Текст книги "Пьяный некромант и труп невесты (СИ)"

Автор книги: Mediocre

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 13 страниц)

Я сосредоточенно пялился на руку княжны, представляя себе, как сшиваю ткани и кости этой нитью. Я даже сам удивился, насколько быстрыми и четкими у меня получились жесты, через которые я делился с Лизой малой частью своей силы, соединял порванные сосуды, сшивал плоть и сцеплял кости, словно и не было никакого повреждения.

Сидящий рядом со мной Альский, кажется, тоже это видел. Он завороженно смотрел на творящуюся магию, да и сама Лиза не могла отвести взгляда. Девушка улыбалась и, кажется, с каждой секундой чувствовала себя все лучше, о чем свидетельствовал фиолетовый огонек, появившийся в ее глазах снова и “Бум! Бада-бум!” зазвучавшее в моей голове.

– Это уже не магия смерти, это что-то другое, – пробормотал блондин, наблюдая за тем, как Лиза убрала руку из моих ладоней, вытянула ее вперед, повертела ей, сжала и разжала пальцы... – А говорил, что ничего не помнишь...

– Так я и не помню, – пожал плечами я. – Просто очень хотел ей помочь. Вот и получилось.

Лиза довольно взвизгнула, снова обхватывая за шеи и меня, и Александра – только теперь обе руки ее слушались, а потом, наконец, заметила Сергея Ивановича и Петра, все это время наблюдавших за происходящим.

– Ой, – тихо сказала она. – А это кто?

Никто кроме меня ее как обычно не услышал, поэтому я поспешил объяснить девчонке все происходящее.

– Это? – я обернулся в сторону наших провожатых. – Это наши новые друзья, которые теперь отведут нас на аудиенцию к Императору...

– Елизавета Федоровна, позвольте представиться, – вежливо склонил голову гофмейстер у которого на лице не дрогнул ни один мускул от того, что по факту он сейчас представляется нежити (наверное, работая при царе он многое повидал). Лиза же, в ответ на его движение, тоже как-то неуклюже кивнула, – Сергей Иванович Риттих, гофмейстер Двора Его Императорского Величества, министр земледелия и землепользования. А это, – он указал на стоящего рядом кавказца, – поручик Чагодаев Петр Ибрагимович. Простите, княжна, что я вынужден вас прервать, но нам нужно уходить отсюда и чем скорее, тем лучше...

Глава 15

Мы выбрались из недр крепости тем же путем, что и спустились в нее, сели в лодку и покинули остров. К моему разочарованию демон больше к нам не наведывался и даже на горизонте ни разу не появился – он, как и говорил Чагодаев, судя по всему активно развлекал служителей Ордена. Со стороны стрелки Васильевского острова то и дело доносились хлопки, хлюпы, крики, звуки падения в воду чего-то большого и даже восторженное улюлюканье:

– Вот народ, – покачал головой кавказец. – Им ссы в глаза – божья роса. Демон в городе, прорыв, а они на берегу собрались и смотрят как отец Димитрий расправу чинить над ним будет…

– Ну в как ты хотел, Петенька, – улыбнулся Сергей Иванович. – Шутка ли, живой демон в городе-с! Когда еще народ посмотрит на такую диковину? А уж ежели на борьбу с ним сами Патриарх вышел, то и бояться нечего-с!

– Это уж вы точно подметили, – скривился кавказец. – Святоша наш в такой ситуации скорее всех своих воинов скотине этой скормит, чем позволит чтобы в его присутствии тварь хоть одного прихожанина тронула… А то чего доброго еще рейтинг свой обвалит, а это для него страшнее, чем людей своих потерять.

– Именно-именно. Так что люду нашему просто любопытно-с. Еще Ювенал говорил, что человек всегда хочет хлеба и зрелищ. Хлеба в городе у нас в достатке, чай не голодаем, а представления такого-с может больше и не предвидится никогда…

– Дай-то бог, – буркнул Петр, которому, судя по всему, идея с контролируемым прорывом вообще была не по душе.

Лиза уже пришла в себя и активно вертела головой по сторонам, силясь разглядеть демона, но мы уже зашли за остров и даже растральные колонны были не видны из-за его берегов. Поэтому все, что оставалось делать нежити – это прислушиваться. На мои расспросы, что с ней происходило в крепости, девчонка только пожимала плечами: сказала, что ей дурно стало, она потеряла сознание и ничего почти не помнит до того момента, пока мы за ней не пришли. Александр в течение всего времени нашего плавания обнимал свою невесту за плечо и прижимался щекой к ее макушке, боясь отпустить ее даже на несколько секунд. Лизавета же была в полнейшем восторге от того, что наше трио снова собралось вместе и вообще складывалось впечатление, словно это не она несколько минут назад лежала на полу в крепости не подавая вообще никаких признаков жизни.

Наш ялик, скрываемый от глаз случайных прохожих небольшим облачком густого тумана, тихо скользил по воде. Хотя, уверен, если в этот предрассветный час на улице и есть прохожие, то им точно не до нас и спешат они к Васильевскому острову, туда где патриарх Святого Ордена, рискуя своей жизнью и жизнями своих людей, спасает их от потусторонних тварей, прорвавшихся из тьмы и несущих с собой скверну. Тварь, правда, была только одна и та не крупная и не опасная, как сказал Петр, но это уже нюансы…

Погруженный в свои мысли я даже не заметил, как наше хлипкое суденышко ушло с большой воды и свернуло в одну из многочисленных речушек, стены которой были закованы в гранитные плиты. В нужном месте эти каменные глыбы, повинуясь велению Риттиха, аккуратно разошлись в стороны, впуская лодку внутрь образовавшегося тоннеля, и также мягко сомкнулись за нашей спиной. На низком сводчатом потолке вспыхнуло тусклое освещение, которого, впрочем оказалось достаточно, чтобы я разглядел узкий канал, уходящий куда-то вперед. Ялик, покачиваясь продолжил свое движение, а гофмейстер, поймавший на себе мой напряженный взгляд, поспешил пояснить, что собственно происходит:

– Не извольте беспокоиться, Виктор Павлович. В городе есть система секретных каналов и ходов – это один из них. В нашей ситуации-с это самый безопасный способ доставить вас на аудиенцию-с к его Императорскому величеству. А он ждет-с.

Видимо, заставлять императора ждать не входило в планы Сергея Ивановича: подземная река достаточно быстро вынесла нас в небольшой грот, где на каменной пристани нас уже встречал некий господин с фонарем в руках. Господин этот, поклонился гофмейстеру и бросив только короткое “Его Императорское Величество уже ждет” повел нас узкими коридорами куда-то наверх. Каменная кладка стен после пары дверей сменилась изысканной отделкой, и Альский, идущий рядом и держащий за руку Лизу, аккуратно толкнул меня в плечо и заметил:

– Мы похоже в Императорском дворце…

Его предположение подтвердилось уже через несколько секунд – провожатый вывел нашу небольшую процессию к высоким дверям какого-то зала и распахнул их перед нами. Я ожидал увидеть огромный трон и восседающего на нем Императора в мундире с орденами, как обычно царей изображали в учебниках истории в моем мире, но вместо этого мы оказались в обычно гостиной, где перед огромным телевизором во всю стену ну огромном диване сидел мужчина, смотрящий репортаж о происходящем на стрелке.

– А пафоса-то, пафоса… – покачал головой глава Империи, нажимая кнопку на пульте и делая громче. В этот момент на экране уже знакомый мне Патриарх рассказывал о том, что Святой Орден нечеловеческими усилиями сумел-таки закрыть прорыв и победить всех демонов… – “Всех демонов”, – передразнил его царь, – Демон-то был всего один и тот ограниченный.

– Ваше Императорское Величество, – подал голос Риттих и император едва не подпрыгнул на диване, поворачиваясь к нам. – О-о-о, Сергей Иванович!

Царь – мужчина лет 35-ти, высокий и статный – ловко перескочил через спинку дивана и пошел к нам на встречу. На императора этот человек походил по моим меркам не слишком, разве что аккуратная бородка рождала у меня в голове некоторые параллели с теми владыками матушки-России, которых я помнил из истории родного мира. Подойдя Император улыбнулся, Риттих и Чагодаев уважительно склонили головы, Альский, видимо слегка растерявшись, отвесил царю поклон едва ли не в пояс и только мы с Лизой несколько секунд тупо стояли, пялясь на главу государства во все глаза, пока я и сам не сообразил поклониться, а девчонка просто не повторила за мной:

– Ваше Величество, – тихо произнес я.

– Так вот ты какой… – задумчиво протянул царь, разглядывая меня. – И ты вот какая, – Император перевел взгляд на Лизу. – Просто потрясающе! Так что, Сергей Иванович, и вправду в нашем государстве появился некромант или это фокус какой?

– Нет-нет, Ваше Императорское Величество, – очень тихо и спокойно ответил гофмейстер. – Я имел честь-с видеть, как Виктор Павлович работает с Елизаветой Федоровной. Сила у него и врямь уникальная-с, я такого не видал.

– Потрясающе! – Император обошел вокруг Лизаветы, которая следила за ним одними глазами и подал ей руку. Девчонка вложила свою ледяную ладошку в ладонь мужчины и тот вздрогнул, еще раз пробормотав: – Просто потрясающе! Княжна, я рад чести познакомиться с вами, – улыбнулся глава Империи, но ответа Лизы он, как и другие не услышал и вопросительно посмотрел на гофмейстера:

– Барышня не разговаривает, – поспешил пояснить тот. – Точнее, разговаривает, но слышать ее может только господин Демидов.

– А почему? – с детской непосредственностью спросил царь.

– Ваше Величество, – решил я ответить на вопрос государя. – Тут такое дело… Я как бы и сам не знаю, почему Лизу только я слышу…

Царь перевел на меня взгляд и улыбнулся:

– В Империи у нас темных магов уже лет 100 не было, – улыбнулся он.

– Я это знаю, Ваше Величество. Но не уверен, что смогу быть полезен вам и государству. Я… как бы это помягче выразиться… Не в полной мере владею своим даром…

– Не в полной мере? – переспросил Император.

– Ну… – почему-то я решил, что врать царю не стоит и добавил: – правильнее сказать почти не владею. Видите ли, Ваше Величество…

– Алексей Михайлович, – перебил меня Император.

– Видите ли, Алексей Михайлович, – продолжил я, – Моя последняя… гм… операция … гм… на кладбище… В общем там что-то не так пошло и я знания-то все какие имел почти потерял… В общем, получилось то, что получилось.

– Но получилось же, – неожиданно для меня восторженно воскликнул царь, снова беря Лизу за руку и вынуждая нежить сделать несколько шагов и покрутиться. – Получилось же!

– Мы Лизу не отдадим, – подал голос Альский.

Император перевел на него взгляд и рассмеялся:

– А, Александр Евгеньевич, и вам здравствуйте!

Блондин вытянулся в струнку, резко склонив голову и выпрямившись, и снова повторил:

– Ваше Величество, мы Елизавету не отдадим!

– Да бог Света с вами, Александр Евгеньевич, – продолжил улыбаться Император. – Кто я, чтобы выступать против такой любви, которая смерть побеждает? А если серьезно, господа и дама, – Алексей Михайлович снова взглянул на Лизу, – то у меня к вам есть предложение. И что-то мне подсказывает, что оно вас заинтересует…

Следующие несколько часов мы провели на аудиенции у Алексея Михайлович, который был очень заинтересован в том, чтобы некромант-недоучка в моем лице перешел на государственную службу. Ну и ладно, что поднимать полчища нежити и бросать их в атаку я пока не могу – смогу же когда-нибудь! А если и нет, то сам факт наличия на службе Российской короны некроманта уже имеет огромное значение на мировой арене. Вот только факт этот придется некоторое время скрывать и запретить Патриарху охотиться на меня и Елизавету царь, откровенно говоря, не может. Точнее как: формальный запрет они конечно вынесут, но Риттих был на 100% уверен, что Святой Орден соблюдать его не будет, да еще и начнет воду мутить на предмет того, что светская власть поддерживает темные силы, а этого короне не нужно. Поэтому сотрудничать с государем предлагалось тайно. От Империи нам – всесторонняя поддержка и помощь в критических так сказать ситуациях, от нас Империи – верность и моя готовность афишировать силы и вступить на службу тогда, когда это будет необходимо.

Также нам троим предлагалось покинуть Петербург на неопределенное время – пока все это не уляжется. В качестве места назначения Риттих предложил выбрать одно из поселений на севере империи, а на замечание Александра о том, что именно в этих местах чаще происходят прорывы, ответил, что насколько известно императорской разведке темная энергия из разломов многократно усиливает возможности некромантов. Как минимум, Шведского, о котором канцелярии удалось собрать больше информации.

Кроме того, по мнению всех собравшихся (и даже Александр вошел в число этих “всех”) отъезд из Петербурга просто необходим, учитывая повышенный интерес к нашей троице: и дядя Альского вряд ли перестанет нас искать, и госпожа Шереметьева, оказывается, уже подала заявление и прошение в Императорскую полицию о пропаже ее жениха (правда детали того, как она сама сдала и жениха, и его друзей Ордену не сообщила). До того же момента, пока мы остаемся в Петербурге, мы будем размещены в одном из летних дворцов его Величества.

Не думаю, что у меня вообще был шанс отказаться от предложения короны, а учитывая, что число наших недоброжелателей росло как говориться не по дням, а по часам, заполучить хотя бы одного союзника – а тем более, такого внушительного как Император – было бы неплохо. И мы согласились, после чего Сергей Иванович и Чагодаев были назначены кем-то вроде наших кураторов, коим в обязанности вменялось следить за тем, чтобы никто и ничто не прихлопнуло нас (а конкретно меня) раньше, чем мы уедем из Петербурга.

В летний дворец, где нас разместили, доставили нашу троицу таким же подземным путем, как и на аудиенцию к Императору. Каждому выделили по комнате, что, учитывая сколько мы не спали, оказалось очень кстати. Альский держался до последнего, но едва почувствовал себя в какой-никакой безопасности и смог расслабиться – вырубился, а вот мне спать не хотелось. Я тщетно пытался вызвать в своей голове Херобора, но сущность отвечать не изволила: судя по всему, меня здесь вообще никто не слушается, ни созданная мной нежить, не вызванная мной тьма – делают, что хотят и даже разрешения не спрашивают. От моих мыслей и попыток связаться с сущностью меня отвлекла Лиза, которая постучала в дверь моей спальни и, не дожидаясь ответа, вошла. Уж не знаю, требуется ли нежити отдых, но в отличие от Александра и меня, Лиза выглядела совсем не уставшей. Казалось, что принять душ и переодеться ей оказалось достаточно, чтобы смыть с себя все произошедшее за последние дни – только не слишком аккуратный шрам на запястье, там где я “пришивал” ее руку, напоминал о случившемся в крепости.

Лиза вытащила из-за спины бутылку с каким-то алкоголем и звякнула стаканами, в ответ на что я закатил глаза:

– Ты шутишь что ли? – усмехнулся я, хотя внутренний голос уже нашептывал мне что выпивка это, пожалуй, именно то, что мне сейчас нужно.

– Не-а, – покачала головой нежить, закрывая за собой дверь и забираясь ко мне в кровать. – Давай пить, а? Вдруг мы еще что-то сможем сделать, вспомним что-то или ты сможешь что-то наколдовать…

– Боюсь, если сейчас мы будем пить, то я усну…

– Я тебя разбужу, – девчонка уже откупорила бутылку и разлила ее содержимое по стаканам, – вздрогнули!

– Вздрогнули? – засмеялся я, отпивая – Это еще откуда.

– Не знаю. Мне кажется, мой дед так говорил, но я не уверена…

Уже после второго стакана – да, нынче я пью водку стаканами, но обстоятельства в некотором роде меня оправдывают, – сознание в голове словно затянуло туманом. То ли мне, то ли Лизе пришла в голову идея повторить наши некромантские изыскания с оживлением пауков и муравьев, для чего мы слезли с кровати на пол и принялись ползать по комнате в поисках насекомых. Но это все-таки был царский дворец и ни паучка, ни таракана мы тут не нашли. Обползли кровать несколько раз сначала по часовой, а потом против часовой стрелки и, решив разделиться, обследовали все комнатные углы – было пусто. Я решил, что в такой ситуации мне просто необходимо подзаправиться алкоголем и двинулся к бутылке, которую Лиза оставила на полу у кровати, но достигнув своей цели не заметил нежить, желающую исполнить роль бармена для меня, и врезался лбом прямо Лизу.

Бум!

Я плюхнулся на задницу и засмеялся, потирая ушибленный лоб.

“Бум! Бум! Бум! Бада-бум!” раздалось в ушах, и я не сразу сообразил, что это не эхо недавнего удара, а знакомый мне с кладбища звук... В моей голове мелькнула мысль о том, что надо бы отодвинуться подальше от Лизы, которая не преминула воспользоваться ситуацией: нежить встала на колени передо мной и наклонилась прямо к моему лицу, то ли разглядывая набитую мной шишку, то ли просто пялясь на меня…

“Бум! Бада-бум!” снова зазвучало в ушах и предыдущая мысль также быстро растворилась, как и посетила мою голову. Я поплыл. Заулыбался как придурок, уставившись в засветившиеся ярким фиолетовым светом глаза Лизаветы, прижался щекой к ее холодной руке, которую та положила мне на лицо…

– Ты такая красивая, – пьяным голосом промямлил я, опуская свою руку девчонке на талию и притягивая ее к себе.

– Я тебя чувствую, – тихо произнесла Лиза, придвигаясь ближе.

Пока она говорила это я следил за ее губами, ставшими блестящими и розовыми и не мог отвести от них взгляда. Когда фраза закончилась, все что мне хотелось, это чтобы она продолжала говорить и я мог продолжать смотреть на нее… Или не только смотреть:

– Я тебя тоже, – пробормотал я и, притянув Лизу к себе, коснулся губами ее губ.

Внутри меня словно прошел электрические разряд, я почувствовал как Лиза целует меня и ее руки опускаются ниже и… сознание потухло.

Глава 16

Пробуждение было приятным. Наверное, самым приятным с момента моего появления в этом мире – кажется, я, наконец, выспался. Удобная кровать, мягкая подушка, красивая девушка – что еще нужно для счастья? Стоп! Красивая девушка? От этой мысли, пришедшей мне в голову еще до того, как я окончательно открыл глаза, я едва не вскочил с постели как ошпаренный, удержавшись только в самый последний момент.

Теперь открывать глаза мне совершенно хотелось: я и так знал, что сейчас увижу. Я это чувствовал. Чувствовал приятную тяжесть на моей правой руке и какой-то едва уловимый аромат с нотками цитрусов и свежих ягод. Так пах то ли гель для душа, то ли шампунь, а теперь так пахли ее волосы. А еще я слышал дыхание – ровное и спокойное дыхание спящего человека. Этот факт удивил меня настолько, что я все-таки рискнул разлепить веки. Рядом со мной в постели лежала Лиза и она … спала. Не пялилась на меня не моргая, как обычно это делала, дожидаясь, пока я проснусь, не делала вид, что спит, а именно что спала.

Я с удивлением уставился на княжну: что-то в ней изменилось и я не сразу понял что. Ее кожа перестала быть как обычно очень бледной, а рука, которой она обнимала меня, была теплой и даже горячей. Я потянулся к плечу девушки, пытаясь потрогать ее и тут сообразил, что Лиза голая. Впрочем, как и я сам…

– Блять, – я откинулся на подушку, закрывая себе глаза ладонью, – Ну и зачем?

Ответа на этот вопрос у меня, само собой, не было. Да и откуда ему было взяться, если я из вчерашнего вечера помнил только то, как мы искали тараканов в царском дворце, а что было после этого начисто из моей памяти стерлось.

Я аккуратно выбрался из постели, стараясь не разбудить княжну и попутно еще раз убедившись, что я совершенно голый. Пару минут потратил на поиски моих шмоток, которые нашлись с другой стороны кровати, натянул штаны и футболку и поспешил выйти из комнаты.

– Ну ты и мудила, Виктор Демидов, – пробурчал я себе под нос. – Просто классический урод…

В столовой, куда меня вывел не слишком длинный коридор, я, естественно, столкнулся с завтракающим Александром – все в самых лучших традициях жанра…

– Доброе утро, – радушно улыбнулся мне блондин, и я почувствовал как вина и самобичевание прибавляют к моему рейтингу мудака еще несколько пунктов. – А Лиза где?

– Спит наверное, – брякнул я.

– Спит? А разве она вообще спит?

– Откуда я знаю! Чего ты меня-то спрашиваешь? – разозлился я собственной тупости, – Может спит, а может не спит. Может на подзарядку встала! Я понятия не имею, как нежить силы восстанавливает…

Альский принял мой выпад на свой счет и примирительно поднял руки:

– Ты чего, Виктор, не выспался? – усмехнулся он.

Я только криво улыбнулся в ответ.

И что теперь прикажете делать? У себя дома в подобной ситуации я бы признаваться точно не стал – врал бы до талого, открещиваясь от того факта, что провел ночь в постели с невестой друга… Но в этом мире ситуация несколько усложнилась. Здесь я не просто провел ночь с невестой моего друга… я провел ночь с невестой моего ЕДИНСТВЕННОГО друга… и не просто с невестой, а с нежитью, которую некоторое время назад собственноручно поднял из могилы… Звучало отвратительно. Да и на деле, судя по всему, было также.

– Я поговорил с Сергеем Ивановичем, – как ни в чем не бывало продолжил Александр, – попросил его доставить сюда моего дворецкого и книги из моего особняка, которые вы начали читать тогда у меня дома…

– Угу, – буркнул я, решив, что лучшее что в этой ситуации я могу сделать, это занять себе рот завтраком и щедро намазывая масло на булку.

– Слушай, Виктор, – Альский как-то неловко замялся, но быстро взял себя в руки. – Я не хотел чтобы так вышло…

“В смысле ты не хотел?” – подумал я. “Это я не хотел, чтобы так вышло”

– Теперь из-за меня и Лизы много кто узнал о твоих способностях, Император тебя на службу пригласил… Хотя, конечно, в дворянских кругах и до этого ходили слухи о появлении в Петербурге некроманта, хотя и криворукого!

– Это ты про кошку? – вспомнил а.

– Ага.

– Не думай об этом, – вздохнул я. – Просто забей. Это не твоя вина…

– И все же. Теперь тебе придется уехать из Петербурга…

– Ну, тебе тоже, – напомнил я блондину.

Тот усмехнулся.

– Я не против, меня тут ничего больше не держит.

– Ну а меня тут держит еще меньше твоего, – я засунул в рот уже второй бутерброд с маслом, но прожевать его не успел, поскольку в столовую вошла Лиза. Девчонка была в прекрасном расположении духа. А я за несколько секунд, успел и испугаться и поблагодарить местные магические силы за то, что Лизу слышу только я: дожевывая свой завтрак, я с облегчением подумал, что даже если она начнет сейчас утро с какой-нибудь тупой фразочки типо “Доброе утро, дорогой” или “Это было незабываемо”, то Альский все равно ее не услышит. К счастью, княжна молча уселась на стул между нами, дотянулась до кремового пирожного, красующегося на столе, и запихнув его себе в рот блаженно прикрыла глаза от удовольствия. И у меня, и у Александра от удивления открылись рты (из моего даже остатки бутерброда выпали), а Лиза облизала пальцы в креме и потянулась за яблоком.

– Што фы на меня так фмотфите? – спросила она с набитым ртом, переводя взгляд с меня на блондина и обратно.

– Что она говорит? – уточнил тот, тем самым убедив меня, что слышать Лизу он все также не может.

– Спрашивает, чего мы на нее уставились, – озвучил я, а Лиза закивала.

– А ты разве ешь? – спросил ее блондин.

Княжна в ответ пожала плечами и улыбнулась, пробормотав что-то вроде “Не знаю, просто захотелось!”

Весь последующий день я слонялся по дворцу, стараясь тщательно избегать встреч и с Александром, и с Лизой. Очень хотелось нажраться и заснуть, но здравый смысл мне услужливо напомнил, что моя ночь с нежитью случилась именно из-за выпивки и повторять ее не стоит. Блондин, решивший, что меня все достало и мне надо побыть одному (по нашей некромантской традиции) ко мне не лез, а вот Лиза пыталась навязать свое общество.

Где-то в обед в имение прибыл дворецкий Альского – блондин наотрез отказался уезжать без своего доверенного лица и сообщил Риттиху, что тот в курсе всех его дел – включая и дела со мной – и оставлять старика одного в Петербурге он не намерен. Впрочем, назвать этого крепкого мужчину лет 60-ти, который у Александра выполнял и роль слуги, и роль управляющего, и роль водителя, “стариком” у меня язык не поворачивался. С собой дворецкий привез книги, среди которых я увидел уже знакомый мне гримуар. Позаимствовав его я закрылся в своих покоях и погрузился в чтение. Но то ли я был слишком тупым по жизни, то ли голова моя сейчас была занята всем, чем угодно, но только не темными искусствами, я не смог усвоить ни одной строчки из прочитанного. Слышал, как под дверью топталась и сопела Лиза, но общаться с нежитью сейчас мне совершенно не хотелось.

Ближе к ночи в дверь моих покоев постучали и, хотя сначала я проигнорировал пришедшего, постучали еще раз более требовательно, а затем взволнованный голос дворецкого Альских произнес:

“Господин Виктор, вы здесь? Проснитесь, вы мне очень нужны!”

Удивившись, я отпер дверь и увидел перед собой бледное лицо помощника блондина. Тот молча протянул мне клочок бумаги, на котором было написано:

"Если ты хочешь узнать, что на самом деле случилось с твоими родителями – жду тебя в старом саду сегодня ночью. Это твой последний шанс.

И запомни, сопляк, я не буду бегать за тобой, как нянька. Приходи один. Альский ты все-таки или так, тень нашей фамилии?”

– Что это? – спросил я, не сразу сообразив, что произошло.

– Это Сергей Григорьевич, – отозвался дворецкий. – Дядя Александра.

– А сам Саша где?

– Ушел, – последовал ответ.

– Как ушел?

– Не знаю, господин, – растерянно развел руками дворецкий. – Но ему угрожает опасность. Его дядя, он не самый хороший человек, да и Саша не справится с ним…

– Погоди, как он ушел-то когда весь дом охраной нашпигован?

Дворецкий только пожал плечами, мол, понятия не имеет.

– Виктор Павлович, – тихо произнес он и в его голосе я услышал, что старый слуга и правда беспокоится за своего хозяина. – Господин Демидов… Пожалуйста, сделайте что-нибудь. Сергей Григорьевич, он убьет Сашу скорее, чем отпустит из Петербурга. Он не самый хороший человек…

– Да понял я, понял, – я отодвинул дворецкого в сторону и зашагал по коридору в сторону покоев Елизаветы. Слуга блондина последовал за мной.

Нежить словно ждала моего визита – даже стучать не пришлось, девчонка открыла мне дверь едва я подошел к порогу, заулыбалась и потянулась обнять за шею.

– Не сейчас, – я достаточно грубо убрал ее руки и взял Лизу за плечо. – У нас проблема.

– Проблема? Какая? – в голосе нежити звучало разочарование.

– Александр сбежал…

– Сбежал? – фиолетовые глаза Лизы округлились и в них мигнул огонек волнения. – Как сбежал? Почему сбежал?

– На дуэль поехал, с дядей своим… Придурок!

– И что теперь делать?

– Как что! Он пошел и мы пойдем, собирайся давай, поедем жениха твоего спасать, пока ты до свадьбы не овдовела.

Лиза кивнула и, к моему счастью, почти моментально потеряла ко мне всякий романтический интерес. Судя по всему, за Александра она беспокоилась не меньше, чем за меня и тот факт, что этот придурок на ночь глядя в одиночку отправился в старый сад выяснять отношения со своим старым родственником ее взволновал не меньше, чем меня. Оставалось только решить, что делать дальше: пойти к Сергею Ивановичу и Чагодаеву и честно во всем признаться, переложив на их плечи необходимость спасать блондина, или же идти за ними самим? Но вечером ни одного, ни второго в поместье не было и я почему-то был уверен, что времени вызывать их, а потом объяснять что-то поручику и гофмейстеру у меня просто нет и нужно действовать быстро самим.

– Эй, как тебя…

– Олег, – услужливо подсказал дворецкий. – Олег, ваш Благородие…

– Так вот, Олег, где этот старый сад про который говориться в записке?

– Недалеко от заброшенного Михайловского дворца, господин.

– Мы туда, а ты – остаешься здесь. Если мы не вернемся через три часа, расскажи все Риттиху и поручику, покажи им записку, скажи мы сбежали, а ты пытался нас остановить, но не смог…

Олег сдержано кивнул.

– Как Саша вышел из дома? – спросил я.

– Не знаю, господин, – ответил дворецкий, – я зашел вечером к нему в комнату, но не обнаружил его там, только эту записку и сразу побежал к вам…

– Ясно, тогда мы будем искать свой выход с территории, а ты – помни что я сказал, если не вернемся, расскажи все и пусть найдут нас.

– Ваше Благородие, господин Демидов… – как-то замялся дворецкий, – Если что, если Сашу ранит Сергей Григорьевич, вы знайте, что в больницу ему нельзя. Ему сюда надо…

– Да-да, – машинально кивнул я, только задним числом уловив в этой фразе что-то странное, хотя и не предал этому особого значения. Сюда так сюда. – Ну что, Елизавета Федоровна, – обратился я к Лизе, стоявшей рядом с напряженным лицом, – есть идеи, как нам выйти с территории, не привлекая внимание охраны?

* * *

Злость – это великая сила…

Восемь лет назад – до той злополучной аварии – Александр Евгеньевич Альский прекрасно умел управлять такими эмоциями как злость или ярость. Превращая свой гнев в фаерболы, а зависть или обиду – в огненные хлысты, он, с их помощью, выигрывал турниры одаренных и приводил в восторг оценивающие силу комиссии как в Петербурге, так и за его пределами. Ему пророчили великое будущее, родители гордились им и даже сам Император обращал внимание на одаренного подростка.

Восемь лет назад Александру Евгеньевичу Альскому было почти 15 лет. Как и любой пиромант он отличался вспыльчивым и агрессивным нравом, вспыхивал как вулкан от любого оскорбления или когда что-то шло не по его плану. Но, как говорили менталисты, психологи и лекари, этот молодой человек в совершенстве овладел искусством использования своих негативных эмоций так называемым социально одобряемым методом – во благо себя и Империи.

Восемь лет назад все было именно так, а потом… потом, как выражались все те же психологи, менталисты и лекари, Александр Евгеньевич Альский потерял свой дар. Потух. Перегорел. Стал слишком спокоен и холоден, научился мириться с обстоятельствами и стал податлив, как вода, принимающая форму сосуда, в который ее наливают.

А как иначе, если в один миг жизнь забирает у тебя не только твою семью, но и твое будущее? Психологи, менталисты и лекари все как один разводили руками, говоря о том, что в такой ситуации у Александра было только два пути: или взорваться настоящим вулканом силы, или затаиться до лучших времен (ведь сила то в нем осталась и это показывали все без исключения тесты, которым подвергали молодого человека после аварии). Альский выбрал второй путь. Но лучшие времена не наступили ни после того, как он несколько месяцев провел в реанимации и больнице; ни после того, как вынужденно унаследовал фамилию и родовые регалии своей семьи; ни после того, как под чутким руководством своего дядюшки вступил в управление семейным бизнесом. Лучшие времена не наступили и после того, как сначала он решил жениться на последней из обнищавшего княжеского рода Троекуровых, ни после того, как он свою невесту потерял… Наступят ли лучшие времена сейчас, когда дядя, несколько дней назад пытавшийся убить своего племянника, вознамерился открыть ему тайну гибели его семьи в той страшной автомобильной аварии? Было не ясно…