Текст книги "Второй шанс (СИ)"

Автор книги: Smaragd

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 13 страниц)

Дамблдор усмехнулся одними лишь глазами, на большее у него не было сил:

– Но ты же именно к этому и стремишься, Том, – думать обо всём самому?

Поттер хмыкнул:

– О, профессор, а вы не так уж и плохи, как можно было ожидать после близкого общения с дементорами. Недооценил я вас.

– Да, недооценивать сильного противника – делать шаг к поражению, я в этом убедился... Что тебе от меня нужно, Том? Ты уже получил всё, что хотел. Утёр нос глупому доверчивому старику. Завладел всеми Дарами. Воскресил жену. – Слова давались Дамблдору с трудом. – У тебя грандиозные планы, я это понимаю. Но что тебе нужно от меня? Дементоры хорошо знают свою службу, они почти меня уничтожили. Чем я смог бы тебе помешать из Азкабана? Зачем было меня оттуда вытаскивать?

– Почти! – повторил Поттер слово Дамблдора. – А я хочу быть уверенным наверняка. Нет, убивать вас я не буду. – Дамблдор грустно улыбнулся. – Но дело в том, что ваша (ваша!) Бузинная палочка совсем меня не слушается. Даже сейчас я чувствую, как она рвётся из моей руки к хозяину. Сильная штука! Не признаёт меня победителем. Старая закалка – ей, видимо, нужна чистая победа, чтобы подчиниться новому повелителю. Значит, я должен эту чистую победу организовать. Ну, не пускать же такое важное дело на самотёк. Не хочу, чтобы в дальнейшем возникали проблемы и кривотолки.

– Чистая или честная, Том? Победа.

Поттер раздражённо отвернулся.

– Мы в доме вашей тупой любимицы, никчёмной прорицательницы Трелони. – Обвёл он рукой помещение. – Чем она купила профессорское звание, не признаетесь, директор, по секрету? – И пошло хихикнул. – У меня были немножко другие планы относительно места нашей с вами дуэли. – Дамблдор удивлённо поднял брови. – Запретный лес или другое подходящее тихое место с соответствующей атмосферой. – Поттер изобразил палочкой в воздухе неопределённый жест. – Но я вовремя сообразил, что вблизи Хогвартса у его директора будет больше шансов вывернуться.

– Ты думаешь, что я непременно захочу выворачиваться? – Засмеялся Дамблдор и поморщился от боли.

– Непременно захотите, профессор. Поэтому, чтобы наш магический поединок точно состоялся, я приготовил для вас небольшой сюрприз. – Поттер, поддерживая Альбуса, провёл его в комнату, где на диване лежала женщина и двое детей. – Профессор прорицания собственной персоной! И её племянники. Сивилла так кстати решила навестить своё семейство, что я просто не мог не воспользоваться подобным шансом. Они спят, не волнуйтесь; немного магии – и никакого вреда для здоровья.

– При чём здесь Трелони и эти дети? – Дамблдор смотрел на Поттера, как на душевнобольного.

Тот усмехнулся в ответ:

– Нет, я не псих. Просто выбрал оригинальный способ заставить вас, достопочтимый Дамблдор, встать к барьеру. И действенный, судя по вашему взгляду. – Голос Поттера стал резок и холоден. Он протянул Альбусу бузинную палочку. – Возвращаю Жезл Смерти его хозяину.

Тому не оставалось ничего другого, как принять неожиданный щедрый дар.

– Сейчас я сниму с себя все щитовые, господин директор, – медленно проговорил Поттер, – и понаблюдаю, как действует Круциатус на ваших спящих учеников. Не присоединитесь к зрелищу? – он навёл свою палочку на Сивиллу Трелони, вероятно, видевшую десятый сон, и на мирно посапывающих детей.

Дамблдор, несмотря на критичность ситуации, не торопился воевать. Он хорошо понимал, что не имеет сейчас почти не одного шанса победить Тёмного Лорда.

– Скажи мне, Том, – спросил он тихо, – а Гарри ещё жив?

Поттер фыркнул:

– А что сделается этому мальчишке? Ещё и свой нос время от времени пытается высовывать!

Дамблдор закивал:

– Сын Джеймса и Лили не может быть слабаком и трусом.

– Да, уж.

– Разве я учил тебя, Том, убивать? Все те годы, когда Хогвартс был твоим домом, и потом, в теле Гарри.

– Нет. К сожалению. Иначе я бы делал это более элегантно.

– Я хотел тебе помочь. Почему ты не принял моё участие?

– Вечно быть у вас в долгу? Ну нет! Я сам в состоянии помочь себе. И другим тоже.

– Не сомневаюсь, – вздохнул Дамблдор, – что ты так думаешь.

– Хватит! Хватит заговаривать мне зубы, старый лис. Хватит пустой болтовни, – Поттер отошёл от спящих на расстояние, удобное для магического удара, – сначала Круциатус, а потом я размозжу им головы.

– Не сомневаюсь, – повторил Дамблдор, – что ты можешь сделать это. Ты получаешь от чужих страданий подлинное удовольствие, и твои непростительные не стоят особых усилий? – Его голос наполняла мука. – Я уже говорил тебе, Том, когда-то о твоих ошибках.

– Да, помню ваш бред о чём-то пострашнее смерти и о...

– О силе любви, – напомнил Дамблдор, – ты недооцениваешь силу любви, мальчик. И в этом тебе ещё предстоит убедиться, поверь.

Поттер хрипло рассмеялся:

– О любви мне известно много, даже слишком! Но не она правит миром. А правят боль и страх. И вожделение. И Смерть. Только тот, кто победит этих врагов, одержит настоящую Победу! – Он сощурился, задумавшись. – В чём подвох? В чём вы хотите убедить меня, профессор? В том, что я совершаю ошибку? Возможно. Но это будет не первая ошибка в моей жизни. Как, впрочем, и в вашей. – Горькая ухмылка. – Или тянете время? Зачем? Я принял решение и не сверну в сторону. Было время, когда я мучительно размышлял, поддаваясь сомнениям и тревогам Гарри, кто же я на самом деле – мишень или стрела? Совесть – страшная сила, знаете ли. И убивать поначалу вовсе не просто. Убивая других – убиваешь себя. Мало приятного. А потом я вдруг понял, что не надо над этим размышлять. Надо просто принять решение. Я решил быть стрелой!

– А стать лучником тебе не пришло в голову? – грустно улыбнулся Дамблдор.

– Я не хочу убивать тебя, старый осёл! – закричал Поттер. – Ты добился своего: мне жаль тебя и мне не нужна твоя смерть! Только Победа! – Он выпустил в Трелони непростительное заклятье.

Еле державшийся всё это время на ногах Дамблдор успел на долю секунды опередить Круциатус своим Отражающим и встал, пошатываясь, между спящими детьми и Тёмным Лордом, твёрдо выставил перед собой Бузинную палочку:

– Не смерть, а победа? Тебе не взять одну без другой!

– – – – – – – – – – – – – – – – – – – – – —

(1) Spitfire (MK I) – пистолет британских вооруженных сил.

====== Глава 16. Пророчество ======

Поттер очень устал. Вымотался чисто физически во время секса. Полумна впервые за всё время после возвращения проявила к нему столько внимания. Наконец-то! Всегда молчаливая и не позволявшая прикасаться к себе, сегодня его жена поговорила с ним о дочери, а потом (о чудо!) сама поцеловала! Такого он не ожидал: и поцелуя, и острых желаний, что были им вызваны. Поттер не смог сдержаться и буквально набросился на жену. Призрак она или нет – этого никто не знает, даже сама Луна. Но тело её было абсолютно живое и просто восхитительное! И она ему не отказала. Даже (Луна, неужели?) начала подбадривать. Правда, потрудиться Поттеру пришлось довольно долго, и в финале он не мог гарантировать, что жена не подыграла ему. Но это его не особо волновало. Им, в любом случае, было хорошо. Ему и ей. А то, что Полумна не давала смотреть в свои глаза – так она и раньше была со странностями.

Отработав программу, кончив бурно, как в молодости, в их медовый месяц, Поттер просто вырубился. Сон накрыл его тяжёлой сладкой волной, тёплой и обещающей отдых. Последнее, что он чувствовал, проваливаясь в забытьё, – это слабеющие, но ещё сильные всполохи оргазма и сосредоточенный взгляд Полумны, направленный сквозь его глаза куда-то в глубину души.

Первое, что почувствовал Гарри – острая судорога наслаждения. «Можешь поиграться немного, – толкнулся в его сознание Том, – пока я добрый и усталый. Луна ведь и твоя жена тоже, – хихикнул он. – Хотя дай тебе волю – вечно бы ей гнить в могиле! Чистоплюй!» Потом, после сумасшедшего наслаждения, охватившего всё тело, Гарри услышал зовущий женский голос: «Гар-ри-и-и!» и открыл глаза. Это оказалось так приятно. Том почти никогда не позволял ему пользоваться зрением. Том сейчас спал после секса и выпустил Гарри ненадолго погулять, проветриться. Чтобы не так донимал своей нудятиной.

Луна ласково смотрела на него и нежно гладила по взъерошенной чёлке:

– Отпусти меня, Гарри, прошу. Ты любишь меня не меньше, чем он. Ты любишь меня по-другому. Я это знаю. Он не хочет меня отпускать.

– Но я не знаю, как. – Гарри осторожно потрогал искрящиеся волосы жены.

– Пророчество...

«Кыш!!!» – резкий удар в сознание, и мысли в голове Поттера стремительно сменили направление: «Какая красавица, моя Луна! Как я счастлив, что она рядом. А то, что вечно печальна и просит вернуть её куда-то, так на это не стоит обращать внимания. Привыкнет. Там не может быть лучше, чем со мной и с дочерью».

*

«Почти как в первый раз!» – пришло в голову Снейпу, и юное растерянное лицо мальчика Гарри всплыло в памяти нового директора Хогвартса.

Снейп закусил губу так, что почувствовал вкус собственной крови. Его оргазм длился уже не одну минуту, и, то проваливаясь в сладкое томление, то выныривая за новой порцией наслаждения, Северус не замечал, чтобы скакавший на его члене наездник использовал магию. Крепкое гибкое тело аманта выгибалось и пружинило, казалось, что в нём вечный сек-двигатель. Ну уж член Гарри стоял без всякой помощи извне, стоял уже давно, и как он только терпит?.. Если эта сладостная мука продлится ещё немного, то бедное профессорское сердце не выдержит. Снейп не сдерживал стоны, но неустанного любовника ему всё равно было не перекричать. Тот был дьявольски темпераментен, физическая боль не имела для него значения, лишь удовлетворения стремился достичь, яркого, длительного, мощного. Всё ему было мало!..

«Да мы же завтра ходить не сможем, оба», – подумал Снейп, когда пожар сексуального напряжения стал немного утихать. Отдельные язычки этого пламени ещё толкались где-то внутри, но чувствовалось, что пик пройден. Хотя по партнёру этого нельзя было сказать: Поттер с закрытыми глазами и сладкой улыбкой на сочных губах двигался, как заведённый. Будто не давал, как и положено пассиву, а брал...

Снейп поспешил остановить его, чтобы не опозориться: устал, да-да, банально устал, часовые гонки в постели превращали его чуть ли не в обессилевшую развалину, без перерывов держать марку перед ненасытным амантом было нелегко.

Он ожидал услышать возражения и шуточные подколки, но Поттер как-то необычно посмотрел на него. Прильнув к самому уху, нежно коснувшись мочки сухими губами, не прекращая усиленно принимать в себя северусов уже не получающий никакого удовольствия член, Гарри зашептал сбивчиво и непонятно:

– Северус! Только не прогоняй меня, постарайся ещё немного. Ты же можешь. Пока он спит. Знаю, что должен что-то сделать, помочь Луне, но не понимаю, как. Она говорит про какое-то пророчество. Если ты знаешь, что это означает – помоги мне. Луне. Нам. Я очень тебя люблю». Вдруг тело аманта заколотила дрожь, и, яростно сверкнув глазами, он принялся двигаться на Снейпе с ещё большей энергией. Северус взвыл от боли, ему показалось, что его член размозжило каменными жерновами. Такого финала любовной игры он никак не ожидал. Зато Поттер, похоже, был чрезвычайно доволен и не сразу слез со сжавшего зубы любовника, а какое-то время, направляя безвольную руку Северуса, ласкал себе яички и внутреннюю поверхность бёдер. Спустил он с такой улыбкой, от которой у Снейпа побежали мурашки; сперма залила его грудь, и Поттер слизал всё до капли...

Когда любовник всё же отвалился от него, Снейп почти сразу поспешил удалиться в ванную. Чтобы привести в порядок тело и мысли. «Люциус прав! Это не Гарри. Хотя мнение Малфоя в этом вопросе не имеет значения. Я и сам всё понимаю, но боюсь признаться самому себе. Боюсь потерять его! Но, оказывается, их двое в одном теле! Настоящий Гарри говорил со мной сейчас несколько секунд... Пророчество Трелони?»

Снейп сидел на скамейке в душевой под тёплыми струями воды и пытался избавиться от навязчивого желания вытолкнуть из своей головы тяжкие мысли, разбегавшиеся в разные стороны. Он должен всё обдумать! Всё понять. Быть уверенным на все сто процентов.

Поттер лежал на постели, блаженно раскинувшись и что-то мурлыча себе под нос. Вытирая волосы полотенцем, Снейп прошёл мимо соблазнительно бесстыдного мускулистого парня и бросил на него халат.

– Прятать такую красоту? – возмутился тот. – Или ты опасаешься за свою моральную устойчивость? – и Быстро приподнявшись с ложа, попытался погладить любовника.

Снейп отошёл на безопасное расстояние:

– Ты ненасытен, Гарри. Дай мне отдых.

Но Поттер уже вскочил, прошлёпал босыми ногами по полу и, приподняв край толстого халата Снейпа, обнял его за обнажённые бёдра, схватил за ягодицы, собрался присесть к его ногам, но Снейп так судорожно дёрнулся в сторону, что Поттер чуть не упал. Он медленно поднялся с колен. Его страшный взгляд светился убийственной злостью. Словно разозлённый дикий зверь к прыжку, приготовился он к атаке – то ли к сексуальной, то ли к магической.

Снейп собрал всё своё мужество и твёрдо ответил на яростную решимость Поттера уничтожать всё и всех вокруг, подчинять любыми способами своим желаниям:

– Ты не притронешься ко мне без позволения, Гарри! – Наблюдая, что взбешённый любовник начинает медленно успокаиваться, он добавил чуть мягче: – Хватит на сегодня. Мы оба устали.

Поттер с видимым усилием принял мирный вид и совсем тихо буркнул:

– Прости, что-то я погорячился.

– Мы не часто бываем вместе, – легко бросил Снейп. – Ты вечно занят, у меня свои проблемы. Я понимаю, что много работы: эти чудовищные преступления, загадочная смерть Дамблдора и его брата. Для меня директорская должность слишком хлопотна. Всё понимаю, но, может, мы найдём способ бытвать вместе почаще?

Поттер с сожалением посмотрел на него:

– Я бы тоже хотел чаще тебя видеть. Возможно, мы бы тогда меньше ссорились. Но не получается, сам знаешь.

– Ты, Гарри, раньше обижался на меня, когда я не посвящал тебя в свои дела. Сейчас повторяешь мою ошибку. Нас не только постель связывает, я надеюсь. – Снейп откровенно взглянул на Поттера. – Мне интересна твоя жизнь. Например, собрания в Малфой-мэноре. Я не хотел путаться под ногами у молодых горячих магов, но теперь думаю, что тебе пора пригласить меня в свою компанию. Ты же проводишь вечера не только наедине с Драко. – Беззаботный взмах рукой.

– С Драко я бываю... хм, близок реже, чем ты, мой ревнивец, думаешь, – смущённо, обезоруживающе улыбнулся Поттер, – а на наших собраниях тебе давно забронировано местечко рядом со мной. Я буду рад, директор Снейп, если вы присоединитесь к Оруженосцам Судьбы.

«Значит, не к Пожирателям Смерти? – Снейп не дал своей ухмылке отразиться на лице. – Новые времена – новые имена? Посмотрим, есть ли разница...»

====== Глава 17. Каркаров ======

Поттер, председательствующий на собрании Оруженосцев Судьбы в Малфой-мэноре, занимал место во главе длинного стола, покрытого тяжёлой скатертью с фамильными гербами древнего рода. «Гарри, это мой Гарри, – думал профессор Снейп, проходя к свободному стулу под пристальными взглядами тёмных магов. – Только глаза усталые. Хотя нет, не усталые, а… Взгляд опытного человека, слишком много видевшего в своей жизни, прожившего почти сотню лет».

– Рад, что директор Хогвартса, уважаемый мистер Снейп, решил присоединиться к нашему собранию, – Поттер кивком представил новичка.

– Я, господа, не заслуживаю настолько пристального внимания со стороны блистательного общества, – вежливость Снейпа совершенно не нарушала устойчивого впечатления о нём, как о человеке, хорошо знающем себе цену. – Прошу не относиться к моему визиту слишком серьёзно.

Сидевшие за столом недоуменно переглянулись, Поттер ответил:

– Главное, Северус, чтобы ты сам относился серьёзно к присутствующим.

Снейп молчал. Почти весь вечер. Лишь пару раз промычал что-то неопределённо-одобрительное, когда вопрос во взгляде Поттера, направленном прямо ему в глаза, становился слишком настойчивым. Уклоняться от оппонирования было не сложно, не представляло особого труда и поддерживать каменное выражения лица, а вот чувства, пытавшиеся вырваться через взгляд, Снейп прятал с трудом. «Придётся снова учиться думать, как он, соглашаться и стараться выслуживаться, – размышлял Северус. – Возможно, в этот раз будет легче, и я получу серьёзный карт-бланш в знак нашей пылкой дружбы, во всяком случае, буду особые полномочия настойчиво требовать».

Грандиозные планы, громкие фразы, а за ними – лишь кровь. Благие намерения, идеальный мир, кто бы спорил, а всех и всё неидеальное смыть кровью! Новое общество без страхов и жестокости, без боли и несправедливости – потому, что всё это будет потрачено ещё в процессе построения. Вернее, в процессе сноса и переделки общества старого. Огнём, волшебной палочкой и кровью. Образцовый мир, в котором правит дисциплина и справедливость. Идея реабилитации одного из величайших тёмных магов современности, заточённого в Нурменгарде! Снейп еле удержался от комментариев: «Тебе, малыш, захотелось завести верного цепного пса, по-настоящему страшного, в отличие от этих шавок? Старину Северуса хочешь освободить от обременительной службы, приберечь для утех тела и души? Или Гарри тебе не позволяет втягивать любимого на полную катушку в свои опасные игры? А не боишься, что пёс Гриндевальд перегрызёт тебе горло?»

Идеи, несущие стремительный кровавый поток! Уже кажется, что твои глаза меняют свой цвет с зелёного на алый. Слава Мерлину, только кажется. Придётся расколоться надвое между вами, Том и Гарри. А если не выйдет? Если душа не сможет жить двумя половинками? Ну, не сможет – значит, не сможет…

Собрание завершилось. Оруженосцы Судьбы расходились весьма воодушевлённые.

– Останься, Северус, – попросил Поттер.

Люциус Малфой нервно дёрнулся.

Поттер подошёл к большому стеклянному ящику в углу комнаты и прислонил руку к прозрачной стенке. С внутренней стороны ящика к его ладони прильнула чешуйчатая пёстрая голова, длинный раздвоенный язык обследовал препятствие.

– Вот, полюбуйся на этого красавца. Надеюсь, вы подружитесь. Завёл себе домашнего питомца, – Поттер прислонился лбом к стенке террариума и упёрся взглядом в янтарные глаза змеи. – Его имя – Крылатый Змей. А по-домашнему – Накель. Ещё детёныш. Решил временно поселить его у Малфоев. Люциус не возражает, – Поттер усмехнулся. – У меня дома тесновато, а в замке ему нравится гулять по подземельям. Когда станет теплее, можно будет выпускать его на охоту в сады. Пока не подрастёт и не научится культурно себя вести. – Он передвинул выше ладонь, прижатую к стеклу террариума, и змей поднялся почти в половину своего роста, демонстрируя хозяину светлое брюхо. – Что скажешь? О том, что услышал сегодня? Ты очень внимательно слушал, – Поттер не выходил из роли главнокомандующего, даже заглядывая Снейпу в глаза.

– Я хочу подумать над этим… мой Лорд, – Снейп медленно и отчётливо произнёс последние слова. Его левую руку повыше запястья, там, где когда-то красовалась Тёмная Метка, полоснуло огнём. Он непроизвольно дёрнулся, но не стал отворачивать рукав мантии, и так было понятно, что послужило причиной ожога: сквозь тёмную ткань медленно проступили пятна крови.

– Не называй меня так, – Поттер быстро справился с мимолётным гневом и удивлением. – Это имя в прошлом. Оно замарано позорным глупым поражением, никчёмной смертью тела. Если хочешь, можешь называть меня Томом, тебе я разрешаю. Хотя нет, и это будет неправильно, – он медленно обошёл стол, приблизился к Снейпу. – Для тебя я – Гарри, всегда, твой мальчик, – его голос стал мягче. – Мне так нравится, как звучит это имя из твоих уст, как ты произносишь его нежно и заботливо, требовательно и настойчиво. Как ты заводишься с этим именем, и как кончаешь с ним. От одного лишь твоего «Гарри» у меня мурашки по всему телу, – Поттер подошёл вплотную, заговорил Снейпу в лицо, в плотно сомкнутые губы. – Хочешь проверить? Как быстро у меня встанет от этого имени. И как мягко и глубоко я тебя приму. Или сам попробуешь меня?

Снейп, которого всерьёз качнуло, сдержал почти слетевшую с языка издёвку и, едва коснувшись щекой виска Поттера, резко отклонился:

– Не время, и уж тем более не место! («Нет, мой Лорд, я всё ещё в состоянии диктовать свои условия, особенно после того, как ты позволил называть себя Гарри».)

Чуть успокоив нахлынувшее возбуждение, Поттер вдруг резко сменил тему:

– В Хогвартсе ведь проходит Турнир Трёх Волшебников? И с делегацией Дурмстранга прибыл Каркаров? Как он тебе? Что ты думаешь о нём?

– А что тебя интересует? – новый директор неопределённо пожал плечами. – Сильный маг, опытен в тёмных искусствах. Удивительно сочетает в себе осторожность с самонадеянностью. Похотлив. До меня дошли слухи, что он оказывает слишком настойчивые знаки внимания ученицам старших классов. Макгонагалл жаловалась на его бесстыдства, и я решил оказать на него своё директорское влияние, – Снейп хмыкнул. – Разговор был короткий. Каркаров сначала послал меня далеко, но потом, надо отдать должное его чутью в оценке авторитета и силы противника, пообещал вести себя скромнее. Но через пару дней я застал его, прыгающего северным козлом вокруг Розы Уизли. Чтобы не смущать разборками на месте девочку, не понимавшую, как я думал, что от неё хотел этот совратитель, я собирался разъяснить ему вопросы полового воспитания и приличного поведения чуть позже. – Снейп непроизвольно сжал свою палочку. – Но, к огромному удивлению, мисс Уизли, заметившая мой интерес к этой неприличной сцене, попросила меня не вмешиваться. Я увидел её весьма выразительную улыбку и, вспомнив о начавшемся полнолунии, непедагогично решил не мешать девочке развлекаться, – от усмешки Снейпа повеяло могильным холодом. – Судя по улепётывавшему с места их тайного свидания Каркарову, в мокрых явно не от спермы штанах, она повеселилась на славу!

Поттер расхохотался, глядя на довольного Снейпа:

– Молодец, Роза, не унывает, вся в мать. И в Джорджа с Фредом.

Отсмеявшись и прогнав нахлынувшие печальные воспоминания, Поттер спросил, может ли он посетить школу, так сказать, с неофициальным визитом. Директор нехотя согласился. «А я имею право Вам, мой Лорд, отказать?»

*

По гулкому коридору Поттер и директор Снейп подошли к одной из школьных ванных комнат, в которой, по данным директорской агентуры в лице Аргуса Филча и его миссис Норрис, профессор Дурмстранга Каркаров развлекался сейчас с двумя нимфетками.

– Спасибо, что проводили, господин директор, – Поттер остановил Снейпа у двери. – Дальше я сам. У тебя много других забот.

– Ты хочешь, чтобы я пустил тебя одного к этому перевозбуждённому извращенцу? – Снейп прислушался к доносившимся из ванной крикам и стонам. – Не слишком хорошая идея. К тому же здесь за всё отвечаю я.

– Давно могу постоять за себя сам. Не замечал? – улыбнулся Поттер. – И за честь твоих учениц тоже. Или ты волнуешься за мою моральную устойчивость? Мило. – Он приподнял край мантии и высвободил чёрную блестящую змею, обёрнутую вокруг его талии толстым поясом, сказал несколько слов на парселтанге, и Крылатый Змей, скользнув по ноге хозяина, скрылся за приоткрытой дверью ванной.

– Там две глупые девочки, – заволновался директор.

– Вот именно. Предупреди мадам Помфри, чтобы она была готова принять учениц, переживших психологический шок. Накель не тронет девчонок. Находящихся, кстати, – Поттер сосредоточился на происходящим за дверью, – под каким-то необычным Подчиняющим. Затейник, этот Каркаров!

Снейп решительно взялся за дверную ручку. Но Поттер не пустил его:

– Это моё дело! Я много лет назад дал одно обещание и сейчас намерен его выполнить!

– Ты не можешь расправляться с магом дружественной школы в этих стенах, даже если он и заслуживает сурового наказания, – Снейп не вполне понимал, что имел в виду Поттер, но чувствовал, что тот собирается устроить нечто грандиозное.

– Обещаю, что не трону его даже пальцем, – Поттер скользнул за дверь и закрыл её перед носом Снейпа. Последнее, что директор успел увидеть – это сузившиеся глаза Поттера, вспыхнувшие алым огнём.

Выглянув из-за угла бассейна, Поттер застал самый разгар маленькой, но весьма эффектной оргии. Голый профессор Каркаров с закрытыми глазами блаженно возлежал в воде бассейна на мелководье и с хриплыми стонами принимал на себе отчаянно подпрыгивавшую совсем юную девушку. Её подружка сидела на бортике и устало болтала одной ножкой в воде, ступнёй другой ноги лаская плечо немолодого совратителя. Лицо наездницы не выражало ничего, кроме сосредоточенности на ритмичности своих движений, она явно не получала удовольствия от принимаемого в собственное лоно огромного члена. Когда две грубые мужские ручищи изо всех сил стискивали её молодые, едва оформившиеся грудки и прищипывали воспаленные соски, исполнительная девица стонала, сообщая о неземном наслаждении. Она старалась сделать комплимент мужчине под собой, а, скорее, боялась его разозлить и как умела имитировала оргазм. «Явно вариант Империуса, – Поттер сосредоточился на путанице образов в голове девчонки, – не повезло малышке. Но ничего, хороший гипноз и какая-нибудь настойка директора помогут ей со временем поверить в собственную невинность». Он хищной улыбкой проводил длинный змеиный хвост, проворно скользнувший в бассейн.

– А теперь, крошка, попочкой, хочу узкую дырочку, – Каркаров приоткрыл глаза. – Так быстро устала? Ну пусть подружка тебя заменит, зря, что ли, вымя отрастила? Не всё вас сопливым пацанам по углам тискать.

Вторая девица, более взрослая и фигуристая, с безразличным выражением на лице зашла в воду, опустилась, раздвинув колени, над партнёром и сжала вместе свои полные груди, обернула ими ствол мужского члена, выпустив крупную красную головку у себя под подбородком.

Едва начав фрикции, Каркаров резко дёрнулся, потом ещё раз, и ещё. Широко распахнул глаза, наполненные ужасом и нестерпимой болью.

– О, я знаю, что тебе так нравится, – прощебетала пышечка весьма монотонно, не заметив того, что творилось с партнёром. – Награди же за старания – вставь мне поглубже, порви меня. Куда ты хочешь? – она уже хотела сменить позу, но что-то хлестнуло её по спине. Оглянувшись, девушка увидела бьющий по воде толстый чёрный кнут. Каркаров издал страшный хрип, и из его рта, прямо в лицо девушке, вырвалась свирепая змеиная пасть. Раздвоенный язык ударил по мигом побелевшей девичьей щеке. Красавица медленно осела. Крылатый Змей проскочил сквозь тело Каркарова, взметнул в бассейне огромный фонтан, с разворота вцепился в голову своей жертве, сильно хлестнул по дёргавшемуся телу хвостом.

Вторая девочка истошно завизжала и бросилась прочь, забыв хоть чем-то прикрыть наготу. Поттер еле успел остановить её уже почти в коридоре максимально осторожным Петрификус Тоталус и уложил на скамью в раздевалке, укутав в полотенце.

Удобно устроившись на бортике бассейна, Накель начал медленно заглатывать убитую добычу.

– Поздравляю, дружочек, с первым серьёзным трофеем, – Поттер вытащил из воды бесчувственное тело второй старшеклассницы. – А то всё крысы, да кролики. Не подавись, этот ужин для тебя великоват. – Крылатый Змей скосил на хозяина глаза цвета янтаря, с усилием глотнул, демонстрируя готовность непременно справиться с огромной добычей. – Потом ползи в подвал, тебя несколько дней никто не потревожит, я заберу тебя после. Только не вздумай напугать кого-нибудь из детей.

Поттер задумался на миг, макнул палец в кровь, разбрызганную по стене, подошёл к запотевшему зеркалу и написал алым короткое посвящение: КЛ (1).

– – – – – – – – – – – – – – – – – – – – – – – – – – – – –

(1) Xenophilius “Xeno” Lovegood

====== Глава 18. Выбор ======

– Я не прощу себе, что был так слеп!

Лили печально взглянула на Северуса:

– Мы были слепы.

– Как мы могли не видеть?! – волнение Снейпа было столь велико, что Лили стало его жаль.

– Мы не хотели видеть.

– Когда ты догадалась?

– Давно, – Лили тягостно вздохнула и опустила глаза. – Нет, не тогда, когда новорождённая Агата, находившаяся между жизнью и смертью, стремительно пошла на поправку. В тот момент я так надеялась на чудо, так призывала его, что, когда чудо свершилось, просто боялась его спугнуть размышлениями о его происхождении. Но когда крошка Агата стала творить странные вещи, а потом рассказала мне, как сумела, о своих ночных кошмарах, я больше не могла не спрашивать себя: «Что я сделала не так? Чем я теперь могу помочь ему?» – Лили спрятала лицо в ладони и всхлипнула, но удержалась от слёз. – Агате все эти годы снится сон, в котором она весело играет с маленькой лошадкой, у той на лбу красивый рог. Потом приходит папа, перерезает лошадке горло и приказывает пить кровь, – Лили поёжилась, словно от холода. – И самое чудовищное, Северус, что внучка говорит, будто во сне ей это очень нравится!

Снейпу захотелось согреть дрожащую женщину, он обнял её за плечи и притянул к себе. Она не резко, но решительно отстранилась:

– Не надо меня жалеть, Северус! Я сама виновата! И ты виноват. Кто тебя пожалеет? Мы знаем его лучше всех остальных и позволили…

Снейп не выдержал её пламенного взгляда и отвернулся.

– С Агатой сначала было очень трудно, – тихо продолжила Лили, её дрожь не унималась. – Я не понимала, откуда в доброй и ласковой девочке вдруг берётся злоба и стремление к насилию. Очень ранние всплески магической энергии, и очень сильные. Я порой не справлялась. Сдерживать Агату, пока она не стала хоть что-то понимать, было просто невозможно. Я старалась, как могла, исправлять её дикое колдовство и прилагала максимум усилий, чтобы скрыть беду от посторонних. Гарри помогал мне, но не мог всё время быть рядом. Светлая детская душа очень страдала, когда неосознанные желания ребёнка воплощались во что-то неприятное и даже кровавое. Первая наколдованная ею птица, едва слетев с детской ладошки, бросилась на соседского котёнка и едва не выклевала ему глаза! «Почему? Я же не хотела!» – рыдая, спросила внучка. «Почему?» – и сейчас иногда ещё спрашивает она. Когда созданные её магией бабочки и цветы стремительно засыхают или обугливаются или кусаются, жалятся, наколдованные конфеты сочатся ядом, а слабые безобидные заклинания взрывают стены или вызывают смерчи. Я до сих пор не ответила ей.

Снейп чуть не спросил о смерти Джеймса, но вовремя передумал.

– Почему же ты ничего не предприняла? – всё же не удержался он.

Лили растерялась:

– А что я могла? Забрать Агату? Да. Всё время быть рядом с ней? Да. Пытаться поговорить с Гарри? Да, и не раз. Пыталась. Откровенного разговора так ни разу и не получилось. Уж не знаю, кто в этом больше виноват, он или я, – голос Лили был еле слышен. – Отправить сына в Азкабан по ничем не подтверждённым подозрениям, пусть даже и материнским? Нет. Убить его?! Нет, Северус, нет!!! И ты не смог бы, как не можешь теперь! – она твёрдо взглянула Снейпу в глаза и резко отвернулась: – И Джеймс не смог…