Текст книги "Людская предательница (СИ)"
Автор книги: Sayar
сообщить о нарушении
Текущая страница: 19 (всего у книги 35 страниц)
Сестра невольно улыбнулась этому и коснулась пальцами заколки, которую не снимала до сих пор. Кстати… хочется новое платье. И помыться. Свои мысли она озвучила и ожидала увидеть протесты со стороны подруги. Но нет.
– Помыться – не проблема. А завтра мы с тобой можем прогуляться. Это тебе Его Высочество платья дарил. А я переоделась один раз – когда в деревню возвращалась.
Джасти стало как-то стыдно за свою эгоистичность. Действительно, ведь Мариэль все эти недели лишь один раз меняла наряд. Её платье было грязным, когда-то бежевое, оно теперь было серыми, весь подол запачкан кровью воинов Яевинна. Пятна явно пыталась застирать, но теперь платье годилось только на половые тряпки.
– Да, ты права, – задумчиво ответила Джасти, осматривая красавицу. – Только сначала выберем наряд тебе.
– Что вы затеяли? – влез в разговор Зевинас.
– Хотим пройтись по лавкам, выбрать себе одежды, – ответила эльфийка. В глазах пациента сразу появилось то недовольство, которое Джасти боялась увидеть у своей помощницы. – Не беспокойся. Мы будем отсутствовать не больше часа. Если схватки у кого-нибудь и начнутся, то за столь короткий срок ничего плохого не произойдёт.
Зевинас всё равно оставался недовольным. Но кто его спрашивает? Джасти, дабы не портить себе настроение, даже не требовала перевод их небольшого диалога. Она уже представляла себя гуляющей по красивым улицам эльфийского маленького городка. А что? В той деревне ей было не до наблюдений, особенно когда за спиной, как ястреб, следит Йорвет. С ним как-то не остановишься посреди домов и не начнёшь купаться в красоте мира дивного народа.
Интересно, как он там?
***
Здесь эльфы были ещё злее, чем в той деревне. Может, это из-за того, что у Джасти теперь отсутствовал телохранитель? А может быть, чем больше народу, тем сильнее злость, заражающая всех, как болезнь. Сестра привыкла. Честно. Если уж не на сто процентов, то на семьдесят точно. Но, оставшись с Мариэль один на один, Джасти наконец-то стала замечать, чем пришлось заплатить красавице за своё решение стать подмастерьем человека. Половина ядовитых взглядов была направлена на сестру, но другая половина – на Мариэль.
В эльфийской речи Джасти чётко слышала её имя. А откуда они вообще знали как её зовут? Это скорость распространения слухов такая? Дивный народ перешёптывался, косо смотрел на мимо идущих женщин. Чем моложе были эльфы, тем раскованнее они себя вели.
– Эй, Мариэль! Каково это – быть собачкой этой твари?
– Смотри, Мариэль, они своим собакам брюхо вспарывают и детей своих кормят!
– Не позорься, уйди с глаз со своей хозяйкой!
Джасти не понимала их речь, она чувствовала весь яд, которым было пропитано каждое слово. А что красавица? Она шла с гордо поднятой головой и пропускала всё мимо ушей. Поразительно! Как спокойно и с каким достоинством она проходила мимо перешёптывающихся взрослых или орущих подростков. Вот кем должна была быть Джасти, когда считала, что представляет перед эльфами свою расу!
Зря она думала, что сможет полюбоваться прекрасным видом. То и дело натыкаясь на злобные взгляды, ей приходилось отводить глаза, смотреть себе под ноги или куда-то вперёд. Но ничего. Они привыкнут. Рано или поздно, но привыкнут. Пусть смотрят. Ещё не было таких случаев, чтобы взгляд причинял физический вред. Душевный – да. Но ничего. Джасти тоже надо привыкнуть. Рано или поздно. Ведь теперь было не так обидно, как в первые дни прибывания в Лихолесье.
– Мы почти пришли, – сказала Мариэль.
Нет, поторопилась сестра с выводами. Голос красавицы дрожал. Джасти перевела на неё взгляд и увидела на лице улыбку. Да вот только глаза помощницы выдавали её с головой. С большими усилиями спутница пыталась сдержать слёзы, что наполнили её глаза – оставалось только моргнуть. Конечно, ей обидно было слышать какие-то гадости от эльфов. Но она не жалела себя, в отличие от Джасти, ибо выбрала этот путь добровольно.
Сама же человечка не знала, как поступить. Когда она плакала, Мариэль нежно обнимала и гладила по голове. Хотелось проделать то же самое, но на глазах эльфов? Тем самым дать им ещё пищи для издевательств? Джасти было страшно даже взять подругу за руку, ведь на них смотрели всю дорогу.
Спасением стала палатка, к которой подвела сестру Мариэль. Взору девушек открылись самые разнообразные платья разных цветов и фасонов. Красные, зелёные, желтые, с длинными рукавами, с короткими, как у принцесс, поскромнее… Глаза разбегались. И если бы не испорченный эльфами путь, Джасти была бы на седьмом небе от счастья просто лицезреть эти прекрасные ткани, пошивы. Мариэль тоже нравилось. Прежде чем заговорить с продавщицей, она долго осматривала предоставленные красоты, постепенно отвлекаясь от окружающих их шушуканий.
Эльфийка, что стояла за прилавком, была более снисходительна к своей соплеменнице. Она отвечала тихо, вежливо, быстро показывала тот или иной наряд, но при этом напрочь игнорировала Джасти. Пусть так. «Хоть Мариэль пожалей». Однако, на человечку эльфийка всё же взглянула, задумчиво осматривая. Потом отвернулась и что-то ответила Мариэль.
– У неё нет таких маленьких размеров, – перевела Мариэль её слова и, нахмурившись, хотела было пойти дальше, к другим прилавкам, но Джасти успела схватить её за руку до того, как она отдалилась на слишком большое расстояние. – Что? Пойдём в другое место.
– Нет-нет. Сначала себе выбери что-нибудь. Обо мне подумаем позже. В любом случае, если ты мне найдешь нитки и иглу, то я смогу перешить.
Мариэль устроил такой выбор. Видимо, она и сама не особо теперь желала гулять по городу. Что ж, человечка её прекрасно понимала. И вот начались самые приятные минуты в этой прогулке: две девушки выбирали себе наряды. Пусть здесь платья носят на любой случай жизни – Джасти же себе выбирала наряд, будто готовилась к свиданию. Придирчива была ко всему – подол не такой, как надо, цвет, рукава, фасон, к какому-то нужно было подбирать пояс, а где-то было слишком глубокие вырезы. Мариэль забавляла эта придирчивость, продавщицу же она раздражала. В конце концов красавица приобрела себе кремовый наряд, а Джасти влюбилась в бордовое платье, которое очень было похоже на то, что она подпалила и из остатков которого сделала Йорвету бандану. Человечка поймала себя на мысли, что подсознательно его выбрала из-за той самой повязки, ибо это напоминало об одноглазом эльфе. «Да нет. Чушь!», – успокаивала себя.
Разумеется, оно было ей велико, но Мариэль тут же потащила сестру к портному, который, как она сказала, был совсем недалеко. Это уже была не палатка, а самый настоящий кирпичный домик, внутрь которого Джасти не торопилась заходить. Уж слишком много эльфов было в помещении. Лучше постоит тут, на улице.
Дожидаясь свою подругу, человечка залюбовалась на своё новое платье. Очень красивое, даже не хотелось носить его «на работе». Но наглеть и просить Мариэль купить ей ещё одно человечка не стала – платила-то за всё эльфийка. Единственное, что ей не нравилось, – это рукава. Но ничего. Сейчас спутница принесёт иглу и нитки, Джасти дождётся свободной минутки и тогда…
Джасти резко выгнулась, ибо кто-то или что-то больно ударило в позвоночник. На секунду она забыла как дышать – настолько было больно. Резко обернувшись на обидчика, человечка увидела выглядывающих из-за угла палатки с посудой детей. Трое эльфинят задорно смеялись, смотря на Джасти, а самый высокий из них со злой ухмылкой подбрасывал в воздух камень размером с половину кулака.
– Это тебе за моего отца! – яро крикнул мальчишка и метнул этот камень в человечку. Настолько быстро и с такой силой, что Джасти даже не успела сгруппироваться или сделать шаг в сторону – камень угодил ей в груди.
– Ай! – вскрикнула она, хватаясь за место удара. – Вот сволочёнок!
Жалеть и любить детей? Относиться с пониманием, потому что это «всего лишь дети»? Джасти так делала ровно до тех пор, пока они не становились сознательными. После этого человечка либо их ненавидела, либо вела себя с ними по-доброму – в зависимости от воспитания. Но вот эти… Останавливало запустить в того паренька камень только то, что на неё бы тогда набросились все эльфы, наблюдавшие эту картину. И хоть кто бы помог!
В то время, пока Джасти искала помощи в лицах прохожих, в руках мальца появился новый камень. На этот раз больше предыдущего. Пару раз подбросив его, эльфинёнок метнул в своего врага. На этот раз Джасти всё же успела сделать шаг в сторону. Почти. Плечо всё-таки задело. Ну всё, маленький невоспитанный отпрыск! Человека сдавлено прошипела от боли и быстрым шагом пошла на этого засранца. Другие дети сразу разбежались, но не этот. Он с готовностью ждал свою расправу. Что даже немного обескуражило сестру, но остановиться на полпути было глупо. Мальчишка не отошёл, даже когда девушка встала перед ним.
– Тебя манерам не учили? – вскрикнула она, хватая ребёнка за ухо. Больно схватила. Теперь мальчишка сдавленно зашипел, но даже не думал вырываться. Странный он… – Ты думаешь, приятно, когда в тебя камнями бросаются? А если я?
– Я не знаю твою варварскую речь, – прошипел мальчишка с таким презрением, что Джасти невольно сжала его острое ухо сильнее. Судя по тону, он не извинялся. Так и хотелось своим платьем отлупить этого дерзкого малыша. – Проклятые люди, чтобы вы все передохли!
Помощь наконец-то пришла! Только… к мальчишке. Джасти ощутила, как кто-то больно сжал её плечо. Отпустив ухо эльфа, она резко обернулась и встретилась с прекрасным лицом взрослого мужчины, которое уродовала злоба. Уже не такая, как у эльфинёнка, а угрожающая, звериная ненависть.
– Ты совсем обезумела, кидаясь на наших детей среди белого дня! – прошипел эльф и в секунду его свободная рука оказалась на горле девушки. В отличие от Йорвета, этот стал душить серьёзно.
Надо позвать Мариэль! Но из горла стало выходить лишь кряхтение. Бросив платье на землю, она схватила кисть мужчины и попыталась оторвать от своей шеи, но тщетно.
– Dh’oine! – только и слышала она со всех сторон. Никто не хотел помогать.
И когда, казалось, она стала терять сознание, из дома выскочила Мариэль. Удивительно, но увидев её, эльф тут же отпустил Джасти и отошёл на два шага. Девушка упала на подкосившихся ногах и жадно начала заглатывать воздух. Красавица бросилась к ней, приобняла, будто бы закрывая от других остроухих, и при этом о чём-то заговорила с несостоявшимся убийцей Джасти. А её список-то пополнялся… Более-менее успокоившись, сестра начала приподниматься вместе со своей спасительницей и пыталась спрятать взгляд от этих ядовитых глаз, что бросали на неё эльфы.
– Знай своё место, человек! – рявкнул душитель и, что-то ещё выплюнув Мариэль, скрылся в толпе.
Джасти поняла, что жизнь здесь будет куда тяжелее, чем она думала. И рядом находившийся дворец не спасал.
***
Йорвет сидел возле костра и, покуривая трубку, смотрел на шатёр, куда ушли Леголас и Юджин. За прошедшую неделю он уже захлёбывался этой войной. И когда успел стать таким домоседом? Этого, конечно, не показывал – в бой с орками он бежал в первых рядах, обрушивал на них всю ярость и ненависть, красноречивые речи всё также вдохновляли его Белок, остальные воины смотрели на Лиса, как на великого полководца. Но битвы больше не приносили того упоения, что раньше. Быть может, он привык видеть воинов, которые медленно выкарабкивались из ямы смерти в руках Мариэль и Джасти, а здесь он видел смерть. Она угнетала, вновь и вновь заставляла мрачные мысли о скорой кончине его расы поселиться в голове.
Но кое-что было иначе. Эльфийские союзники. Когда люди были по ту сторону баррикад, Старый Лис видел их оружие лишь как знак слабости – жалкие, не способные даже защитить себя в ближнем бою, напридумывали всё что только можно, лишь бы свою шкуру спасти и убивать, находясь под защитой окопов.
Но сейчас Йорвет смотрел на это иначе. Благодаря отряду Юджина, а точнее их боеприпасам, эльфы умирали реже. В смысле, пока орки добегут до своих целей, часть тварей подорвётся на минах, часть будет застрелена убийственными пулями или стрелами. В итоге, бои проходили быстро и с минимальными потерями. За неделю воины Трандуила оттеснили большую часть орков к Мглистым горам, куда теперь и держал свой путь владыка. Но куда был против идти Леголас.
Не из-за трусости. Разве можно назвать трусом того, кто бежит на врага впереди всех, порой даже опережая своего отца? По словам принца, всем нужен был отдых. Услышав это, Йорвет прыснул, но выслушав своего друга, невольно согласился. Боеприпасы людей и еда заканчивались, Аваллак’х – единственный маг в их армии – истощил свои магические запасы. И всё бы ничего, но в горах их могла ждать настоящая мясорубка. Только боги знают, сколько там сейчас орков. Много? Да. Превышают армию Трандуила? Вполне возможно. Да и Леголас так и не смог повергнуть Больга в прошлый раз. Лидеру удалось сбежать, а это был опасный противник. С новыми союзниками эльфы отвоюют горы, но какой ценой? Нет, всё же, нужно было пару дней отдыха. Об этом и шёл спорить со своим отцом Леголас. Правда, зачем нужен был Юджин? А позже ещё и Аваллак’х присоединился…
Йорвет же изредка поглядывал на шатёр, ждал и бросал косые взгляды на людей. Большинство из них ещё вели себя сдержанно, но кто-то уже стал чувствовать себя как на своих землях: шумели, веселились, смеялись, рассказывали какие-то байки. Все они, как потом понял одноглазый, были новенькими. Другая же часть отряда Юджина знала Джасти и они как-то нехорошо поглядывали на Леголаса – её похитителя.
Кстати о девчонке. Юджин больше не заводил о ней разговор. По крайней мере при Йорвете. Но воспринял появление одноглазого очень скверно. Оба командира не упускали возможности, чтобы не бросить что-нибудь едкое в сторону другого. Как же Йорвет хотел убить этого выскочку. Неужели тот не понимал, что сам себе рыл могилу? Очевидно, нет.
О самой же человечке Йорвет старался не думать. Всё! Нет никакой Джасти! Он её больше не увидит! Его работа – отвоёвывать земли и убивать орков! Ему не до женщин, но… «Как она там? Действительно ли Леголас оставил её без охраны? Как на неё отреагировали жители? Делает ли успехи? Сейчас, наверное, бурчит что-то про ванну. Полюбили ли её эльфийки так, как полюбил её… Мариэль?». Он часто задавал себе эти вопросы. Особенно вечером, когда луна напоминала ему, как он с ней сидел у костра и как обогревал в повозке. Йорвет успокаивал себя тем, что думает постоянно о человечке из-за совести. Видимо, он очень сильно обидел её за те последние сутки. Сделал больно руке, душил, а напоследок сказал не самые приятные слова. Да, возможно, ему было просто совестно перед ней. Плохая черта. Ей не место на войне.
Наконец-то из шатра Трандуила вышли Леголас и Юджин. Человек сразу пошёл к своим расположившимся недалеко от Йорвета людям. Точнее, это эльф развёл огонь недалеко от них, но что делать – он намеревался быть рядом с палаткой.
– Какие новости? – спросил одноглазый своего друга.
Принц присел рядом с ним перед огнём и устало вздохнул.
– Отец согласился. Аваллак’х откроет два портала – один для людей в их мир, второй для нас.
– Во дворец? – уточнил командир Белок, с досадой смотря на трубку. Курить было больше нечего. Опустошив её, он спрятал в карман.
– Да, – кивнул принц. – Заодно проверю Джасти, – в отличие от Йорвета и Юджина, Леголас вспоминал девчонку слишком часто. И каждый раз именно вслух. Это раздражало Лиса. Вот и сейчас он пробубнил себе что-то под нос и в руках вместо трубки появилась флейта. – Что опять не так?
– Уже двадцать седьмой раз её вспоминаешь, – фыркнул Йорвет. – Это заставляет задуматься.
– Заставляет задуматься и тот факт, что ты считаешь, – тем же тоном ответил Леголас. – Я так понимаю, ты с Белками останешься тут?
– Да. На случай, если Больгу придёт подкрепление, – ох недобро принц сощурился. – Что?
– Ты просто ищешь повод не появляться в Амарайле. Неужели тебе не интересно, как там Джасти?
– Двадцать восемь, – фыркнул эльф. – Влюбился в женщину? Соболезную. Трандуил будет рвать и метать. Будь она хоть привлекательной или…
– Не мели чушь! – однако, попытки Йорвета как-то задеть принца были безуспешны. – Разве тебе не интересно увидеть собственным глазами на то, как она возрождает наш род?
– Не прошло и недели, а ты считаешь, что она помогла родиться уже тысяче младенцев?
– Это только первый шаг, – глаза Леголаса блеснули в свете луны. Как-то по-детски он улыбнулся и впервые взглянул на своего друга за этот разговор: – Йорвет, как ты не понимаешь? Дело не в том, что она принимает роды! Она обучает наших лекарей делать это! Да, сегодня только семь эльфиек. Но как только они всему научатся, то пойдут распространять знания дальше. Не пройдёт и сотни лет, как…
– Ты меня утомил, – перебил принца Йорвет и коснулся губами своей флейты, но прежде чем заиграть, оповещая тем самым конец разговора, он добавил: – Думай лучше о предстоящих битвах.
Эльф играл мелодию, которую он слышал один раз, сидя на крыше дома Последнего Пути, но которая плотно засела у него в голове. Хотел сыграть другую, но слово «битва» всколыхнули воспоминания об одной ночи. Мелодия была не очень быстрая, но весёлая, вдохновляющая… А в голове пела она…
И мы ринулись в бой!
Поверь, мы с тобой
Пройдём все невзгоды, мой брат. Там в дали
Твой сын молодой.
Он ждёт нас домой,
Счастливый, что мы – живые – пришли…
Леголас не уходил. Йорвет знал, он любит, когда друг играет на флейте. По его словам, у командира Белок это выходило лучше, чем у остальных. Но сейчас его взгляд поменялся. Он был чему-то удивлён.
– Ты никогда не играл такие мелодии, – прошептал юноша тихо, словно боясь спугнуть музыканта в теле воина.
Йорвет услышал. Но доиграл песню человечки, после чего с досадой посмотрел на музыкальный инструмент. У него в арсенале были сотни мелодий! Ну почему сердце захотело сыграть именно эту?
– Это же песня Джасти, – подал голос Юджин.
Йорвет обернулся и увидел не самый добрый взгляд человека. Причем не только он, но и все солдаты, что знали эту девчонку, злобно косились в сторону одноглазого. Он ответил им тем же взглядом и, тяжело вздохнув, убрал флейту. «Сегодня что, день воспоминаний этой проклятой девки?».
– Это правда? – тихо поинтересовался Леголас.
– Она вам ещё и свои песни играла? – настроение Юджина портилось.
– Играла, – кивнул эльф и хмуро перевел свой взгляд на огонь. Хотел ещё что-то добавить, но услышав шипение комбата: «Сука», Йорвет резко поднялся и в несколько шагов преодолел то расстояние, что разделяло его с этим человеком. Юджин не ожидал такого – не успел среагировать, так как уже был схвачен за грудки и рывком поставлен на ноги.
– Какие же вы, люди, жалкие! – рявкнул эльф. – Насколько можно быть слабым, чтобы бить и грязно обливать своих же женщин?
Люди вскочили на ноги и, хватая свои автоматы, окружили Йорвета, целясь тому в голову. Но эльфы-воины тоже не были лишены реакции и с готовыми луками окружили людей. Но ни Йорвет, ни Юджин не обратили на это внимание, а злобно смотрели друг на друга. Человек даже не пытался вырваться и взглядом бросал вызов командиру Белок.
– С нашими женщинами мы разберёмся сами, – выплюнул человек.
– Она больше не ваша женщина, – тем же тоном ответил ему одноглазый. – Советую тебе быть осторожнее в выражениях, так как мы, эльфы, никому не позволим трогать наших…
– Йорвет! – как гром над лагерем прозвучал властный голос владыки. Старый Лис не обернулся, но невольно сильнее сжал форму Юджина. – Отпусти его.
Скрипя зубами, эльф повиновался. Правда, он не совсем его отпустил, а бросил. Жаль, человек устоял на ногах.
– Я не потерплю раздора, – владыка медленно стал двигаться в его сторону. Эльфы и солдаты покорно уступали ему дорогу, и когда Трандуил остановился в полуметре от Лиса, Йорвет невольно опустил перед ним голову. Не из-за покорности… Хотя и она была причиной этому. Выносить этот ледяной взгляд голубых глаз было не под силу даже легендарному командиру. – Я ясно выразился?
– Прошу прощения, Владыка, – сквозь зубы ответил ему Йорвет.
– Я говорил тебе не раз: если ты не способен держать себя в руках, может, стоит подумать…
– Отец, – пришёл на помощь Леголас, подскакивая к своему королю.
Трандуил перевел свой взгляд с эльфа на сына, между ними прошёл какой-то беззвучный диалог, а потом взглянул на Юджина.
– А вы, люди, также следите за тем, что говорите, – и всё же, судя по тону, с Лисом Трандуил обошёлся более снисходительно. – Йорвет поступил так, как ему и полагается – встал на защиту женщины. В следующий раз я не стану его останавливать.
– Джасти – человек, а не одна из ваших эльфиек! – рявкнул Юджин, отчего Йорвет и все остальные эльфы напряглись. И не без угрозы обратили свои взгляды на эту блоху, которая посмела так разговаривать с их королём! – Вы вообще должны её нам вернуть, раз уж наши расы теперь не воюют! Она не пленница больше!
– Верно, – единственным, кто оставался поразительно спокойным, был именно Трандуил. Он видел в этом мужчине неразумного ребёнка, которого надо жалеть за свою глупость, а не злиться. – Но не ты ли объявил её предателем и грозился убить, будь она на вашей земле? – глаза Юджина распахнулись и он косо посмотрел сначала на Леголаса, потом на Йорвета. Одноглазый не мог отказать себе в победной улыбке. – Вот и считай её мёртвой.
========== 20. Своих мучителей – забудем ==========
Возможно, роды Нимэль, а может, так планеты совпали, но что-то сподвигло ещё двух эльфиек родить в следующие пару дней. Всё прошло хорошо. Малыши закричали сразу – целительницы лишь фыркали, мол, тебе, человечка, просто повезло. Третий день был легче, и Джасти потратила его на расписание учебного плана на вечер. Не было смысла тормозить обучение – по окончанию работы она пригласила эльфиек в учебную комнату. Смотрели они на это дело скептически. Особенно когда услышали тему первого урока: «Организм и его составные элементы. Ткани». Одной только Мариэль было интересно, а вот Амайра хмуро смотрела на человечку и переглядывалась с эльфийками. Вопросов они не задавали. Да и кажется, вообще не слушали.
После уроков Джасти их отпустила по домам, осмотрела рожениц, новоиспечённых мамочек и зашла в свою комнату. Перед сном ввела Зевинасу антибиотики, дала отхаркивающие таблетки и ушла в другую комнату, где у неё было подобие рабочего кабинета. Там девушка стала думать об учебном плане, составляя его уже на несколько дней вперёд.
На следующий день предметом изучения стала система органов и двигательного аппарата. Обо всём она рассказывала коротко, ибо для каждого органа будут потом отдельные учебные часы. К концу урока Амайра психанула, резко вскакивая из-за стола.
– Что за чушь ты нам даёшь? – спросила она. Джасти была готова к этому вопросу. Рано или поздно эльфийки потребуют учить их только акушерству.
– Меня просили обучить вас всей нашей медицине. Прежде чем приступать к практике, вы должны подробно знать анатомию, фармакологию…
– Глупости! – перебила её эльфийка. – Ты даёшь нам совершенно ненужную информацию!
– Да? – усмехнулась человечка, вставая со своего стула, дабы быть с собеседницей на одном уровне. Правда, учитывая их рост… – Тогда объясни мне, почему я запрещаю вам пользоваться магией? – Амайра молчала, злобно стреляя глазками. Конечно, у неё не было ответа, но она решила зайти с другой стороны:
– Просто объясни нам все эти аспекты и всё.
– Я объясняла Мариэль, но даже она, будучи весьма смышлёной, не может до конца понять всего, так как приходится касаться других тем. Роды – это не только работа матки. В этом участвуют гормоны, сердце, кровь, лёгкие… И всё это вы должны знать!
– Ты просто не хочешь нас учить! – рявкнула Амайра. Что-что-что? – Но, знаешь, нам и не нужна твоя ужасная медицина, во время которой ты режешь наших женщин.
Джасти очень хотела ударить себя ладонью по лбу, но уверена – эльфийки не поймут этого жеста и ещё больше будут думать, что человечка чокнутая.
– Ты не права, Амайра, – поднялась со стула Мариэль. – Вчера Джасти приняла четвёртые роды за всё время пребывания в Лихолесье. Ты можешь похвастаться тем, что четыре раза подряд у тебя рождались живые дети?
– Ей просто повезло, не более того.
Амайра вышла из-за стола и, поманив своих подруг, покинула учебную комнату, оставив Джасти и Мариэль одних. Видимо, все рассуждали как она. Человечка без сил упала на свой стул и недовольно взглянула на рисунки, которые приготовила ночью, лишь бы эльфам было всё понятнее. И всё зря.
На помощь, как всегда, пришла Мариэль. Она пересела к наставнице ближе и приобняла за плечи. Джасти посмотрела на неё: красавица обнадеживающе улыбалась.
– Они просто должны понять, что так надо, – ласково прошептала она.
Джасти взяла её за руку и сжала, благодаря за поддержку взглядом. Девушка улыбнулась и обняла её крепче. Хорошо-то как. Приятно. Хоть ради неё одной старайся и страдай! Пусть после смерти медсестры она станет великой! Той, которая не потеряет ни одного малыша. Хоть ради неё не спи ночами, пытайся красиво нарисовать печень…
– Продолжим? – спросила человечка. Она с радостью закивала – Мариэль нравились уроки.
Но продолжить спокойно они не смогли. Этим вечером их ждал приятный сюрприз.
– Ваше Высочество! – Джасти услышала за дверью непонятные слова Амайры, но после которых Мариэль резко выпрямилась, отрываясь от записей урока. – Какое счастье, что вы пришли! У нас тут ужас что творится!
– Что случилось? – спросила человечка ученицу. По сути, целительницы должны были сейчас идти домой. Кто же заставил их остановиться?
– Его Высочество пришёл, – радостно улыбнулась Мариэль.
Услышав это, Джасти резко вскочила со стула и быстрым шагом направилась к дверям, дабы поприветствовать своего похитителя. Но, услышав звонкий смех красавицы, остановилась и обернулась. Ох, нехороший был этот хитрый взгляд.
– Я просто спешу ему пожаловаться на Амайру! – быстро придумала отмазку девушка, но Мариэль ей не особо поверила:
– Да-да, конечно, – смеялась она. – Я так и поняла.
Надув губы, Джасти и сама еле сдерживалась, чтобы не засмеяться от этой ситуации. Но дальше оправдываться она не стала. Нет смысла, её поступок уже доказал Мариэль подозрения Зевинаса. Но человечка просто была рада его видеть! Что в этом такого?
Она вышла из учебной комнаты и заметила своего принца в окружении возмущенных эльфиек. Кажется, он даже опешил от такого недовольства прекрасных женщин. Больше всех возмущалась Амайра. Она явно забыла, с кем разговаривала, ибо тон её голоса то повышался, то становился похожим на шипение змеи. В такой момент Джасти не рискнула подойти к нему, но громко прокашлялась, дабы её заметили. Получилось. Взмахнув рукой, приказывая женщинам замолчать, он долго что-то им объяснял. Очень долго. Строго, хмурясь каждый раз, когда Амайра хотела перебить его.
Джасти не знала, как назвать части костюма, в котором он пришёл. Могла лишь сказать, что принц сиял. Правда. На нём были белоснежные ткани с серебряными нитями и вставками на груди. На голове красовалась тонкая диадема из белого металла, лишний раз подчёркивающая его положение среди эльфов. Кожа чистая, взгляд мягкий. Он явно пришёл из дворца, а не с поля боя. Красавец. Полная противоположность Йорвета. Его королевское великолепие гипнотизировало, заставляло смотреть только на него, влюбляться. Таким его Джасти ещё ни разу не видела.
– Тогда я завтра буду говорить с Владыкой! – всё-таки последнее слово осталось за Амайрой. Не дожидаясь ответа от принца, она, вновь поманив своих подруг, ушла из лазарета. Леголас тяжело вздохнул. «Знаю. Меня тоже сильно выматывают споры с ней», – подумала Джасти.
Наконец юноша перевёл взгляд на свою пленницу и подошёл к ней. Джасти заметила в его руках какой-то свёрток. Что и требовалось доказать – принц не мог не прийти к ней с пустыми руками. Приятно.
– Я рада тебя видеть, – счастливо, как-то даже по-детски, заулыбалась медсестра. Так и хотелось его обнять, словно старого приятеля. Но сейчас, когда перед ней стоял не какой-то рядовой эльф, а принц! было неуютно даже находиться рядом с ним. Амайра явно его огорчила своим поведением и претензиями, так как Леголас ещё пару раз бросил взгляд на выход из лазарета, будто опасаясь, что Амайра вернётся, чтобы договорить то, что забыла сказать ранее. – Она жаловалась на меня?
– Да, – кивнул принц. Стоило ему встать рядом с человечкой, как её тут же обдало запахом всех полевых цветов. Приятно… Леголас нежно улыбнулся, заставляя девушку растаять. – Потерпи немного. Ей нужно всё понять.
– Мариэль говорит то же самое, – устало вздохнула Джасти и перевела свой взгляд на свёрток.
– Я, кстати, тоже рад тебя видеть, – вспомнил юноша и протянул ей подарок. – Это тебе. Правда, я смотрю, с платьем я опоздал.
– Приветствую Вас, Ваше Высочество, – выглянула из комнаты Мариэль.
Пока Джасти разворачивала подарок под любопытным взглядом рожениц, Леголас подошёл к её ученице и стал с ней разговаривать. Наверняка выведывал обстановку. И пока это делал, человечка с раскрытым ртом смотрела на то, что принёс ей принц. Аккуратно сложенное платье, на котором фигурировалось ещё три маленьких свёртка. Но к ним сестра не торопилась приступать. Она любовалась тканью – белоснежный шёлк, усыпанный маленькими камнями, будто звездами. Услышав завороженные вздохи рожениц, Джасти поспешила спрятаться со своими подарками в свой кабинет. Мало они её недолюбливают, так теперь ещё возненавидят из зависти. Там девушка на стол положила три нераскрытых свёртка, а платье расправила, дабы взглянуть на него во всей красе. Прелесть! Оно точно не для работы в лазарете. В таком должны были танцевать королевы в тронном зале Трандуила. Рукавов – «Спасибо, Леголас, что помнишь даже о такой мелочи!» – не было. Сказочное платье. Что же ещё ей принёс принц? В первом свёртке было сверкающее серебряное ожерелье, во втором – из того же металла кольцо. Изящное, красивое… А в третьем был браслет.
– Тебе нравится? – неожиданно возникший позади Леголас заставил девушку подпрыгнуть на месте и чуть не выронить браслет.
– Это… очень мило, – удивленно произнесла Джасти, повернувшись к нему. Изумление было не от того, что эльф появился так внезапно, а от того, что все эти вещи были подарены ей! – Но куда я буду это все надевать? Нет, мне очень нравится, правда! Это… они волшебные, но…
– Ты больше не пленница, – ласково произнёс эльф, забирая у девушки браслет, но только для того, чтобы закрепить подарок на её руке. Джасти показалось, или она действительно верно услышала эту фразу. Значило ли это, что её хотят вернуть домой, а эти подарки были прощальными? Непонимающе она перевела свой взгляд с браслета на лицо Леголаса, отчего тот улыбнулся ещё шире и, словно прочитав мысли собеседницы, добавил: – Нет, мы всё равно тебя домой не отпустим.
