Текст книги "Очень приятно, Демон! (СИ)"

Автор книги: Oren_i_shi

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 41 страниц)

Больше всего Нанами хочет знать, что происходит в голове этого демона. Неадекватное поведение пугает. Поковыряться б в его мозгах. То зол, как черт. То улыбается, как невинное дитя. В одном человеке уживается столько сущностей.

Оторвавшись от врага, Нанами окинула глазами толпу. Все напуганы, даже в самых сильных воинах-тэнгу виден страх. Джиро, бесстрашный вождь, не может ничего сделать, ведь боится за братьев. Хранитель, связанный её же приказом, не сможет защитить. Разбираться с этим демоном придётся одной. И от неё зависят судьбы всех присутствующих. Сейчас в их разговор никто не станет встревать. Никто не прервёт. Не помешает.

Выхода нет. Неспешными шагами богиня приближается к Кирихито. Сократив расстояние до пяти метров – останавливается. Сейчас их осталось двое. Он и она. Та, которую на дух не переносит. Тот, кого ненавидит всем сердцем. На поляне и правда стало жарко от такого накала противоположных энергий. Слишком много негатива витает вокруг, это место переполнено ненавистью.

Акира стоит прямо под ветками сакуры. Лёгкий ветер играет с его темными, как ночь волосами. На лице застыла лукавая ухмылка, особенно теперь, когда голову посетила чудная идея. Сейчас он так горд и доволен собой, что радуется как капризное дитя, которое вот-вот получит конфетку.

– Что тебе нужно? – спрашивает Нанами, не скрывая свою неприязнь.

– Слышал у тебя проблемы, богиня. – Небольшой шаг вперёд. – Со здоровьем кажется?

– Какое тебе до этого дело? – крепче сжала руки в кулачки, а глаза светятся от злости.

– Абсолютно никакого. – Равнодушно, с притворным безразличием. – Но видишь ли, так сложилось, что тебе кое-что нужно от меня. – А вот это уже интригует, поэтому зрачки в её глазах расширяются от удивления и непонимания. – И я, исключительно по доброте душевной, явился на выручку.

– С чего вдруг такое великодушие от самого ….от такого как ты? – Не надо вновь произносить его имя. Оно уже нагнало страх на всю деревню.

Уверенность переполняет Нанами. Уже не боится. Слишком поздно. Нет смысла. Максимум, что Акира может сделать – убить. Минимум – причинить боль. И почему-то слабо верилось, что он пришёл с благими намерениями. А этот приторно-сладкий тон выводил из себя. Раздражал до жути своей фальшью и язвительностью, которых было хоть отбавляй.

– Ты столько раз, как, неприятно это признавать, кидалась мне на помощь. Хоть она мне и даром не сдалась, и я об этом не просил, учитывая твою бесполезность, – и в этом весь он. – Вот я и решил отмыться от этого позора тем, что отдам тебе твои же подачки.

А вот это удар так удар. Задел за самое сокровенное. За то, что шло от души. Ведь помогала она ему от всего сердца. Бескорыстно. Как могла. Стараясь изо всех сил. Жертвуя спокойствием самого дорогого человека.

« Засранец!!! Какой же паршивый, заносчивый, засранец! – в Нанами всё кипит, как раскалённое масло, и крики возмущения просятся наружу. – Акира, гори в аду! Неблагодарная сволочь! Томоэ, чёрт, и зачем ты выпил то зелье!»

Все эти мысли и эмоции были написаны на лице девушки и читались как раскрытая книга. Выражение лица за секунду менялось пару раз. Исказилось от обиды и горечи. На радость Акиры, который, как лампочка на рождественской ёлке, светился от столь откровенно выраженной ненависти. Сколько удовольствия доставляет задевать за живое эту глупышку. Она казалась ему глупым щенком, который скулит всякий раз, как у него забирают косточку. Дурочка, и не догадывается, что колкие слова, это откровенная провокация. Поддаётся с лёгкостью.

– И что же ты можешь для меня сделать? – почти в буквальном смысле наступив себе на горло и проглотив злостную обиду, продолжила диалог Нанами.

– Я для тебя ничего не собираюсь делать. Вещь, которую ты так хочешь, у меня. Тебе надо, – он лукаво наклонил голову в левый бок, – так иди и забирай!

« О чём он? Не понимаю. Что задумал этот мерзавец?! И так уже взбесил меня, как мог….так нет же, не унимается, сволочь! Кровопийца!.. »

– Я не…. – « понимаю » утонуло на губах.

 – Жизнь так прекрасна, – как бы между прочим сказал Акира, сорвав розовый цветок вишни, что висел над головой, и покрутив между пальцев. – Ну что? – спросил он уже без шуток. – Ещё долго будешь там стоять и думать? У меня много дел. Больше навещать тебя не собираюсь. Поэтому решай быстрее – нужен я тебе или нет?

« Ублюдок!!! – понимание нахлынуло сразу, вызывая бурное негодование и очередной поток проклятий от возмущения. – Чёртов извращенец!!! Скотина!!!!!! Он заставляет меня…. Теперь я понимаю, почему Томоэ прикончил этого хитрого ёкая. Жаль, не добил!!!!..»

Как же Акиру забавляет этот её взгляд. Он будоражит. Заставляет кровь по венам бежать быстрее, а сердце радоваться и стучать чаще. Уничтожающий взгляд ненависти. Теперь всё правильно. Именно так и должно было быть, с самого начала, как он её встретил. Пусть ненавидит его. Пусть знает кто он. Пусть запомнит его таким! А не слабым и беспомощным, которого она вечно лезет спасать.

« А я и не знал, что можно так веселиться, не проливая крови. – подумал Акира. – Сейчас начнётся настоящая потеха…» – он уже в предвкушении затаил дыхание и наблюдает за своей жертвой, словно дикий лев.

Его глаза хитро заблестели.

– Как хочешь, Богиня, – бросил он безразлично, отступив ровно на шаг назад. – Оставайся жить с тэнгу…

Немного блефа нужно пустить в ход, чтоб ускорить развязку. Акира демонстративно разворачивается спиной. Делает небольшой шажок, потому что знает, далеко идти не придётся, и в подтверждение своей догадки, слышит встревоженный голосок.

– Постой!

Поворачивается к Нанами, но сам не подходит. Ждёт. Они всё ещё на расстоянии пяти метров, и кажется, девушка не решается оторваться с места.

– Зачем? – невинно спрашивает демон, состроив удивленную гримасу. Иногда и дурачка надо включить. Полезно. Особенно для чужих глаз.

Ещё немного. Ещё чуть-чуть.

Этот день на горе Курама запомнят надолго. Глаза пары сотен тэнгу направлены на них. Наблюдают за этой непонятной игрой. Даже Мидзуки не может разобраться где подвох. Мудрый Сиро стал слишком задумчив, пытаясь вникнуть в происходящее. Джиро и Курама с удивлением следят за всем этим представлением. Великий Акира-Оу и человеческая Богиня Земли. Что их вообще может связывать? Странный диалог этих двоих заинтриговал не на шутку. Затаив дыхание все терпеливо ждут развязки.

« Ну же, девочка…. Давай. Делай свой выбор… – а чёрное сердце внутри ликует от предвкушения насолить ненавистному врагу. – И ты, паршивый лис, узнаешь все свежие новости первым! »

Нанами колеблется. Делает первый нерешительный шаг в направлении своего врага.

« Чёрт, а как ни крути, мне и правда нужна жизнь. Иначе, я не смогу быть с Томоэ. Оберегать его. Заботиться. Любить. Я просто заберу свой дух у этого мерзавца. Позора, конечно, не оберусь. Но потом у меня будет возможность всё объяснить. Главное сейчас – остаться с Томоэ. Поэтому я сделаю это! »

Акира прочёл решение в её карих глазах. Злых. Обиженных. Оскорблённых. Но всё же в этот момент, особенно красивых. Потому что блестят не столько ненавистью, сколько смущением и неловкостью. А ещё больше покрасневшие щёки выдают волнение богини.

Дерзкая ухмылка и лукавый взгляд стесняют девушку и немного ослабляют решимость. Но не надолго. Позор позором, а Томоэ нужен больше. Ради него можно пойти на многое.

Маленькие изящные ножки ускоряют шаг. Расстояние сократилось до пары сантиметров. Теперь враг стоит перед ней. Всё ещё ухмыляется, будто кидает вызов. Всем видом показывает своё неверие. Ведь Акира сейчас и правда думает, что Нанами не осмелится. Просто не сможет из-за глупых моральных принципов. Тупого воспитания и, главное, своей никчёмной, возведённой в святыню, любви. Но недаром говорят – « блажен тот, кто верует ». Потому что все сомнения и напускное равнодушие демона разбиваются в пух и прах. Превращаются в руины. И лишь потому, что чувствует, как хрупкая девичья рука, холодная и слегка подрагивающая, ложится на шею, а вторая, будь она проклята, начинает притягивать голову к губам. Настойчиво. Уверенно приближая неизбежное. Беды не миновать.

И Акира понимает в этот момент, что летит к чёртовой матери в пропасть.

Тепло от девичьей руки заставляет сердце бешено колотиться. Чуть ли не выпрыгивать, проделывая огромную дыру в груди. И ни одна другая, никогда за долгую жизнь, не пробуждала такую бурю страстей, чувств и эмоций, что рвались из самых глубин. Поднимались, как бурлящая лава в вулкане, требуя вырваться на волю. Дыхание Нанами у самого лица, такое трепетное и волнительное, просачивается глубоко под кожу, вызывая прилив мурашек от макушки до самых пят. Это как чёртов, холодный душ.

Акира уже пожалел, что затеял такую опасную игру. Потому что понимает – сегодня ему не выиграть. Можно оттолкнуть оборзевшую девчонку. Наглую и самоуверенную. Можно. Но не тогда, когда она замирает в миллиметре от его губ. Когда его челка щекочет её маленький носик. Когда прямым взглядом ненависти проникает в самую душу. И почему она не боится так смотреть в его тёмно-багровые, почти как ночь, глаза. Почему пытается скрыть в своих волнение и ещё что-то непонятное, загадочное.

– Я только заберу свою жизнь, – шепчет Нанами у самых губ, настраивая себя на следующий волнительный шаг. К чёрту сомнение. Нужно просто отпустить себя. Потому что если не прикроет глаза, утонет в его прекрасном, багровом, растерянном взгляде. Который волнует больше, чем это пока легкое скольжение губ по губам.

Холодные. Мягкие. Непозволительно нежные, как лепестки роз, которые нещадно срезал демон в своём саду.

« Чёрт, забирай всё, что хочешь. Только уйди от меня. Отойди. Не смей трогать. Целовать. Так часто дышать…прижиматься к груди…….… »

Это творится только в голове Акиры, а тело не слушается, подчиняется порыву. Одна рука жадно притягивает тонкую талию, заставляя девушку чуть вздрогнуть от неожиданности. Другая – поглаживает пылающую от стыда и волнения щеку. Но Нанами не отстраняется. Ведь сейчас так приятно и, на удивление, спокойно. Поэтому продолжает целовать. Не может от него оторваться. Запускает руку в чёрные волосы и прижимает голову к себе.

Зачем так крепко?

Акира уже никуда не денется. Не сможет. Отдёргивая воротник его чёрной рубашки, кончиками пальцев поглаживает горячую как огонь кожу.

« Пусть чувствует!!! Бесчувственный засранец» – А это заговорило женское коварство. Месть – за унижение, которое сейчас испытывает. И за чёртово неправильное, пагубное удовольствие, от которого самой стыдно.

Но какими же сладкими кажутся губы ненавистного врага. Почему-то приятно так касаться его. И причины она знать не хочет. Просто прижимает к себе, чтоб чувствовать злое сердце своим. Оно есть. Нанами его слышит. Кажется, зовет её по имени. Каждый новый удар ощущает собственным телом. Богиня чувствует лёгкое головокружение от того, как крепкие руки Акиры обвились вокруг талии. Как в нетерпении поглаживают спину. Как мужественные пальцы нежно гладят лицо.

Божественная сила вновь возвращается к хозяйке. Акира ощутил лёгкую слабость, ведь она его покидает. Но, пока ещё есть время, крепче впивается в девичьи губы. Ненавистные. И как ни стыдно признавать – сейчас до боли желанные. Башню демона срывает полностью от испытанных в первый раз ощущений. Не думая, что делает, запускает свой язык ей в рот. Теперь это самый настоящий поцелуй, а не средство получить обратно свою жизнь.

Нанами хочет оттолкнуть наглеца. Отхлестать бы по щекам за дерзость. Но жизненная сила дурманит голову и оторваться от требовательных губ невозможно. Поэтому, со всей самоотверженностью, всё больше заключает Кирихито в свои объятья. Мнёт воротник его рубашки, крепко сжимая в кулачках, не соображая, зачем это делает. И отвечает на нескромную ласку. Касается его языка своим. Неумело, но со всей самоотдачей. Скользит ласково и слишком чувственно.

В полубезумстве демон почти стонет от бессилия. Попался, как глупый мальчик, в плен этой дурочки. Коварной обольстительницы. Той, кого презирает и не ставит ни во что. Кого считает мусором под своими ногами. Ведь она обычный человек, а он великий Акира-Оу. Ужас всего живого. Так почему сейчас ведёт себя как мальчишка-девственник, который слегка надкусил запретный плод и до сумасшествия желает получить всё остальное. Возможно, всё было бы не так паршиво, если б внизу живота не разливались эти странные ощущения. Если б в паху всё не ломило от ненавистного желания. И сам презирает себя за то, что сейчас творит. Причём на глазах свидетелей, о которых оба напрочь забыли.

Но это всё потом.

Сейчас только она.

Акира почти вжался в богиню всем телом. Но и этого мало. Поэтому слегка поддавшись вперёд, заставляет девушку прогнуться в спине и крепче прижаться к нему грудью, крепче обнимать себя за шею. Где-то демон понимает, что если ещё больше прогнётся вперёд, то опрокинет девушку на траву. А это точно сейчас не нужно.

Сознание демона шепчет « Остановись! Прекрати это делать, идиот! Убери свои лапы! Она же ничтожество. Человек. Прекрати сжимать её так. – Но на смену приходит другая. – Чёрт, её язычок такой горячий. Такой нежный. И ….только…. не отрывайся…. от меня….»

Воздуха уже не хватает. И пусть. Акире не надо дышать, когда он чувствует вот так её губы. Когда их языки сливаются воедино. Когда она сама ласкает его. Причём с таким отчаянным безумством. Она тоже уже почти задыхается, но только крепче цепляется в воротник его рубашки, прихватывая свободной рукой чёрные волосы на затылке.

Тело Нанами недвусмысленно реагирует на его нежность. Такую непривычную для них обоих. И богиня потерялась напрочь в нахлынувшем удовольствии. Ей стыдно это чувствовать и осознавать. Но успокаивает себя тем, что возвращает обратно свою жизнь. Ощущает, как она уже заструилась по венам бурным потоком. Поэтому то, что они оба горят в страстном пламени, ничего не значит. Нет никаких чувств, кроме желания жить. А эти пагубные ощущения происходят от того, что жизненная сила дурманит разум. Как ей, так и ему. Точно так же было и в прошлый раз. А вот это ложь. Потому что ещё никогда не происходило подобного. Но она необходима, как спасение от собственной совести.

« Что со мной творится?.. – думает Нанами, сплетаясь с его язычком. – Я падаю или взлетаю.…. Неважно! Я всё прекращу, как только последняя капля моей божественной силы вернётся »

Разумеется. Когда-то на это надеялся и Акира.

Яркий солнечный свет заливает поляну, освещая двоих под вековым деревом. Цветки сакуры опадают, образуя розовый дождь. Красивее зрелища не придумать. Словами не описать. Не изобразить на картине. Не вырезать на камне. Ветер на горе становится чуть сильнее, ещё больше срывая прекрасные вишнёвые лепестки. В медленном танце они то поднимаются в воздух, то плавно ложатся на землю. А двое безумцев не замечают этой красоты, слишком сильно поглощены друг другом. Это место переполнилось нежностью, ненавистью, желанием и безрассудством.

Безумный демон на столько тащится от её близости, что на его руках проступают когти от дикого возбуждения. Стараясь не причинить вреда девушке, сжимает руки в кулаки, лишь прихватив её одежду, и раня собственную плоть.

« Остановись!!! Прекрати болван! Ты уже почти всю силу отдал ей….»

Остановишься тут, когда её рука заходит за воротник и начинает поглаживать спину под рубашкой. Сознание полностью отказало. Остались одни животные инстинкты. Нанами не понимает, что творит. Желание почувствовать его горячее тело заглушает остатки стыда.

Поцелуй становятся ещё глубже. Ещё более развязным. Лижутся, как два сумасшедших перед толпой ошарашенных зрителей.

И когда Акира, окончательно забывшись, спускает руку ниже талии…

« Томоэээ…» – его имя прошибает голову.

Игра зашла слишком далеко. Но демон не может взять ситуацию под контроль. Надежда теперь только на неё.

Зато Нанами может.

Отстранившись, резко толкает демона в грудь. Сама отлетает в сторону на пару метров. Испугалась. Часто дышит. Теперь можно наполнить лёгкие тем, чего так долго не хватало. Лицо всё красное от нахлынувшего жара. Что за безудержное неистовое сумасшествие они творили. Наверное, проклятый демон чем-то одурманил. А вот это уже не справедливо. Потому что он тут ни при чём.

Оба безумца пытаются отдышаться. Наконец, они заметили, как много глаз направлены в их сторону. Ощущение, будто стоишь голым. Нанами мечтает провалиться сквозь землю. Акира же пытается успокоить нахлынувшее возбуждение. Поэтому не глядя в глаза богини, он задумчиво трёт переносицу, думая как выбраться из этого дерьма.

« Какой же ты болван!!! Мать моя демоница!!!»

Вид обоих говорит о недавнем сумасшествии. Волосы девушки растрёпаны. Канзаши, что украшала причёску, лежит на земле. Кимоно помято в области спины и талии, там, где крепко сжимал он. Щёки горят так, будто у Нанами жар. Дыхание слишком частое у обоих. Хочется переполнить лёгкие воздухом, которого так не хватало.

В целом вид Акиры походит на того, кто занимался чем-то неприличным. Лепестки сакуры запутаны во взъерошенных, как после урагана, волосах. Рубашка съехала на одно плечо, и как оказалось, не хватает пары пуговиц на воротнике. А губы перепачканы её красной помадой.

Нанами только теперь замечает, что они стоят в центре огненного круга. Своеобразный барьер, который откидывает любого, кто приблизится. Акира позаботился о том, чтоб не мешали. Хоть и сам не понял когда. Зря старался. Никто из тэнгу не думал их прерывать. Завороженные этим зрелищем жители горы стояли неподвижно. Вся эта картина повергла их в глубокий шок и оцепенение. Маленьким тэнго прикрыли глаза, а те, кто постарше, смотрели не отрываясь.

Нанами поискала глазами Мидзуки, думала увидит его осуждающий взгляд. Но змей был задумчив и серьёзен. Из всех он один понимал, почему Нанами так поступила. Поэтому только в нём она нашла поддержку.

Огненный круг исчезает. Никто не решается нарушить тишину. Двинуться с места. Акира был прав. Этот день станет легендой. Теперь тэнгу поняли, как много упускают без женщин.

« Какого чёрта на тебя нашло, Акира! Совсем мозгами двинулся. Жаль, не могу снести башку сам себе. Весельчак недоделанный ….Стоп, ведь она ….она тебя…. Она хотела…меня???»

Разум заволокло туманом от одной безумной мысли , унося за собой остатки былого равнодушия.

« Не придумывай. Это невозможно»

– Божественная сила у меня. Теперь можно идти к Томоэ.

Последняя мысль подтвердилась окончательно после этой фразы, заставив ещё больше почувствовать себя идиотом.

« Как долго я не слышал этого паршивого имени » – закипал внутри Акира. Но спасибо богине, она спустила его с небес на землю.

– Сестрёнка…. – послышался голос малыша Ботанмару, в отличие от своих маленьких братьев, он всё видел. – Как же теперь ты пойдёшь к лису если этот дядя лишил тебя невинности? – и он горько заплакал. Утирая горячие слёзки кулачками.

« Чегооооо???!!!! – девичье достоинство растоптано окончательно. – Определённо сегодня самый худший день в моей жизни!!! И всё из-за этого поганца Акиры. Скотина! Прохвост! Озабоченный маньяк-извращенец. А я то думала, что хуже быть не может….от такого позора не отмоешься»

А вот Акиру слова малыша повеселили, он первый раз пропитался искренней симпатией к тэнго.

– Так это ты, крысёныш, забрал божественную силу моей хозяйки! – зашипел Мидзуки, догадавшись обо всём первым. И одновременно прояснив ситуацию для остальных.

– Рот закрыл! – раздраженно сказал Кирихито. – Скажи спасибо, что я их отдал! Могу и обратно забрать!

Усилием воли хранитель подавил в себе желание сожрать его заживо. Испугался, что демон исполнит свою угрозу. Такому раз плюнуть это сделать, лишь бы повод был. И на этот раз, забирая силу, он точно обесчестит хозяйку по-настоящему, на глазах у всех.

Пошарив в карманах брюк, Акира нащупал небольшое зеркальце. Кинул предмет к ногам смущённой девушки.

– Держи, – равнодушно. – Заработала. – а это низко, даже для него.

Последнее слово бьёт по достоинству. По девичьей гордости. Глаза Нанами широко распахнуты. Смотрят на него, пытаясь отыскать человечность. Минуту назад её будто целовал абсолютно другой человек. Нежный. Ласковый. Осторожный. Не просто отдавал украденное, а именно целовал. Так жарко. Желанно. Со всей демонической страстью. Ласкал своей удивительной чувственностью. А теперь злодей вновь вернулся. Опять этот тёмный, мрачный взгляд. Холодность, способная заморозить всё вокруг. Напыщенность и безграничное высокомерие.

От унижения и обиды к глазам подступают слёзы. Почему он смешал её с грязью. Он прекрасно знал, каким способом забирают божественную энергию. Поэтому и явился посмеяться над ней. Чтоб она сделала это на глазах у всех. Чтоб все посчитали её распущенной. Чтоб всё это дошло до Томоэ.

Акира стоит. Не уходит. Видит, её глаза полны слёз, и она из последних сил старается не дать им волю. И, чёрт побери, первый раз в жизни демону стыдно за свой поступок. А ещё стыдно потому, что стыдно за такую ерунду. Поэтому и не двигается с места, будто прирос. Смотрит на неё. Прощения просить не умеет. Даже если бы умел, не стал.

– Уходи, Акира, – эти слова выстраданы. – Мне не хватит слов, чтоб описать, как сильно я тебя ненавижу. – Это говорит не Нанами, это кричит её сердце, растоптанное девичье достоинство.

Спасибо!

За эту ненависть.

Пока она есть, он может оставаться собой!

Демонстративно Акира стирает рукавом рубашки её помаду со своих губ.

– Если так, то какого чёрта перепачкала меня своей грязью, человечишко?!

Бьёт на поражение! Намеренно причиняет боль. И пусть! Заслужила. Целовала его, а думала о проклятом лисе. Это до жути задевает. В груди просыпается неистовая ярость, и готов крушить всё вокруг.

– Ублюдок!!! – будто гром ударил, это кричал Джиро. – Долго я терпел твои выходки. Ты пришёл сюда опорочить эту деву!!!!! И за неё я сам снесу тебе башку!!!

« Так он втюрился в неё!!!!! – мелькает в голове демона»

Спасибо третьему главе тэнгу за приглашение сорвать кипящую злость.

– Ну-ну, тупоголовый. Не стоит так злиться, – нарочито спокойным тоном сказал Акира. – И я б сам отдал тебе эту дурочку, да только она накинулась на меня как кошка. Даже отбиться не мог. Что поделать, если меня желают больше…

– Она желает только своего лиса, идиот! – Джиро тоже мастер бить словом, когда злость пропитывает каждый сантиметр кожи. – Представила его на твоём месте, чтоб было не так противно забрать свою жизнь.

Зря. Очень зря. Демона задели за живое. За раздутое эго и нереальных масштабов самолюбие.

– Ты нарвался, толстожопый! – выплюнул Акира из себя.

О и это дикая правда.

Слишком много нежности – это яд, а жестокость – это лекарство! И сейчас оно излечит демона от пагубного недуга, которым заразила богиня земли.

Умелый замах руки, и бо-сюрикэн с молниеносной скоростью ударился в плечо Джиро. Он проткнул его насквозь и пригвоздил к дереву сакуры.

– Джиро!!! – вскрикнула Нанами.

Веселье понеслось. Почти все тэнгу разом кинулись на демона. Страх ушел на второй план, когда их правителя ранили. Началось настоящее побоище, эпицентром которого выступал Акира.

Нанами задрожала всем телом. Сама удивилась, но стало страшно за жизнь этого проклятого извращенца. Пусть он совершенно невыносим. Соткан из жестокости и высокомерия, но сердце вздрагивает при каждом крике, доносящимся из толпы, опасаясь, что это его. Она понимает, что Акира сейчас один, а против него сотни солдат. Хорошо обученных. Знающих своё дело на отлично, ведь их учитель – лучший воин всех времен – Джиро. И теперь душа обливается слезами от желания пробиться сквозь толпу и спасти его. Увести подальше. Прекратить это побоище и бессмысленные жертвы. И главное, сохранить его жизнь, которая оказалась слишком важной для неё. Да, она не перестаёт ненавидеть Акиру. Презирает всем сердцем. Но смерти ему не желает. Более того, душа сжимается в клубочек от одной мысли, что он тут погибнет. В паре метрах от неё.

Небо стало багровым, как кровь, которая успела окрасить поляну. Этой страшной горячей алой жидкости слишком много. Укрывает землю, словно шёлковый ковёр. И воздух уже успел смешаться с запахам ржавого железа.

Свистящий звук скрещивающихся лезвий резал слух. Крики боли и ужаса разрывали тишину на части. Акира же доволен происходящим как никогда. Потому, что сражаясь не думает о том, как сильно наложал. Не думает о своём поражении. Не в этой битве. Сейчас он пустил в ход своё новое оружие: две заточенных, как иглы, катаны. Чувствует приятную усталость в мышцах, сражаясь как дикий лев. Без особых усилий раскидал всех, кто на него накинулся, оставляя на память след от своих острых, как лезвие ,мечей.

А в борьбе он беспощаден. Быстрый – как молния, жалит – как кобра, непредсказуем – как стихийное бедствие. Даже количеством жители горы не могут его сломить или хотя бы слегка ранить. Ни их ежедневные тренировки, ни их вера в победу им не помогают против такого врага, как Кровавый король.

« А где эта идиотка? » – мелькнуло вдруг на секунду.

Стоило подумать об этом как, Акиру прошибла боль от вонзившегося в бок лезвия. В следующую секунду он еле уклонился от меча, который летел прямо в голову. Не совсем успел: висок слегка поранен, и горячая кровь, заливающая глаз, ослабляет видимость.

« Проклятый Джиро!»

Не зря его называют великим воином. Он единственный, кто смог зацепить Акиру, причём дважды, причём, будучи раненным.

Тем хуже для него, пощады теперь не будет.

Тэнгу, что бегут на помощь своему вождю, грубо толкают девушку в разные стороны. Кто-то уже сшиб её с ног. Лёжа на земле Нанами хватает зеркало, которое с грубыми, унизительными словами, кинул ей Акира.

« Почему всё это длится так долго? Он ещё жив?.....Кирихито… » – она неосознанно прижимает зеркало к груди, как память о нём. Оплакивает его как человека, до сих пор не сознавая, что теперь он ёкай. По щекам текут слёзы от собственного бессилия. И ведь хочет ринуться за ним в толпу, ведь богиня должна спасать людей. Особенно таких, как Кирихито. Одиноких.

Наверно он заслуживает смерти.

Если сейчас его не убьют, он погубит многих.

А ведь обещал ей никого не трогать.

« Обманщик…зачем ты это сделал….»

Пока, сидя на траве, Нанами обливается горькими слезами, уже почти похоронив демона, Джиро самоотверженно сражается с Акирой, отступая в её сторону. Перед лицом богини уже мелькают алые от крови мечи. Чем усугубляют и без того ничем не скрытый ужас в её глазах.

Мидзуки подлетает внезапно и хватает Нанами на руки, кто-то его толкает и он падает вместе с богиней на землю. Сильно ушиб локоть, а девушка голову. Но времени на комфортный отдых не остается. Толпа сгущается прямо над ними. Чтобы избежать участи быть растоптанным, хранитель поднимается, прихватив и госпожу.

– Курамаа, держи!

Нанами не поняла, как она очутилась в воздухе. Змей кинул её куда-то в толпу, словно футбольный мячик. Негодование по поводу такого обращения к себе сменяется на благодарность. Потому что в полёте замечает его. Жестокого, беспощадного убийцу. Акира сражается как истинный демон. Нет! Как лучший из них. Неужели вообще возможно так биться. Не зная устали. Не взирая на боль. Ведь она увидела, что он ранен, а с виска бежит кровь, заливая часть лица.

« Кирихито….»

Он заметил её. Улыбнулся. Нагло. Дерзко. Самоуверенно. При этом успев отразить чьи-то мощные удары со спины, а затем и сбоку. Один сражается против сотни, и никто к нему толком не может подступиться, чтоб нанести финальный удар. Джиро пытается. Ровно до тех пор, как чёрное крыло падает мёртвым грузом на землю, орошая её очередной порцией горячей алой жидкости. « Что за мерзавец! Проклятый убийца!.. » – только сердце предательски радуется тому, что он до сих пор жив.

Девушку ловят чьи-то крепкие руки.

– Курама, уводи её отсюда!!! – кричит Мидзуки откуда-то из толпы.

И вот чёрные крылья поднимаются в воздух. Нанами крепко обхватила шею одноклассника.

– Не ранена? На тебе кровь. – его дыхание слишком частое, будто пробежал кросс.

– Нет. Курама, мы не можем улететь вот так. Тут нужна помощь?

– Помощь понадобится этому мальчишке! – будто прочёл мысли Нанами тэнгу. – О гробе для него позаботится мой брат и Мидзуки. Летим в Изумо.

***

Ночь успела опуститься на землю, когда Курама и Нанами добрались до Изумо. Тэнгу очень устал, ведь будучи раненным в битве, он несколько часов летел с Нанами на руках. Переступив порог дворца Оокунинуши, обессиленный Курама упал на колени, а затем и на пол, придавив телом Нанами.

– Курама, очнись! – слёзно умоляла богиня, тряся тэнгу за плечо.

Все боги, находящиеся в зале, подбежали к ним.

– Красавчик, что ж с тобой случилось? – обеспокоено спрашивал Отохико, помогая Кураме подняться.

Пару слуг подбежали на помощь и унесли раненного в лазарет. Следом за ними последовал Мамору-ногами. Вид нежданных гостей был настолько жалок, что несмотря на жадность, он решил приготовить свой знаменитый персиковый эликсир совершенно бесплатно.

– Нанами-тян, вся твоя одежда в крови! – прижав руку ко рту, воскликнула богиня Инамо.

 – Покажи мне, слабая женщина, ублюдка, что на вас напал, и он падёт от моей руки! – это был Икусагами.

Бога войны хлебом не корми, дай подраться.

Поднявшись наконец с пола, она увидела его. Белый лис только переступил порог зала вместе с Микаге. В его глазах она прочла смятение и страх.

– Томоэээээээээээээ!!!!

Нанами кинулась обнимать своё самое бесценное сокровище. Теперь она в полной мере дала волю слезам. Бояться больше нечего. Он рядом. Она под его защитой.

Микаге нежно похлопывал её по спине, пытаясь утешить. Томоэ же был смирным как никогда. Она сжимала его в своих объятьях. Хотела разделить с ним свой ужас и невысказанную боль.

Отохико прослезился. Его тронула эта душещипательная сцена.

– Прекрати так обнимать лиса. Сердце разрывается. – Он решил подойти ближе и тоже утешить богиню, как вдруг наступил на что-то блестящее.

Белый пар вырвался из зеркала, которое растоптал неуклюжий Отохико.

– Это же мое зеркало! – воскликнула Нанами.

Стоило его разбить, как через секунду перед ними предстал глава совета всех богов – Оокунинуши.

– Оокунинуши!!! – завопил Отохико и кинулся его обнимать. – Вот где ты был всё это время! Проказник!

Пока Отохико тёрся об его лицо щекой, бог предпринимал отчаянные, но довольно тщетные попытки отбиться.

Весь зал ахнул при виде бога. Собственно все тут столпились только из-за него. Придумывали план по спасению.

– Ну, будет тебе, Отохико. Отпусти его.

– Спасибо тебе, Ми....каге, – кряхтя сказал Оокунинуши. – В дар за это получишь лучшее саке. Богиня, почему ты не потёрла зеркало? Я так устал в нём сидеть.