Текст книги "Ретро Бит 9 (СИ)"

Автор книги: Seva Soth

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 15 страниц)

Как из мыльной оперы диалог. Но увольнять парня и правда не хочу. Он умный, старательный и Говард его хвалит. Роберто молча забрал бумажку.

Звездная дата: 13 октября, четверг

Сегодня я узнал, что в Чикаго запустили первую коммерческую сотовую сеть. Настоящий мобильник без проводов. Размером с кирпич и такого же веса, стоимостью в четыре тысячи за штуку и месячным тарифом в сто пятьдесят за разговоры, однако дающий ощущение свободы. Но в Чикаго. А может, ну ее, эту Калифорнщину? В Чикаго Майкл Джордан скоро играть начнет, если еще не начал. Баскетбол – это так-то не очень моё, потому точно не знаю. Сам понимаю, насколько глупый порыв. Ничего, и на нашей улице грузовик с мобильниками перевернется.

Звездная дата: 14 октября, пятница

Я находился у себя в кабинете один и работал над танчиками. Часть про то, чтобы ехать и стрелять – самая простая, ее я взял целиком из «Дороги ярости», а вот над ИИ вражеских танков работы – конь не валялся. Даже специально съездил на выходных к Рамону в зал, чтобы освежить в памяти «Танковый батальон» и паттерны поведения врагов. Вот где опыт Войн Роботов пригодился.

До второго выпуска ЙЕП в эфире КРОН оставалось несколько часов.

У меня зазвонил телефон.

– Каналья Геймс, Крис, слушаю вас.

– Здравствуйте, – сказал в трубке тоненький голосок. – Я ученица средней школы Эль-Серрито и собираю деньги для школьного оркестра. Вы не купите печенье?

– Э-э-э… – протянул я, – а какое именно печенье?

– С шоколадной крошкой, очень вкусное. Два доллара коробка. Мистер, вы очень добрый.

– Беру сразу десять. А печеньки ведь в форме уточек? У нас бизнес-партнеры именно такие предпочитают.

– Ноуп, не купился! Я же говорила! – воскликнула на фоне Трейси и громко, как умеет, расхохоталась.

– Милая, я бы, может быть, и попался, но не при звонке по внутреннему номеру, – обратился я к инициатору розыгрыша.

– Пип-пип-пип! – три раза пропищала в трубку уточка.

Звездная дата: 15 октября, суббота

Из Оукхерста пришли образцы полиграфии для коробок новых игр VVVVVV: шесть букв пилой поперек, ниже мелким шрифтом расшифровка – имена экипажа и звездолет, летящий в гиперпространстве. Для «Патито» – рисунок с мамой-уткой и утятами, с загрузочного экрана. На коробке они смотрятся даже более мило, чем в компьютере.

Адмирал Патито, сэр, позвольте продолжить доклад позже!

Глава 17

Ко вторнику Бренда закончила расчеты экономической модели «Космических Рейнджеров» и получилось у нее откровенно замороченно для игры об авантюристе, выполняющем квесты то на одной, то на другой планете. Бухгалтерия кусочка галактики в миниатюре. Подобным подходом славилась серия космосимов X, особенно ×3 и ×4. Еще весной я эту задачу выдал. Закончить она её закончила, но игру делать некому. Впустую работа не пропадет, но программистов для реализации у нас пока нет, хотя Эми вовсю уже пишет отдельные квесты. Возможно, по наработкам других игр еще и шутерную часть добавить выйдет. Чем космический корабль хуже броневика? Но потом, не сейчас.

Пока я нашел, чем ее озадачить – «Симулятор фермера». Щепотка «Стардью Вэлли», горсть «Веселой фермы» и немного от «Дварф Фортресс». Секрет популярности подобных игр – во всё той же дофаминовой петле. Посадил растение – собрал урожай. Мозг получил награду. Так и тянуло на том же фундаменте аналог «СимСити» начать просчитывать, но как-то рано пока за большой город браться, начнем с маленькой фермы.

Но карту местности я в предварительный диздок вписал, как и синергию растений, а также истощение почвы, вынуждающее игрока изобретать трехполье. Графически – примитивная тайловая карта, как в «Крепости дварфов», но настолько же детальную симуляцию делать даже не пытаемся, не то пока что железо.

Сюжетная основа – игрок получает наследство и вынужден выплатить долги, пока банк всё не отобрал.

– Боженьки, это же про дедушкину ферму! – воскликнула Трейси, ставшая свидетелем передачи задания.

– Отличное название! – подхватила Линда. – «Дедушкина ферма».

Так и решили. И старый квестовый движок тут мне уже слабой основой видится, нужно колхозить что-то новое. Чего бы и не на базе Джулайскрипт?

Еще через пару дней Эл позвонил и попросил приехать, после чего продемонстрировал пришедшую почтой посылку из Пенсильвании – прототип геймпада в корпусе из листового гнутого акрила.

Отдельно показал выточенные на станке из цельного куска дерева образцы, чтобы определиться с финальными габаритами. Под мои руки подошел средний по размерам. В целом, эргономику относительно точно PVI воспроизвести удалось. Акрил, правда, проминался, если надавить слишком сильно, и царапался ногтями, но это уже ерунда, которая лечится переходом на пластик и пресс-формы.

– Всё ещё считаю, что тут слишком много кнопок, – проворчал Алкорн. – Без поддерживающих их игр – излишество.

– Так давай продавать вместе с играми, – вдруг осенило меня. – Комплект из картриджа и джойстика. Картридж при этом отдадим по себестоимости.

Танчики – вот идеальная игра для геймпада, ее бы и положить в коробку. Правда, под восемь кнопок плюс крестовина там действий нет. Хватает и одной – «стрелять». Это в «Темпл Ран 2» действий достаточно, чтобы почти всё задействовать. В идеале нужен вообще файтинг. Посмотрим, к чему приплывем.

Пока что настала пора добавить танк второго игрока и прописать френдли фаер!

К концу недели Юки-тян закончила ротоскопировать Изабеллу и Мэри. Обвела все силуэты и я собрал анимации, пока не связанные с персонажами на экране. Получилось, ну… восьмибитно. Графоний уровня «Принца Персии», но это я считаю комплиментом. Девушки двигаются плавно, привлекательности не потеряли, кошка – маленький кусочек первозданной тьмы.

Начали съемки антагонистов, выбрав моделей из числа сотрудников и музыкантов. Ральф и Билли – эталонные крепкие амбалы. Эдди и Гарри – средней прочности враги, которым, по замыслу, нужна пара ударов. Я – самый слабый противник, отлетающий в нокаут от одного тычка. Огромная куча работы! Развели долгострой, который и за следующий год не факт, что добьем.

В пятницу посмотрели всем офисом уже третий выпуск ЙЕП. Тодд совсем освоился в кадре и, крамольная мысль, но смотрится уместнее Линды в этой передаче. Целевая аудитория ведь подростки, а им, кроме расстегнутой пуговки у Трейси, надо, чтобы авторитетный пацан сказал, какая игра хороша и стоит их внимания.

Вместе с нами и наш специалист по связям с общественностью Трейси шоу смотрела, и в процессе поделилась недавним случаем.

– Ребят, такое дело, я уже привыкла, что мужики меня узнают, вы взрослые, смекаете, почему. А тут на кассе двое мальцов лет по десять налетели с криками «Пенни Смит! Йеп!» Я чуть не разрыдалась там на месте! Хлопья для завтрака им подписала. Младшенькая, мне за тебя прям обидненько стало, что на Тодда тебя заменили. А потом и папаша их подошел. Тоже меня узнал, но уже по журналу. Я ему на чеке расписалась.

– Ты такая молодец, – похвалила ее Линда, спокойно и рассудительно, как старшая сестра.

– На студии говорят, что после того, как прокрутят все четыре пилотных выпуска, нам позвонят и предложат снимать шоу для трансляции на всю страну. Национального масштаба! Смекаете? Ребят! Дайте я вас обниму!

Утром субботы мне спать все еще неохота. Вышел на пробежку с Дюке и дорогу уже на обратной части маршрута мне внезапно перегородил молодой парень с конвертом из желтой манильской бумаги. Хорошо хоть, без черного плаща.

– Гав! – басовито подал голос Дюке, недовольный, что нас остановили.

Рикардо Рамирес, брат нашего Роберто, испуганно отшатнулся. Если бы не намордник, скорее всего, и вовсе сбежал бы, не зная, какой питбуль у нас добряк. А ведь он тоже Ар-Ту, специально, наверное, родители так назвали, чтобы получалась двойная Эр. Выглядел парень так, словно не спал неделю. Бледный, с красными глазами.

– Сеньор Коламбус, – протянул юноша мне конверт, – здесь двести долларов, за штрафстоянку. Я не знаю, во сколько точно она вам обошлась, но в любом случае, возьмите, сколько накопил. И пожалуйста, заберите уточку! Она не дает мне покоя, напоминает, что я как хуэвон поступил. Я спать не могу!

Вот бы теперь пришел еще и Папито и украденный сервак с извинениями принес.

И я взял деньги. Со штрафом ситуацию мне разрулил Лео, но его-то работа подороже стоит, чем оплата стоянки. За преступлением следует наказание, иначе урок не окажется усвоенным. Так ведь? Накину немного денег Роберто и компенсирую потерю их семье. Но аккуратно и за настоящий успех, чтобы не выглядело подачкой. Да хотя бы как премию за близящихся к релизу Химер.

– Нравоучения читать не стану, ты и так всё наверняка понял.

Номинально пацан почти мой ровесник. Сколько ему? Семнадцать?

– Си, сеньор. Больше никогда никакой миерды.

– Зачем ты вообще это сделал? – не мог не спросить.

– Потому что я дурак, сеньор. У нас там есть компания в Окленде, настоящие чикано. И в ней одна чикита… она всё время смеялась, что я не настоящий мужчина, что не способен на подвиг. Потом начали про вас, синьор, разговаривать, что вы миллионер и кокосик, недостойны лоурайдера. И кто-то ляпнул, что настоящий чоло у вас бы тачку увёл. И Марианна… эта чикита, она сказала, что с таким смелым парнем встречаться бы стала. Тут я и сообразил! Возьму вашу машину, прокачу её и поставлю обратно. Я три раза в ваш район приезжал, присматривался и случайно подслушал, как вы со своей собакой говорили, что на все выходные уезжаете. Так и понял, что это мой шанс. А когда мисс Сентябрь увела собаку на прогулку, не стал мешкать. Я питбулей боюсь, сеньор. Уже как до Окленда добрался, сообразил, какой я идиот и машину под знаком бросил, чтобы ее поскорее эвакуировали. Обратно ехать испугался, руки затряслись.

– Тарадо бабосо, – беззлобно сообщил ему я.

– Гав! – высказался Дюке.

– Да, так и есть, синьор Коламбус. Мне стыдно и спасибо, что не пошли к копам. Мне дон Санчес про вас много на вечеринке рассказывал. Никакой вы не кокосик, а хефе, а хайна ваша – настоящая брухита.

– Отдай тогда уточку и не задерживаю. Да, приятель? – это я у питбуля просил.

Кто-нибудь другой, может быть, парня на перевоспитание взял. Но оно мне надо – с несостоявшимся поклонником идей величия Ацтлана возиться? У него для этого всего родители и старший брат есть.

– Но осталась еще одна вещь… – сказал я тоном лейтенанта Коломбо. – Где ты взял ключи?

– Так в арке заднего колеса, синьор. Многие чоло так делают, там коробочка на магнитике. Я проверил – они там и оказались.

Права его Марианна, не настоящий я чоло, раз про такие подробности не знал. Но мне простительно.

В понедельник к нам в офис заехали «Больцман и Флорес» с новостями. Пока Глория распекала за какую-то ерунду Трейси, адвокат зашел в наш с Линдой кабинет и выложил все, как есть.

– Копы дожали раненого грабителя до сделки с правосудием и признания, так что Линду в суд по его делу не вызовут, – рассказал Лео.

– И что он показал? Где компьютер? – закономерно спросил я.

– Да ничего ценного. Что его нанял латиноамериканец по имени «мистер Пи». Еще имелись «мистер Джи» и «мистер Эйч». Их целью было вынести вообще всё, но Линда и кошка им помешали. Схватили то, что показалось самым ценным. Цель выбирал его подельник, он же вырубил охранника. Членов банды он не знает, только первые буквы имен. Товар собирался сбросить «Пи».

Линда звонко ругнулась и тут же зажала рот ладошками, явно не ожидая, что получится настолько громко.

– Ага, всё так и есть. Я вам советую не экономить на охране и страховке.

– Лео, а как по поводу того разбирательства… ну… ты говорил?

– Пока никак, пацан, большая часть претензий абсурдна, мелочная месть даже не моей стервы бывшей, а ее дядюшки. Самое моё уязвимое место – миссис Флорес. А потому, кто бы что ни спросил, запомните – она никогда не давала вам юридических консультаций и не составляла для вас договоров. Максимум – передавала мои слова и подготовленные мной документы. Ты, конечно, подставил меня, пацан, когда из-за дурацкой шутки заставил вынести ее фамилию в название фирмы. Это не запрещено, но появился повод сказать, что я выдаю женщину без лицензии за настоящего адвоката. Но я сам виноват, что повелся и решил сделать даме приятно.

– И что вы будете делать?

– Решать проблему в правовом поле, пацан. Как и всегда.

Шесть недель уже прошло после операции и к четвергу пришло время планового осмотра у доктора Розенталя. В этот раз меня позвали в кабинет сразу. Доктор долго изучал горло Линды через хромированную трубку с лампочкой и остался доволен.

– Таки красота, – подвел он итог наблюдений. – Края гладкие, смыкаются полностью, никаких сюрпризов. Юная леди, с завтрашнего дня отменяю ваш временной лимит на разговоры. Но зарубите на своем прелестном носу – шептать по-прежнему нельзя, а кричать – нельзя вдвойне. Даже если молодой человек что-нибудь натворит.

– Почему я должен что-то натворить?

– Потому что вам восемнадцать и вы влюблены, юноша. У медицины, знаю по своему опыту, нет от этого лечения.

В тот же день к дяде Лёше Алкорну приехал контейнер из Тайваня, с образцами экранов для Тетриса с четырех фабрик.

– Парень, приглашаю тебя завтра на конкурс красоты «мисс Тетрис 1983», – объявил он, когда дозвонился к нам в офис.

– Мы будем выбирать лучший экран? – догадалась Линда, подслушавшая разговор.

– Почти правильно. Два лучших экрана. Изначально я отобрал десять фабрик, шесть отсеялись по разным причинам, на четырех заказал пробную партию по сотне штук. Сейчас они нам обошлись по двадцать долларов за каждый, но с по-настоящему массовым производством собьем цену до доллара с небольшим. Жду завтра.

И мы с Линдой заехали к нему с самого утра, выступить членами жюри.

Кларк, электронщик Эла, открыл коробку и показал нам экран. Тусклый, серый, типичный ЖК. Если прищуриться, становились различимы кубики.

Тут же распаковал трех других претенденток.

– Представляю вам конкурсанток «Мисс Тетрис 1983», – объявил Алкорн. – У нас тут четыре финалистки: Ши-Тай Электроникс, Мезостейт Индастриз, Тайвань Лайтер и Гаосюн Хитачи Электроникс.

Как и полагается в подобных случаях, мы всех посмотрели. Лучший вариант, вестимо, оказался у Хитачи – контрастный, отзывчивый и с низким заявленным процентом брака. Но он же и самый дорогой, цена в полтора раза выше конкурентов.

Ши-Тай мог похвастать отличной контрастностью, но в каждом третьем мы обнаружили потекшие кристаллы. С ними если и работать, то с драконовскими штрафами по качеству. Мезостейт – просто тусклый, особенно на солнце. Методом отсева самым нормальным, хоть и не идеальным, показался Лайтер.

– До вечера проверим еще на жару, на холод, на ударопрочность… – перечислил Алкорн. – Хитачи и тут наверняка окажутся в лидерах, и я склоняюсь к ним, но и альтернатива нужна.

Выходные провели в подготовке к понедельнику. Хэллоуин – как много в этом звуке для сердца русского слилось… примерно нисколько, если честно. По крайней мере, до начала девяностых. Но далее Голливуд сделал своё дело и пропаганда загнивающего капитализма донесла до нас существование кануна «Дня всех святых».

В чем религиозный смысл праздника, я за многие годы просмотра буржуйского кино так и не выяснил, как и за почти два года лично на берегах светлого Валинора. Сдается мне, типичный американец сам мало понимает, что там есть какой-то смысл, кроме прикольного маскарада и раздачи конфет под «сладость или гадость».

В любом случае, всем в офисе было приказано прийти в костюмах. Не мной и не Линдой, мы люди скромные. Это Чак у нас массовик-затейник, а его инициативу почти все поддержали. Оставалось молча примкнуть к коллективу. День плавно перетек в вечер и небольшую скромную костюмированную вечеринку.

Говард нарядился в костюм Хана Соло. Он и правда чуточку похож на Харрисона Форда. Уокер стал Скайуокером. Ральф – Чубаккой, ему потребовались лохматый парик, закрывающий глаза, перевязь и арбалет. Роберто наотрез отказался от костюма Ар-Ту из мусорного бака. Я тоже становиться Си-Три и заворачиваться в золотистую фольгу не пожелал. В итоге он стал Робином Гудом. Юки, как я понял, изображала кицунэ – традиционная юката плюс японская маска Лисы.

Майкл – идеальный Лэндо Калриссиан. Лиза тоже осталась верна «Звездным Войнам» и надела форму имперского офицера.

Ар-Ту из бака мы в итоге все-таки получили – пустого, но мигающего лампочками и периодически пищащего на машинном языке дроидов.

Из Чака в черном плаще и шлеме получился очень упитанный Дарт Вейдер. Трейси пообещала нарядиться принцессой Леей, но вместо ожидаемого металлического бикини всех обломала, явив косички-бублики и белую хламиду. И ведь не поспоришь, что образ не каноничный.

Селеста и Монти оделись, как пираты, говорили, как пираты, надели на головы дуршлаги и дарили всем конфеты. Дело его макароншества живет и процветает. Блестящий аристократ Монти даже «Йарр» говорил с видом собственного достоинства.

Эдди и Бесконечность Тьмы стали бандой рейдеров с пустошей из Безумного Макса. Кожанки и заклепки в наличии. Бренда оделась им в тон – этакая Брунгильда времен постапокалипсиса. Томми и Гарри с подружками пришли – развратной медсестрой и развратной вампиршей. Эти девушки у них периодически меняются и больше я о них ничего не знаю.

Я – капитан Звездного Флота, естественно. А Линда – моя вулканская первая помощница. Простенько, но нам обоим нравится Стартрек. Компанию нашей ячейке трекки составили инженер Джон Харрис в красной рубашке и Мария – представитель медслужбы.

– Я думал, вы с Линдой костюмы Гомеза и Мортиши наденете, – разочарованно протянул Коннор, одетый Оби-Ваном.

– Твоя вера в друзей – твоя слабость, – прошипел ему из-под капюшона Блейз в образе Императора Палпатина.

Уже само по себе имя «Гомез» для меня достаточно неблагозвучно, чтобы даже не рассматривать образ. А под Мортишу у Линды разве что волосы подходят.

Заглянули к нам и Лео с Глорией. Адвокат в костюме дьявола и его помощница – ангел. Рамон в маске Зорро привел Эсмеральду, одетую в традиционное испанское платье.

Удивили Эми и Джейн – их костюмами стали Пенни Смит и Марта Джонс. Первая заплела волосы в косу, вторая, наоборот, отпустила кудряшки. И обе в коротких маечках, шортиках и тяжелых ботинках.

Конфеты мы по улице собирать не пошли, это все же развлечение для самых маленьких, а вот к нашему дому много местных детишек с паломничеством пришло, тем более, что Бесконечность Тьмы устроила мини-концерт для соседей перед воротами, исполнив несколько раз подряд «Проклятый старый дом», «Гимн древних» и «Тысячу глаз».

Глава 18

Арахис. Я люблю соленые орешки, даже несмотря на то, что запивать мне их полагается колой. Хорошо бы квасом, но в наших Калифорниях самого бодрящего из летних напитков нема. Так вот… Арахис, тот самый суперсекретный компьютер батьки Кена, показали 1 ноября в Нью-Йорке на специальном пафосном мероприятии, куда всяких мелких каналий не позвали. Вот батька наверняка побывал и с важными людьми в пиджаках поручкался.

Большие дяди из корпорации стопудово хорошо занесли журналистам, так как о мероприятии говорили из каждого утюга. Эй-Би-Си, Си-Би-Эс и прочие крупные новостные агентства синхронно начали вещать в десятичасовых новостях о том, что совсем скоро Пи-Си Джей-Ар, то есть ПК Джуниор, младший, захватит наши гостиные и как он хорош для игр.

Спойлер – не так уж он и хорош, так как аппаратного скроллинга не завезли. Зато количество цветов и разрешение не хуже, чем у японцев. А еще и беспроводная клавиатура…

– Клавиатура не взлетит, полный провал, – сказал я, посмотрев одиннадцатичасовой выпуск новостей в гостиной.

– Почему? – спросила Линда. Она моему мнению доверяет, но, что приятно, обычно хочет разобраться сама, а не только поверить на слово.

– Резиновые кнопки, как у калькулятора – это полная миерда, на ней невозможно нормально печатать. А связь по инфракрасному каналу неустойчива. Кошка подойдет, ляжет между компьютером и клавиатурой – и всё, кнопки не работают. Мы специально купим себе этот комп и каждый сделает свои выводы.

– Выглядит, как дешевая альтернатива 5150, там тот же процессор, а видеочип дает четкие шрифты. Возможно, нам не придется покупать японскую видеоплату всем новым сотрудникам, – подсказал Говард.

Было бы всё так радужно, я бы помнил про этот комп больше, чем ничего. А на видеочип от Нек, продаваемый Интелом в виде платы расширения, перешли у нас уже вообще все в компании.

Тысяча триста долларов за версию со 128 килобайт оперативки и вправда смотрелось привлекательно, несмотря на то, что клавиатуру придется докупать свою. Внутри тот же интел 8088, а насколько хорош видеочип, батька мне уже показывал. Но на чем-то же айбиэмовцы погорели с этой моделью, кроме отвратительной клавиатуры? Может быть, какой-нибудь фатальный заводской брак? Внезапные баги? Внутрикорпоративная борьба между командами машин для бизнеса и домашних компьютеров?

А не отмасштабировать ли мне бизнес «Каналья Хардвэр» еще и под удобные клавиатуры? Я же знаю эргономику из будущего. Чтобы двенадцать функциональных клавиш, все кнопки на своих местах, а вместо кнопки «Виндовс» клавишу с уточкой сделать и назвать ее «Каналья». У Пи-Ви-Ай уже есть опыт создания клавиатуры, кстати, с меня только техзадание. Привлекательно, но нет. Необъятное объять не смогу, много на этом не заработаю и дяде Лёше Алкорну лишнюю головную боль обеспечу, а удобные клавы и так появятся, от самих IBM, как бы не всего через год. Проще подождать.

К вечеру второго ноября Линда нарисовала спрайт главной героини «Безумия древних» – девушку в желтом дождевике и с фонариком. Ничего так получилось. Говард накодил раннюю версию механики взаимодействия света и темноты, научил луч фонаря выхватывать объекты в тёмной комнате. В эту игру еще бы управление мышкой для фонарика, но увы, время еще не пришло и «Художница» всегда светит прямо перед собой.

Третьего числа, в четверг, самый опасный день недели, по моему скромному мнению, нам пришла посылка. Отправителем значилась «Майкрософт Корпорейшн, Белвью, штат Вашингтон, Нортуп-уэй, 10700». А в каком году Мелкомягкие в Редмонд переедут? В моём сознании они за этим городом закреплены так же прочно, как Эппл за Купертино.

В крупненькой такой зеленой коробке мы нашли скребок, средство для мытья окон и белое вафельное полотенце. А Билли тот еще тролль, если это он придумал. Наверняка никто в нашем офисе ничего из послания не понял.

– Босс, это какой-то ребус? – предположила теть Лиза. – Посылка на твоё имя.

– Ага, и я его разгадал. Нас, похоже, как акционеров Майкрософт, приглашают на демонстрацию нового продукта.

Внутрь коробки успела запрыгнуть шерстяная Каналья и принялась с деловым видом облизывать лапку.

– Тут приглашение, – указала Линда и протянула мне листок.

'ЧТОБЫ ЯСНО УВИДЕТЬ НОВОЕ В ПРОГРАММНОМ ОБЕСПЕЧЕНИИ МИКРОКОМПЬЮТЕРОВ…

…приглашаем вас присоединиться к Майкрософт и восемнадцати производителям микрокомпьютеров на пресс-конференции, которая состоится в четверг, 10 ноября 1983 года, в 10:00 утра в отеле «Плаза», Нью-Йорк.

После пресс-конференции будет подан лёгкий обед. В течение оставшейся части дня вы сможете побеседовать с представителями Майкрософт и каждой из участвующих компаний.

Будем рады вашему присутствию. Мы свяжемся с вами для подтверждения участия.

За дополнительной информацией обращайтесь к Пэм Эдстром или Барбаре Брубейкер по телефону (206) 828–8080.

МАЙКРОСОФТ'

– Нью-Йорк! – мечтательно протянула Линда своим новым звонким голоском. Она уже почти перестала шугаться его. – А почему нас вообще позвали?

– Потому что у нас есть пятнадцать тысяч акций их корпорации, – сообразил я. – Мы с тобой летим. Лиза, закажешь нам билеты на восьмое число и места в отеле? – попросил я сотрудницу, заменяющую все удобные сетевые сервисы.

– Это, скорее всего, очень дорогая гостиница, – предположила миссис Пондсмит.

– Нам не обязательно жить именно в ней, – ответил я.

– А почему на восьмое, а не девятое? – поинтересовалась Линда.

– Потому что я почувствую себя настоящим мерзавцем, а не просто канальей, если мы с тобой побываем в Ньй-Йорке и не погуляем.

– Забронирую вам еще и билеты на бродвейское шоу, – пообещала теть Лиза и прекрасные очи Линды прямо засверкали от услышанного.

Я всю эту бродвейщину и театральщину не очень воспринимаю. Даже на спектакль Трейси ходил только потому, что она позвала. Ну и потому, что к сценарию руку приложил, пусть и посредством плагиата. Но женщинам мюзиклы про любовь нравятся, даже если речь идет о девушке гиковского пошиба, а потому протестовать не стал.

В дождливую ноябрьскую пятницу Сэм Гарланд приехал к нам посмотреть, как продвигается интерпретатор Джулайскрипт и интересную новость принес.

– Я ездил в Лос-Анджелес на конференцию и там на докладе о компьютерной безопасности рассказали про забавную штуку, – делился Сэм за кружечкой кофе с печеньками-уточками. – Там один аспирант, Фред Коэн, спрятал в обычной программе маленькую добавку, которая сама себя переписывает в другие исполняемые файлы. Ты запускаешь приложение с припиской, занимаешься своими делами и ничего не замечаешь, а она тем временем заражает всё, до чего дотянется с твоими правами. Потом её запускает кто-нибудь с доступом повыше – и у заразы уже новые возможности. Его научный руководитель предложил назвать штуку вирусом. Хорошее название, но как-то мне теперь расхотелось запускать программы, которые студенты приносят со словами: «Профессор, посмотрите, что у меня получилось».

Будущее стремительно наступает. Я по опыту двадцать первого века всего один надежный антивирус знаю. Называется «прямые руки». Чтобы им пользоваться, нужно следить за собой, быть осторожным и не открывать письма от нигерийских принцев, обещающих вам наследство. Однако почему бы через пару лет не выпустить и антивирус Коламбуса. Не уверен только насчет бесплатного распространения и открытых исходников. Они злодеям работу слишком облегчат.

Все выходные мы с Линдой, как ответственные люди, арбайтен в поте лица, чтобы нагнать будущее отставание в процессе разработки из-за незапланированного отпуска. Из-под ее пера вышел первый лавкрафтианский монстр – «Погонщик рабов», толстый амбал с рукой-хлыстом в белой вратарской маске.

Я пилил танчики и считаю, что довольно успешно, несмотря на то, что вместо готовых спрайтов у меня ездят по экрану разноцветные квадратики со схематично обозначенными пушками. Копировать графику «Танкового батальона» точь-в-точь нам нельзя, нужно нарисовать как-то по своему. В аркаде 1980-го, обнаруженной мной еще в Каньон Плаза, и протагонист и враги одноцветными сделаны. Танк игрока – золотистый, вражеские – болотно-синие и с силуэтами-чебурашками, гусеницы большими ушами кажутся. Но это всё решаемо, просто детальных, по-другому выглядящих текстур, должно хватить, но на всякий случай у нас главного героя раскрасим в светло-зеленый, его напарника – в фиолетовый, врагов – в комбинацию серого и розового. Кирпичные стены слишком узнаваемы и их я, скрепя сердце, решил заменить на бетонные блоки. Ну и желтую уточку в штаб, да.

Для тестов поначалу свой пенсильванский Каналья-Пад использовал. Но и название неудачное, и сам контроллер сдох на третьей катке, о чем я Алкорну без особых претензий и сообщил. Нормальный рабочий момент, пивиайцы всё починят и сделают новый. Вернулся к дендевскому – он надежный настолько, что неотсоединяемый без вскрытия. Внутри корпуса Фамиком, кстати, провод оказался не припаянным, а воткнутым в разъем.

Итак, в обычный вторник восьмого ноября, даже не в звездную дату, мы с Линдой оставили Ауди на многоярусной парковке аэропорта Сан-Франциско и вылетели на восточное побережье, предварительно сходив в магазин одежды за теплыми вещами. Вот что мешало мистеру «я качаюсь на стуле» провести свою презентацию в Сан-Франциско или хотя бы Лос-Анджелесе? У нас тут уже не лето, но дубак умеренный, в Эл-Эй и вовсе тепло, а на северо-востоке зима близко.

О том, в какую сумму обошелся перелет в обе стороны, лучше не думать, а то начнет являться в кошмарах. И вообще, это не из моего кармана, а за счет фирмы, мы налоговую базу так уменьшим. Легче не стало.

Трехдвигательный Дуглас «Американских Авиалиний» донес нас до «Большого яблока» за шесть часов. Примерно как из Анталии до Питера долететь. В полёте я книжку читал, мои любимые «Хроники Амбера», между прочим, с авторским автографом. Кормили хорошо, трясло не очень сильно и всего один раз. И без пересадок, что прямо-таки приятно в сравнении с полетом в Айову. Прототипа Тетриса для убийства времени разве что не хватало.

Нью-Йорк с высоты птичьего полета выглядел красиво, как в кино. Река Гудзон, остров Манхеттен, прямоугольная проплешина распиаренного на весь мир Центрального Парка. Удивительное в нем лишь то, что жадные буржуи ещё всё небоскребами не застроили.

Знаменитый аэропорт имени Джона Фицджеральдовича Кеннеди тоже не сильно удивил. Да, я знаю, что это второе имя, а не отчество. Место, куда прилетают самолеты. Ну народа много, побольше, чем в Сан-Франциско или даже Эл-Эй, эка невидаль.

И не настолько уж холодно оказалось. Пасмурно, дождик накрапывает, но терпимо, где-то плюс восемь-десять, как у нас в Эль-Серрито в середине зимы. Забрали свои чемоданы, купленные специально для поездки в Японию. Я, как мужик, сразу оба взял. Мой легче почти вдвое, считай, пустой.

Такси, желтое, словно уточка, подъехало по первому взмаху рукой. Немолодая машина с округлыми формами, похожая на старый Москвич или Волгу. На Кэб из ГТА 3 очень похожа. Ничего удивительного, рокстары ведь свой «Либерти-Сити» именно с Нью-Йорка и рисовали.

Таксист – мужик лет пятидесяти с наполовину седыми усами и в кожаной кепке вызвался помочь нам с багажом, взялся за чемодан Линды и вполголоса ругнулся на великом и могучем, поднимая его в багажник. Наш, советский человек! Захотелось руку ему пожать и спросить, откуда он, вдруг из Воронежа, но так палиться я, естественно, не стал, да и сомнительно, что водила с моей малой родины. Скорее, из Москвы или Одессы.

На перегородке из мутного стекла между шофером и пассажирами висела лицензия с фотографией и именем: VALERIY KOVALEV. Ну привет, дядя Валера. Извини, что я с тобой на пендехостанском. Штирлиц не должен приближаться к провалу.

За солнцезащитный козырек у таксиста оказалась заткнута открытка с «Медным всадником».

«На берегу пустынных волн, Стоял он, дум великих полн». Я это стихотворение Александра Сергеевича в школе учил, но в нормальной взрослой жизни ни разу и не вспоминал. А тут волей Великого Ктулху целиком в памяти всплыло.

– Куда едем? – спросил Валерий по-английски. Произношение у него так себе, как из голливудского кино. Мой собственный акцент как-то примелькался и сгладился сам собой. Возможно, голосовые мышцы Криса привыкли иначе говорить и я под них подстроился.