Текст книги "Ретро Бит 9 (СИ)"

Автор книги: Seva Soth

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 15 страниц)

– Отель Веллингтон на углу Седьмой авеню и Западной 55-й улицы, сэр, – прочитал я по бумажке, выданной теть Лизой.

Следующие десять минут прошли тихо и спокойно, дядя Валера вел машину аккуратно, из магнитолы тихонько хрипел шансон, не особенно мной уважаемый. И так, пока нас не подрезали на скоростной автомагистрали. Линду качнуло по салону и она уткнулась мне в плечо.

– Да куда ж ты прешь, козлина⁈ – заорал таксист и выдал длинный загиб, какой в приличном кино полагается запикивать. У него бы получился писк на добрую минуту. Я чуть не прослезился, но лицо удержал и не дал мужику понять, что мы с ним одной крови, и как я разделяю его возмущение.

«Это что, русский?» – написала в блокнотике, найденном в сумочке, девушка.

– Похож, – шепнул я, – как на телемосте.

Валерий, заметив, что мы на мат не триггеримся, разошелся и я чуть глаза не прикрыл, слыша, как он материт «нетрадиционной ориентации слепого и безрукого» на Кадиллаке, затормозившего впереди так резко, что мы чуть в него не впилились, вот прямо-таки пару миллиметров не достали. Я как домой вернулся – у нас такой же мат-перемат в программерской вечно стоял. Так-то я сторонник чистой правильной речи. Но как еще объяснишь всяким пендехо, насколько они каброны и пута гранде? Никак!

«Пип-пип-пип!» – пропищала уточкой Линда водителю Кадиллака.

– Что это? – уставился в зеркало дядь Валера на уточку.

– Условный сигнал, сэр. Означает, что водитель перед нами – лошадиная задница, – пояснил я, чем заставил Линду слегка зарумяниться. Ну а чего она хотела, ругаясь на публике?

Таксист добродушно расхохотался.

– Ах-ха-ха! Всё верно, мисс. Такой он и есть!

– Сэр, простите, – самым невинным тоном спросил я, – а что значат все эти слова?

Возидель поперхнулся.

– Какие слова? – осторожно уточнил он.

– Ну, вот например, – я постарался воспроизвести с акцентом и по слогам, специально коверкая произношение, – «Кос-ли-на».

– А! Это… козел. Этот мудила заслужил! Извините, мисс, не при вас.

– А вот это короткое, на «бл»? Вы его часто говорите.

Дядя Валера побагровел. Как бы его удар не хватил.

– Это… это артикль, как «the» в английском.

– А длинная фраза? Про Кадиллак? – спросила Линда с видом прилежной ученицы.

– Это… я объяснял, насколько плохо он водит.

– А «tvayu mat»? – продолжил я, стараясь не засмеяться. Наверняка мужик понял, что мы его троллим, но отнесся по-доброму и с юмором, за что ему респект.

– О! Это очень вежливая фраза. Означает «хорошего дня, сэр». Русские всегда желают друг другу хорошего дня. Даже в пробке. Особенно в пробке.

Видимо, чтобы избежать дальнейших расспросов о великом и могучем, шофер начал рассказывать о себе. Он из Ленинграда, приехал восемь лет назад с женой, которая у него еврейка. В СССР работал инженером в гражданском вычислительном центре и вообще программист, сейчас вместе со своим другом Геннадием переучивается на КОБОЛ и скоро нужда крутить баранку для них отпадет.

– Ленинград – очень красивый город, – сказал он, а меня прям ностальгия по Питеру серьезно так кольнула. – Как Венеция.

Не скажу, что идея его нанять меня не посетила, но как пришла, так и ушла. Каналья Геймс – не Армия Спасения и принимать человека по национальности ни разу не правильно. И для геймдева дядь Валера откровенно староват, а тут у него и жена еще наверняка где-то так или иначе устроена.

Мы проехали темным тускловатым тоннелем и я узрел знакомую по десяткам фильмов картину – Манхэттен. Пар из люков посреди улицы, куча граффити, машин больше, чем людей. Я как внутри блокбастера про человека-паука очутился. Вот точно сейчас Питер Паркер где-то на паутине пролетает. Небоскребы, небоскребы, а я маленький такой! Рокки сказал бы, что Нью-Йорк потрясающий. И, несмотря на то, что я найду еще десятки поводов поворчать на то, что не всё так радужно, сегодня с ним соглашусь.

Какой-то тарадо бабосо перебежал дорогу прямо перед решеткой радиатора и наш шофер пожелал ему «хорошего дня».

На счетчике под конец поездки набежало двадцать шесть долларов. Не такая маленькая сумма. У меня Роберто не каждый день в конторе столько зарабатывает. И я сам по первости у Ковальски три бакса в час получал. Тут, правда, за бензин и за амортизацию, но все равно дорого.

– Сдачи не надо, сэр, – сказал я Валерию, отдав банкноту в 50 долларов. Переплатил?

– С пятидесяти? – переспросил тот.

– Да, считайте солидарностью между программистами, – кивнул я ему.

Валерий помог нам с чемоданами и протянул мне засаленную визитку.

– Будет нужно куда поехать – звони, – сказал он.

И тут Линда решила быть вежливой.

– Твою мать! – с минимальным акцентом попрощалась с таксистом девушка все еще непривычно звонким голоском.

– И вам… тоже… хорошего дня, мисс, – уверен, что покраснел Валера не от стыда, а сдерживая смех, и уже без пассажиров как следует проржется.

– Какой милый человек, – сказала Линда, беря меня под руку. – Обязательно так с Питером, который нам русские книжки привозил, поздороваюсь при встрече.

Глаза ее смеялись. Всё она поняла.

Глава 19

Отель Веллингтон мне понравился. Быть может, волшебство теть Лизы включает в себя не только поиск чего угодно, но и аналог Букинга – сервиса для подбора отелей. Всего три звезды и обстановка в кирпичном здании постройки начала века даже более уставшая, чем в Дюранте в Беркли, но чистенько и не сильно дороже. Тормознутый, как на станции «Цитадель», лифт лишь усилил сходство с хорошо знакомой гостиницей.

И памятуя о том, что капиталисты везде одинаковые, из номера я домой звонить не стал, воспользовался таксофоном на первом этаже. Набрал наш офисный номер, внутренне готовясь к тому, что босс из дома – и все как разленились… но нет, почти сразу трубку Мария взяла. Это у нас тут на восточном побережье уже смеркается, а на западе даже не конец рабочего дня. Сообщил, что мы в порядке, узнал новости – звонили из Эл-Эй и хотели поговорить со мной по поводу покупки прав. Трейси в состоянии, среднем между эйфорией и паникой. Ее заметили, но страшно – вдруг потребуют убрать. Обещали перезвонить в пятницу. Орале! Я ни на что такое и не рассчитывал, но сейчас и мне за Трейси стало иррационально тревожно. А вдруг ее не возьмут? А если возьмут и потребуют переехать в Эл-Эй?

Следующий день – четверг, девятое ноября – мы провели, как праздные туристы. Побывали-таки в Центральном Парке. Спойлер – это самый обычный, средней ухоженности парк, такой, как воронежский Динамо, только побольше. О наличии в нём бомжей и огромных стай голубей я синематографом заранее предупрежден.

Но это я ворчу, на самом деле вот такие лесопарковые зоны – дело хорошее. Деревья, одетые в наряд всех оттенков цветовой палитры Коммодора 64, дорожки, озера, конные извозчики и потрясающе наглые белки, не имеющие ни малейшего представления о частной собственности.

Одна такая бестия проявила интерес к моему сникерсу. Я, как человек добрый, отломил ей маленький кусочек, надеясь, что от небольшой дозы нуги у нее ничего там не слипнется. Каналья взобралась по моей штанине, вырвала батончик из моей руки и ускакала в кусты. Не зря Дюке всегда гоняет их, если встречает во время пробежки. Будем считать, что я своей шоколадкой предотвратил вторжение армии белок из другого измерения. Откупился так.

Погуляв в парке, выпили кофе в милой кофейне «Черепашка Арнольда», отдаленно похожей на ту несуществующую, из сериала, где мистическим образом каждый день находили время посидеть и пообщаться шестеро взрослых людей, каждый со своей работой.

Нашли тот самый отель Плаза и я понял, откуда знаю его название – «Один дома 2»! Именно в этом отеле Кевин и жил. Ай, карамба! Для меня это место не менее историческое, чем Статуя Свободы, так как мне нравятся оба фильма, снятые Крисом Коламбусом. А теперь, оказывается, и винду тут публике представили.

Поглазели на небоскребы. Башни Старка нет, я в этом и не сомневался, но теперь приятно убедиться. Поднялись на смотровую площадку южного небоскреба башен-близнецов – на сто седьмой этаж. Я волевым усилием выкинул все мысли о терактах из головы. Не факт, что они вообще произойдут, причем именно в том же виде и в ту же дату. Ранее конца 90-х в ту сторону даже задумываться нет смысла. Да и не супергерой я. Не гений, не миллиардер, не плейбой и не филантроп.

Заглянули в метро – подземный переход у воронежского ЖД вокзала чище и приятнее смотрелся. Где-то тут гигантские крысы-мутанты. И, возможно, еще и черепахи.

Добрались на такси до места, откуда отходит паром на «Остров Свободы», и даже поднялись по винтовой лестнице в корону знаменитой статуи – исключительно ради ачивки.

А вечером таки отправились на мюзикл, согласно заказанным теть Лизой билетам. «Магазинчик ужасов» – про управляющего цветочным магазином, его возлюбленную и плотоядное растение, которое в итоге всех съедает. Забавная такая черная комедия с рокенрольным саундтреком. Чем-то мне диснеевские мультфильмы 90-х напомнила, диснеевского Аладдина, только с черным юмором. Строго говоря, это не совсем Бродвей, а рядышком, но мне как-то без разницы.

Быть туристом хорошо, но дожили и до главной цели визита в Нью-Йорк – мелкомягкой пресс-конференции. Даже нарядились под нее не просто в приличное, а в очень. Кроме всех туристических мест мы в пару бутиков вчера заглянули и приоделись. Не в роскошное, стоимостью, как крыло от боинга, но вполне приличные вещи, показаться в которых, если что, не стыдно ни перед Билли Гейтсом, ни перед журналистами. Туфли, костюм, пальто, сорочка, галстук. И даже Линда в женский деловой костюм нарядилась. Госпоже арт-директору идет.

Четыре квартала от Веллингтона до Плаза мы пешком прошли. Вообще, о Нью-Йорке слава, как о довольно криминальном городе, ходит. И куча граффити тому подтверждение, но никто на нас не покусился. Наверное, потому, что в плохие районы мы благоразумно не ходили. Никаких Гарлема и Южного Бронкса.

Внутри роскошная гостиница из «Один Дома 2» воистину поражала. Дорого-богато, в лучших традициях. Все в позолоте и хрустале. Нас приняли за стойкой регистрации, посмотрели на приглашение и перенаправили в конференц-зал на первом этаже, где и собиралась презентация.

Тут собралось человек сорок журналистов. Из знакомых лиц я увидел Балмера и Джерри Пурнелла, модератора с январской стендовой дискуссии – он сидел во втором ряду. Мы не опоздали, но и не в числе первых пришли. Скромно сели позади, на галёрке.

Сцена, экран для проектора, дюймов в сто, на стенах по краям – логотипы производителей электроники, видимо, тех самых восемнадцати из приглашения. Еще десять минут ожидания и на сцену вышел лично Билл Гейтс – в черном деловом костюме и при черном же галстуке. Сейчас как расскажет про свет Венеры, отразившийся в верхних слоях атмосферы…

– Доброе утро, дамы и господа, – начал Билли. – За последние годы компьютеры, как вы знаете, стали значительно мощнее. Но также выросла и сложность написания программ. Программист вынужден знать особенности дисплея, клавиатуры, графического чипа и другого оборудования каждого компьютера. Мы считаем, что это должно измениться и потому представляем вам Майкрософт Виндовс, которая берёт работу с экраном, мышью и другими устройствами на себя…

И далее в том же ключе, про то, как винда облегчает жизнь простого программиста.

Экран за спиной Гейтса заработал и нам наконец-то показали винду. По впечатлениям – Эппл Лиза для бедных. Хотя нет, это для Макинтоша эпитет. Схватить за край окна и растянуть до нужного размера пока нельзя – в левом углу окошка иконка, ведущая в меню с возможностью задать размер от полностью свёрнутого до полноэкранного. Там же пункт с закрытием. Интересно, они уже к релизу догадаются до отдельного крестика в правом углу или к одной из последующих версий? Иконка справа… тадам… открывала окошко «О программе». Самая, во имя Омниссии, нужная функция!

В нижней части экрана уже прототип таскбара – список свернутых окошек. Но после разворачивания они оттуда уходят. И это пофиксят. О сколько я открытий чудных в винду способен принести… Но делать мне это есть смысл разве что за процентов тридцать акций мелкомягких, чего мне никто в здравом уме не предложит. А не запилить ли мне свою оболочку? Сразу под Юникс… и нет! Не потому, что идея плохая, просто я и так между проектами как угорелый шарахаюсь и на части рвусь. Игры – вот наше всё, а кнопку закрытия к окошкам Билл и сам рано или поздно прилепит.

Гейтс дал только очень общие вводные, а далее выходили поочередно другие сотрудники, показывающие разные особенности системы. Из софта мы увидели Арт – примитивный графический редактор, Текст – прото-блокнот, возможно, с той же кодовой базой, что прожила десятилетия, Календарь и… для демонстрации совместимости с ДОС-приложениями – «Майкрософт Файл Менеджер», то есть форк Каналья Коммандера с заменой синего фона на лаконичный черный, а двойных рамок на одинарные. Видимо, приберегли синий цвет для экрана смерти. Линда на этой части демонстрации трижды мне руку сжала. Сигнал айовской морзянкой принят, я ей ответил лаконичным «ноуп» – то есть двумя пожатиями.

– Они сделали ровно то, за что нам заплатили, все честно, – шепнул девушке.

Расстроен ли я? Наоборот, воодушевлен. Неважно, как называется программа, главное – что внутри. Хотя некоторое лицемерие есть – сначала критиковать за прямой доступ к видеопамяти, а затем показать софт, его использующий. Хотя, возможно, они все под системные апи переделали. Если так и с сохранением скорости, то мелкомягкие молодцы.

В финальной части выступления Гейтс пообещал выпустить всю эту красоту уже в апреле 84-го, причем бесплатно для большинства юзеров. Лицензировать и платить станут производители компьютеров. Те самые, которые тут здесь сегодня собрались. Вот они рады, наверное.

Если без шуток, то много правильных мыслей сегодня прозвучало, в том числе про то, что пора бы прекратить тянуть индустрию в разные стороны и консолидироваться на общей базе.

По окончанию всех пригласили на легкий фуршет и в демо-зал – пощупать винду руками. Там уже выставили компы производства всё тех же восемнадцати друзей Билла и на каждом крутилась альфа-версия графической оболочки.

Пощупали мелкомягкие двухкнопочные мышки, попробовали закуски, а я всё высматривал Гейтса. Нашел – окруженного целой толпой журналистов и представителей индустрии. А вот Стив Балмер дегустировал канапешки, пил шампанское и выглядел довольным ходом мероприятия, общаясь всего с парой человек. Громко и эмоционально – я услышал про «двадцать тысяч проданных копий», но непонятно, о каком вообще продукте речь.

– Мистер Балмер, здравствуйте, позвольте вам мою невесту Линду представить, – поздоровался я с пока еще не лысым крепышом, когда его собеседники отошли в сторонку.

– Коламбус! Мой любимый разработчик! – Стив сказал это так громко, что, наверное, весь зал его слышал. – Видел демонстрацию? Не передумал по поводу того, чтобы к нам примкнуть? Я выбью тебе место начальника направления. Можешь даже оставаться у себя в Калифорнии, мы откроем там офис. Майкрософт Геймс! Звучит? Приглашаем всю твою команду, она у вас наверняка отличная. Роялти дадим на пять процентов выше, чем сейчас у вашего издателя. Даже на десять! Ну как?

Человек-Стив какой-то. Буквально засыпал меня словами. Линда дважды мне руку сжала. Какая все-таки удобная сигнальная система.

– Очень лестно, но мне хотелось бы сохранить независимость.

– Юношеский максимализм, понимаю. Свобода дороже стабильности. Возвращайся, когда передумаешь! Но ты не только поздороваться подошел, да?

– С деловым предложением, сэр. Я хочу сделать для Виндовс игру.

– Правильный выбор платформы, парень! Такую же, как тетрис?

– Нет, не настолько большой хит, просто хорошую игру, рассчитанную на управление мышью. У меня несколько идей таких проектов. Посмотрите на этих людей.

Я указал на журналиста, осторожно двигающего мышку сразу двумя руками. Бедолага явно не осознавал, где он вообще очутился и как с этим работать.

– Они не понимают, что такое мышка и как ей пользоваться.

– Обучим, парень! Запустим образовательные курсы для всех желающих. И не только мы. Эппл тоже вовсю внедряет мыши. Это устройство будущего!

– Я знаю, у меня есть Эппл Лиза, и вот что я вам предлагаю. Маленькая, но увлекательная игра, которую вы включите в систему. Нужная специально для того, чтобы люди привыкали к мышке. Вы включите ее в состав поставки вашей оболочки и ее никому не придется покупать. Точно так же, как простые графический и текстовый редактор.

– Это надо обсуждать с Биллом, но идея отличная. Вот только, парень, зачем нам платить тебе за простую игру, если ее сделает любой наш программист за два вечера?

– Платить не надо. Я отдам ее исходный код бесплатно.

– По твоей коммунистической лицензии?

– Нет, просто бесплатно. На условии, что вы включите ее в систему, не станете убирать из нее наш копирайт и оставите уточку на рубашке карт.

– Ах ты ж мелкий наглый поганец! Я тебя обожаю! Собрался устроить себе рекламу за наш счет!

Идея устроить себе бесплатную рекламную кампанию за счет Майкрософта оказалась спонтанной и демок косынки, солитера и паука у меня сейчас нет, не разрабатывал. Но дело нехитрое, вообще-то, на пару вечеров и не обязательно самому. Любой толковый джун справится. Еще и сапера чего бы не сделать? Но тоже с уточками вместо флажков. Больше уточек богу уточек! Вы уткам должны сказать «спасибо»!

– Решать Биллу и нашему новому президенту, мистеру Ширли. Я занимаюсь продажами и маркетингом, а не тем, что входит в продукт. Но я бы твоё предложение принял. Сегодня Биллу не до того, у него большой день, а завтра я ему про тебя скажу. После дня благодарения стартует Комдекс, парень, увидимся там, Билл наверняка захочет с тобой поговорить.

Может быть, мне стоит учиться у лучших и отдать управление фирмой наемному президенту? Чего бы не дяде Лёше Алкорну? Он прям золото, а не человек, по впечатлениям. С другой стороны, в Атари вон позвали такого эффективного менеджера. И в Эппл тоже Джобс неминуемо пинка под свой гениальный визионерский зад получит. Уж лучше я пока сам побарахтаюсь.

– И еще один вопрос, парень. Кто такой Карл? – как бы невзначай спросил Балмер тоном лейтенанта Коломбо, вставшего на след убийцы.

Карл? Какой Карл? Тот, что у Клары украл кораллы и лишился кларнета? Принц Чарльз, будущий Карл третий – король Великобритании? Карл Кори, псевдоним Корвина Амберского в наших местах? Карл Маркс? Карл Линней? Карл Джонсон? Я прямо-таки откровенно затупил, не зная, что сказать – слишком большой выбор.

– Может быть, Карл Карлсон, менеджер рок-группы, с которой мы делим здание, – предположила за меня Линда, разрушив неловкость.

– Вот оно как? Ну тогда удачи вам, ребята, до встречи на выставке! Вот, держите, демонстрационная версия Ворд, – передал мне дискету Стив, оставив озадаченным. Какое ему дело до «Бесконечности тьмы»? Или все таки имелся в виду другой Карл? Какой?

– Милый, ты и правда собрался бесплатно отдать игру человеку, которого называл Дьяволом? – поинтересовалась моя спутница после того, как мы попрощались с будущим мистером «Разработчики! Разработчики! Разработчики!»

– Между прочим, если сложить ASCII-коды букв имени Билл Гейтс III, получится 666, число зверя, – с улыбкой сообщил ей я. – Можешь проверить. Но отдаю я игры не ему, а простым бухгалтерам, которым нужно научиться пользоваться мышкой. Смотри, там новый текстовый редактор с поддержкой мыши показывают, называется «Майкрософт Ворд»!

Поглядели. И эти люди запрещали мне ковыряться в носу? Исходников, конечно, никто не показал, но очень уж шустро по нынешним временам работающий висивиг настроил на подозрительный лад. Кто там орал, что прямой доступ к видеопамяти – это мошенничество? Прям ручки зачесались дизассемблировать и проверить. В целом аскетичненько смотрится, в монохромной гамме, но не только лишь все в наши времена форматирование и выравнивание текста могут. А выделять мышкой и вовсе почти никто не умеет, только ЛизаРайтер на яблочном компе и вот, мелкомягкий Ворд. Наш Каналья Эдитор так не умеет, как и применять форматирование. И линейки сверху для выравнивания абзацев у нас тоже нет и не запланировано.

Смотрится примитивней нашего цветного редактора только до тех пор, пока не задумаешься, как оно работает и что там под капотом. Маленький программистский подвиг. А вот изменение размера шрифта задекларировано, судя по менюшкам, но не работает. Но оно и логично. В текстовом режиме такое невозможно, все буковки одного размера, таков путь. Не знаю, как мелкомягкие тут выкрутились.

– Сэр, а как увеличение и уменьшение шрифта работает? – спросил я у парня в голубой мелкомягкой рубашке с бейджиком «Чарльз», одного из приставленных к компьютерам. Оно мне не очень надо, но интересно же. А Чарльз и Карл это ведь почти одно и тоже?

– При выводе на печать, парень, применяется принтером.

– То есть мне надо помнить, где какой размер я задал?

– А если не помнишь – проверять. Смотри, вот команда форматирования, она показывает настройки выделенного блока.

Офигеть юзабилити! Я, конечно, сейчас придираюсь к пещерным людям за то, что они арбалет не изобрели, но все же могли бы что-то поудобнее придумать, не требующее тыкать мышкой в настройки, чтобы поглядеть, что там наформачено.

– Очень быстро работает, – заметил я.

– Ага, спасибо, я старался, – подтвердил длинноволосый и носатый Чарльз. Чем-то он слегка на нынешнего Джобса похож – наверное, одна мода на прически виновата. Похоже, мне на одного из разрабов Ворда повезло наткнуться.

– Признавайтесь, вы используете прямой доступ к видеопамяти?

– Извини, это внутренняя информация.

Значит, используют. Интересно, сразу так было или Гейтс у нас подход экспроприировал? Код – сомнительно, не настолько он каброн, в плагиате исходников не замечен.

– Простите, вы Крис Коламбус и Линда Ким? – окликнул нас коренастый мужчина славянской внешности. Очередной поляк, наверное.

– Да, – ответили мы почти синхронно.

– Джон Маркофф, журнал ИнфоВорлд. Не дадите несколько комментариев?

Как бы не выяснилось после мероприятия, что Билл Гейтс и Стив Балмер меня тоже били. Но и прослыть букой, гавкающим на репортеров, не хочется.

– Конечно, Джон, спрашивайте.

– Как вы оцениваете начинание мистера Гейтса?

– Исключительно положительно. Мне нравятся и графические интерфейсы, и стандартизация системных вызовов.

– Мистер Балмер на весь зал назвал вас своим любимым разработчиком. Прокомментируйте.

– У мистера Балмера большое сердце и громкий голос, – улыбнулся я. – Думаю, он любит всех разработчиков без исключения.