Текст книги "Мастер Рун. Книга 13 (СИ)"

Автор книги: Poul ezh

Соавторы: Артем Сластин
сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 18 страниц)

Глава 6

И после своих слов я вздрогнул, потому что система внезапно выдала мне увеличение навыка.

Навык повышен. Парный мост – 8.

Кажется, количество людей перевалило за определенное число, и мне поднялся навык. А как только татуировщики перейдут работать с новым пополнением, то я не удивлюсь, если быстро уже увижу десятку. А значит, и новый навык, который, возможно, позволит мне делать что-то более интересное с этой огромной массой людей, которая теперь доверилась мне и имеет мое клеймо.

Я повертел головой, прежде всего рассматривая людей, которые стояли рядом и молчали. И если я молчал хотя бы осознанно, потому что понимал, что вокруг происходит, то вот все остальные молчали, видимо, ошарашенные увиденным. Если честно, я их прекрасно понимал.

Один из бойцов, Рена, который был в отряде, вообще сел на землю, закрыл лицо руками и заплакал тихо и почти беззвучно. И никто его трогать не стал, и смеяться не стал. Да и вообще у половины отряда глаза тоже были подозрительно мокрые. Просто они стояли и делали вид, что все и так нормально. И я дал им это время, чтобы они пришли в себя, смогли надышаться и насмотреться. Ведь первое впечатление, оно действительно самое яркое. Это потом им этот мир надоест, а сейчас, нет. Сейчас это для них чудо.

Мне даже стало немного обидно, потому что для меня возвращение на большую землю в итоге оказалось не совсем тем, что я хотел. И я, по сути, занимался насущными проблемами, и это была одна из проблем, которую нужно было решить. Теперь можно поставить галочку возле нее и сказать, что она решена, и дальше заниматься делами, потому что за моей спиной сейчас несколько тысяч ртов, о которых нужно заботиться. И Яма, а также большая земля, это всего лишь один из факторов, которые в дальнейшем будут играть какую-либо роль. Я не могу просто взять и сделать шаг вперёд, отбрасывая всё за спиной. Теперь не могу.

А через минуту в тишине я заметил, как Корневики начали бледнеть. Все-таки этерный фон здесь был никакой, мягко говоря, и чувствовалось это очень хорошо, здесь после Ямы буквально было пусто. Особенно для людей, чьи тела с рождения пропитаны горьким корнем и настроены на сверхплотный грязный этерный фон Ямы. Здесь люди теряли энергию гораздо быстрее, чем ее получали и это довольно быстро должно было их убить. Очень хорошо, что я понимал это заранее и подготовился.

– Рен, раздай медальоны, – сказал я, доставая из сумки связку костяных дисков размером с серебряную монету. Эти двадцать штук были сделаны уже достаточно давно, когда стало понятно, что выход на поверхность случится в ближайшие дни.

– Это временная мера, – сказал я, обращаясь ко всем. – Медальоны рассчитаны на трое суток, а потом им нужна будет перезарядка. Кочевникам нельзя находиться здесь долго без адаптации. Ваши тела слишком привыкли к другой силе, и перенастроиться за один день они не смогут. На это понадобится неделя, а может быть, и месяцы. Так что пока носим медальоны и не геройствуем.

Корневики и на ярусах сектора чувствовали себя не сильно уютно по сравнению с поверхностью, но там хотя бы можно было жить. А вот здесь, да, без медальонов нам пока не обойтись. А вот Глубинщики и бывшие Осколки чувствовали себя просто превосходно. Они прямо на глазах расцветали, если можно было бы так выразиться. Гвоздо, который стоял неподалеку от меня, дышал глубоко и с таким удовольствием, будто его выпустили из тюрьмы. Собственно, так же, как и я, и это было, в общем-то, недалеко от истины. Его каналы, которые я восстанавливал перед тем, как совершить переход на новый уровень, теперь работали гораздо лучше. Но все равно работы, как и с Тарном, мне предстояло много.

Зато теперь, если их не загонять обратно, а оставить здесь, то пройдет год-полтора, и их каналы восстановятся самостоятельно настолько, насколько могут. А с учетом моих пилюль, которые сделал я и которые доработал алхимик, их восстановление будет быстрее и лучше.

Затем через портал запоздало шагнул Бабай, расталкивая всех. И я заметил, что на его перенос ушло более девяти тысяч единиц этера, что, в общем-то, было даже больше, чем я думал. Зверь, мне кажется, вырос еще как минимум на одну ладонь от того, что было, и очень скоро он уже догонит меня по росту, причем учитывая, что это рост в холке.

Перейдя на эту сторону, он нисколько не испугался портала, скорее испытывал любопытство о том, как это все работает. И здесь ему не сильно понравилось. Я заметил, что отсутствие энергии, ветер, сухая трава, а особенно холмистое пространство, которое тянулось до горизонта без единого дерева-исполина, были ему особо не интересны.

– Привыкай, – я хлопнул его по загривку. – Теперь мы тоже здесь будем жить.

Он фыркнул еще раз и, не обращая внимания на всех остальных, потрусил вниз по склону, изучая окрестности.

– Ладно, пора и делом заниматься. – Сказал я это громко, так что все слышали.

Первый шок действительно уже прошёл, все пришли в себя и собрались рядом. Мы вышли из пещеры и поднялись немного на возвышенность, чтобы осмотреться. Пейзаж, надо сказать, вокруг был скромный, только холмистая равнина, покрытая бурой серой травой, да редкие рощи низкорослых деревьев с узловатыми стволами.

Между холмами петлял небольшой ручей, почти пересохший и скорее угадывавшийся по полосе более тёмной земли. А на горизонте далеко угадывалась горная гряда. И на юго-востоке, в километрах десяти, наверное, от нас, поднимался тонкий столб дыма. Это был не костёр, слишком ровный, но это точно было связано с людьми.

Сейчас не было видно, что там находится, но разобраться с этим было нужно. Меня даже немножко огорчило, что люди оказались слишком близко. Это было не так удобно, как я бы хотел.

– Ну что скажешь? – спросил я Гвоздо.

Тот долго вглядывался в окрестности, потом отрицательно покачал головой.

– Нет, это не Кайро. Там ничего похожего. Да и не степь. Там ровно, как стол, ни одного холма. А здесь сухо.

– А горы? – Я кивнул в сторону горизонта.

– Ну, они могут быть Каменным хребтом, – сказал Гвоздо осторожно. – Но я видел его только с восточной стороны. Если это он, то мы, возможно, с западной или юго-западной, но я не уверен, мастер.

Быстрый опрос всех людей, кто был рожден за пределами ямы, привел к тому, что никто из них даже предположить не мог, что за местность, в которой мы находимся. Это мне тоже не нравилось.

– Гвоздо, – сказал я. – Вариантов собственно никаких нет. Возьми троих из Осколков, из тех, кто выглядит более-менее обычно, и пойдите к дыму. Нужно посмотреть, кто это такие, да разведать местность в округе.

– Лично лучше не общаться? – Задал тот вопрос.

– Да сложно сказать. – Я вообще не уверен в том, что поступаю сейчас правильно. – Но давай пока просто посмотрим, кто это такие. А если что, на контакт и общение пойдем уже завтра или через пару дней, когда уже немножко освоимся здесь и решим, что будем делать точно.

– Я с тобой полностью соглашусь. Потому что для них мы вообще непонятно кто. Местные территории, скорее всего, уже поделены между своими, и поэтому наше здесь появление в любом случае не самый хороший вариант для всех. Поэтому мы тихо осмотримся и сделаем, как ты попросил.

Практик собрал трех человек и ушел с ними вниз по склону, двигаясь быстро, но без суеты, так что через несколько минут фигуры растворились среди холмов. Я только чувствовал четыре равные точки, удаляющиеся на юго-восток. Остальной же отряд расположился в пещере. Уже после того, как все насмотрелись на окрестности, я предпочел не высовываться наружу, чтобы не попасть на глаза случайным наблюдателям, которыми запросто могли оказаться.

Место нашего выхода на самом деле оказалось достаточно удобным. Здесь был узкий вход, который легко было перекрыть несколькими бойцами, и каменный козырек сверху, защищающий от дождя, если он вообще здесь бывает. И плюс хороший обзор с возвышенности перед входом. Достаточно выставить дозоры, и к нам никто не подберется с этой стороны. А вот со стороны ямы все это выглядело очень интересно. Я специально попытался осмотреть, что там происходит, и понял, что, скорее всего, люди здесь не появляются.

Позади нас над тем, что называлось ямой, стояла черной пеленой огромнейшая туча, в которой сверкали молнии. Это было удивительно, потому что мы-то точно молний никаких не видели снизу, но здесь штормовая крышка вела себя совершенно иначе и тянулась она вверх на добрые километры. И даже визуально это говорило о том, что приближаться к ней, в принципе, не стоит.

Поэтому я думаю, сюда не только обычные смертные, но и практики особо не ходили, потому что делать здесь было нечего, тут только камни, смерть и выжженная поверхность, на которой до сих пор ничего не росло. Фактически место нашего выхода и обозначало ту точку, откуда и начинали появляться хоть какие-либо признаки жизни. Дальше, если смотреть нам за спину, не было ничего живого.

Кто бы ни строил этот аварийный туннель, он, очевидно, знал, куда нужно было его выводить, потому что иначе такое совпадение я объяснить не мог. То, что он был прокопан червем, это было очевидно, а вот то, что была задана определенная точка выхода, вот это и настораживало. Хотя, с другой стороны, может быть, это и была чистая случайность, тут было совершенно непонятно. Нужно срочно забираться в хранилище и изучать всю информацию, которая там есть, для того чтобы разобраться с историей города и с его возможностями. Может быть, я как раз и докопаюсь до момента с этим туннелем. Только всё упиралось мои возможности и время.

Практики вернулись уже через два часа. При этом к ним присоединился Бабай, и они спокойно и без спешки добрались обратно к нашей пещере.

– Там деревушка в километрах девяти на юго-востоке, – ответил Гвоздо. – Такая деревенька, не сильно крупная, тысяч на десять жителей, может быть, и чуть побольше. Стены из глинобитного кирпича и необработанного камня высотой, наверное, метра три. Они местами осыпались, так что не сказать, что здесь сильно заботятся о собственной безопасности. Вокруг куча полей, там пшеница, просо, что-то вроде бобов. Есть огороды, есть загоны для скота. Рядом ручей проходит, как раз который здесь мимо нас течет. Очень нищие места.

– Коз видели, – добавил один из Осколков, по имени Литви. – Я так давно не видел обычных животных, что удивился.

– Да, тут вообще всё обычно, – подтвердил Гвоздо. – Мы понаблюдали с холма, куча людей, никого похожего на воинов, несколько патрульных ополченцев и сторожей на стене. Все вооружены копьями да топорами, в общем, ничего серьёзного.

– Об архитектуре, может быть, что-то дома сказали? – спросил я, чтобы понять, что за местность, где мы находимся. – Не было ничего привычного взгляду.

– Мастер, такие глинобитные лачуги строят повсюду, независимо от того, под чьей рукой ты живешь, Небесного Императора или каких-нибудь Великих Драконов, разницы нет. Так что, возможно, это чье-то пограничье, но мы этого не узнаем, пока не пообщаемся с ними.

Нищие земли меня не сильно озадачивали. Скорее всего, и практики здесь не самые выдающиеся. Земля была действительно не самой лучшей для того, чтобы и обрабатывать её, и чтобы здесь росло что-то, помогающее в культивации. Даже в Великой долине или в том же Шэньлуне этер чувствовался гораздо лучше, чем здесь. Но, возможно, это нам сыграет и на руку.

– Что ты думаешь, мастер? Что дальше делаем? – Начал Гвоздо задавать вопросы.

Легко же сказать, что думаю. Вот как раз по этому поводу мне было очень сложно думать, потому что именно сейчас, в данную минуту, от моего решения зависело слишком многое. И торопиться мне, в общем-то, с одной стороны, было совершенно некуда, хотя все вокруг только и ждали, что я скажу.

Собственно, вариантов, если разобраться, у меня было всего лишь ровно два, и оба они мне не сильно нравились. Первый, конечно, был самый очевидный и, наверное, самый разумный. Мы сейчас тихо разворачиваемся и уходим обратно через портал, закрываем дверь и сидим внизу готовимся. Может быть, неделю, две или месяц. Разведываем местность по чуть-чуть, высылаем мелкие группы и собираем информацию, а уже потом мы уходим с полным пониманием того, куда мы попали и что нас ждет. Это звучит красиво, даже правильно и, как по мне, по-военному, наверное, грамотно. Клык бы точно одобрил, жаль я его с собой не взял. Да все бы одобрили, потому что это откровенно безопасно.

Мы ведь уже, по сути своей, наследили. И разведчики проходили к деревне, и Бабай бегал по окрестностям. Так что теперь здесь вокруг, на земле, везде есть наши следы. Да и наш портал, если честно, фонит этером, пусть и слабо. Но все равно, если здесь есть хоть один практик с серьезным чутьем, он рано или поздно заметит, что рядом с мертвой зоной Ямы появилось нечто новое. И тогда уже не мы придем к ним, а они придут к нам. А приходить к нам, когда мы не готовы, это не тот вариант и не тот расклад, который мне нравится из всех возможных.

Поэтому оставался простой вариант номер два. Он был грубее и проще. Нужно было идти прямо сейчас, взять с собой людей, подойти к деревне и просто поговорить. Узнать, где мы, кто здесь живет, кому принадлежит земля. Да, это было рискованно, но, если честно, я не очень-то верил, что деревня с глинобитными стенами и сторожами с копьями представит для нас серьезную угрозу. Точно не после Ямы, а также сражений с големами и Стражем.

В любом случае, какой бы вариант я ни выбрал, рано или поздно все равно нам придется выходить на контакт. Я изначально знал, что выход на поверхность в любом случае закончится конфликтом. Без этого никак иначе. У каждой земли здесь есть хозяин, и тот, кто сильнее, тот и правит. Поэтому других вариантов, собственно, я не видел. Конфликт неизбежен. Вопрос только в том, на чьих условиях он произойдет. И если на наших, когда мы выбираем время и место, то это хорошо. А вот если на чужих, когда нас застанут врасплох, то это было бы сильно плохо.

Люди тем временем терпеливо ждали, что я думаю и что скажу им, и молчали. Значит, пришла пора дать ответ.

– На самом деле вариантов у нас особо нет, – сказал я наконец. – Мы идем к деревне прямо сейчас.

Я сумел удивить всех Осколков и даже Рена.

– Мастер, может, все-таки сначала стоит…

– Никакого смысла в этом нет, – перебил я Гвоздо. – Если мы сейчас уйдем, то вернемся мы через неделю или через две, все равно принципиально ничего не изменится. Мы все равно будем стоять на этом же холме и смотреть на тот же дым. Только за это время они нас обнаружат, и тогда уже мы будем объясняться из позиции тех, кто спрятался, а я прятаться не собираюсь.

– Когда мне кажется, что нас слишком мало.

– Конечно, мало, – усмехнулся я. – Куда мы пойдем с двумя десятками против десятитысячной толпы? Нет, ребята, так дела я делать не собираюсь. Рен, отправляй гонцов назад. Пусть готовят две сотни бойцов. Дуба и остальных, всех бойцов сюда. Передай Клыку, пусть опустошит все склады с накопителями и зарядит их.

– Нам понадобится время где-то час, – сказал Рен и тут же кивнул двоим, которые быстро метнулись в портал. – Как-то я не готовил бойцов к бою.

– Да я как-то тоже не рассчитывал, если честно, – ответил я. – Но мы сделаем немного по-другому. Сейчас я, Гвоздо и восемь бойцов уйдем к деревне. Ты, Рен, занимаешься порталом и переправляешь сюда людей, полностью вооруженных, в доспехах. Накопителей должно хватить, я посчитал. Задача простая. Мне нужны наблюдатели, которые будут следить за нами возле деревни. Как только я подниму вверх правую руку, мне надо, чтобы на холме показались обе сотни бойцов, желательно построенные в две линии. И нужно, чтобы их очень хорошо увидели из деревни, понятно?

– Да, мастер, – кивнул Рен. – Всё понятно. Вот только Корневиков, наверное, брать не стоит, медальонов не хватит.

Молодец, он понял то, что пропустил я. Медальонов-то у меня всего два десятка, и это было очень фигово. У Горбуна уже должны были они производиться, но в каком количестве, я не знаю.

– Заодно и отправишь гонцов к Горбуну. В принципе, на складе тоже должно что-то уже валяться. Они должны были начать мелкую серию, так что вполне может быть, что Горбун успел что-то сделать. Но даже так, пусть будут Глубинщики, ничего страшного в этом я не вижу. Всё равно командуешь ты. Гарду можешь взять с собой.

На этом, собственно, все приказы и закончились. Рен остался ждать бойцов и немного нервничал. С одной стороны, я видел, что он хотел пойти со мной и поучаствовать в деле лично, но с другой стороны, у парня уже появилось чувство ответственности, и он прекрасно знал, что ему нужно делать. Поэтому я повернулся к довольно улыбающимся Осколкам и внимательно их осмотрел.

– Да, в таком виде вы совсем не похожи на благородных практиков, которые тихо и спокойно путешествуют по здешней местности, – улыбнулся я.

Тарн, до этого молчавший и вообще не встревавший в разговоры, ответил за всех.

– Если бы ты себя со стороны видел, мастер, то ты бы точно сказал, что это какой-то отчаянный головорез, который только что сошел с пиратского корабля, и не иначе. А мы как раз тебе под стать.

– Ну, значит, тогда мы отчаянные головорезы, – согласился я легко, – самое то для этого местечка.

– Бабай? – спросил Гвоздо покосившись на зверя, который в этот момент как раз вернулся из своего обхода и улегся у входа в пещеру.

Это был хороший вопрос. С одной стороны, Бабай сам по себе производил впечатление, которое сложно было назвать дружелюбным. Зверь размером с крупную лошадь, со шкурой, покрытой инеем, и глазами, в которых плещется холод. Да любой нормальный практик, увидев такое, побежит как можно дальше и будет абсолютно прав.

С другой стороны, оставлять его здесь мне тоже не хотелось. Все-таки Бабай был моими ушами и глазами, и, если что, моим самым надежным оружием. Через связь я чувствовал все, что чувствовал он, и в закоулках местности это было бесценно. Тем более что у меня сейчас нет Камня Бурь, который мог бы позволить мне оценить уровень опасности.

– Захочет, пойдет, – сказал я и задал вопрос другу.

Лохматый ответил, что, в принципе, не против, тем более что двуногих лысеньких обезьянок ему пугать нравится.

Гвоздо хмыкнул, но спорить, в принципе, не стал. И через десять минут мы были готовы, Я решил, что пусть нас будет полный десяток. Оружие никто особо не выставлял напоказ, но практически одинаковые доспехи на каждом говорили однозначно о том, что мы представляем собой серьезную силу, а не просто так сборище шатающихся и пришедших непонятно откуда бандюганов.

А затем через портал прошел первый десяток. Все-таки дисциплина у нас была неплохая, и люди достаточно быстро были готовы отреагировать на приказ, который пришел с другой стороны. И мы тут же спустились с холма и пошли на юго-восток, держась русла ручья. Идти было легко, земля под ногами была твердая и даже местами каменистая. Как они здесь держат поля, если не используют рунных мастеров для помощи, я даже не представляю. Во всяком случае, урожай должен быть откровенно никаким.

В некоторых местах я обратил внимание, что этерный фон очень неровный. Он был словно пятнами, и я чувствовал остаточные следы рунных структур где-то глубоко под землей. Видимо, это были остатки древней инфраструктуры из той же системы, что когда-то питали Аш-Китар.

Хотя если подумать, это было логично. Все-таки город был крупнейшей фабрикой конструктов на все известные земли, как мне рассказывала старуха. Такое производство не могло в принципе существовать в полнейшей изоляции. Ему нужны были дороги, линии снабжения, да и поселения вокруг. И все это, видимо, как раз и было разрушено вместе с городом три тысячи лет назад, когда Слеза Ока упала и уничтожила все в округе на тысячи километров. А люди, которые здесь живут сейчас, они, наверное, даже не подозревают, на чем стоят их дома. Для них это просто бедная земля с плохой почвой и достаточно скверным климатом. Ирония, конечно, выходила знатная.

До деревни действительно буквально час ходьбы в хорошем темпе. Сначала мы увидели длинные полосы обработанной земли, на которых торчали желтые стебли непонятных растений, а затем поднялись на пригорок, и я увидел сам город. Ну, как город, скорее большое поселение, обнесенное стеной. Хотя стена была именно такой, как описывал Гвоздо, в нескольких местах она осыпалась, и дыры были заложены вязанками хвороста. Ворота, которые я видел, были деревянные, окованные тонким железом, и стояли открытыми нараспашку.

Мне было совершенно непонятно, как они здесь, живя скученно в одном месте, выживают. Ведь если судить по меркам Земли, это большой город, а здесь, в мире Сферы, это считается маленькой деревенькой. Над стеной тем временем поднимались крыши домов, причем все они были в основном плоские, сделанные из той же глины, а в центре виднелось несколько более высоких строений, может быть, храм или какой-нибудь дом местного правителя.

Мы остановились только когда до ворот оставалось метров триста, на виду, но не слишком близко. И только тогда нас заметили. Один из сторожей на стене показал рукой в нашу сторону и крикнул кому-то внутри стены.

– Ну вот, – сказал Гвоздо негромко, – началось.

– Ничего еще не началось. Стойте здесь, я дальше пойду один.

– Мастер… – начал было Гвоздь.

– Один, – повторил я. – Толпа вооруженных мужиков, идущих к воротам – это целый отряд, а один человек – это переговорщик, так что разница здесь принципиальная. Если что-то пойдет не так, вы все увидите и успеете среагировать, не переживайте. Уж за себя-то точно могу постоять.

Дальше я пошел уже один обычным шагом, держа руки на виду, хотя мои доспехи ясно говорили о том, что я воин и иду явно с какой-то определенной целью. Я заметил, как вокруг зашевелились люди, начали забегать в ворота, и буквально вскоре ворота захлопнулись. Я даже услышал, как с той стороны упал засов. На стене появилось пять человек, и все с луками. Причем даже издалека было видно, что луки, мягко говоря, не впечатляющие, короткие, и скорее всего охотничьи.

– Стой! – проорал сторожевой, причем тот самый, который нас первый заметил. – Ты кто такой? Зачем идешь?

Он говорил на общем языке, но с немного странным акцентом, который мне был совершенно незнаком.

Я остановился в метрах тридцати от ворот, вытащил копье из пространственной сумки и стукнул им по земле.

– Я Корвин Андерс, глава секты Белого Духа. Я пришел поговорить с владельцем этого поселения. Если через пять минут я не увижу его перед собой, секта войдет в город.

Затем я высоко поднял правую руку и замер так на минуту, не оборачиваясь и лишь контролируя через навык, что Рен все сделал правильно, и сейчас за моей спиной появляются сотни бойцов в полной экипировке. Судя по тому, как со стены кто-то испуганно охнул, всё было сделано правильно.