Текст книги "Кукла 10 (СИ)"
Автор книги: Мир
сообщить о нарушении
Текущая страница: 23 (всего у книги 24 страниц)
– Он занят. – возвращает монстренок внимание мужчине, – Работает в замке.
– Ясно. – скрипит волк зубами, и задумчиво смотрит на постепенно тающую в пространстве комнаты нитку разрыва. – Ты можешь… доставить некий предмет в нужное место? Предмет будет без магии и электроники, я помню ваше правило.
– Все что угодно, в пределах планеты.
Глава 26
– А наши господа охотники вообще когда-нибудь спят?
– Не знаю, не видела. – шепчет одна служанка в ответ другой, наивно думая, что их никто не слышит в пустом коридоре.
– Охохох, они ж такие маленькие!
– Думаешь, скромничают?
– Или боятся…
А пока они там шепчутся, обсуждая нас, я работаю с магией замка, смотрю в потолок, распластавшись на камне «морда-камень, жопа вверх», правда учитывая, что лежу я на потолке, то жопа у меня обращена не вверх, а все же вниз, но учитывая, что гравитация в этом месте сейчас перевернута из-за магии…
Служанки меня естественно не видят, и не только потому, что я лежу наверху. Куда люди Залиха не приучены смотреть, но и потому, что я от них далеко. Очень далеко, и вообще в другой башне сижу, где нет ничего живого, заодно наблюдая, как сестренка, тихой сапой крадется за группкой каких-то детей в башне иной.
Идет за ними следом, след в след, и проваливается в пол в тот миг, как кто-то из них, решает обернутся, почувствовав взгляд и внимание на своей спине, услышав шаги, ощутив дыхание, или что-то там еще. И тут же выскакивает вновь, стоит деткам потерять интерес к этому участку, продолжив идти куда шли.
А ведь она так то тоже, должна работать! Чаровать, вести настройку… а не развлекаться! Творя… какое-то безобразие! И это ведь уже не первый раз! И, наверное, одно из самых безобидных её… выступлений.
А шалость, из категории жестких, ту, что можно считать одной из самых аморальных, что провернула сестренка с детишками как-то раз, был веселым фокусом с дождевыми червями и унитазом. Полным унитазом червей, что… бедная девчушка, наверное, навсегда заикой стала. И мне пришлось с сеструхой пообщаться на тему того, что так не стоит делать! Вот только… как видно не помогло – заряда «общения» хватило лишь пару дней по времени материального мира.
И я могу её понять! Сложно сосредоточится на работе, когда в замке… столь много народу. Когда… они все отвлекают на себя внимание! Я ведь вон тоже, вместо того, чтобы вести контура, и проводить расчеты, слушаю разговоры двух старых клуш, конспектирую за бухгалтером замка, что так-то бывший генеральный прокурор города, и очень интересный человек! Изучаю устройство машин в гараже вместе с ругающимися матом техниками, и конечно же, наблюдаю за маменькой, что пытается разобраться с новой печкой, нашего производства, установленной на новой кухне, так же сделанной двумя детьми.
Это все безумно отвлекает! И приводит к снижению производительности труда. И… создает плохой прецедент, ведь привыкнув «работать и смотреть видео 'о людской жизни» мы, даже в условиях безмолвного тайника, и изоляции от мира из-за остановки времени, работаем… так себе. Почти из-под палки, силком заставляя себя хоть что-то путное делать.
И уйдя туда поработать и создать завод кирпичный, мы в итоге… соорудили себе пляжик, и почти два месяца тупо валялись на песочке песчаного моря! Потом сестра сказала, что это как-то скучно, и мы построили на берегу этого моря город.
Потом создали систему, позволяющею городу этому существовать в не меняемом виде, без участия моего разума, потом… еще баловались по-всякому, в том числе дважды разнеся город до состояния руин, проверяя систему восстановления вида города в заданный формат, а по факту – просто устраивая борьбу друг с дружкой! Просто… швыряясь друг дружкой через дома, и тренируясь… во всякой фигне, вроде «сколько стен домиков из псевдокамня может пробить один плевок». Как выяснилось – нисколько, если не давать слюне особых свойств и магии. Слюна… просто испарится до того, как долетит до камня.
Опечалились таким событием, решили замутить систему, чтобы в тайнике была вода, жидкая, и без проблемная, но осознали – сложно! И… пошли дурачится и дальше, смотря на стройку завода с видом «ну блиииин… ну… ну… у…», и только спустя восемь месяцев форменного безделья, сумели взять себя в руки, доделать этот заводик, вернулись в мир, и… вот опять, ага. Сестра, бегает хвостиком за детьми, корча им в спины рожи, а я… просто наблюдаю за миром, лежа на животе, мордой в потолок.
По нормальному, надо бы пойти поспать! Но… еще нормальнее – доделать наконец этот узел! И с чистой совестью и чувством выполненного долго уйти отдыхать, не мучая себя, своё тело, и… не занимаясь всякой фигней, вместо нормальной работы.
– Они? Боятся? Да скромничают поди! – продолжали наши горничные сплетничать меж собой, обсуждая нас самих.
И ведь… фиг мы от них всех сейчас откажемся! Возьмём, и… выгоним все эти отвлекающие факторы прочь из замка, весь этот «коллектив изгоев» прочь, и начнем все с нуля заново. Вновь начнем жить в пустом замке, где все так тихо, спокойно, ничего не отвлекает… никакие мутные типы не пытаются предложить автомеханикам-матюгальникам взятку, и вообще – есть только мы! И… хладный камень.
Неее! Мы на такое уже не пойдём! Пустота в замке, теперь уже будет восприниматься нами как пустота в душе! Холод, одиночество, скука! Ну и к тому же – еда! Куда мы теперь денемся от всех этих поставок провизии в нашу обитель⁈ И от наших поваров, что готовят… пальчики оближешь!
Особенно этот, безногий – реально мастер своего дела! Правда… порции у него столь миниатюрные, что только птички наестся. А мы – не птицы! Мы – охотники! И нам… впору готовить огромными кастрюлями! Словно паре крупных бегемотов! А не… сервированными миниатюрными вазочками из драгоценных камней.
И вообще, кому там пришла в голову идея, подавать нам завтраки в этих нами же сделанных тарелочках? А, сестре… Из-за них, даже идея пристроить к делу поваренка, чтобы тот все перекладывал в один чан, для упрощения доставки, вышла как-то не так. И безногий повар, что жить не может без сервировки, уже наследующий день заметил недостаток рубиновых вазочек, а сестрица… обратила эти ворованные тарелочки в браслеты-утяжелители на ручках-ножках поварешки «чтобы неповадно было».
Вот только идея сделать из драгоценного камня наказание, была откровенно так себе! И стала наградой, и причиной гордости и хвастовства. Сестра была в бешенстве, и устроила той девице тот фокус с червями в унитазе, набив толчок этими существами столь плотно, что… такое потом точно никто не забудет.
А после мы ушли трудится в тайник, и было малость не до изысков кухонных, и чтобы прокормится, приходилось воровать еду с кухни собственного замка, утаскивать целиком кастрюлю для «столовских харчей», со «стола» для кормления завёвшейся в замке армии прислуги, оставляя на их месте записки «Мы все съели. Готовьте еще».
А потом переходить и на сух паёк! Поедая колбаску, хлебушек, и вообще все, что могли сожрать не готовя. И… спустя пятнадцать месяцев в тайнике, в замке не осталось ничего, подпадающего под эту категорию, и бедной Бине пришлось проводить экспресс заказ свежих продуктов, чтобы замок не встал на рельсы голодного времени, и люди не питались одними лишь кашками.
А еще, в съеденной колбасе, была какая-то особая партия с неким калием, что очень понравился сестричке, и что более не встречался ни в одних колбасах или блюдах. И сестра свой интерес, по поводу дефицита этой «специи» во всем, высказала всем, кому только могла, не без удовольствия наблюдая, как люди от подобного интереса почему-то бледнеют.
Интересно было бы узнать, кого все же хотели отравить этой колбаской? Нас? Глупость! Сестренка, съев пять кило за раз, разве что икать начала! Хотя человеку простому, хватило бы и бутерброда, чтобы гарантировано получить проблемы со здоровьем.
Но все же, если считать за цель именно простых людей, то всё равно выходит, что их бы смогли спасти до того, как кто-то бы стух, ведь из-за приближения срока родов у нашей маменьки, в замке сейчас обитает целя туча всяких врачей, в том числе и дедок целитель тройка, занявший позицию штатного целителя. За место сбежавшей целительницы четверочки.
А значит… если бы кто-нибудь не решил втихую схомячить пол палки за раз, игнорируя странный привкус и ухудшение самочувствия, человека бы сумели спасти, проблема бы вскрылась, и… было бы расследование, беготня, поиски… что и так случились, но не столь масштабные и суетные, но от того не менее эффективные.
Но поскольку стоящего за всем этим человека так и не нашли, спросить у него напрямую я не могу, увы. В этом плане неизвестный все просчитал до мелочей, и понять, на каком именно этапе был подмешан яд нельзя, хотя завод колбасный, нам разве что ножки не вылизывать решил, в попытках извинится за «свой косяк» боясь потери репутации. И у меня даже есть подозрение, что цель этого всего не отравление кого бы то ни было, а уничтожение репутации заводика, и работа агентов конкурента, таким вот нехитрым образом, через банальную подставу.
А еще из-за возросшего «населения» замка, у нас остро встали вопросы водоснабжения и канализации. И если с водой все решалось элементарно – свая с пространственным контуром, и сеточкой фильтра на глубину, и вуаля, вода в накопительной ёмкости есть всегда, потому что для воды эта емкость находится на пятидесяти метровой глубине в болоте.
Конечно пришлось еще не маленько так заморочится с фильтрацией этой воды до уровня «годна для питья без дополнительных фильтров и кипячения», но это все мелочи. А вот с канализацией… пришлось сооружать настоящий очистительный блок, чтобы там разлагалось все на простейшие соединения, без органики, и без опасных соединений на выходе.
И система эта крайне замороченная! Ведь из-за магии замка, и расположения контейнера с «отходами» в его пределах, нельзя тупо накидать в «выгребную яму» бактерий, чтобы те все скушали-переработали, и надо только воду на выходе от них самих обеззараживать. А из-за интереса к нашему замку на острове со стороны надзорных органов, вода на выходе из очистных сооружений должна была быть вообще кристально чистой, чтобы никто в итоге не мог и близко прикопатся к её работе при всем желании.
Понятно, что идеала не существует, а изъяны можно найти и у столба, при должном желании и сноровке, но это все же не наш случай, и нас просто поставили пред фактом «Должно быть все по нормальному!», а не устроили нам «Вы делайте что хотите, но будете виновны!», и к нам по факту то с замерами даже не приходили! Просто, поинтересовались «А как там в замке обстоят дела с канализацией? Вокруг все же река, что течет через весь город!», а уж мы… решили сделать все как надо, с расчетом на возможную неожиданную проверку, и возможность отчитаться о работе систем.
Правда, отчетности у нас еще нет, некому чертить чертежи для органов. Да и сама система так-то сильно не доделана и не совершенна, хотя в планах стоит вообще организовать по воде замкнутый цикл! Ведь, как оказалось, за забор воды из недр, надо платить!
Как, впрочем, и за забор воды прямо из реки, так что автономия – это наше все, и единственный недостаток этого всего в перспективе – завышенный магический фон и в воде тоже. И фон это будет равен общему фону замка, что для простых людей… смертный приговор. Но глядя на маменьку, шансы, что с годами люди привыкнут и адаптируются есть и не маленькие! Так что… будем наблюдать.
Если все пойдет как надо, у нас в итоге реально будет не замок, а какой-то пустотный крейсер! И только автономного пищевого синтезатора будет не хватать для полной автономии. Но эта штука, такое себе решение – уж лучше быть зависимым от «суши», и хранить еды запасы, чем питаться блюдами синтетического вида. Да и улетать мы никуда не планируем как бы, незачем.
А вообще, надо отдать должное нашей Бине, что на роли администратора замка, как оказалась, чудо как хороша! За столь короткий срок, столь лихо наладить быт – талантище! Я бы так, скорее всего не смог, как бы не старался. Сестренка и подавно, ну а мать… она должна родить уж со дня надень, и ей, уж точно не до всяких организационных вопросов. Да и даже два месяца назад, вряд ли она бы сумела справится хотя бы на десятую часть столь же хорошо, как эта Бина! Просто потому, что… раскапризничалась бы, и не пожелала работать.
Правда вот в людях, эта Ай вот вообще не разбирается! И я уже устал «прибираться» за ней, убирая из штата «лишних» людей, выдавая их службе безопасности ассоциации «на сдачу». И, наверное, уже пора организовывать свою масштабную тюрьму для этих вот, и прочих, залетных-перелётных.
И, наверное, нет специальности и профессии, что нужна замку, где бы Бина не косячила в процессе набора людей на эту вакансию. И с нормальными работягами, не тащила в штат всяких… шпионов разной категории и работающих на разных важных дядей.
Порой настолько важных, что даже Павел в итоге их отпускал просто на волю, без всяких пыток, допросов, и… порой даже с поклонами извинения! Говоря им что-то вроде «Извините, простите, так получилось, я над детьми не властен!», пусть и смотрел при этом на этих отпускаемых «важных работников» волком, скалящим зубы.
Но главный просчет у мисс Ай, это не работяги, всякие водители, купленные корпорациями, что бы те возили нас по выбранным ими магазинам и местам, и не поварята, с любовью подмешивать стиральный порошок в еду, раз ртуть я отобрал еще на входе в замок, а… дети.
Эта трудяжка администраторша, узнав у нас, что мы готовы взять к себе в замок работниками семейных, и даже с детьми, обеспечить их всех едой и прочим необходимым, хоть и с условием, что дети в шестнадцать сами решат, оставаться у нас тут на пожизненное, или улетать в мир за стены замка, а взрослые будут работать в замке всегда, нахватала в работники… этих самых семейных. А вернее – одиночек с детьми!
Бабушек с внучками! Тетей с племяшками… дядей с какими-то вообще левыми сыновьями от троюродного погибшего свата, дедов, с целыми детсадами… и прочих, прочих, прочих! Что у нас по итогу, на каждого взрослого, приходится почти по два ребенка! И уже и не замок, а какой-то детский дошкольный кружок «очумелые ручки»!
Да еще и большая часть прибывших деток – около нашего возраста! И тех, кто был бы сильно младше, груднички, или старше, близкие к шестнадцати, просто нет! Зато вот пяти, шести, семи, восьми, девяти, десяти, одиннадцати годовалых… просто пруд пруди! И сестричку они… точно портят своим существованием.
И с этим всем надо что-то делать! Этих всех деток как-то организовывать и пристраивать к делу! И Бине сказать, чтобы гнала в шею всех этих любителей-семейников! Чтоб не больше ребенка на человека, иначе это… уже форменный кошмар какой-то! Ну и… по части воспитания, со взрослыми поговорить давно стоило бы, а то тут кто-то почему-то решил, что раз хозяева замка дети, то и всем прочим детям, и слова против сказать нельзя.
И вообще – Бина вон трястись со страху начинает при попадании в полез зрения любого киндера! И глаза испуганные делает! И… надо бы её принудительно спать отправить! А то у неё мешки под глазами уже такие, что впору заподозрить наличие миниатюрных бататов за веками глаз.
Да и просить эту Бину с детьми разобраться наверняка будет бессмысленным делом, раз она их боится. Раз боится – значит не авторитет! Раз она боится, а не они, а взрослые боятся. Её, и… детей, значит… нет уважения! И нет и послушания. А без послушания… о порядке можно даже и не мечтать.
А дети не дураки, и быстро почувствовали вольную и свою ВЛАСТЬ в нашем замке. И разве что выходки сестрички, иногда опускают их с небес на землю, но при этом я не одобряю её методов! И её желания устроить гонку на «собаках», используя вместо собак детей – это перебор!
А ведь это, что называется, только начало! Ведь даже в замке еще не все люди набраны, а уж за пределами замка… ведь мы скоро начнем строить всякие вспомогательные штуки на участке подле замка, причем – в ближайшее время!
Офис-контору для юридических агентств, здание. С низким уровнем магического фона, что бы туда можно было поставить компьютеры, и при этом здание было на нашей территории и нам подконтрольное. Место обиталище конструкторов – все тоже самое, но только отдельное строение!
Дома для жилья этих всех людей, что бы были все под боком, жили тут же, а не где-то там. Где их могут перехватить, и своё мнение навязать. Гараж для всего автопрома, а то машины в замке всё равно портятся за пару дней простоя под навесом, а Бина в авто понимает еще меньше, чем в людях, и её «автомашины с низкой зависимостью от магического поля» на деле оказались даже очень и очень зависимыми! И… ломающимися, что чинить не перечинить, и катушки зажигания портятся даже если не подключены к борт сети и просто лежат на складе в пределах замковых стен.
Много чего еще, мы уже запланировали поставить на остров подле замка! Набережную, чтобы все болото под камень закатать, парк, просто потому что хотим, крытый бассейн, где можно будет поплавать, просто потому что можем! Ну и конечно же, аукционный дом, или магазин, где будут продаваться всякие товары наших рук изготовления, без посредников и «напрямую от производителя».
И все это будет требовать еще большего числа людей! И все это… создаст еще больший бардак! И все это… хм, а что это там за странные шевеления подле нашей шахты в Шурелге? Похоже… людям Йорка пришла пора поработать! А нам, пришла пора наконец поставить турели в те горы, перекрыв подъезд, а то я, взял, и максимально глупо упустил момент, как ко входу в шахту подвалила сразу два грузовика-фургона, в хорошем камуфляже, и вывалившийся из них спецназ, рванул внутрь подземелья.
Или, может попытаться договориться с ними? Благо, контуры защитного артефакта мы уже успели доделать, и я могут особо не сильно сдерживаться, несмотря на то, что активность Хаоса с той стороны, планомерно растет, и скоро уже будет такой же, какой была и всегда в этом мире. Я могу… поговорить с ними, прямо сквозь пространство и могу попытаться… договорится! Получив себе в распоряжение некое количество профи с автоматами.
А, нет, не получится – чипы не дадут! Без шансов. И у них они… фиг вынешь! Вернее, вынуть все не проблема, да они там все какие-то… киборги, у которых в телах масса искусственных стимуляторов, без которых жить они просто не смогут.
То же сердце, слишком слабое, ведь часть нагрузки выполняет искусственный дубликат! Так что… простите парни, вам не повезло. А ваши машины подле входа в шахту будут переплавлены на гвозди для пулеметов. И… да, мне правда жаль! Но… нет смысла оттягивать неизбежное. Да и людей Йорка посылать на этих профи с приборами ночного виденья тоже. Как-то глупо – будут потери.
– Сестра, у нас есть работа! – «отклеился» я от потолка, и произнес эти слова в полете от потолка до пола.
– М? – высунулась из ближайшей стены её моська, а за группой деток перестала красться некая тень, и на полу остались только грязные следы неких босых ножек. – Кого-то надо убить? – сразу поняла она, что от неё требуется.
– Не без этого, – вздохнул я, потирая переносицу, лежа на полу, – И надо будет наконец поставить те турели, что мы уже почти собрали.
– Я против!
Я в ответ посмотрел на неё как на дуру.
– Ну ладно! Надо, поставим. – покачала она головой, торчащей из стены, пока её ножка, чертила пальчиком грязью на стене в комнате неких девочек, некие похабные надписи, – Но только я тоже буду участвовать в их создании!
– А как же иначе то? – усмехнулся я, радуясь, что смогу её наконец научить самостоятельно делать управляющие системы для всяких дронов и их подобным систем, и печалясь, видя то, что она там рисует подле надписи. – Сестра! Прекрати! И вообще, почему эта грязь… столь похожа по цвету на… какашки⁈
– Я старалась! – заулыбалась девица во все зубы, ставя «точку» в своей картине, и убирая ногу прочь из того помещения.
– Ага. Набрала тон десять глины, мешала меж собой, и все это ради… этого? Не, не смешно! И… по-детски?
– Ага! – вновь улыбка, и слова без слов, звучащие как простое «Потому что могу!».
И я, вставая с пола, мотаю головой – и правда может! Но зачем⁈
От автора:
Дичайше извинюсь за задержку проды! В качестве извинения, сегодня будет еще одна глаза, а возможно даже сразу две главы за раз!
Глава 27
– Что там опять происходит? – поинтересовалась сестрица, замерев на мгновение, и вынув копье из камня, резким взмахом стряхнула с него свежую кровь.
– М? Поинтересовался я, так как как бы не понял, о чем она, и сестра пояснила, сделав неопределенный взмах головой в сторону, и показав точку интереса магией.
Какая-то суета в замке! Беспорядочная беготня наших служанок… а всему виной, начало схваток у маменьки! И… воды уже отошли, да? А мать, вместо того, чтобы топать в отведенное под роддом-больницу помещение в одной из башен, еще и брыкаться начала, отпихивая от себя служанок, желающих помочь ей дойти.
Правда идти своим ходом она при этом, маленько так, не в состоянии, и может разве что охать, сидя на полу в луже, а когда принесли носилки, вообще, закатил истерику!
– Да чего вы столпились тут все⁈ Я и сама могу родить! Не впервой! Отвалите!
Хотя ей, во время всех обследований, что во множестве проводились нанятыми Биной людьми и акушерами из дорогих клиник, не раз и не два говорили, что у неё там все очень узко! И таз, и родовые пути, и вообще, она словно бы и не рожала! И не вынашивала сразу двух, и роды будут… не простыми. Очень и очень непростыми. Но она и тогда то не слушала никого, а уж сейчас…
– Пойдем? – интересуется сестренка, осматриваясь вокруг, подумывая как бы сквозь пространство убить тех людей, что остались снаружи шахты в машинах.
С меньшей магией, но… без лишних хлопот! А значит просто впихнуть им в тела сквозь пространство по копью, как бы не вариант. Зато можно, как пример, забросить на высоту парящего дрона небольшую наковальню, килограмм на пятьдесят, и уронить это дело сверху на кабину… пусть это и не факт, что убьёт сидящих внутри людей – крыша, может быть бронированной!
И мотаю головой, осуждая и её план «скорой расправы» и выражая протест идеи пойти сейчас в замок, поглазеть на роды.
– Там это дело, может… скорее всего затянется часов на двенадцать. А я не хочу, чтобы сюда приехали еще машинки с бойцами, и нам пришлось их тут резать своими ручками. – посмотрел я на кучу трупов вокруг нас, и поморщился от осознания, что после той резни, что сестра тут учинила, отмывать стены шахты придется… долго. – Как они вообще… нашли это место? А вернее – почему столь уверено себя чувствовали до входа в туннели? Словно бы зная… что снаружи нет ни единого ствола!
Сестра в ответ, пожимает плечами – не знаю я, не моё это дела столь много думать! И решает, что проще пробежаться до выхода из шахт, и повторить там столь же банальную резню, как мы учинили тут. Раз уж чипы из тел этих людей, нельзя извлечь без целителя этих людей не убив, а отпускать их – плохая идея! То и жалеть все это мясо не стоит, ну а скрываться…
– Сестренка, на улице сейчас ясная погода. – останавливаю я её, схватив за руку, не дав убежать.
Сестрица смотрит на меня хлопая глазами, смотрит озадачено, ничего не понимая. Выглядывает наружу при помощи глаза дрона, висящего над входом. Осматривает все вокруг, и наконец понимает – в небе могут быть не у одних нас летающие глаза! Вот только сам дрон, смотреть выше себя не умеет, да и перевернутся брюхом вверх тоже, не в силах. Да и даже если бы смог, все равно бы ничего не увидел – небо… огромно.
– И… – тянет сестра этот звук, внимательно глядя на меня, а в моих руках появляется автомат из тайника. – Поняла! – восклицает она, и в её ручках появляется такая же пушка, у которой она весело дергает затвор, выплевывая наружу стреляную гильзу, а я мотаю головой.
– Пусть этим делом занимаются люди, умеющие с этими штуками обращаться, а мы лишь дадим им оружие.
Сестренка задумывается вновь, и вновь кивает, однако автомат из ручек никуда не пропадает, более того, раз уж в нем есть только стрелянные гильзы в магазине, она начинает что-то с ним делать при помощи магии. Решает сделать так, чтобы этому оружию и не нужны были пули и порох! Вот только железка быстро не выдерживает нагрузки на материал, и начинает крошится, словно бы старая бумага.
– Тля…
– Хех!
– Не смейся! – притворно дуется сестрёнка, и убирает в тайник манонасыщенные «хлопья».
– Я и не смеюсь, но… в общем, пойдем в тайник! Думаю, пришло самое время доделать турели и установить их тут по периметру скал вдоль дороги к шахте.
– Я против!
– Что? Почему⁈
– И вообще! Там мать рожает! Пошли лучше к ней! Посмотрим! – словно бы сменив тему, стала настаивать сестра.
– Можно и пойти… – задумался я, – но… это же долго и скучно! Это не тебе родить, раз и готово!
– Пошли. Посмотрим.
– Ну ладно. – пожимаю плечами, и спихнув на людей Йорка целую гору разнообразных стволов и патронов к ним, попутно передав им задачу по устранению остатков прибывшей к нам роты, взяв сестренку за ручку, вместе с ней перемещаюсь обратно в замок, прямо в смотровое помещение «роддома» в одной из башен.
– Что вы тут за аншлаг устроили? Достали уже со своей мнимой заботой! И вообще, вы что, думаете у меня будут какие-то проблемы? Илии… вы считает, что там опять, скрытные близнецы? – ведет возмущенный диалог мамань, лежа на кушетке, силясь с неё встать, или на неё сесть, несмотря на протесты врачей.
– Мисс, прошу вас, успокойтесь…
– Успокоится? Да я сейчас так успокоюсь, да я, я… ох…
– Кажется, адреналиновый шок её потихоньку отпускает, – тихо шепнула одна медсестра другой, что естественно не укрылось от наших ушей.
И мать, задышав тяжело, прекратила свои бессмысленные и глупые попытки отстоять свою «честь» матери двух детей, рожающей третьего. И позволила врачам, наконец начать хоть как-то делать свою работу. Хотя бы самый базис выполнить! В виде самого базового, первичного, осмотра.
Раздели мамку, осмотрели визуально, сообразили – в помещение набилось уж больно много любопытствующих! И дело даже не в том, что лишние глаза, обнаженка, сакральный процесс появления на свет новой жизни, или шок контент, а в банальном – антисанитария! Куча народа, в не самой чистой, повседневной одежде! Народа. Что ввалился сюда любопытствовать оттуда, где был, в том, чем был, и со следами того, что делал!
А потому….
– Все вон! Кыш! Кыш отсюда!
И толпа засуетилась, и стала шустренько собираться и покидать помещение. Толкаясь подле дверей, порой усмехаясь чему-то своему, но стесняясь даже отпускать шуточки, по типу «Да чего я там не видела? Сама двоих родила!», ведь большинство зевак – тётки в возрасте! А учитывая наш замок «пожилых бабушек» – тетки эти зачастую рожали и сами и не раз.
Вот только когда толпа людей, горничных, и не только, но которым тут сейчас точно не место, покинуло это помещение, у стены подле двери, обнаружилась наша парочка. Милые деточки, пришли поглядеть, как рожает их мамочка. И бедный старый акушер, что и выгонял этих всех людей прочь, и проводил весь первичный осмотр и вообще тут главный, растерялся, при виде наших индифферентных мосек, и взгляда невинных глазок, поднятых на его лицо.
Хотел сказать «А вы тут что забыли? Кыш! Вместе со всеми! Мы позовем вас, как все закончится!», но осекся – выгонять хозяев из их же дома… пятерок из их же замка! Верх тупости и неуважения! А ему тут, еще работать и работать! Не столь уж и старенький этот вот дедок, и… есть у него определенные планы на эту работу, ведь к нам в компанию, на работу в замок, просочилась и пара беременных дам, что не укрылось от глаз опытного акушера, пусть они и скрыли этот факт от вообще всех в замке.
Так что слова, про «Пошли прочь, сорванцы!» лучше придержать при себе, и сказать что-то еще, но как видно это вот что-то, ему на ум так и не пришло, и вновь открыв рот, он вновь его закрыл, так и не найдя, что сказать глядя на наши умильные моськи.
Мать в этот миг, издала протяжный стон боли, и выгнула спину в спазме, после чего задышала еще тяжелее чем дышала до, и врач на пару мгновений отвлекся на неё. Велел готовить «операционную», отдельное помещение, куда с грязными ногами не ходят, ну и обмыть, и переодеть роженицу, чтобы она сама тоже, была чистенькой и не грязненькой. И вновь поглядел на наши моськи, что, пока он отдавал распоряжения, смотрели на мать, а сейчас, вновь смотрим на него.
Кажется, хотел сказать что-то типо «И вам не страшно?» или «и вам не противно?», но вновь осекся, проглотив слова. Понял, что это неуместно, причем сразу по нескольким причинам. И монстры в подземельях, куда страшнее банальных родов, а мы видели их уже немало, даже если считать только те подземелья, что мы зачистили официально, и не считать огромной волны тварей, штурмующих город полгода назад.
И вида крови мы явно не боимся, и расчленки тоже, с нашим то опытом, даже если считать только участием в том сомом бою за город, где было… всякое, и мы в этом участвовали. А боятся… это скорее им всем тут надо нас боятся! Ведь мы тут стоим, улыбаемся, и при этом… палачи! Что убьют их всех, если что-то пойдет не так, с нашей маменькой. Или во время процесса рождения.
И выгнать нас нельзя! Вот не разу! Но в тоже время… его взгляд зацепился за грязь на ножках у моей сестрички.
– Ноги хоть помойте, а лучше и не только их. – поднял он взор с ног на волосы, и мы переглянулись, осмотрев друг дружку с ног до головы.
Кивнули друг другу, и переместились в иную часть замка, в комнату, целиком заполненную водой. В ту самую, промышленную стиральную машину, в которой сестричка когда-то стирала кольчужные доспехи для людей Павла! Впрочем, почему когда-то? Последний раз мы делали эти штучки всего-то недельку назад! Так что… вода тут всё равно уже другая, сестра меняет её после каждого раза, заодно заставляя горничных драить все стены до скрипучего блеска.
– Активирую! – побулькала сестричка, и…
Не, так все же лучше не делать! Лучше не стирать себя вместо белья! Уж слишком быстро… тут все вращается! И вестибулярный аппарат тела… выдает фортели, даже если разум удается привязать к некой точке вне этого места. И… получается какое-то расслоение разума и тела, когда тело… какое-то блюющее желе, что отказывается внятно функционировать, изрыгая из себя все, что только может, а разум… видит это все со стороны, но чувствует себя кукловодом, верёвочки управления которого спутались меж собой.
В общем, после этой, экстремальной помывки, пришлось мыться вновь, но уже… на медленной скорости. Отходить от всех этих процедур, и только потом, натянув на себя медицинские халатики, и немного путаясь в краях и рукавах, являться в помещение, где все так же шли роды нашей маменьки.
