Текст книги "Свадьба. В плену любви (СИ)"

Автор книги: Любовь Попова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 13 страниц)

Глава 41. Демьян

– Отвези меня к Любе! – очередной крик в ухо, ее тело дрожит, а по щекам катятся слезы. Я сворачиваю к нашему дому. В какой – то момент Асю срывает. Она вцепляется мне в волосы, мешает вести, но я отталкиваю ее и ору.

– Угомонись! Мы едем домой!

– Тебе же мир надо спасать, чего же ты не едешь?!

– Никуда я не поеду. Я с тобой буду. С тобой!

– Обещаешь?

Я закрываю глаза, восстанавливаю дыхание. Я уже слышал это. Все повторяется. Опять те же грабли, но я на них наступаю, сознательно лгу.

– Да, я обещаю, что всегда буду рядом и никогда не подвергну нашу семью опасности.

– А у нас есть семья?

– Есть, Ася. Конечно есть.

Я укладываю ее спать на кровать, целиком раздеваю, накрывая одеялом. Сам ложусь рядом, закидывая руку за голову. Сеть… Не может быть, чтобы не было выходов на нее. Не может быть, чтобы не один из влиятельных друзей моего отца не помог искоренить эту заразу хотя бы в нашей стране.

На следующий день я привожу Асю к своим родителям, чтобы мама и сестра за ней приглядели. Сам закрываюсь с отцом в кабинете, обрисовывая весь пиздец нашей ситуации. Отец спокоен, а меня кроет.

– И что ты молчишь? Тебя это не возмущает? Ты про это не знал?

– Слушай. Да сядь ты уже, что ты мечешься как волк в клетке. Твой дед, который Андронов, продавал детей. Выбирал самых чистеньких из детских домов, продавал их в Европу. Когда мы с Самсоновым попытались побороть этот бизнес, то уже тогда поняли, что это невозможно.

– То есть проще плюнуть и пусть делают что хотят?

– Нельзя ладонями выгрести все дерьмо из сарая! Даже с нашими деньгами мы слишком маленькие, чтобы заказать погрузчик. Не строй из себя героя, Демьян. Пять лет назад для тебя было важно все забыть и ты по сути кинул Асю на съедение волкам. Теперь вместо того, чтобы просто быть счастливым, ты вдруг решил стать героев, с чего вдруг то?

– Меня просто бесит, что вокруг меня творится это дерьмо, а я даже виновных наказать не могу.

– Если бы вас тогда не похители, ты бы даже не узнал про это.

– Но меня похители…

– Людей каждый день похищают, Демьян! Посмотри статистику. Детей, женщин, мужчин. Убивают, режут, держат в плену. Мы не можем помочь всем, пойми ты это наконец. Хочешь сделать что – то хорошее, создай семью, заведи детей, воспитай их людьми, которые никогда не опустяся до участия в подобном дерьме. И это будет правильно! Я кучу лет потратил на то, чтобы выгрести дерьмо этого мира и совершенно забыл о том, что у меня есть своя семья. Мы тоже хотели побороть детское рабство, мы хотели сделать мир чище, внедрились в сеть, общались с такими отъявленными уродами, ты и представить не можешь. И что в итоге произошло? Лану похитили, мы потеряли ребенка, тебя закрыли в подвале. Ты хочешь такого для своей семьи? Вперед! Я дам контакты, я познакомлю с нужными людьми, я помогу внедриться в сеть, но я не обещаю, что это поможет. Потому что мир несовершенен! Потому что идеальным можешь ты его сделать только внутри своей семьи….

– Ты поэтому перестал со всеми общаться?

– В том числе, но связи остались. Надо?

Отец еще много всего мне рассказал, такого, что волосы вставали дыбом. Внутри еще горело желания восстановить справедливость, но разумом я постепенно доходил до мысли, что я нихера не герой и не супермен и любой из влиятельных знакомых моего отца прихлопнет меня и Асю как муху. Повезло ли нам выбраться из этого всего дерьма живыми, почти невредимыми, безусловно. Имею ли я право после всего рисковать даже волосинкой с головы собственной жены – категорическое нет.

Изрядно, напившись я поднимаюсь в спальню, куда как мне сообщили давно ушла моя жена. Жена, мы ведь даже не поженились нормально. Какое – то бесконечное безумие, которое каждый день выворачивает наизнанку.

Ася в кровати, свернулась калачиком. Я раздеваюсь, ложусь рядом, накрываю нас одеялом. Она сама берет мою руку, накрывает свой бок, прижимаясь ко мне как можно ближе. Я втягиваю ее сладкий запах влажных еще волос, аромат тела. Внутри еще яростно колотится желание справедливости, но отходит все дальше и дальше по мере того, как Ася трется об меня своей ладной попкой.

– Помнится ты говорил про благотворительный фонд. Помнишь?

– Да.

– Сделаем?

– Почему бы и нет, – прижимаюсь лбом к ее затылку. – Ась, я… Я просто не хочу, чтобы, когда – то это повторилось, понимаешь. С кем – то из нас, из наших детей или знакомых. Я не готов пережить это снова. В тот день, когда ты исчезла я почти умер. Я никогда так не боялся.

– Это ты еще в подвале с Ремезовым не был.

Мы смеемся, но мне ни хрена не смешно.

– Ась, я люблю тебя.

– Правда? Просто в прошлый раз…

Я закрываю ей рот ладонью, поворачиваю к себе лицом. Обнимаю его пальцами.

– Я думал, что ты мое проклятие. Что все из-за тебя. Но сейчас все иначе. Я бы сдох, случись с тобой что – то серьезное. Я был готов умереть, только чтобы ты жила. Тогда. Сейчас.

– Я тебя и не прекращала любить. Мне кажется еще с детства.

– Потрахаемся? – улыбаюсь я, накрывая ее грудь ладонью, а Ася заливисто хохочет. Отталкивает меня и качает головой.

– Не порть момент. Давай хоть раз не будем их опошлять.

– Ну просто там все дымится, а я ты такая сладкая.

– Тогда поехали домой. Я хоть рассмотрю его как следует. Там два этажа?

– Два, – тороплюсь одеться и помогаю Асе.

– А детская есть?

– Даже две.

– А подвал? – вдруг спрашивает она и застывает. Мы смотрим друг на друга. Без слов все понимая.

– Будет.

Эпилог 1 ч.

– Что – то темно, – Демьян смотрит на окна нашего дома, пока мы въезжаем на территорию участка. Мы переглядываемся и я чувствую как все тело вибрирует от напряжения.

– Может спать уже легли?

– В восемь вечера? Набери маму и сиди в машине.

– Ну уж нет, – беру из бардачка пистолет. – Я с тобой.

– Дай сюда. Ты в прошлый раз себя чуть не убила.

– Такого бы не случилось, научи ты меня стрелять.

– Я же начал учить.

– После того как я тебя привязала и заставила пообещать? Тоже мне «начал»

– Тихо ты. Звони маме. Звоню, трубку не берут! Может все же не стоило вступать в то сообщество?

– Про нас никто не знает. Я же не дебил семьей рисковать.

– Тогда где они?! – паника оглушает, скользит льдинкой по пояснице. – Демьян, это была изначально плохая идея. Всех нам не спасти.

– Мы всех и не собирались. Тихо. Дверь открыта, – он толкает дверь, крепко держа меня за руку. За эти секунды я уже сотни раз обвинила себя во всех смертных грехах, помолилась за здоровье моей крошки, родных и близких. Если с ними что – то случилось, я не переживу…. Я просто не смогу с этим жить…

– Сюрприз! – оглушает нас светом и криком толпа, собравшаяся в нашей гостиной. Я испуганно дергаюсь, но быстро расслабляюсь, смотря в родные лица друзей и родственников. Господи…

Я всегда мечтала о большой семье, любящей друг друга. И могу точно сказать, что мой личный рай давно изменился. Ко мне подлетает Машуля, умудрившись протопать несколько шагов и даже не упасть. Я тут же беру ее на руки, обнимаю под крики и шум. Мы с Демьяном были в отъезде. Занимались благотворительным фондом, пока Маша оставалась со своей бабушкой и тетями. Боюсь даже представить, насколько они ее за это время избаловали.

– А мы приучились к горшку, – торжественно объявляет свекровь, на что Маша изворачивается и приносит свой горшок с принцессами. Нам остается только посмеяться над тем, как она с ним танцует.

– Не расплескай! – подначивает Дема, на что получает толчок в плечо.

– Ну как вы съездили?

– Нормально. Надеюсь ни у кого не возникнет желания своровать все то, что мы накупили той больнице.

– Не переживай, там все подотчетно. Они уже в курсе, что мы мелочные, – усмехается Демьян.

Чуть позже мы садимся за большой стол. Между нами Машка, которой очень нравится когда ей уделяется много внимания. Именно поэтому вместо того чтобы спокойно есть она размазывает пюре по своему лицу, делая маску.

– Знаешь, думаю пора быть с ней построже, – предлагает Света, но быстро сдается под влиянием счастья, что отображается на маленькой мордашке. – Хотя в принципе еще рано. Пусть подурачиться.

Под столом чувствую руку на своем бедре. Поворачиваю голову. Демьян корчит лицо, вспоминая мой испуганный вид. За что тут же получает пинок в ногу. Я осматриваю всех за столом. Беременную Ирину с Женей. Свету с Максом. Мишу с Алисой. Шумный детский сад, с которым никогда не скучно. Лену со всегда молчаливым мужем, который совсем недавно приехал из Австралии за ней, но остался. Устроил тут свой бизнес, построил дом. Демьян не особо с ним общается, я бы даже сказала не хочет общаться, но теперь он всегда на всех семейных праздниках. Конечно тут очень не хватает мамы и Игоря, но они сделали свой выбор и живут в другом городе. Папа нашел себя в церкви, возможно, отмаливает грехи, но Демьян как обычно не верит. Поэтому мы ездим к ним всегда одним днем, чтобы не ночевать. Еще бы Любу здесь увидеть, но теперь она живет в Новосибирске с мужем. Видимся мы редко.

Мы прощаемся со всеми только спустя два часа разговоров и настольных игр. Смогли нас остановить только зевки детского сада.

Мы попрощались со всеми, закрыли все двери, поставили коды охранной системы. Людей мы еще не стали нанимать, тем более база ЧП всего в километре от дома.

– Чет я устал сегодня, – Демьян сам убирает посуду со стола, так как экономка ушла пораньше. Я же иду укладывать Машку, которая долго вертится от переизбытка впечатлений, но в итоге все таки засыпает к моей великой радости. Я хватаю видео няню и почти танцую в сторону кухни, где Демьян загружает последнюю тарелку в посудомойку. Знаю, как он это терпеть не может, но делаю это, стучу в косяк три раза. Тут. Тук. Тук.

Демьян дергается, но не поворачивает голову. Закрывает машинку и поднимается во весь свой рост. Иллюзия его расслабленного тела меня не обманет. Я прекрасно чувствую его напряжение. Оно витает в воздухе. Оно буквально щиплет меня искрами напряжения.

Все меняется за считанные секунды. Спокойный неподвижный Демьян вдруг резко поворачивается, а я вскрикиваю и пускаюсь наутек. Бегу насколько позволяют силы до заветной двери, успеваю лишь прикрыть ее, когда стопа Демьян оказывается между дверью и косяком. Оставляю как есть и сбегаю по лестнице вниз. Дальше, дальше, пока не оказываюсь в кромешной темноте подвала.

Застываю ровно по центру, не видя ничего. Лишь чувствую. Как приближается, как наступает, тая в себе угрозу. Тая в себе наслаждение.

Вздрагиваю, когда талии касается рука. Кажется, что чужая, но мозг подсказывает, что роднее нет, и когда она опускается ниже, цепляя резинку брюк я лишь затаиваю дыхании в трепетном ожидании продолжения. И даже когда другая рука накрывает сзади шею, чуть сжимая, я не шевелюсь. Лишь втягиваю каждой клеточкой этот момент предвкушения.

– Тебе не убежать… – шипит Демьян на ухо, поражая нервы страхом, превращая в предвкушение. – Ты в моем плену.

– Демьян… – сжимаю бедра, между которыми постыдно набегает влага.

– Ты будешь делать все, что я прикажу, – он обходит меня по кругу, теперь стоит прямо передо мной, я чувствую. Втягиваю носом его запах, его энергию, что волнами перекатывается в меня.

Свет.

В нашем мирке вспыхивает желтый свет. Отчего на мгновение жмурюсь, но вскоре открываю глаза и поднимаю голову, рассматривая хищное выражение лица Демьяна. Он проводит ребром ладони по ложбинке груди, забирается под рубашку, нащупывая жемчужину соска, оттягивая ее до ноющей боли. Вторая рука уже скользит по шее, выше, ко рту, куда падает большой палец, который прилежно сосу.

– Ремень расстегни.

Я выполняю простое указание, чувствуя, как тело отзывается толчками крови в венах, как сердце оглушительно стучит в тишине нашего дыхания.

Мы постоянно вместе, рядом, много разговариваем, спим рядом, но почти не касаемся друг друга. С виду может показаться, что мы равнодушны. Но только нам известно, что все изменится, стоит нам открыть заветную дверь и спуститься на пару метров ниже земли, туда, где нас ждет личный, развратный, пошлый, сладостный рай.

Эпилог ч. 2

– Ася! Ася! – я не сразу понимаю кто окликает мою жену, а когда замечаю снова разжиревшего Гришаню, напрягаюсь всем телом, вцепляясь в ее руку. Рядом носится Машка, растрепав косы, которые меня заставили ей сегодня сделать. – Привет! Не ожидал, что ты еще у нас тут живешь… Ну вы… Семьей. Привет, Демьян. Ой, какая милая у вас девчушка.

– Только тронь, – меня ломает от желания отправить его туда, откуда он приехал.

– Демьян, где твои манеры? Привет, Гриш. А ты давно вернулся?

– Да я никак дом продать не могу… Ну тот, наш. Фигня такая, что подвал приватизирован государством как улика, а значит, туда может войти кто угодно. Ну и кто захочет такой себе брать.

– Будешь сам там жить?

– Да, вот беременную жену привез. Алина, иди сюда, – к нам подходит девушка со светлыми волосами. Миловидная, но сразу понятно, что не наделенная интеллектом. Понятно, потому что решила связать свою жизнь с таким как он. Ася словно мысли мои читает, поэтому типа случайно пихает в бок.

Мы обмениваемся короткими фразами. Стараюсь как можно скорее увести Асю от похотливого взгляда этого урода. Да собственно и из магазина.

– Демьян! Мы хлеб не купили!

– Я потом сам заеду.

Ася обиженно дует губы и уходит вперед, взяв за руку Машу. Мне остается только смотреть на стройный зад, по которому так и хочется дать за вредность. Да нет, в принципе понятно чего Гриша возбудился. Ася почти не изменилась за пять лет. Только приобрела лоск богатой женщины, уверенность в завтрашнем дне, а главное во мне. И даже последние месяцы беременности ее не портят, наоборот, чувствуется насколько она расцветает с этим своим животом. Хоть паранджу на нее надевай, или в подвал закрывай.

– Ну, может хватит на мой зад пялиться? Нам еще надо в клинику заехать.

– Точно, поговорить с врачом, который будет вести уже вторую беременность. Мы только недавно узнали. Причем от мамы, которая заметила, что Ася начала есть много соленого. Вот кто бы мог подумать, что после стольких лет незащищенного секса метод прерванного секса даст осечку. Не то чтобы мы не хотели детей, просто было много всего помимо этого. Но узнав о беременности, мы резко снизили активность и перестали проводить недели вне дома. Да и Маше в школу в будущем году, уже не наездишься. А оставлять ее на постоянной основе с бабушками и нянями Ася категорически отказывается.

– Ты помни, Ася, что часики-то тикают, – шепчу, пока она собирает продукты в пакеты. – День закончится, начнется ночь и тогда, сверху буду уже я.

– Плати давай, ночной верховодец, – смеется она, а Маша как обычно греет уши.

– Ночной верховодец.

Продавщица улыбается вместе с нами. Вижу, как в конце очереди стоит Гриша и уже машет рукой.

– Давайте быстрее. Еще одного обмена любезностями я просто не выдержу.

Мы выходим из нового гипермаркета, который совсем недавно построил новый мэр нашего городка, а именно муж моей сестры. Это было неожиданно, но ощущение складывается, что этот человек просто не может без власти.

Отъезжая от магазина, как раз замечаем их машину. Мы в итоге нашли с ним общий язык. Он стал одним из тех кто помогает жертвам той самой порно сети, от которой мы сами пострадали. Нет, в пекло из нас никто не лезет. Мы лишь даем спецслужбам нужные наводки, чтобы если не поймать владельцев, то хотя бы спасти тех, кто оказался в этом не по своей воле. С подставных аккаунтов и разных айпи адресов мы посылаем нужные сигналы благодаря тому, что однажды заплатили тот самый миллион, чтобы смотреть, как раз в год, мучают пару детей… Для нас эта неделя становится самой напряженной в году, мы никогда не спим в эти дни, следя за происходящим и пытаясь понять как помочь им, как вызывать скорую, чтобы их спасли, как нас, в последний момент. Это жалкая плата за наше счастье, но Ася говорит, что карма у нас чистая. Она, кажется, помешалась на этих матрицах судьбы и очень обеспокоена судьбой Маши.

– Мам, а мы к бабушке Гале с дедушкой Толей, когда поедем?

– Думаю пока не стоит. Дедушка ноги сломал, когда с крыши упал, ты помнишь? Пусть отдыхает.

– Когда он уже наотдыхается....

По дороге мы заезжаем в больницу, где нам делают УЗИ, еще раз убеждаясь, что будет пацан, потом берут кровь и назначают примерную дату родов.

– Совсем скоро, – почему – то в прошлый раз все прошло как в тумане. Мы занимались ремонтом и рождение Маши почти не заметили. Сейчас все иначе, сейчас мы отслеживаем, сравниваем малейшее изменение в организме Аси, буквально считая минуты до вторых совместных родов. Кто – то считает, что это отнимает у пар страсть, а на мой взгляд, наши отношения стали лишь крепче как будто что – то вообще может их сломать. Сворачиваю к дому, бросаю взгляд на жену. Она прям загрузилась. Беру ее руку, целую тыльную сторону ладони. – Ась? О чем думаешь?

– Лена последнее время загруженная. И похудела сильно.

– Тяжела жизнь жены мэра, – пытаюсь шутить. Но Ася головой качает..

– Ты бездушное животное. Я тебе серьезно говорю. А сегодня пока взглядами пересеклись. Там паника была.

– Паника? Да откуда там паника? Она же еще недавно рассказывала, как они хотят третьего завести. Мол, Геворг девочку хочет.

– Я помню, но порой… Ладно, может мне просто показалось? Слушай, давай к ним заедем, – и это у самого дома!

– Ася, давай завтра.

– Давай сегодня.

– Пиздец, – разворачиваюсь и направляюсь по дороге в сторону дома Лены с Геворгом. И чего там могло показаться. Да, родители говорили, что Геворг в свое время был весьма груб с Леной, но как – то же она с ним жила столько лет? Простила значит? Как мама когда – то простила папу. Как Ася когда – то легко простила меня.

– Только не подъезжай близко, ладно и фары погаси.

– Мам, а зачем мы…

– Ась, что за шпионские игры?

– Можно, хоть раз, сделать как я прошу?

– Как будто я не делаю, – гашу фары и торможу за сто метров. Ася выходит из машины, берет за руку Машу, ковыляя в сторону ворот. Они закрыты, но вдруг внутри дома раздается выстрел. Мы дергаемся, застываем. Короткий контакт взглядом и я шепчу.

– В машину, живо!!!

– Демьян!

– Быстро! – толкаю ее в сторону тачки, а сам хватаюсь за прутья и ловко перелезаю через ворота. Бегу к дому, дергаю дверь. Закрыто, но я выбиваю окно и влезаю. В доме темно, только на втором этаже включен свет. Поднимаюсь, врываясь в хозяйскую спальню. Застываю на пороге, смотря как в углу жмутся дети, а Лена вся дрожит. На полу валяется пистолет, а в центре комнаты полуголое тело мэра нашего городка. Мелькает мысль. Что эта должность проклята.

– Лена, – я просто не могу больше ничего сказать. – Иди сюда, малыш, расскажи мне все.

Она вжимается в мое тело, начинает плакать все надрывнее.

– Я… Демьян мне так стыдно….

– Это случайность?

– Дети, они все видели… Надо их забрать…

Я звоню Асе, она прибегает в дом, смотрит на происходящее и без вопросов забирает детей Лены с собой на первый этаж.

– Что произошло?

– ОН… бил меня… Я терпела. Ради себя, детей, ради того, чтобы он вас не тронул.

– Лена, – у меня внутри все холодом сжимает. – Что значит, нас не тронул? Почему ты ничего не сказала? Как ты могла это терпеть….

– Дома легче… Ты и Ася, мама с папой. Он не оставлял синяков, умел сделать все чисто, не подкопаешься…. Он знал, что вы спасаете жертв. Тех самых, которые как вы, попали в подвал. Я знала все, но он пригрозил убить всех… У него столько связей…. Я терпела Демьян! Но он начал бить мальчиков! Ему меня стало мало! Мало! Я вяла пистолет и….

– Тихо, тихо, – меня самого трясет от полученной информации, просто грудь разрывает. Я сидел с ним за одним столом, я видел его почти каждый день и даже подумать не мог, что он как – то с этим связан.

– Ему нравилось думать, что мы его марионетки , но я убила его, убила…. Я его убила, Демьян! Я смогла…. Ты даже не представляешь как долго я об этом мечтала. Прости…. Я не могла сказать…. Меня теперь посадят, да?

– Ты защищалась, ты сделала это, потому что не могла больше терпеть это…. Я пойду свидетелем, соберем информацию на гада. Никто никогда не посмеет тебя и дня в камере удержать…. Если бы ты сказала….

–Я так боялась, господи. Он хотел ребенка, а я боялась представить, что снова от него рожу….

Ася.

Она обнимает Лену, а я тру лицо, смотря в лицо гада которого должен был убить сам.

– Спускайтесь вниз, вызову ментов.

Нам удалось отмазать Лену. Удалось осудить Геворга посмертно. Мы могли бы отдать его базу клиентов, но сами состояли в ней, поэтому судили его только за побои и финансовые махинации, которые мы обнаружили после расследования. Лена поселилась с нами, мальчики приходили в себя и только Ася снова жила чувством вины.

– Я ведь должна была заметить, жертва видит жертву, – сказала она уже после того, как у нас родился Влад. Мы лежали в кровати, а он между нами.

– Ты никогда не притворялась, Ась. Ты не играла в счастье, ты жила этим состоянием, что подпитывало и Ремезова. А Лена умела притворяться. Ей было так проще.

– Знаешь о чем думаю, -прижимается она ко мне крепче, обнимает. – Моя мама тоже должна была так поступить. Каждая женщина. Или уйти. Или убить, если только что – то грозит ее детям. Но знаешь сколько женщин живут в этом годами?

– Знаю. Ты помогаешь им.

– Помогаю им, а помочь Лене не смогла. До последних дней я даже не понимала, что у них что – то происходит.

– Ну проницательность это вообще не твое.

– Тебе смешно? Ты даже ехать не хотел в тот день. Мы опять все пропустили. Опять как в каматозе, – кивает она на Влада, а я глажу его животик, чувствуя неприсущую мне нежность. – Что молчишь?

– Думаю, что люблю тебя и наших детей, – поднимаю глаза. – Прости меня.

– За что? – смеется Ася. – Ты мне изменил?

– Да нет. Прости. Что считал тебя доверчивой и слепой по отношению к твоим так называемым друзьям. Порой люди настолько втираются в доверие, что сложно понять какое кроется внутри чудовище.

– Блин, где – то я это уже слышала, – вдруг дергается Ася, целует меня и встает.

– Ты куда?

– Я хочу поехать к Любе. В Новосибирск?

– Сейчас? Серьезно?

– Мы думали, что Лена счастлива, а оказалось, что она жила с садистом. Я хочу убедиться, что у моя подруга не обманывает меня и Данте ее не обижает, как делал когда то, в универе.

– Он бил ее?

– Знаешь, порой слова и поступки гораздо хуже физической боли. Лежи, я просто закажу нам билеты и с утра полетим.

– Надеюсь у тебя больше нет подруг, – накрываюсь одеялом и смотрю, как колышется обнаженная грудь Аси. Пока она бродит по комнате в поисках ноута. Садится на кровать, щелкает клавиатурой. Протягиваю руку через сына и щипаю Асю за сосок. Один раз, второй – не реагирует

– Ася….

– Еще нельзя, – отпихивает руку, бросая на меня выразительный взгляд. А у меня уже яйца всмятку от воздержания.

– Ничего?

– Дрочить тебе никто не запрещал, – усмехается она, уже оплачивая билеты, потом смотрит на поднявшееся одеяло, которым прикрыты мои трусы. Мне хватает только намека. Сдираю себя с кровати и подхожу к ней. Поднимаю на руки и несу в ванную.

– Поможешь мне? – целую влажные губы, прикрывая за собой дверь….

– Только если ты не будешь сдерживаться, как последние разы.

– Я просто ждал, когда ты будешь целиком моя….. – хватаю стопку полотенец, бросаю на пол, куда коленями встает Ася, лаская мой живот тонкими пальчиками. Стягивает боксеры, доставая член.

– Я всегда, всегда была и буду твоя.