями.

– Что уставились, ублюдки? – произнесла Гермиона совершенно спокойно, страшно спокойно. Обвела четверых покалеченных, но чувствовавших себя явно хозяевами положения, оборотней тяжёлым взглядом. Фенрира и ещё двоих не хватает – значит, Роза увела их за собой. Сердце защемило, кровь отхлынула от щёк. На неё смотрели четыре пары сверкавших страшным огнём глаз. Мерзкие, перепачканные слюной и кровью морды. Гермиона машинально отметила, что по зубам тварей виден их относительный возраст: один совсем старый, двое – щенки. На что ты смотришь? Всё твоя дотошность и привычка к анализу. И сейчас мозг пытается чем-то себя загрузить, хоть чуть-чуть размыть картинку ужаса, боли и отчаяния перед сетчаткой глаз.

Гермиона перешагнула через тело мужа, стараясь не споткнуться. “Не смотри на него. Нельзя сейчас смотреть, ты уже увидела всё, что нужно”. Наступив на край перепачканного кровью платья Молли, Гермиона с трудом удержала свой рванувшийся вниз взгляд. Она медленно подняла палочку Рона. Кусочек ивы с волосом единорога внутри будто сам вжался в её ладонь. Чужая палочка словно радовалась, что не победитель её хозяина будет отдавать ей приказы.

Один оборотень издал хриплый кашель, похожий на смех. “Ну же, нападайте, звери! – мысленно приказала Гермиона. – Почему вы слушаете меня? Чего ждёте? Бросайтесь на беззащитную жертву. Рвите на куски!” Её почти помутившийся в безысходной ситуации рассудок жаждал мести и требовал убивать, наконец, этих нелюдей. Только так можно было не позволить им забрать то последнее, что ещё у неё осталось. Но рука жадно и чутко ждала любой формальный повод к началу атаки.

Оборотни не торопились. Видя непонятное замешательство в рядах врагов, Гермиона медленно расстегнула глухой высокий ворот тёплого клетчатого платья, обнажая нежную шею и часть высокой груди, стянутой кружевами. “Что, нравится? Слюнки потекли?”

– Хотите посмотреть, как мать сражается за своих детей, а жена мстит за мужа? – Гермиона Уизли гордо вскинула голову. И лишь только ощерившиеся пасти начали неотвратимое движение в её сторону, в тот же миг на них посыпался град смертельных заклятий. Одно, второе, десятое. Обезображенные получеловеческие трупы уже даже не шевелились на залитом кровью полу, а Гермиона всё посылала и посылала в них молнии.

Краем глаза она вдруг заметила крупную тень, мелькнувшую от окна, и резко развернула палочку в сторону новой опасности. “Подкрепление вернулось?” – замешкалась на миг.

Отряхивая с себя осколки выбитого стекла и клочья чёрной шерсти, перед ней стоял почти обернувшийся Сириус Блэк.

– Это я, Сириус! – прорычал он еще не вполне человеческим голосом, останавливая атаку Гермионы взмахом ладони.

– Я чуть не убила тебя, – Герми еле справлялась с дыханием.

– Там Гарри, Римус, Майкл и другие. Преследовали Сивого, отбили Розу. Я побежал вперёд проверить, как вы, но вижу, что ты и сама неплохо справляешься. – Анимаг криво усмехнулся, глядя на трупы четырёх огромных оборотней. Потом его взгляд остановился на изуродованном теле Молли, прикрывавшей собою сына. Сириус замер, потрясённо оглядывая последствия кровавой схватки, его кулаки сжались.

– Что с ней, с Роз...? – от волнения за дочь у Гермионы оборвался голос. Блэк не сразу услышал её вопроса. – Она... – больше Герми не могла произнести ни слова.

Блэк очнулся:

– Роза жива, жива, она добежала до моря, и это немного сдержало ликантропов. Гарри несёт её на руках. – Он еле успел подхватить падающую Гермиону. – Медиков тоже вызвали.

– Там Хьюго и Агата, – неразборчиво прошептали побелевшие губы. – Им страшно, – Гермиона потеряла сознание.

*

Поттер, мрачный, сидел в разрушенной гостиной коттеджа “Зелёный конёк” и баюкал на коленях завёрнутую в одеяло дочь. Губы его касались перепачканных солёных волос ребёнка. Агата крепко спала, прижавшись к отцовскому плечу, изредка вздрагивая и постанывая. Поттер неотрывно смотрел на накрытое скатертью тело матери своего друга и качался в такт мычанию колыбельного мотива.

Трупы оборотней вынесли во двор. Рона, Гермиону, Хьюго и Розу только что отправили в больницу. Рону срочно требовалась помощь колдомедиков, его дочь пострадала меньше, сын был просто очень напуган. В саду у колодца лежало под пледом тело Джинни с не рождённым младенцем под её остановившимся сердцем. Майкл Корнер не выпускал холодную ладонь мёртвой жены из своих рук и не давал экспертам приступить к работе. С минуты на минуту, наверное, прибудет Артур Уизли, и Поттеру некому перепоручить малоприятное дело – сказать безутешному вдовцу и отцу слова соболезнований.

Агата во сне сильно дёрнулась, Поттер крепче прижал губы к её тёплой макушке.

– Там Люпин вернулся. – В комнату заглянул юный мракоборец. – Ушёл Сивый, – с сожалением ответил он на вскинутый взгляд Поттера.

– Он сам в порядке?

– Почти. Выйди к нему, он сюда зайти не может. – Коллега Поттера многозначительно обвёл взглядом залитую кровью комнату.

*

– Я понимаю, Гарри, в каком ты сейчас находишься состоянии. Мы все переживаем из-за трагедии в семье Уизли, но тебе не кажется, что ты явно перебарщиваешь с миссис Келли? – Старший аврор держал себя в руках, ему это, как обычно, неплохо удавалось. – Ты – не частное лицо, и месть не должна руководить поступками мракоборца.

– Я так не думаю, мистер Грюм, – под стать начальнику, спокойным тоном ответил Поттер, имея в виду, что он не перебарщивает.

– Не думаешь о мести? – усмехнулся Аластор Грюм. – А вот это плохо. Если ты, конечно, откровенен со старшим по званию. – В его глазах плясали чёртики. Шутливой интонацией он старался смягчить нравоучительный характер беседы. Поттер не счёл нужным оправдываться.

– И, тем не менее, она тебе так ничего и не сказала, – не спросил, а констатировал начальник. – Так что смею поставить твои методы работы с подследственной под сомнение.

– Это лишь дело времени, – возразил Поттер небрежно.

– Нет, Гарри, ты больше не станешь применять к ней недозволенные методы дознания. Я тебе запрещаю! – Старший аврор всё-таки повысил голос. – Она всё равно ничего путного не скажет, – добавил он устало.

Поттер вынужден был признать правоту последней фразы начальника:

– Не понимаю, почему она так упорствует, почему защищает этого мерзавца?

– Потому что любит его, – Грюм попытался прогнать нотки сомнения из своего голоса, – думаю так.

Поттер только фыркнул в ответ.

– Я повторяю, что ты должен прекратить допросы в таком стиле, – настаивал Старший аврор. – Я очень редко повторяю – ты, мальчик мой, это знаешь, – он сделал паузу. – Иначе у тебя будут бо-о-ольшие неприятности. И устроит их тебе не Министр, а я лично! И если ты совсем не дорожишь своей аврорской формой, то можешь прямо сейчас плюнуть старику Грюму в глаза и отправляться загорать на солнышко. На дуэль я тебя за это вызывать не стану – не люблю убивать глупых детей. – Аластор Грюм был великолепен в гневе, Поттер просто залюбовался. – Она не в себе, – резко сменил тон Старший аврор и укоризненно посмотрел на подчинённого. – Её место в больнице. Ты, Гарри, никогда не отличался жестокосердием. Эта женщина ни в чём не виновата. Визенгамот не примет её дело к рассмотрению. Жена не отвечает за злодеяния мужа. А допросы такой степени допустимы лишь к злостным преступникам, хотя бы часть преступлений которых уже доказана.

– Она виновата уже в том, – взорвался Поттер, – что ей наплевать на то, чем занимается её муженёк! После долгих и полных опасностей трудовых ночей этот облезлый вонючий кобель приползает в своё логово к своей сучке и их щенку, жалуется на усталость и больные зубы, ласково чешет своего ублюдка за ушком, а она сначала угощает его вкусным обедом, подаёт бифштекс с кровью, а потом раздвигает перед ним ноги или отводит хвост – уж не знаю, как именно это у них происходит! – он перешёл на крик, но сделал над собой усилие и закончил почти весело: – Кстати, вот этим и поинтересуюсь у миссис Келли во время нашей следующей беседы. – Только его глаза остались серьёзными и лишь больше наполнились болью. – А ещё поинтересуюсь тем, кто именно, хозяйка или её блохастый сожитель, отдавал приказы эльфу дома Келли проникать в дома будущих жертв банды и разрушать их защитные чары. Так что насчёт Визенгамота вы, господин Старший аврор, поторопились.