Текст книги "Очень приятно, Демон! (СИ)"

Автор книги: Oren_i_shi

сообщить о нарушении

Текущая страница: 24 (всего у книги 41 страниц)

А вот лицо девушки, мгновенное помрачнело. Лезвие обжигающее холодом интересовало гораздо меньше, произнесенных вслух слов. Нанами не верила. Этого просто не может быть. Акира не мог сказать так. Просто не мог. Просто не должен. И богиня просто смотрит на него растерянно. Ищет в багровых глазах, то самое тепло, что согревало этой ночью.

И ничего.

Пусто, как в спаленной солнцем пустыне. Тело вздрогнуло, а глаза быстро заморгали.

Больно.

И грудь будто застыла. Сейчас Нанами не нужен воздух. Она слушает, но не верит.

– Блефуешь, демон? – на минуту раскусил его Икусагами, сощурив маленькие глазки.

– Ааааай...хватит...ссс... – для проверки он резким движением порезал плече богини. Хрупкая кожа рассеклась, выпуская алую жидкость наружу. Куртка Нанами была теплой и плотной, поэтому порез был не глубок, но все же нож был острее. Икусагами хотел проверить реакцию демона. Если Томоэ его подельник, то конечно он защитит домашнюю зверюшку братца, а если нет то...

Ничего.

Абсолютно ничего.

Никакой реакции. Ноль эмоции, и лишь ухмылка на губах проклятого демона. Она больше нервная, но бог войны не в курсе.

– Ну и чего, ждешь? Мне самому тебе что ли помочь? – хладнокровным тоном говорит он. – Кончай с этим назойливым насекомым, уже поскорее. Останусь, посмотреть на убитого горем лиса. Идеальная месть этому гавнюку, за предательство. А я даже рук своих не запачкаю. – бог войны с недоумением его изучал – Сделай одолжение – не тяни.

– Хахаха!!! Господин, а ведь и правда – обрадовался Ятори. – Эту жалкую человеческую богиню давно пора, на тот свет отправить. Бог войны оказывается на нашей стороне. Отличный парень!

« Спасибо Ятори. Безмозглая ты скотина, но все же полезная »

Сейчас и правда было, за что благодарить слугу. Ятори сам того не понимая, помог спасти жизнь Нанами. Подыграл на славу. Хотя нет. Он не играл. Его слова были искренними и от того, проломили остатки сомнения в Икусагами.

Вот только Кенжи и Кикуити в панике переглядывались между собой. Они то, в отличии от Ятори, знали, как хозяин относится к богине. И дураку понятно, что он не может быть так холоден и равнодушен, значит что-то задумал. Вот только непонятно, зачем провоцирует бога на действия. Что он вообще творит.

Акира ждал.

Впился взглядом в ошеломленного бога войны. Словно хищный лев, выжидал оплошности, со стороны добычи.

– Чего? – на автомате проронил Икусагами.

И вот он.

Шанс.

Роковая ошибка.

Растерявшись от удивления, он на секунду убирает танто*, от горла богини. Но этого короткого промежутка времени, было достаточно, чтоб Акира отрубил его запястье. Подлетел со скоростью молнии, так что Икусагами и опомнится, не успел.

« Теперь, тебе конец »

Бледность на лице Нанами, была пугающей. Она сейчас выглядела не живой ни мертвой. Словно тень, растоптанная, потрепанная и увядшая. Хотелось заткнуть уши. Что эта мелкая царапина на плече, вот Акира только, что проткнул ей сердце своим беспощадным языком. Растерзал ее чувства. Поломал изнутри. Богини казалось, что она заживо истекает кровью, подыхая, как маленький, брошенный всеми щенок. Хотелось завыть, закричать, но в горле мешал огромный ком. Все что сейчас могла Нанами, это дрожать всем телом и смотреть на него.

Безразличие Акиры было худшим из зол. Уж лучше б Икусагами не оставил на ее теле, ни единого живого места, чем услышать такое с губ того, кого с любовью целовала.

Столько равнодушия и неподдельной холодности в голосе. Сколько искреннего безразличия. Натурального и ничем не скрытого. От сдавившей боли, на глазах выступили слезы, которые покатились по щекам. Унять их было невозможно, ведь плакала не богиня, а ее растерзанная душа. После всего, что между ними было, Акире плевать на нее. Он только и думал, что о мести Томоэ.

Ее жизнь для него – ничто. Мусор. Она для него – ничто. Мусор.

Дурочка и не понимала, что своей умелой игрой Акира, спас ей жизнь. Показал бы свое небезразличие и Икусагами в тот же момент перерезал ей горло.

– Ублюдок!!! – орал Икусагами, отскакивая от демона, который стоял в шаге от Нанами – Моя кисть снова отрастет, но я и одной рукой тебя уделаю.

Бог грозно выставил меч перед демоном. Приготовился к схватке. Церемонится с ним, не было ни сил, ни желания. Одну катану Акира спрятал в ножны за спину, другую вытянул вперед, приглашая противника на бой.

– Кенжи, убери эту дуру, чтоб не путалась под ногами – грубо конечно, но так Икусагами не сможет ее ранить.

Слуга взял девушку под руку, без какой-либо грубости. Оттащил ее в сторону, почти бережно. Девушка не противилась.

У нее внутри творилось маленькое сумасшествие. Собственный ад разгорался уничтожая и сжигая изнутри. Сейчас Нанами понимала боль Каяко, как никогда прежде. Теперь она чувствовала себя так же, как и та девушка.

Демон не способен на чувства. Лишь на похоть и удовлетворение своих желаний. И слезы Нанами падают на каменный пол, от осознания, что для него она лишь одна из многих. Предмет для ублажения своих телесных нужд. Поэтому в прошлую ночь, он и не позволил ей признаться ему. Поэтому вернул ее. Но как быть с этим поганым внутри чувством. Ведь она любит этого подонка, невзирая на его жестокость и равнодушие. Любит. Страдает. Но любит. Нанами сама терзает свою душу. Разодрала ее в кровь, не оставив живого места.

Смотрит на Кирихито, отрешенным взглядом, пока тот умело орудует своей катаной, сражаясь с ее мучителем. Хотя нет. Настоящий мучитель это Акира, а Икусагами в сравнении с ним, добрый, заботливый дядя. Как же ему нравится сражаться. Он будто рожден для войны. А ведь так оно и есть. Сейчас Кирихито прекрасен и холоден, как обычно.

За что, она могла полюбить этого демона. Ведь Акира, не заслуживает ничьей любви. И сейчас, Нанами чувствует, что превратилась в мазохистку, потому что любит того, кто вечно равняет ее с землей. Любит в нем все, до последней клеточки тела. Все, до беспощадной темной души. Любит даже эту боль, ведь она подарена им же.

Полное безумие.

Как можно так низко пасть. Акира вытирает ноги, терзает душу, ласкает тело, а потом наигравшись, выкидывает за ненадобностью. И несмотря ни на что, все равно любит. Плачет, страдает, изводится от сердечной муки, но любит его. Беспощадного, бесчувственного, прекрасного и могущественного.

« За что Кирихито?»

Последнее сальто в воздухе. Рывок. Разворот, и Икусагами лежит раненный на земле. Акира проткнул насквозь его левый бок.

– У меня плохие новости. Твоя рука не отрастет обратно. – дыхание демона сбивается – Рана, которую я нанес тебе сейчас, не затянется. У меня особое оружие. Закаленное кровью Оокунинуши и воздухом из страны желтых вод. – сказал Акира, глядя на него сверху. – В мои планы не входила твоя смерть. Но ты... паскуда гребанная, меня изрядно взбесил, – и это дикая правда, из демона так и льется то, что он в себе так долго держал. Рука замахнулась, но катана застыла над головой Икусагами.

– Нееееет... Кирихитооо!!! – кричит Нанами, кидаясь к нему.

Интересно, когда это он слушал, что ему говорят.

Катана опустилась, и на пол упала отделившаяся часть тела, бога войны. Голова покатилась. И Нанами едва не спотыкнулась об нее, когда бежала к демону. Тело Икусагами рухнуло у ног Акиры. По каменному полу, заструилась багровая юшка крови.

Только теперь Кирихито подняв голову на потолок, прикрыл глаза и удовлетворенно вздохнул. Рассчитался. Так и надо поганому козлу.

Нанами застыла в паре шагах. Смотрит так, будто только теперь увидела его истинное лицо. Лицо убийцы. Томоэ не такой. Он бы послушал ее, а этот... Никогда не изменится. Самое страшное, что даже сейчас, не может заставить себя разлюбить его. Злится на него. Боится его. Ненавидит всем сердце, но любит гораздо больше. Ей до боли в груди жаль Икусагами, и не важно, что он похитил ее, бил, мучил. Он не заслуживал смерти. Сердце ноет от вины за то, что не смогла спасти.

Взгляд Акиры с потолка перешел на богиню, когда он чуть повернул голову в бок. Лениво. Устало. Почти неохотно. Нанами смотрит на него, содрогаясь всем телом. Смотрит, как он вытирает окровавленное лезвие катаны, об одежду Икусагами.

– Что ты наделал, Кирихито? – всхлипывает она, приковывая его внимание к себе – Почему ты это сделал...

Демон очутился рядом с ней за секунду, и его пальцы сжали подбородок девушки. Он глазами прожигал, алое переходящее в синеватый оттенок, пятно на ее щеке. Затем застыл на высохшей крови под носом и размазанной по дрожащим губам.

– Молчи – еле слышно, но слишком сердито. Обжигал ее кожу, вишневым дыханием. Нанами ощущает дрожь в его руке, тонет в его глазах. Но сейчас она боится.

Нанами смотрит осуждающе. Напугана. Не понимает, что бог войны подписал свой смертный приговор уже в ту минуту, когда Кирихито заметил ее красную щеку, разбитую губу и кровь, струящуюся из носа. Уже тогда было решено, что он, не жилец. Простить того, кто поднял руку на самое священное, демон был не в состоянии. Он не Томоэ. Великодушие ему чуждо.

Хотя нет.

Он все же проявил благородство. Просто отрубил тупую башку Икусагами. А ведь вся его сущность мечтала медленно, мелко рубить его по кусочками. Упиваться его криками и страданиями. Радоваться, как больной придурок от того, что тот молит о смерти. Но даже тогда, Акира бы не прекратил терзать его тело. И только слезы и страх Нанами заставили, отказаться от этой задумки.

Как жаль. Ведь она была такой сладкой и принесла бы кучу удовольствия.

Вот и, настал самый лучший момент, подарить богине вечность. Чтоб больше ни одна мразь не смела, забрать ее жизнь. Чтоб больше никогда, он Акира не испытывал это унизительное чувство страха, от понимания, что может ее навсегда потерять. Он поставит конец своему главному страху. Сейчас.

– Хватит ныть – раздраженно сказал он.

Истерики девчонки и взгляд полный осуждения начинал бесит. Вот она благодарность за то, что спас ей жизнь в сотый, мать его, раз.

– Ты убил Икусагами. За что? Что он сделал тебе?

« Ну точно дура. И правда что блин он мне сделал? Разве можно беситься от того, что на ее милом личике остались синяки от грубой лапы этого поддонка?! А разбитый нос ее только украшает!!! РРРР.... Нанами ты идиотка!!!»

– За все хорошее – почти выплюнул из себя, убирая в сторону ладони, которыми закрылась от него богиня – Кикуити, поищи ключ от этой железной цепи – она сковывала руки Нанами, и запястья были синими от тяжести браслетов.

Слуга очень быстро их нашел, в юкате погибшего бога войны, и поспешил передать найденное господину. Акира тут же освободил Нанами от оков, но ей уже было все равно.

В воспоминаниях снова картинка, где Акира с полным безразличием склоняет бога войны перерезать ей горло, и та, где он отрубает ему голову. Снова ноющая боль сдавила виски , уничтожая своим жестоким напором. Его равнодушие безбожно сильно ранило ее, вновь. Зачем же теперь Кирихито освобождает от оков. Претворяется снова. Играет в заботливого. Зачем он постоянно так поступает с ней. И когда… Когда он был настоящим? Вчера ночью, когда дарил тепло и умопомрачительную ласку? Сегодня – когда просил Икусагами не медлить и избавится от нее, чтоб отомстить Томоэ? А может, когда убил его? Или же теперь, когда бережно снимает тяжелые железные оковы с ее запястий.

Ятори не понравился этот благородный жест со стороны хозяина. С каждым разом, он все больше убеждался в том, что девчонка ему дорога. Неужели Акира в нее влюбился? Такое невозможно. Умереть и не встать. Господин велик и могущественен, а Нанами лишь пыль, которая попала ему в глаза. И которую просто нужно смахнуть в сторону.

Пошарив во внутреннем кармане, заляпанного кровью плаща, Акира вытащил колбочку со светящейся, прозрачной жидкостью. Очень была бы похожа на обычную воду, если бы так ярко не светилась. Подарок мошенницы, Исохимэ.

– Выпей, – сказал он протягивая колбочку Нанами.

– Пошел к черту, Акира, – неожиданно. Гордость и уважение заставили напомнить о себе. Нанами может и любит его, но и ненавидит не меньше. Два совершенно противоположных чувства живут в ней и как-то умудряются уживаться между собой. Откровенное безумие.

Демону ее ответ не понравился, разумеется. Он старался. Добыл для богини единственную вещь, которая дарует бессмертие, если конечно Исохимэ не обманула. А эта дурочка упрямится. Акира оставит богиню в покое, только тогда, когда ее жизнь станет вечной. Тогда боятся, будет не о чем. Тогда сможет дышать спокойно избавившись от главного страха, и пожалуй единственного.

Заломив руки девушки назад, он связал их магией за спиной. И притянул Нанами к себе за плечи, пока та в разные стороны дергает головой.

– Ты не поняла меня, девочка – шипит он глядя ей в глаза —Это не просьба, а приказ.

– Подавись этим пойлом, мерзавец. – дергается в его руках. А его прикосновения немного грубые, но такие теплые и до дури волнительные – Мне хватило твоего вчерашнего напитка, Акира! – вспомнилась и вчерашняя обида. – Оставь меня в покое!

– Ты слегка глуховата. – закипал Акира. И как можно быть такой упрямой – Я же сказал мне надо, чтобы ты это выпила.

Мне надо… Он только и знает что такие слова. Мне надо. Я хочу. Я приказываю. Просьбы не в его стиле.

– Открой рот, – внутри демона разлилось тепло, и его обдало жаром. Ощущения, пробрали все тело, словно электрический ток. Вчера, он точно так же, просил Нанами открыть рот, только по другой причине... И теперь это воспоминание взбудоражило. Возбуждало. Акира рассматривал внимательно ее нижнюю губу и мысленно погружался в этот маленький, нежный, но такой горячий ротик.

Стоп.

Очнулся. Трухнул головой на секунду. Вспомнил, что сейчас они не в спальне и здесь не место для подобных мыслей. Тем более действий.

– Выпей это, я сказал. Не зли меня.

Ну вот снова. Я сказал. Не зли меня и так далее.

Нет уж.

– Катись к дьяволу, Кирихито, со своим снотворным! – кричит Нанами.

– Оо девочка... Как грубо. Я и есть дьявол – с этими словами, он влил содержимое маленькой колбы, себе в рот и впился в Нанами поцелуем переливая в нее жидкость. Оттолкнуть его не может, руки связаны. Интересно, а еслиб не этот факт смогла бы? Нет. Потому что послушна, впивается в его требовательные губы. Проглатывает все, что он в нее вливает. Плачет, целует и глотает прозрачную жидкость. Но отрываться так не хочется, и Нанами крепче прижимается к нему. Скользит внутрь своим языком, лаская его рот.

Акира резко отстранился, когда передал ей все до капли. А рот до сих пор горит от ее ласки. Не время терять контроль.Еще не закончил.

“Прости Нанами. Сейчас я немного делом занят.”

Без лишних объяснений, он надрезал когтем запястье. Если в колбе была какая-то гадость, и Исохимэ обманула, то кровь Акиры, в которой течет сила Мамору и энергия Оокунинуши, не позволят Нанами погибнуть. Своеобразная подстраховка.

Девушка испуганными глазами смотрела на его рану. Не соображает, что творит этот безумец. Но, как и в случае с жидкостью, демон набрал в рот побольше крови и впился в губы, замершей от страха Нанами. А его кровь на вкус сладкая. Никакого металлического, неприятного привкуса. Сейчас Нанами будто глотает мед. И все же противиться. Не понимает для чего это нужно и что он вообще творит. Капли алой жижи стекают по уголкам ее губ.

Отдав Нанами часть себя, Акира позволяет себе маленькую слабость. Пропускает каштановые волосы сквозь пальцы, и как безумный ласкает языком ее рот. Углубляет его, как можно дальше, желая достать, до самых глубин.

Нанами теряется в этом страстном поцелуе. Отвечает на его ласку, прижимается губами, пока он вылизывает ее небо и язык. Как же он ее целует. Мокро. Развязно. Вылизывает весь ее маленький ротик, и тащится как ненормальный.

Ятори стоя на расстоянии больше 10 шагов отвернулся к стене. Крепко сжал руки в кулаки. Не понятно, что хозяин там делает, но черт, так лизаться как бешенный можно лишь когда влип по крупному. А хозяин влип по самые демонические яйца. И виной всему человеческая девчонка.

Кенжи попытался покашлять.

– Кхе кхе... – намек на то, что здесь не место для прелюдией.

Спасибо Кенжи. И что в этот момент должен сделать Акира?

Например крепко сжать пушистые волосы Нанами в кулаки и еще с большим безумием врезаться в ее манящий рот. Сейчас он попал в плен, сплетает свой язык с ее и чувствует, как земля уходит из-под ног. Как же он скучал по ней. Уже столько часов не ощущал ее нежности и страсти.

Внезапно сладкая пытка заканчивается, потому, что Акиру отбрасывает в сторону лисий огонь.

Девушка вскрикнула от неожиданности. Опомнилась. Слуги моментально напряглись.

– Тебе конец, сволочь – Томоэ зол до чертиков. Синяя аура сияет вокруг него, как полярная звездочка.

Акира встал с пола. Оттряхнул пыль с одежды, поспешив поправить возбужденную в брюках плоть. Вряд ли Томоэ будет от этого в восторге. Но тот и не смотрит в его сторону. Кинулся на помощь богине. Освободил ее руки от магии и крепко обнял. Та вцепилась в лоскутки мужской юкаты и рыдает, как ненормальная в его грудь.

В этот момент в Кирихито пробуждается дремлющий дьявол.

« Какого черта, она в него вцепилась. Спаситель хренов. Если б не я... Черт убери свои руки с ее плеч, гнида!!! » – но тут глаза Акиры расширились. Сейчас он осознал нечто очень важное. « Если бы не я... тебя бы не было здесь. Если бы не я, Икусагами бы тебя, не тронул. Никогда бы не ударил. Не посмел причинить боль... С лисом, ей ничего не грозит. Теперь ты будешь жить вечно... и мои враги...не побеспокоят... Больше никогда.»

Нанами сейчас напугана. Кровь Акиры до сих пор жжет язык. Сладковатый привкус принесший столько горечи. И что за гадость он заставил выпить ее. Страшно. Страшно. Страшно. И она ищет защиты в Томоэ, который медленно гладит ее волосы. Успокаивает. Прижимает к себе, пока Нанами ревет от всего пережитого испуга.

« Одному мне лучше. Девчонка только мешает. Пусть будет с ним счастлива...Все равно, Нанами не нужна мне... Ведь не нужна же? – самого себя спрашивает – Нет, я не стану слабаком, как Томоэ... Ни за что, не стану таким! Пусть забирает ее!! Черт... Нехочуууу!!!!!» – все переворачивается внутри демона с ног на голову.

Тело прошибло странное чувство, оно испепеляло собой все сознание. Вызывало дрожь и безумие. Нет это вовсе не ревность. Не только она. Это боль. Боль от того, что смотрит, как Томоэ поглаживает, ее каштановые волосы и прижимает голову к груди. Боль от того, что теперь так будет всегда. И если б лис убил его сейчас, это было бы более гуманно, чем заставить смотреть на это.

– Ты как, всегда поздно явился! – выдавил из себя, но как-то слишком подавленно.

– Господин, Кирихито – вступился Кикуити.

– Вы, трое, не мешайтесь. Я сам разберусь.

– Нанами, твое плечо ранено... – Томоэ посмотрел на Акиру испепеляющим взглядом. – Постой тут, я разберусь с этим мусором и мы уйдем. – он развернулся к недо-брату – Ты убил Икусагами, вслед за ним отправишься и ты.

Томоэ только собирался отойти от нее, как Нанами взяла его за руку.

– Стой, – взволнованно сказала она, утирая кровь на губах. – Он ничего мне не сделал, это все Икусагами – лис недоверчиво посмотрел в ее глаза, пока демон от удивления открыл рот. Чего это за него заступаются? – Не нужно Томоэ, давай вернемся в храм.

– Вернемся, как только я от него избавлюсь – успокоил ее лис, погладив щеку.

– Нет ,– возразила Нанами – Пожалуйста. Прошу, давай вернемся сейчас! Мне...Мне плохо... Мне нужно домой... – готова сказать, что угодно, лишь бы избежать их драки.

И Акира понял, она вновь старается спасти его. Нелепыми способами. Твою мать, сколько можно влезать в его проблемы. Тупое благородство, или что там еще, добивают окончательно. Но девушка не может иначе. Не может позволить им сцепиться. Потому что оба дороги. В разной степени и по разному, но оба. Нанами не вынесет, если Томоэ его убьет... Просто не сможет. А учитывая, что раз лису уже удалось с ним справиться, второй раз не станет исключением.

– Прости, Нанами, – отчеканил Томоэ – Но я должен с ним покончить. – он взял ее руку, что удерживала и откинул.

– Тогда хватит тратить мое время. Тащи сюда свой зад, – подначивал Кирихито. Его руки чесались от нетерпения.

– Томоэ, – крикнула Нанами уходящему лису. Тот обернулся – Только не убивай его... – и в этой просьбе слишком много личного. Слишком много страха за врага. Такого ощутимого, что в горле Томоэ запершило от подступившей тошноты.

Хранитель на секунду замер. Глаза его расширились от удивления. Но и его брат был не менее оглушен. После всего, что он с ней сотворил, Нанами боится за его жизнь. Чуть ли не слезно умоляет Томоэ, не причинять ему серьезного вреда. Черное сердце ликует. Оно счастливо от того, что ее любовь просачивается сквозь одежду, прямо под кожу, минуя ребра, ударяет в самую грудь.

Он ей дорог. Но это не изменит решения. Акира слишком упертый и всегда готов идти до конца. Даже любовь Нанами, открытая, горячая как солнце, не в силах его изменить.

– Побереги свою заботу, для паршивого лисеныша, – да злость помогает держаться на плову.

– Не могу тебе этого обещать – сказал лис, обращаясь к девушке. Он нахмурился, но не стал выяснять причины такой чрезмерной заботы.

– Нет. Томоэ, стой! – девушка уже собиралась кинуться вслед за лисом, как ее задержали Кикуити и Кенжи по приказу господина. Ятори же стоял в шагах 20 и подходить к богине не смел. Иначе Акира сдержит данное ему обещание, а меховому шарику хотелось пожить и послужить господину.

– Ну что, готов сдохнуть? – спросил Томоэ, став напротив врага и вытянув свою катану.

– Нет. Но готов отправить тебя, на тот свет.

В последний раз они сражались с Томоэ весь день, на заброшенном поле, где Акира убил Юкидзи. В итоге все закончилось победой лиса. Сейчас, неуверенности в своих силах не было, как таковой, но Акира знал, что Томоэ серьезный противник. Прозеваешь хоть один его удар, и о победе можно забыть. Сражаясь с ним на катанах, пришлось прилагать немалое умение, чтоб отражать удары. Безусловно, Томоэ самый сильный екай и мастерски владеет оружием. Неудивительно, что даже боги его боятся. Однако Акира ощущал что, сейчас брат, не настолько силен, как раньше. Пока он является хранителем, не может сражаться в полную силу. Она ограничена. Но и ее достаточно, чтоб биться, как дикому зверю.

Их стычка на мечах продлилась не более пяти минут. В планы Акиры не входила долгая битва. Точно не сегодня. Лис без труда отражал все нападения, но чего он не ожидал так это человеческих приемов. Катана Томоэ прошла мимо лица, на вылет, и Кирихито вцепившись в его руку, ударил лиса с головы в нос. Тот пошатнулся, от неожиданности. Ну, а демон, воспользовавшись его секундным ступором, достал из брюк синюю ленту и накинул на запястье врага.

Резкий рывок. И Томоэ снова занес свою катану для удара, наплевав на дурацкий браслет вокруг руки. Хитрая ухмылка брата еще больше вывела из себя, и лис кинулся в лобовую атаку.

Тишина.

Такая прозрачная, ужасающая и холодная тишина.

Казалось, все вокруг замерло и воцарилось абсолютное безмолвие. Даже ветер, свистящий за окном, перестал шуметь.

Лис дрогнул. Фиолетовые глаза были в паре сантиметрах от Кирихито. В них, как в чистом зеркале, отражалось неверие. Неосознанность. Непонимание того, что случилось.

Нанами замерла. Не могла пошевелиться. Крикнуть от ужаса, что навалился, на все тело, огромной каменной глыбой. Она могла только смотреть, таким же растерянным взглядом, как и Томоэ.

Даже лица слуг исказились. Ятори не знал грустить ему, или радоваться, но от подступившего к горлу страха вжался в каменную стену. Кенжи и шикигами оторопевшие уставились на господина.

Грудь Томоэ была насквозь пробита. До сих пор, погруженная в его плоть, рука Акиры, торчала словно ветка, проросшая в соседнее дерево.

Тело Томоэ содрогалось, от постороннего предмета внутри. Маленькая струйка крови шустрой змейкой поползла из уголка губ вниз. Стекая по подбородку, на одежду, и на каменный пол. Но даже сейчас лис не боялся. Смотрел без страха в багровые глаза и ждал, когда Акира, наконец, закончит начатое.

Богиня стояла не живая ни мертвая. От шока ее глаза были широко раскрыты, губы чуть приоткрылись в немом крике. Она была ошарашена всем происходящим. Дрожала всем телом, и просто смотрела, что будет дальше. Ждала развязки, затаив дыхание, как и все. Ее сознание в данный момент не воспринимало до конца, происходящее. Закрывалось от реальности.

Акира, приблизился к уху брата, что-то шепнул. Его взгляд перешел на бледную, как мел Нанами. В этот момент, глядя в полные слез глаза, он выдернул сердце Томоэ, одним рывком.

Это конец.

Гребаный конец света.

Для богини точно и он читает это, в ее стеклянных, отсутствующих глазах.

Акира убил не одного. Он убил обоих.

Хранитель упал на каменный пол, заливая все вокруг себя багровой жижей. Девушка не шевелилась, смотрела на Акиру. Не кричала, не билась в истерике. Сейчас Акира вырвал не сердце Томоэ, а ее собственное.

Ятори прикрыл рот рукой, не верил, что господину удалось так вероломно убить лиса. Бой был нечестный. Кирихито, блокировал его силу с помощью синей ленты, которую теперь стащил с запястья мертвого и сунул в карман. Совершенно спокойный. Невозмутимый как обычно.

А собственно разве для него произошло, что-то необычное.

Только вот слуги и девушка глядели на Акиру слишком осуждающе и с неописуемым ужасом, словно перед ними стоял, сам дьявол. Покинул преисподнею, и заявился собственной персоной, начав апокалипсис.

Кенжи с Кикуити отпустили богиню. Эти двое были поражены увиденным, до глубины души. Им не удалось скрыть свой ужас от господина, как и осуждение, застывшее в глазах.

Плевать.

Пусть все считают его монстром. Исчадьем ада. Абсолютным злом. Акира достаточно силен чтоб наплевать на этот пустой и от того самый болезненный взгляд богини. Немного удивлен видеть напуганные лица слуг и их осуждающие взгляды.

Болваны. Все вокруг него дураки. И этим он пользуется.

Освободившись от натиска екаев, Нанами не пыталась сойти с места. Стояла там же, где и была, будто приросла. Сейчас, все вокруг нее покрылось сплошным мраком. Но яркий свет падал лишь на Акиру, который держал в руках сердце и плавно приближался.

После всего, что у них случилось, он не мог убить того, кто был ей бесконечно дорог. Нанами не верила. Не осознавала, произошедшее. Сознание захлопнулось в огромную раковину, и от того лицо девушки было таким безучастным. Выдавали лишь слезы. Они ровными дорожками, медленно скатывались на каменный пол.

– Человеческая девчонка, – тело богини только, что погрузилось в лед. Она даже вздрогнула от того, какой холод пробрался сквозь одежду. Правда Акира заметил, что сейчас, Нанами была в тотальной отключке. Ее подрагивания больше походили на рефлекс. Но карие глаза неподвижно глядели в пустоту. Голос демона слегка дрожал, из-за учащенного дыхания, видимо после битвы – Ты кажется хотела получить сердце Томоэ? – он взял ее безвольную руку и вложил в нее кусок плоти хранителя – Держи. Мой тебе подарок. – ”прощальный”, правда этого он не сказал.

Девушка не могла ему ничего ответить. Голос отнялся, все ее сознание закрылось. Нанами ушла в себя. Медленно она перевела взгляд на трепещущее в руке сердце. Оно все еще билось на ее ладоне.

– Ну пока... – бросил Акира на прощание.

Повернувшись к ней спиной, он протер окровавленную руку об рубашку. Жестом приказал слугам следовать за ним.

Нанами осталась одна в этом склепе. Осела на пол, не выпуская из рук сердца хранителя. Подползла к Томоэ на коленках и просто улеглась на его окровавленную грудь. На вытянутой ладони до сих пор билась часть Томоэ и сейчас она могла чувствовать, только это.

Она умерла вместе с ним, хоть и до сих пор дышала.

Комментарий к Глава 28: Ну пока... Танто – кинжал самурая.

Всех с наступившим Новым Годом!!!

====== Глава 29: Дурачек. ======

Акира несся пулей из огромного каменного зала, где он оставил Нанами, у тела мертвого лиса. Ноги сами несли подальше, ближе к воздуху, которого сейчас жутко не хватало. Одним жестом руки, он отстегнул душащую удавку, воротник плаща, а затем и рубашки.

Прохладно, и от этого вроде становится полегче.

На самом выходе столкнулся плечом с Микаге. Поравнявшись, они долго вглядывались. И хоть прежде они никогда не виделись, нужда в представлениях отпадала. Было яснее ясного, кто есть кто.

– Акира – произнес бог щурясь.

– Сердце лиса, у девушки. – нервно сказал он, прежде чем пройти мимо. Не хотелось никому ничего объяснять. Пусть забирают Томоэ и валят своей дружной шайкой, с глаз долой.

Душащие стены замка остались за спиной. Странно, но сейчас, стоя на морозном воздухе, Кирихито впервые радовался холоду и мокрому снегу. Белые хлопья отрезвляли. Образовывали живительную влагу, касаясь светлого лица и темных волос.

До жути хотелось побыть одному. В груди все ныло, сердце почти молчало. Лишь иногда ударялось в грудь напоминая о себе. Где-то в самой глотке поднималось это отвратительное чувство, подавленности.

– Ятори, – голос звучал тихо, но как всегда вкрадчиво без запинки.

– Д...да… Кирихито-доно – охрипшим голосом отозвался тот, выступив на шаг вперед.

– Пересчитай пленных, предложишь вступить в наши ряды тем кто не сдох. Откажутся – убей. – на секунду он замолчал – И двор мой прибери. – а там лишь кровавое озеро и куча порубленных солдат. Уборки много.

– Да, Кирихито-доно, – слишком унылый тон, да и привычная улыбка стерта с лица. Жестокость хозяина шокировала даже такого бездушного подонка, как Ятори.

– А вы чего ждете? – спросил он у двух оставшихся слуг, которые тут же поежились на месте. – Идите с ним.– и тут же поспешил добавить им вслед – Да и, Кикуити, у нас гости. Пусть забирают раненных и валят, не стоит пачкать мой замок еще и их кровью. Вы оба все поняли?

Понятней и быть не может. Слуги поспешили скрыться с глаз.

Акира был рад остаться наедине с самим собой. Поганое чувство не исчезало, оно присосалось как назойливый клещ.

Недолго думая, он побрел в один из ближайших садов. Там было много деревьев запорошенных снегом, и он кажется, был белым в отличии от средней и левой части замка. Здесь же расположилась небольшая каменная постройка, похожая на домик лесничего.

Акира облокотился на каменную стену, поднял голову к небу и медленно сполз вниз. Устал, до жути, до ломоты. Устал. Но не только чувство усталости мучило, а еще и то, что било по мозгам и кричало « Ты не прав». Но демон не считал так. Не жалел ни о чем, может если самую малость. Такую малость, что от этих сожалений, в груди разрасталась огромная пустота.

Одиночество обвилось вокруг него, словно скользкая змея. Обнимает. Приглаживает черные волосы. Облизывает, словно любовника, со всех сторон и шепчет, шепчет тихо, но отчетливо « Вот ты и вернулся ко мне дорогой. Мы ведь неразлучны». И с этим не поспоришь, Акира сделал все для того чтоб вновь вернуться к тому от чего бежал. Но счастья и радости не испытывает. Лишь вакуум переполняет грудь. Никаких чувств. Пустота и затишье.