Текст книги "Жажда бессмертия. Том 11 (СИ)"

Автор книги: Морфиус

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 15 страниц)

Этот адепт перековал свои концепты!

Концепт «Справедливость» (постижение: познавший(3)) (ступень: 47) трансформируется в «ярость» (постижение: познавший(3)) (ступень: 57) и «безумие» (постижение: познавший(3)) (ступень: 37)

Мужчина с уже седыми, свисающими клочьями волосами, похожий на иссохшего старика, пошатываясь, сделал последний шаг, опускаясь на оплавленный трон. И под темными сводами, сначала едва слышимо, а потом оглушительно, так что завибрировали доспехи на мертвых, расползающихся лужицами стражах-духах. Истеричный смех, преисполненный власти и безумной, неземной радости, раскатывался в тронном зале, знаменуя смену целой эпохи. Смену власти. Но долго он не продлился, ибо даже несмотря на накатившую слабость, новый император человечества желал в полной мере насладиться своим триумфом. Дать волю своей новой ярости и запечатлеть этот момент на всю жизнь. Скорее всего, бессмертную, ибо теперь ему было суждено стать воплощением.

– Сучка… – Прогрохотал он, спускаясь с трона и поднимая еще дёргающееся тело за ногу, после чего со всего размаху ударил безголовым трупом об пол, проминая и кроша мраморные плиты. Кровь брызнула во все стороны. А руки, кажется, даже попытались сомкнуться в защите.

– Что? Ты еще жива? – На мгновение удивился он, снова пронзая тело молнией, чтобы выжечь остатки разума. Впрочем, кажется, его там и так не было, ведь труп не пытался атаковать в ответ. А вот регенерация, неожиданно, сохранялась, пытаясь залечить отрубленную голову.

– А так будет интереснее… – Рассмеялся он, смыкая пальцы и отрывая кусок мяса вместе ребрами. После чего еще раз ударил, дробя телом остатки трона. Тот разлетелся как трухлявый пень. А тело уже мертвой пикового мастера лишь хрустнуло ребрами, снова дергаясь, пытаясь куда-то уйти или уползти.

После чего тронный зал затопил беспрерывный смех, сменяющийся лишь гулкими ударами и звуками рвущейся плоти. Вот оторванная рука шлёпнулась о стену, сползая и продолжая подергивать шестью изломанными пальцами. Кусок легкого размазался по полу, обнажая еще бьющееся сердце. Кишки, измененные какой-то странной трансформой, добавляющей с десяток новых органов и частично убирающее старые, разлетелись веером. И все это сопровождалось хлопками детонирующих звезд и хохотом, выражающим триумф победителя. Пока наконец новый император не замер на коленях, держа почти полностью выпотрошенную тушу.

Последними он выдрал ядра. Крупное, даже огромное нижнее ядро крови, сердечное ядро с концептом развития. Ядра пространства и жизни. А вот ядро порядка было уничтожено ранее вместе с разлетевшейся головой.

– Ну вот и все. На этом твоя история закончилась, стерва… – С улыбкой произнес Джибриль, закидывая в рот окровавленные ядра, а потом почти с нежностью проводя рукой по все еще бьющемуся вопреки всему сердцу, и медленно сжимая на нем пальцы, пока то не брызнуло кровавым и парящим фаршем. Поднимая руку и закидывая голову, чтобы ощутить вкус крови поверженной врага.

А следом воплотилось и оно. Шар награды, на который император не обратил никакого внимания. И осколок парагона, который он тут же положил на язык, словно заедая выпитую кровь. Финал. Это была не иллюзия, и не морок. Это все было в реальности. И кровавая сука сдохла, освобождая место для него. Для того, кто слышал стихии и само небо куда как лучше, шел их путями, за что и получил награду. А влившийся осколок парагона хоть и не избавил его о седины, но позволил ощутить себя куда как лучше.

Но и на этом он не успокоился, ударом ноги дробя хребет, пока от тела не осталось почти ничего, кроме нижней половины, на которую он посмотрел с заинтересованностью. Веселье продолжалось еще долго… Пока под темными сводами не раздался звонкий смех, не уступающий в безумии самому Джибрилю.

Глава 21
Бездна и кристаллы

Место действия: Паутина миров

Время действия: 22 октября 2060 года

Кристаллизация! – приказываю я дару. И прорва ци, целый океан, вспыхивает между моих рук. Начинает кипеть, как плазма в ядре солнца. И, наконец, медленно, микрон за микроном, принимает стабильный, твердый вид. Кристалл из смеси бирюзового и алого цветов, что делает его даже почти коричневым. Почти. Ибо каждый цвет, в том числе и цвета всех моих остальных стихий, не смешиваются, оставаясь словно разложенными на составляющие спектрами, или словно отблесками лучей в плоской голограмме на картинах, которые я видел в детстве. А потом, почему-то, никогда в жизни я их больше не видел.

Дар кристаллизации энергии (этап: 4) (качество: среднее) – Поглотив этот дар, идущий сможет научиться кристаллизовать свою силу в материальную форму.

Подарок с ублюдка Увонда Гара оказался интересен. Я и в бытность инквизитора думал такой купить. Но уж стоили они просто астрономических денег, а реальной пользы ни владыкам, ни тем более инквизиторам не несли. В чем толк груды кристаллов ци или даже духа, если ты всегда можешь поглотить капли, испив в десяток раз более качественной энергии. Такие дары Федерация выдавала сильным ремесленникам, небоевым, но адептам с большим резервом, возможно, некоторым наместникам, чтобы они хоть так создавали еще ресурсы для младших адептов.

Кристалл, чистый как лед, с грубыми прожилками бордовой красноты, и одновременно переливающийся бесконечным внутренним сиянием, казался уже плотным, словно хрусталь. Но я знал, что это обманка. Стоит его выпустить из рук, прервать действие дара, и он дестабилизируется. Взорвется ослепительной вспышкой, даже мощнее некоторых моих техник.

Обычные кристаллы взрывались редко. Самого Дара хватало, чтобы без особых усилий пользователя склепать крайне стабильные структуры. Такие кристаллы можно было даже бить, крошить, резать. Они были стабильны. В крайнем случае начинали быстро испаряться и гореть. Но все менялось, когда я вливал в материальную заготовку энергии бездны. Чудовищный дестабилизирующий фактор, ломающий все.

Пальцы продолжили сжимать крупную заготовку, а цвет стихий сменился. Теперь я вливал порядок и пустоту, с примесью звука, закрепляя тем самым аспекты прочности и стабильности, снимая внутреннее напряжение мелкой вибрацией, недоступной человеческому восприятию. Даже другие владыки не ощутили бы этих колебаний, ни взглядом, ни слухом ни энергией. Я же мог их ощутить через концепт. Общаясь с реальностью через свою стихию и делая ее новым полноценным чувством, как зрение или осязание.

Тренировки с созданием кристаллов оказались на удивление полезны. Позволили с новой стороны познать сначала свою ци, потом стихии, затем даже дух, который, после тяжких тренировок, тоже удалось кристаллизовать. И, в конце концов, я перешел к работе с твердыми эманациями бездны. Времени было полно. Все время теперь вообще принадлежало мне. Я не спал, не ел. Только вот уже десять дней сидел рядом с корнями бездны, постигая новые тайны мироздания и свои возможности.

– Готово. – Финальным аккордом я закрепил форму, ощутил «ответ» кристалла. Его мелодию, его вибрацию. Теперь он был совершенен. Острые грани заиграли сотнями оттенков, что затем делились на тысячи отсветов. Не света. Концептов и стихий. Кристалл парил и вращался над пальцем, позволяя себя оценить во всей красе.

– А можно ли кристаллизовать волю? – Задал я вопрос сам себе, не открывая рта. Но воздух вокруг прошелестел, словно отправляя запрос в мироздание. А в ответ логичная пустота. Это надо проверять самому. Но не сейчас. Сейчас я коплю волю.

Кулак сжался на кристалле, отправляя внутрь волну бездны. А потом и запульнул его подальше. Кристалл почти исчез, скрывшись где-то в лесу бездны. А затем…

Буууум! – Облако плазмы и концептов расцвело где-то за пол километра, сжирая исполинские полурастения-полугрибы. Это выглядело эпично. Но почти бесполезно. В реальном бою такой взрыв для владыки будет лишь как ветерок. А создавать таких кристаллов тысячи и сотни тысяч? Наверное, в древних мирах кто-то так и делал. У меня же для этого были термояды модернизированные песком. А вот времени было меньше.

– Рааааа! – Раздался оглушительный, наполненный духом рев за моей спиной. А ментальный контакт начал рваться. Не говоря уже о тысячах точек тварей, что, до этого мирно «щипля травку», вдруг обратили свои взоры на меня.

– Да еб… – Расстроился я, понимая, что сейчас будет. Но сосредоточился на ментальном контакте с «пашей», огромным жуком этапа владыки, который, несмотря на свой условно травоядный рацион, плюс создание воронки пожирания, растекающейся на километры, и впитывающей в том числе эманации самого корня бездны, обладал незаурядным интеллектом как для твари бездны.

Яростьприказпредательствоуничтожитьсмена директив колебаниянерешительностьрешительностькорень важнеекорень исток всего! – Наверное так можно было расшифровать его течение мыслей в слова.

Звон разрушения! – С десяток летающих монстров попытались уже меня размазать, но лишь влипли в звон разрушения, начав медленно дохнуть под его всесокрушающими вибрациями. А «Паша» окончательно сменил сторону, забывая, как я его подкармливал разными вкусностями, начиная от трупов некоторых адептов и заканчивая созданными недавно кристаллами. А вот все дары Неба, по прежнему, для тварей словно не существовали. Те не могли их усвоить и даже не видели.

– Ну ладно… – Мысленно пожал я плечами и взмахом руки создавая стрелу звука. Та с хрустом пробила жука, вместе с его собственной техникой. Разорвала в кашу. Но наград так и не выпало. Ведь сейчас я убивал как адепт бездны. Выпивая души вместо сбора кристаллов.

Весь мир вокруг вскипел, реагируя на угрозу, словно одна масштабная защитная программа. Твари, всех размеров, форм, видов, ринулись ко мне, желая завалить угрозу телами. Погрести под собой. Не считаясь с потерями. Зачем, если потом другие все сожрут и корень останется в выигрыше?

Сам корень тоже проснулся. Через полминуты. Его давление духа и ментала, ленивое, сначала просто наблюдало за мной. И я уже знал этот алгоритм. Пока я просто рублю тварей, он не нападет. Вернее не нападет лично на меня, фонтанирующего багровой ци. На любого другого адепта реакция была бы молниеносной. Стоит мне очистить свой фон, перекрыть краник бездны, реакция будет мгновенной. Вот только сейчас я сам хотел битвы. Подошло время нового «удоя».

Рывком я сместился к самому корню, вплотную, ощущая его невероятную мощь. Циклопические запасы энергии, перед которыми даже я, уникум, осколок и носитель двенадцати ядер, был лишь букашкой. Но букашкой разумной, в отличие от тупого поведения этого трубопровода с энергией. Твари тоже даже замерли. Не смея применять техники, когда я стою вплотную к их божеству. Здесь была зона табу. Здесь твари не дрались. Даже самые тупые на инстинктивном уровне осознавали важность данного правила. Не навредить корню.

Пальцы впились в прочнейшую плоть, ногти покрылись звоном разрушения. Я не знал, какой силой обладаю. Не знал, сколько тонн смогу сделать в жиме лежа. Или десятков тонн? Да и был ли еще смысл в подобных измерениях? Эти десять дней я в том числе и закалял свое тело. Но увы. Даже прошедшие титанические изменения более не сдвинули ни одной закалки. И сейчас мне не хватало силы. Пальцы с трудом проминали каменную, светящуюся плоть. Пока ментальный фон корня менялся.

Бездна… Я постигал ее возможности. Делал открытия. Учился тому, что, скорее всего, более никому из Землян и даже внешникам не было доступно. Ибо ничем иным, как наличием дара бездны нельзя было объяснить то, что происходило сейчас. Корню не нравилось, что я его терзал. Но он с этим мирился, признавая мое право на то, чтобы пить ци. И даже на несколько глотков духа. Что я и сделал, ощущая, как обжигает руку. Как обугливается кожа на кончиках пальцев. А потом сделал и новый глоток.

Предупреждение!

Ментальный фон колыхнулся. Предостерегающе. Это не было разумом. Корень был странным существом. В некоторых моментах невероятно умным, а в некоторых тупым как растение. И ментальная аура еще не являлась следствием высоких интеллектуальных возможностей.

Удар! – Новый глоток духа. И меня попыталось откинуть. Захлестнуть кипятком, ужалить. А следом навалилась и аура духа. Теперь мы были врагами! Теперь не нужно было сдерживаться! Вот только я уже был вплотную к корню. А значит, мог ударить во всю силу.

Абсолютный щит!

Хлопок силы!

«хлопок силы» (этап: пробуждение духа) (качество: высокое) (ступень 17)

Сначала в руке запылал шар. Потом он начал уплотняться, становясь почти кристаллом. Преобразуясь в зачаток обновленного хлопка. Ведь воистину, именно новый опыт часто служит вдохновением и источником улучшения способностей адептов. Вот и сейчас понимание кристаллизации энергии позволило мне продвинуть вперед мои техники. Хлопок, стрелу, мандалу. Они приобрели новую плотность. И возможность, пускай и за невероятно длительное время по меркам боя, секунды, десятки секунд, накапливать чудовищное давление. Корень бушевал. Давил духом. Собирал силы для финального удара. Но я уже знал тайминги. А потому успел на удар сердца быстрее.

Удар духом! – Щедро я влил высшей энергии, совмещая две техники. И огромная сфера перед ладонью взорвалась.

Грохот! Абсолютный щит дернулся, спуская кучу энергии. А ментальное поле наполнилось диким визгом боли и призывом ко всем тварям защитить их «исток всего». Гигантский корень четвертого этапа не просто порвало. Его отбросило на десяток метров, вырвало с «корнями», уходящими в почву, как бы это ни звучало. Изменило само русло того, что казалось монументальным. И расплата не заставила себя ждать. Через несколько секунд пришел запоздалый удар возмездия. Багровая вспышка с килотоннами духа, которую с треском и скрипом, но абсолютный щит выдержал. Да и я в эти секунды не бездействовал. Я собирал новый удар.

Мандала! – Новая, кристаллизованная мандала, формируемая все эти секунды, вонзилась в порванный нарыв, фонтанирующий жижей. Новый грохот. И две половинки исполинского червя рвутся. А я скалюсь. Рекорд. Два удара. Всего за два удара я перерубил этот поток. Пускай и с помощью абсолютного щита, без которого меня бы размазало в кашу. Но сам факт.

А дальше начинается хаос. Я бью. Меня бьют в ответ. Обезумевшие твари уже не боятся навредить корню, закидывая меня сотнями техник, с воздуха, земли, из леса. Оттуда бьет «артиллерия», накрывает сгустками ядовитого огня своих же. Но тварям плевать. Их тактика – устроить хаос и сжечь все. А потом сожрать. Мелочёвка для меня лишь шум и мусор. А владыки… На них приходится отвлечься. Чтобы убить мановением руки. Владыки монстры слабы. Чудовищно. И я не вижу объяснения этому парадоксу, разве что сам корень пьет их дух и не дает развиваться.

Звон разрушения! – Я лишь звук, что несет смерть. Я лишь резонанс, что рвет материю в лоскуты. Я лишь похоронная мелодия, что знаменует конец. Я лишь вибрация, что заставляет все подчиняться и входить со мной в симфонию, уничтожая все, что отлично от моих желаний и стремлений, выраженных в звуке. И я начинаю пить обжигающий дух. Втягивать его потоком. Этот кипящий белый бульон, к которому мое тело адаптировалось все эти десять дней. Я пью жадно. Сколько могу. Столько, чтобы не лопнуть. И еще чуть. А затем исчезаю, ухожу в невидимость, закапываюсь под исполинским лесом. И там начинаю переваривать полученное. Через боль, через жар, через расползающуюся в месиво плоть, через энергетические ожоги. Умираю и регенерирую в течение долгих часов, что складываются в сутки. Пока все не успокаивается. Ментальный фон больше не орет и не визжит. Твари не воют. А сам корень отрегенерировал еще в первые минуты. Я же позволяю себе расслабиться и оценить результат.

Пробужденных звезд + 11 (3613001)

Одиннадцать звезд. Феноменально. Хоть одна часть моей личности, связанная с пожиранием, и недовольно ворочается, желая большего. Но вряд ли кто-то на Земле, на уровне трехсотых звезд владыки, мог развиваться также быстро. Разве что сливая кучу воли. Я же ее пока экономил, использовал лишь тончайшми отголосками, вливая в свой дух и продолжая слияние. И не зря. Моя высшая энергия стала плотнее. Ее сгустки начали все больше фонить моей силой. Даже, кажется, кристаллизоваться в мандалы.

Хоть адепты пятого этапа и захотели бы меня избить за подобный термин. Ибо до «кристаллизации» как прорыва к пятому этапу, мне было еще как до луны. Хоть я и не мог знать сколько именно. Здесь уже не было четких цифр. Я мог суметь в кристаллизацию и на, например, тысячной звезде. Или не суметь и на двух тысячах. И количество узлов с духом даже бы не влияло на потенциал. Вернее не влияло бы напрямую. Ведь потенциал повелителей складывался из плотности духа, его слияния с самим адептом, ну и стихиями.

И нет, важность всех усилий на звёздах, ядре и на мастере не обнулялась. Без крепкой базы адепт не сможет крепко слиться с духом. Не сможет набрать много духа и уплотнить его. Не сможет даже пробудить дух, что сейчас ощущают на себе сотни тысяч, а может, уже и миллионы землян-мастеров. Хотя, казалось, лишь недавно их количество перевалило за тысячу. Сейчас же многие кусали локти и рвали волосы, осознавая, что достигли своего потолка. Что им не хватило хотя бы пол сотни звезд для конденсации духа. Я много видел таких в городах…

Отдых. Отдых это смена деятельности. Так что я достаю свой трофей, снова погружаясь в грустную меланхолию.

Капля смеси стихий (Духа, концентрации, осознанности, концепта ци, концепта мира) (насыщенность: исключительная)(этап: познавший(3))

Капля стихий Бимала. Пикового познавшего. Осознавшего такие сложные пути. Мне было искренне его жаль. Но это был не повод пренебрегать силой и его наследием, в каком-то роде. Единственный вопрос, а нужно ли оно мне? Новых стихий я не познаю. Но каждая капля концептов расширяла горизонты видения собственных путей. Тем более такая мощная. А я последние дни как раз терзался этими думами, пытаясь взять под контроль свое безумие стихий. Оно дало мне невероятную силу, оно вело меня. Оно спасало мне жизнь, и не раз, когда я не должен был выжить, как, например в бою против первого инквизитора Матео. Стихии выковали из меня того, кто я есть. И вместе с тем в последнее время они заставили меня наломать дров. Так что в эти дни я усиленно закидывался просветлением, развивая свой контроль и логические части сознания. Впрочем, я же все уже решил. И капля треснула, заполняя измученную энергосистему цунами ощущений и чужой силы.

Меня вштырило. Мощно. Почти так же сильно, как и при поглощении капель света четвертого этапа. Да, те были мощнее. Но проще. Их я сдерживал осколком парагона. Здесь же калейдоскоп стихий смешался в бешеном водовороте.

Меня обожгло бушующей белизной. Концептом духа, в котором Бимал, без сомнения, достиг седьмой ступени. И только затем я смог начать понимать и вычленять, что белизна и мощь – это не основные характеристики духа. Дух это воплощение. Дух это синтез. Дух это идея. Дух это концепция. Дух это синергия разумного начала и изначальной мощи всего мира. Но затем меня понесло в другую сторону. Заставило глаза расшириться, а мышцы затрещать. Сердце остановилось. Мозг почти отключился. И даже эндокринные системы начали сходить с ума, хоть я и не знал, как это понял.

Не сразу я смог выкарабкаться. Не сразу осознал, что так сработали стихии концентрации и осознанности. Сложные, непознаваемые, выходящие за границы моего понимания. Концентрация превращала все в отточенное лезвие. Разум, мысли, тело, гормоны. А осознанность… Это было сродни самому просветлению от кристаллов. Только личному. И они же ломали все остальное. Ломали привычные схемы, устои, механизмы.

Но и здесь я не смог задержаться, тут же направляя все силы, чтобы не умереть. Чтобы звезды не взорвались от переизбытка силы. А тело начало пылать и фонтанировать огнем, отчего пещерка тут же заполнилась плазмой. Концепт ци… Тоже непознаваемый в своей рекурсивной сингулярности. Ибо ци не должна была быть концептом никак. Но была. И заставляла мой дух плавиться, преобразуясь в энергию низшего порядка. Крупицы духа превращалась в океаны ци. И это было подобно ядерному взрыву внутри энергосистемы. Звезды трещали, реки рвались. Чертоги ядер начали развиваться сами. Стихии впились в энергию, утилизируя ее в никуда. Словно начали превращаться в печати, наподобие печати звука. Еще одна тайна мироздания и загадка возвышения. Но мне было не до того. Ибо мозг уже плавился от концепта «Мир». Великого концепта, что отдаленно походил на стихию «связывания». Ибо под «миром» подразумевалась связь всего и вся. Связь великой войны и падающего листика, упорства в возвышении и упорства муравья, несущего тот самый листок. Связь между жизнью и смертью, связь любви и развития, увядания и интегральных функций в четырехмерном пространстве.

Выплыл из поглощения капли я изможденным. Усталым. Но счастливым. Ибо коснуться таких уникальных концептов стоило многого. И пускай почти все и прошло мимо меня. Но несколько глотков из этих океанов я все же смог сделать. Вписал их в свой путь. Мой дух стал чуть плотнее. Мой разум еще хранил осознание концентрации. Моя воля стала острее. Даже чертоги ее ядра изменились, камень, воткнутый меч, все преобразилось, обрастая новыми гранями. А все остальные стихии… Они стали чуть сильнее. Лишь чуть. Но куда важнее было то, что теперь они все стали ближе друг к другу. Начали проникать одна в другую, ибо в сущности своей все они писывали одно. Они описывали Мир…

Но увы. Время откровений скоротечно. А потому через час я снова занимался «приручением». Кормил корень своим духом и кровью, чтобы он забыл мое вероломное нападение. Непонятно как, но это работало. Фонтанировал багровой ци, чтобы твари считали меня за своего. Нашел какую-то тварь мастера, почти гуманоида, вернее становящуюся им. Пускай на человека она не была похожа ни на грамм. Мозгов там тоже было как у курицы. Но я все же продолжал пытаться формировать контакт. Продолжал искать. Пытаться узнать от твари нечто, что прольет свет на бездну и ее законы. Тщетно. Так что я погрузился в спокойную медитацию. Пока вдруг не распахнул глаза.

Сигнал от духов был слабым. Очень. Мутные пятна, что словно отражения в забытом сне. Здесь, в мире бездны, их постоянно пытались сожрать, да и сигнал сквозь несколько порталов шел тяжело. Я мог увидеть картинку с духа напрямую в соседнем мире. Может, за два мира. Хотя как работала эта магическая квантовая связь никто не знал. Но сейчас действия происходили за десяток миров. Картинки пересылались по цепочке, причем с задержками, ведь духи сами переходили границы порталов, переправляя сигнал из одного мира в другой. И когда я расшифровал картину, с десяток духов были уже мертвы. И не просто слабые шпионы. Мои аватары, автономные, тут же начавшие отступать, тоже умирали.

Как и часть спасенных мной рабов. Я успел увидеть взрывы. Мы не были близки. Я почти с ними и не общался с тех пор. Но… Их смерть отозвалась неприятной, хоть и уже привычной волной концепта боли. И тихой яростью.

– Ну что-же… Изиргаст… – Взглянул я на картинки небесных кораблей, что успели запечатлеть духи перед смертью.

– Вы познаете боль… Если, конечно, можете ее испытывать.