Текст книги "Жажда бессмертия. Том 11 (СИ)"

Автор книги: Морфиус

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 15 страниц)

Глава 11
Справедливость и молния

Место действия: Земля

Время действия: 10 октября 2060 года

– Опасно. – Констатировала Нелл.

– Вся жизнь и все возвышение это опасно. – Философски заметил я, продолжая глядеть в обширный экран, где выводилось изображение поверхности Земли. Мне всегда нравилось в самолете смотреть в иллюминатор, разглядывая моря, города, ниточки дорог. Вот и сейчас я погрузился в медитацию, занимаясь тем же. Правда, огромная скорость, раз в шесть больше звуковой, смазывала картинку. А разрешения пикселей критически не хватало для взгляда владыки. Разум по привычке хотел заглянуть дальше, приблизив картинку. Но утыкался в пиксели. И даже так это было красиво и завораживающе, несмотря на постапокалиптичный вид.

Города, разрушенные и заброшенные. Дороги, изрытые и вскопанные. Сожжённые леса, на месте которых уже вздымались величественные джунгли, пестря всеми цветами радуги. Огромные крыши каких-то производств. И много, очень много кратеров. Всех размеров и цветов, от малюсеньких до исполинских, что, казалось, вот-вот должны были сковырнуть тоненькую корочку земли, обнажив магму. И на фоне всего этого вся планета начала казаться ничтожной, незаметной пылинкой, которую могут не просто надломить, а полностью уничтожить, даже и не заметив. Ведь помимо нашего шарика существовали миллиарды, неисчислимое количество иных миров, что точно так же служили домом для бессчетного количества иных народов. Там, под твердью вывернутых наизнанку сфер, тоже текли магматические потоки, что вбирали в себя любую ци, не давая даже самым разрушительным ударам нарушить свою целостность.

– Но тебе не стоит так разбрасываться волей. Особенно перед столь важными миссиями. – Наставительно продолжила она, вложив в это ментальное послание все свое осуждение.

– Я сделал свой выбор. И стал намного сильнее. – Поделился я ощущением своей мощи, чувством, когда две сотни звезд пылают духом. Для Нелл, у которой и звезд не было, это являлось необычным переживанием. А в ответ она показала мне то, как ощущает свою мощь. Мощь, распределенную по тысячам тел, по сотне избранных конструктов, пронизанных непознаваемыми потоками и вязью древних рун. Я ощутил ее концепты, ощутил как порядок, и такие странные «руны» вышли на этап познавшего, что давало ей уже пять стихий третьего этапа. Огромная мощь, пускай пожирание и было всего лишь шестой ступени. Она избрала иной путь. Вливала всю свободную волю не в само возвышение, а в стихии и в свое понимание артефакторики, начиная оперировать энергией и духом уже на таком тонком уровне, которого не мог создать даже я со своим пиком познавшего.

И это давало свой результат. Сотню клонов этапа духа. Сотню владык… Число было страшным. Даже для меня. Даже с учётом того, что каждый из аватаров был лишь тенью самой Нелл, слабой, скорее лишь подобием владыки с силой пикового мастера. И нам оставалось лишь надеяться, что эти конструкты не идут в общий зачет земли по прорыву на четвертый этап.

Следом я уловил ее мысли, ее картины, предвкушение того, как она сольется с аватарами. Переварит их. Перекует те крупицы духа, поглощаемые ими, став враз сильнее. Возможно, даже сильнее меня, хоть и пока это были лишь теоретические выкладки.

Еще какое-то время мы ментально общались, обмениваясь опытом, разговаривая о том, что никому другому сказать не могли. Пока я не отвлекся на проносящийся внизу атлантический океан. Но вместо голубой синевы я увидел лишь насыщенный болотный цвет. Пожалуй, это было самым наглядным изменением и знамением перемен. На земле больше не было синих океанов. Сначала они стали зелеными, с яркими пятнами всех цветов. Ведь и в них тоже попала инвазивная флора. Планктон и бактерии, водоросли, рачки и огромнейшие циклопические гиганты, что могли одним укусом сожрать мегалодона. Все это теперь было внизу, ибо и на дне морском открывались порталы. Крайне редко, ведь они должны были быть связаны с такими же глубокими областями изнанки, которых было немного. А потом в эту ядовитую зелень начала падать пыль от множества взрывов, превратив все в уродливое месиво.

Океан сменился Африкой. И вот тут я даже порадовался, наблюдая, как жизнь тянет свои щупальца и отвоевывает пустыни. Впрочем, радость длилась недолго. Ведь затем посреди пустыни я увидел огромное красное пятно Бездны. Его не уничтожали специально, лишь сдерживая и превращая в источник ресурсов. И хоть это и было опасно, но по всем исследованиям, вроде как, зараза бездны была неспособна к бесконтрольному распространению, если обрубить ей корень. И какой-нибудь, жук, даже прилети он в Америку, не сможет обратить всю землю в филиал ада. Максимум лишь оставит потомство, что хоть и будет инвазивно, но не станет заражать другие виды. Впрочем, нам пока было не до бездны.

Потом промелькнула Евразия. Ястреб все набирал и набирал скорость, пока вдруг не начал тормозить, когда вокруг уже были только заснеженные горы Китая. Мы прибыли на место, где нас уже должен был ждать Джибриль Зайдан.

Я же раз за разом прокручивал в голове строки информации из задания, что вызывали, надо сказать, здравые опасения. Ибо нашей целью был не просто беглец, а целый властитель вольного города-государства с крайне непонятным статусом. Формально это образование было свободным. На самом же деле подчинялось Единству. Может быть, осколок парагона присягнул Верховному, встав под его протекторат, может, с самого начала был его ставленником и аналогом инквизитора в Единстве. Второй вариант все объяснял. Первый не давал ответа, почему его еще никто не попытался убить. Вернее попытались. И Федерация уже один раз обломала зубы. А вторым были мы. Ну а кроме самого осколка, тот мир, что он выбрал для базы, зачищенный черный портал, изобиловал ценнейшим ресурсом, навроде золотого песка. А значит, становился стратегическим ресурсом, без которого сейчас Федерация была как без воздуха. Более того, этот же ресурс утекал в Единство и внешникам. Нашим врагам, делая их сильнее с каждым днем.

В общем, важность нашей миссии зашкаливала, настолько, что было даже удивительно, почему нас послали втроем. Хотя… Если и мы погибнем, у Елены ещё хоть останутся пара, тройка осколков. А риск нами, видимо, посчитали разумным, ради шанса забрать себе все эти ресурсы.

– Захожу на посадку. – Ястреб все таким же флегматичным и спокойным голосом оповестил нас о прибытии, а я, наконец, заметил на экране горный городок, похожий скорее на тайную военную базу. Цивилизации вокруг почти не было. Лишь мелкие городки, деревни, а также много шахт и добывающих комплексов. Но дистрикт, на удивление, был маленьким. А значит, важность располагающихся здесь объектов, скорее всего, была критичной. Будь иначе, и под контроль наместника выделили бы огромные территории, как это было, например, в Сибири, или некоторых районах Африки. Там внешники зачастую могли гулять спокойно. Лишь для того, чтобы их там набралось побольше, прежде чем их все же уничтожат.

Вжух! – Энергии я не ощутил, так как был внутри ястреба. Но картинка расцвела огненной вспышкой, а затем и молнией, поглотив несколько строений.

– Выпускай нас! – Рявкнул я ментально, уже ожидая самых плохих раскладов. Ибо вспышки такой мощности принадлежали или крайне сильным мастерам, или, что скорее, владыкам, пускай техники, или что скорее, выбросы стихии, и не были направлены на уничтожение города. Владыки могли бы уничтожить его одним ударом. А значит, это были лишь побочные явления.

Шлюз с треском разошелся, позволяя мне выскользнуть наружу. Но первой метеором выскользнула Нелл, еще в полете выпуская своих аватаров. А следом рванул и я, по пути облачаясь в доспех и призывая оружие во все руки.

Всполохи огня и молнии еще несколько раз облизывали склоны гор, каждый раз удаляясь на сотни метров, так что город уже был в безопасности. А мы взяли след, через десяток секунд уже падая там, где над трескающимися от жара камнями, распадающимися в пыль, застыли две фигуры. И в обоих я тут же опознал владык.

Воин небесного закона из родного мира (Этап: конденсация духа)

Воин небесного закона из родного мира (Этап: конденсация духа)

– Видит молния, вот и явились другие вестники справедливости… – Встретил нас странной тирадой мощный владыка, зависший над расплавленным камнем в ареоле синих разрядов, слепящих глаза. Но куда сильнее слепили его глаза, отчего внутри все снова сжалось. Даже с Нелл лететь было не так уж и просто, потому я и старался отвлекаться на виду внизу. Сейчас же душу защемило бурей эмоций.

Инквизитор выглядел… Брутально. Мощная фигура, чьи бугры мышц не скрывал даже доспех пятого этапа. Словно высеченные из скалы черты лица, настолько острые, что не будь небесного познания и я бы принял его за странного внешника. Огромные глаза, в которых, если заглянуть за синеву осколка, пылающую словно в ином спектре, не в видимом, а будто на ином плане реальности… То в глазах можно было увидеть другую синеву, иного оттенка, острую, напряженную, жгучую. Внутри его радужки били молнии. Клубясь вокруг открытых звезд. По одной в каждом глазе.

– И почему же вестник справедливости не скрывает своего лица? – Просверлив взглядом Нелл, перевел он свои пылающие очи на меня.

– Да и ты тоже вроде как без маски… – Парировал я, пытаясь разобрать мощнейшую ауру на составляющие. Молния. Это понятно. А вот затем… Непонятно. Концепты были столь чуждыми, что я не смог их отделить друг от друга.

– Это потому что сейчас я несу справедливость, обрушивая кару Неба на неверного… – С таким пафосом, что он переставал уже быть чрезмерным, выходя в какую-то новую категорию, произнес инквизитор, продолжая изжаривать камни в пепел.

– И в чем же он неверный? – С ехидством спросила Нелл, чьи аватары рассредоточились на многие сотни метров вокруг. Пока я перевел взгляд на замершего внизу китайца, владыку с огненной стихией, чей огонь сейчас яростно пытался регенерировать сквозные раны. А с учетом того, что в инквизиторе, сквозь измененные до нечеловеческих чертах черепа угадывались корни халифатца, да и имя говорило само за себя, кара «неверного» звучала довольно интересно.

– Расскажи… В чем заключается твоя вина. – Почти ласково, с ментальными интонациями, как будто обращение взрослого к ребенку, спросил инквизитор у явно наместника. Огневик был силен. Но его фигура терялась на фоне подавляющей ауры молниевика. Шестой уровень познавшего? Скорее всего. А может, даже, и седьмой. Ибо для осколков нет ничего невозможного.

– Я… убивал невиновных. – твердо признался китаец, отчего у меня, фигурально выражаясь, чуть не отвисла челюсть. И Нелл была со мной согласна.

– О! Какой ужас! Как он мог? – Раздался у меня в голове ее мысленный голос, преисполненный сарказма. – Как так можно было⁈ Убить невиновных! Аяяй! Теперь, наверное, его казнят. Ведь закон един и все равны перед законом.

Это действительно было смешно. В нашем жестоком, изменившемся мире. Ибо владыкам позволялось многое. Убивать и миловать тысячами. Без суда и следствия. Без какой-либо отчетности, ибо императрице плевать даже на тысячу замученных младенцев, пока это не мешает ее планам.

– Молния видит, ты лжешь. Недоговариваешь… – Медленно протянул инквизитор. И больше никаких сомнений у нас с Нелл не осталось. Это не игра. Вернее не только она. Это безумие стихий. Логичное развитие видения своего пути через концепт.

– За это справедливым наказанием будет если ты взорвешь себе одну звезду. Сейчас. – Спокойно заключил адепт молнии.

– Но… – Проблеял китаец.

– Две звезды… – Спокойно произнес халифатец. Тот кто когда-то им был.

– Но я…

– Три звезды… И если ты не исполнишь своего искупления, видят Небо и молнии, я сам совершу справедливость, оборвав твою жизнь. – Глаза с мерцающими молниями смотрели спокойно. Даже, кажется, с отеческой добротой. В них не было ни ярости. Ни концепта безумия, жестокости или крови. Наоборот. Я, наконец, разобрал отголоски чужих сил. Справедливость. И… Радость? Похоже, что так. Нелл тоже согласилась с моими выводами.

– Хорошо. – Обреченно китаец поднял руку, напрягся, огонь заструился по коже, формируя барьер. Секунда, вторая… Я знал, что это тяжело. Не так тяжело, как принять собственную смерть. Но тоже неприятно.

Вспышка. Огонь затопил все вокруг, желая пожрать воздух и материю, но бессильно развеялся перед нашими аурами, затух, позволяя увидеть, как на ладони китайца отсутствует мизинец. Я вспомнил его. Это он спорил в чате, доказывая, что на этапе владык скученность звезд в пальцах и ладонях перестает быть необходимой.

– А теперь расскажи гостям, в чем ты провинился… – Все таким же добрым, но обжигающим тоном продолжил инквизитор. Фарс продолжался.

– Я насиловал и убивал девушек. Я садист. – Уже куда как более спокойным тоном, в котором я уловил просветление, ответил стоящий на коленях владыка. Впрочем, даже это ни сколь не объясняло творящегося здесь. Владыки были ценны. Подобное им не просто могли простить, а обязаны были. Пускай мне самому это и крайне не нравилось. Но мир трактовал свои правила.

– Вот. Уже правда. Молодец… За это уничтожь себе еще четыре звезды… – Улыбнулся Джибриль. А китаец больше ничего не ответил. Понял, что все это бессмысленно. Осознал, что все это игра и фарс.

– Хорошо. – Наконец, произнес он. А потом резко дернулся, выкидывая из пространственного кармана с десяток темных сфер и рванув в воздух.

Мы втроем ударили одновременно. Яростный звук, сияние пожирания и всепронзающие молнии затопили реальность, обращая все в пепел. Мы с Нелл тут же активировали и абсолютные щиты. Перестраховались. Но когда энергия рассеялась, мы оказались лишь в кратере, диаметром метров тридцать. А Джибриль даже не активировал абсолютный щит, лишь рассмеявшись.

– Молния видит, кристаллы водорода не запускают термоядерную реакцию, если их спалить энергией! – Словно снисходительно объяснил он, тут же исчезая в рывке, чтобы догнать китаезу. Хотелось ему высказать пару ласковых, например, о том, что он был кретином, раз оставил пленнику, загнанному в угол, все термояды. И это притом, что сами заряды сейчас тоже с каждым днем становились все большей ценностью, пускай для инквизиторов и был условный безлимит. А горы вдали снова расцвели вспышками огня и молний. Пока, наконец, инквизитор не разорвал пространство рядом с нами, уже без китайца.

– И что? Его надо было убивать всего лишь из-за любви к убийствам? – Спросила Нелл. «Всего лишь»… Ее тон мне не понравился. Хотя я прекрасно понимал, что она права.

– Он жив. Справедливость настигнет его в другом месте. На жертвенном алтаре… – Пребывая в прекрасном расположении духа, с его то концептом, отозвался араб. И все встало на свои места.

– Тогда для чего был весь этот фарс со справедливостью, если его просто решили определить в жертвы для императрицы? – Не выдержал уже я, скривившись от подобной наигранности. И хоть про «императрицу» я и ткнул пальцем в небо, но, кажется, верно. Ибо кому еще по статусу было жрать владык? Разве что какому инквизитору с концептом крови и боли. Но Джибриль точно был не таким.

– Не стоит ставить под сомнения справедливость… – Таким тоном, что камни затрещали, произнес он, вспыхивая в ментальном поле чем-то… Я бы сказал яростью. Если бы его ярость не была извращена, превращаясь во что-то странное. Даже безумное, я бы сказал, как будто злость и радость в нем поменялись местами, слившись воедино.

– Гребанный фанатик… – Прошипела уже Нелл ментально. И я был с ней согласен. Наш «начальник» оказался поехавшим. И оставалось только молиться Небу, что все это не закончилось плохо. Очень плохо. Ведь три осколка парагона, один из которых поехал крышей…

– Тогда замнем это. У каждого свои пути… – Вслух же Нелл произнесла другое. Таким мирным тоном, что удивился даже я. С какого это момента именно она стала голосом разума и примирения?

– С того самого, что ты переродился, а мне пришлось тебя учить есть с ложечки… – Фыркнула она.

– Действительно… Молния видит, у всех свои пути… – Согласился фанатик. – А теперь давайте займемся делом. Отправимся наконец вглубь чуждых миров и искореним там всех сепаратистов!

Глава 12
Сбор информации

Место действия: Паутина миров

Время действия: 10 октября 2060 года

– Если они запрятались в такую жопу мира, то почему их еще не вычистили, собрат? – Наконец, спросила Нелл, когда мы пролетали через уже второй корень бездны. Четвертого этапа, конечно. Невидимость не спасала. И мы, летя, как нож сквозь масло, рассекали тварей даже своими телами. Вернее аурами. Монстры вокруг тут же сходили с ума, рвались в атаку, особенно вблизи самих корней. И все это могло превратиться в эпическую зарубу, если бы нас не поторапливали. А так даже времени на сбор трофеев не было.

Джибриль «больно» реагировал на любую потерю времени или отклонение от цели, хотя, казалось бы, враг ждал долго. С убийства прошлого осколка прошел почти месяц. Значительный срок, чтобы вражеский осколок Парагона скакнул в силе неимоверно, учитывая, что он скакнул к владыке крайне давно. Возможно даже одним из первых. Или не первых. Тут я точно не знал. Да и вообще информация как по нему, так и по всему заданию была крайне расплывчатой и фрагментированной.

– Поэтому и не вычистили. Ублюдки прячутся. Среди корней бездны. А еще, молния видит, они скрываются под завесой тайны. Для внешников вокруг это не банда землян, а банда сильных вольных практиков. Владык. И уж тем более инопланетяшки не знают, что там прячется осколок парагона. Они хорошо маскируются. Но сегодня им придет конец. Мы пройдемся очищающей молнией, выжигая весь их мирок и приближая победу федерации. Приближая момент справедливости, когда мы погоним всех инопланетян обратно в их жалкие миры!

– Оптимистичненько… – Поделился я впечатлением с Нелл, уже привыкая к манере общения начальства. Фанатик. Фанатик, что выковал себя таким сам, ради погружения в стихии.

– И нам явно дали меньше информации, чем есть. – Тоже не могла не заметить Нелл, например, ту оговорку, что Земле известно о неинформированности внешников. Ибо будь иначе, и к закрытому миру уже рванулись бы все кому не лень. И там даже осколок парагона не выжил бы. А значит о «трофее» действительно знали только мы и Единство.

Но то либо уже контролировало владельца осколка, либо… В любом случае это было не столь важно. Ведь нашей целью было забрать осколок и привести под контроль Федерации весь тот мир. Последнее, ввиду его удаленности, было как бы не сложнее. Но ресурсы. Ресурсы были необходимы для выживания всего человечества.

– А как ты получил осколок, собрат? – Снова прервала тишину Нелл, пока я с грустью смотрел на удаляющиеся корни бездны. Внутри них плескалось столько духа… И именно для его пожирания я хотел истратить волю, а не на изматывающее сражение.

– О таком не принято спрашивать, с…сестра… – Осколок помимо прочего любил формальные обращения, признанные у внешников, что, впрочем, ни сколь ему не мешало искренне желать всех внешников удавить до единого. Но сейчас он замялся.

– Или собрат… – Продолжил он, явно зная, что Нелл в отличие от редких других духов-наместников, никогда не была человеком.

– Сестра… И все же… – Продолжила она.

– Меня привела молния. – Начал он, сразу же погружаясь в обожествление стихий. Я искал капли стихий, идя все дальше и дальше в глубину паутины. Пока не наткнулся на вольный отряд. Мы объединились. Сражались вместе. Но когда я узнал их лучше, то понял, что в них нет справедливости. Этот отряд столкнулся с другим. Началась привычная заварушка, какие часто были тогда. Мы выиграли. Проигравшие бежали. Пара из них воспользовались черным порталом. Одна тут же рассыпалась. Второй, видимо, от горя, все же смог получить благословение Неба, вытащив кристалл. Впрочем, его тоже убили. Он так и не успел воспользоваться благословением.

– И тогда, молния видит, я решил взять справедливость в свои руки. Мне не нравилось, как поступил наш лидер. В этом не было… справедливости. Когда Земляне должны были объединяться, он сам жаждал конфликта. А потому я убил их всех, тем самым заслужив право на осколок. – В словах араба сквозила железобетонная убежденность в своей правоте. И я его даже не осуждал сейчас, хоть и подмывало спросить, убил ли он их всех во сне, да и сколько сам перерезал людей во время заварушки с другим отрядом. Ситуация была стандартной для эпохи «до федерации». Хоть я и пропустил почти всю эту романтику с кучей группировок и войн в паутине, когда честные охотники превращались в бандитов. И будь я на месте Джибриля, наверняка бы поступил так же. Понимая, что выступать в открытую против отряда глупо, как и уходить. Свора не простит «предателя». И нужно или бежать незаметно, или брать «справедливость» в свои руки. Но то, кем он стал сейчас… Вот это пугало.

– А ты, сестра? – Его лица я не видел, ведь мы все на огромной скорости летели на мечах. Мечи все еще были полезны для крейсерской скорости, когда не нужно брать форсаж на сверхзвук. Но кажется, в интонации промелькнула заинтересованность.

– Мне осколок подарил Михаил. – Не стала она скрывать. Но и не стала погружаться в подробности.

– А ты, собрат? – Обратился он уже ко мне.

– Первый я вынул из портала смерти. Второй взял с тела врага. – Сухо ответил я, тоже не вдаваясь в детали.

– Молния видит, достойно уважения… – Кажется, нам удалось впечатлить этого фанатика. Но дальше полет пролегал молча. Мы петляли по сферам. Иногда разгонялись до сверхзвука, когда пространство позволяло, иногда тормозили и даже проверяли порталы духами на предмет опасности. От самого Джибриля я не ощущал духовной составляющей. Или он ее скрывал или я пока плохо это ощущал, или он был стопроцентным человеком, так и не встав на иной путь. Но орда духов была у любого уважающего себя владыки, а тем более любого наместника и инквизитора. Без помощников нам никуда.

Мимо мелькали миры. Много. Разных. Некоторые ужасные. Некоторые такие, что в них хотелось остаться жить навечно. Покрытые зеленью холмы и горы с хрустальными озерами, наполненными синевой. Поля из невообразимого количества цветов, древние леса, где мы могли спокойно лететь меж стволов, ведь там бы прошел даже истребитель. Настолько огромными они были, как и расстояния между ними. Час тянулся за часом. Снизу мелькали и исполинские твари, некоторые из которых пытались попробовать нас на зуб. Но большинство инстинктивно ощущали нашу мощь, наоборот, удаляясь. А тварей владык было откровенно мало. Да и те, почти всегда, находились на самом начале этапа. Впрочем, это было справедливо почти для всех зверей. Даже став владыками, они утыкались в мертвый барьер возвышения, не в ислах шагнуть дальше.

– А теперь осторожнее! Полный скрыт. – Приказал молниевик, у которого карта тоже была более актуальной. Ведь я, хоть и заучив многие тысячи сфер наизусть, для чего уже не нужно было прилагать никаких сил, просто раз взглянув на карту с желанием запомнить, не знал, где именно базируются внешники.

Территорию Моонгава мы прошли тихо. Аккуратно. Петляя и избегая встречи с другими владыками. Пролетая самые малоохраняемые порталы. И хотя и там мы теряли невидимость на пару мгновений, а значит тревога все же поднималась за нами. Но не оставляя ни трупов, ни разрушений, мы пролетели обжитые территории врагов со свистом, снова вступив на необжитые локусы.

И с каждым переходом давление энергии возрастало. Воздух тяжелел, становясь насыщеннее и приятнее. Густой, он приятно холодил легкие, вызывая диссонанс с тем, что я вдыхал на самой Земле. Мы двигались вниз. К нижним мирам. К истоку корней древа миров. И это имело куда как более значимые изменения, чем просто количество ци.

Мандала звука! – Бросил я технику вниз, на скалистый склон, когда мы притормозили. Слабую, четко выверенную. Но я уже знал, какой кратер она должна оставить. Какой кратер оставила бы на Земле и какой кратер, раза в два меньше оставила бы в мире четвертого горизонта. Но здесь техника себя повела иначе. Засияла чуть бледнее. Воздух вокруг нее хоть и вскипел, но слабее. А кратер… Он оказался меньше. Сильно меньше, мягко говоря. Чему я сильно удивился, хоть и предполагал подобное. Как знать, может, если спуститься еще ниже, то сражения владык и вовсе перестанут разрушать города, превратившись все равно что в сражения смертных. Об этом же мельком упоминал и Гай. О том, что сильные воины идут вниз. К Бездне. А что дальше? Бесконечные сражения в попытках стать сильнее? Не знал даже он.

– Собрат… – Джирибаль прошипел это так, тормозя перед порталом, что ему бы позавидовала и Саманта в ядовитости голоса.

– Всего лишь проверял плотность материи, собрат. – Снова включая умиротворение произнес я самым спокойным тоном. Кажется, концепт умиротворения очень бы мне подошел. Но поздно. Слишком поздно. А раньше? Даже встреть я на пути такую возможность, то не воспользовался бы ей. Ибо все меняется. И раньше этот концепт мне не подходил от слова совсем.

– Молния видит, мы близко. Тут могут быть их отряды. – Предупредил он и замолк, преодолевая портал. И действительно, уже через десяток переходов, выйдя на территорию бездны, вернее на ее фронтир, где обычный мир тихо уступал красному мху, мы заметили отряд. И учитывая, как далеко мы зашли, сомнений в том, кто это, почти не было. Где-то здесь, кажется, скоро уже должен был начинаться пятый горизонт. Но никто этого не знал, ибо исследовательские дроны не залетали так далеко. Тем более что мы сейчас шли вниз, а здесь протяженность горизонтов была на порядок больше. Лети мы так долго «в сторону» или «вверх», давно бы уже вылетели в пятый горизонт, а то и дальше. Хотя с «верхом» в этой ломанной геометрии тоже были странности. Инквизиторам вроде как давали почти всю инфу, так что я почитал и про все теории, связанные с геометрией локусов и их переходов.

– Режим максимальной скрытности. Нелл на блокировку порталов. Мы с Михаилом накрываем их менталом, глушим, ведем допрос. – Скомандовал молниевик, враз став серьезным и ускорив речь на порядок. Нелл тут же выпустила клонов, которые, кто с помощью дополнительных умений невидимости, что внедрялись в них как в отдельных личностей, а кто с помощью артефактов невидимости, рванули к ближайшим порталам, перекрывая пути отхода. Мы же вдвоём должны были предотвратить отправку сигнала о помощи, будь у «сепаратистов» продвинутые артефакты.

Секунда, вторая, и мы зависли над довольно большой группой мастеров, рассредоточенной по местности и занимающейся сдерживанием волны монстров, что постоянно перли на добычу, не понимая, что сами ей и становятся. Вот только больше всего нервировала одна из фигур, стоящая поодаль. Из-под невидимости, пускай умения пятого этапа и стало куда совершеннее, почти не затуманивая обзор, из-за невозможности провести даже самое слабое сканирование, узнать уровень сил противников было сложно. Но эта фигура, женщины, явно угадывалась как владыка. Джибриля я тоже не видел, мы были в разных сферах невидимости. Но мысленный контакт, порожденный даром, сохранялся. Как и с Нелл, пускай он и ослабел.

– У порталов связные. Готова уничтожить. – Доложила она.

– Сейчас! – Скомандовал командир. И пространство разворовало тоненькой, слабенькой молнией, ударившей в женщину-владыку. Я же ударил менталом.

Копья сознания! – Техника, напитанная самим духом, изменилась, разделилась на сотни копий, что затем превратились в марево, накрывшее всех разом и заставляющее мастеров вспыхнуть покровами. А следом пришёлся и удар Джибриля, накрывающего все обжигающими разум молниями. Практиков начало выжигать. Мечущиеся разряды прыгали с тела на тело, лишая жертв возможности двигаться.

Некоторые все же смогли вовремя среагировать, бросившись в стороны и сейчас вскакивая на мечи. Но уже через секунду всех их настигли неумолимые петли, потоки плазмы, свернутые в символ бесконечности. Они настигали беглецов, разворачивались, разделяясь на тысячи потоков. И пожирали жертв, почти мгновенно убивая тех. В этой технике угадывались те же корни, что и в мандале звука. Но технологии и пути создания техник у многих адептов совпадали, приходя к весьма похожим решениям.

Джибриль уже оказался внизу, рядом с телом владыки, получившей столь обманчиво слабую молнию. Но меня этим нельзя было обмануть. В тот удар была вложена воля. А потому инквизитор сейчас застыл над проплавленным насквозь телом с почти отсутствующими внутренностями. Сердце, часть легких, живот, все оказалось прожжено насквозь и испарилось. Сквозь пепел болезненно сияли разрушающиеся звезды и фонтанирующие силой телесные реки, на которых жадно плясали языки молний. И даже так владыка еще была в сознании. Хрипя и цепляясь за жизнь, пока Джибриль мощной волной излучения не начал обыск души. И я занялся тем же самым, выбирая богато выглядящего мастера и выпуская наружу аватаров, чтобы они контролировали пространство в момент моего погружения.

Обыск души! – Кристаллы четвертого этапа распались в ларце, выдавая море силы. Так бы я сказал ранее. Сейчас это был маленький прудик. И умение жадно выпило его полностью, подхватывая мой разум и соединяя его с разумом жертвы. После чего я провалился в омут чужого сознания, растворяясь в нем. Первым делом отсечь ощущения и органы чувств, вырывая себя из хаоса боли, зрения, слуха, осязания. Затем отфильтровать эмоции, гася страх и ярость. Не позволять себе раствориться в чужих мыслях. Разбить все мыслеформы и устойчивые конструкты.

И лишь затем нырнуть в плотные слои памяти, свернутые как километры тончайшей, запутанной нити. Это умение было опасным и неприятным даже для использующего. По неопытности можно было словить ментальный откат или и вовсе потерять контроль над реальностью. Собственно сейчас я лишь краем сознания присутствовал в своем теле, почти не контролируя окружение. Контролировали мои аватары, готовые вырвать меня из этого неприятного, липкого омута. Я не любил обыск души. Откровенно брезговал. Но понимал необходимость.

Детство. Веселое, жестокое, беззаботное. Наполненное яркими эмоциями и психотравмами. Мимо. Юношество, школа, первые шаги развития. Мимо. Служба в страже. Ватажничество, охота. Далее. Реципиент был внешником. Но, судя по всему, занимал здесь немалый пост. Затем время перемен. Потрясений. Вступление в легион. Мир Моонгав и его система легионов, начатая в незапамятные времена одним из великих домов, что остальные копировали, превратив в тысячелетнюю традицию. Посещение земли. Разгром. Ад. Бегство. Легион был разбит. Другие внешники резали соперников не с меньшей жестокостью, чем люди. Попытка вернуться к своим.