Текст книги "Людская предательница (СИ)"
Автор книги: Sayar
сообщить о нарушении
Текущая страница: 16 (всего у книги 35 страниц)
Йорвету стало очень нехорошо. Эльф плотно сжал свои губы, вдохнул глубже, но так больше не выдохнул – старался не дышать этим зельем. Ни дождь, ни порывы ветра не помогали, не развеивали запах той лазурной жидкости. Джасти было до боли его жаль. Она раз за разом проклинала тот день, когда согласилась составить Леголасу компанию к торговцам-магам. Кстати, и почему-то не могла вспомнить, что творилось в её жизни между этими двумя промежутками времени? Почему она не выкинула или не убрала эту склянку?
Вот и показалась деревня. Лис всё-таки решил продолжить дышать. Видимо рассчитывал, что успеет бросить девушку в окно их дома и убежать раньше, чем колдовство полностью затуманит его разум. И Джасти казалось, что у него даже получится сдержать себя в руках. Он сильный, он справится…
Ан нет.
Долго не дышал, отчего теперь заглатывал воздух так, словно рыба на суше, вбирая в себя всю магию. Он остановился, еще не успев выбежать из леса. Джасти ощутила под ногами землю, а эльф, прижав её к ближайшему дереву, настойчиво прислонился своими губами к человечке. Она протестующе замычала, но разве можно что-то противопоставить этому напору, этим объятиям? Первые две секунды девушка ещё сама пыталась держать себя в руках, плотно сжав рот.
Не получив ответа от губ, Старый Лис стал собирать языком дождевые капли с её щек, с челюсти, с шеи…
– Йорвет, пожалуйста, держись… – взмолилась Джасти.
Было ли ей неприятно? О нет… Она затрепетала в его руках. Каждое прикосновение этих замерзших губ отдавалось маленьким разрядом тока по всему телу. Хотелось больше, пусть не останавливается. Ещё немного, и девичье тело перестанет сопротивляться его ласкам.
– Проклятая ведьма… – глухо прошептал мужчина, на секунду оторвавшись от шеи. Хоть эти слова были на эльфйском, Джасти поняла их значение, будто бы уже успела выучить их язык. Но ведь не учила!
– Прости меня… – хрипло ответила девушка. – Я правда не хотела, чтобы так всё получилось.
– Надо было убить тебя сразу, как только предоставилась возможность… – это предложение больно ударило в самое сердце. Неужели он до сих пор её настолько ненавидел? Слова были произнесены всерьёз, пусть и тоном страстного любовника. – Ты жалкая, глупая dh’oine. Ничего не умеющая, ничего не знающая… – каждое слово он говорил в перерывах между поцелуями, обжигая замёрзшую кожу дыханием. Джасти распахнула глаза, но смотреть на эльфа была не в силах. Всё удовольствие сняло, как рукой, но сердце билось с той же силой. Йорвет, наверное, не обратил внимание на изменение в ней. Но, словно подлив масло в огонь, эльф сильно укусил нежную шею, отчего Джасти всхлипнула. – Поскорее бы ты убралась в свой мир.
С огромным усилием он всё же оторвался от её шеи, уткнулся лбом о ствол дерева и, закрыв глаз, вновь задержал дыхание. На этот раз ему было труднее, чем на бегу – ведь вот его цель, стоит прижатая к нему, тяжело дышит… но по щекам, вместе с дождём теперь текли слезы. Его слова, как плевки в самую душу, эхом отдавались в голове.
– Нет, dana, – прошептал он ей в ухо. «Дева? Сначала «глупый человек», а теперь дева?». – Ты не должна плакать… Ты должна разозлиться…
Джасти сморгнула слезы и, задирая голову, удивленно посмотрела на этот томный взгляд. Это спровоцировало его руку скользнуть к её шее и обхватить её, но не затем, чтобы задушить. Скорее, притянуть к себе, ближе к своему лицу. Йорвет заговорил, нарочно или нет, касаясь губами её рта:
– Разозлись и ударь меня… – он прикрыл глаз, выдержал паузу, всё ещё пытаясь бороться с собой, а потом прорычал: – Мерзкое насекомое, тебя надо было утопить, бросить паукам, оставить гореть…
Нет, это неправда. Он лжёт, он так не думает! Джасти поняла. Ему и самому было противно говорить эти слова. Йорвет морщился от злости на самого себя, невольно сжимал её шею, но то и дело ослабляя хватку, когда разум, пусть маленькими крупицами, но возвращался. Лис пытался её разозлить, чтобы она помогла ему прийти в себя. Как угодно – ударом, плевком, пинком…
– Если всё, что ты действительно говоришь – ложь, то я не буду.
– Маленькая, глупая dana, – усмехнулся он. – Ты меня во всё это втянула, а теперь даже не хочешь попытаться исправить свою ошибку?
– Ты сам в это втянулся, когда вернулся за мной. Сказал: «Будь что будет». Значит, понимал, к чему это может привести. Я же сразу стала тебя прогонять.
– Ты не оставила мне выбора, – это последнее, что он смог произнести, будучи в сознании.
Больше не в силах сдерживаться, он притянул её за шею к своему лицу и с жадностью впился в её губы. Больше сопротивления эльф не встретил. Свободная рука блуждала по каждому сантиметру её тела – плечи, талия, бёдра, грудь. Ничто не осталось без внимания.
Дышать становилось тяжелее, но не потому, что его рука до сих пор лежала на шее – Йорвет сильно вжимал её в дерево, и, наконец, отпустив бедное горлышко, пальцами начал вести дорожку от плеч по позвоночнику и до самой поясницы. В эти секунды Джасти глухо простонала в эльфийские губы, а телом выгнулась ему навстречу. Почувствовав сквозь поцелуй хищную улыбку, девушка выгнулась вновь – пальцы Старого Лиса, чуть касаясь, вернулись к её плечам той же дорожкой. Найдя эрогенную зону человечки, представитель дивного народа долго издевался над вздрагивающей от прикосновений девушкой.
От издевательств заболела поясница, но Лис получал от этого огромное удовольствие. Не помогли и протестующие мычания Джасти – напротив, это заводило эльфа сильнее. Он, в такт её выгибаниям, стал делать характерные толчки вперёд, а любые попытки просить остановиться пресекались ощутимыми укусами за губы.
Его действия становились грубее, властнее, болезненнее. Он не упускал случая схватить её за волосы и запрокинуть голову назад. Открытую шею он тут же начинал истязать зубами и засосами. Пальцы прочертили ещё одну дорожку на спине, Джасти выгнулась, а Йорвет резко накрыл рот новым поцелуем, вбирая в себя девичий стон.
«Действительно, – подумала Джасти, – будь что будет».
***
Йорвета разбудили странные шевеления под боком. Хотя он и так собирался просыпаться с минуты на минуту. Организм отдохнул, наконец-то, голова была свежа. Даже настроение хорошее. Открыв глаза, первое, что он увидел, была Джасти. Девушка спала, но как-то нехорошо ворочалась во сне. И что она тут делает? Да ещё и в одной кровати с ним? Ах да… Благодаря ей он ведь и уснул.
Судя по тому, что улицу за окном освещал серебряный свет, была ночь. Долго же он спал. А девчонка, похоже, боялась его разбудить и никуда не уходила. «Да и куда ей с такими-то ногами»? Переведя взгляд вновь на спутницу, Старый Лис всерьёз задумался, а не разбудить ли её? Быть может, ей снились кошмары.
Но прежде, чем его рука коснулась девичьего плеча, Джасти слегка улыбнулась, а потом… Застонала? Тихо так, скромно. Хорошие ей там кошмары снились. Йорвет и сам не отказался бы от таких. Не смог сдержать улыбки. Человечка была такой забавной сейчас. Даже по-своему милой.
Старый Лис так же приметил, что волосы Джасти были распущены. Его это немного удивило. Неужели слова эльфа так сильно задели её? А самое главное – его мнение было важнее, чем слова Зеврана? Что ж, это льстило.
Йорвет тихо слез с кровати и, как кот, потянулся, разминая заспанные мышцы. В доме было довольно прохладно. Не мешало бы растопить камин. Благо, там уже были сложенные для гостей дрова. И пока он это делал, Джасти, пусть и изредка, но продолжала стонать. Первые два-три раза Йорвет стерпел. В следующий раз эльфа уже распирало от любопытства. «Небось, ей этот трепло снится», – хмуро подумал он. В пятый раз он не выдержал, отошёл от камина и вернулся к кровати, дабы разбудить её.
Тот факт, что она стонала, в общем-то, не сильно раздражал. Напротив, даже нравился. Но эльф ведь не железный! Что теперь, ради девчонки на улицу в холод уходить? Нет уж, хватит. Он и так за неё настрадался.
Жаль только… рука так и не осмелилась потревожить её сон. Лис только сел на кровать, смотрел в её веки и гадал, что… Кто ей там снится? Леголас, Зевран, Юджин? Он сам? Да, даже допускал и эту мысль. Но она так улыбалась во сне. Словно маленький ребёнок, видящий сны о горе сладостей. Нет, рука не поднялась её растормошить.
– Джасти… – может «случайно» словами её разбудить? Но ответом на её имя был тихий сладкий стон в губы. Йорвет наклонился ближе к её уху. – Dana…
Нет, всё равно не проснулась. Йорвет улыбнулся. Dana… Язык не повернулся назвать её сейчас beanna или dh’oine. Перед ним лежала молодая дева. Ну и что, что ушки не острые? И лицо не прекрасной эльфийки. Да и рост мелковат, но не гномий же! Зато милая.
– Маленькая дева.
***
Спустя два дня, Джасти уже могла ходить на своих ногах. Мариэль нашла для неё сменную одежду и обувь, учила её своей медицине. Надо признать, зря сестра в самом начале так проклинала эльфийские методы лечения. Да, травы не помогали так быстро, как введённые в мышцы препараты, но за всё это время раны эльфов не загноились, воины чувствовали себя лучше день ото дня. А так как Йорвет часто отлучался, то Джасти просила не только показать, но и обучить её эльфийским методам лечения – отвары, травы, ягоды… Подождите, но как, если рядом не было Йорвета, а Исенгрим вообще перестал попадаться на глаза – да, этот бездельник полностью спихнул свою работу переводчика на плечи Лиса – Мариэль могла учить? Всё просто.
– Как ты себя чувствуешь? – как-то поинтересовалась эльфийка на родном языке человечки. Потом командиру Белок долго пришлось убеждать её, что она не сошла с ума. Оказывается, красавица уже давно брала уроки у Йорвета и Исенгрима. Ей ещё было сложно разговаривать – словарный запас не велик, но она очень быстро училась.
Начхав на недовольства эльфов и протест Старого Лиса, Джасти не просто стала выходить из дома, но и с утра до вечера находилась с ранеными. Им выделили большой двухэтажный дом, где и получилось всех уместить. Когда работа заканчивалась, Джасти провожали домой либо Мариэль, либо одноглазый.
Как оказалось, в ту ночь, когда Йорвет высыпался, эльфийка пришла не одна, а с тремя мужчинами, которые должны были втащить ещё одну кровать в их маленький домик. Так как она решила не беспокоить этим спящего командира, то утром бедолаге пришлось вносить оставленную снаружи кровать самому.
– Зато выспался, – глумилась Джасти.
Правда, их отношения с той ночи немного подпортились. Ну как подпортились? Сестра больше не могла смотреть на Йорвета. Когда осознала, что то было только сном, хотелось разреветься. А когда смотрела на одноглазого, то в голове сразу вспыхивали все те образы, все те ласки, все те… В общем, Лис не мог понять, почему Джасти постоянно отводит взгляд и краснеет, если тот брал её на руки.
Жители деревни её не беспокоили. К пучеглазию взрослых и насмешкам детей она привыкла. Но была в этой деревне одна эльфийка, которая смотрела на Джасти, как на пришедшего с небес ангела хранителя. Точнее, так ей сказала Мариэль. Та женщина должна была родить со дня на день. И она была уже наслышана о человечке, которая «оживила мёртвого» ребёнка. Будущая мать ещё ни разу не подходила к Джасти, но слёзно умоляла Мариэль попросить за неё.
– …Нимэль и её супруг очень переживают, что с ребёнком будет так же, как и с большинством других, – говорила маленькая целительница. – Она просит тебя принять роды. А я прошу тебя научить меня это делать.
А что Джасти? С радостью согласилась. В тот же вечер она приготовила все нужные – или хотя бы что-то отдалённо похожее на нужные – предметы. В этой деревне были две врачевательницы, которые прознали об этой затее и всем растрепали о том, что человечка погубит малыша. Людские ненавистники верили. Даже супруг обвинял жену в том, что она лишилась разума. Но будущая мать была непреклонна. Тем более, как узналось позже, первые два малыша умерли. Или, как сказала Мариэль, «родились мёртвыми». Ага, сестра уже знала, что в понимании эльфов значило родиться мёртвым. Не закричал? Значит, пошли хоронить. Жестоко, цинично, но правда.
Вечером второго дня Джасти дала некоторым раненым выпить настойки, которые, под внимательным взором Мариэль, приготовила сама. После чего они вместе вышли из дома. Снаружи уже поджидал Йорвет. Старый Лис частенько встречал человечку после работы, провожал домой, где им уже был приготовлен ужин. Хотя… готовил он как настоящий военный – по принципу: главное поесть, а об эстетике и вкусе подумаем потом.
Как-то их навестил Зевран и долго шутил (пока Йорвет его не выгнал пинком), что те стали, как супружеская пара. Она работает на благо деревни, он работает на её благо. Джасти смеялась, краснея время от времени, а Йорвет злился.
Командир встретил девушек одной только фразой:
– Когда они поправятся?
– Скоро, – ответила за двоих Мариэль.
– По сути, если пообещают пользоваться мазями, то семерых можно отправить домой хоть завтра.
– Верно. А четверых через недельку, – добавила эльфийка, посмотрела на Джасти, и обе они кивнули, соглашаясь с таким решениям.
– Спелись, – фыркнул одноглазый, а девушки засмеялись. И пока они смеялись, взгляд Йорвета замер на какой-то точке.
Джасти проследила за его взглядом. Там, на холме, откуда они когда-то приехали, виднелись два силуэта. Одного она сразу узнала —Леголас. Живой и здоровый! Стоял там, выискивал их взглядом, а когда нашёл, улыбнулся так, как умеет улыбаться только он.
Человечка тут же побежала к прекрасному принцу, а он пошёл ей навстречу. За ним следом двинулся спутник, на которого Джасти не сразу-то обратила внимание. А когда стала видеть его лицо, остановилась, раскрыв рот от удивления. Высокий, крепкий мужчина – человек – не мигая смотрел на неё.
– Юджин… – одними губами прошептала она. Это был он! Тоже живой, тоже здоровый! Всё-таки, Трандуил сдержал своё обещании и не тронул её роту. Вне себя от счастья она побежала теперь уже к нему, выкрикивая имя: – Юджин!
Но чем ближе она приближалась, тем отчетливее видела лицо мужчины. Что-то было не так. Комбат был ей не рад. За три года она выучила каждый его взгляд, каждую эмоцию… Когда Юджин становился таким холодным, беспристрастным, не шевеля ни одной мышцей на лице, то становился непредсказуемым. Как правило, это означало, что он зол. Хотя чего ему не злиться? Рядом с ним стоял эльф, позади Джасти нагоняли Мариэль и Йорвет. Ну ничего. Вот девушка распахнула перед ним руки, дабы обнять. Сейчас мужчина растает в её объятиях.
Но он сделал шаг назад от Джасти.
Она остановилась в метре от него и удивлённо опустила руки, стараясь разглядеть в этих стеклянных глазах хоть какую-то причину его поступка. Леголас нахмурился, смотря на человеческую пару, но не вмешивался. Пока они молчали, сзади над ней нависла тень Старого Лиса. Он скрестил руки на груди и посмотрел на мужчину, как когда-то смотрел на Джасти – с презрением, ставя его ниже своей персоны.
Юджин же смотрел только на свою боевую подругу.
– Что-то случилось? – взволнованно спросила она.
Его губы дрогнули, желая ответить, но он быстро сжал их.
Пара секунд. Вот перед девушкой его холодные глаза, а потом последнее, что она увидела, как Юджин замахнулся рукой. Над поляной, где они стояли, раздался звонкий хлопок. Джасти схватилась за ударенную щеку, и, наверное, упала бы от такого сильного удара, если бы не тяжелая рука, что легла на её плечо. Но Йорвет не хотел её успокаивать тем жестом. Он рывком отбросил девушку к Мариэль, а та тут же заключила в свои объятия, при этом прикрывая собой от этого мужчины. Дальше произошло всё слишком быстро, чтобы понять. Когда Джасти открыла глаза, чтобы посмотреть на Юджина, его образ уже был скрыт за спиной Йорвета, целившегося в него из своего лука.
– Зачем ты притащил его сюда? – взревел Старый Лис.
Первое, что пыталась сделать Джасти – это осознать всё. Юджин… Её дорогой друг. Юджин её ударил. За что? Что она сделала не так? Ведь была рада его видеть! Сначала горькая обида пронзила её сердце, и только после этого Джасти ощутила жгучую боль от его руки. Щека покраснела, стала горячей. Боль стреляла даже в челюсть и по задним зубам – настолько ощутима была та пощечина.
– Я не думал, что он ударит её! – голос Леголаса был спокойнее, но близился к тому, чтобы сорваться на крик. – Йорвет, опусти лук!
– Я напичкаю его голову всеми своими стрелами, Леголас! Немедленно отойди от него! – орал Старый Лис.
Спина эльфа размылась – глаза Джасти наполнились слезами. Пребывая в шоке, она не контролировала ни своё тело, ни свои эмоции. Просто смотрела на Йорвета, всё также держась дрожащей рукой за горящую щеку.
– Отпусти меня! – сквозь эльфийскую брань девушка отчетливо слышала родную речь из уст Юджина. Точнее, она не слушала никого, кроме него. Хотя жалела, что не была глуха: – Мы все думали, что ты мертва, Джастин! А ты хуже… Ты – предательница!
– Успокойтесь все! – Леголас пытался перекричать двух озверевших мужчин, один из которых рвался убить другого, а второй пытался добраться до девушки. – Хватит! – Йорвет продолжал скрывать своей спиной то, что происходило между принцем и комбатом. Джасти только услышала удар и глухой стон Юджина. После чего Леголас обратился к Старому Лису: – Я приказываю тебе, опусти лук!
– Вспомнил о своём положении? – голос Йорвета угрожающе зашипел. – Где была твоя королевская голова, когда ты притащил сюда этого человека?
– Iorveth! Justi, – эти слова девушка поняла. Леголас просил Лиса вспомнить о ней.
Но командир Белок долго пытался стоять на своём, упорно отказывался отступить. Но, всё же, сделал это. Опустив руки с оружием, он медленно повернул голову в сторону девушки. Она резко отвернулась, утыкаясь в платье державшей её Мариэль. Нет. Не хотела, чтобы он видел её такой. Один удар Юджина вмиг унизил её, а нынешний вид лишь усиливал боль от позора.
Она больше не смотрела, только слышала. Юджин поднялся – видимо, дабы успокоить человека, принцу пришлось его повалить и прижать к земле.
– Хорошо, что ты здесь, – тихо, но не без злобы, сказал комбат. – Будь ты на Земле, я бы поступил с тобой, как с предателем.
========== 18. Если подарить девушке желтые цветы – предстоит разлука ==========
Леголас с тоской смотрел, как Джасти вздрогнула от его слов, словно от удара. Лис же, переведя взгляд со своей спутницы на её обидчика, вновь прицелился на мужчину. Зрачок эльфа сузился от гнева – вот-вот, и стрела будет спущена. Леголас встал между ним и человеком.
– Мариэль, уведи её домой! – рявкнул Йорвет не оборачиваясь. – Леголас, в сторону! Я убью его!
– Ну давай! – подливал масло Юджин. – Давай, стреляй! Или тебе для этого нужны оба глаза?
Леголас трижды проклял себя за свой необдуманный поступок. Нет, он правда не рассчитывал, что этот человек ударит Джасти. Ведь сколько боли эльф видел в изумленных глазах Юджина, когда речь заходила об этой девушке. Почему же тогда? Он никак не мог понять причину этого поступка. Предательница? «Она спасла вам жизнь в ту ночь! Всем!»
– Не убьёшь, – однако, думы надо оставить на потом. Сейчас необходимо обуздать соперников. – Люди теперь наши союзники.
– Ч-что? – руки одноглазого сами невольно опустили лук и стрелу, а сам он удивленно перевёл взгляд с обидчика девушки на принца. – Что ты сейчас сказал?
– Я всё объясню. Но позже, – строго произнёс Леголас и повернулся лицом к Юджину. – Нам не нужны лишние проблемы. Переночуешь в одном из домов – я попрошу дать тебе место. Но не нарывайся, – Юджин же, напротив, неотрывно смотрел на одноглазого, но после слов златовласого кивнул. – Йорвет… – Старый Лис смерил принца злым взглядом, и, повернувшись, хотел было пойти за удалявшимися Мариэль и Джасти. Но друг остановил его, схватил за плечо. Мужчина не обернулся. – Йорвет! – вновь позвал его голубоглазый. – Передай это Джасти, – только из любопытства и из-за того, что речь зашла о ней, воин обернулся. Леголас стоял перед ним с красивой небольшой зелёной коробочкой в ладони. – Я хотел осчастливить её, приведя этого человека. Теперь же пусть подарок хоть немного разбавит поганый для неё вечер.
Йорвет будто бы думал, исполнить просьбу голубоглазого или нет. В его понимании это он был повинным в том, что день для девушки безвозвратно испорчен. Но друг не был бы другом, если бы не забрал коробку. Йорвет без интереса прокрутил её в своих руках, бросил последний испепеляющий взгляд на Юджина и быстрым шагом пошёл догонять девушек.
Леголас хотел спросить Юджина, зачем тот ударил девушку. Ведь не то он видел в глазах мужчины – не было там желания обрушить обиду на столь хрупкое тело. Конечно, голубоглазому это не понравилось. Более того, если бы он был обычным воином, то встал на место Йорвета и своими руками выпустил стрелу. Но ему нельзя. Принц не должен стать виновником нового раздора между расами. Тем более, когда появился такой шанс расправиться с орками.
Оставшись один на один, солдат и воин просто смотрели друг другу в глаза. Они вместе уже прошли одну битву, но не было ни тени тепла в их отношениях. Леголас был по-царски холоден с ним, а Юджин просто выполнял приказ помогать эльфам. И хотя их это устраивало, после произошедшего принцу стало ещё тяжелее оставаться спокойным с ним рядом.
Он выждал момент, когда Йорвет скроется из виду, и только потом пошёл в деревню, ведя за собой Юджина.
***
Йорвет вошёл в дом и сразу застал плачущую на плече Мариэль Джасти. Она что-то несвязно нашептывала эльфийке, а та лишь гладила её по голове. Ладонь красавицы слабо светилась, усмиряя магией бушевавший разум. На Йорвета она даже не взглянула, а Джасти же, напротив, повернулась к мужчине спиной, не желая показывать своё состояние.
– Кто это был? – тихо спросила Мариэль.
Йорвет даже не знал, как обозвать того солдата. Из рассказов он понял, что Юджин являлся и другом, и товарищем, и любовником. Да и если честно, разговаривать вообще не хотелось. Он смотрел на униженную, и сердце сжалось от тоски. Теперь в том мире у неё не было будущего. Средь эльфов человек объявил её предательницей. То же самое мог сделать и среди людей. Возвращаться Джасти в свой мир нельзя.
– Йорвет… – Мариэль так и не получила ответа на свой вопрос и позвала одноглазого. Тот тяжело вздохнул и взглядом указал целительнице на дверь. Всё равно поздно – ей нужно было уходить, пока эльфийки не хватились.
Красавица не хотела оставлять свою наставницу в таком состоянии, но покорилась воле командира. Золотое свечение на руке померкло, последний раз погладив человечку по голове, Мариэль встала с кровати и вышла из дома. Джасти так и не повернулась к эльфу.
Вместо того, чтобы занять место жилетки для слёз, Старый Лис подошёл к камину и неспешно стал разводить огонь. Он не умел успокаивать. Не знал, что сказать в таком случае, дабы затупить обиду медсестры. Быть может, приручённая в печке стихия подействует, как успокоительное? Или, если Джасти подкрепится приготовленным Йорветом ужином, она немного забудется? Или та коробочка…
Эльф вытащил из кармана подарок Леголаса и посмотрел на Джасти. Не поворачивалась. Лежала на одной кровати, а лицом уткнулась в подушку другой – они стояли вплотную из-за маленького пространства. Человечка всегда так была счастлива видеть принца. Вон сегодня как бежала к нему! Аж противно! Йорвет мог только вообразить, как она будет счастлива этому подарку. И хоть что-то останавливало командира вручить коробочку, он знал, что это сейчас единственная возможность успокоить девушку. «Обрадуется она подарку? Или… тому, от кого он?».
Скрепя зубами от непонятной ему ярости, Йорвет бросил коробку Джасти, но случайно угодил ей в макушку. Сестра что-то промычала ему, но приподнялась, озадаченно смотря на подарок.
– Это тебе просил передать Леголас, – мрачно отозвался эльф, переводя взгляд на разгорающееся пламя в камине.
Он слышал, как она стала разворачивать, а сделав это, тяжело вздохнула. Никакой радости на подарок не было. Делая вид, что разводит огонь, Йорвет смотрел на горящие дрова и слушал её. Тишина.
Обернулся.
Джасти не отвернулась, как в первый раз. Сидит ровно посередине двух кроватей, смотрит на раскрытые ладони, в которых было что-то желтое – тот самый подарок Леголаса. Не плакала, но лицо мокрое, глазки красные. Старый Лис выпрямился, подошёл к ней и сел на край кровати, заглядывая в ладони. Там лежала лишь простая заколка. Красивая, дорогая, но всего лишь заколка в виде желтого цветка.
– Это ведь Леголас подарил, – тихо уточнил Йорвет. Где же восторг при упоминании этого имени?
– Почему он так сделал? – она словно не услышала эти слова. Старый Лис понял, о чём она говорила.
– Видишь ли… – начал он, придвигаясь ближе. – Я так понимаю, вы с Юджином очень близки. А теперь представь, что он чувствовал весь этот месяц. Небось, думал, что мы тут тебя убиваем, пытаем. Его мучила неизвестность. А тут он видит, что ты стоишь подле двух эльфов – его врагов, между прочим! – смеешься с ними, бежишь обнимать третьего, – Джасти медленно подняла на одноглазого лицо, явно что-то желая вставить, но Йорвет, осмотрев девушку, добавил: – Да и одета в наши одежды. Представь, что он почувствовал.
Джасти перевела свой взгляд на заколку и еле заметно кивнула. Кажется, она поняла суть сказанного. Но её это явно не устраивало.
– Для него было бы лучше, чтобы вы меня тут пытали? – всхлипнула она.
– Это палка о двух концах, dana, – покачал головой Йорвет. – Здесь можно часами выступать как за твою защиту, так и за защиту твоего мужчины.
Хотя, чёрта с два Йорвет будет защищать мерзавца! Юджин ударил женщину! Такого ни один эльф себе не смеет позволить! И, думая об этом, Лис вновь и вновь видел перед глазами момент, когда этот ублюдок бьёт её по лицу. Прошло столько времени, а шлепок по девичьей щеке до сих пор эхом отдавался у него в воспоминаниях. Руки затряслись от желания схватить лук и, наплевав на приказы Леголаса, броситься в погоню за этим человеком.
– Одно твоё слово, dana, – тихо прошипел Йорвет, наклоняя к девушке своё лицо ближе, дабы она поняла, что в его словах сейчас не было ни доли шутки. – Одно слово, и я убью его.
– Нет! – эльф даже вздрогнул от её крика. – Ты с ума сошёл? Ни в коем случае! Йорвет, если ты с ним что-нибудь сделаешь, я… Я… – «Что?». Она ничего не сможет сделать. Эти глупые угрозы не стоили ничего. Зато она перестала грустить. Точнее, печаль обратилась в злость, которую Джасти взглядом показывала Старому Лису. Он усмехнулся. Пусть злится. Уж лучше так, чем плачет. В гневе она становилась даже интереснее. – Я возненавижу тебя! Слышишь? Эй! Что ты ухмыляешься? Йорвет, я серьёзно говорю – не смей ему ничего делать.
Она ещё что-то кричала, но Лис уже не слушал. Он перевел свой взгляд с её глаз на заколку и взял её в свои руки. Собрав несколько прядей, которые особенно прилипли к мокрому от слез лицу, эльф закрепил их подарком над ухом человечки. Джасти сразу замолчала, удивлённо смотря на Старого Лиса. Такие покрасневшие глазки, такие уставшие. И так к нему близко.
И о чём в тот момент думал Йорвет? Ни о чём. Им овладели инстинкты, приказывающие податься ближе к этому слабому существу, воспользоваться её шоком. Конечно, мало кто видел бравого командира Белок за закалыванием волос. Да ещё и на человечке! Но этот факт спрятался в его сознании очень далеко. Ушки Джасти были скрыты под оставшимися несобранными волосами, а рука его продолжала держаться за заколку, хотя она уже прочно закрепилась на голове. Пальцами чуть задевал её висок. И, непроизвольно, рука легла на ударенную Юджином щеку Джасти. Лицо девушки горело, но причина теперь в другом. Она смутилась? Возможно. Последние два дня она постоянно смущалась.
– Йорвет?
В голосе больше не было злости. Обескураженность, растерянность, но не злость. Старый Лис и сам не заметил, как расстояние между их лицами сократилось. Взгляд упал на её губы. Эльф потянулся к ним, а Джасти не отпрянула. Более того, она поддалась, когда он переместил свою руку на затылок и притянул к себе. И вот одноглазый уже готов был попробовать девушку на вкус, но её голова резко перестала поддаваться. Йорвет перевёл взгляд на её глаза, и вместо того, чтобы увидеть в них запрет на сие действие, он увидел, как она отвлеченно смотрела куда-то за его спину.
Йорвет нахмурился и тоже повернул голову. Джасти смотрела в окно. Точнее, на того, кто был за ним. От вида знакомого лица, глаз Старого Лиса распахнулся от удивления, а тело напряглось. Знакомый ему эльф смотрел на пару, сощурив глаза. Он не дрогнул, когда поймал на себе взгляд командира. Напротив, ответил долгим, осуждающим взглядом, а потом зашагал в сторону двери, приглашая Йорвета на разговор.
– Кто это? – спросила Джасти, обдавая щёку эльфа горячим дыханием. Но ему было больше не до своих желаний.
– Оставайся здесь и не смей выходить.
Благо, она не спорила. Йорвет вскочил с кровати и небыстрым шагом пошёл к выходу. Уж кого-кого, а вот одного из Белок он тут не ожидал увидеть. Что они тут делают? Их притащил Леголас? Зачем? Вопросы, вопросы, куча вопросов в голове, но их оттесняли мысли о том, что ответить своему боевому другу. Вопросы, увы, будет задавать не Старый Лис.
– Значит, это правда… – раздался знакомый голос сразу, как только эльф вышел на улицу и закрыл за собой дверь. Он поднял глаза. Перед ним стоял Киаран. Хоть с кем-то можно было отдохнуть от языка Джасти, хотя сейчас это не очень радовало. Далее разговор шёл на эльфийском. – Ты действительно променял свой отряд на человека.
– Что ты вообще здесь делаешь? – как можно спокойнее спросил Йорвет.
– Значит, так? – усмехнулся эльф, разводя руки в сторону. – Такое твоё приветствие старого друга?
– Ты меня поприветствовал не хуже.
– А как мне ещё реагировать? – скрестив руки на груди, эльф сощурил глаза и долго всматривался в лицо командира. Видимо, пытался увидеть его шрам под банданой. – Идём мы, значит, по лесу, встречаем Яевинна…
– Яевинн тоже здесь? – напрягся Лис, но Киаран пропустил его вопрос мимо ушей.
– … И он нам поведал милейшую песню о том, что великий Старый Лис помешался на человеческой женщине! – Йорвет оскалился. – Говорит: «Промолвил он мне, что за девку ту жизнь отдать готов!».
– Киаран, я… – хотел было оправдаться, но бывшему командиру Белок не позволили:
– Я не верил до тех пор, пока не увидел вас в окне! – голос эльфа медленно повышался, пальцы сжались в кулаки, а ноги повели его ближе к товарищу. – Объясни мне, Йорвет, что это значит?
– Это приказ Трандуила – не трогать её! – прорычал в ответ Лис. – И просьба Леголаса – охранять.
– Врёшь! – немедленно ответил Киаран, приблизившись на опасное расстояние к Йорвету. – Принц сказал, что дал тебе выбор! У этой твари уже есть защитник – Исенгрим!
