Текст книги "Очень приятно, Демон! (СИ)"

Автор книги: Oren_i_shi

сообщить о нарушении

Текущая страница: 31 (всего у книги 41 страниц)

– Я уеду с тобой. – отчеканила упрямая девушка. Развернувшись она уже хотела шагнуть к выходу, но не вышло.

– Стой! – вновь остановил ее, Кирихито. – Ты должна уехать. Иначе... – грозить ей расправой бессмысленно. Нужен аргумент повесомее. – Иначе, все твои друзья погибнут. За мной придут. И тогда... будет много жертв. Понимаешь? Ты же не хочешь потерять их? Разве не так? Или ты настолько мозгами двинулась, что готова платить такую цену?

Молчание повисло в воздухе. Нанами стояла не шевелясь. Думала над его словами. Переваривала их.

На подсознательном уровне Акира понимал, что выиграл. Упрямство девчонки пошатнулось, как и ее решимость. Девичье лицо в тусклом свете стало задумчивым. Конечно же не готова. Не готова. Потому что ее друзья слишком дороги, и она не может их подставить. Отослать их не сможет тоже. Без нее они и с места не двинуться. Так что Нанами сломается. Акира знал куда нажать.

– Прости, Кирихито – ответила ему богиня из-под опущенных ресниц, и поспешила скрыться.

Прости?

Что значит, прости?

Прости, но рисковать друзьями я не собираюсь? Особенно бесценным, драгоценным Томоэ, с которого Нанами пылиночки сдувает днем и ночью напролет.

Акира со всей силы ударил железные прутья. С одной стороны рад, тому что Нанами будет подальше. Именно этого он и хотел. Она не должна быть здесь, где слишком опасно. С другой стороны, сердце защемило. Ведь не смотря на то, что она ему один раз призналась в чувствах, он никогда не будет для нее дороже всех. Никогда не будет дороже Томоэ.

Просто чертовщина какая-то.

С ним Нанами спит. Развлекается. Признается в любви и ненависти. А о Томоэ, она заботится. Носится как с малым ребенком. Как с бесценным сокровищем. А это оказывается больно. Знать и чувствовать, что есть тот, кто всегда будет впереди него. И где-то этому даже рад, ведь Кровавому Королю не нужны ее чувства, а где-то… больно. Причем второе чувство во много раз сильнее первого.

Не время размышлять об этом. Потом поревнует.

Главное огородил Нанами от опасности. И хорошо, что она поняла все так быстро. Пусть едет домой и живет спокойно.А Кирихито, как только выберется, придет за ней.

Возможно.

Если не передумает.

====== Глава 35: Суд. ======

Солнце уже почти село, когда Нанами с Химемико покинули Восточную Темницу.

Лицо богини выглядело озадаченным. Предупреждение Акиры, брошенные на последок не было шуткой. Это вовсе не очередная ложь, умело продуманная для достижения цели. Это правда. И дело было скорее не в том, что Нанами поверила ему. Вовсе нет. Доверие между ними не было. Его не могло быть. Просто женское чутье и элементарная логика, подсказывали, что демон надолго не задержится в темнице. Это освобождение повлечет за собой множество жертв. Меньше всего хотелось, чтоб в их числе были те люди, что ей дороги.

Решение принять было не просто. Нанами не могла рисковать друзьями. Особенно самым дорогим – Томоэ. Да лис силен, но даже он уязвим. Богиня стала еще больше бояться за хранителя, после случая в замке Икусагами. Этот страх накрывал будто туман. Плотно обволакивал и не выпускал из цепких объятий. Нельзя рисковать Томоэ и остальными. Но и оставить Акиру…это не решение. Это катастрофа.

Выбор изначально был призрачным, в действительности же его не было.

Погруженная полностью в свои мысли, Нанами не обращала внимание на изучающий взгляд шедшей рядом подруги. Химемико было страшно. Не за себя, за друзей и особенно за Нанами. За все увиденное и услышанное. И сейчас от нее требовалась поддержка, дельный совет, но богиня-зубатка не могла найти ни единого нужного слова.

– Ты… Нанами-тян – робко обратилась Химемико – Если хочешь, мои слуги помогут вам собрать вещи? – единственное что удалось выжать из себя. И совсем не то, что нужно.

– О чем ты? – голос подруги вырвал из плена собственных мыслей.

– Ну…ты ведь уезжаешь? Не так ли?

– Что за глупости, Химемико-тян? Конечно же я останусь.

– Но… ты ведь слышала, что сказал … – Химемико подбирала слово, подходящее для этой сомнительной личности – …этот – лучшее что нашлось.

– Слышала – задумчиво ответила Нанами – Не волнуйся. Пока еще есть время, ты можешь уйти. А я, уж поверь, не дам в обиду Томоэ и остальных. У меня есть план. Им ничего не грозит… – морозный ветер растрепал ее волосы. Нанами грустно улыбнулась подруге.

Химемико поражалась смелости этой девушки. Возможно, ли чтоб простая человеческая девушка вмещала в себя столько благородства и самоотверженности. На минуту богине зубатке стало обидно. Даже она, рожденная быть богиней, бессмертная, не была настолько сильной, как ее обычная, на первый взгляд, подруга-человек.

– Но... а как же ты? – тревожный взгляд, голубых глаз пытался вторгнуться в голову Нанами. Хотелось понять, о чем может думать человек, когда по одну сторону стоит почти семья, а по другую – любимый.

– Я уеду с ним – не минуты не колеблясь заявила Нанами. Это решение не ее выбор, не прихоть, каприз и прочее. Это необходимость. Неизбежность. Судьба, в конце концов.

– И ты будешь рисковать жизнью ради... этого?

– Этого... зовут Кирихито Мори, или Акира-Оу – вспылила Нанами. Смахнув с лица непослушные волосы, она виновато посмотрела на смутившуюся подругу – Прости Химемико-тян, но мне нечего добавить... – будто еще что-то нужно. Все и так яснее ясного – Я уйду с ним.

Нанами больше ни за что не оставит его одного. Будет рядом. Любить. Заботиться. Беречь. Любить еще больше. А Химемико – тян не понимала, что жизнь Нанами, заключена здесь в темнице. Смотрела непонятливыми, жалостливыми глазами.

– Что он сделал, что бы ты полюбила его? – удивлялась богиня болот и озер. – Нанами, он же убийца?! – решила открыть ей глаза. Пробудить.

– Я знаю, кто он – невозмутимый ответ богини, ошарашил Химемико – Но ничего не могу с собой поделать. Кирихито нужен мне – решительнее заявила Нанами. Пусть подруга, наконец, услышит ее – Наверно это проклятье нашей семьи. Все женщины влюбляются в одних подонков. Видимо и меня судьба не обошла стороной.

– Нанами-тян, он не подонок... он самый настоящий дьявол – ужас нарастал в груди Химемико с каждой секундой, как и бесконечное отчаянье. Ей казалось, что Нанами губит себя. Затягивает удавку на своей шее собственными руками. Сейчас она глуха к уговорам друзей. И должно быть слепа если, как глупый мотылек летит в самый центр пламени – Руки этого демона, даже не по локоть в крови, он принимает в ней ванну – подруга пыталась достучаться до ее рассудка. Открыть глаза, если они еще окончательно не ослепли.

Возможно есть шанс...

– Прости... – устало сказала Нанами, и тут же добавила более уверенно – Он нужен.

Нет никаких шансов.

Надежда в сердце Химемико окончательно угасла после ее ответа. Бессмысленно помогать тому, кто не хочет быть спасенным. И очень жаль Нанами. Химемико слышала, как Акира с ней говорил. Заявил, при ней, что Нанами ему никто. Но похоже подруга готова терпеть его выходки. Оскорбления и унижения, еще не самое худшее из зол, на которое способен демон. Будучи богиней всех водоемов, Химемико не способна вытянуть Нанами из болота, под холодящим душу названием – Акира-Оу.

Ну а Нанами не думает сейчас о его поступках. Акира жизненно ей необходим. Сердце бьется с этим именем... Кирихито. Душа улыбается когда, слышит... Кирихито. Глаза сияют ярче, когда видят... Кирихито. Он везде. В каждой клетке тела. В каждой мысли. В каждой секунде. Он болезнь, пагубная и приятная. А Нанами, неизлечимо им больна. Хронически. Лекарств от этого недуга нет.

И Химемико это поняла окончательно.

– Ясно – только это и сказала она, опустив ресницы.

Так они молча дошли до комнаты Нанами. На улице уже успело стемнеть.

– Химемико-тян, чуть не забыла. Можешь подождать меня здесь пару минут.

Девушка в знак согласиям клацнула зубами.

Ждать Нанами пришлось совсем недолго, всего-то полчаса. Та заявилась с теплым одеялом, и каким-то свертком, больше напоминающим корзину.

– Вот, – она отдала все это в руки девушке.

– Что мне с этим делать, Нанами-тян? – удивленно спросила Химемико.

– Прошу, передай это Кирихито.

Темницу заливал яркий утренний свет, и Акира проснулся от того, что тяжелая деревянная дверь скрипнула.

Выспаться не удалось. Браслет, блокировал силу екая, и сон превратился не в удовольствие, а в необходимость. Правда благодаря вчерашним усилиям Нанами, удалось всю ночь не испытывать холод и особенно голод. Теплое одеяло грело озябшую кожу. Единственное, что огорчало так это то, что Нанами не передала, это лично. Пришлось терпеть недовольную физиономию богини зубатки, которая притащила все это добро. Глупая Химемико попросил Акиру, отойти к стене от решетки, и только тогда протиснула переданное в камеру. Ее руки от страха подрагивали, а взгляда не отрывался от ухмыляющегося демона. Все ждала с замиранием сердца, какую-нибудь пакость. Акиру ее страх позабавил. Он уже давно привык, что к нему боятся приблизиться.

Просунув сквозь решетки одеяло и еду, Химемико моментально отошла на пару шагов, от камеры. Объявила, что суд над ним состоится в девять утра и выбежала из темницы.

И вот ровно в девять за ним пожаловал, тот самый екай, главнокомандующий армией Оокунинуши, Юичи Ватанабэ. Он должен был проводить узника в зал правосудия.

– Томоэ, его скоро приведут? – спрашивала Нанами, сидя на длинной скамейке и глядя в середину просторного зала.

У стен стояли стражи, и грозно следили за порядком и безопасностью. Их интересовал каждый, кто входил и выходил. И неудивительно. Здесь было очень много богов, которых стоило охранять. Именно им и предстояло судить Акиру.

На возвышенном троне в центре зала, восседал, бог процветания Оокунинуши. Видимо ему отводилась роль главного судьи. На длинных скамейках полукругом сидели боги, а так же их шикигами и хранители.

– Нанами, имей терпение – закипал лис. Она дергала его уже полчаса. Каждый раз вздрагивала, когда входная дверь открывалась.

– Смотри, Томоэ – Нанами указательным пальцем тыкнула куда-то в бок – Здесь Джиро-сама и Курама.

– Не удивительно – лис кивнул в ответ на приветствие двух братьев тэнго, которые уселись на первом ряду.

И тут Нанами заметила Каяко. Та со страдальческим видом присела рядом с Курамой. На душе кошки заскребли. Переживания стали разливаться по венам с молниеносной скоростью. Каяко очень зла на Акиру и уже причинила ему вред. Интересно, что еще она может выкинуть на суде. Возможно, даст показания против Кирихито. Ей даже не придется лгать, достаточно рассказать всю правду о его деяниях, чтоб утопить в болоте. Настораживало только, что даже с последнего ряда были заметны синие круги под ее глазами, и измотанное выражение лица. Похоже, девушка не спала неделю, да и не ела, судя по мертвенной бледности щек.

Среди общего шума, послышался скрип входной двери. Все взгляды устремились туда. На пороге показался заключенный и его сопровождающий.

На минуту Акира задержался, и окинул весь зал холодным взглядом. Среди множества знакомых и незнакомых лиц, удивление и интерес вызвало лишь одно.

Нанами все еще здесь.

Обманула его.

Проклятая девчонка до сих пор не уехала из Изумо, и это жутко бесило. Ведь он предупреждал ее. Почти просил. Пригрозил даже друзьями. Все без толку. Сидит дурочка, и глядит, своими чистым глазами, в которых плещется беспокойство. И он совсем не рад ее видеть, просто в груди что-то теплое разливается по венам. А одиночество, к которому был готов развеялось. Он не чувствует его. Когда Нанами рядом, Акира может чувствовать лишь ее.

« Что ж... вот значит твой выбор... » – и прогнившее в груди сердце забилось быстрее. Кирихито попытался скрыть свою радость глубоко в душе. Первый раз в жизни, ему это тяжело далось.

Чтоб сохранить ясность ума, а не думать лишь о богине как последний идиот, Кирихито перевел взгляд в сторону, на первые ряды.

Вот.

Теперь все стало на свои места.

Радость внутри стала растворяться в накатившей, будто шторм, злости. А разум моментально сосредоточился на мести. Акира жаждал крови всем своим нутром. Ее крови.

Каяко.

Приподнявшись со своего места, девушка взглядом побитой собаки смотрела на Кирихито. Складывалось ощущение, что пленницей является она, а вот демон ее судья и палач. Впрочем так оно и было в некотором роде.

Стиснув зубы, Акира успокоил себя мыслью, что вернет долг этой « милой » девушке. Причем таким образом, что это обернется для нее смертельной радостью.

Не дожидаясь особых приглашений, Акира шагнул в зал первым, оставив предводителя армии, далеко позади. У всех складывалось ощущение, что это Кирихито ведет его на суд, а не он Кирихито. Уверенным шагом он дошел до единственного стоящего, в середине зала, стула и присел. Вальяжно раскинулся в удобной позе, от чего многие боги ахнули.

Оокунинуши и сам немного оторопел, заметив, как узник свесил ноги на подлокотнике и заломил руки под голову. Кажется, Акира не на суд пришел, а на отдых.

С замиранием сердце Нанами смотрела на него, и почти не дышала. От нахлынувшего волнения, она сжала руку Томоэ. Лис оторопел, но заметив, куда богиня смотрит, заметно опечалился.

– И так начнем – объявил Оокунинуши неуверенно.

– Только не особо утомляйте меня, и давайте быстрее – лениво отозвался Акира.

Зал замер от неслыханной наглости. У половины присутствующих богов челюсть протирала пол. У некоторых глаза выкатывались из орбит, ну, а те, что посмелее, боролись с желанием порубить демона без суда.

Нанами почувствовала чью-то руку на плече, и обернулась.

– Ему не светит ничего хорошего, если будет так себя вести – шепнула ей на ушко Химемико.

– Да брось – отозвался Томоэ – Оокунинуши достаточно знаком с привычками брата – и лис ухмыльнулся. Все же выдержка Акиры его поражала. Без силы. Почти человек. Зато гонора больше, чем у главного бога, что стоит перед ним и удивленно моргает глазами. Несмотря ни на что, он оставался собой. Ведь суть, не соответствовала беспомощной оболочке.

– Начнем – невольно повторился Оокунинуши – Сегодня, суд состоится над Кровавым Королем. Акира-Оу, против тебя выдвинуто ряд обвинений. Я зачитаю список. И так, убийство бога войны Икусагами, которого в скором времени мы непременно вернем из страны желтых вод. Присвоение имущества бога войны, а именно украденный замок. Формирование армии с целью совершения переворота. Нанесение тяжкого вреда здоровью, уважаемому Мамору-Ногами, а именно отрубленный палец. Нанесение тяжкого телесного повреждения третьему владыке горы Курама, уважаемому Джиро, а именно отрубленное крыло. А так же порча имущества деревни тэнго. Причинение тяжкого телесного вреда жителям горы Курама, а так же убийство полсотни тэнго отделившихся от деревни, и их предводителя, уважаемого Такеши. Нанесение тяжкого телесного повреждения хранителю храма Микаге, уважаемому лису Томоэ. Похищение богини земли с целью се.... КХЕ... КХЕ... КХЕ ... – Оокунинуши отпил глоток воды прежде чем продолжить – Похищение богини земли с целью сексуальных надругательств и насилия – на этом моменте его голос звучал хрипло и приглушенно – Это все?! Или я до полуночи буду читать весь список?! – раздраженно вскрикнул он, обращаясь к Юичи.

Именно он был еще и прокурором. И именно он этот список составил.

– Не совсем, но на этом можно остановится – недовольно отчеканил екай.

Друзья Нанами заерзали на скамейке от подступившей неловкости, сама же девушка залилась краской. Хотелось встать и выкрикнуть вслух, что это наглая ложь, но Мидзуки ее удержал.

– Постой, нам еще дадут слово – заботливо сказал он, сжав ее руку.

И Нанами на это надеялась. Хоть одним обвинением будет меньше и это хорошо.

– Ну и цирк – равнодушно обронил Акира.

– Убийство бога войны неоспоримо является твоей виной – заявил Оокунинуши, гордо вскинув голову. А что еще оставалось, если иначе не мог осадить дерзость демона – Мы, лично, обо всем расспросили Икусагами в стране желтых вод, и он обо всем поведал. Бог войны был повержен твоей рукой – в зале послышались волнения – Прошу всех успокоится. Уважаемый Микаге передал нам тело Икусагами, правда без головы...Ничего. В скором времени мы вернем его дух – Оокунинуши снова обратил внимание на зевавшего Акиру. Бог процветания покрылся краской, не разу в жизни ему не довелось испытывать такого неуважения. Все же он продолжил. Деваться было некуда. Увы – В разгроме армии Икусагами, а также оккупирование его территории и замка, ты признаешься полностью виновным. С этим закончили – поспешно сказал Оокунинуши.

– Наконец-то. Я могу идти? – спросил Акира, уже готовясь тронуться с места.

– Нет, заключенный – Оокунинуши поражался этой неслыханной наглости. Бог процветания ощущал себя слугой, который докучает своему хозяину. Это было более чем неприятно – Вам предстоит ответить на ряд других обвинений. Начнем с показаний уважаемого Мамору-Ногами – он жестом указал на бога здоровья – Только быстро – меньше всего хотелось находиться в компании Акиры и терпеть его унижения и насмешки. К тому же чего тянуть, право? Виновен будет наказан. В принципе только такой вариант и возможен, второго нет.

Бог здоровья поднялся на своем месте со скамьи. Правда, из-за низенького роста разглядеть его было трудно.

– Ммм... – замычал он протяжно – У меня нет к нему претензий.

А вот это неожиданный поворот событий. Акира не подавая виду, что удивлен, обратил все же свой скучающий взор на карлика.

– Как это нет, Мамору? Твой палец? А твоя армия? – поразился Оокунинуши.

– Уважаемый, Мамору-Ногами – обратился к нему Юичи. Секундный ступор, в котором он прибывал, развеялся – Не стоит опасаться этого демона. Он ничего вам не сделает. Говорите не бойтесь.

– Но...мне нечего сказать – настаивал бог.

Лицо Нанами просияло от сдержанной улыбки. Она была удивленна не меньше остальных, но в то же время очень благодарна богу здоровья.

– Ну как же нечего? – не унимался Ватанабэ – Вы ведь сами говорили, что Акира вломился на ваш остров, перебил почти всю армию, отрубил вам палец, и украл три банки персикового эликсира, при этом сжег все остальные запасы.

Теперь до Томоэ и всех остальных дошло, откуда у Нанами взялось тогда две баночки лекарства. Оказывается это Акира спас жизнь Микаге, сам того не зная. И тем не менее, даже если он сделал это невольно, лис был ему благодарен, как и сам Микаге, как и все.

– Я точно, не помню, он ли это был – сказал Мамору – Тогда уже было поздно, и освещение было тусклым – все понимали, что бог здоровье косит под дурочка.

– Тогда, уважаемый хранитель Томоэ, может подтвердить, что сражался с ним в вашем же кабинете и при вас. Он был свидетелем всего этого – Юичи просто кипел от ярости.

– Проклятый Джиро, даже это слил – сквозь зубы промычал Томоэ, поднимаясь со своего места – Я дрался не с Акирой, а с одним из солдат Мамору. Было тускло, как он говорит, и я немного спутал. Позже все прояснилось – богиня с благодарностью смотрела на своего хранителя.

Томоэ, как обычно вызывал бурю теплых чувств в сердце Нанами. Сейчас он спасал, то что ей дорого, наступив себе на глотку. Перешагивая через себя.

Однако Акира не спешил расшаркаться в бесконечных благодарностях «братику».

Ситуация начинала его настораживать. Почему солгал этот карлик? Возможно рассчитывает что-то поиметь за свою « доброту ». Всем известно, что Мамору ничего не делает без выгоды.

А теперь лжет Томоэ. Делает вид, что спасает его. Вот только Акира раскрыл настоящую цель « благородства » своего братца. Томоэ просто рисуется перед девчонкой. И черт бы его подрал, ему это удается. Глаза Нанами теплые и яркие как летний лучик, устремлены на лиса. Неудивительно почему Томоэ так старался. Было ради чего.

Акире захотелось подойти и дать ему хорошенько по наглой физиономии. Хитрый лис может дурачить глупую девчонку, но он то видит его насквозь.

« Вот поганец » – всплыли в мыслях нелестные отзывы.

Упрямый недовольный взгляд сверлил богиню. И тут шок. На радостях, девчонке хватило наглости сжать руку лиса, когда тот присел на свое место.

Все.

Прощай было величие. Акира вскочил со своего места, как ошпаренный. Его грудь под разорванной, грязной рубашкой ходила ходуном от частого дыхания. Нанами и Томоэ заметили, как он смотрит на них. Оторопели оба. Впрочем, как и все.

– Убрал! – стены содрогнулись от его крика. Плевать. Пусть думают, о нем что хотят. Правда демону и в голову не пришло, что никто из присутствующих не понимал, о чем он говорит, а главное с кем.

Богиня и лис растерянно смотрели на Кирихито, а вот предводитель армии, уже кидал угрозы в его адрес. Уговаривал занять свое место. Нанами сразу же отпустила руку Томоэ, только после этого огни в глазах демона угасли и он вновь присел на стул. Рассерженный. Надутый как мыльный пузырь. До жути злой.

Опустив ресницы, богиня уставилась в пол.

« Какая же я дурочка. Кирихито... он все не так понял... » – с тревогой подумала девушка.

– Ничего. Переживет – шепнул лис, будто прочитав ее мысли. Видеть ее такой поникшей было неприятно, зато насолить братцу было сущей отрадой.

– К кому ты сейчас обращался, Акира? – с любопытством спрашивал Оокунинуши.

– Ни к кому – буркнул тот, подперев щеку рукой и отвернувшись от Нанами.

Как ребенок ей богу. Нашел где показывать свою ревность.

– Что ж продолжим – недовольно сказал бог процветания. – И так Мамору ты отказываешься от обвинений против заключенного?

– Мне не в чем его обвинять – решительно заявил Мамору.

– Благодарности не жди, толстый карлик – Акира был бы не он, если б не сказал какую-то гадость там где нужно говорить « спасибо». Бог здоровья лишь презрительно хмыкнул и сел на свое место.

– Что ж, обвинение в нападении на Мамору-Ногами снято – торжественно объявил Оокунинуши – Далее нанесение тяжкого вреда здоровью третьему владыке горы Курама, уважаемому Джиро, а так же жителям деревни. Ну и разумеется убийство 50 тэнго, во главе с уважаемым Такеши.

Акира недоумевал. Как они про Такеши то узнали? Об этом он вроде никому не говорил. Хотя точно. Они же навещали Икусагами в стране желтых вод, должно быть и Такеши там по пути встретился и вывалил всю подноготную. Не удержался от мести за свою смерть. Паршивец.

Джиро гордо поднялся с места.

– Ээ... – прохрипел он неуверенно. Не лучшее начало.

– Брат, не волнуйся – поддерживал его Курама.

– Ммм... ну... я это...как и Мамору... ничего не помню – выпалил Джиро первое что пришло на ум. И тут же понял, что обложался.

– Мать моя демоница, ты просто бог красноречия, толстожопый – глумился Акира, чем заработал ненавистный взгляд обоих братьев.

– Вы что издеваетесь? – выпалил Юичи – Вы сами мне рассказывали о том, как Акира-Оу сжег вашу деревню дотла. Нанес ранения почти всему населению и отрубил вам крыло. Джиро-сама, не уж то вы боитесь этого поддонка?

– Рот закрой, урод. Еще я не слушал оскорбления в свой адрес, от такого мусора как ты.

Ватанабэ не выдержал и хорошенько проехался Акире по морде. Бил с кулака и рассек ему нос. Но Акира не остался в долгу. Запрыгнул сверху на беднягу и принялся душить его цепью, что сковывала руки. Хоть на какое-то полезное дело сгодились кандалы.

Нанами вскрикнула, хотела подбежать, но вместо нее туда уже вмешалась Каяко, Курама, а так же стража. Они, как ни странно, мирно пытались прекратить драку.

– А ну быстро разошлись по местам! – орал Оокунинуши. – Заключенный это вам с рук не сойдет!

Все угомонились.

Акиру оттащили от на половину задохнувшегося Юичи. Тот держась за горло и ели дышал. На весь зал можно было услышать его хрип.

– Ублюдок, я добьюсь, чтоб тебя отправила туда, откуда ты вышел – орал Юичи кряхтя и откашливаясь.

– Старайся лучше, ничтожество – демон сплюнул кровь на пол, и утер рукавом разбитый нос.

– Сели на свои места я сказал – скомандовал Оокунинуши. Он уже мечтал чтоб все поскорее закончилось. День не задался – Уважаемы Юичи, во время слушанья попрошу вас не распускать руки, потом можете сколько влезет – Нанами вздрогнула, Акира ухмыльнулся и предводитель армии грозно на него посмотрел – Продолжим. Уважаемый Джиро, почему вы отказываетесь от своих показаний? Вчера вы говорили совсем другие вещи, а сегодня резко изменили факты.

Джиро весь вспотел от напряжения. А и правда почему он прикрывает, засранца которого всей душой ненавидит. И ответ можно прочитать в его глазах, которые смотрят на сидящую позади богиню Земли.

– Спасибо Джиро – одними губами шепчет она. Не слышно. Но тэнго прочел и улыбнулся ей.

После того, как Нанами вчера ночью изрезала вены катаной, он сходил с ума от чувства вины. Желал остаться рядом с ней. К сожалению Микаге настоял, чтоб Курама, которого самого от пережитого колотило, увез Джиро в Изумо пораньше. Горе захлестнуло третьего главу тэнго. Джиро рыдал над тающей в руках Нанами, как потерянный ребенок, как и Мидзуки. А еще говорят мужчины не плачут.

Конечно такие как Томоэ, нет. Он уникален.

Акира вообще отдельный случай. Этому не то что плакать, а сердце бы хотя бы обрести.

И вот сейчас третий владыка горы Курама, наступал себе на горло, и делал все возможное, лишь бы богиня не повторила вчерашнего ужаса. Иначе он сам подохнет, в первую очередь от чувства вины перед ней.

Кирихито же молчал, задрав нос к верху. Останавливал кровотечение. Пару маленьких екаев подошли и смазали его переносицу, каким-то маслом. Рана тут же зажила. Акира успокоил злость и внимательно следил за происходящим.

Становилось странно, что все эти кретины, как по сговору его прикрывают. Что с ними случилось? Где, мать их, ненависть? Или он мало им насолил? Нужно было больше?

– Просто, вчера я был немного выпившим, и всякую чушь молол – нашелся Джиро – Но сегодня протрезвев я понял, что наговаривал на этого убогого, жалкого, заносчивого, ублю... поганца – все же поддеть не упустил возможности.

– Спасибо за комплимент, толстожопик – прохрипел Акира недовольно.

– Всегда пожалуйста, урод – выплюнул из себя Джиро. Пусть будет благодарен за его ложь. Правда он не ради него из кожи вон лезет.

Акира, лишь усмехнулся в ответ. Еще не опустился до словесных перепалок.

– Тогда, как вы потеряли свое крыло? – пылал от бешенства Юичи.

– Мм... Я... ну... – замялся Джиро.

– Ты бы хоть мозги маслом смазал, что-ли. А то их скрип слышен в другом конце замка. – снова поддел Акира.

– Заткнись! – вспылил бедный тэнго.

– Отвечайте на мой вопрос! – наседал на бедного Джиро, прокурор.

– Это я – вступился Курама, поднявшись со скамьи. Решил спасти ситуацию – Я это сделал.

– Вы? – оторопел Ватанабэ. Кажется, у него потихоньку начинала ехать крыша – Простите, но боюсь мне, как и суду, не совсем понятно, что именно вы сделали?

– Это я отрубил крыло своему брату – невозмутимо признался Курама, в том чего не совершал. Джиро с глупым выражением лица уставился на него.

Зал ахнул. Всеобщий ступор воцарился на пару секунд.

– И... – дар речи вновь вернулся к Юичи – позвольте узнать каким образом вам это удалось? А так же по какой причине вы это сделали?

– Все просто – судя по выражению лица Джиро, не особо. Но Курама говорил уверенно, пользуясь всеобщим молчанием – Я совершенно случайно задел брата бензопилой.

Вот это неожиданный поворот.

– Вы что издеваетесь? – рычал предводитель армии – И каким же образом вы задели его бензопилой так, чтоб отрезать ему одно крыло? Да еще и так ровненько? – поддевал Юичи – Что за чушь вы несете?

– Это не чушь, а правда – настаивал Курама – Дело в том, что я подрезал цветочки в своем пентхаусе, в оранжерее. Брат был в гостях. И я нечаянно спутал его крыло с одним из кустиков. – но рассказ показался ему не дополненным, и Курама добавил – Он спиной стоял.

– Понятно что не передом, иначе он лишился бы чего-то по существеннее крыла... – крикнул кто-то из рядов.

Половина зала не могла удержаться, от смеха. Слушанье превращалось в полный балаган. Настоящий цирк, как сказал Акира в самом начале.

Мидзуки еле сдерживал смех. Краснел, потел, а из глаз лились слезы. Отохико не сдержался и прыснул на весь зал. Даже сдержанный Микаге наклонил голову и прикрыв лоб рукой, стал лихорадочно посмеиваться.

– Допустим – процедил сквозь зубы Юичи. Вот кому было не до смеха – Допустим эта абсурдная ситуация правда. Но вот как вы объясните тот факт, что пол вашей деревни было сожжено и все тэнгу пострадали от руки этого уб... этого заключенного – поспешно исправился он, указывая на Акиру.

Демон уже привык, что “ублюдок” это его второе имя. Слишком часто его так называли. Сейчас его жутко бесило, что эти клоуны так рьяно его прикрывали. Ладно Мамору, возможно хотел выпросить что-то взамен, поиметь какую-то выгоду, за то что снимет обвинения. Но эти двое? С чего вдруг такое благородство?

Это настораживало, и багровые глаза внимательно изучала своих врагов. Выискивали подвох.

– Ммм... деревня была сожжена... потому что... – Джиро начинал изрядно раздражить Акиру.

– Потому, что с таким тупым владыкой, любой предпочел бы себя сжечь – снова не удержался от замечания Акира.

– Заткнись, ублюдок!!! – взорвался Джиро бешенством. Ему и так было нелегко, еще этот поганец подкалывал на каждом шагу. Его уже колотило, от гнева.

– Прошу всех успокоится! Заключенный воздержитесь от комментариев – отрезал Оокунинуши возмущенно. Творился настоящий дурдом, который его выматывал.

– Отвечайте на вопрос! – орал Юичи с другой стороны.

– Это брат Сиро поджог деревню – выпалил, как на духу Курама. Он уже чувствовал, как пот струился ручейком по его спине, от бурно работающей фантазии и напряжения – Ненамеренно, разумеется – маленькое, но важное уточнение.

– Сиро? – поперхнулся Юичи – Этот тэнго, божий одуванчик?

– Попрошу без фамильярностей – перебил Оокунинуши.

– Простите – поправился предводитель армии – Уважаемый Сиро совершил поджог? И каким же образом?

– Он... понимаете... он...это... – как обычно затруднялся ответить Джиро.

– Неудачно прикурил – снова выручил Курама.

– И как простите возможно прикурить настолько неудачно, чтобы сжечь почти всю деревню и наградить ожогами своих братьев? – Юичи казалось, что еще немного, и он попрощается с рассудком в этом дурдоме.

– Просто Сиро попросил хранителя Томоэ, дать ему прикурить – отчеканил довольный Джиро.

– Это ложь!!! – заорал Юичи – Вы нагло врете и не краснеете даже. Вы оба – тыкал он на братьев пальцами. – Всем известно, что во время этого события хранитель храма Микаге находился в этом замке, в образе лиса. Он и уважаемый Микаге, ждали появление Оокунинуши-доно.

Прокололся. Джиро сглотнул. Не то ляпнул. Курама хлопнул себя по лбу, и кто братца за язык тянул.

Акира шумно посмеялся.

– Толстожопый, ты все усилия братца послал коту под хвост.

– Заткнись урод!!! Или я сам тебя убью!! – он уже готов был набросится на демона, как Курама его остановил.