Текст книги "Очень приятно, Демон! (СИ)"

Автор книги: Oren_i_shi

сообщить о нарушении

Текущая страница: 23 (всего у книги 41 страниц)

– Я все понял… – тихо произнес Ятори.

Акира встал с него, позволил подняться с земли и утереть кровь на лице.

– Больше не смей произносить при мне ее имя. И где моя армия, черт бы тебя подрал?

– Ваша армия ждет вас. За одну ночь, мне удалось пополнить ее на пару тысяч – говорил слуга утирая кровь из носа рукавом.

– Вот и молодец. Сегодня мы пойдем, за замком Икусагами. Подготовь их.

– Сегодня??? – от удивления выражение лица Ятори стало слишком глупым.

– Да болван. А ты когда через тысячу лет планировал избавится от этого мусора и вернуть мне замок? – с этими словами Акира зашагал в сторону лагеря, своих бравых ребят. Хотелось посмотреть, насколько пополнились их ряды.

– Не через тысячу, но и не через пару часов же…господин Кирихито... – отчаянно пробубнил слуга – Последнее сражение... мне чуть жизни не стоило...черт...

Пока Акира любовался своей растущей мощью, Нанами вся в смятении металась по своей комнате. Все думала, как поговорить с Томоэ. Как рассказать такие ужасные вещи, а главное как сказать « люблю другого». Да это правда. Она уже смирилась с ней. Приняла ужасную истину такой, какая она есть. Но вот хватит ли духу озвучить ее Томоэ? А может оставшиеся внутри, к нему чувства, протестуют против таких откровений.

Нет. Нанами не способна на обман. Любить обоих невозможно. Наверное. Потому что неуверенна уже ни в чем. Запуталась окончательно в своих чувствах. Выбор придется делать так или иначе. Нельзя быть с одним чтоб не причинить боль другому. Поэтому решение необходимо принять. Но легче сказать, чем сделать. Нанами любит в Томоэ его честность и смелость. А за что она полюбила Кирихито? Неужели за постоянную боль и унижения? Нет. Вовсе не за это. Разве за такое вообще любят? Но причину своих чувств к нему, она не успела осознать. Просто чувства к бездушному демону зародились непроизвольно и стали слишком сильными, настолько, что вытолкнули из сердца ее дорогого Томоэ.

– Мне нужен совет. Одной мне не решить такую сложную проблему. Позвоню Кей…только не в храме.

Нанами решила погулять в лесу, неподалеку от храма. Он находился всего в паре метрах. Там ее разговор никто не услышит. Сегодня она оделась потеплее, чем вчера. Решила обойтись без юбки, поэтому одела плотно облегающие, теплые штаны и вязаный свитер. Сверху надела пуховик в виде платья и шарф.

Очутившись на безопасно расстоянии от храма, Нанами достала сотовый телефон и принялась набирать номер подруги. В перчатках это было не совсем удобно, поэтому одну руку пришлось избавить от этого атрибута одежды.

На улице было морозно, и шел мелкий снежок. Падал на экран телефона и моментально таял.

– Кей– тян? Ты не занята?

– Момодзоно, наконец-то! Куда ты пропала? До тебя не дозвонится. Как зимние каникулы проходят? – спросила ее боевая одноклассница.

– Кей-тян, послушай. У меня к тебе разговор… Понимаешь я совершенно растерянна.

– Что Микаге-кун, наконец сделал тебя женщиной – да уж в прямоте Кей не откажешь.

– Нет… – помолчала, думала говорить или не стоит – Не он… – все же сказала.

– Ну тогда чего, паришься то дожди… Чего?!!!!

От ее крика Нанами пришлось отодвинуть трубку подальше от уха.

– Не время объяснять.

– Тебя что изнасиловали?

– Нет же, дурында! Я сама …хотела.

– Нанами-тян я в диком шоке. Ты хотела? Но ты же любишь Томоэ?

– В том то и дело. Можно ли любить обоих?

– Однозначно нет. Бедняга Микаге-кун. И кто же тебя осчастливил? Курама?

– Нет, ты что! Он же вроде к Ами подкатывает.

– Ммм… не уж то, Исобе?

– Нет! Боже! Он же полный придурок. Я бы никогда не поменяла своего Томоэ, на этого идиота.

– Своего Томоэ?.. Нанами-тян, так кто же это?

– Это…это Кирихито… – возможно не стоило говорить, но на душе было так много всего не высказанного. А для чего нужны подруги, если с ними не делится своими переживаниями. Кей никогда не была болтушкой, вот только ей самой понравился этот черноволосый бес.

Молчание на другом конце линии затягивалось.

– Кей-тян? Ты тут?

– Черт... Хорошо, что я сидела, Момодзоно. – еле слышно сказала одноклассница – Ну что тут сказать. Я тебе черной завистью завидую. Тогда отвечая на твой предыдущий вопрос. Думаю, можно любить и обоих.

– Но ведь это не правильно?

– Жизнь вообще неправильная, ничего не попишешь. Кирихито нереальный красавчик, а его самоуверенность, мужественность, решительность... Черт, он как падший ангел искуситель – а Кей не в бровь, а в глаз смотрит – Неудивительно, что ты попалась. Вряд ли вообще найдется та, что сможет перед ним устоять… Так что полностью тебя оправдываю.

– Кей-тян, ты же понимаешь, что так нельзя... Что мне делать? Я не могу сказать Томоэ о нем. Не хочу причинить боль, но в то же время и не хочу быть без Кирихито. Они оба мне дороги. И обоих я люблю…

– Но с одним ты хочешь спать, а о другом заботиться? Так?

– Не совсем... – недовольно буркнула Нанами.

– Пока не говори ничего Микаге-куну, попробуй со временем от него отдалится. Тогда он и сам к тебе остынет.

– Хм и правда – обрадовалась девушка. Незачем сразу рубить с плеча. Можно просто отдалиться. Последнее время они только и делают, что держат дистанцию. Томоэ уже не относится к Нанами, как раньше. – Спасибо за совет. Ты мне… ААААА!!!!!

Крепкие руки схватили девушку сзади, рот прикрыли какой-то тряпкой. Нанами пыталась вырваться или хотя бы увидеть людей, что на нее напали, тщетно. Мужчина, которые сковывал ее движения, не позволял пошевелится. Через пару секунд, почувствовав слабость и головокружение, Нанами отключались.

– Ало?! Нанами?! Момодзоно, ты здесь? Эй ответь что-то?!!!

Милый, розовый телефончик, так и остался валяться в снегу, пока его хозяйку утаскивало пару мужчин.

====== Глава 28: Ну пока... ======

Замок Икусагами располагался на живописной равнине, окруженной густыми лесами. Каменные постройки поражали своей высотой, красотой, мощью и масштабами. Никто б и не подумал, что бог войны интересовался не только защитой своих владений, но так же их внешним видом. Обитель Икусагами, находился внутри огромной крепости. Каменные стены окружали его по всему периметру, а простору внутри было хоть отбавляй. Хватило бы места на постройку целого города. Внутри, по левому краю от стены, расположились маленькие домики и тренировочный лагерь. В них то и жила его многочисленная армия, подальше от замка, в самом конце огромной территории. Сразу у входа за деревянной, массивной дверью в стене, раскинулась длинная, прямая дорога. Она тянулась к самому замку и проходила мимо красивого, широкого озера. Довольно живописного. Здесь же было много садов с прекрасными цветами, фонтаны, скульптуры маленькие лавочки. И если левая часть больше напоминала владения бога войны, то середина и правая часть походили на владения бога созерцания. Все было настолько гармонично, изысканно и благородно. Икусагами оказался полон сюрпризов.

Было не поздно. Около пяти вечера, но зимний день стремительно бежал прочь, уступив благодарным сумеркам. Было холодно. Снег с самого утра и по-прежнему, плавно падал на землю, крупными хлопьями.

В паре метрах от огромной стены, стояли трое. Акира, как обычно, был немного впереди всех. Он всегда впереди. Так привык. Выделялся белым плащом с капюшоном, на фоне одетых во все темное екаев. Двое самых приближенных слуг, стояли на два шага позади, не хватало шикигами, ну, а чуть дальше, расположилась армия. За Кровавым Королем последовало, около 7 000 екаев. Совсем не много учитывая, что армия бога войны состояла из 88 000 солдат. Именно они и заполнили собой всю левую территорию замка. Тщательно охраняли его и тренировались каждый день. Что еще можно было делать, если нет войны и настоящих сражений. Все же несмотря на скуку и желание проявить себя, солдатам и в страшном сне не мог привидеться безумец, который посмеет атаковать их крепость. Это было из области фантастики, не иначе.

Они не учли, что есть Акира-Оу. Рядом с ним, безумие – это детский лепет. Пшик. Ничто. Ведь даже слов не придумали, чтоб достойно описать его беспредельные выкрутасы отчаянного, помешенного на всю голову, психа.

Изучая рассеянным взглядом каменную преграду, лидер прикидывал шансы на победу. И как обычно был уверен в ней на все сто процентов. Страх забыл посетить его в детстве, а возможно, такой, как Акира напугал страх одним своим взглядом. Тот сбежал навсегда, не решаясь больше беспокоить. Полюбоваться внутренней красотой замка пока не довелось. Акира не мог оценить внутренних бескрайних просторов и пышного великолепия. Но стоя перед высокой, каменной стеной, протяженности которой не было конца и края, понял, ему здесь понравится.

– Почему так долго, Кикуити? – подал он голос, почувствовав за спиной появление шикигами.

– Кирихито-доно, старуха пыталась обмануть. Пришлось задержаться – он приблизился вперед и присев на одно колено протянул маленькую колбочку с жидкостью хозяину.

Акира поспешно ее взял и даже не рассматривая, поместил во внутренний карман плаща. С помощью магии укрепил колбочку, иначе в момент сражения, долго она не продержится.

– А что это за коробка? – спросил он заметив ее в руках Кикуити.

– Господин это шоколадные конфетки, Исохимэ отдала в знак извинений. Сказала, что они придают сил.

– О Куикуити-сама, мне б одну хоть попробовать – вопил меховой шарик. Набраться силы, ему не помешает.

– Выкинь – приказ, которому не подчинится невозможно. Через пару секунд коробка валялась ненужной вещью в сугробе. – Мои слуги достаточно сильны, им не требуется допинг, от лживой карги.

– Да господин – сказал Кикуити, поднявшись с колена и встав чуть позади, рядом с Ятори и Кенжи.

После того, как желаемая вещь была доставлена, Кирихито смог сосредоточится на предстоящем бое. Отступать он был не намерен, даже если у Икусагами не 88000, а хоть миллион солдат. Решимость, кипящая в нем, была сравнима лишь с недвижимой горой. Акира пришел за башкой этого наглого ублюдка Икусагами. Первым пришел по его проклятую душу. Отомстить за то, что этот подонок активно участвовал в заточении его духа и тела в преисподней. Ошибка бога войны в том, что он решил поохотиться на демона, как на маленького кролика. Но Акира не жертва. Он хищник. Слишком опасный и до чертиков умный зверь. Поэтому нападет первым, заявит о себе на весь божественный мир. Вернет былое величие, свое имя, замок и пополнит армию. Но несмотря на то, что Икусагами дерзнул охотиться за его головой, Кирихито не собирался забирать его жизнь. Есть вещи хуже смерти и одна из таких вещей – унижение. Липкое, тягучие, уничтожающее, опускающее на самое дно ощущение. Бог войны будет умолять прикончить его, чем предпочтет участь опозоренной бездомной собаки, вынужденной бродить по бескрайним мирским просторам.

– Думаю беспокоиться не о чем. Победа будет за нами. – уверенно подбадривал всех Кенжи, заметив кислую мину Ятори и Кикуити.

– Молодец, Кенжи.– послышался голос Акиры – В такую мерзкую погоду, в самый раз разгорячится, перерезав пару глоток. – снег был ненавистен. Очень холоден и неприятен.

– Кенжи-сама, а ты смерти не боишься? – спросил шикигами, стуча зубами не от холода, а от волнения.

– Господин не повел бы нас на смерть. – тихо ответил тот.

– Завидую твоему оптимизму. Только я в этом не уверен – возразил ему Ятори, покрепче сжимая от нервов кулаки.

– Ты так говоришь, потому что хозяин тебя слегка разукрасил.

– Болван ты, Кенжи-сама, я так говорю потому что нас 7004 екая, против 88567 солдат. Чувствую, это точно будет моим последним боем. Только бы госпо... – «...дин не пострадал », не успел договорить.

– Чего???! – лицо екая перекосилось и левый глаз нервно подергивался.

– Что такое, Кенжи? – настороженно спросил Акира, обернув голову.

– Э... – замялся екай – Кирихито-доно, их там и правда 88000?

– Может и больше. Какая к черту разница? Уж тебе, вообще должно быть все равно, сколько их. Разве нет?

Нет. Черт возьми. Совсем нет.

 – Разумеется, господин, – пришлось нехотя согласиться, чтоб Акира не прибил на месте – Но ведь мы ведем остальных за собой. Екаи же все погибнут. Им не выстоять против такого количества солдат.

– Если не выстоят, значит не достойны следовать за мной. – спокойно сказал Акира, снова уставившись вперед.

– Д...да, господин – покорно ответил слуга, сглотнув подступивший к горлу комок.

Кенжи давно не помнил этого ощущения, когда от страха слегка покалывает все тело. В горле пересыхает, и мозг концентрируется лишь на одной мысли: « хоть бы выжить». Нет, он не трус. Готов и к смерти, если нужно. Но проклятый инстинкт самосохранения диктует свои условия. Кенжи сможет побороть страх, он рассеется в битве.

– Рано или поздно все подохнем. Так чего с этим тянуть в такой мерзопакостный вечерок. – Кирихито вплотную приблизился к огромной деревянной двери. – Тук, тук, тук – саркастическим тоном говорил он, стучась в запертую дверь.

– Ты кто такой? – грубо спросил солдат, приоткрывший маленькое деревянное оконце. По-видимому, служившее глазком.

– Твой кошмар.

Охранник и ответить ничего не успел, как острая катана прошла меж его глаз.

– Еще раз спрашиваю тебя женщина, и в твоих интересах не упрямиться. Что затевает дикий лис с этим демоном?! Только хватит пудрить мне мозги!!! – рычал Икусагами – Хватит говорить, что ты ничего не знаешь. Я так или иначе вытяну из тебя ответы!

Несколько часов назад Нанами очнулась в холодном, сыром подземелье на каменном полу. Просидела там неизвестное количество времени, после чего ее приволокли в огромный, роскошный зал. И вот уже час как она беседовала с богом войны, Икусагами. Правда беседой это было тяжело назвать. Скорее это был допрос.Причем с пристрастием. В его замке она вовсе не гостья, а пленница. Сидя на холодном полу с оковами на руках, взирала на ходившего из стороны в сторону Икусагами. С важным видом, он засыпал богиню глупыми, параноидальными вопросами, а она только и могла, что плакать и убеждать бога в том, что Томоэ не при чем.

У этого безумца началась паника после того, как он узнал, что Акира вернулся, у него новое тело, а теперь еще и былая сила. Оокунинуши и Мамору-ногами отказались поддержать его армию и отправить демона обратно в преисподнюю, поэтому Икусагами решил вершить правосудие собственными силами. Если всем плевать, что этот мир катится к чертям, то он сделает все ради порядка и общего блага. Даже опустится до того, чтоб похитить богиню Земли. Раз сможет узнать от нее все секретки дикого лиса и его братца. Икусагами был уверен, что Томоэ не раздумывая присоединился к Акире, как и в том, что девчонка в курсе всех их темных дел.

– Но ведь я уже говорила, что Томоэ не при чем. – пыталась достучаться девушка. А сама дрожала всем телом, натыкаясь на взгляд этих горящих бешенством глаз – Он не злодей, поймите. Томоэ мой хранитель и служит прилежно. Его не в чем упрекнуть. Так почему вы решили что...

– Женщина, не зли меня – это было открытое предупреждение. Бога раздражало, что эта девка водит его за нос. Битый час только и делает, что скулит и ничего по существу не говорит. – В жизни не поверю, что он не последовал за своим безумным братцем. И ты мне все расскажешь! Иначе мы перейдем к пыткам.

Сердце громко ударилось об грудь. Нанами сглотнула подступивший к горлу ужас. Он сдавливал внутренности, мешал дышать, не позволяя набрать прохладный воздух.

Талисманов нет. Томоэ не пришел за ней. Можно перехитрить бога. Сочинить на ходу нелепую историю, которая порадует мучителя. Но Нанами знает, что даже под страхом смерти не сможет очернить лиса. Она никогда не сможет подставить и предать Томоэ. Вот только чувства к его брату не в счет.

– Никаких планов нет! – возмущенно закричала девушка. Увереннее чем когда-либо, перебарывая страх – Томоэ сам убил Акиру.– и вот он, железный аргумент – Они враги, вы же сами это знаете?!

– За идиота меня держишь! – Икусагами сел около нее. Больно сдавил своей огромной лапой маленький подбородок – Ну побили морды из-за бабы, ну отправил его лис на тот свет – Нанами сморгнула. Давясь собственным дыханием, она смотрела на сумасшедшего параноика – И что?... Встретились, подрались, выпили пару бутылок саке, вспомнили прошлое и все! Друзья, как и раньше! Братья навек. Это называется мужская дружба, деточка! – он отпустил ее. Поднялся и посмотрел с высока.

– Послушайте же меня. – взмолилась девушка – Томоэ не такой. Он бы никогда не стал помогать Акире в его планах. Да и не нужно Акире захватывать ваш мир!!! – а это было ошибкой – У него и без вас проблем хватает!!! – а это второй.

Следовало держать язык за зубами. Прикусить его и не дать обиде пролиться наружу, как и собственным чувствам. Не удержалась. Раскрылась. И тут же упала на пол, от тяжелой пощечины.

– Вот ты и выдала себя, девчонка. – шипел ликующий бог. Вот он великий Икусагами оказался в итоге прав. Раскрыл всю шайку заговорщиков, разом – Ты знаешь, где я могу найти этого демона? – он присел и грубо дернул богиню за волосы, отчего та поморщилась – Ведь знаешь верно? Место, в котором находится этот деспот скрыто мощной магией, но ты меня туда отведешь. – Икусагами отпустил ее пучок и отошел на пару шагов, о чем-то размышляя. Прикидывал сколько солдат взять в логово этого зверя.

– Я не знаю никакого места, – соврала Нанами, как можно убедительнее.

Поднявшись с пола, она приложила руку к горящей щеке. На пальцах осталась кровь, а нижнюю губу пощипывало.

« Разбил... Сволочь! Больно то как. Томоэ, где тебя леший носит... Быстрее, пожалуйста...Быстрее»

– По глазам вижу, что знаешь. – снова обернулся к ней бог. – Говори!

– Я знаю лишь то, что Томоэ и остальные непременно за мной придут. – Еще один удар по лицу.

Больно.

Нанами распласталась на полу бесполезным ковриком. Силы оклематься не сразу нашлись. Она так и лежала на каменной поверхности, по лицу текла кровь. Нос сильно болел, будто ее не рукой, а дубиной огрели.

 – И отлично, что придет – обрадовался Икусагами – Не удивлюсь, если Микаге и этот трансвестит, Отохико, с ними заодно! Мои ребята их всех уделают в два счета! А тем временем ты покажешь мне где жи...

Снаружи раздался жуткий, оглушительный грохот. Этот шум ударил Нанами по ушам, и она прикрыла их ладонями так сильно, как могла. Вроде крови на руках не осталось. Перепонки целы, и на том спасибо. Достаточно разбитой губы и носа. По шевелящимся губам бога войны, Нанами поняла – тот ей что-то орет.

Ничего не слышно.

Жестом девушка показывает, что оглохла. В огромный просторный зал вбежало пару солдат, которые стали закрывать дверь. Икусагами что-то кричит им, и те мельтешатся по залу. Проверяют все входы, выходы и даже окна.

– Томоэ... – прошептала Нанами с надеждой, не услышав собственного голоса. Улыбнулась и тут же схватилась рукой за кровоточащую губу. От улыбки еще больше стало щипать рану. На кровь, стекающую из носа, наплевала. Утирать ее нет никакого смысла. Багровая жижа течет, как ручей, пробившийся из горы.

Слух понемногу начал возвращаться. Нанами стала различать некоторые звуки и голоса.

– Вы ни на что негодные идиоты! – орал Икусагами, вне себя от ярости – Зачем вообще вас держу, бесполезные ослы?! И как?... Объясните мне... Как такое возможно?!!! Думаете, я стану здесь прятаться от этого ублюдка?! – его взгляд упал на богиню – Это из-за тебя он явился, девчонка!

Резкий рывок за локоть и Нанами стоит на ногах. На руке точно останется синяк, ведь лапы у Икусагами, что железные тиски. Он стал тащить ее к выходу, заранее отдавая приказ.

– Открывайте. – тащит Нанами, а до двери еще метра три, ведь зал огромен – Что смотришь, глупая обезьяна, – орет он солдату, стоявшему у входа – Открывай эти чертовы две...

Не успел.

Грохот. Взрыв.

Двери в одну секунду разнесло на мелкие щепки. Прочное дерево превратилось, в мелкую стружку. В пыль, которая заполнила собой зал.

Хорошо, что богу войны хватило мозгов прикрыть Нанами собой. Щепки, вонзившиеся в него, могли покалечить богиню, если и вовсе не прибить. Солдаты, стоявшие ближе всех к среднему выходу, рассыпались пеплом. Остальные оглушенные, и потерявшие ориентацию в пространстве, вжались в стену. Те, кто находился подальше, бежали через другие двери. В зале царила полная паника. Он был наполнен дымом, пылью, прахом, и наполнял этой ядерной смесью легкие всех присутствующих.

– Икусагами, старый хрыч – послышался язвительный тон, на пороге – Вот я и дома. Судя по закрытым перед носом дверям, ты не очень рад меня видеть. Какая досада... – среди дыма он пока не разглядел бога войны, но интуиция подсказывала, он здесь.

– Ублюдок? Как ты посмел явится в мой дом! – в середине зала, что-то подало голос и зашевелилось.

– Твой дом? – откровенная издевка – Твой дом теперь улица. С вещами на выход, будешь теперь бездомным богом. – в наглую объявил Акира.

– Господин, может лучше, и с его головой поиграем? – радостно завопил Ятори. Утирая рукавом пот и кровь со лба.

Когда они сражались во дворе замка, один солдат полоснул Акиру, мечем по руке, тот в ответ, отрубил ему голову. В итоге отрубленная конечность превратилась в особое развлечение. Акира использовал ее, как мяч, передавая, то Кикуити, то Ятори. Нашел же время, в разгар битвы. Но когда Кенжи передали пас, он поймал голову в руки и поставил на землю. Слишком уважительно относился к чужой смерти.

– Нет, Ятори. Убивать его не входит в мои планы. А вот позора, он нажрется сполна. – Акира ухмыльнулся.

Дым начал рассеиваться. И Кирихито заметил, что бог войны лежит на каменном полу, а под ним еще чье-то тело. Видимо обрушился на одного из своих солдат, после взрыва.

– Тебе не жить, Акира-Оу! – негодовал бог. С такой наглостью ему еще не приходилось сталкиваться. – Я по стене тебя размажу, как жалкого червя... – кряхтел Икусагами, поднимаясь с пола и оттряхивая запачканное пылью кимоно.

– Что за пустые, жалкие угрозы. – поддевал Кирихито – Придумал бы слова пооригинальней что-ли. Хотя я забыл... Откуда взяться фантазии, когда нет и грамма мозгов. – бог войны кипел изнутри. Весь покраснел, всем своим видом походил на того, кого черти в аду поджаривают на сковородке.

Нанами покопашилась, чувствуя, что больше ничего не придавливает сверху. Поднялась на ослабленных руках. Утерла рукавом, кровь на лице, выплюнула попавшую в рот пыль и приложила руку к виску. Саднит и до жути печет. Голова гудит. Слабость настолько сильная, что поднимаясь на ноги, ее немного шатает. Собранные в хвост волосы еще больше растрепались.

« Здорово! Теперь еще и голова разбита. Томоэ увидит меня такой уродиной... блин сейчас начнет кричать...» – с боку и правда был сильный ушиб.

– Томоэ, где тебя носило – тихо сказала она разворачиваясь.

И тишина.

Кажется, по залу прошла трещина от невозможности этой ситуации.

Смотрит.

Широко раскрытые, карие глаза, утонили в багровом море. И в этом море, нет ничего кроме ничем не скрытой растерянности и удивления. Где-то звучат пустые угрозы бога войны и пререкания слуг. Но сейчас в этом зале только двоя. Богиня и демон.

Невозможно.

Недопустимо.

Опасно.

Кто бы мог подумать, что они столкнуться, после того, что случилось ночью, в таком месте.

Внутри богини, вспыхнули недавние, совсем свежие воспоминания, связанные с ним. И сейчас растрепанная, измученная, с разбитым лицом, она почувствовала спокойствие. Когда Кирихито рядом, ей нечего бояться. Неважно, что он отправил ее в храм. Плевать на то, что не стал ничего объяснять. Главное он здесь. Сейчас. И всегда, когда нужен ей. Прожигает ее сердце, одним своим присутствием. Теперь есть чем дышать, когда он рядом. Нанами делает маленький шаг, ему навстречу.

Но глаза демона, сползли чуть ниже. Стали изучать измученной истерзанное побоями, девичье лицо. И Кирихито начинает меняться прямо на глазах. Весь исказился от злости. Такой свежей, такой настоящей и ощутимой. Она переполнила собой не только его тело, но и все вокруг. И сейчас Акира злится на все и на всех. На этого гада Икусагами, который подписал себе смертный приговор. На дуру Нанами, которая снова очутилась не там где нужно. Которая такая хрупкая, что достаточно пары ударов, чтоб на нежном лице появился сине-алый отек. Злится на ее разбитый нос, ссадину на голове. И главное на себя, потому что черт бы его подрал, испытывает жуткое чувство вины. Потому, что опоздал. Не явился раньше и не отрубил гаденышу руки до того, как он успел и волос, на ее дурной голове, тронуть.

– Какого ты здесь делаешь! – заорал вне себя Акира – Идиотка, я же... – « мог убить тебя» застряло на кончике языка, не сорвавшись вслух.

– Кирихито... – прошептали губы. А в глазах богини, ни капли страха, одно сплошное доверие. Будь оно не ладно. Нанами остановилась лишь потому, что Икусагами грубо схватил за локоть, иначе давно бы кинулась в объятья Акиры. Искала бы в них поддержки, утешения и тепла. Забыла бы пережитый ужас и боль.

– Хозяин может, ее головой поиграем? – заликовал Ятори. Сам весь побитый как пес.

Вообще все четверо походили на зомби. Окровавленные, грязные, мокрые, а дыхание такое частое, что и говорят с трудом. Акире пришлось изрядно попыхтеть, чтоб сюда добраться. Но Кикуити не обманул его. Шикигами и правда выбрал самых лучших екаев, ни капли не подвел господина. Во дворе белый снег окрасился в багровый, как раз под цвет глаз нового хозяина дома. Крови снаружи было столько, что образовалось целое озеро. Алая юшка текла рекой, поэтому сражаться стало, еще сложнее. Все скользили, как на льду.

– Если не забьешь рот, то следующая башка, станет твоей. – чуть ли ядом не плевался от гнева Кирихито – Какого черта, ты лезешь, когда я разговариваю?

– Понял... П...Простите, господин – Ятори тут же прикусил свой длинный язык и отошел подальше. Ему хватало ран на теле, не хотелось обзавестись новыми. К тому же если б не господин, он бы давно лежал мертвым грузом в каком-нибудь сугробе. Акира снова спас его жизнь, ровно, как и двум остальным слугам. Они все были в неоплатном долгу перед ним. И как Кирихито успевал сражаться за свою жизнь и спасать других. Вовсе не из благородства, конечно. Просто преданных слуг мало и возится с поиском новых, нет желания и времени. Легче было прикрыть их зад. Бесполезный – как сказал Акира.

– Что узнал любимую своего подельника?! – ревел бог войны – Это она привела тебя сюда?! Ты ведь за ней явился разве нет?! – Икусагами схватил Нанами за волосы, и чуть дернул, та поморщилась от боли.

Нет черт возьми.

Не за ней.

Не за ней он приперся.

Всего-навсего, хотел вновь обрести власть, опозорив бога войны. Хотел вернуть свою силу, объявить всем, что Кровавый Король снова в игре. Вернулся, победив саму смерть. И скоро грядут перемены.

Но теперь, плевать.

На все планы стало плевать. Все растеряло смысл. Намеченные цели, превратились в пыль, стоило увидеть ее такой беспомощной, в руках ублюдка, что причинял боль. Обращался с ней, как со свинье перед убоем. И Акире показалось, что сейчас ему ломают хребет. Вытаскивают внутренности наматывая их на тонкую вилку. Бросают на колени, как жалкого пса и бьют, бьют слишком сильно. Беспощадно. С отборной, отточенной жестокостью. В самое сокровенное. Сердце.

« Нет. Заткнись...» – кричит сознание в полу-безумии. Да только сил заткнуть его нет, а надо. Хладнокровие единственное, что способно спасти эту дурочку. Сейчас Акира в двойне ее ненавидит, потому, что готов на коленях молить, паршивого Икусагами, не трогать ее. Хотя нет. Все же на такое не готов. Не до конца спятил. Но вот оторвать богу все конечности – это с радостью. Руки уже вспотели, сжимая рукояти катан. И на смену отчаянью приходит неистовая ярость.

Боже. Как же сейчас он ей рад. Никогда прежде не испытывал такого удовлетворения и прилива сил когда по венам растекалась обжигающая злость, заполняя внутри все. Истребляя все другие возможные чувства.

Вокруг Акиры уже нарастала багровая аура, и Икусагами это заметил. Но в ту же секунду, она рассеялась в воздухе. Не оставив и следа от утерянного контроля.

– Совсем мозгами долбонулся? – удалось кое-как выжить из себя. Правда не так убедительно, как обычно – Тамоэ мне не подельник, а лютый враг!

– Да что ты? – недоверчивым тоном сказал Икусагами, прижав горло Нанами рукой. – Поэтому эта глупая женщина, отказалась выдавать тебя?

– Что? – демон опешил.

« Так эта дура, так разукрашена потому, что меня покрывала... – злость уже пульсировала в висках – Ненавижу людей!!! За тупой, никому ненужный, героизм. Кто ее просил?!!! Мне не нужно этих проклятых жертв дура!!! Мне не нужно твоей гребаной защиты!!! Просто живи. Просто, пусть никто не смеет тебя трогать!!! Твою мать!...» – сейчас он казнил сам себя. Шикигами чувствовал, что еще немного и они вместе подохнуть от распирающего чувства вины и злости. Лопнут как два мыльных шарика.

– Господин, – окликнул он его смахнув пот со лба и унимая в руках дрожь.

Этот голос будто вытянул Кирихито из лап приближающегося безумия. Заставил бросить все силы на то, чтоб найти точку опоры. Удержаться за что-то. Найти почву под ногами и вернуть утерянный контроль.

– Выдать меня? Да она ни черта обо мне не знает чтоб выдавать. Ты глуховат, но я повторю. Томоэ мой враг.

– Вот сейчас и проверим. Враг он тебе или друг. – с этими словами Икусагами достал из за пазухи танто* и приставил его к горлу богини.

Нанами вся сжалась, как улитка, в которую тычат палочкой. Пыталась, отдалить шею, как можно дальше от лезвия. Оно обжигало холодом кожу. Глазки забегали от сдавившего страха и все скользил по блестящему металлу.

А вот и точка опоры.

Жизнь богини на кону и от каждого последующего шага зависит ее дальнейшая судьба. Дело принимало плохой оборот. Это понял Акира, Кенжи и Кикуити. Ятори как обычно оставался в неведенье. За бортом.

– Ну, проверяй – бросил Акира, как можно равнодушнее.

В этот момент понял, что по нему плачут все театры мира. Правда никаких бурных оваций, не последовало. Оскара за отменное выступление, никто не собирается вручать. Великий артист погиб в нем. Блефовал настолько мастерски и правдоподобно, в тот момент, когда внутри от страха все сжималось. Поджилки дрожали, а нервы скручивались в сжатый клубок. Еле держался, чтоб контролировать безграничную ярость. Она как отбойный молоток колотила мозг, расщепляла сознание на мелкие осколки. Шептало, «поддайся». Но пока нельзя.

Рано.

Слишком рано.

Игра еще не закончилась. Поэтому он невозмутимым, ничего не выражающим взглядом сверлит бога войны. Выигрывает время. Думает над каждым сказанным словом и действием.

« Только ошибись, сволочь. Одна маленькая ошибочка и ты в могиле. Давай же... » – руки сжали катаны так крепко, что Акира удивился, как они не раскрошились.