Текст книги "Мастер Рун. Книга 13 (СИ)"

Автор книги: Poul ezh

Соавторы: Артем Сластин
сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 18 страниц)

Глава 12

Буря всё же пришла.

Со стороны Ямы, горизонт действительно начал очень быстро темнеть. Мы с Наирой вернулись обратно на башню, где начинался наш сегодняшний разговор, и какое-то время молча смотрели на полосу грязного серого цвета, которая росла на небе и постепенно распространялась дальше. Пока еще было далеко, до её прихода может быть оставался час, максимум полтора, но ветер уже гнал перед бурей песок и заставлял щуриться.

В городе тем временем тоже начиналась суета. Звонко застучали стальные трубы и Хельт объявил тревогу практически сразу, как только я ушел с пира. Его пьяный голос было слышно повсюду, орать он явно умел не хуже чем пить. Люди начали загонять скотину в сараи и закрывать ставни домов. По сути, это была их привычная работа, отточенная уже поколениями. Здесь каждый знал, куда им бежать и что нужно делать. При этом дети исчезли первыми, спрятавшись в глубоких подвалах, а на улицах оставались только мужчины, доделывающие последние необходимые дела.

– Гарнизон, может, тоже стоит отправить в ратушу и в укрытие? – спросила меня Наира.

– Нет, не стоит, – сказал я уверенно. – Хочешь сказать, что ты мне не доверяешь?

– Я не знаю, что нас точно ждет, поэтому я не могу с уверенностью ответить на этот вопрос, – ответила Наира.

Я кивнул на ближайший столб из железного дерева, торчащий из земли в тридцати шагах от башни, в которой мы находились. Всего таких столбов была вкопана почти сотня по всему периметру города, соединенные под землей лианами и тем самым образуя замкнутый контур.

– Когда буря дойдет до столбов, ты сама все увидишь.

– Я очень полагаюсь на тебя, – ответила Наира. – Но раз уж мы тут застряли и стоим как первоиспытатели, может быть, поговорим немного о другом деле?

– Слушай, мы разве сегодня с тобой не обсудили уже кучу дел? Мы с тобой каждый день обсуждаем какие-то дела, дела. Ты вообще не умеешь бездельничать?

– Если я буду бездельничать, я не буду лидером Осколков, – сказала она. – И хотя я понимаю, что клеймо дает мне возможность управлять моими людьми и без необходимости поддерживать определенную активность, но остановиться я не могу.

– Ладно, – махнул я рукой, приглашая её продолжить разговор. – Говори, что ты хочешь и что за дело.

За то время, пока я провел в городе, я очень плотно общался с Осколками, особенно с Наирой. И несмотря на то, что когда-то при нашем первом знакомстве у нас возникли друг к другу не самые приятные чувства и впечатления, в итоге я могу сказать, что я начал ее по-настоящему уважать. Как и многие из тех людей, которых я встретил в Яме, Наира выделялась достаточно серьезно среди более серой массы практиков, которую представляла из себя толпа попавших сюда людей. Качество, которое её отличало, это ярко выраженное чувство справедливости.

Она умела командовать, и это было очень важно, потому что явно в прошлой жизни она этим занималась достаточно серьезно, профессионально и долго. Может быть, мне повезло, что рядом со мной всегда оказывались достаточно хорошие люди, а не какие-нибудь гнилушки, которые бы обеспечили мне кучу проблем и неприятностей. Но я не видел в этом ничего особенного.

Сам мир практиков построен так, что люди вынуждены были что-то давать взамен, если им нужно было общаться, координировать совместные действия и идти к одной общей цели. Что, конечно, нисколько не умаляло право сильного, а наоборот, именно на фоне этого права возможность социализироваться, создавать крупные группы людей, подчиненных одной общей задаче, была очень важна. И в этом случае крысы, предатели или существа, склонные к анархии и хаосу, выбивались максимально быстро, потому что люди хотели выжить, а не получить проблемы на ровном месте.

Поэтому моё мнение о многих людях, окружающих меня, регулярно менялось, как и сами люди вокруг меня тоже менялись, потому что менялись обстоятельства и особенности нашего совместного выживания. Вот казалось бы, что тот же Горбун, который в свое время тоже неприветливо меня встретил, ворчал и вообще вел себя как редкий говнюк, в итоге оказался настолько полезным и преданным производственником, что я уже не представлял себе, что бы делал без него вообще, в принципе.

Он взял эту лямку, накинул на себя и нисколько не ворчал о том, что его нагружали всё больше и больше. Находил людей и возможности, исхитрялся, но продолжал делать всё на максимально высоком и качественном уровне, давая возможность усиливаться армии и всем тем, кто живёт рядом с ним. Правда, я еще не говорил с ним о том, что нужно увеличить производство досок железного дерева как минимум раз в десять, но уверен, что он максимум что сделает, это выругается сквозь зубы, а потом пойдёт и сделает.

Крепость уже превращалась в нечто похожее на невысокий, но очень толстый забор, и очень скоро нужно будет ставить перекрытия. А других вариантов, кроме как перекрытия из железного дерева, у нас, в принципе, не было. А если только представить, сколько нужно досок и бревен этого самого железного дерева, то тут можно было просто впасть в ступор, потому что нам придется пустить очень много леса на то, чтобы собрать внутри крепости несколько этажей подобных внутренней структуре Вейсхевена.

– Ты открыл в Яме уже целых две школы для рунников и алхимиков. Не хочешь открыть школу и здесь, в городе? – прервала мои мысли Наира. А я действительно что-то слишком отвлекся на свои мысли, пока она собиралась со словами.

– А? – спросил я у нее, не совсем понимая, что она имеет в виду. – Школы? А при чем здесь вообще школы?

– Я бы хотела как минимум пятерых из Осколков убрать с гарнизонной службы и перевести на другие должности, – терпеливо продолжила командир гарнизона. – Среди наших есть Дерек, он бывший храмовый писец. Был осужден за подделку храмовых документов и погорел при попытке ограбить казну храма. Он хитрый, но грамотный, и при том слишком слабый практик и полный профан в военном деле.

– Интересно, на самом деле я об этом совершенно не думал. – Наира действительно смогла меня озадачить.

– Просто весь город практически не умеет ни читать, ни писать. Мои ополченцы не могут прочитать приказ, который написан на доске, где я вешаю расписание караулов. А они стоят и таращатся на них, как бараны. Дерек может начать их учить. Если выделить помещение, он и детей может занять. И хотя бы через месяца три у меня будет достаточно грамотных людей, которых можно будет поставить и на склады, учет и, тем более, почтовую связь.

Наира была права. Я действительно об этом совершенно не думал. У меня руки просто не доходили, слишком много всего навалилось разом, крепость, создание полей, да и куча всего другого, что портило мне нервы тем, что оно необходимо ещё вчера.

Поэтому лично для меня, школа для смертных была чем-то, что точно можно было отложить, но, видимо, Наира смотрела на это иначе, с позиции человека, который каждый день сталкивается с тем, что его подчиненные не способны выполнить простейшую письменную инструкцию. В принципе, если это не отвлекает меня ни от каких дел, а все это будет лежать на плечах местного гарнизона, то я был бы совершенно не против, если они обучат хоть все население города грамоте и даже танцам с бубном.

– Слушай, я отдаю этот вопрос полностью в твою компетенцию. – Ответил я весьма довольный своим решением. – Если хочешь, хоть весь город научи, поставь в строй, делай все, что вздумается, только без лишнего насилия. Писцы и учётчики нам нужны. Сектор растёт, и без нормальной бюрократии и управления будет как без рук. Тем более когда мы выйдем за пределы одного города.

– Ты уже думаешь о других городах?

– Я слишком много о чем думаю, – усмехнулся я. – В том числе о том, что через несколько месяцев из пустыни сюда придет караван. А караван, это необходимая нам информация о тех землях, которые находятся за пределами этих проклятых пределов. Но давай пока не будем строить планы про всё на свете, займёмся пока делами из тех что рядом.

Я показал пальцем на приближающуюся бурю и на то, как опустел город за нашими спинами и Наира тяжело выдохнула, нервничая.

– Я надеюсь, башня выдержит наш вес.

– Всё нормально. Не переживай.

И хоть на словах я был уверен, некий внутренний мандраж оставался. Малюсенький, но всё же был, потому что та площадка, на которой мы находились, наверное, это было единственное место, где можно было стоять и не бояться, что она просядет под ногами от нашего собственного веса. Это было глинобитное убожество, как и все, из чего состоял остальной город. И я вообще не представлял, как можно было с этой башни отбиваться от нападающего противника. Но она нас выдерживала, находилась в нужной нам части света, и отсюда можно было смотреть на приближение бури.

Не прошло и пяти минут, как мы всё-таки дождались этого события. А началось всё с того, что земля под ногами завибрировала, а потом повысилось давление. И наконец прямо в стены города ударила стена дикого этера. Ударила только для того, чтобы практически сразу отступить от ярко вспыхнувших рунных столбов, которые зажглись все разом без моей команды и вообще без чьего-либо вмешательства. Рунные цепочки на них светились тусклым голубым светом, и между столбами поднялось настоящее марево, практически незаметное, как дрожание воздуха над раскалённым камнем в печи.

Барьер был создан автоматически и не пропустил бурю. Серая стена билась в невидимую преграду, разбивалась об рунную стену и обходила, обтекала город стороной, как вода. Лишь столбы гудели на низкой ноте, что мне не сильно нравилось, потому что звук был неприятный. Но этот звук был, в принципе, единственным звуком внутри периметра, который раздражал. Но при этом он выполнял главную функцию, защита работала и работала весьма успешно. Пока снаружи выл ветер и хлестала серая взвесь, земля за линией столбов была защищена максимально надежно.

Я протянул щуп к ближайшему столбу и начал считать расход этера и нагрузку, а также смотреть внимательно на распределение потоков. Сердце рун выводило эти данные прямо в моё сознание, и значения были вполне закономерными и неплохими. Потери на передаче между накопителями и столбами составляли не больше трех процентов, а сами накопители расходовались значительно медленнее, чем я изначально закладывал в эти расчеты. Так что при таком темпе заряда должно было хватить как минимум на десять часов непрерывной работы. А ведь буря, насколько я знал со слов местных, обычно длится не больше трех, максимум четырех часов.

– Это очень неприятное ощущение, – сказала наконец Наира, – стоять так близко к дикому этеру и не чувствовать от него угрозы. Ты невероятно силен как рунный мастер.

– То ли еще будет. Таких барьеров у нас скоро будет много. – пожал я плечами. – Если хочешь, можешь идти. Я останусь, мне нужно понять до конца, верны ли мои расчеты.

Но командир Осколков осталась со мной до конца, и мы вместе, молча перекидываясь буквально несколькими фразами, простояли все три часа, которые длилась буря. Я даже устал стоять, если честно. Надо было попросить поставить какой-нибудь стульчик.

А затем серая стена дикой энергии ушла дальше и растворилась за холмами. Столбы сами собой погасли так же одновременно, как и до этого зажглись. Гул исчез, и марево между столбами тоже сошло на нет. Я внимательно изучил столбы снова, пытаясь определить их целостность. Все было хорошо, накопители сохранили больше половины заряда, и рунные связки не имели никаких повреждений.

Успех успехом, но для меня лично это было скорее доказательством моего настоящего мастерства, потому что я смог просто на основе слов обычных людей и своего понимания происходящего создать настолько полноценно сильные рунные цепочки связей, которые помогли мне заранее подготовиться и просчитать все возможные осложнения и проблемы, которые могут возникнуть при постройке защитного барьера, и на основе этого создать настоящую стену, через которую буря не смогла пробиться. Так что здесь можно было действительно ставить себе огромнейший плюс в зачётку рунного мастера.

И, видимо, система посчитала точно так же.

Навык повышен. Путь Созидателя. – 9

Я был, мягко говоря, доволен. Девятый уровень, остался еще один шаг до десятого, новой специализации и, возможно, перехода на другой класс мастера рун. И все это было скорее накопительным эффектом, в котором была поставлена точка именно с помощью создания замкнутого и автономного контура, живущего своей жизнью.

По сути, это был первый мой артефакт, который больше не нуждался в мастере и поддержке, у него все было просчитано и заготовлено изначально именно на автоматическую работу. Он сам запасался необходимым количеством этера, сам автоматически включался при приближении бури и отключался по ее окончании. То есть, запустив рунную защиту, я мог спокойно покинуть это место и не возвращаться сюда как минимум ближайшие несколько сотен лет, потому что был вполне уверен в том, что барьер справится сам.

Удивительно было, конечно, то, что, разглядывая территорию, по которой прошлась буря, я не видел там буквально никаких изменений. Урожай по-прежнему был цел, рунные столбы, которые подпитывали поля, также не были разрушены или даже повреждены. Буря затрагивала только живых существ, что казалось мне, конечно, немножко странным, по идее, эта энергия должна уничтожать вообще все, что находится на ее пути.

Тем более что я знал, что буря, это не стихия. Она не рождается в атмосфере, как ураган или гроза на Земле. Наоборот, она исходит из земли, из тех самых разорванных энергетических артерий, которые когда-то питали Аш-Китар. Так что, по сути, это не было магией или проклятием богов, это был просто сбой в огромной системе, выброс энергии из поврежденной инфраструктуры. И мне бы хотелось добраться до этого места и попробовать его починить, потому что именно из-за того, что возникают эти бури, я и лишен возможности запитывать сектора города полноценной энергией. Жаль, что этой возможности я пока был лишён.

Эти странности постоянно накапливались и откладывались у меня в голове, создавая понимание, что не всё так просто в этом мире, как могло бы казаться. Магия это или технология – уже давно не являлось для меня вопросом. Я был уверен в том, что за всем этим стоит человеческий разум, который смог подчинить себе все законы природы и организовать всё так, чтобы это работало для определенных, и пока, совершенно непонятных мне целей.

– Пожалуй, на этом мы и закончим, – сказал я Наире и принялся собираться. – Передай Хельту, что я был рад поучаствовать в пиру, и если он не возьмется за ум, его наследник очень скоро окажется новым бургграфом.

– А не хочешь пройтись по улице и увидеть почитание и благодарность от местных жителей? Тем более что теперь ты выступаешь не просто в роли захватчика и благодетеля, обеспечивающего все население города едой, но еще и спасителя от бури, – ответила та. – Смотри, сколько у тебя новых титулов.

– Нет, спасибо, мне этого не надо. Если хочешь, можешь занять мое место. Главное, смотри, чтобы столбы никто не трогал, потому что если в одном месте произойдет потеря связей, то буря уничтожит весь город полностью. Да, и можно меня не провожать. Пойду один.

На этом будем считать, что моя командировка снаружи Ямы закончилась, и я торопился отправиться назад. Наконец-то я смогу поковыряться в хранилище данных спокойно и, возможно, даже найду необходимую мне информацию. Одна из основных проблем была в том, что это была моя уже третья попытка найти что-либо интересное в этом хранилище, и, к сожалению, все они завершались весьма неудачно по той простой причине, что никакого каталога у меня не было. Возможно, он был у царя Дариша и погиб вместе с ним. Поэтому мне приходилось буквально руками выбирать каменные пластины и изучать информацию, которая на них находилась. И они совсем, они вообще никогда не совпадали с тем, что мне было нужно, что меня изрядно печалило.

На стройке меня встретил сам Гвоздо, возле проема, который должен был в скором времени стать воротами. Бывший наемник выглядел немного усталым, но явно довольным. Во всяком случае, на лице его светилась улыбка.

– Мы даже работать не прекратили, мастер. Она как пришла, так и ушла. Бахнуло, конечно, громко. – коротко отчитался тот о буре тот, – Местные, конечно, вначале сильно испугались, пытались спрятаться, а когда увидели, что мы не боимся, остались с нами.

Это было хорошо, тем более что защитный контур в крепости был построен немного иначе, чем в городе. Здесь столбы из железного дерева были вмурованы прямо в каменную кладку на равных расстояниях друг от друга. А вместо лиан горького корня служили желоба, выдолбленные в камне и заполненные тем же самым корнем, только измельченным, и залитым сверху глиняным раствором. Пусть это и было грубее, чем в городе, но надежнее, потому что камень не сгниет и не сгорит, а желоба можно будет перезаполнить в любой момент.

Я прошел с щупом по ближайшим столбам и убедился, что все связки также здесь работают штатно. Да и расход этера здесь был гораздо ниже, чем в городе. Видимо, толстые каменные стены частично гасили ударную волну еще до того, как она добиралась до самих рун. Это было полезное наблюдение, которое стоило учесть при проектировании следующих укреплений.

– Погода теперь больше не подведёт, – сказал я, взглянув на строящиеся стены. – Я сейчас отзову с шестого яруса двадцать големов и отправлю их тебе на помощь. Они будут тебе подчиняться, можешь распределять их так, как тебе нужно. Ещё десяток отправлю на рудник, пусть копаются вместо крестьян.

– Мне кажется, люди будут их бояться гораздо больше, чем приближающейся бури, – сказал тот в ответ. – И мне нужны доски, мастер. Много и очень срочно.

– Я знаю, – ответил я. – Как раз сейчас пойду заниматься этим вопросом. А людей пока не используй. Пусть големы займутся сложными местами, с которыми не справляются местные. Я думаю, неделю-две они поработают, и я их уведу обратно. Если здесь появятся смертные, они же поубивают их всех. Поэтому будь аккуратен. Смерти при постройке мне точно не нужны.

Каменные вояки, как и каменные трудяги в одном лице, не должны были простаивать. Я хотел их запихнуть в любую дырку и проблемное место, чтобы использовать их труд на благо всего общества. И здесь как раз големы были нужны, потому что некоторые каменные выступы нужно было сравнять на стройке, и смертные люди и практики не могли с этим справиться достаточно быстро. А големам это ничего не стоило.

Но с другой стороны, мы изначально замахнулись на слишком огромную башню-крепость. Я, конечно, понимал размеры башен Вайсхейвена, для чего они были созданы, и ориентировался именно на неё и те же размеры, которые были мне уже знакомы. Но сейчас, мне приходили мысли о том, что можно было спокойно построить башню раза в два поменьше, и это бы даже было выгоднее и быстрее. Потому что материала на внутреннюю отделку, этажи, перегородки и прочее уходило столько, что цифры, которые предоставил мне Гвоздо, расписанные на листке, где он всё это тщательно и скрупулёзно высчитал, поражали воображение.

Полчаса мне потребовалось, чтобы обойти стройку по периметру, слушая в пол-уха о том, как мне Гвоздо рассказывает про ведущиеся работы. Затем вместе с ним отдельно отметить участки, которые были мне интересны и на которые нужно запускать големов в первую очередь. И уже после этого отправиться через портал обратно домой на четвертый ярус, где меня встретила привычная темнота и неожиданная свежесть местного воздуха.

Меня здесь явно не ждали, поэтому я спокойно кивнул стоящим возле портала охранникам, сообщил им куда направляюсь, чтобы не потеряли и направился в информационное хранилище, где собирался застрять как минимум на пару дней. А ведь то время, которое я провел на поверхности, я не прокачивал свои пассивные навыки, и это было не самым хорошим фактором, влияющим на мое развитие. Последняя стадия закалки органов так оставалась пока для меня достаточно далекой, не менее месяца предстоит провести в таких местах как хранилище, или кольца концентраторы, чтобы повысить скорость впитывания и работы тела.

В самом хранилище ничего не изменилось. В своё время я сам притащил сюда ещё два десятка светильников, которые хотя бы освещали зал полностью, показывая мне все эти тысячи каменных полок, уходящих ввысь ровными рядами. Во время прошлых своих визитов я действовал методом случайного перебора, то есть вытаскивал из абсолютно разных мест одну за другой пластины, чтобы найти что-то интересное. А дальше считывал с помощью сердца рун только верхние титульные слова, которые выступали чем-то вроде заголовков и, собственно, содержали в себе основную концепцию того, что находится в самих данных.

Чего тут только не было: от описания каких-то мелких ритуалов, кучи имен чиновников, даже отчетов о поставках разных товаров трехтысячелетней давности, списков должников. В общем, сплошная мертвая бюрократия давно умершего царства.

Сегодня я решил сменить тактику, и вместо того, чтобы брать пластины подряд с ближайших полок, я пошёл в самую глубину зала, выбрал себе определённый участок и начал работать непосредственно с ним. Ну а дальше дело уже шло практически автоматически. Я перебирал каменные пластины одну за другой, причем техника была достаточно простой, нужно было просто приложить руку, пропустить импульс этера через сердце рун, считать заголовок. Если заголовок казался интересным, отложить в сторону, если нет, вернуть на место.

Если подумать, то таким методом перебора мне понадобится всего лишь несколько лет, чтобы перебрать все эти десятки тысяч пластинок, которые здесь находились. Но искал я в основном все, что связано было с энергетическими центрами города, для того чтобы найти возможность получить достаточно энергии для того, чтобы обеспечить свой сектор. Как назло, ничего по этому поводу не попадалось. Продолжая последовательно перебирать дальше и отмечать места где уже смотрел, я неожиданно наткнулся на достаточно интересный заголовок.

Первые протоколы адаптации, преобразование энергетической структуры смертных, серия два.

– Ну, это хоть что-то полезное, – я тут же углубился в чтение.

Судя по той информации, которую я читал, Дариш умудрился разработать систему рунных кластеров и помещая в них обычных людей, он заставлял запускать энергетические контуры в их телах. Причем для этого были не нужны ни пилюли, ни долгие медитации, а только внешнее воздействие, которое заставляло тело адаптироваться к этеру и начинать его чувствовать, а уже затем постепенно открывать каналы.

Сам процесс занимал около месяца, что было, конечно, достаточно долго, но самое главное его отличие от всех других процессов, про которые знал лично я, это то, что он не требовал денег, особых тренировок или дорогих ингредиентов. Нужна была только замкнутая комната и несколько сложных рунных схем, составлявших из себя эдакую камеру пыток, в которой человек с минимальным количеством пищи и воды смог бы почувствовать в себе этер.

И Дариш не просто разработал систему преобразования, а вполне полноценно тестировал её на смертных, которых потом использовал для создания конструктов с душами-основами. Техника была отработана, но не задокументирована полностью. Точнее, я нашёл только вступительную часть. Явно он считал, что само знание по себе достаточно опасно, и лучше оставить его в виде разрозненных записей, доступных только посвящённым и обладателям полного каталога, чего у меня, опять же, не было.

– Хитрый ублюдок, – прошептал я. – Ты ведь явно боялся, что эти знания могут использовать против тебя. Сколько ты всего здесь вообще наворочал.

Но сама идея мне чрезвычайно понравилась, тем более что так или иначе вопрос о создании практиков и постоянном увеличении своей секты стоял перед нами достаточно остро, а чем больше практиков, тем сильнее секта, это очевидно.

И возможность создавать их, не пичкая дорогостоящими пилюлями меняла буквально всё.