Текст книги "Жажда бессмертия. Том 11 (СИ)"

Автор книги: Морфиус

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 15 страниц)

Я не мог познать все эти силы. Не имел ни шанса. Разве что вычерпать себя досуха, направив водопад воли ради одной цели, чтобы встать на одну ступень с безымянным бессмертным и обрести восьмой концепт. Но это было бы глупо. Вместо этого я впитывал концепты, как присадку, добавляя их к уже существующим силам, тем самым «расширяя свой путь».

Десятки капель силы и осколков уже испарились, запуская процесс улучшения всех моих концептов, кроме звука. И я, подходя все ближе к границе невозврата, ощущая, как тело разваливается, а в глазах темнеет, лишь продолжал.

Кровавая капля смеси стихий (дух, меч, пустота, время, бесконечность) (насыщенность: превосходная)(этап: познавший(3))

Яркая капля «острого» цвета распалась, вызывая новую вспышку и позволяя в последний раз ощутить силу поверженного нами инквизитора. Это было своего рода «прощание и дань уважения» врагу. Чей набор концептов был столь необычен. Бритвенная острота меча. Контроль над духом. Привычная пустота. А затем время. То, что почти не поддавалось моему осмыслению. Но именно концепт времени на этапе познавшего и позволил ему совершать такие атаки. От которых я смог увернуться только благодаря воле. А то странное наваждение, когда мир вокруг ускорился, могло быть реальной манипуляцией хронопотоками, пускай и вызванное все той же волей. И бесконечность. Величайший концепт, который я так почти и не смог ощутить.

И весь этот пожар я направил дальше. Вниз. На самую глубину. К истокам звезд. В средоточие ядер. Я позволил этой заразе опутать мои сгустки духа. Сделал сам себя беспомощным. Напади сейчас простой владыка. И я умру. Просто не смогу ответить ни одной техникой. А тело не сможет двинуться. Но так было нужно. Ибо только через риск возможно развитие. Новая порция заемной силы омыла тело. Но и этого было недостаточно. Я ощущал, как все еще далек. Бесконечно далек от той границы, за которой реально можно было совершить невозможное. Надломить печать. А потому последние две капли, вопреки предупреждающему возгласу от Нелл, распались.

Кровавая капля смеси стихий ( свет, подчинение, покой) (насыщенность: ничтожная)(этап: проводник(4))

Две капли этапа Проводника, содержащие свет.

Сначала ничего не произошло. Затем пришел свет. Сначала мягкий. Обволакивающий. Даже нежный. Он не втекал в тело со стороны. Не рождался грубо, с ревом пытаясь захватить звезды. Но через секунду я понял почему. Ему не нужно было захватывать энергетические узлы. Он уже рождался в них. В самых глубинах. Там, где под толщами энергии находилась и печать. Звук заорал. Завизжал. Забыл о том, что я его носитель, пытаясь выжечь конкурента. И мое тело задымилось. Плоть владыки обуглилась, прожариваясь на всю глубину. И умирая. Да и духовная часть тоже не выжила бы в этом дольше десятки секунд. А затем подул ветер. Ветер смерти, предвещающий мне скорую кончину. От которой нельзя было ни уйти, ни спрятаться ни убить врага. Именно так выглядела смерть от стихиального заражения. В дикой боли. В ощущении, что тебя разрывает изнутри сонмом концептов и чужого духа. Прошла секунда.

И только затем я решился. Попытался взять осколок парагона. Но не смог двинуть рукой. Не смог применить телекинез. Не смог даже упасть вперед, чтобы коснуться его. Нелл бы могла помочь. Но в этом хаосе ментальную связь опять порвало в клочья. Так что когда бы он поняла все это, стало бы уже поздно. Оставалось только одно. То, что всегда готово было дать силу. Воля. Кристалл дрогнул. Приблизлся, вонзаясь в обугленную кожу. И распался. Без спецэффектов. Только внутри я ощутил прилив силы. Колодец наполнился. Расширился. Оказался заполнен водой, бьющей через края. Осталось только ее зачерпнуть. Правильно. Чтобы неаккуратным движением не заставить свое тело окончательно исчезнуть, рассыпавшись в прах.

– Да будет так! – Произнес я. Колодец воли вскипел, выплескивая все содержимое. А затем наступила Тьма.

Глава 3
Рождение инквизитора

Место действия: Земля. Техас.

Время действия: 26 сентября 2060 года

– Что это было за представление? – Хмуро спросила Елена, снова заглядывая мне в самую душу. И на этот раз я не стал врать. Ощущая, как глубины разума до сих пор не оправились от того насилия над реальностью и попыток заставить себя соврать. А кроме того. Кроме того я ощущал, как и ломается нечто куда как более глубинное. Ломается уверенность в самом себе. В своем пути. Я становлюсь менее цельным, менее уверенным в самом себе. Слишком уж много мне пришлось врать. И соглашаться с тем, в чем я был неуверен.

– Попытался избавиться от печати звука. – Сухо произнес я. И был готов ответить правду на следующий, уточняющий вопрос. Но императрица его так и не задала, лишь почти незаметно скривившись в гримасе.

– Печати слишком сильны. Они въедаются в душу намертво. Доводят до пика познавшего. Но затем, на этапе проводника, могут даже тормозить. Говорят, бессмертные иногда могли их уничтожить в других. Но там, по-видимому, идут манипуляции с душой. – Пояснила она. И мне стоило сил не ухмыльнуться, понимая, что она даже не усомнилась в моем провале. Даже не решила уточнить. Избавив меня от необходимости признаться в том, что печать звука более не властна надо мной. Она умерла. В дикой агонии и мучениях. Выдрав из меня кусок того, что, скорее всего, действительно можно было назвать душой. Теперь, стоя перед императрицей, я до сих пор ощущал слабость. До сих пор едва не шатался. Ощущал, как в энергосистеме, на самых глубинах, в каждом узле, зияет кровоточащая рана, которую лишь бередят все другие концепты. А оглушенный звук, все еще подавляющий своей мощью, находится в шоке.

– Впрочем, теперь я сомневаюсь, что сделала правильный выбор. Матео хотя бы не нарушал приказы в первый же день. А вот ты, по-видимому, решил, что глупая попытка снять печать стоит того, чтобы вычерпать осколок и ослабить себя… – Слова прозвучали спокойно. Но я не обманывался. Императрица была в ярости. В невообразимой ярости, от которой хотелось рушить города и убивать миллионы людей. И эта ярость могла излиться на меня. На нас. Нелл тоже была не слишком довольна моим поступком. Мягко говоря. Но я был полностью доволен.

– Именно поэтому я не стал поглощать его сразу, госпожа. Я рискнул своей жизнью, своим развитием, путем. Поставив на кон все. И принял второй осколок, только когда понял, что дальше заходить смысла нет. Из него утекло не так уж и много. Это быстро восполнится. А приказы… Я служу вам и человечеству. Но есть еще и мой путь. И я не могу от него отступить. Иначе я бы не достиг своей силы. – Спокойно произнес я, ставя Елену перед фактом. Ты сама выбрала меня. Так что принимай теперь со всеми загонами и несовершенствами. И пока я буду ценнее, чем пара осколков с моего трупа, она будет вынуждена с этим мириться.

– Не так уж и много? Считай, что я тебе поверила. Вот только учитывай, что ты поглотил два осколка. Матео один раз уже поглощал трофей. – Новая фраза стала ведром холодной воды.

– Сколько вообще осколков было найдено на Земле? – Наконец спросил я.

– А вот на это я тебе не отвечу, слуга. – Тон Елены стал еще жестче.

– Радуйся, что я пока что не решила тебя казнить. И помни, что второго шанса может и не быть. А пока твоя задача. Твой испытательный срок… Пять дней. Стань сильнее. Тридцать звезд – это детский лепет. А твои техники ущербны до уебищности. Сделай что-нибудь со всем этим. Ведь я не потерплю инквизиторов, которые бесполезны или пытаются победить только за счет осколка. Можешь выпить не более десятой части запасов воли. Не более. Иначе сдохнешь на первом же задании.

– Ну а ты… – Она перевела взгляд на Нелл.

– Оправдай свое обещание. На тебе теперь дистрикты Михаила, Хантера и Терезы. Пять дней, Аска. И если не сможешь взять их под железный кулак…

После еще десятка минут «распекания» экран погас, оставляя нас в полной тишине. Но еще с минуту мы стояли молча, активно переговариваясь мыслями. Делясь своими сомнениями, разрабатывая планы, на случай если нам придется все же бежать.

– Я хочу одно из двух копий. Меч оставь себе – Заявила она, протянув мне трофейный демонический меч с инквизитора. Внутри как зажглась жадность, так и опала.

– Какое? – Не стал я мудаком, предоставив ей выбор. Все же, ее помощь сейчас была огромна. А в будущем нам предстояло вместе столкнуться с угрозами, о которых я пока даже не подозревал. Да и Елена, естественно, была уверена, что мы разделим ценное оружие между собой. И оставь я Нелл с «мусорными» мечами четвертого этапа, Императрица бы очень сильно удивилась и разозлилась бы. Учитывая, что в бою осколков такое оружие перерубалось на раз. Более того. Даже обычные, сильные владыки, тоже смогут уничтожать такие арты. И учитывая, что вокруг как-то не валяется оружия пятого этапа, пускай и простого, очень скоро у идущих встанет вопрос. А чем, собственно, друг друга мутузить? И тогда кузнецы станут крайне ценными специалистами. А берцовые кости врагов из просто ингредиентов станут весьма лакомыми заготовками под дубинки…

– Копье-пожиратель, естественно… – Нелл удивилась тому, что я предоставил ей возможность выбирать. И, естественно, выбрала более лакомый кусочек.

– Держи. – Протянул я ей артефакт. Транслируя мысленно опасение, что в бою с другими осколками это копье может быть перерублено. Пятый этап. Всего пятый этап. А вот копье духа, тяжелое, простое, кривое, было неподвластно даже осколкам. По крайней мере, владыкам-осколкам. Хоть и лишаться такого козырного оружия против владык, которым даже меня чуть не убили, и было грустно.

– Спасибо. Помощь не нужна? – Переспросила Нелл, явно видя, что я нахожусь не в лучшем состоянии.

– Нет, справлюсь. – Отмахнулся я. И Дух молча выпорхнула из комнаты, взлетая. А давление на разум, вызванное близостью другого носителя осколка, наконец пропало. Я же вышел на улицу, медленно, глядя в черное небо и ощущая как кожу покалывает морозным воздухом и пеплом. Как бы не наступила ядерная зима… Впрочем, долго смотреть в небеса я не смог, тут же занявшись делом.

Энергетическая ковка! – Вывалил я груды металлов четвертого этапа. Да и третьего заодно. После чего начал проводить через многострадальное тело прорву энергии кристаллов, заставляя умение раскочегариться на максимум. Металл дрогнул. Начал размягчаться. Потом трансформироваться. Течь вверх, вопреки законам гравитации, формируя сферу пяти метров в диаметре. Только над внешним слоем я провозился с пол часа, пока наконец передо мной не появилась идеально ровная, зеркальная поверхность, на которой я видел собственное отражение. Вместо старика на меня теперь смотрел идущий в самом расцвете сил. Хоть черты лица почти и не поменялись. А вот волосы, вопреки всякой логике, снова стали черными как смоль. И только несколько небольших прядей седины служили напоминаем. О том, что хоть новый осколок и дал мне силы, время и молодость. Но те травмы, что я нанес себе ранее, могут никогда не исцелиться. Сзади, не таясь, медленно начала подходить фигура. И я обернулся, рассматривая Саманту.

– А я уж думал, что ты исчезла… – Пошутил я.

– Не смешно… – Прошипела владыка, после явной заминки, пока рассматривала мой новый облик. И повисла новая тишина.

– Поздравляю с назначением на должность инквизитора, старший… – Даже изобразила она поклон. Пока я сквозь ее холодную маску пытался понять, какие же эмоции она скрывает. Учитывая, что часть этого города лежала в руинах, не самые хорошие.

– А разве это не секретная информация? – Лениво поинтересовался я, вспоминая что, вообще-то, я теперь обязан скрывать свое лицо. Корона на голове пришла в движение, забурлила, растягиваясь. Покрывать всю голову шлемом я не захотел. Но на лицо опустилась маска, покрывшись несколькими глазами, что придало мне еще более устрашающий и нечеловеческий вид. Правда, я все же попытался оставить себе обычный обзор. И, опьяненный силой, зачерпнул каплю воли, под действием которой часть духовной плоти вскипела, частично отмерла. Но перед настоящими глазами застыла странная измененная пленка. Прозрачная изнутри и матовая снаружи.

Причины сокрытия личности инквизиторов были непонятны даже мне. Семьи и родных у меня нет. Захоти мои враги, внешники или мстители, вырезать всю мою семью до седьмого колена, им придется очень постараться вообще найти информацию о родственниках. О которых я и сам не знал. Но злить Елену еще и этим я не собирался.

– Официально тебя забрали. Без объяснений. Так что другие теперь будут гадать, убили ли тебя. Или что еще… Мне намекнули, чтобы я молчала. Как будто я дура. – Владыка даже чуть дрогнула, когда мое лицо исчезло. Но через секунду я открыл маску, заставляя ее разъехаться в стороны.

– А что пишут про Нелл? – Решил я уточнить.

– Что этот дух становится наместником сразу трёх дистриктов. Пока временно. Да и другие пока обязаны ей помогать.

– Ясно… – Оценил я план. Для всех вокруг Нелл становилась лишь наместником. На самом деле совмещая его с инквизиторством. Ее отсутствия никто и не заметит, учитывая, что она создаст настоящих клонов. А я… Я просто, наверное, продолжу жить в Эдеме, на территории Нелл. Все же одним из наших условия было не раскидывать нас по разные стороны планеты.

– Я пришла попрощаться. – Сухо добавила она, когда я продолжил наплавлять уже внутренние слои корпуса из более простого металла, третьего этапа. Но даже он мог увеличить финальную мощность взрыва, породив просто чудовищную разрушительную волну. Знания физики, знания о магии и логика подсказывали, что даже такое улучшение значительно увеличит поражающую мощь. И кажется, я не первый, кто до этого додумался. Не удивлюсь, если сейчас на орбите происходит смена боеголовок. И даже если у федерации нет золотого песка, то корпуса можно начинить сотней других материалов.

– Возможно, прощаться не стоит. Я останусь жить в Эдеме. – Усмехнулся я, снова поворачиваясь к девушке. И на миг замечая, как ее маска непоколебимости дрогнула.

– Тогда ты не будешь против, если иногда я буду заглядывать к тебе в гости? – Ее тон стал чуть более расслабленным, хоть и оставался холодным.

– Посмотрим. Но в ближайшие дни у меня точно не будет времени. Ни часа. – Развернулся к заготовке, давая понять, что разговор закончен. Ибо Елена была абсолютно серьезна в своих намерениях, и предположить ее реакцию, когда она узнает, что я вместо развития в эти пять дней кувыркался с девушкой, было довольно сложно. А она узнает. Подозреваю, она будет знать каждый мой шаг и каждое слово. Ведь я еле-еле смог отбрехаться от вживления в себя чипа. И даже опуская то, что во время самой операции я был бы уязвим, даже если бы чисто сам вскрыл себе черепушку, засунув туда кусочек металла и залив все регенерацией, то чип, теоретически, мог получить доступ к моей памяти. Так что я съехал на то, что внутри у меня от мозга то мало что осталось. А с духовной эктоплазмой электроды вряд ли сконнектятся.

Саманта молча исчезла. Я же продолжил то, что считал сейчас самым важным. И только завершив новую бомбу, насыпав в нее многие тонны песка и убрав все это в карман, посмотрел наверх. Взлетел, наконец приближаясь к парящему в абсолютной тишине металлическому корпусу, похожему скорее на космический корабль.

Големвоин небесного закона из родного мира (этап: пробуждение духа)

Покров передо мной расступился. А следом открылся и «трап», куда я влетел, оказываясь в довольно небольшом помещении и аккуратно прощупывая пространство.

– И как к тебе обращаться? – Решил я все же начать разговор, ведь транспортник был абсолютно живым и разумным. Это ощущалось даже по сильному ментальному фону, растекшемуся во все стороны.

– Ястреб. Отныне я в твоем распоряжении. Приказы? – Раздавшийся ментальный голос, рожденный именно психической энергией, а не духовной речью или звуком, сквозил каким-то спокойствием. Даже индифферентностью.

– Город Эдем. И какие у тебя стихии? – Уже подозревая кое что, спросил я.

– Будем в эдеме через полтора часа. Если не ускоряться. А мои стихии – это воздух, электричество, спокойствие.

– И на тебе стоит печать подчинения?

– Естественно. – Ответ был ожидаем. Уж слишком глупо было оставлять дроида подобной мощи без присмотра. Его бы и одного хватило, чтобы разрушить целый мегаполис. Пускай пока он и не проявлял своей мощи. Не вмешался в наш бой с его прошлым хозяином. Или вернее, лишь с прошлым временным пользователем. Да и ментальный фон был немного… Кастрированным и лоботомированным, я бы сказал.

– Твоя максимальная скорость? – Меня потащило в сторону от перегрузки. Так что я тут же приятно плюхнулся в кресло, глядя на экраны, транслирующие то, что находилось снаружи.

– Я развивал скорость в девять тысяч километров в час. Хотя это не предел. Но дальше расход ци и духа становится слишком огромным. В критической ситуации я смогу ускориться еще.

Мысленно я тут же прикинул, что приобретение оказалось крайне полезным. Учитывая, что я сам лишь немного превосходил скорость звука, то эта машина могла быть раз в семь быстрее меня. И это минимум. А если и все инквизиторы пользуются такими, да и если предположить, что путь можно сократить по изнанке, пускай там и придётся жутко петлять и тормозить, то время реагирования на угрозы в любой точке планеты могло быть сокращено до считанного часа.

– Ускорься немного. – Попросил я. И продолжил расспросы, аккуратно пытаясь выведать побольше информации. Но о многом, как, например о том, что делал и куда летал прошлый владелец, Ястреб отказывался говорить наотрез. Что в общем то и было логично.

В Эдем я прилетел куда быстрее полутора часов. И ястреб, несмотря на свои немаленькие габариты и абсолютно не аэродинамичный корпус, похожий скорее на кирпич и компенсирующийся особой формы покровом, решил не висеть воздухе, маяча жирной тряпкой для всех вокруг, а приземлился в ангар, где и застыл в медитации.

– С возвращением. Что случилось? – Рядом появилась Лора, выйдя из хлопка быстрого шага и замерев. Глядя на мое лицо, сильно изменившееся. И корону, в которой теперь добавились новые утолщения, способные быстро трансформироваться в маску.

– Нам столько инструкций касательно тебя выдали. Уровень секретности просто зашкаливает. – Пытаясь справиться с удивлением, продолжила она.

– Я стал инквизитором. – Снова наплевав на правила и инструкции, ответил я.

– А еще в ближайшее время я буду очень занят. Дней пять. Ну и не распространяйся никому. – Попросил я, испытывая даже что-то похожее на укол вины. Или скорее лишь тень от тении ее. Ведь Лора сразу понимала, что ни на какие чувства и преданность с моей стороны рассчитывать не стоит. А попытка выяснить отношения с Самантой вполне вероятно, могли закончиться ее смертью. Если бы девушка вообще была бы так глупа, чтобы о подобном задумываться.

– М… Поздравляю… Наверное. – Ошарашенно произнесла она. И осталась стоять, пока я направился к своей башне. Наверху уже ждал транспортник, в котором должно было лежать много. Очень много. Невероятно много ресурсов.

Лора через секунду все же отмерла, явно отправившись отчитываться другим гвардейцам о разговоре с начальством в моем лице. Но все мои мысли уже были заняты предстоящим возвышением. Ведь я действительно пока что был слаб как владыка. Мне недоставало двух вещей. Грубой мощи духа. И улучшенных техник, которые пока что несли в себе слишком много от этапа мастера, так окончательно и не трансформировавшись.

Шлюз открылся. Позволяя увидеть содержимое, которое пара дроидов начали таскать. Но я остановил их жестом, применяя телекинез и вытаскивая это все разом. Попутно взглядом силы оценивая содержимое контейнеров. А оно было весьма скудным по разнообразию. Капли силы. Осколки просветления. Немного закалок и свитков. Правда, это «немного» могло свести с ума даже любого наместника. Собственно, здесь было все, чтобы вознестись по лестнице могущества на самую вершину.

Глава 4
Интерлюдия. Великая кузня

Место действия: Паутина миров

Время действия: 1 октября 2060 года

Аналита вошла под своды великой кузни, уже привычно вдыхая удушающий, раскаленный воздух, переполненный разнообразными миазмами. Аромат металла, крови, трав. Все это было уже привычно. Куда сильнее травмировали тело бесконечные эманации огня. Да и в целом, даже для нее, сильного адепта ядра с тремя средоточиями местный воздух был тяжелым. Отравляющим. Оставляющим след на теле и энергетике. Но такова была цена. Цена за возможность учиться. За возможность стать кем-то большим, чем просто одним из мириада воинов, чья участь сдохнуть в очередной схватке.

– Кха! Кх… – Порыв обжигающего ветра, бешено устремившегося в лицо, все же заставил ее закашляться. И скрутил в рвотном позыве, когда миазмы бездны, которыми тут все пропиталось, проникли внутрь. В легкие. Тридцать шесть? Да, именно столько внешних учеников второго круга, находящихся на этапе ядра, уже покинуло мастера Наавата.

– Все? Девчонка. Может наконец послушаешь мудрого совета и найдешь себе работу попроще? – Раздался участливый голос, правда, плохо слышимый из-за постоянно гула, сливающегося из тысяч ударов и потоков расплавленного металла. Голос она узнала, уже спокойно распрямляясь и ожидая продолжения.

– А то в борделе явно недобор. Девки уже настолько нос воротят, что первокаплями уже не берут. Подавай им второй этап! – Добавил уже Хашран. И вся компания прочих учеников рассмеялась, обступив ее толпой. А Аналита привычно постаралась успокоиться, погружая разум в медитацию и готовясь и к предстоящему дню. Так что молча обожгла их взглядом и направилась дальше, не обращая внимания на доносящиеся вслед шутки и осматривая внутренности великой кузни. Все здесь она видела тысячи раз. Но все равно это зрелище успокаивало.

Через ворота внутрь гигантских сводов постоянно втекали вереницы людей и цзянши. Цзянши в последнее время стало так много, что необходимость в обычных работниках упала. И многие лишились своих мест, вынужденные искать пристанища на других стезях. Работа в полях, собиратели еды, рудокопы. Это были еще не самые отвратные профессии, хотя о развитии и достатке даже на них можно было забыть. А многие были вынуждены упасть еще ниже.

Ведь вместо обещанного возвышения и купания в ресурсах неба они встречались с жестокой действительностью. Им платили в лучшем случае камнями ци, а то и вовсе едой, материалами или тленным золотом. Капли и осколки Неба для многих так и оставались невиданными богатствами. А даже если десяток другой, кому и перепадал, это ничего не могло изменить в глобальном плане. И с каждым днем, когда из всех окрестных миров продолжали течь и течь нескончаемые вереницы паломников, ситуация становилась все хуже.

Аналита сама теперь это понимала. Вспоминала свой путь, среди тысяч таких же страждущих. Они вытаптывали целые миры, превращая их мириадами шагов в утоптанные тракты. Твари вымирали на несколько переходов вокруг, истребленные на мясо. И то. Ее участь была в тысячи раз лучше прочих. Ведь Аналита Жан была пускай и не первой, но наследницей весьма состоятельной семьи местных кузнецов. В своем мирке и в своем городе-государстве они были известны. Уважаемы. Кичились своей силой. Вот только здесь весь ее несравненный талант, познание стихий, три ядра…

«Неплохая заготовка. Впрочем, я видел, как тысячи таких же становились дерьмом, ничего не достигнувшим».

Таков был вердикт Наавата, когда он на нее взглянул в первый раз. И действительно. Не стоило сомневаться, что владыка-кузнец, принявший ее на обучение, видел тысячи таких, как она. И они для него были лишь мусором. Мусором, что платит деньги. И из которого иногда выкатывается ценный камушек, который можно огранить. А даже если нет… Все платили вне зависимости от того, смогут они чему-то научиться или нет. Вытерпят жар кузни или нет. И даже мертвые, что умерли здесь, так и не решившись уйти, все равно становились цзянши, продолжая отрабатывать свой долг.

– Вух! – Аналита отскочила, уплотнив покров, по которому, чуть не прожигая его насквозь, скатилась волна расплавленного металла. А вот одному цзянши не повезло. Его захлестнуло полностью. Уничтожило покров, несмотря на то, что мертвец, формально, был мастером. А следом раскаленная масса начала пожирать и плоть. Конструкт еще пытался встать. Продолжить работу. Но одна за одной гасли его звезды, пока наконец тело со вспышкой не замерло, разметав остывающие ошметки вновь. Аналита уже видела это. А потому перед вторым взрывом спряталась за другим чаном, переждав удар.

Вот только и здесь не было безопасно. Ибо бездушные работники начали наполнять и его, скидывая вниз из открывающихся колец многие тонны материала. Куски металлов, откровенный металлолом, куски руды. Затем травы и минералы. Кристаллизованную ци, добытую, шахтах шишки стальных елей, корни каменного бессмертника. И множество других растений. То, что было под рукой в ближайших локусах.

Аналита поспешила убраться прежде, чем в котел полетели груды панцирей, кишок и крови, от которых у нее перехватило внутрености, даже когда она задержала дыхание. Ибо основными материалами для выплавки оружия здесь были твари бездны. А вернее их панцири и некоторые органы, в которых содержание металлов зашкаливало. Их нагревали. Сжигали. Плавили. Докидывали новые порции еще недавно живой плоти. И получали отличнейшую оружейную сталь, несущую в себе память о своем прошлом воплощении. Такие клинки гнулись, но всегда возвращали себе форму, не ломаясь. А их темный отлив позволял любому сведущему сразу же понять, что применялось в качестве основы.

Но путь молодой адептки избравшей стезю кузнеца, лежал дальше, в святая святых кузницы. Чаны сменялись печами. За теми шли формовочные поля, где каждый день отливались тысячи клинков. Но здесь плавили не только их. Здесь, на великой мануфактуре, по размерам превосходящей некоторые дворцы, делали все. Копья, щиты, наконечники стрел, доспехи. Даже кастрюли.

После шли ремесленные конвейеры, где мастера, хоть что-то понимающие в ручном труде, превращали заготовки в конечную продукцию. И даже если здесь, вблизи нового мира, столько оружия было и не нужно, не воспользоваться такими ресурсами было нельзя. Кузня выкует миллионы клинков. А потом просто продаст их позже, уже в других мирах.

Затем шли личные мастерские. Здесь уже не было столько цзянши. Но мастеровые занимались с индивидуальными заказами. Здесь же трудились ученики Наавата, в основном адепты третьего этапа, которым, впрочем, она не была обязана кланяться просто так, по крайней мере, вне личного разговора. В кузне многие были равны. Да и заставь всех кланяться старшим, и тогда работа замедлится.

Наконец, воздух стал чуть чище. Расплавленные чаны остались тысячи шагов позади. А она, как и все прочие ученики второго круга, которых здесь было немного, встала в строй и застыла в ожидании. Они здесь были не работниками. В силу своей слабости они тут были лишь учениками. Любой мастер мог выковать все что угодно во много раз лучше каждого из них. Но лишь потому, что превосходил их на целый этап. Они же, собравшиеся здесь, пускай пока и были молоды, но могли с гордостью называться гениями. Ведь иначе Наават вообще бы не стал их обучать. Здесь не было простой черни. Те не смогли бы заплатить за обучение. Каждый здесь был выходцем из немалой семьи, что чаще всего намеренно пестовала в отпрысках нужные концепты.

– Ну что, лентяи… – Пронесся под сводами зычный голос и из своей мастерской вышел Наават Тонгур, владыка, кузнец, адепт школы Светоносных кузнецов. Ученики тут же глубоко поклонились, ощущая на себе чудовищное давление концептов. Света, материи, пластичности и порядка. Идеальной синергии путей, что позволяли выходцам этой школы творить невероятные вещи и даже артефакты. Только вот про артефакты самой Аналите и задумываться было глупо. Тут как бы выжить и доказать свою пригодность.

– Надеюсь, теперь ушедших будет меньше. – Процедил наставник. И повинуясь его воле, сотня кусков металла взлетела в воздух, оказываясь перед каждым из учеников. И девушка схватила свою заготовку, тут же чуть ли не кусая губу от досады.

Металлкристалл (этапы: 23)

Им каждый день выдавали такие заготовки. А цель была лишь одна. Вернее две. Первая и главная – завершить за день десять тысяч ударов. Потом быстро поесть. Поспать несколько часов. И снова за работу. Девушка прекрасно помнила ту боль, когда учитель наказывал не выполнивших план ударами духовной плети. А такими поначалу были все. Ибо ударить десять тысяч раз, каждый раз вкладывая в молот свою энергию, концепты и намерение? Этому было невозможно научиться быстро.

А потом наказания прекратились. Зачем, если теперь мотивация была куда как сильнее. Тем, кто справлялся, выдавали дары неба. Немного. Но неизмеримо больше, чем тем, кто выполнял черновую работу. Пожалуй, этого было даже во много раз больше внесенной ими платы. Но наставник явно рассчитывал потом получить все сполна, выковав таким образом пару ценных сотрудников.

Пальцы девушки прошлись по куску металла, еще раз понимая. Заготовка была дерьмо. В них всегда смешивались мягкий металл второго этапа и кристаллы третьего. Мизерные по размеру. Скорее микроскопическая пыль. Но тут видимых глазу включений было куда больше. А значит, и плющить эту заготовку будет во много раз сложнее. Работать с материалом на этап себя выше? Такое считалось обычно безумием! Но наставник только в этом видел достойную своих учеников работу. Заставляя их терпеть это мучение каждый день.

В задумчивости адептка быстро достигла своего рабочего места, встряхнув головой и окончательно решив. Сегодня она выкует меч. Чего бы ей этого ни стоило. Ведь это был единственный шанс обратить на себя внимание наставника и заслужить его уважение. А также небольшую аудиенцию. Ведь только те, кто сотворил нечто достойное, получали право задавать вопросы и получать ответы. А иногда и наглядные примеры. Таковы были логичные правила. Ведь ничтожества не заслуживают, чтобы владыка тратил на них время.

Удар! – Молот опускается сверху, сначала медленно. Спешить сразу нельзя.

Удар! – Ее концепты внутри вспыхивают, начиная переливаться в кусок материи. Огонь, металл и сила. Три ее концепта. Три стихии, что наставник посчитал довольно мусорными, вообще не уважая других путей кузнецов кроме пути собственной школы. Но Аналита планировала его переубедить. И, быть может, наставник даже поможет ей пробудить четвертый концепт. Не свет, ведь огонь был близок ему. И не великую концепцию материи, ведь она уже познала Металл. А вот порядок стал бы прекрасным дополнением ее пути.