Текст книги "Очень приятно, Демон! (СИ)"

Автор книги: Oren_i_shi

сообщить о нарушении

Текущая страница: 20 (всего у книги 41 страниц)

– Ты обидел эту девушку не заслуженно. Прекрати издеваться над ней.

– Ты что ее адвокат? Каяко не жалуется – он взглянул на брюнетку – Правда, Каяко?

– Да Кирихито. Все хорошо. Прости...

– Молчи, Каяко. – Нанами повернулась к ней. Злится на безвольную девушку – Сколько еще ты намерена терпеть такое скотское обращение? Ты человек, а не животное.

– А может она животное? – ехидно подметил Акира – Преданная мне дворняга.

– Как тебе не стыдно? Кирихито? – вновь закипает Нанами. – Ты что вообще не понимаешь, как унижаешь ее? Что ты себе позволяешь? Неужели в тебе нет элементарной жалости?

– Жалость? – улыбнулся он, обнажив белоснежные зубы – Нет. Не слышал. – покачал головой в разные стороны.

– Ты просто самодовольный, высокомерный чурбан! Сколько еще она будет страдать из-за тебя? Сколько еще боли ты намерен ей причинить? Вместо того чтоб извинится и постараться облегчить ее страдания ты ведешь себя, как бессовестный!

– Вот как? – Акира переменился в лице. « Держись богиня, тебе же будет хуже ». Кажется Нанами поняла это, по недоброму взгляду, который он старался прикрыть хитрой улыбкой – Что ж, наверно ты права.

Оглушил.

Каяко чуть в обморок не упала. Благо сзади, стена подпирала. Нанами опустил скрещенные до этого на груди руки, плетьми вдоль тела.

– Чего? – удивленно спросила богиня. « Что еще задумал этот мерзавец ».

– Конечно с извинениями, ты загнула. Лучше убью вас обеих, чем стану это делать. Но в одном все-таки, смогу помочь. Например, облегчить ее страдания.

« Вот так! Поиграем... Держись дура. Все будем по моим правилам, потому что я так хочу! И я здесь решаю. »

– Кирихито, о чем ты? – Нанами прищурилась, будто это поможет разгадать, что творится в его злобной голове.

– Каяко, – демон повернулся к ошеломленной девушке и протянул ей руку – Иди ко мне – сладким тоном сказал он.

Сердце Нанами, за одну секунду успело упасть в пятки и дойти обратно, остановившись где-то между горлом.

« Что за хрень он творит? Что задумал этот дурашка?»

Но Акира как раз очень умный. А уж в хитрости, даже Мамору-ногами с ним не тягаться. Потому что решил ударить невидимым оружием, по самому больному. По сердцу, Нанами. Ведь у него отличная память, и от того прекрасно помнит, как она ревновала его к ней. Правда в тот раз Нанами была одержима из-за яда. Вот и проверить ее реакцию на свежую голову, ничем не одурманенную.

Каяко не заставила себя долго ждать. Послушно подошла к предмету, своего бесконечного обожания и поклонения. Вложила свою ручку в его крепкую, горячую ладонь, не отрывая влюбленных, голубых глаз.

Резко демон притянул девушку к себе, развернувшись боком к ошарашенной Нанами. Убрал локон черных волос, что падал на лицо голубоглазки. Приобняв за тонкую талию, впился страстным поцелуем. В действительности Акире, просто не терпелось покончить с брюнеткой. Целовать ее было омерзительно и от того, он решил сделать это по-быстрому. Но Нанами поняла всю картину по своему. Решила, что в этот поцелуй, он вложил всю свою демоническую страсть и желание.

Стоя в шаге от них, Нанами наблюдала, как Каяко томно выдохнула, и крепче прижалась к его губам. До этого момента богиня была уверенна – жестокость и насилие ей несвойственны. Но сейчас, когда видит их вдвоем, хочется наброситься и убить обоих. Особенно демона, который за секунду разорвал душу на куски, а сердце... просто растоптал.

Нанами хотелось испариться, исчезнуть, пропасть, никогда не рождаться. Чтобы только не видеть, как он сливается в поцелуе с другой. Ощущение, что в нее выстрелили из дробовика, оставив в груди огромную, черную дыру. Даже к Томоэ, она никогда не чувствовала подобного. Обиду и боль – конечно. Но не желание загрызть его и соперницу собственными зубами, как хищная пантера.

Поцелуй и одновременно пытка длился не более 20 секунд. А для богини прошла уже целая вечность. И когда Каяко позволила себе коснуться обнаженной груди Кирихито, Нанами дернулась к ним на встречу, и тут же замерла, сделав лишь шаг.

Все.

Невыносимо.

Нанами окончательно сломалась. Акира доведет ее до убийства. Слишком больно видеть его с ней. Слишком больно находится в этой комнате и выносить поганую нежность. Пусть оба горят в аду. А она сбежит, чтоб не натворить бед. Пока еще не придушила Каяко, собственными руками за то, что посмела трогать самого любимого врага.

Спиной, не отрывая от них взгляда, Нанами быстро попятилась к двери. Задела стоявший позади столик и хрустальная ваза, пошатнувшись, разбилась вдребезги. В попытках поймать ее, Нанами поранила руки осколками. Плевать. Ведь эта боль ни что в сравнении с тем, что творилось внутри.

Акира моментально оторвался от брюнетки. Оттолкнул ее грубо в сторону, и посмотрел на Нанами. Та уставилась на него, поднявшись с пола. Ее глаза округлились и стали похожи на две монеты, настораживало только то, что из них катились крупные слезы. Лицо выглядело абсолютно безмятежным. А по рукам стекала кровь.

– Нанами... – удивленно сказала Каяко, заметив слезы на ее глазах.

Но та уже не слушала. Пустилась из комнаты наутек. Бежала к лестнице так, будто от этого зависела ее жизнь. Будто за ней гнался маньяк убийца. Неслась, как тайфун к ступенькам, а затем бежала по ним вниз, к двери. Подальше от него.

Трое екаев, что сидели в гостиной заметили, как богиня несется сломя голову, вся в слезах. Через пару секунд, за ней вылетает господин. Кажется, от злости у него из ноздрей пар валит.

Акира решил сократить путь. Ловко перепрыгнув через деревянные перила, приземлился на первый этаж. К этому времени ножка богини уже распрощалась с последней ступенькой, и она очутилась на небольшом расстоянии от обидчика.

Опередил.

Стоит перед ней, пытаясь выровнять дыхание. А Нанами мысленно прикидывает шансы добежать до двери, которая в шагах пяти, не меньше.

– Девушка с шарфом, ты не слышала анекдот о том, как глупая черепашка, пытался удрать от царя зверей? – а дыхание сбивается от быстрого бега, но больше от волнения.

Вопрос, оставшийся без ответа. В следующую секунду Нанами рванула к двери, но Акира бегал гораздо быстрее. Девушка была вынуждена забежать за диван, на котором и сидели, трое ошарашенных всем происходящим слуг. За их спиной, стоит богиня. Спереди, разъяренный господин.

– Я хочу уйти. – отчеканила Нанами холодно, прячась за необходимой преградой.

– Уйдешь, когда я позволю – сказал, как отрезал.

Нечего рыпаться, когда находишься в его доме. Рывок в ее сторону. Акира ловко перепрыгнул через слуг, за диван, где пряталась богиня. Реакция у Нанами не плохая, быстренько перебежала вперед, не имея желания быть пойманной. Иначе точно задушит этого наглого, самоуверенного, извращенца. Сейчас она не себя спасает от него, а его спасает от себя. Потому, что готова прибить похотливого ублюдка, который так больно ранил. Который вытер ноги об ее чувства... об ее скрытую любовь.

– Мне не нужно твое разрешение! Наглый, лживый и бессовестный тип! Иди и указывай Каяко, а мне нечего! – сорвалась на крик.

« Наглый и бессовестный – соглашусь. Только с чего вдруг лживый? Я тебе ничего не обещал идиотка...» – думает про себя демон, хмуря брови от неприятной критики.

Нанами резко кидается к двери, и Акира вновь перепрыгивая через кучу проклятой мебели. Плевать на слуг, у которых глаза на выкате, главное поймать эту дуру и прекратить весь этот бедлам. Нанами не удалось сбежать, Акира настиг ее возле журнального столика, и грубо повалил на ковер. Она сильно ушибла локоть и кажется, будет синяк на ноге. Зато демон любезно придержал ее головку, чего доброго последние мозги отшибет, а их и так мало.

Слуги подскочили и отошли к ступенькам от греха подальше.

Каяко уже успела спуститься вниз и смотрела, как Акира играет с Нанами в догонялки по всей гостиной, что было вовсе, не в его стиле. Слушала слова богини и не верила собственным ушам. А теперь еще Акира сидит верхом, на возлюбленной Томоэ, пока та выдергивается, как бешенная.

– Пусти меня, мерзавец!!! – орет богиня, вырываясь из его рук.

– Закрой рот, я сказал!!! Хватит! – не помогает.

– Отпусти меня!!!

Демон сидит сверху на богине и прижимает ее руки к полу, как и тело. Уже вспотел от усилий и напряжения. Контроль еще не утерял, раз до сих пор ничего ей не сломал и не вывихнул.

 – Не смей касаться меня после нее! Понял? Не смей!

Нанами сама себя не узнает. Ярость и горечь обиды, накрыли ее словно цунами. Не отдает себе отчета в том, что раскрывает себя полностью. Обнажает скрытые под толщей убеждений и ненависти чувства, перед ним и перед остальными. И пусть. Гори все огнем. Сейчас внутри полный хаос. Эмоциональном беспорядок, вселенских масштабов. И виноват в этом Акира-Оу. Разодрал внутри сердце, своими когтями. Поэтому богине плевать на все, кроме картинки, что отпечаталась в мозгу, где проклятый демон целует другую.

Акира ощущает как ее тело елозится под ним. Ходит ходуном, пытаясь сбросить груз. Борется как разъяренная фурия. Кажется, в нее сам дьявол вселился. Один поцелуй, убил добрую и отзывчивую богиню, превратив в мегеру. Она захлебывается от ревности и обиды. Поэтому противница жестокости и насилия, готова задушить Акиру голыми руками.

– Да угомонись, твою мать уже!!! Ненормальная! – орет вне себя Акира. Когда он затеял эту игру, рассчитывал вызвать в ней неприятные чувства. И увидеть, хоть какую-то реакцию. Разумеется негативную. Но никак не предвидел, что Нанами слетит с катушек. Сам теперь понял, что переборщил.

– Сейчас же отпусти меня! Не смей трогать меня после других! Убери свои руки! Сначала с кем попало целуешься, потом ко мне лезешь! – приподнимая голову, над полом кричит богиня. Выкручивает затекшие запястья – Я ненавижу тебя! Понял? Ненавижу всем сердцем!

– Да понял, понял! – теперь и правда дошло. Слишком глубоко ранил. Но разве мог знать как сильно, ей важен – Успокойся и мы поговорим. – уговаривает ее. Плевать что все таращатся – Я сильнее, забыла?! – но ей плевать – Угомонилась, я сказал! Не провоцируй меня, Нанами!

Все же на секунду взгляд Акиры направился в сторону слуг и оцепеневшей от шока брюнетки. Все четверо уже глаза стерли, наблюдая за творящимся сумасшествием. Ятори так вообще походил на сумасшедшего. Один его вид говорил о том, что он в полной прострации. Не верит собственным глазам, и ушам.

Пользуясь моментом, Нанами удалось выдернуть одну руку. Слегка подтянувшись, пошарила по журнальному столику,и схватила первый попавшийся предмет. Кажется бутылка, причем пустая лишь наполовину. Не размышляя и секунды, бьет Акиру по голове. Доигрался в свои дурацкие игры. Вот что бывает, когда издеваешься над чувствами человека. От ненависти до любви один шаг. Эти двое знают об этом не понаслышке.

Капельки алой жидкости закапали на лицо Нанами.

Разбила ему голову.

Хорошо шандарахнула. Старалась.

Демон эти старания оценил. Кипит от бешенства, словно чайник на раскаленной конфорке. Лоб и глаз заливает багровая жижа. Но есть и еще что-то, с ярко выраженным запахом хмеля.

« Ятори! Паскуда! Опять свои бутылки пиваса разбросал... Четвертую, сученыша...»

Куча осколков посыпалось на тело, девушки. Одежда и лицо перепачканы пивом и кровью. Замечательное сочетание. Не хватает лишь сушенной таранечки и хорошего футбольного матча.

Осколок от бутылки на половину вошел в ладонь, но от шока, Нанами не чувствует ничего, кроме пожирающей заживо ревности и злости.

– Какого хрена ты творишь?!!! Мать твою!!! – ярость переполнила демона до краев. Еще немного и он превратится в огнедышащего дракона – Совсем сдурела, идиотка?! – А по лицу стекает кровь. Плавно ползет по шее и капает на обнаженную грудь. Вот уже белоснежная рубашка заляпана.

Перехватив хаотично дергающиеся руки, демон вновь вжимает их в пол. Рывком, без особых церемоний достает застрявший осколок из девичьей ладошки. Нанами громко вскрикнула от боли, слишком грубо вытянул.

– Господин! – орет взволнованный Ятори, чуя задницей свою вину. Дело приняло совсем дурной оборот. Бутылочка забытая им на столе, причинила вред, дорогому хозяину. Поэтому слуга намереваясь ему помочь, не до конца понимая почему Акира церемонится с девчонкой.

Смело подходя к столику, Ятори ловит на себе дьявольский взгляд господина, пока тот, держит слетевшую с катушек Момодзоно. Вокруг Акиры уже светится темная аура, заполняя собой гостиную. Бедный, меховой шарик уже понял, ему несдобровать.В подтверждение его ожиданий, Кирихито запустил шар огненного пламени.

Замечательно.

Конечно, Ятори изрядно подпален. Похож на сгоревший бекон на сковороде, но это его не убило, лишь отключило на время. А вот спаленную мебель подправить уже не удастся. Отлично гармонирует с пробитой до этого стеной, в которой был заточен зад Ятори. Он одна сплошная проблема.

– Господин, я говорил ему не разб... – пытался объяснится взмыленный от волнения, шикигами.

– Пошли все нахрен отсюда!!! Ублюдки! – перебил его Акира. Сейчас он готов сорвать злость на всем, что попадется под руку. Ведь на проклятой богине отыграться не может. – Ай черт! Да не кусайся, бешеная сучка! Пошли нахрен я сказал!!! Заберите девку, дебила и валите! И не дай вам демон, явится сюда, раньше, чем я позову! Не то будете собирать себя по кускам, тупорылые скоты!!!

Кенжи таким еще не видел Акиру. На секунду ему показалось, что на нем выросли рога и заостренный хвост. Это от страха. Кенжи далеко не трус, разное видел в жизни. Но похоже слухи о том, что Акира полный психопат, не врут. Теперь он лично в этом убедился, когда демон, подпалив слугу, стал слизывать кровь с ладошки богини, словно пес. Стоит задержаться на секунду, он и их пустит в расход. Беспредельщик – одно название. Шкура дорога и время летит, поэтому прихватив дебила, в лице Ятори, и отдав шикигами оцепеневшую Каяко, исчез. За ним поспешил и Кикуити.

– А теперь, я с тобой закончу – злобно сказал Акира, убедившись, что никто не помешает и что ее рана зажила.

Нанами не унималась. Все выдергивалась. Рана Акиры уже успела затянуться, остались только кровавые следы на теле и лице. Он схватил небольшой кувшин с водой и полностью вылил его на себя. Тем самым устроив холодный душ и богине. Нанами поежилась от того, что вещи намокли.

Вроде охладилась. Слегка успокоилась. А может просто устала бороться. Все равно тщетно.

– Угомонилась, бешенная? – уже спокойней спросил Кирихито, переводя дух после борьбы. Аура демона рассеялась. Оба дышали так, будто пробежали марафон. Грудь Нанами ходила ходуном, жадно переполняя легкие воздухом.

– Я не хочу с тобой разговаривать. Понял? – уже не кричит, просто вымучено доносит свои ненастоящие желания – Слезь.

– Как хочешь. Только без фокусов – и демон поднялся, освободив от себя. Понимал, что так будет гораздо легче разговаривать, чем сидя на ней сверху. – Тобой что дьявол овладел? Какого черта ты тут устроила?

– Я не намерена ничего объяснять. Ты мне никто! – а сама куксит губки ели сдерживая слезы.

– Значит, ты всем, кто приходится тебе « никем », устраиваешь подобные погромы из-за поцелуя с девушкой? Красивой, между прочем. А ее губы это... – успел увернуться от летевшего в него кувшина. Хитрый демон решил проверить ее реакцию. Сомнений нет. Его ревнуют. Причем совершенно безумно, неистово.

– Замолчи сейчас же! – окончательно выдала себя Нанами.

Да. Он – не никто. Высокомерный, жестокий демон, часть ее души.

Тоже ложь.

Акира успел стать нечто большим. Необъятным и необузданным. Любовь к Томоэ растоптана и стерта окончательно. Нанами осознает это, пока прямым, слезным взглядом, смотрит на бессовестного провокатора, который так умело, манипулирует ее чувствами. Играет на проклятой слабости к нему. Прознал. Обезоружил. Раскрыл все секреты, которые пыталась скрыть от самой себя. Проник непозволительно глубоко, заполняя собой все. Овладел не просто телом, но сердцем и душой. Ворвался, как ураган, стирая любовь к лису и вырывая без спроса чувства к себе.

Жестокий.

Оба ходят по лезвию ножа. Ни один не намерен поддаваться своему внутреннему голосу, который твердит «задавайся ей/ему». Лишь в самом потаенном уголке своего сердца, Акира радуется, что его привязанность взаимна. Но признаться в этом самому себе не хватает смелости. А Нанами мучается мыслью, что безразлична ему. Он просто развлекается. Нашел очередную жертву. Новую забаву. И теперь, вдоволь наиграется с ее слабостями. Особенно когда понял, как сильно ей важен.

Глупая богиня. Совсем слепа. Не замечает его умело скрытого волнения и неуверенности. Не видит, что рядом с ней, его жестокость и хладнокровность затыкаются. Молчат в тряпочку, не смея раскрыть рта. Акира не позволяет потому, что с ней хочет быть другим, и в то же время не хочет. Сплошной клубок смятений и противоречий. Акира пытается бежать от самого себя и от своих желаний, которые уже давно командуют парадом. Подчиняют себе, не оставляя шансов на сопротивление. И сейчас Нанами, злейший враг, потому что самый дорогой, но не любимый. И бесит до коликов в груди, что не в состоянии побороть привязанность к человеческой девочке. Возлюбленной его союзника и лучшего друга, в одном лице.

– Я больше никогда не хочу тебя видеть, Акира – вот так. Сжигает все мосты одной фразой. Разбивает тишину своим приговором.

Нанами поворачивается к нему спиной и решительно направляется к двери. Уже удалось схватиться за ручку. Вот и все. Когда дверь за ней захлопнется, со всем будет покончено.

– Не так быстро – Акира подлетел к ней. Перехватывает маленькую ручку – Не помню, чтоб позволял тебе уйти.

Опять он это делает. Пробуждает в ней все чувства, которые так отчаянно старалась похоронить на дне своих мечтаний. Избавиться навсегда и никогда не вспоминать. Но сейчас его взгляд такой горячий, что девичье сердце замирает.

« Хватит. Сколько можно позволять ему играть и насмехаться над собой. Сколько еще он будет истязать и мучить. Пора покончить с этим. » – думает девушка выдергивая руку из его ладони.

– Хватит. – уже вслух, совсем измученно и приглушенно – Я хочу к Томоэ – она подошла к двери, но демон не дернулся с места – Пропусти.

Разбежался.

Ошибка Нанами в том, что она прикрылась Томоэ, как защитным щитом. Видит свое спасение, напомнив ему о нем. Но глупая не понимает, что Томоэ не спасение, а ее погибель. Потому что при звуках его имени, Акиру поглотила злоба и неукротимая ярость. Внутри у него чертов пожар. Это имя подействовало, как красная тряпка на разъяренного быка.

И в это секунду богиня понимает, как сильно просчиталась. Его ревность, может стоить ей жизни.

Грубо толкнув богиню к стенке, Акира вцепился в ее горло и крепко сжал. Сейчас он не рассчитывает силу и Нанами ощущает, как сильные пальцы перегородили доступ к воздуху. Начинает краснеть, кашлять и бить его по руке. Демон опомнился. Алый блеск в глазах погас. Ослабив хватку он приблизился к ней вплотную.

– Я же сказал, что не позволял уходить? Ты глухая? Или слишком тупа, чтоб понимать мои приказы? – холодно и равнодушно. Хочет, чтоб он обращался с ней как с куклой? Как с уличной, девкой? Хорошо. Уговаривать его не придется. Таким ему быть вполне привычно.

Акира уперся руками в стену, по бокам от головы богини. Плотнее прижался телом, заставив Нанами вздрогнуть от такой тесной близости. Стало страшно. Особенно теперь, когда он наполовину обнажен, его рубашка по-прежнему расстегнута. Поддавшись вперед, Кирихито собирается коснуться ее губ. Нанами ощущает всем нутром его сладкое, вишневое дыхание. И он не просит разрешений, просто хочет взять свое. Уступить ему сейчас, значит навсегда распрощаться с девичьей гордостью, и стать его игрушкой. Второй, Каяко.

А Нанами не хочет быть очередной вещью. Хочет стать для него особенной, единственной. Возможно однажды, любимой.Теперь эта мечта стала навязчивой идеей. Смыслом жизни. Одержимостью.

Богиня отворачивается. Прикрывая веки, убивает в себе желание коснуться его губ.

– Что такое человечишка? – недовольно шепчет Акира – Не будь такой не сговорчивой, я ведь умею получать, что мне нужно. – это прямая угроза. Упоминание о паршивом лисе, вынудило стать сволочью.

– Хватит... – выдохнула Нанами, прикрыв веки – Еще не наигрался? – и тут же поворачивается к нему, глаза блестят обидой – Тебе самому от себя не противно?

Глаза демона округлились. Отстранился. Как же провоцирует эта глупая, упрямая девчонка. Он и так на грани срыва, видно по дрожащим упертым в стену рукам.

– Тебе же все равно с кем быть? Кого, целовать? Даже после того, что было тогда ... – « между нами» не вырвалось в слух, но Акира и так понял. Ее первая близость была ужасной. Болезненной. В отвратительном, грязном месте и под воздействием его яда. Но несмотря на все это, для нее она значит многое. Потому что тот, кто был первым, стал ее воздухом. – На этот раз ты перешел все границы – нижняя губа Нанами, слегка задрожала, а глаза вновь заблестели.

– Каяко тебе все покоя не дает – кое-как удалось взять себя в руки и накинуть маску безразличия. Хладнокровность, идеальное оружие, которое позволяет оставаться собой. Правда не надолго. В душе, Акира мечтает укоротить свой собственный язык, который вот вот потянет на откровенности. А о его маленьких слабостях никто не должен знать. Тем более богиня. – Ну поцеловал я ее, и что с того? – шипит демон наклонившись ближе – Ты же сама хотела, чтоб я ее утешил?

– Иди и утешай дальше... Как же я ненавижу тебя! – выпалила богиня.

– Какого хрена тогда ревнуешь? – больной укол в самое сердце. Акира еще больше поддался вперед очутившись в миллиметре от нее. Ненависть лилась через край – Ты… из-за одного поцелуя так бесишься. Разбила мне башку... И все это из-за одного, сранного поцелуя. А какого мне? Ты подумала своей тупой башкой? – цедит каждое слово сквозь зубы – Мне тогда вообще стоит убить тебя, Нанами – и его рука сжалась на ее горле, выпуская когти и рассекая нежную кожу. Нанами вздрогнула. Больно. Как и демону, сейчас – Сколько раз после того, как была моей, ты развлекалась со своим лисом? Сколько раз ты целовала его и позволяла делать с собой все, что пожелает? Сколько раз говорила ему, что любишь? Сколько?!!! Отвечай! – кричит он, плотнее сдавив горло. Нанами покраснела. Воздуха жутко не хватало, по шее текла кровь, а в глазах уже черные точки.

– Ни...разу – все же удалось выжить из себя, и возможно этим спасла себе жизнь. Потому что представляя ее с Томоэ, Кирихито находился на гране безумия. Хотел убить ее, а потом и лиса.

– Врешь? – спросил он вытаскивая когти, из ее плоти, и обессилено опустив руку вдоль тела.

– Нет – потирая горло, и откашлявшись, ответила девушка. Смотрит на него, но в глазах больше нет обиды, даже страха. Нанами поняла его боль. Приняла ее. Почувствовала, каждым сантиметром своей кожи. Демон ревнует, так же как и она. Нет. Гораздо больше. Его ревность неконтролируема. Не знает никаких пределов. Акира не готов ее ни с кем делить. И от этого сердце девушки стучит быстрее. Сейчас оно счастливо. – Мы ни разу не были близки с Томоэ. Ни до, ни после – не надо уточнять после чего. Акира почувствовал облегчение и немного унял дрожь – С тех пор, я даже не целовала его. И Томоэ не подходит. От меня пахнет тобой – а это греет темную душу. Нанами еще пару секунд смотрит в недоверчивые, багровые глаза, и ее рука ложится на лицо Акиры – Причина, по которой я пришла, не заключается только в том, чтоб защитить Каяко. – шепчет богиня, тяжело дыша от волнения, и поглаживая кончиками пальцев его щеку – Я хотела видеть тебя... Кирихито... – призналась. Коснулась его лба своим и прикрыла глаза – Мне было необходимо увидеть тебя. И мне было так больно, когда ты ее... Мне... больно... зачем ты это сделал... – слезы вновь льются по ее щекам, а демон смотрит на ее плотно сжатые веки, не до конца сознавая, что происходит. Столь откровенные признания шокировали – Если бы ты знал сколько раз я искала тебя в том парке. Сколько раз приходила к тому дому... – где он избавил ее от своей силы – Потому, что скучаю. Мне не хватает тебя... Прости ... – всхлипнула Нанами – Томоэ дорог мне и всегда будет. Но ты... Акира...я ...кажется я...кажется я те...

« Не смей. Ты не можешь убить во мне... все... вот так »

Заткнул ее рот поцелуем, потому что если продолжит, он больше не сможет ее отпустить никогда. Поэтому делает то, что должен. Чего так долго безудержно хотел, мечтал. Какие же сладкие ее губы. Демон готов растворится в этих страстных, отчаянных касаниях. Нанами крепко обхватывает его шею и отдается со всей страстью и чувственностью его губам. Доверяет себя ему, всецело. Как же она хотела этого. Ждала. Надеялась. От мысли, что его настоящие поцелуи, жаркие и ненасытные принадлежать только ей, мутнеет сознание.

Акира ищет ее ласки. Топит себя в ней. Сейчас он нуждается в этой человеческой девчонке, как никогда не нуждался ни в ком. Ее чистое признание заставляет демона дарить себя без остатка, а вместе с собой и единственное сердце. Пусть забирает. Потому что больше не может бороться с самим собой. Он проиграл ей и теперь сдается.

– Я ненавижу тебя, Нанами – сказал он, отстранившись от ее губ и тут же прильнув к ним крепче.

Ненавидит потому, что нуждается. Потому что слаб, чтоб подавить дикую привязанность. Потому что желает ее. Хочет, чтоб принадлежала только ему. Готов ради этого на все. Защищать. Заботится. Быть рядом. Исполнять любую прихоть. Только не любить.

Поэтому остановить ее признание было вынужденной мерой. Необходимостью. Иначе Акира не соберет себя даже по кускам от нахлынувшего счастья и ответственности одновременно. А еще от желания ответить ей тем же, что самое страшное. Конечно, это будет ложь. Вранье – ведь демон не способен любить и Нанами это всего лишь его каприз. Слишком сильный, и способный сломить. Но все же лишь каприз и не больше, потому что не желает принимать другую истину.

Наваждение. Чертовка околдовала его по-другому невозможно.

Нанами поглаживает его шею холодными руками. Ищет утешения в его поцелуях. Кожа Акиры такая горячая, как пламя, которым он владеет. Как же приятно чувствовать его, отвечать на сладкие пьянящие разум поцелуи. В первый раз в жизни, Нанами хочет напиться до отключки. И название напитка – Акира-Оу.

На шее демона остаются кровавые разводы от ее недавно раненной ручки. Кажется, сейчас ничто не может, остановить богиню ласкать его и наслаждаться этим. Теперь, когда почти призналась ему, нет смысла сдерживаться. Поэтому еще сильнее прижимает его голову, к своим губам. Акире слишком мало одних поцелуев и в то же время слишком много. Он прижимает Нанами к стене, крепко обхватывает талию, а другой рукой пытается расстегнуть молнию на юбке. Но богиня оторвалась от его губ, понимает, как далеко он собирается зайти и испуганно смотрит.

« Нет. Только не теперь. Не сейчас. Никогда. Не смей отказывать! » – иначе он превратится в настоящего зверя.

– Не смей... – шепчет он на выдохе, проводя языком по ее шее. Зализывая раны собственным языком и чувствуя металлический вкус ее крови – Не сопротивляйся.– Будто она может это сделать, ее тело уже истаскивалось по нему.

– Только...ааа... – стоны так и просятся наружу, когда он покрывает шею поцелуями – Только будь...ммм...будь нежен... – еле договорила Нанами, запуская руку в его волосы и пропуская их сквозь пальцы.

– Каким попросишь – шепчет демон вновь касаясь ее губ – Нежным, бережным, сумасшедшим... – снова целует – Каким попросишь...Только не отталкивай. Не смей, Нанами – он посмотрел затуманенным взглядом, в ее карие, поддетые пеленой глаза – Иначе клянусь я возьму тебя силой. Мне не составит труда потому, что я ублюдок по жизни. Но с тобой, позволь быть тем, кем я не являюсь. Позволь быть лучше, чем я есть... Будь моей.

« Хотя бы сегодня. »

Разве после таких слов можно его оттолкнуть. Если до этого Нанами еще сомневалась, то теперь просто сказала своему мозгу « Заткнись!». О последствиях подумает позже. Тогда же и пожалеет. Но сейчас хочет быть только с ним. Растворятся в его объятьях, и дарить свою невысказанную любовь. И пусть он не позволил ей признаться в своих чувствах, есть много способов продемонстрировать их без слов.

Поэтому богиня коснулась его губ, своими. Первая. И уже не сдерживаясь, запустила свой язычок ему в рот. Акира внутренне застонал, от такого откровенного порыва. Нанами притягивает его ближе к себе, за плечи. Дает понять, что доверяет. Что готова отдаться ему полностью, без остатка. Гладит его сильное тело руками. Грудь. Пресс. Спину.

Но только теперь чувствует, что Кирихито уже не пытается расстегнуть юбку. Его руки упали вдоль тела, и он оторвался. Нанами по прежнему поглаживает его. Сама прильнула к его груди и целует, проводит язычком по мужественным изгибам, поднимаясь к шее. А тело у него такое чувственное, вздрагивает при каждой ее смелой ласке. Он уже весь покрылся мурашками от будоражащих ощущений.

– Я хочу... – кажется, пытается что-то сказать, плотно сжимая веки и поглаживая ее волосы – Хочу, чтоб ты кое, что сделала для меня...

И оторвав ее губы от своей груди целует, так нежно, как только способен, уничтожая последние остатки сомнений. Нанами замирает, когда он отстраняется, тяжело дыша. С нетерпением и любопытством ждет его просьбы.

– Я хочу... быть первым... во всем – шепчет он у ее носа, проводя пальцами по нижней губе. Но замечает в глазах богини непонимание – Хочу быть первым... в твоем нежном ротике... Хочу, до одурения... – выдохнул он в ее губы, жарко целуя.

Теперь ясно.

Нанами не до такой степени дурочка, чтоб не понимать, очевидного. Кирихито просит о бесстыжей ласке, заставляя ее сердце выпрыгивать из груди, а щеки гореть, ярче пламени. Но это даже не просьба, а скорее приказ. Нанами понимает, что должна отказать ему. Моральный принципы и устои не могут ей позволить, зайти так далеко. Ведь он не признался ей в своих чувствах. Женится на ней, пока не собирается. Глупая и не догадывается, что демон никогда этого не сделает. А влюбленное сердце приказывает исполнить все его желания. Воплотить их в жизнь. Избаловать до предела. Потому что его горячее « хочу », пробралось под кожу, и как наркотик ударило в сознание, до предела затопленное нахлынувшим возбуждением. И если сейчас у Нанами есть ключи, от его мечты, она откроет для него эту дверь.

И Нанами целует губы Акиры последний раз, перед тем как исполнить его желание. Переходит к шее, трепетно облизывает ее, наслаждаясь теплом. Затем целует грудь. Проводит язычком до самого пресса, перед тем, как оказаться на коленях. Теперь она на уровне его ширинки. Пока целует живот, сама расстегивает ремень, а затем и молнию брюк. Акира оказался без нижнего белья, поэтому возбужденный до предела член, вырвался наружу. Устал быть в неволе, и уже весь в смазке, в предвкушении скорой ласки.