Текст книги "Повелитель теней. Том 5 (СИ)"

Автор книги: NikL

Соавторы: Вик Романов
сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 15 страниц)

В принципе, необходимые вещи для проведения ритуала можно было отыскать в Северных Гребешках. Кроме одного артефакта – благо, он продавался вполне законно в обычных магазинах, так что я заказал его перед тем, как отправиться за Машей. На электронную почту пришло письмо, в котором сообщалось, что мой заказ едет в пункт выдачи и будет там через час. В Изнанке сеть не работала, сообщение, видимо, пришло, пока я путешествовал по духовкам. Прекрасно. Значит, пока можно помедитировать и настроиться на нужный лад. Однако меня глодало беспокойство, я не смог с ним совладать и сосредоточиться. Поняв, что с медитацией не задалось, я решил прогуляться по деревне и попросил Марену:

– Выпусти меня наружу, я вернусь, когда соберу всё необходимое для ритуала.

Марена, которая не отрывала взгляда от Маши, махнула рукой, и меня выбросило в Храм. Как только я очутился в реальности, мобильник завибрировал. Звонила Кристина.

– Алло? – сказал я в трубку.

– Марк, тебя тут за прогулы хотят отчислить, – встревоженно проговорила Кристина. – Директор грозится тебя вышвырнуть, если ты не приедешь на занятия.

Глава 25

– Марк, тебя тут за прогулы хотят отчислить, – встревоженно проговорила Кристина. – Директор грозится тебя вышвырнуть, если ты не приедешь на занятия.

Я раздражённо выдохнул – только этого не хватало! Я вообще-то не планировал заезжать в Академию. Я взглянул на часы и глухо выругался: заказанный артефакт вот-вот будет в пункте выдачи. Можно было бы сразу же провести ритуал по стиранию памяти и полностью обезопасить Машу, но нет, закон подлости обязательно должен сработать. Я с трудом подавил раздражение: как бы ни хотелось, но злиться времени не было, а срывать гнев на предметах и окружающих – и вовсе глупо. Мне нужно здравомыслие и смекалка, чтобы быстро разрулить все неприятности и вернуться в Северные Гребешки. Я позволил себе постоять в тишине Храма ещё несколько минут и вышел на улицу. В деревне царила суета, но это было обычным делом. Крабогном щедро проспонсировал все бизнес-идеи, предложенные деревенскими жителями, – даже самые нелепые, те, которые зарубили Лера и Вера. Благодаря этому, каждый житель Северных Гребешков был при деле – при личном деле! И старался его активно развивать. У некоторых получалось весьма удачно, и деревенская казна быстро росла. Что весьма грело мне душу: ведь деревенские деньги – мои деньги.

Я побежал к особняку, чтобы перенестись в Краснодар по духовке, однако на окраине деревни меня перехватила Лера. Она с обеспокоенным выражением лица ходила по большому огороду и рассматривала грядки. Завидев меня, она подняла руку, чтобы привлечь моё внимание, но, засомневавшись, тут же опустила её. Видимо, физиономия у меня была зверская. Однако, надо ей отдать должное, Лера спустя секунду решительно нахмурилась и поспешила мне наперерез.

– Марк! Господин! Постойте! – повысив голос, позвала она. – Нам нужна помощь!

– Это не потерпит до завтра? – уточнил я.

– Нет, – Лера покачала головой и, тяжко вздохнув, уточнила: – Скорее всего, нет. Мы не знаем, как отреагируют грибы на отсутствие удобрений. Возможно, они к завтрашнему утру погибнут. Честное слово, я бы вас не отвлекала по глупостям! Но мы вложили в эти грибы столько денег, и это я не учитываю те инвестиции, которые нам дал Крабогном! Не знаю, что хуже – потеря денег или то, как расстроится Крабогном. Вложения мы с двух первых продаж почти отбили, но он-то… С каждым грибочком по утрам разговаривал! – поймав мой удивлённый взгляд, она пояснила: – Ну, он где-то прочитал, что с растениями надо разговаривать. Технически грибы – это не растения, но…

– Стоп, стоп, стоп, – я закатил глаза. – Лишние подробности! О каких грибах вообще речь? Вы о шампиньонах так печётесь?

Лера укоризненно на меня взглянула и скрестила руки на пышной груди:

– Нет, я понимаю, конечно, что вы нам доверяете – как-никак магическая клятва… Если попытаемся обмануть, умрём на месте, но вы хотя бы ради интереса заглядывайте, пожалуйста, в документы. Где-то месяц назад я присылала вам бумаги на подпись, чтобы вы выделили нам денег на развитие сельского хозяйства. Там было предложение организовать и магическое производство – почва в Северных Гребешках хорошая, магические травки-муравки расти будут нормально. Ну, если удобрения правильные подсыпать время от времени. Вы одобрили, даже выделили отдельный пункт для денежных вливаний. Вспомнили?

– Нет, – признался я. В мыслях крутились смутные воспоминания… Кажется, я решил, что ничего плохого в этой идеи нет – сильно тратиться не надо, перспективы в развитии есть. Однако, честно говоря, сильно я в эту затею не верил. Слишком уж амбициозная. Решил, что пусть пока балуются, прощупывают почву, а через пару месяцев я уже сам возьмусь за дело всерьёз, основываясь на их опыте. Но Лера, Вера и Крабогном прыгнули выше головы – не только вырастили волшебные грибы, но даже продали несколько партий. А на рынок магических ресурсов ещё попробуй вырваться! Я вынырнул из воспоминаний и сосредоточился на Лере: – Просветишь меня потом, сейчас не до разговоров. Вам нужны удобрения, я правильно понял?

– Да, – кивнул Лера и рассерженно нахмурилась. – Бородатый утырок отказывается продавать нам муку из костей кикимор! Почуял в нас конкурентов, монополист проклятый!

– Имя монополиста? – спросил я, но Лера не успела ответить – меня осенило, и я быстро вставил: – Погоди-ка, а ты Крабогному не говорила о возникшей проблеме? Если он о грибах так печётся, то…

– Нет, вы что! – замахала руками Лера. – Да он же его прикончит!

– О, у Крабогнома к грибам всё настолько серьёзно? – я иронично хмыкнул. – Дай хоть посмотрю, что за сорт.

Я подошёл к невысокой ограде и, перегнувшись через неё, заглянул в огород. Между зарослями свеклы и малины тянулись ровные грибные грядки – блестящие желтоватые шляпки сияли на свете солнца. Ну кто бы сомневался… Крабогном выбрал Ведьмину Отраву! Несмотря на грозное название, эти грибы были весьма полезны – они увеличивали магическую силу того, кто их ел. Однако был не особо приятный побочный эффект – также они увеличивали его в размерах. Прямопропорционально. Если сила мага увеличивалась в два раза, то его рост становился из, допустим, метра пятидесяти – тремя метрами. Неудобно. В повседневности Ведьмину Отраву редко использовали, но она сильно помогала развивающимся магам – например, почувствовать ранговую способность или прорваться на следующий ранг. В общем, Ведьмина Отрава была невероятно востребована. Выращивать её сложно – требовалась не только костная мука монстров, но и постоянные магические вливания. На плантациях таких грибочков работало до сотни слабеньких магов, которые непрерывно их подпитывали своей энергией. Только вот что-то на этом огороде я не вижу магов-работников. Значит, Крабогном как-то умудрился решить этот вопрос. Вероятно – сливал сюда излишки своей магии.

К сожалению, костная мука нужна была в обязательном порядке, без неё Ведьмина Отрава долго не протянет. Я прокрутил в голове всё ещё раз – вопрос необходимо решить срочно, буквально за несколько часов. Пытаться в дипломатию и договариваться с человеком, который вставляет нам палки в колёса – бесполезно. Условия будут заведомо невыгодные. Ехать к нему, угрожать, делать ментальное внушение?.. Зачем? Лера пожалела кхм… как она выразилась, проклятого монополиста, но я думаю, что жалость в такой ситуации излишняя роскошь.

– Позови Крабогнома и расскажи ему всё, – велел я. – Но передай, что убивать запрещаю. Только покошмарить и выбить поставку костной муки. Нет, лучше контракт на лет шесть стабильных поставок. Со скидкой. Я лично поболтаю с этим монополистом, когда разберусь с более важными проблемами.

– Земля ему пухом, – вздохнула Лера. Похоже, она не сомневалась в способностях Крабогнома находить общий язык с людьми. Ну, собственно, я – тоже. Уверен, что Крабогному вообще не придётся платить за костную муку. Несчастный монополист согласится поставлять её бесплатно, только чтобы спастись от проделок зловредного духа. Ну, будет ему уроком. Пусть недельку походит, помучается от мысли, что ему лет десять придётся снабжать мою деревню костяной мукой за дохлых крыс. А потом уж я появлюсь – так и быть, немного поправлю условия договора. Не в моих интересах, чтобы неудачливый монополист разорился. Уже в особняке я вспомнил, что забыл уточнить – в курсе ли Вера и Лера о технике безопасности? Заборы вокруг Ведьминой Отравы невысокие, через них вполне может перескочить деревенская живность. Я достал телефон и написал Лере сообщение с предупрежденеим. С одной стороны, кажется, что трёхметровая лошадь особой опасности не несёт – ну, походит пару часиков в таком виде, а потом уменьшится. Но с другой стороны, я лично сталкивался с последствиями…

* * *

Прошлая жизнь Марка Ломоносова, деревня неподалёку от Томска.

С делами в деревне Белоозёрке я закончил раньше срока: местные жители страдали от нашествия Нечистиков – мелких тварей с головами как у летучих мышей. Эти монстрики ходили на двух ногах, были ростом не выше двадцати сантиметров и постоянно дрались друг с другом. Фактически они больше ничем и не занимались. Жители Белоозёрки пожаловались на непрерывные вопли, доносящиеся из леса. Сначала люди боялись, потом – уже просто сердились, потому что не могли нормально спать. Иногда – даже ходили посмотреть на диво-дивное, чудо-чудное. Так как вызов был несрочным, охотников к ним долго не посылали. Да и я взялся за дело просто потому, что хотел немного отдохнуть. Так как знал, что прихлопнуть Нечистиков – минутное дело. Ну, так оно и получилось. Нечистики были глупыми и территориальными монстрами – обычно выбирали тридцать-сорок квадратных метров и устраивали там своё поселение. Плодились, дрались, убивали друг друга, и так по кругу. А плодились они как кролики. Они даже меня не заметили – я остановился на небольшом расстоянии от них, так как от их «жилья» невероятно воняло. Мощный удар магии – и Нечистики мертвы.

Я заметил, что на их поляне разрослась Ведьмина Отрава – неудивительно, ведь Нечистики не жалели энергии, щедро выплёскивая её в драках, и к тому же постоянно поставляли новые порции костной муки. На всякий случай я уничтожил все грибы – животные сюда едва ли сунутся, обычно они боятся монстров, даже таких ничтожных, но подстраховаться не помешает. Со спокойной душой я вернулся в Белоозёрку, доложил старосте о выполнении задания и принялся отдыхать. Вдали от шумных городов, на природе – красота! Три дня пролетели в тишине и умиротворении, я наконец-то выспался за все прошедшие пять лет и научился не подскакивать ни свет ни заря, а дрыхнуть, пока солнце не поднимется в зенит. Вроде бы ерунда – а сколько удовольствия! Однако на четвёртый день я проснулся около восьми утра. Разбудил меня женский крик. Я выглянул в окошку и увидел, как дородная женщина избивает мужчину полотенцем. Судя по всему – своего мужа.

– Скотина! Я из-за тебя всех гусей загубила! Сколько раз говорила – выкидывай свою отраву на помойку! А ты⁈ – каждое слово она сопровождала ударом. – Зачем ты эту гадость за дом выливаешь? А⁈ А⁈ Отвечай немедленно!

Я откашлялся, привлекая её внимание, и поинтересовался:

– А что случилось?

– Да этот старый болван вино делал и настойки на вишнях, а сброженные ягоды выкинул на заднем дворе, – женщина вдруг заплакала. – Гусечки мои ненаглядные… Сколько ж я вас растила, а всё для чего? Для того, чтоб этот ирод вас погубил!

– Да ты сама дура! – крикнул в отчаянии мужик. – Чо не подождала-то? Чего сразу ощипывать бросилась⁈ Они бы проспались, и всё б хорошо было! А ты их ощипала и на помойку к Нечистикам выкинула!

– Да откуда ж я знала, что они нажрались твоих ягод и захмелели? Я думала, что их Агафья потравила за то, что они у неё помидоры потоптали. Вот и ощипала, чтоб добру не пропадать. Мясо-то всё равно есть нельзя. И смотреть на моих бедных гусиков я не смогла… Сколько ж я их растила, сколько ж я в них вложила… Потому и отнесла в лес, чтоб глаза мои их не видели!

Сдерживая смех, я закрыл окно и рухнул на постель. Однако скоро мне стало не до веселья – из леса донёсся громогласный гогот. Такой шум не могла бы издать стая гусей. Даже две стаи. Гогот стремительно нарастал, и очень скоро закачались деревья. В тот день мне и всем жителям деревни довелось увидеть двадцатиметровых голых гусей – перья у них остались только на крыльях и немного на головах. Судя по всему, я не уничтожил грибницу Ведьминой Отравы и она заново разрослась. А бедные гуси, пьяные и ощипанные, когда очнулись, решили немного перекусить. В тот момент, видимо, они ещё были пьяны, и алкоголь действовал как обезболивающее. Однако сейчас гуси стремительно трезвели. И зверели. Никогда бы не подумал, что ощипанные похмельные гуси, вымахавшие до тридцати метров, могут стать оружием массового поражения…

* * *

Первым делом, телепортировавшись в Краснодар, я направился в пункт выдачи, забрал там заказанный артефакт и уже потом поехал в Академию. Где искать директора? Скорее всего – в ректорате. Я потопал туда – оттягивать смысла нет. Чем быстрее разберусь с учёбой, тем быстрее вернусь в Северные Гребешки. Я постучался в дверь и, когда изнутри раздалось: «Входите!», зашёл внутрь. На мне скрестились десятки взглядов. За длинным столом сидело человек десять. Во главе, что удивительно, был не директор, а усатый мужик в белой рубашке, которая почти насквозь промокла от пота. Он обмахивался документами и тяжко дышал, словно поднялся на пятый этаж бегом, да ещё и по крутой лестнице. Виктор Викторович стоял рядом с окном и просматривал какие-то бумаги. Кивнув мне, он криво усмехнулся и сказал:

– Вот и Марк Ломоносов, собственной персоной.

– Вы меня искали? – вежливо спросил я, чуя, что пахнет жареным.

– О-о-о-о-о-о-о, молодой человек не в курсе, что Академия находится под личным контролем Императора? – с нескрываемым сарказмом протянул Усатый и жестом остановил Виктора Викторовича, который шагнул вперёд. – Не беспокойтесь, я всё объясню. Наставлять юное поколение на путь истинный – сплошное удовольствие. Так о чём я говорил? Ах да… Контроль Императора! – он поднялся и подошёл ко мне, обдав вонью пота. – Каждый год в Академию приезжает Императорская проверка. То есть – мы. Наша главная цель – отсеивать неучей, которые бездарно проедают государственный бюджет. Ранее мы позволяли директору заниматься контрольными экзаменами, однако в этом году… Что ж, юноша, считайте, что вам оказана большая честь, – мы лично проверим ваши знания.

– Какой пафос, – пробормотал я.

– Что? – Усатый грозно насупился.

– Корга хаокс, – произнёс я громко бессмысленную абракадабру и с умным видом пояснил: – В переводе с древне-эвенского означает «К вашим услугам».

– Хорошо, – с недоверием кивнул Усатый и указал на пустой стул, который стоял рядом с тем, на котором он сидел. – Устраивайся поудобнее. Сперва по программе устный опрос.

– А повторить? – я приподнял брови.

– Не переживай, вопросы будут лёгкими, – пообещал Усатый, но по его голосу я понял – врёт как сивый мерин. Есть у меня подозрения, что его послали в Академию для показательной порки – выбрать прогульщиков и отстающих студентов, сделать всё возможное, чтобы они завалили проверочные экзамены, и отчислить. Не думаю, что это очередной заказ Перуна. Скорее всего, неудачное совпадение. Мда, походу, сейчас я вылечу из Академии. Единственное, что могло бы меня выручить, – это подключение к информационному полю. Однако, попав в этот мир, я почти сразу потерял возможность свободно получать необходимую информацию. Внезапно я понял, что все, кто находился в комнате, внимательно на меня смотрят. Усатый – с предвкушением и осуждением, Виктор Викторович – с интересом и скрытым злорадством. Ого, неужели радуется, что вот-вот избавится от меня навсегда? Но нет, директор зыркнул на Усатого, и я осознал – он абсолютно убеждён, что я утру нос проверяющим. Да уж, не хочется разочаровывать Виктора Викторовича…

– Что вы сказали? – спросил я, милейшим образом улыбнувшись Усатому.

– Кто написал монументальный труд по Энергообмену в десятом веке? И как называется эта великая летопись? – зло повторил Усатый.

Я не знал и уже хотел просто повеселиться и окончательно выбесить всю комиссию, чтобы обо мне ещё лет десять говорили, но напоследок, поддавшись тлеющей в душе надежде, я потянулся к информационному полю и попытался к нему подключиться. И неожиданно… у меня получилось!

– Да чтоб меня Изнанка сожрала! – воскликнул я, не сдержавшись.

– Молодой человек, что вы себе позволяете⁈ – гаркнул Усатый и долбанул кулаком по столу.

– Простите, обрадовался, что вы задали настолько лёгкий вопрос, – я расплылся в счастливом оскале, боковым зрением заметив, как переглянулись другие члены комиссии. – Феодор Скутариот. Летопись написал Феодор Скутариот. Какой следующий вопрос?

Глава 26

Радость моя была недолгой. К мировому полю информации я подключился легко, но поддерживать подключение постоянным и бесперебойным оказалось очень нелегко. Раньше я мог подключаться и отключаться от информационного поля хоть по миллион раз на день – это давалось мне невероятно просто. Можно сравнить с мытьём посуды – взял тарелку, намылили и подставил под струю воды. Разве это сложно? На первый взгляд. А если задуматься глубже, то потребуется и вода, и губка, и средство для мытья посуды. Нет, наверное, можно по старинке… как там раньше мыли тарелки? Найти родник и песочком потереть? Однако в современных условиях попробуй ещё отыскать в городе чистый ручей, чтобы потом не отравиться какими-нибудь химикатами. То же магическое производство различной бытовой ерунды довольно ядовито и загрязняет окружающую среду. Почву – особенно. Поэтому заводы, даже если они находятся в городе, помещают в огороженную зону, на большом расстоянии от жилых домов. А вокруг промышленных зданий постоянно проводят магическое очищение – чтобы не допустить утечки.

В общем, я к тому, что, если у человека отобрать воду, все губки и чистящие средства мира, то ему придётся очень постараться, чтобы нормально помыть посуду. Вот и для меня подключение к информационному полю было плёвым делом. Всего-то нужно – способность чувствовать Изнанку, целое магическое ядро и возможность экономно тратить энергию. Однако сейчас у меня ничего из перечисленного попросту… не было. К информационному полю я смог подключиться только потому, что, во-первых, немного починил магическое ядро, а во-вторых – механизм подключения у меня был отточен в прошлой жизни. Однако теперь информационное поле неохотно отдавало мне данные – оно почти не откликалось, и мне приходилось искать то, что нужно, самостоятельно. Но будто этого было мало… Вдобавок тратилось огромное количество энергии. Я не мог отключиться – второй раз просто бы не получилось подсоединиться снова. Но моё магическое ядро стремительно пустело…

– Назовите три способа убийства Ядовитых Джунгариков, которые рекомендуется использовать, – потребовал Усатый. Он внезапно сменил гнев на милость – явно был впечатлён моими знаниями по всем предметам. Но, похоже, слишком увлёкся. Это стало походить на странные соревнования: он засыпал меня вопросами со второго, третьего и четвёртого курсов, словно надеясь найти хоть одну тему, в которой я не в зуб ногой. Другие члены комиссии и Виктор Викторович пытались его одёрнуть, но Усатый небрежно отмахнулся. Я вытер пот со лба и заметил, что моя рука подрагивает. Организм истощён. Нет, я понимаю, что экзамены убивают, но я думал, что это метафора! Я опёрся о стену, когда в глазах потемнело, и отключился от информационного поля. Всё, финиш. Доводить себя до истощения я не намерен. Да и вообще… А так ли мне нужна Академия? Походу, легче набить морду Перуну, чем сладить с Усатым.

– Так что? – с нетерпением переспросил Усатый, вырвав меня из размышлений.

Ну, с этим вопросом мне повезло. Охотник я или кто? Я ещё раз вытер пот со лба и раздражённо погрозил ему пальцем:

– Обманывать нехорошо. Три рекомендованных способа, как справиться с Ядовитыми Джунгариками… Как будто эти способы вообще существуют! А ведь, строго говоря, Ядовитых Джунгариков запрещено убивать. Эти мелкие твари никогда не открывают Трещин. Они – симбионты крупных монстров. Мерзкие вредные, так и хочется прихлопнуть… Но если прихлопнешь – будет только хуже. Они размножаются процессом деления. На родителе-Джунгарике фактически вырастает второй Джунгарик, поменьше. Потом отделяется. А если вы убьёте Джунгарика, то спровоцирует бесконтрольное деление – из одного крохотного тельца через две минуты вырастет орда мелких противных тварей, – я пару секунд помолчал скрестил руки на груди и заявил: – Я ответил достаточно.

– А что вы сделаете, если… Что? – до Усатого дошёл смысл моих слов, и он растерянно заморгал.

– Я ответил достаточно, чтобы вы решили – сдал я экзамен или завалил. Можете отчислять меня, если пожелаете, но больше я не произнесу ни звука. Последние полтора часа вы гоняли меня по всем темам всех курсов, хотя я, если мне не изменяет память, даже не закончил первого. Так что вариантов немного. Либо за такой ответ вы поставите мне отлично, либо мне уже ничто не поможет.

Усатый заметно смутился, его щёки порозовели.

– Ваши пропуски были аннулированы ещё пятьдесят минут назад, – произнёс он. – Простите, если переусердствовал, но мне стало интересно, насколько вы опередили программу. Впервые! Впервые среди прогульщиков мы наткнулись на такой бриллиант! – он пафосно воздел руки к потолку. – Вы не представляете, как приятно пообщаться с умным человеком. О этот прекрасный момент, когда ты задаёшь вопрос и наконец-то не видишь это тупое выражение лица, характерное для всех идиотов! Марк Ломоносов, я могу с чистой совестью признать, что вы – один из самых талантливых студентов, которых я встретил за последние десять лет. Я напишу вам рекомендацию и предложу вашу кандидатуру на Императорскую стипендии.

– Благодарю, не стоит, – попытался откреститься я. Стипендии – материальная поддержка для тех, кто не справляется с оплатой всех издержек при обучении. Однако у меня в банке лежит счёт на кругленькую сумму, а Северные Гребешки преумножают мой капитал. И это я ещё не вспоминал про подпольный магазин кристаллов. Так что стипендия мне ни к чему. Как-то неловко отбирать её у тех, кто действительно нуждается.

– Не нужно скромничать, – Усатый был непреклонен. – Я уверен, вашу кандидатуру обязательно одобрят!

Энтузиазм из него так и прёт, конечно. Я поморщился – переубеждать его бесполезно, так что придётся лично позаботиться, чтобы мне отказали в Императорской стипендии. Ну или просто подошлю Крабогнома, чтобы выкрал мои документы и подложил бумажки на другое имя. Усатый несколько минут разливался соловьём и нахваливал мои гениальные мозги, пока Виктор Викторович не сунул ему под нос какую-то папочку. Это сработало – Усатый отвлёкся, и я внаглую сбежал. Ну как сбежал – скорее едва плёлся, держась за стеночку. Организм после такого стресса требовал долгого сна и отдыха, но энергетический запас постепенно восполнялся. Я поражённо остановился – за всеми делами совершенно не отследил, когда мои способности начали возвращаться в полной мере. Я не просто поднимался по рангам системы развития этого мира, но и возрождался как полноценный Повелитель Теней. Внутри разлилось приятное тепло. Ладно, отпраздную позже. Сначала – нужно заскочить в свою комнату и поглотить парочку кристаллов, чтобы не грохнуться в обморок. А потом – Северные Гребешки, ритуал, отнести Машу обратно, в её Аргентинский дом.

Я направился в общежитие, однако по дороге меня что-то привлекло – сначала я даже не понял, что именно. Пришлось остановиться в сторонке, чтобы не мешать другим студентам, которые двигались по коридору, и осмотреться. Взгляд зацепился за женщину, которая сидела на скамейке в небольшом сквере для отдыха. Она с ленцой оглядывалась по сторонам и вроде бы ничего не делала. Ключевое слово – вроде. Внезапно от неё распространилась знакомая волна магии. Я моментально понял, что это – магия времени. И тут, видимо, почувствовав, что я беспардонно на неё пялюсь, женщина повернулась, и я увидел её лицо. Анна Викторовна, сестра директора. Но она же оракул? Как она получила способность управлять временем? Вторая волна магии пронеслась по скверику. Я был сильно истощён, но у меня всё-таки хватило сил, чтобы отследить её. В правом углу сквера, где за столиком сидела группка парней, всё словно бы подёрнулось туманом. Иллюзия моментально исчезла, я снова чётко и ясно видел ребят. Только вот… разве мне показалось, что секунду назад один из парней спокойно пил газировку? Так почему он сейчас валяется в метре от скамьи, весь облитый лимонадом? Когда это произошло? Я уставился на Анну Викторовну. Она точно не двигалась, я бы заметил.

Колёсики в моей голове крутились с бешеной скоростью. Возможно… Да нет, звучит фантастически. И в это мгновение Анна Викторовна перевела взгляд на меня и с лёгким злорадством улыбнулась. Я ощутил, как моё тело прошивает чужая магия. Я был истощён и просто не мог оказать достойное сопротивление, но случилось внезапное – магия Анны Викторовны не нанесла мне вреда. Она вообще на меня не подействовала – словно ласковое поглаживание пробежала по коже и растворилась в воздухе. Анна Викторовна не сдержала изумления – её рот приоткрылся, она подалась вперёд и даже приподнялась. Я нагло ей подмигнул и потопал прямиком к скамейке. Ну, сложить два и два она уж точно сумеет – скорее всего, Анна Викторовна поймёт, что записку ей прислал я. Рыбак рыбака видит издалека и всё такое. Почему бы не поболтать откровенно?

Я тяжко опустился рядом с нею и протянул:

– Сегодня день открытий, а?

– О чём ты? – скривилась Анна Викторовна, однако по её напряжённому взгляду я видел, что она меня опасается. Умная женщина, быстро соображает. Но, скорее всего, ей нечего бояться. Если её магия не подействовала на меня, то велика вероятность, что в обратную сторону это сработает так же. Сообщать ей об этом я, конечно же, не буду.

– О том, что у нас много общего, – я откинулся, закинул ногу на ногу и, запрокинув голову, посмотрел в небо. Сегодня было ясно, лишь вдалеке плыли белые барашки. Я задумался, какую тактику выбрать. Убеждение силой? Для этого я слишком слаб. Шантаж? Ну, я уже пробовал – не то чтобы помогло. Да, Анна Викторовна перестала убивать Психотроников, но начала экспериментировать на других людях. Стоит подыскать иной подход. Она молчала, поэтому я, внимательно отслеживая её реакцию, сказал: – Ничего более полезного не смогли придумать? Ну, кроме как развлекаться, рискуя себя выдать? Собственно, так и произошло. А ведь на моём месте могли быть Психотроники, – я демонстративно огляделся. – Повезло, что их нет поблизости.

– Замолчи, – прошипела Анна Викторовна. – Действительно, зачем скрываться, почему бы вообще не прокричать о наших способностях на всю Академию? И после этого ты мне будешь рассказывать про осторожность?

– Ну, могу рассказать про бессмысленность того, чем вы занимаетесь, – я пожал плечами и хмыкнул.

– И чем же я, по-твоему, должна заниматься? Внимательно слушаю твои предложения. И даже обещаю, что всерьёз их обдумаю.

– Я могу только предполагать о том, как проходила ваша жизнь. Но мои предположения основаны на личных наблюдениях. У меня есть подруга. Маша Кошкина, может, слышали? – Анна Викторовна дёрнулась. Судя по всему, она осведомлена, что Виктор Викторович пытался подсунуть Машу Психотроникам, чтобы спасти её. – Так что я сделаю несколько предположений, основываясь на том, что пережила моя подруга. Вероятно, вас мучили Психотроники, вам вечно приходилось прятать свои способности. Таблетки спровоцировали спонтанные предсказания, да? Вам пришлось ограничить общение с людьми, вы стали затворницей. Не по своей воле, разумеется. Брат пристроил вас в Академию по блату, и все об этом знают. Им наплевать на вашу историю, на вашу личную трагедию… Сплетни намного интереснее. Они говорят за вашей спиной, что вы – бесполезный придаток Виктора Викторовича…

– Хватит, – перебила Анна Викторовна. Она не повысила голоса, но голос у неё был страшным, полным горечи и ненависти. Только к кому – непонятно. То ли к миру, то ли к себе. Она покачала головой и сказала: – Замолчи. Не дави на больные мозоли, это бесполезно. Я понимаю, чего ты добиваешься. Пытаешься вывести на откровенность? Убедить меня в чём-то?

– Одновременно и в точку, и мимо, – я усмехнулся. – Просто хотел показать, что у вас начинается новая жизнь. Повторюсь, я не вижу поблизости Психотроников. То есть они не чувствуют, как вы используете магию. После той истории с Машей я в курсе, что у них есть специальный артефакт обнаружения. Всех оракулов моментально вычисляют и похищают. Ой, простите, нанимают на важную государственную службу, – я выдержал небольшую паузу. – Однако вы неделю безнаказанно развлекались, убивая Психотроников. Если не секрет, это только магия времени или дар оракула тоже? – она иронично подняла левую бровь: мол, действительно надеешься, что я честно отвечу? Справедливо. Я кивнул и продолжил: – В любом случае вас до сих пор никто не вычислил. Разве вы не задумывались, какие перспективы это открывает. Разумеется, кроме карьеры серийного убийцы.

– Нет, не думала, – озадаченно прошептала Анна Викторовна. – А ведь и правда…

– Подумайте, подумайте, – я поднялся и шагнул к выходу, напоследок бросив: – Пожалуйста, будьте осторожны в своих решениях. У меня нет желания с вами сражаться.

Я взглянул на экран телефона. Гм, в общем счёте я провозился около трёх часов. Маша ещё должна спать. А если очнётся, Марена снова погрузит её в сон. Но тянуть кота за хвост и рисковать не стоит. Я ускорил шаг, завернул за угол и налетел на Викторию Столыпину. Я споткнулся и уткнулся носом прямо в глубокое декольте. Кто-то рядом завистливо присвистнул. Я отпрянул – видимо, слишком резко, словно от прокажённой, потому что Виктория оскорблённо скривилась. Пробормотав извинения, я побежал дальше. Так как в коридоре было довольно шумно, я сперва не услышал шагов, которые спешили за мной. Зато почувствовал, как ко мне метнулась Виктория и, крепко обняв за шею, повисла на моём плече. Я мягко её отстранил и устало поинтересовался:

– Что тебе нужно?

– Тебе нравится моё платье? – вопросом на вопрос ответила она и покружилась, придерживая пышную юбку. – Я надела его специально для тебя.

Я стиснул зубы, чтобы не сказать какую-нибудь гадость. Не понимаю, почему она прицепилась именно ко мне? В Академии учатся десятки отпрысков богатых аристократов – можно найти партию намного выгоднее, чем я. На шпионку не похожа, на коварную интриганку – тоже. В искренний романтический интерес ко мне я нисколько не верю. Нет, я, конечно, неотразим, но с этой девушкой всё куда запутаннее, чем любовная любовь. Гм, может, мне просто не повезло и я обзавёлся полоумной преследовательницей? Написать заявление в полицию? Я мысленно рассмеялся, представив лица полицейских, когда приду в участок и пожалуюсь: «Мне досаждает девушка, помогите. Чем досаждает? Вот такенным декольте!».