Текст книги "Ретро Бит 9 (СИ)"

Автор книги: Seva Soth

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 15 страниц)

– Вы понимаете, что сценарий писался под Трейси и без ее харизмы шоу никто не станет смотреть?

– Это Голливуд, парень, здесь полно актрис на любой вкус, в том числе приехавших из Айовы.

На прибежавшую подслушать разговор Трейси стало больно смотреть, а Линда трижды сжала мне предплечье. Внезапно сильные у нее пальчики. Но по сути я совершенно согласен.

– Есть ли какой-то способ оставить в шоу нашу ведущую? И как насчет ее партнера Тодда? Он ни в чем компрометирующем не замечен?

– Тодд? Это который? Играет роль продюсера, мистера Ровера? По его поводу указаний не поступало, сможет пройти кастинг на общих основаниях. Для него мы дверь не закрываем.

Лишь один вопрос волнует народ…

– Вы что, звоните по поводу «Няни из Айовы»? – сообразил один туповатый бабосо.

– Да. Я так сразу и сказал – по поводу деревенщины из Айовы. Послушай, парень, ты можешь сколько угодно упираться и тогда я просто возьму следующий сценарий из стопки и ты не получишь вообще ничего.

– Си-Си, соглашайся, это же куча денег, – шепнула вдруг Трейси, а Эдди ее обнял. – Я не хочу обратно в Голливуд. Ну то есть хочу, но тут мне пишут Бобби, и Дэнни, и другие детишки, а там одни лошадиные задницы и придется вкалывать на съемках целыми днями.

По лицу блондинки я прочитал, что она ни о чем не жалеет. Видимо, от меня подхватила.

Глава 22

Давать ответ Голливуду я спешить не стал. Сказал, что приму решение позже, после того, как посоветуюсь с адвокатом. Вроде как и не поссорился ни с кем, и права не отдал. Японцы – умные люди, раз такое придумали. И не зря. Как нормальный пендехостанец, я и правда к Лео пошел и тот, услышав про озвученные условия, рассмеялся.

– Пацан, пять процентов от нуля дадут тебе ноль, – сказал адвокат, – по голливудской бухгалтерии даже блокбастеры, разрывающие прокат, иногда официально убыточны. С другой стороны – тебе обещают неплохие деньги за студенческий проект, который ты вообще бесплатно подарил театру.

– Да и пошли эти голливудские пендехо в помпис, чтобы им торнадо коровник развалило! – эмоционально высказался я. – Дело не в деньгах, а в Трейси. Это вообще нормально, что ее сделали парией из-за того, что постояла за себя?

– Голливуд и «нормально» не стоит использовать в одном предложении, пацан. Учитывай только, что идея девушки из Айовы, работающей няней, не патентутся. Откажешь – отдадут ее своему сценаристу и никто не докопается, если только не обнаглеют до прямого плагиата реплик. Я это уже тебе объяснял, на примере акулы из Челюстей.

– Она ведь не одна такая? Может быть, коллективный иск…

– Бесперспективно, пацан. Ты сам нескольким людям в работе отказал. Если бы отказ сам по себе тянул на повод для иска, мы с тобой уже защищались бы в суде.

– Кристобаль, не трави ей душу, – потребовала Глория. – Хватает гордости не продавать сценарий – и хорошо. А лучше все-таки продай, но кому-то другому, кто хотя бы нормально общаться умеет и условий не ставит, а идти на кастинг или нет – Трейси сама решит.

Трейси ходила мрачной, как туча, еще пару дней, пока на студию КРОН ей не пришел еще один мешок писем от калифорнийских детей. И всю хандру как рукой сняло. Тем более, что к письмам прилагалось предложение.

– Си-Си, там миссис Лондон озвучила… владельцы канала хотят полный сезон ЙЕП заказать! И не только у себя показывать, но и на материнском канале! На Си-Би-Эс! На всю страну! – выпалила блондинка, вернувшись с «детскими сердечками» во вторник. – И не хотят меня выгонять! Наоборот, говорят, что у меня рейтинги хорошие! Крышесносно! Йеп? Я думала, что прогадала с отказом от сериала… а тут такое! Ребятки, вы красавчики! Поможете мне с письмами? Детишки ждут ответа от Пенни Смит!

Кто бы ей отказал? Не я! Наша игровая-переговорная временно стала почтовой комнатой, где сама Трейси при помощи выделенной ей на подмогу Марии сортировала корреспонденцию и писала ответы. Бывало, заглянешь к ним, а там Машенька вопрошает:

– Трейси, тут маленький Джонни тебя спрашивает, как искать в играх пасхальные яйца. Старший брат ему про них рассказал, а он ничего такого в Пэк-Мэне не нашел. Бред какой-то?

– Может быть, есть какая-то игра про кролика? – предположила блондинка. – Ноуп, он прячет яйца, а не ищет. У нас в Айове на Пасху каждый год дети яйца разыскивают.

– А у нас оставляют от яйца только скорлупу, набивают конфетти и разбивают об чей-нибудь лоб, – перескочила на пасхальную тему Мария, – но что мне Джонни ответить? Кристобаль, может, ты знаешь, где у Пэк-Мэна хуэвос?

– Пасхалками называют секреты в играх, – занялся я просвещением, – их придумали в Атари. Там пендехо в пиджаках запрещали программистам вставлять свои имена в титры, но один парень сделал в игре тайную комнату с именем и фамилией. Игру уже напечатали на картриджах и потому, когда комнату нашли, убирать уже не получалось. Вот как-то так. Да и у нас в «Шесть Ви» тоже такое постоянно эксплуатируется. Как двести шестнадцатая комната называется, помните?

– Пальмовый Оазис! – охотно ответила Мария. – Номер твоего трейлера! Я сразу заметила и похихикала!

– Если десять раз подряд переключить в ней гравитацию, лишние буквы погаснут, – рассказал я. И до девчат как дошло, что Пальмовая Задница получится. Обе ведь вывеску трейлерного парка не раз видели. Долго и громко смеялись.

– Эти буквы Дон Игнасио уже не починит, – прямо-таки хрюкнула сквозь смех Трейси, – а какие еще есть?

– Их около десятка, можно было в каждую комнату добавить, но не стал перебарщивать – пасхалки не должны стать обыденностью. Есть комната, меняющая название с ЙЕП на НОУП каждый раз при перевороте, например. Дарю идею – сделайте специальный выпуск передачи про пасхалки в играх, с рассказом, где их искать. Начните с той игры от Атари… позовите в гости ее разработчика, Говард или Ральф могут оказаться с ним знакомы.

Может быть, вообще получится схантить еще одного разраба у Атари! Но сомнительно. Зная корпорацию зла, шутку с именем там не оценили и программера наверняка уволили.

Прервало идиллию появление теть Лизы с большим ящиком – посылкой.

– Забрала с почты, из Японии, – показала миссис Пондсмит.

Я ждал! Новинок под Фамиком и заказанных по телефону трех запасных джойстиков, чтобы Рамон перепаял их под Коммодор.

С геймпадами дело понятное – отложил их в сторону, достав из коробки, а вот игры… Сразу три картриджа! Ну что там за шедевры?

Игра с названием из иероглифов и крупной цветастой надписью оказалась банальным Маджонгом. Ничего против него не имею, но как-то не то, ради чего стоит привозить «контрабандную» Денди из Японии.

Второй картридж с не менее красочными иероглифами на обложке оказался игрой по типу крестиков-ноликов, где нужно выставить в ряд пять камней одного цвета.

– Юки, что тут написано? – окликнула присутствующую в офисе японку Линда.

– Гомоку Нарабе Рендзю, – зачитала та и сообразила, что нам нужен перевод. – Выстраивание пяти камней в ряд.

Поразительно точное название. Ну а третий…

– Тут написано Марио Буразару, точный перевод в английской надписи ниже. Что такое Марио?

– О… эта игра обязана оказаться великолепной, великой!

– Игра про двух усатых парней в кепках, краба и черепаху? – присмотрелась к этикетке картриджа Линда. – Марио… это же главный герой Донки Конга? И злодей в Донки Конге младшем?

Игра про водопроводчика вроде бы уже вышла на аркадных автоматах, но в США я ее пока не видел. Включил… и где та самая восьмибитная мелодия, которой хотелось подпевать? Совсем другая музыка. Это же не раздавленные бабочки сказались?

И стартовый экран какой-то незнакомый. Включил на одного игрока. Зеленые трубы есть, усатый сантехник в наличии, черепахи имеются, прыжки по платформам – пожалуйста, монетки собирать – сколько влезет. Главного платформера 80-х не завезли! Нет даже принцессы в другом замке. Какая-то миерда, больше всего похожая на недавно испробованного Попая. Смысл аркады – «kill’em all»! Мне даже жаль маленьких безобидных черепашек стало, хоть они у нас тут и антагонисты.

И тут я как понял! Ай, карамба! Орале! Умница Кента прислал сразу после выхода «Марио Бразерс», а прогремела на весь мир и стала символом Нинтендо – «Супер Марио Бразерс»! Совершенно другой платформер. С грибным королевством, скроллингом карты, разрушаемыми кирпичными блоками, возможностью спуститься под землю, подводными уровнями, принцессой Пич и драконом Боузером. Какое разочарование! Когда она выйдет-то? Через год? Два? Может быть, как раз к релизу консоли в Америке? Он, как я смутно помню, притормозит из-за кризиса видеоигр.

– Как-то не очень похоже на великую игру, – честно призналась Эль-Кей, глядя, как я ударом по платформе снизу переворачиваю черепашку, чтобы затем добить ее в ближнем бою. – На хорошую – да.

– Мои ожидания – мои проблемы, – признал я. – Уверен, что Нинтендо еще сделает что-то эпохальное, а пока что давай попробуем игру на двоих.

Подключил второй контроллер, быстро раскрутив приставку, и тут прямо приятное для наших пещерных времен открытие – полноценный кооператив для двух игроков сразу. У первого – Марио, у второго – Луиджи, и есть возможность взаимодействовать, подставлять друг друга, толкаться…

– А так на «Волшебника из Вора» похоже, только намного красивее, – смягчилась к игрушке Линда. Постепенно нехитрая аркада про борьбу водопроводчиков против черепах затягивала. Там, где для одного игрока рутина, на двоих – неплохой способ провести время.

И тут я понял, что нам стоит подумать об сиквеле VVVVVVV с кооперативом! Возможно, используем в названии семь Ви или двенадцать. У нас же движок отполирован. С загадками, рассчитанными сразу на двоих, как в Портал 2 и еще нескольких прикольных кооперативных головоломках… я их, правда, не полюбил. Необходимость искать второго человека, чтобы поиграть, всегда угнетала. Но можно сделать переключение между персонажами, как в «Потерянных Викингах», например. Есть друг – играешь с ним. Одиночка – используешь переключение персонажей.

О да… да тут целый пласт отличных механик на подумать. Впрочем, совместная игра уже задумана для Темпл Ран 2. Заимствуем часть механик оттуда или туда. Чувствую себя Балмером! В том смысле, что хочется завопить «разработчики, разработчики, разработчики» из-за нехватки кадров.

И всякий раз, как случается, когда жизнь налаживается, будни потекли один за другим. Близился День Благодарения, его мы проведем уже традиционно в Оукхерсте, в гостях у Елены и Гектора.

На следующий день сразу после длинных праздничных выходных стартует Комдекс, где мы о собственном стенде договорились. Теть Лиза созвонилась и выбила нам стандартное минимальных размеров место. И к выставке мне требовалась игра для винды. Начал с Косынки – самого приятного для меня лично из пасьянсов. Любимая медитативная игра всех бухгалтеров сразу – «цветные линии», которые на самом деле цветные кружочки, и их, пожалуй, тоже стоит сделать, но там нет рубашки карт, куда, как влитой, впишется наш маскот, а потому арбайтен.

И вторая причина ждать конца месяца – рождественский сезон продаж стартует сразу за Днем Благодарения, то есть появится обратная связь от игроков по поводу «Шесть Ви».

Есть и третья. Самая важная и самая максимально ответственная, но там всё настолько серьезно, что даже громко думать опасаюсь, лишь бы не сглазить.

В замечательный воскресный денек мы с Дюке вышли на пробежку. Совсем легко мне бег по утрам начал даваться и я даже удлинил маршрут. Не просто добежал до дома Делакруа, а сделал петлю вокруг квартала и уже на возврате к привычной части пробежки пес потянул меня в сторону с силой многотонного бульдозера и настойчивостью шерифа из четвертого Фоллаута. Не отпустил поводок лишь потому, что крепко намотал его на руку.

Целью моего питбуля стала кофейного цвета… как бы корректнее выразиться… питбулиха, точно так же тянущая на поводке хозяйку – даму лет шестидесяти с короткой стрижкой, сигаретой и в ковбойских сапогах. Это любовь! Любовь с первого обнюхивания под чужим хвостом. И что мне с этим делать?

– Дюке! Стой! Стой же!

Вообще пёс у меня очень умный и послушный, но тут близость самки ему крышу снесла.

– О! Какой красавец! – это сказала человеческая женщина, самка питбуля выдала лишь игривое «гав», такое же басовитое, как и у Дюке.

– Простите, мэм, он обычно очень воспитанный, – извинился я.

– Ничего страшного, сынок, он не виноват, это моя Мокка ему голову вскружила.

Вот и познакомились с дамой сердца моего лучшего друга.

– Я Руби Уоткинс, – представилась пожилая леди, – вот уже неделю наблюдаю за вашими пробежками. Прекрасный пёс. Добряк, каких поискать, не так ли? Нам с Моккой именно такой и нужен.

– Я Крис. Крис Колон… нужен для чего? – не сразу понял я.

– Для вязки, конечно. Один щенок из помёта ваш, или могу его продать и отдать деньгами. Но обычно все соглашаются на щеночка…

Нужен ли мне этот геморрой? Мне в нашем зоопарке только гиперактивного щенка питбуля, которого надо воспитывать, и не хватает. Если бы не Валенька, я бы щенка Гектору подарил. Он любит животных и умеет вырастить из потенциально грозной машины для убийства преданного лучшего друга семьи. Но рисковать не хочется… стоп-стоп-стоп. Нет пока никакого щенка и вязки. Упс… есть. Взглянув в сторону собак, я понял, что стыковка «Союз – Аполлон» уже произошла.

– Не вздумайте тянуть за поводок и мешать, – велела миссис Уоткинс. – Так уж им повелела матушка природа. Давайте просто подождем.

Следующие десять минут стали, должно быть, самыми смущающими в моей жизни. Я болтал с новой знакомой о собаках и так-то много полезного узнал – про прививки, ветеринаров и правильное питание. Новая знакомая говорила, что вязка – дело обычно ответственное, но у ее питомицы тоже нет ни документов, ни медалей с выставок, а добрее существа не найти. Я рассказывал о том, какой у Дюке прекрасный характер, насколько он хороший мальчик и даже кошку не гоняет.

– Черную такую? С белым пятнышком на ушке? Мы с мужем прозвали ее Пронырой. Так и ищет, где бы стащить еду.

Вот же Каналья! Есть хотя бы один дом в Эль-Серрито, что она не обложила данью?

Мимо нас проходили люди, собаки совершали акт продолжения рода, Руби смолила уже третью сигарету, а я дышал дымом и краснел.

– Миссис Уоткинс, а вы ведь не просто так попались мне на пути, – догадался я, когда мимо нас прошла незнакомая дама в нарядном платье, в каких американские матроны ходят в церковь.

– Конечно, не случайно, – подтвердила собачница, – я же сказала, что неделю за вами наблюдаю и присматриваюсь к вашему кобелю. Надеялась, не скрою, что всё устроим более цивилизованно без лишних глаз, на заднем дворе. Но чего уж там, если они сами всё решили. Начав собачек растаскивать – и травмировать возможно.

На обратном пути к дому Дюке улыбался всем встречным прохожим и вилял им хвостом. Исполнил заложенную в него природой программу. Мужик!

День за днём, ночь за ночью, и настал тот самый четверг, когда нам полагалось ехать в Оукхерст на День Благодарения. Потенциально кошмарный кошмар. Ведь если донья Мерседес приедет на запланированные крестины, то я столько не съем. Лопну! А отказаться… ну я же не настолько левас – от шикарной стряпни матери Елены отказываться. Уж лучше ремень на брюках отпустить.

Выехали мы из Эль-Серрито затемно, питбуля я в этом году с собой брать не стал. Его пришлось бы оставить на все три дня Комдекса у Елены с Гектором, брату на работу в понедельник. Глория с радостью согласилась за собакой присмотреть. Трейси пообещала приехать сразу в Вегас, у «Бесконечности Тьмы» там образовался концерт.

Для обряда крещения мы везли белое кружевное платьице и мешочек с четвертаками. Ковальски как будто знал, что он пригодится, когда мне его дарил. Может, и правда знал. Поляки ведь тоже католики.

Оукхерст никогда не меняется – тот же маленький городок. Гектор вышел на крыльцо встретить нас с Валенькой на руках и орале! Я знал, что чужие дети быстро растут, но превращение из кулёчка в малышку-пупсика в платьице – это какое-то волшебство!

– Привет, Гектор! Привет Валентина! – звонко поздоровалась Линда.

– Карамба, что за голосок! – удивился молодой отец. – Как соловей в горах поет.

– Это сопрано! Точно скажу тебе! – подтвердила вышедшая Елена, и поспешила устроить нам сеанс обнимашек. – А мама не приедет, у Роситы барисэла.

Кажется, это корь или ветрянка, не очень понимаю.

– Орале!.. То есть, ке ластима, – радость от того, что теща не приедет, Гектор скрыть не сумел, за что и получил локтем в бок. Сказал он что-то в духе «какая жалость». Но лицо его кричало «я спасен».

– Но мама обещала навестить нас на рождество, – мстительно добавила Елена.

– Карналь! Что за тачка, ты прямо гринго-дантист! – не смог не заметить старший брат. – Настоящий хефе своей клики!

Ну что за сравнения? Как будто мне нравится делать людям больно. А я не такой.

Дожили до вечера. Линда, Елена и приехавшая Изабелла возились с малышкой, мы с Гектором снова смотрели пендехостанский футбол и «мои» Лайонс разорвали его Питтсбург Стилерз со счетом 45:3. По прежнему ничего не понял в игре, но первую ножку индейки выиграл. Что еще сказать? Индюшка вкусная, соус моле все такой же божественный.

Прозвучала благодарность к мирозданию от всех за то что мы друг у друга есть. Я оригинальничать не стал, а вот карналь добавил:

– … и еще я благодарен за то, что до рождества еще целый месяц.

На следующий день нас отправили на курсы крестных. Оказывается, быть крестным – это сложно и нужно знать свои обязанности. И они не в том, чтобы баловать крестницу и дарить ей крутые подарки на все праздники. Как сказал священник из соседнего городка, куда нас отправили, главная наша задача – укреплять в младенце веру. Никак не стал комментировать. Традиции есть традиции, пока они не мешают мне жить – пусть будут. Единственное – я чуть не спалился. Пальцы сами собой щепотью сложились, когда потребовалось перекреститься, но вроде бы никто того не видел и я успел повторить католический жест ладошкой. Еще и лево-право у них перепутано. Вроде бы где-то слышал, что церковь признает легитимными все вариации и инквизиция за мной, если бы я ошибся, не выехала бы. Но зачем создавать подозрения? Я в целом вопросы религии сильно упустил.

Сами крестины прошли примерно так, как я себе и представлял. Всех значимых отличий – у нас младенца целиком в купель окунают, а прагматичные буржуи немного специальной ракушкой черпают и на голову поливают. Не иначе как воду экономят. Валенька орала так, что я думал – цветные витражи в церкви полопаются. Прямо фус-ро-да! Если бы где-то над нами пролетал дракон – стопроцентно бы рухнул. Ну а на выходе из церкви традиция требовала раздать тот самый мешочек с мелочью детворе.

Вот и стал я крестным отцом. Пора купить крестнице радиоуправляемый вертолет! Или лучше его для собственных детишек приберечь? Есть ли вообще такие игрушки в 1983 и если есть, то почему нет геймпадов и клавиатур на радиоканале? Не то время и место для подобных вопросов.

Глава 23

Безусловно, без батьки посещение его вотчины не обошлось. Сразу после крестин к нему в офис заехал, пока Линда и другие девушки возились с новоокрещенной Валенькой.

– Привет, приятель, – пожал мне руку мистер Уильямс, – насчет Арахиса не передумал? Он в марте продаваться начнет, как раз успеешь парочку хитовых игр под него написать. Хотя бы Тетрис портировать…

– Портируем в марте, когда появится в продаже. Все эти закрытые комнаты и режимы секретности утомляют. У меня и так уже… не могу рассказывать по договору с Эппл.

– Ах-ха-ха! А нам не предлагали под новый компьютер Джобса ничего делать, говорят, что он не любит игры. Ладно, приятель, у меня тут другая новость. Помнишь свой день рождения? Ты рассказывал про свой… Джунискрипт.

– Джулайскрипт, – поправил я Кена, назвавшего июнь вместо июля.

– В общем… я не имел права тебе рассказать по договору с IBM о неразглашении и чувствую себя последним лицемером, что не проболтался. Но там еще этот француз с Паскалем был, и вообще куча народа. Приятель, мы тут уже с весны разрабатываем интерпретатор под Арахис… точнее, Пи-Си Джуниор. Не только под него, конечно. Не один ты скепсис к новому компьютеру проявлял, были причины… и парни предложили сделать работу так, чтобы облегчить портирование на новые платформы. То есть создать интерпретатор и язык написания сценариев под него. С компиляцией в промежуточный код. Я тогда тебя отговаривал больше потому, что хотел от двойной работы избавить. Мы бы договорились о взаимном лицензировании всякого. Не чужие ведь. Ну и некоторые твои идеи смотрелись настоящей дикостью. Те же отступы…

Ай да батька! Ай да пута гранде! И я еще считал, что он не очень хороший лицедей. И тени сомнения у меня после дня рождения не возникло, что интерпретатор ему не нужен.

– Мир, – протянул Кену руку, – спасибо, что сказал. Но лицензироваться нам не нужно, у Джона уже всё работает. Пока без компиляции, но и над ней трудится.

– Увёл у меня лучшего программиста… каналья, – беззлобно ругнулся Кен, – у меня три человека над этим проектом… полгода.

– У меня пять, если посчитать помогающим нам профессора из Беркли, его аспиранта и датчанина. И насчет отступов и прочего нас переубедили. Язык похож на Си.

– Ха-ха! У нас тоже Джефф его выбрал! Ты же помнишь Джеффа Стефенсона? Он тебе Коммодор 64 дарил.

– Помню, – почти не соврал я. Имелся такой скромный долговязый парень немного за двадцать. Фамилия у него, конечно, подозрительная…

– Пойдем код покажу, там все версии по датам разложены, чтобы ты не решил, что я у тебя идею украл, мы тут таким не занимается.

Ну, кроме того, что геймплей Пэк-Мэна скопировали. Но это я уже только мысленно.

Тот самый Джефф нашелся на рабочем месте. Напоминаю, у нас длинные выходные. Но где их, как не за компом, проводить?

– О, привет, Крис! – обрадовался он мне. – Как там Чак, Блейз, Коннор и Джон поживают?

– Неплохо они там устроились, я летом видел. Приятель, покажи ему Эй-Джи-Ай, – распорядился Уильямс и перевел тему.

Ну… посмотрели. Никакого ООП, никаких тебе классов! И еще целой кучи всего, чего я в Джулайскрипт включил. Но чисто под написание игровых сценариев оно, по-честному, и не требуется. Маленький си-подобный язык, управляющий объектами на экране. Может, мне и Джеффа переманить? Толковый явно парень.

– Ладно, Кен, раз у нас день откровений, я тоже признаюсь, – сказал я, когда мы с батькой вышли покурить на балкончик. – Мы прорабатываем бизнес-план собственного издательства в Неваде. Текущие проекты не трогаем, они ваши, да и не быстро это всё. Запись дискет собираюсь отдавать на аутсорс, да хоть бы и вам.

– Ха! Ха-ха-ха! – развеселился Уильямс. – А я всё ждал, когда ты начнешь считать деньги и придешь к выводу, что так выгоднее. Не осуждаю, приятель. Если потребуется совет – обращайся, я давно в этом бизнесе.

– То есть ты не злишься?

– Куча хитовых игр пройдет мимо меня. Это повод рассердиться, чего таить. Но я же не идиот – поссоримся с тобой и ты уйдешь к ЕА или, еще хуже, к Ричарду в Техас. Знай только цену риску, приятель. Записать кучу дискет – это самое простое, а вот договориться с розничными сетями и добиться, чтобы игру ставили на видное место – это уже другое… кстати. Почему до сих пор нет версии «Шесть Ви» на кассетах? Большая кассета вмещает больше данных, чем дискета с двух сторон, плюс никакого шума от дисковода и больше аудитория крупнее.

– На кассету невозможно записать файл сохранений… и назад ее не отмотать, а у нас есть несколько комнат, предполагающих возврат обратно.

– Дерьмовые оправдания, дружище. Если есть комнаты, мешающие выходу на кассетах, просто убери их из кассетной версии игры. А сохранения – это блажь. Игрок просто не станет выключать компьютер и доиграет на следующий день, если ему так уж принципиально пройти до конца. Или начнет сначала, не заболеет из-за этого.

Не любят в нынешние дикие времена простых геймеров, не желают сделать им удобно и приятно. Но так-то батька прав… может, и с оговорками, но лучше так, чем если игра останется уделом обладателей дисководов.

– Давай к другим делам. Комдекс. Мы с Робертой в этом году не едем, хотя фирма присутствует. У вас, я слышал, куплен стенд…

– Ага. Минимальный по размеру, но в проходном месте. Покажем народу Ви-Ви-Ви-Ви-Ви-Ви на проекторе, договорились об аренде зала. Трейси прилетит сразу в Вегас, у «Бесконечности тьмы» там концерт в казино.

Я поначалу хотел купить проектор с экраном, как на демонстрации винды, но теть Лиза узнала цены и остановились пока на аренде готового помещения. Мы не мелкомягкие, у нас роялти за Бейсик вообще с каждого выпущенного компьютера в стране нет, да не удивлюсь, если и они арендовали. Двадцать тысяч! Дороже, чем моя машина, равноценно половине дома Гектора! Орале! А если его сопрут из багажника?

Чуть не решил крутить презентацию на обычном ПК, но все же переключился из режима жадины в режим транжиры и всего за пятьсот долларов мы арендовали на первый день выставки пару часов мини-кинозала вместе со специально обученным человеком. Оно того стоит, я считаю.

Итак, индейку мы прошли в четверг, крестины и разговор по душам с батькой – в пятницу, а на выставку выехали в субботу утром. Всё просчитано тютелька в тютельку. Даже время погулять по городу греха останется. И ни до чего грешного не добраться, так как малы еще в картишки на деньги резаться.

Очень скучное само по себе путешествие. Теперь я понимаю все эти истории о заснувших за рулем дальнобойщиках. Если бы не наличие интересного собеседника, не удивлюсь, что и я бы задремал. Успели проговорить, какие уровни мы отрежем от кассетной версии «Шесть Ви» и, спойлер… никакие. Я нашел решение.

– Обычно хорошим тоном в программировании считается следование принципу «не повторяйся», – начал я рассказ, – но мы его нарушим. Раз кассета больше по емкости, чем дискета, то просто задублируем на пленке уровни с необходимыми айдишниками там, где возврат назад обоснован и заблокируем переход в местах, где обратной дороги нет. Должно уместиться… и таких узких мест там не так много, в большей части случаев достаточно не выгружать сразу из памяти предыдущую комнату. Локальные точечные правки на пару дней. Не был бы я таким бабосо торадо, сразу бы догадался, и мы бы выпустили кассеты к рождественскому сезону.

– Не говори так про себя, – потребовала Линда. – Мистер Спок сказал бы, что признавать свои ошибки – логично.

Приятно, когда в тебя верят.

– Хорошо, если я не идиото, то еще я придумал механику для «Безумия древних» – следы прошлых петель! Оставлять желтый дождевик персонажа на месте ее предыдущей гибели. И что-нибудь из ее инвентаря, чтобы намекнуть, насколько все реально. И записку о причинах поражения – такую, как «утукку съели меня»… а еще к финалу игры стоит усилить героиню так, чтобы она с чистой совестью сказала чудовищам «это не меня с вами заперли, а вас со мной».

– Орале! – самое главное латиноамериканское слово прочно вошло в наш общий лексикон, а не только мой. – Какая крутая фраза!

Прости нас, Роршах, я случайно это сказал. И вы, мистер Мур, извините. Честное пионерское, просто оговорка, а не намеренный плагиат.

– У меня еще одна хорошая идея, но я глубоко пожалею, что озвучил её, – тяжело вздохнул я.

– Какая! – настойчиво потребовал обновленный звонкий голосок с хорошо знакомыми нотами глубокой заинтересованности. – Крис, ну пожалуйста, не тяни!

– Комикс-приквел, который расскажет о предыдущем посетителе особняка. Продавать его вместе с игрой или отдельно. У тебя огромный талант рисовать.

– Предыстория… про Профессора и его жену! Про то, как она пропала, он остался в особняке и искал её! Мы так сделаем их настоящими людьми, а не декорацией! – сверкнула прекрасными азиатскими глазами Линда. – Милый, я люблю тебя еще сильнее!

Так и доехали, я как раз до Вегаса успел концепцией Изнанки поделиться – то есть того же самого места, но испорченного, что плавно перешло в обсуждение оборотной стороны проклятого старого дома в игре, где, вероятно, и пропали профессор и его супруга. Этакий микс из «Очень странных дел» и второй части «Алана Уэйка». Но честно-честно, я не плагиатил, Линда сама предлагала, я лишь говорил «отлично придумала» или «крутая идея», когда мне нравилось. Кто виноват, что в моём вкусе первый сезон сериала братьев Дафферов и игра от Ремеди?

Миновали все уже знакомые указатели о том, что почти доехали, вызывающие ощущение того, что в заставку ГТА Сан-Андреас въезжаешь.

В самом Вегасе, уже подсвеченном местами неоном, так как почти зима и темнеет рано, мы непроизвольно оба повернули головы в направлении часовни Полуночный Мемфис. Ярко освещена! Может быть, Линда о том же, что и я, подумала?

Судя по тому, что у моей красавицы живот мило проурчал, о хорошем сочном бургере и пицце она задумалась. Мой желудок в унисон свою собственную арию исполнил. А мимо проносились Тропикана, Дюны, Цезарь-Палас, Фламинго и неоновый Ковбой Мальборо, машущий большим пальцем… Моя прагматичная скупая душонка даже задумалась о том, сколько денег улетает на эту иллюминацию. Много! Тут даже сравнивать с Воронежем не возьмусь, понятно, что столица Черноземья проиграет.

Мудрая женщина Лиза Пондсмит еще летом забронировала нам двухместный номер в пешей доступности от экспо-центра, в отеле-казино Ривьера. По отдельности здесь не бывает. Общала достойный полулюкс, в каком они с мужем во время CES в Чикаго жили.

Отдать ключи от машины парковщику у отеля оказалось маленьким испытанием. Там же внутри куча компов – три монитора, два Коммодора и IBM 5150. Жесткий диск с исходниками я предусмотрительно вынул.

Проход к стойке ресепшена здесь, как и в прошлом году, и, подозреваю, всегда, как в прототипе «Лас-Вентураса» – через казино. Всё, чтобы заставить бедных работяг расстаться со своими кровно заработанными, попав в ту же дофаминовую петлю. Да что там – меня самого поселила шальная мыслишка о том, что я везучий, и у Линды глаза заблестели. И это несмотря на то, что не первый раз на родео… то есть в обители греха.

У стойки ресепшиониста выстроилась очередь из скуфов разной степени поддатости. Оформили обещанный номер на семнадцатом этаже, отдали чемоданы коридорному и пошли к лифтам, для чего требовалось пересечь половину казино. Это специально так сделано, как в торговом центре, для заманивания посетителей.

– И напоминаю вам, что в штате Невада находиться в игровой зоне разрешено с двадцати одного года, – выдала женщина за стойкой. – Пройти через зал к лифтам можно. Задерживаться у столов и автоматов – нельзя.

– ЭЙ, ТЕТРИС! – позвали откуда-то неподалеку пьяным голосом. Кто бы на моем месте не обернулся? Тем более, что окликнувший человек показался знакомым.